Текст книги "Где власть встречает сердце (СИ)"

Автор книги: Виктория Руиза

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)

Виктория Руиза
Где власть встречает сердце

Пролог

Я стоял около стола, легко касаясь его пальцами, и смотрел в окно. За окном моего огромного особняка играла весна, более напоминающая раннюю осень. Тёплый ветер шевелил нежные листья, и, казалось, природа сама звала меня на свободу. Я глубоко вздохнул, впитывая этот свежий воздух, но внутри меня всё равно царила невидимая пустота.

Я вспоминал всё, что произошло со мной за эту жизнь. Я был опытным воином, прошедшим не одну войну, даже побывал в плену и выжил. Эти испытания закалили меня, сделали сильнее, но и оставили глубокие шрамы на душе. Я получил достойное образование и занимаю хорошую должность при дворе короля, несмотря на то, что не раз подвергал сомнению королевские решения. У меня есть достаточно денег, чтобы купить целый город. Все женщины были у моих ног, но их внимание ощущалось как лёгкая вязкость – приятно, но не оставляло глубокого следа.

И чего-то мне все же не хватало. Моя душа была пуста, как величественный зал, где затихли звуки праздника. Я скрывался за масками величия и хладнокровия, сомневаясь в существовании удачи и истинного счастья. Мне говорили, что любовь – это просто иллюзия, но во мне всё ещё теплилась надежда найти что-то большее, чем суета и обман.

Я верил, что только упорный труд поможет добиться чего-то в этой жизни. Моя непоколебимая вера в отсутствие случайностей отныне руководила каждым моим шагом. Я тщательно планировал каждое действие, каждый шаг. Душа моего королевства напоминала пустую чашу, которую нужно наполнять разумом и стратегией.

Но ровно до тех пор, пока я не встретил её… Она появилась в моей жизни, как солнечный луч среди серых облаков. Я встретил её на балах, где свет и тени смешивались в танце, а музыка пронизывала сердце. Она была олицетворением нежности и силы, абсолютно отличавшаяся от тех, кого я знал. Сначала я просто наблюдал, как она мягко движется по танцевальному залу, завораживая всех своим присутствием, но вскоре почувствовал, как невидимые нити притяжения связывают нас.

Служив при дворе, я привык к сложным политическим интригам и жёстким правилам. Я знал, что в мире, где люди стремятся к власти и богатству, настоящие чувства – редкость. Но чем больше я наблюдал за ней, тем яснее становилось, что она была тем самым несоответствием, той искоркой, которую я искал всю жизнь.

Наступил момент, когда я осознал, что не смогу скрываться от настоящих чувств. Каждое её движение оставляло глубокий след в моём сердце, и маски, которые я носил с таким успехом, начали трещать по швам. Как я мог противостоять чувствам, которые раздирали меня изнутри? Она не знала о моём прошлом, о моих страхах, но её свет заполнил тьму моего сердца, заставляя задаваться вопросом: может, именно она смогла бы превратить мою непохожесть на других в нечто большее?

Мир, в котором мы жили, был жесток, и я, как никто другой, понимал это. Интриги, зависть и амбиции могли разрушить всё, что я строил. Я боялся, что потеряю её, и с этим страхом на душе я начал осознавать: настоящая битва в жизни – это не война с врагами, а борьба за любовь и счастье, которое я так долго искал. И вот, когда я собирался сделать шаг навстречу, я узнал то, что могло всё изменить…

Глава 1. Лиам

Я проснулся от настойчивого стука в дверь. За окном уже во всю светило весеннее солнце, напоминая, что жизнь – как день, скоротечна. Не понимая, что происходит, после бурной ночи, я побрёл вниз.

– Генри! – крикнул я, зовя своего дворецкого, спускаясь по лестнице.

Молчание было единственным ответом на мой голос, и на настойчивый стук, который продолжал звучать.

– Генри! – ещё раз крикнул я. – Да где же ты запропастился?!

Спустившись в холл, я медленно подошел к окну, что смотрело прямо на входную дверь. За окном я увидел Ченса. Мой друг детства, который так же, как и я окончил Университет Этер, а теперь занимал пост канцлера и возглавлял королевскую канцелярию. Закатив глаза и выдохнув, я медленно открыл дверь.

– Взрослых нет дома, – произнес я писклявым голоском.

– Прекрати паясничать, – начал Ченс, – у тебя отвратительно получается.

– Да ладно тебе, – ответил я, – не будь таким серьезным.

Как только Ченс зашел, я схватил его и быстро начал тереть кулаком о его светлые волосы, взъерошивая их. Отбившись от меня, он выровнялся, поправил костюм и злобно на меня посмотрел. Я же, в свою очередь, показал ему волшебный палец, сгреб бутылку открытого вина с тумбочки и пошел в гостевую. Плюхнувшись в кресло, я отпил вино, прям из горла. Ченс вошел следом, закатив глаза на мою неукротимую версию бунта.

– Пьянствовать в такое время? Ты ведь должен быть примером для подрастающего поколения! – проговорил он, вздыхая.

– Примером говоришь? – с ухмылкой отвечал я, опуская бутылку. – А ведь я уже достиг выдающегося успеха в своей жизни. Я участвовал в воинах и выживал в плену, так что у меня есть право на, скажем так, маленькие слабости.

– Тебе на самом деле стоит задуматься, друг, – произнес Ченс, подойдя ближе. – Мы не подростки. Ты не можешь продолжать жить в роскоши, как будто у тебя нет обязанностей.

Я посмотрел на него, оценив его напряженные черты лица. Ченс всегда был ответственным и целеустремленным, в отличие от меня. Но именно поэтому мне и нравилось его дразнить.

– Ты просто завидуешь, – поддразнил я. – У тебя же ни одной бутылки вина не откупорено, ты такой мудрый, что выглядишь на несколько лет старше своего возраста!

– Давай оставим шутки в сторонке, – сказал он строгим тоном. – Я пришел, чтобы поговорить о делах. Король вызывает на совет о новых налогах, и я думаю, это не тот момент, когда ты должен предаваться веселью.

Я выпрямился в кресле и сделал еще один глоток вина, задумавшись.

– Хорошо, – ответил я. – Но расскажи, для начала, как он выглядит? Опять в своих доспехах и с двумерным взглядом стального волка?

Ченс не смог сдержать улыбку. В это мгновение стены между нами начали рассыпаться, на секунду я снова видел того мальчишку, с которым рос, а не канцлера с длинными свитками и тяжёлым грузом ответственности.

– Да, что-то подобное. – Он скрестил руки на груди. – Это, конечно, наша любимая комедия. Но, если серьезно, у нас есть поводы для беспокойства. Налоговые реформы могут задеть даже такие заведения, как твоё.

Я вздохнул, осознавая, что, несмотря на всю лёгкость, наша жизнь полна непредсказуемости. Не хотелось возвращаться к реальности, где все так надуманно и сурово.

– Ладно, – сказал я. – Один час веселья, и потом я приду на этот вздорный совет.

Ченс кивнул, и я снова потянулся к бутылке. Вино текущей струей напомнило мне о тех днях, когда мы сидели вместе после занятий, делились мечтами и смеялись, не подозревая о том, что впереди. Но теперь, когда взрослая жизнь настигла нас, мне нужно было задуматься о перспективах, и о том, что ждет меня в дальнейшем. И самое главное – о вечной борьбе, которую мне необходимо было вести.

Он вышел из гостиной оставив меня в размышлениях. Я, сделав еще глоток, встал с кресла и направился в ванную. Мне было необходимо привести себя в порядок. Я понимал, что после ночи пьянствования выглядел, мягко говоря, не очень.

Поднимаясь по лестнице, я снова вспомнил, что Генри так и не отозвался, даже когда Ченс словно выламывал дверь. Где же он мог быть? Дом словно вымер.

Поднявшись до своего кабинета, я увидел кучу разбросанных пустых бутылок, и понял, что ночь удалась.

– Упс… – только и вырвалось у меня.

Я остановился на мгновение, глядя на беспорядок, который я оставил за собой. Застыв, я призадумался, напоминая себе о том, как важно уметь контролировать свои слабости. Бутылки, разбросанные по всему полу, как будто осуждали меня, напоминая о том, что давно стало привычным.

Тяжело вздохнув, мне стало не ловко за то, что госпоже Бетти придется всё это убирать. Каждый раз, видя пустые бутылки, мне казалось, что я вижу разрозненные куски своей жизни. Я не хотел, чтобы жизнь напоминала об этом беспорядке, и в итоге все равно приходилось возвращаться к реальности.

Из кабинета вдруг раздались звуки – то ли треск, то ли шорох, и я понял, что мне необходимо туда заглянуть. Пока я медленно пытался открыть дверь, я вдруг подумал о том, что мой дворецкий никогда не оставлял меня одного на долгое время. Перед глазами всплывало множество сценариев – от головной боли и похмелья до непредвиденных неприятностей.

Зайдя в кабинет, я увидел Генри. Он лежал на полу, без движений. Испугавшись, я бросился к нему, но подбежав, я понял, что он просто спит. Пьяный. На полу. В моём кабинете.

– А ты ещё та пьянчужка – произнёс я с ухмылкой, укрывая Генри пледом, взятым с кресла.

Генри, словно что-то почувствовав начал ворочаться и найдя рядом с собой бутылку, обнял её и успокоился.

Я только и смог, что усмехнуться, оставив его досыпать.

Наконец-то я дошел до своей спальни и глянул в зеркало. Немного опухший, с растрепанными волосами и синяками под глазами я выглядел просто «великолепно».

Смотря на своё отражение, я не мог сдержать смешок. В этом состоянии я выглядел не как опытный советник короля, а скорее, как добрый персонаж из сказки, который выпал из окна на утро после пьяной вечеринки.

– Да уж, в таком виде в политику не выйдешь, – произнес я, обращаясь к своему отражению. – Интересно, что скажут дамы, если я появлюсь перед ними с таким обличьем?

Размышляя об этом, я решился взять себя в руки. Время летело быстро, и мне нужно было подготовиться к встрече с королём и Ченсом. Я вспомнил, что наш разговор коснулся важных вопросов, и мне не хотелось его подводить.

Я начал приводить себя в порядок – моё утро было слишком хаотичным, и я знал, что даже самый малый штрих может повлиять на впечатление. Набравшись смелости, я позаботился о волосах, выбрал подходящий наряд, чтобы хоть немного восстановить свою репутацию.

Когда я закончил, ощущения ступора будто рассеялись. Видя себя в зеркале, я почувствовал, как уверенность начинает возвращаться. Возможно, я просто переживал обычное утро после бурной ночи, но мне было необходимо напомнить себе, кто я есть на самом деле.

Покинув спальню, я вновь заглянул в кабинет, решив, что было бы неплохо разбудить Генри, прежде чем он проснётся с тяжелой головой и воспоминаниями о том, как же он оказался на полу.

– Генри! – крикнул я, на этот раз более настойчиво. – Вставай, пора на ноги.

По мере того, как я говорил, он начал медленно приходить в себя, открывая глаза и потирая их, как будто не мог поверить своим ощущениям.

– Что? Где я? – произнес он с хриплым голосом, поднимаясь на локтях.

– Ты всё ещё в моем кабинете, – не сдержав усмешки, ответил я. – Пара бутылок и культура налива сделали своё дело!

Генри удивленно посмотрел на меня и, увидев пустую бутылку рядом, резко уставился на неё, метнув мне недоумённый взгляд.

– Когда уже эти застолья закончатся? – произнёс он, наконец.

Я лишь пожал плечами, познавая вечные проблемы угощений в нашем мире.

– Не знаю, друг. Но вот что я тебе скажу, нам необходимо прийти в себя и сосредоточиться на делах. Король ждет.

Что бы там утром ни случилось, я все равно был настроен решительно. Мы были ответственны за свои поступки, и, как бы сложно ни было, пора было убирать следы веселья и возвращаться к настоящей жизни.

Глава 2. Лиам

Добившись того, что Генри снова, пусть и с больной головой, приступил к своим обязанностям, я решил выдвинуться к королю. Выйдя во двор, я подумал о том, что было бы неплохо проехаться верхом на коне. Найдя конюха, я сообщил ему о своём желании, но он посмотрел на меня с явным недоумением и сказал:

– Ваша Светлость, может лучше карета?

– Я что, по-твоему, не справлюсь с конем, – восторженно ответил я.

– Но…

– Никаких, но, седлай коня.

Конюх пошел за конем и седлом. Седлав коня, он ещё раз постарался меня остановить, но я был непоколебим. Слегка шатнувшись, я словно взлетел в седло и… Промахнулся.

Я потерял равновесие и почти упал, пытаясь удержаться на коне. Проверяя, не сломал ли я что-то, с сосредоточенным лицом, я наконец забрался обратно в седло, тихо ругая себя за эту неповоротливость. Конь слегка фыркнул, словно в знак недовольства, но я сжал поводья и пытался выглядеть более уверенно, чем чувствовал себя на самом деле.

– Ну, давай, дружище, – произнес я, потянув поводья, и конь, по-видимому, сопереживая моим попыткам уверенности, сделал шаг вперед. В тот момент позади говорили, что я не должен был и пытаться скакать после ночи, проведенной с вином в руке.

Скоро я выехал за ворота особняка. Свежий весенний воздух заполнил мои легкие, и с каждой минутой я чувствовал, как голова проясняется, а мысли становятся более четкими. Гулкий топот под копытами коня, идущего по земле, напоминал мне, что я не просто человек, зависящий от своего окружения – я был воином, способным управлять своей судьбой.

Я вскоре оставил позади шумный двор и устремился в сторону леса. Несмотря на усталость, я чувствовал себя живым, и каждый резкий глоток воздуха напоминал мне о том, насколько значимыми могут быть эти мелочи.

Я искал способ заставить свою внутреннюю энергию двигаться, и нашел его в действии. Вскоре, преодолев все свои опасения, я крепче ухватился за поводья своей жизни и пустил своего внутреннего коня в галоп. Мягкий и плавный ритм бега по тропинке лишь подчеркивал свободу, которую я так давно искал.

В этот момент мне представилась картина о том, что порой мимолетные потребности в простых радостях жизни могут затмить любые неоплаченные счета или ожидания на совете. Когда я вспоминаю, как мы с Ченсом мечтали о свободе и приключениях, мне становится стыдно за то, что я позволил себе затянуть свою жизнь рутиной.

Раздумья прервались, когда я заметил, что впереди меня, среди леса, пронеслось нечто. Это было что-то странное, яркое и, похоже, спешащее куда-то в сторону от дороги. Мой интерес возрос – это был знак того, что в моем безмятежном утре начало происходить нечто интересное.

Собравшись с духом, я подгонял коня вперед, следуя за тем необычным движением. Чем ближе я подходил, тем явственнее стали слышны голоса. Я нарастил скорость, и вскоре из-за деревьев возникла каша из людей, собиравшихся у дороги. В их глазах было смятение, и мне стало интересно, что же произошло.

Я спрыгнул с коня и, пробираясь через толпу, начал прислушиваться к разговору.

– Это снова произошло! Жди беды! – воскликнул один из местных жителей, указывая вдаль.

– Мы должны подготовить всех в деревне! – ответила другая женщина, держащая детей за руки.

В этом месте словно сосредоточилось всё, что раньше было скрыто за стенами моего поместья. Интерес стал клокотать в душе. Я понял, что будущее требует от меня больше, чем просто сидеть за столом в ожидании.

И вот, следуя за толпой, я погрузился в это новое приключение, полное ожиданий и возможностей.

Я стоял среди толпы и слушал разговоры вокруг, пытаясь понять, что же происходит. Я прикрыл глаза, словно прислушиваясь, и в этот момент я услышал крик. Кричала женщина, и я сразу кинулся на звук. Найдя эту женщину, я остановился и застыл. Передо мной представала картина полная боли и загадок. Женщина, сидела на коленях и держала на руках ребенка. Он был явно мёртв.

Сердце ёкнуло от шока, и на мгновение мир вокруг меня потемнел. Я подошел ближе, ощущая, как горло сжимается от ужаса. Женщина, с лицом, искаженным горем, прижимала к себе малыша, который со спокойным и невинным лицом выглядел, как будто просто спал.

Толпа вокруг, переговариваясь, стала тихой, но каждый отголосок страха и беспокойства витал в воздухе. Я чувствовал, как меня наполняет гнетущая тревога. Быть может, это было проявление человеческой жестокости или стихии, которая забрала у неё самое дорогое.

– Что произошло? – спросил я, стараясь не показаться слишком навязчивым. Но женщина не обратила на меня внимания. Её взгляд был пустым, как будто она не осознавала, что происходит вокруг.

Другие люди начали около неё образовывать круг, пытаясь понять причины трагедии. Меня охватило чувство беспомощности – что я могу сделать в этой ситуации? Я не мог вернуть ребенка, но мог попытаться облегчить горе этой женщины.

– Пожалуйста, – произнес я опять, на этот раз немного громче. – Расскажите, что случилось.

Наконец, к женщине подошла другая, пожилая, и обняла её за плечи.

– Его звали Эдвард. Он… он был очень болен, – начала она с тяжёлым вздохом. – Мы с другими матерями много раз просили о помощи, но никто не пришёл. Он не дожил и до 7 лет…

Я чувствовал, как моё сердце обрывается. Весь этот вопиющий мрак, не имеющий конца, поглотил меня целиком. Боль и горе не могли оставить равнодушным никого из тех, кто был свидетелем этой сцены.

– Мы должны сделать что-то, – произнес я, обводя взглядом округу. – Нужно организовать помощь для этих людей.

Мне хотелось, чтобы моя решительность как-то повлияла на толпу, чтобы, возможно, из этого горя что-то положительное все же смогло вырасти. Я судорожно искал взгляд приятелей, или хотя бы помощников, готовых подключиться к делу.

– Мы не можем оставить их одних! – продолжал я, чувствуя, как внутри меня растет желание помочь. – Мы можем начать собирать пищу, лекарства – что угодно, чтобы помочь!

Некоторые люди начали переглядываться и шептаться друг с другом. Я заметил, что из толпы начали выходить соседи, которые пришли на помощь.

– Возможно, даже в этом горе мы можем найти силы поддерживать друг друга, – произнесла одна из женщин, и несколько голосов зазвучало в поддержку.

В этот момент я ощутил, как мощный поток надежды начинает переполнять пространство вокруг. Учитывая мои связи и влияние, я знал, что смогу сделать гораздо больше. Необходимо было организовать сбор средств и ресурсов. Это будет моим первым шагом к тому, чтобы вернуть жизнь в эту деревню, полную страха и горя.

Я глубоко вдохнул, готовясь к тому, что мне предстояло сделать, и ведомый внутренним импульсом, обратился к толпе:

– Давайте объединим наши усилия. В этих трудных временах нам нужно быть вместе, помогать друг другу, чтобы каждый смог восстановиться. Мы не можем позволить, чтобы такие трагедии повторялись.

Не увидев особой реакции, я стоял в размышлении, пытаясь проработать план помощи, когда ко мне подошла женщина.

– Это ведь уже не первый подобный случай, – начала она.

– Были и другие?

– О, да… И всё это были дети, будто нечистый охотится за невинными детскими душами.

– Вы обращались к королю? В канцелярию? Извещали хоть кого-нибудь? – спрашивал я на эмоциях.

– А кому есть до нас дело? – с грустью ответила женщина. – Платим налоги и ладно, а всё остальное видимо ерунда. Вы вон какой – молодой, крепкий, хорошо одетый, явно при деньгах… Что же забыли в нашей богом забытой деревне?

Я задумался об этих людях. А ведь и правда, сколько я здесь живу – ни разу не был в этой деревушке. Я даже о ней не знал. Если бы не нечто, которое привело меня сюда, я бы и не узнал о ней. Но теперь я был полон решимости выяснить, что же тут происходит.

– Спасибо вам, – произнес я. – Я доложу королю о ситуации.

Женщина посмотрела на меня, и я почувствовал, как ответственность легла на мои плечи, словно тяжёлый камень. Эти люди нуждались в помощи, и моя позиция могла иметь значение. Но осознание того, что я до сих пор оставался отчужденцем в их жизни, наполнило меня стыдом.

– Вы упомянули, что были и другие случаи, – продолжал я, обращаясь к женщине, в надежде извлечь больше информации. – Не могли бы вы рассказать мне о них? Я хочу понять, насколько всё серьёзно.

Она сжала губы, будто выбирая слова. Я понимал, что это слишком болезненно для неё. Наконец, она вздохнула и начала.

– Несколько месяцев назад у нас была семилетняя девочка по имени Лаура. Она тоже заболела. Мы пытались обращаться за помощью к врачам, но они не могли ничего сделать. И за ней последовал ещё один, потом ещё… К сожалению, это не закончится, если ничего не поменяется.

Я кивнул, слушая её слова. Это было не просто горе, это напоминание о том, что я мог бы помочь этим людям – и это чувство пробуждало во мне не просто желание, а необходимость.

– Мы должны убедиться, что никто не останется в стороне, – сказал я, решительно. – Я отправлюсь к королю и расскажу ему о вашей ситуации. Возможно, он организует помощь, так как вам действительно не хватает еды и лекарств.

Женщина посмотрела на меня с недоверием, но в её глазах заблестели слёзы надежды.

– Вы действительно готовы сделать это? – спросила она. – Не многим важно, что происходит здесь. Иногда кажется, что мы, совсем, не общаемся с настоящими людьми.

Я улыбнулся ей и, несмотря на тяжесть ситуации, почувствовал, как уверенность наполняет меня.

– Я не стану сбрасывать вас со счетов. Если что-то нужно изменить, это начнётся с меня.

Пока я говорил, вокруг нас медленно собирался небольшой круг местных жителей. Я заметил их любопытные взгляды и понимал, что они ожидают действий от меня.

– Когда я доберусь до короля, я расскажу ему о вашем горе и необходимости сделать что-то конкретное. Но мне нужно, чтобы вы поддержали меня. Можем ли мы создать небольшую группу, которая будет работать вместе для сбора информации и помощи?

Некоторые из них начали кивать, выражая поддержку. Один из местных мужчин шагнул вперёд, его лицо было полным непоколебимой воли.

– Мы будем рядом с вами, Ваша Светлость, – произнес он. – Можем организовать встречу с другими жителями и собрать все факты. Возможно, у нас получится донести это до королевских ушей.

Я почувствовал, как во мне растёт непреклонность необходимых действий. Эта группа, эти люди – это была новая надежда для их деревни. Я знал, что работа, которую мы собирались начать, потребует сил, но теперь у нас была цель.

– Давайте тогда начнем с создания списка детей, нуждающихся в помощи, и случаев недомогания, которые произошли в деревне, – предложил я. – Чем больше я смогу собрать информации, тем сильнее будет наш аргумент.

Женщина, что начала разговор, кивнула.

– Хорошо, мы постараемся собрать всё – от каждой беды вплоть до самого последнего отчаяния. Я могу помочь.

Собирая свои мысли, я осознал, что готов вступить в борьбу за этих людей и их жизнь. Мы начали работать вместе, обсуждая, как можно устранить невидимую преграду между местными жителями и королевской властью. Теперь я не просто был сторонним наблюдателем, я стал частью их борьбы.