Текст книги "Альфа-с_ка (СИ)"

Автор книги: Виктория

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

– А дети не будут что ли? – удивился я. – Наверное, совсем сладкое не любят. И шоколад с вареньем не будут…

– А можно? – не выдержал один из волчат и перетек в мальчика не старше десяти лет.

– Нужно! – уверенно ответил я, улыбнувшись застенчивому ребенку.

Матвей лишь покачал головой, но еще две чашки на стол поставил. Заварил чайные листья и начал разливать по чашкам заварку, добавляя потом кипяток. Я за это время, облазив почти все шкафчики, нашел, где стоит посуда, и достал оттуда пять неглубоких креманок и столько же чайных ложек.

Весь шоколад был сразу отдан детям, а в креманки разлито варенье и поставлено перед каждым, кроме меня – не люблю я это дело, зубы сводит от сахара в таком количестве.

– Ну, а теперь начнем знакомиться. Меня зовут Максим Федорович. Бояться меня не стоит, но уважать советую. Раз вы решили войти в состав моей стаи и продолжить жить тут, то придется и омегам принести мне клятву. Кто «серые кардиналы» стаи я вам уже продемонстрировал. Диана, ты бойкая девочка, потому мне хотелось бы, чтобы осталась рядом и помогала в некоторых вопросах. Вас, Матвей, я так же хотел бы видеть в своем окружении.

– А мы? – подали голос измазанные в шоколаде дети, с любопытством уставившиеся на меня.

– Оо-о-о! А вам отводится самая главная роль! – до шепота понизил я голос. – Расти и шалить! – закончив фразу и глядя на вытянувшиеся моськи, рассмеялся. – Согласны?

– Да! – слаженный ответ чуть меня не оглушил.

Господи, если так каждый волчонок будет орать, то я рискую стать первым глухим вожаком  стаи. Кажись, немного погорячился.

– Максим Федорович, Вы сейчас серьезно говорите? – недоверчиво рассматривал меня Матвей.

– Да.

– Но я не понимаю, какие вопросы у Вас могут возникнуть.

– Матвей, я еще недавно был нормальным человеком и думать не думал, что меня могут обратить в того, в чье существование и не верил никогда. Многие законы стаи для меня дикость и пережиток древности. Мне не нравится зашуганность омег, не стремлюсь быть вожаком тупого стада, не интересуюсь почему альфа может трах… – я прикусил язык, покосившись на детей, – …а бета нет. Многое, с чем мне пришлось столкнуться, требует переосмысления, доработки и разъяснения. Да я думал, что сдохну в кругу, а потом оказывается это течка была! И у кого мне про нее расспрашивать в своей стае?! У меня только альфы и один малолетний омега на моем попечени, и это мне в пору ему все объяснять.

– А зачем тогда Вам я нужна, Максим Ф-Федорович? – подала голос Диана.

– Матвей может и знает, что и как, но при этом время не стоит на месте, и молодые омеги видят мир несколько иначе, чем старшее поколение. Думаю, у тебя с матерью не раз возникали споры, переходящие в скандал из-за мелочей. Вот, чтобы проследить мнение молодых омег, мне понадобится твоя помощь, – выдал я свои размышления, которые сам же на месте и пытался осмыслить.

– Я согласен признать тебя вожаком над собой, – произнес клятву Матвей, а после переглянувшиеся мать с дочкой повторили фразу.

– И мы согласны признать тебя вожаком! – одновременно протянули чумазые дети.

– Вот и славно. Теперь осталось донести эту мысль до остальных омег, все несогласные могут перейти в любую другую стаю.

Дальше разговор был более поучительным. Мне рассказывали о правилах поведения омеги со своим альфой, а я удивлялся и рассказывал, как строятся отношения между мной и Алексеем, назвать его «своим альфой» было пока слишком трудно. Сердце начинало быстро стучать, а щеки заливал предательский румянец.

Я узнал, что теперь моя стая насчитывает двести три оборотня, независимо от статуса и возраста, еще со мной вернулись ранее ушедшие альфы. Итого, если считать себя, Ваню и медведя, выходило, что на территории живет двести восемнадцать оборотней, и из них нет ни одного врача! Вообще практически ничего нет! Это меня возмутило до глубины души, как человека, ну или теперь оборотня двадцать первого века!

Вечером снова пришли омеги, и теперь, после разъяснительных работ Дианы и Матвея, больше не возникало вопросов: Зачем? Почему? Куда?

Ваня приехал на следующее утро. Увидев меня, побросал вещи и побежал от ворот ко мне, а после и вовсе запрыгнул на меня, обхватывая руками и ногами.

– Макс, ты что творишь! Я думал, что тебя убьют! – орал и колотил меня по спине омега, не забывая подвывать от пролившихся слез.

– Ваня, не виноватая я, она сама пришла! – пытаясь скрыть улыбку, выдал я.

– Кто? – насторожился волчонок, перестав плакать.

– Где? – передразнил я ребенка. – Вань, а пойдем я тебе кухню покажу, а то меня тут не кормит никто, а готовить ты сам знаешь… – пожаловался я на стаю в целом и на Алексея в частности, которого так и не видел со вчерашнего дня. Мишу, кстати, тоже не видно и не слышно было.

Потеряшки нашлись только к вечеру. Оказывается, тот объем работ, что я задал, был далеко не на час, и Миша, решивший помочь, обходил селение вместе с Алексеем и все записывал в привычной для меня форме, делая пометки с чего лучше начать, а что можно определить во второстепенные задачи.

Только к ужину они ввалились усталые, голодные и злые.

– Вот! – передо мной легла толстая пачка исписанной бумаги. – Получи все, что хотел.

Альфы развалились на диване, вытянув ноги и устало прикрыв глаза.

– А ночью где были? – решил я расставить все точки над "i".

– Письками мерились, – ответил Миша, на которого тут же недружелюбно взглянул Алексей.

– И у кого длинней, толще и тверже? – начал я просматривать бумаги.

– Максим, ты уже обещал меня любить, так что этот аспект жизни стаи я возьму лично на себя, – буркнул Леша.

– А моя холодная постель чей аспект в жизни вожака? – вопросительно поднял я бровь.

Поняв мой намек, что больше я не намерен спать в одиночестве, Алексей просиял счастливой, хоть и немного уставшей улыбкой. Как бы странно для меня не было в новом мире и его понятиях, но одно я понял железно, когда Алексей оставил меня одного, в душе  что-то оборвалось и заледенело.

– А пойдем мы ее сейчас и согреем! – хищно потянулся ко мне альфа.

– Поешь сначала, а то греть и жарить тебя буду я, – недвусмысленно я намекнул на смену лидирующей позиции.

– Ты сейчас пошутил? – напрягся альфа.

– Нет. Или ты принимаешь, что я мужчина, либо спишь с диваном и трахаешь подушку, – сказал я, как отрезал.

После ужина в тесном семейном кругу, где кроме меня и Леши, были еще Ваня и Миша, я отправился в спальню, а вот волк явно решил задержаться. Видно мои слова были приняты буквально, и спать он планировал на диване. Торопить его с решением было бессмысленно, но и уступать в этом вопросе я был не намерен.

Улегшись в постель вместе с ноутбуком, принялся разбираться в своих личных делах. Так доразбирался, что глаза начали слезиться и цифры плавать. Отложив все до завтрашнего дня, уже практически уснул, когда дверь в комнату приоткрылось, и ко мне на цыпочках прокрался Алексей.

Всмотревшись в мое лицо и проверяя сплю ли я, начал укладываться рядом, а меня так и тянуло сказать «БУ!», и от этой мысли губы постоянно пытались растянуться в улыбке.

– Я согласен, только дай теперь мне время свыкнуться с этой мыслью, – шепнул альфа, обнимая меня со спины и утыкаясь носом в шею.

========== БОНУС. Часть первая. ==========

Первый месяц стал самым тяжелым для меня в обновленной и дополненной стае. Я с трудом запоминал имена многочисленного населения. Хотя не буду врать себе – не старался даже, меня терзала тоска по Дану, который пострадал напрасно.

Каждое буднее утро ездил с Алексеем и Мишей на фирму и в дороге проверял свои личные дела на бирже ценных бумаг. Я мог быть сколько угодно вожаком, но свои деньги... они как-то свои: и душу греют, и отчет перед оборотнями держать за каждую копейку не нужно, хотя последнего от меня никто и не требовал.

Даже Алексей предпочитал только давать наводящие советы, напоминая про нужды стаи. Это в городском доме все было просто – Ваня сам заказывал продукты и сразу же на всех готовил, но у нас там не было детей и омег, рацион которых должен быть более насыщенным.

Я вообще поначалу хватался за голову, когда читал отчет Михаила, составленный совместно с Алексеем. Радовало лишь то, что водопровод и электричество уже было подведено к поселку, и то, за это стоило сказать спасибо своему альфе, который этим занимался во времена своего управства.

И все равно картина выходила плачевной в моем понимании. Дети были предоставлены сами себе большую часть времени, никакого подобия сада или школы тут не было, обучались самостоятельно по учебникам советского образца, омеги кроме поселения нигде ни разу не были. Половина бет страдало повышенным самомнением, считая, что в скором будущем станут альфами и им можно будет все. Альфы вообще требовали отдельного разговора: более невежественных, хамоватых и неадекватных людей я не видел.

Опять забылся… Даже про себя я их все еще называю людьми… Не люди они! Оборотни!

Вместо того, чтобы оправдать свой статус и начать действовать сообща, началась дележка власти. Один находил недочеты другого, второй лез в дела, не касающиеся его, третий решил устроить себе незапланированный отпуск.

Если сравнить стаю с организмом, то сейчас ему было крайне херово, то «почки» болели, то «сердце» отказывало, то я «печени» морду набил. Последнее утверждение, конечно, слишком сильно сказано, не так уж чтобы сильно покалечил альфу, но в затраты стаи на продукты носом ткнул.

Какая разница между омегой и альфой? Почему один получает мясо в три раза больше другого?! Нет, с одной стороны оно и понятно, альфа же, должен есть и наращивать мышечную массу, как никак… А то, что омега брюхатый и ест за двоих, в расчет почему-то не берется…

Вот и этот аспект я решил взять под свое крылышко, отдав указание построить добротный продовольственный склад.

Хотя тут тоже вру. Сказал Алексею, а уж в каких формах отдавал мое распоряжение он, это не моя забота. Я ж вообще существо нежное – слабый и хрупкий омега, а то, что все чаще и чаще заглядываюсь на задницу Лехи, так это уже привычка человека во мне.

С покупкой одежды тоже все обстояло несколько странно для меня. Для альф и бет покупались костюмы для работы и вещи для каждодневной носки, а вот омегам и детям брались ткани, из которых они сами себе шили все, что захотят, и порой качество от этого страдало, да и не у всех были швейные машинки, а у кого было что-то доисторическое, наподобии «Зингер» с ножной педалью.

С моим появлением размеренная и привычная жизнь стаи закипела и забурлила. Недовольные были, но несколько разговоров наедине, и все замолчали. В моем понимании, если кто-то недоволен, то только от того, что у этого кого-то слишком много времени. Тут главное подобрать задание, несложное, объемное и пусть он себе дальше ворчит под нос.

Как оказалось, только в фильмах оборотни не болеют. Конечно, обычная простуда их не берет, но грипп свалить может, а вот лекарства по их рецептам, хоть и на травках, но лично я не рискнул бы принимать.

Вот я всех и занял, кого как мог и что сам придумал. Весь день в стае были слышны перестуки инструментов и матюки. А что поделать, я ж омега, а значит мальчик хрупкий и бабистый по разумению альф и бет. Вот и приводил хозяйство, как умел, в порядок.

Первый неприятный инцидент произошел на стройке склада, когда волчонок задел лестницу, на которой стоял альфа с молотком. Альфа отделался ушибами, ребенок ремнем по попе, а омега чуть ли не седыми волосами.

В тот же день полез в интеренет смотреть снаряды и прочие «качалки-каталки» для детской площадки. Вечером обсудил с Алексеем, где для этого лучше всего выбрать место и кого из взрослых приставить.

Против строительства площадки возражать никто не стал, хоть тут они поняли, что вещь полезная и во благо стаи. Ко всем прочим купленными прибамбасам я выделил немалую сумму на учебники нового образца, предварительно сам просмотрев их, и отрядил Ваньку развлекать малышню, которая не давала никому и минуты покоя.

Даже я, как-то проходя мимо в ипостаси волка, был атакован со всех сторон. На мелочь лапа не поднялась, пришлось терпеть, что меня дергают за уши и хвост, пытаясь разодрать на сотни маленьких кусочков. Щенки постарше вначале побаивались подходить, но увидев пару раз, как я носился с Ванькой, зажав в пасти наполовину сдутый футбольный мяч, присоединились к нам.

Так у моего подопечного появились друзья сверстники, а у меня внеплановый источник информации. Дети же постоянно слышат разговоры родителей и не знают, о чем можно говорить, а про что лучше молчать.

– Леш, а почему оборотни так прячутся от людей? Я говорю не о тайне звериной сути, а о местонахождение жилищ, – спросил альфу, удобно утроившись у него на груди, развалившись в ванной.

– Так повелось. Люди боятся всего, что хоть как-то отличается от них. Они уничтожают себе подобных, а тут оборотни, которые сильнее, живут дольше и по многим еще параметром лучше.

– То есть просто перестраховка? – дошла до меня суть ответа.

– Угу.

Любой разговор с Леликом в неформальной обстановке и без свидетелей всегда переходил в бурный секс. Я, как и обещал, дал время волку свыкнуться, что не все коту с маслицем, так что пока прошли этап мацанья. Если я пытался зайти дальше, меня мастерски отвлекали всеми возможными способами. Да я готов руку на отсечение дать, что Алексей теперь лучше всех минет делает!

Идеи по прокладке асфальтированной дороги к поселению пришлось оставить до лучшего времени. Думаю, это не настолько ахово, чтобы менять мышление всех оборотней за единый раз.

Как и говорил Лелик, менять все нужно, но постепенно – это не гангрена, которую надо вырезать…

Я не спешил, теперь у меня много времени, ведь став оборотнем – продлил себе жизнь. Мысли о матери и сестре часто посещали мою голову и не желали по долгу уходить, но тут осталось только руками развести, изредка подъезжать к дому и смотреть, как они заходят в подъезд, не видя меня за тонированными стеклами машины.

Мама постепенно начала носить не только черные вещи, а у Алисы завелся ухажер, провожающий ее до дома. В гости его пока не приглашали, но я-то теперь слышал, как учащенно бьются их сердца.

В душе радовался, что все относительно хорошо, и все равно что-то дергало. Воспоминания всплывали стихийно, но все плохое старался отгонять и оставлять только хорошее. Миша, который в эти моменты сидел за рулем, старался не беспокоить меня, да и после тоже. Эта тема была слишком свежа и все еще приносила боль.

Сам медведь долго привыкал к жизни в стае и оккупировал одну из комнат в моем доме, наотрез отказываясь что-то менять в комнате. По его словам выходило, что он в ней только ночевал, а все остальное время впахивал, как папа Карло. На мои подколы, что зимой отоспится, только обещал обидеться, уволиться и уйти… но мы-то все знали, что никуда он от нас уже не денется, разве что влюбится и женится.

На первый Новый Год я уехал из стаи, забрав Ваньку, Алексея и Мишку в клуб. Не семейная, конечно, атмосфера, но мое человеческое начало требовало праздника, в то время как у звериной не принято его было отмечать.

Наряжаться не стал, да и о подарках, если честно, не озаботился, так что просто поздравил на словах и убежал танцевать.

Вот этого мне наверно не хватало больше всего, хотя забавно знать, что я почти тридцатилетний дядька, который выглядит на двадцать один, и проживет в таком виде хер знает сколько времени, оттягивается под клубную электронщину, от которой закладывало уши. Мне казалось, что если закрыть глаза, что я ее смогу физически почувствовать, что, собственно говоря, и сделал.

Со всех сторон толкался народ, накурено, воняет алкоголем и закуской, но все это ощущения еще моего человеческого тела, а значит родное и дорогое.

Увлекшись, не сразу заметил, что уже некоторое время танцую в паре. Сзади на ребра кто-то положил широкие ладони. Подумав, что это Лелик, решил присоединиться и не стал скидывать, а продолжил двигаться, и только, когда открыл глаза и увидел злющий зеленый взгляд, понял насколько обознался.

Рядом со мной действительно танцевал парень, который был мне совершенно незнаком, впрочем, так же, как и несимпатичен.

– Может познакомимся? – стараясь переорать музыку, наклонился к моему уху танцор.

Я уже хотел было отказаться, когда в голову залетела шальная мысль. Коварно улыбнувшись, кивнул головой и пошел за парнем в сторону барной стойки.

Вспомнилась та ночь, когда вот точно так же я танцевал и, познакомившись с парнем, встретил Алексея во второй раз.

– Пиво! – крикнул незнакомец бармену. – Тебе что взять?

– Воду, – как же все банально.

– Ты трезвенник что ли? – усмехнулся парень.

– Еще какой.

Вот что-что, а травить свой организм спиртным желания совершенно не было. Оборотни вообще редко пили и то слабоалкогольные напитки, хотя пиво было не редкостью в моем холодильнике, но его в последнее время я пил только разогретым, как профилактику против простуды.

Помнится, друг Димка часто шутил по этому поводу: «Инь – в голове, Ян – в жопе, а между ними в желудке алкогольная хрень, которая подходит к концу!»

– Соскучился маленький? – раздался бархатный голос за спиной.

– Мы разве знакомы? – не поворачивая головы, чтобы не показывать улыбки, спросил я.

– Хм… Дай подумать…

– Слышь, ты чего привязался? Не видишь, мы разговариваем, – начал заводиться парень, который пытался со мной познакомиться.

– Точно! Вспомнил! Мы сегодня проснулись вместе, вчера проснулись вместе и позавчера тоже, но главное, что мы вчера легли спать вдвоем, и до того тоже… – не обращая внимания на выскочку, альфа, огладив мою спину рукой, опустил ладонь на попу и слегка сжал ее.

– Точно! Я тебя знаю! – закрыв глаза, с придыханием томно ответил. – Подушечка, ты пришла за мной! Я знал, что у нас взаимная любовь!

Алексей стоял и удивленно хлопал глазами, а я сиял, как начищенный медный пятак, и любовался делом слов своих.

Незнакомец, поняв, что тут ловить нечего, скрылся со своим пивом в толпе, выискивать новое приключение на ночь, а мое постепенно начинало терять терпение.

– Значит, подушку ты любишь больше меня?! – то ли вопрос, то ли утверждение.

– Конечно! Она такая теплая, удобная, постоянно тянется к моей попке, будит поцелуями и не дает  долго уснуть, – ответил я, огладив ладонями накачанную грудь оборотня и видя, как перестает хмуриться Леша.

– Знаешь, пожалуй я не против быть твоей подушкой еще мно-о-ого лет.

Так прошел мой Новый год и снова началась сплошная работа.

Я мотался по всему селению вечером и днем по офису, решая проблемы насущные. Как хорошо было раньше: сидел в кабинете и принимал альф с отчетами. Сейчас же был аврал везде.

С весной начали течь крыши в домах оборотней, дети заболевали, а на работе предстояла весенняя уборка и инвентаризация.

Шло время, проходили и проблемы, решаясь в порядке очереди, но факт был в том, что они всегда были, и взяться за все разом у меня не было физических сил. Алексей помогал всем, чем мог, но самая главная проблема оставалась во мне.

Я не мог, а возможно не хотел прощать стаю, которая и пальцем не пошевелила, чтобы помочь Дану.

В первую же неделю Ваня нашел в доме подвал и прежде, чем спуститься туда, позвал меня. В начале было интересно, но стоило приподнять крышку люка в полу, как в лицо повеяло запахом сырости, разложения и крови. Волосы даже у меня встали дыбом, что уж говорить о волчонке…

Маленьким я не был и в сказки давно не верил. Сосчитать два плюс два был в состоянии даже Ваня и догадаться, где происходили все издевательства, тоже.

Вечером я попросил Алексея и Мишу спуститься и проверить, нет ли там еще кого, и если нет, то ничего не трогать и оставить все как есть.

Проходили дни, но я не мог сдвинуть в себе груз вины перед бетой, а без этого двигаться вперед.

В середине весны почти все омеги потекли, распространяя в воздухе раздражающий меня запах. Все альфы и беты ходили, похожие на пороховые бочки, и встретить оборотня с фингалом стало обычным явлением, а вот без него практически чудо.

Алексей тоже стал нервным и дерганным, каждый вечер сначала тайком, а после и в открытую стал ко мне принюхиваться, но к моему счастью течка у меня была только в день боя со Станиславом. Для альфы это была маленькая трагедия.

Не раз и не два я слышал от других омег, что секс в звериной ипостаси, это что-то с чем-то и, попробовав раз, обязательно повторишь позже. Подробности мне никто не рассказывал, да я и не просил, видя, как смущаются оборотни.

Я решил просто перетерпеть и не ругаться с итак перевозбужденным оборотнем зазря. Хотя впервые, за почти год, меня напрягал секс с ним. Каждый вечер он утыкался носом в мою задницу и тянул воздух до тех пор, пока последняя надежда на начало течки не умрет. Мне после такого уже ничего не хотелось и я лежал бревном на животе, мысленно составляя планы на следующий день. Благо этот период был недолгим, всего десять дней.

Лето тоже ничего нового не принесло, кроме того, что семь омег зачало волчат. Вот в чем парадокс – текли все взрослые, а залетели только те, у кого младшим детям не меньше двадцати… Природная контрацепция, блин. Один раз роди и трахайся два десятка лет хоть раком на потолке!

Очередное происшествие произошло уже почти в конце августа, когда в ворота поселения вошел высокий, широкий мужчина с проседью на висках. Всматриваясь со своего крыльца в лицо «гостя», пытался понять, где я его уже видел или, возможно, кого-то похожего.

– Макс, я в город ненадолго смотаюсь, надо чего? – вышел из дома Миша и, хлопнув меня по плечу, не глядя начал спускаться по лестнице.

Буквально на второй ступеньке резко остановился и, втянув воздух через нос полной грудь, резко присел на корточки.

– Макс, у нас гости? – еле слышно прошептал Миша.

– Еще не знаю.

– Там такой большой, на меня похожий, да? – поднял полные ужаса глаза на меня оборотень.

– Действительно похож… – а я голову еще ломал, вот что значит Мишка примелькался.

– Меня тут нет! – на четвереньках оборотень начал ползти по лестнице наверх в сторону двери.

– Михаил, я тебя видел! – строго и громко сказал мужчина, от чего медведь чуть лбом об пол не стал биться.

Понаблюдав пару секунд реакцию друга, посмотрел на мужчину, вокруг которого начали выстраиваться члены моей стаи.

– Мир Вашему дому! – казалось, сказал оборотень сразу всем, но после посмотрел в упор на меня. – Могу я поговорить с вожаком стаи?

– Можете. Что Вам угодно? – от мужчины шла аура властности, но как-либо лебезить я не видел смысла, не в моей привычке это было.

– Омега, проводи меня к вожаку, говорить я буду только с ним, – незнакомец стоял расслабленно и следил за каждым, кто приблизился к нему ближе, чем на полтора метра.

– Еще раз спрашиваю, что привело вас на территорию МОЕЙ стаи? – интонацией я постарался предельно ясно передать смысл, который вкладывал.

– Омега вожак? Альфа-сука стало быть… – задумчиво рассматривая меня, потер он подбородок.

Меня покоробило подобное обращение к моей персоне, но термин был знаком после просмотра пары ББС-ишных программ, еще в Питере. Я тогда и про медведей просмотрел все, что мог,  чтобы быть готовым к вывертам Вани и Миши.

– Молодец! Вася, дай уважаемому конфетку за сообразительность! – я прекрасно понимал, что хамлю открытым текстом, но давно уже понял, что оборотням надо не только физическую силу показывать, но и моральную. Тут выживал только сильнейший и по правилу – либо ты, либо тебя.

«Либо меня» я предпочитал только ночью и с Алексеем, в других ситуациях приходилось быть жестким даже с ним.

Стоя и разглядывая несколько обескураженного гостя, которому альфа протягивал шоколадную конфетку «Мишка на севере», и готов был заржать в любую минуту. То, что оборотень был родственником нашего Михаила, я уже понял, но такой завуалированный посыл куда подальше!

– Вась, а у тебя еще одной нет?! – Старался я строить из себя саму серьезность, видя, что большая часть альф моей стаи сами с трудом сдерживают улыбки, наблюдая за всем этим бесплатным цирком.

Молчание затягивалось, гость рассматривал сладость на своей ладони. Точно такую же Василий дал мне и такую же я протянул Мише, который все также стоял на четвереньках и прислушивался к разговору.

– Хм… хр… вм… – прочитав название, захрюкал в кулак оборотень, стараясь подавить ржач.

– Михаил, выходи! – наконец подал голос мужчина.

Веселье оборотня мигом улетучилось и он, отряхнув колени, поднялся, нацепив на лицо вымученную улыбку.

– Дедушка, как я рад тебя видеть! А ты надолго сюда? – раскрыв объятья, пошел друг встречать родственника.

– Вырос, как дуб, и ума столько же! – не стал обнимать внука дед, но за щечку, как ребенка, потрепал. – Собирайся, мы едем домой вдвоем!

– Деда, я не могу. У меня работа тут и вообще! – чуть попятился Миша, но быстро сумел взять себя в руки.

– Может, зайдете в дом, выпьете чаю с конфетками, поговорите без лишних свидетелей? – решил я вмешаться и дать другу немного времени, чтобы все обдумать.

Предложение было принято, и теперь, сидя на кухне за столом, в которой практически ничего не изменилось, разве что вместо искусственных цветов, подобранных дизайнером, стояли настоящие, лесные, собранные волчатами рядом с поселением.

Матвей, прописавшийся в последнее время на кухне, заварив чай, расставлял чашки. Ванька появлялся в доме в основном под вечер, занятый обучением волчат грамоте, да и сам готовился к поступлению в медицинский ВУЗ на следующей год. Его желание поступить на бесплатное отделение стало навязчивой идеей и я старался поддержать волчонка в этом. В конце-концов, собственный врач в стае никогда не останется без работы.

– Максим, познакомься. Это мой дедушка Макар Иванович. Деда, а это мой друг, начальник и вожак стаи Максим Федорович, – представил нас Миша, а то игра в гляделки утомила и меня и гостя, но первым начать разговор никто не решался.

– Очень приятно, – протянул огромную ручищу медведь, в которой моя просто утонула при рукопожатии.

– Взаимно, Макар Иванович, – улыбнулся я.

Разговор стал налаживаться, Миша рассказывал деду историю нашего знакомства, я слушал, не перебивая и отмечая, что некоторые моменты вызывали улыбку родственника, где-то дед хмурил брови и кидал на меня косые взгляды, явно не очень веря.

Сладкое со стола уничтожалось с колоссальной скоростью, оба медведя сожрали почти весь запас конфет, который держался в доме для Миши, уговорили литровую банку варенья и завершили чаепитие пожиранием памятных конфет, которые были выданы Василием.

К Мише в этом плане я уже привык. Он мог и сахар вместо чипсов грызть, но вот подтянутый Макар Иванович, который тянул внешне лет на сорок, просто начавший рано седеть, чем выдавал скорее всего очень древний возраст для оборотня, не вязался в моих мозгах с образом сладкоежки. Хотя и джинсы с казаками тоже несколько сбивали с толку.

– Может теперь поговорим о твоем отъезде? – спросил медведь, когда выслушал историю внука.

– Деда, я не хочу никуда уезжать! – хлопнул кулаком по столу Миша, думаю в сердцах он еще и ногой топнул и в сторону плюнул.

– Мы не всегда делаем то, что хотим, – строго сказал Макар Иванович внуку, а мое воображение дорисовало, как он еще и пальцем погрозил.

– Ма-а-а-акс! – влетел на кухню Ванечка. – Это ты купил байк, что у ворот стоит? Можно посмотреть?! Покатаешь меня?! – чуть ли не пританцовывая, громко вопил волчонок, не замечая ничего, настолько поглощен был собственным восторгом.

– Вань, ты о чем?

На мотоцикле я не катался с того момента, как приехал домой весь избитый после первой встречи с оборотнем, а потом продал, но это не значит, что не думал больше о них. Мне не раз приходилось давать себе мысленно затрещину, когда мимо кто-то проезжал на двухколесном коне.

«Стабильность и безопасность», – повторял я, как мантру, продолжая отгонять мысли о скорости, ветре в лицо и чувстве свободы.

– Возле ворот стоит черный красавец. Я думал, это ты себе купил, – разочарованно протянул Ваня. – Здравствуйте, –  наконец был замечен гость.

– Хочешь на выходных на трек съездим и ты покатаешься с инструктором? – решил я приободрить поникшего парня.

– Хочу. Только мы все равно, как и в океанариум, никуда не съездим, – печально вздохнул волчонок, отнимая практически изо рта последнюю ватрушку, которую Миша отвоевал у деда.

– Вот и съездим! – подмигнул я жующему парню, который от досады попытался чуть ли не целиком запихнуть плюшку в рот.

Весь вечер я сидел и слушал двух медведей, которые не собирались ни в чем друг другу уступать.

– Миш, а почему ты не хочешь? – подперев руками подбородок, устало поинтересовался я у друга.

– Максим, они меня женить хотят! – с детской обидой в глазах возмутился медведь.

– И что?

– Как что? Вот ты, например, до сих пор со своей парой не прошел обряд и ходишь свободным, хоть и признал Алексея.

От такого ответа, сердце больно резануло.

«Не звал меня никто на ритуал!» – хотелось ответить, но друг не дал даже слова вставить продолжил:

– И ты хотя бы знаком с Алексеем, а я даже ни разу эту медведицу не видел!

– Да брось ты! Зато представь какие запасы мяса у тебя на зиму будут… – сделав вид, что размечтался, расплылся в улыбке и покосился на друга. – Только представь, придешь домой с работы, а тебя накормят, напоят, спать уложат и обласкают. Все уговорили, пошел жениться! – решил я, настолько убедительно приводя доводы, что соблазнился и сам.

– На ком? – послышался голос альфы за спиной со стороны двери.

– На тебе, милая. Будешь меня поить, кормить, ублажать и со сказками спать укладывать!

– А может, наоборот? – обнял меня со спины волк.

– Бубликом тебе по губам, а не наоборот, – не поддержал я игривого тона альфу. – Пойду медведицу себе искать! Вон, Мишку женим и себе начну подыскивать…

– Ты женишься? – уловил главную суть вопроса Лелик.

– Нет!

– Да! – в один голос ответили медведи и посмотрели зло друг на друга.

В тот вечер они не сумели договориться, зато Алексей почти до утра доказывал мне, что он же лучше какой-то там медведицы. Утром я даже с хваленной регенерацией оборотня не смог встать. Все, что было ниже спины, чувствовалось только по болезненным импульсам.

Зато довольный альфа, практически уложив меня на себя, поглаживал руками спину и, периодически опуская их, мял ягодицы.

– Еще разок? – обнял меня Алексей так, что чуть ребра не затрещали.

– Пошел в жопу! – возмущению моему не было предела.

– Как скажешь… – коварно улыбнулся волк и тут до меня дошел смысл сказанного мной.

– Леха, не надо… Я пошутил, слышишь? – начал я брыкаться в руках волка.

– Скажи, что любишь меня, тогда отпущу, – с прищуром попросил волк.

– Лелик, я тебя очень люблю, а теперь отпусти меня! – уперевшись руками в подушку с обеих сторон от головы оборотня, ответил я.