Текст книги "Тени прошлого (СИ)"

Автор книги: Виктория Хорошилова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Глава 2

Невеста братьев, Анна, была суперской девчонкой. Она на рассказ матери, что я виновата в том, что стала калекой, только глаза закатила.

– Конечно, – бросила она в конце рассказа. Мать сразу поняла, что девчонка не поверила ни единому слову. Но и спорить с ней пока не собиралась. А мне к концу первого года собрали приспособление, позволяющее стоять. От чего-то родители решили, что мне это полезно. И теперь час в день я в нём стояла. И если я не выпила перед этим обезболивающее, то этот час превращался в ад. А слышать, что мне больно, никто не хотел. Раз полезно, значит терпи. Но так я могла больше помогать матери по готовке и обработке продуктов. В этой системе она могла меня передвигать по дому. Благо, двигала только в пределах кухни, и не больше двух часов я стояла. Потому что спина болела адово. Я рискнула и разузнала в местных спортзалах, будет ли кто со мной заниматься. В одном, недалеко от дома, нашёлся тренер-реабилитолог. Он сказал, что возьмётся за меня.

Благо, в этом спортзале был лифт, и я могла подняться на второй этаж. Тренера звали Трой. При знакомстве и просмотре моего анамнеза он сказал:

– Ты у меня ещё бегать будешь.

– Звучит оптимистично. Но пока стоять я могу только в специальном устройстве.

– Вообще-то тебе это вредно, у тебя позвонок раздроблен и неправильно сросся. Если он сломается и повредит нерв, ты можешь потерять возможность ходить. Пока что вопрос только в деньгах.

Трой научил меня не только подтягиваться, он помог укрепить тело целиком и показал, как я могу работать с ногами. Ноги я укрепляла и делала упражнения под его чутким присмотром, а домой он задавал только массаж и отдых. Благодаря Трою тело стало более гармоничным, и появилось больше сил для работы. Я даже работу поменяла – та же бухгалтерия, но уже в два раза больше платят. Хотя я трачу не более трёх часов в день, но устраивалась на полный рабочий день.

В остальное время искала работу по рисункам и выполняла заказы. И, конечно же, продолжала учёбу в университете. На мою операцию нужно три миллиона и столько же на восстановление. Для меня это невероятно много! Но потом я посчитала, что это примерно сто тысяч в месяц нужно откладывать, если я хочу в ближайшие шесть лет встать на ноги. Всё равно много, даже невероятно много. Но есть цель, и я всё свободное время посвящаю работе. Так за работой прошёл второй год моей жизни в коляске. Прогулки, если и делала, то редко и недалеко от дома.

– Тебе нужно отдыхать, – сказала как-то Анна. – Зарегистрируйся на сайте знакомств, укажи, что ты колясочница. Вдруг это кого-то не оттолкнёт. А для тебя – смена обстановки. И отдых тебе нужен, чтобы были силы на работу. В идеале ты можешь найти мужей, которые оплатят тебе лечение.

– Последнее слишком невероятно, – сказала девушке с улыбкой.

– Сама зарегистрируешься или я тебя? А то ты из-за компьютера почти не вылазишь.

– Сама! Но мне нужно красивое фото из последних лет, где я уже такая! Чтобы они не обманывались на красивую мордашку.

– Ты себе льстишь, – услышали маму.

– В общем, Анна, я поехала.

Невеста братьев сердито посмотрела на будущую свекровь.

– Она не красавица, и не стоит давать ложные надежды.

– Вы могли бы быть подобрее к своей дочери.

– Разочарование, а не ребёнок. Притом с самого начала – разочарование, зря я позволила ей родиться.

Самое паршивое – я это слышала. И я слишком сроднилась с этим телом и всё воспринимаю про себя буквально. Анна чуть позже зашла, посмотрела, что я про себя написала, и помогла сделать несколько симпатичных снимков.

– Ты красавица! И не верь тем, кто говорит иначе, – сказала она строго.

– Ты мне явно льстишь. Может, мордашка и красивая, но моя инвалидность это всё перечёркивает.

– Ты к себе несправедлива!

Виновато ей улыбнулась. Тренер на меня реагирует нормально. Просто как на человека. Он не акцентирует, что я инвалид, урод, недостойный жизни, как некоторые считают. Он просто видит во мне человека, которому старается помочь. Но я так привыкла за эти два года, что во мне видят недочеловека, уродца. Стоит потерять возможность ходить, и ты перестаёшь быть достойным уважения…

Первые переписки-знакомства не заставили себя долго ждать. Некоторые быстро пришлось отмести, потому что предлагали встречи чисто ради секса. Типа «тебе-то какая разница, никто другой тебе и не предложит, а ты ещё и кочевряжишься». Но спустя месяц переписок, отказов и новых знакомств пошли первые приглашения на свидания. Все были вечером. Некоторые свидания не продлились и одной минуты. На первом мне назначили встречу в кафе. Я приезжала в него, и при входе администратор огорошивал, что таких, как я, здесь не рады видеть. Мол, у нас для вас ничего не приспособлено. Меня всё равно проводили к столику, и после «привет» с парнем минуту друг друга рассматривали. А потом он выдал:

– Свободна, думал, ты посимпатичней. Эй, увезите инвалидку!

Меня молча вывезли из кафе. Охранник, что вывозил, сказал тихо:

– Простите, но он хам каких поискать. Простите, что вы это пережили.

– Спасибо, – сказала парню тихо. Он, несмотря на весь кошмар ситуации, проявил человечность.

Таксист, что меня сюда привёз, сразу встрепенулся.

– Всё плохо?

– Знаете, могло быть и хуже. Отвезите меня в центр города, хоть на что-то красивое посмотрю часик. Благо дома не знают о свиданке, думают, я просто гуляю.

Я тогда погуляла в городе, даже удалось купить на лотке мороженое. А вот чтобы добраться домой, пришлось помучаться. Первый раз с таксистом мне повезло, а вот другие отказывались меня забирать. Ведь это нужно помочь пересесть в машину и сложить мою коляску. Прикинув, сколько мне ехать без такси, позвонила отцам, спросила, смогут ли они забрать.

– Мы ещё на работе, – вздохнул старший отец.

М-да, у них цех на краю города.

– Братья с вами?

– Да.

– Ладно, сама доберусь.

Нашла такси, которое для инвалидов, но его нужно заранее заказывать. Пришлось ехать домой самостоятельно. На полпути батарея в коляске села, и колёса я уже сама крутила. Ощутила себя крайне паршиво в этой ситуации. Мимо проезжают машины, хотят по аллейкам люди. А меня словно не видят! Потому что, когда на меня едва не падают из-за того, что не заметили, то никто не извинился, а некоторые даже орут и оскорбляют. От всего этого хочется плакать. Будь с ногами всё получше, могла бы сесть в автобус. Но в него на коляске нереально забраться. А водитель, заметив меня, только покачал головой. Он бы мог опустить пандус и помочь, но решил этого не делать.

– Прочь, – крикнула какая-то женщина и едва не опрокинула мою коляску. – Сидела бы дома, калека, а то мешаешь нормальным людям.

От обиды и несправедливости покатились слёзы. Автобус тронулся и поехал. Но спустя минуту он остановился, и из него вышел мужчина. Автобус поехал дальше. Честно говоря, я испугалась, когда он с решительным видом пошёл в мою сторону. Его лицо стало виноватым, когда он понял, что напугал меня.

– Прости, не хотел пугать, – когда подошёл ближе, я поняла, что он похож на студента, молодой ещё, – просто решил, что тебе нужна помощь.

– Нужна, – сказала тихо, – мотор уже заглох, а домой далеко.

– Такси пробовала?

– Да, отказались забирать. Мне только с одним повезло, на котором я доехала. А в автобус я сама не заберусь и не выберусь.

– У меня денег только на автобус, но я понял, нам один подходит, как тот, что ушёл. Тебе ведь без пересадки?

– Да, примерно пять остановок.

– О, замечательно, а то мне до конечной. Я помогу тебе.

– Спасибо.

– Я Мет, а ты?

– Мариша.

Когда пришёл следующий автобус, Мет заставил водителя опустить пандус и закатил меня. Потом устроил меня на месте для колясок и помог купить билетик.

– Ты с рождения? – спросил он мягко. Вижу, что слушают все, кто рядом, всем любопытно.

– Нет, после аварии.

Вот тут все, кто слышал, и устыдились.

– М-да, не знаю, как ты справляешься, – почесал макушку парень. – Тут на двух ногах вертишься как волчок, чтобы в жизни устроиться.

– Всё то же самое, только в разы сложнее. Потому что в лицо говорят, что лучше бы ты сдохла и что ты не человек, раз в коляске.

– Серьёзно? – спросил парень.

– Да.

Дальше мы ехали молча. На моей остановке меня высадили, и я уже спокойно поехала домой. Отцы с братьями вернулись только через час. Отцы зашли вместе проведать меня. Заметили, что коляска на зарядке, а я за компьютером на домашней.

– Слава богу, добралась! Такси?

– Автобус и неравнодушный студент.

Пришлось пересказать свои приключения. Умолчала только о свидании, которого по сути и не было. В следующий раз выбирала кафе, до которых я могу доехать на коляске. И с собой в рюкзак стала брать запасную батарею для своего кресла, не хочу опять так попасть. Но и следующие свидания заканчивались в течение пяти минут. Притом несколько раз парни пытались скрыть своё разочарование и продолжить общение. Но я-то вижу их реакцию и не собираюсь это терпеть.

А один раз меня пригласили на свидание уже состоявшиеся компаньоны. Может, они и нормальные, но при виде них я испугалась. Даже не могу сказать, чего, но мне стало не по себе. Я сразу поняла – не мои – и, пискнув «простите», укатила прочь.

– Напугали, – сказал один из тройки.

– Милая девчушка, только зашуганная.

Как только я уехала, к ним за столик подсел друг.

– Над лицом вам нужно работать, уже не первая дёру даёт.

– Это профессиональный отпечаток, – огрызнулся старший из тройки.

– Оставляй этот отпечаток на работе, а то так холостыми и помрёте.

На следующий день поехала на тренировку. И каково же было моё удивление увидеть в спортзале троицу мужчин, от которых я удрала со свидания. Мне дружелюбно улыбнулись, по крайней мере, они пытались быть дружелюбными. Но не приближались, видели, как у меня глаза увеличились, когда я их увидела.

– Мариша, – позвал тренер, – дома делаешь упражнения у стенки?

– Да.

– Не больше трёх подходов?

– Два осилила.

– Хорошо, а то, зная тебя, боялся, что будешь слишком много заниматься.

Поехала к матам разминаться. Тренер помог перебраться на маты и подал резинки. Сидел рядом, страховал и помогал разминать ноги. Благодаря его занятиям я укрепила спину и научилась стоять и даже сидеть без опоры для спины. Размяв ноги, он подтащил меня к шведской стенке и помог встать.

– Просто стоим.

Заметила, что за нами наблюдают почти все в зале.

– Да, ты местная звезда, – сказал он мне тихо с доброй улыбкой. – У тебя отличные результаты. А это ещё без операции и только на укреплении мышц. Как ощущения?

– Нормально.

– Обезболивающее пила?

– Нет, закончилось. Но пока терпимо. Ноги дрожат.

– Так-с, давай походим немного. Держись за меня и стену.

Смогла немного пройтись. Видела, как ошарашенно смотрит на меня троица парней, с которыми свидание не состоялось. Рядом с ними сидел их друг, он моложе и, как по мне, симпатичнее их. И взгляд тоже цепкий, но без осуждения. Он поднялся и подошёл к нам.

– Предлагаю держаться за меня, а не за стену.

– Мари, ещё осилишь? Можем дойти до турника, у тебя следом подтягивания.

– Хорошо.

В подставленную руку я вцепилась крепко. Он её согнул, как и тренер, и я держалась за них, как за перекладины. Каждый шаг давался невероятно сложно, и одна я бы точно не смогла идти.

– Хватит, – сказал тренер, но мы ещё не дошли до нужного турника.

Он сам подхватил меня на руки и отнёс к коляске.

– Пять минут отдыха, ты сильно дрожишь.

Пока отдыхала, тренера вызвал администратор, чтобы пообщался с потенциальным клиентом. А я пока могла расслабиться и попить воды. Тренер вернулся немного злой. Разозлил его, как ни странно, будущий клиент. Он от чего-то решил, что он важнее, чем уже существующий клиент, с которым тренер занимается. К счастью, ни Трой, ни администратор не сказали, кто клиент, а то бы вони было слишком много. Потому мой тренер просто назначил ему тренировку и ушёл. Правда, сразу ко мне он не подходил. Остановился возле четвёрки парней и обратился к парню, который мне помогал ходить.

– Алекс, подмени меня немного.

– Что случилось?! – удивились парни.

– Хамло одно решило, что он пуп земли. Не хочу, чтобы он видел, что занимаюсь с Маришей, иначе на неё наезжать будет. Незачем девочку ещё сильнее травмировать.

– Что нужно отработать? Слышал про подтягивания.

– Да, они у неё хорошо получаются. Просто страховать нужно и помочь зацепиться. Она занимается со своим весом, дополнительный ей не стоит брать.

Парень подошёл ко мне и сказал, что временно он мне поможет. Я от себя не ожидала, но его прикосновения были приятными. Пока подтягивалась, видела, что тренер даёт задания троице парней, с которыми перед этим общался, и те стали делать упражнения.

– Трой не хочет, чтобы кое-кто видел, что он с тобой занимается. Он не стыдится, а беспокоится о тебе. Тот тип может нагрубить тебе.

– Я уже привыкла, – сказала, не задумываясь.

Сделала положенную норму подтягиваний и потом поехала к следующему тренажёру. Программу на этот день знала. Выставила вес и перебралась из кресла на лавку.

– Авария? – догадался парень, я кивнула ему. – Я Алекс.

– Приятно познакомиться, Алекс, – робко улыбнулась, ощутив, как пылают щеки.

После тренировки поблагодарила Алекса за помощь и заехала в женскую раздевалку. Обтерлась влажным полотенцем и переоделась. Форму сложила в рюкзак и покатила к лифту. А он уже не работал. Пришлось ехать к администратору. Тот, услышав про лифт, встрепенулся. Вызвал ремонтников, а потом стал думать, как меня спустить на первый этаж. Ведь на эскалаторе я убьюсь сама, и нельзя в коляске. Подошёл Алекс и без разговоров взял меня на руки.

– Держись за меня, Мариша.

Смотрю на него ошарашенно. Мою коляску подхватил один из мужчин, свидание с которыми у меня не состоялось.

– Мэтью, – представился он. – Если что, мы не обиделись.

Просто кивнула. Парни проводили меня до улицы и узнали, как далеко мне ехать.

– Десять минут.

– Дорогу переходить нужно?

– Да, вот эту. Но тут светофор, и в два этапа переберусь.

Алекс сам меня перевёз через проезжую часть и только потом, попрощавшись, ушёл. Весь остаток дня возвращалась мыслями к парню. А потом вспомнила троицу, от которой сама ушла. Может, зря? Но сердце говорило, что всё правильно, они не мои. Наверное, они нормальные люди, но не мои. Вечером мне написал тренер.

«Сможем перенести наши занятия на раннее утро?»

«Да, конечно!»

«Как насчёт 5 утра?»

Задумалась, хотя мне-то всё равно, я дома всё время.

«Можно»

«Я только что понял, что тогда не смогу добраться. Самое раннее на 5:30, подойдёт?»

«Да, мне же всего десять минут до зала ехать»

«Хорошо. Дома потренируйся стоять у стенки и по паре шагов, держась за турник. От турника не отходи и не отпускай его. Максимум три подхода!»

«Хорошо, тренер»

Переделав часть дел, позанималась у турника. Стоять уже получалось лучше, ходить самой всё ещё страшно. Но я так радуюсь этим результатам. Тем, кто каждый день ходит, не задумываясь, не понять, как это – не мочь сделать и шага. И когда ты снова можешь сделать хоть пару шагов, это окрыляет и даёт надежду.

Утром заехала на кухню до завтрака. Хотелось успеть выпить кофе до того, как семья сядет за стол. Обидно видеть, что для тебя места за столом нет. По три тарелки с длинной стороны стола друг напротив друга, и на узкой части стола по одной тарелке. А ведь стол может раскладываться и быть на треть больше, и даже в два раза больше. Вздохнула и нажала пару кнопок на кофемашине. Она привычно зажужжала, готовя ароматный напиток.

– О, сестрёнка, доброе утро. Ты наконец-то решила позавтракать с нами? – спросил младший брат Антон, а потом заметил, что для меня места за столом нет.

– Дочка, сделай и папам кофе.

– Хорошо.

Достала ещё чашек и поставила следующую под носик кофемашины. Сама быстро выпила маленькую чашку и, дотянувшись, помыла за собой чашку и сразу вытерла. Ведь это была чашка одного из отцов. Сделала три чашечки кофе. Отцы подошли за ними. Меня перед этим поцеловали в щёку.

– Пап, – позвал младший из братьев, – а вас не смущает, что для сестры нет места за столом? И мне вот интересно, ты сама отказалась есть с нами за столом?

– Конечно, сама, – появилась мать. – Она понимает, что своим видом только портит нам аппетит. И тем более теперь у нас Аня живёт, и Марише нет места за столом.

– Так значит, нужно разложить стол ещё на треть, – сказал строго старший отец.

– Это испортит композицию, – рассердилась мать.

У меня запиликали умные часы.

– У меня звонок из универа, – сказала родным и быстро укатила.

Пока я не слышала, отцы с братьями раздвинули стол, не слушая возмущений матери. Потом старший отец зашёл ко мне в комнату. Я общалась с преподавателем. Он диктовал мне перечень заданий на ближайшие месяцы.

– Я ещё продублирую на почту. Если не пришлю в течение дня, напиши мне напоминание. Если будут вопросы, тоже пиши. Всё, не скучай, пока.

Кивнула и закончила разговор.

– Пошли завтракать.

Возражения не принимались, отец взялся за кресло и прикатил меня к столу. Сам поставил тарелку с едой и приборы. Сидела я рядом с ним и с Аней. Мать демонстративно на меня не смотрела. Когда пили чай, а кто и по второй чашке кофе, братья решили наверстать общение. Видимо, отцы напомнили им, что со мной вообще-то общаться иногда нужно.

– Как учёба?

– Насыщенно, много заданий только что выдали. Благо это на три месяца.

– Я слышала, ты работаешь, – сказала Аня. – Кем?

– Бухгалтером устроилась, окончила год назад курсы и потом нашла работу. У меня специальность чем-то похожа. Но она посложнее, чем обычная бухгалтерия.

– А рисунки, которые у тебя на стене, откуда они? – спросила девушка.

– Это я рисовала.

Мать на это только фыркнула, слава богу, она промолчала и не назвала это мазнёй.

– А я могу тебя попросить кое-что нам с ребятами нарисовать. Я нашла в сети ряд картинок, но у меня не получается их объединить.

– Могу, зайдёшь ко мне с ними.

Отцы с братьями убрали посуду со стола в посудомойку.

– Мариша, не уезжай, сразу поможешь мне с обедом.

– Я тоже помогу, я до обеда дома, у меня сегодня вторая смена в университете.

– Тебе всё же вторую поставили, – вздохнул старший брат. – До конца года?

– До сессии, потом снова первая будет.

При Ане мама молчала, и мы достаточно быстро сделали обед из нескольких блюд.

– Вечером будет доставка, и нужно будет заготовки сделать.

– Во сколько прийти? – спросила у матери.

– В семь, я зайду за тобой.

– Хорошо. Аня, если есть время, заходи сейчас, я днём порисую.

Ничего сложного для меня. Просто ряд картинок, на которых Аня выделила карандашом элементы, которые ей нравятся.

– Я буду на планшете рисовать, потом сможешь распечатать в нужном размере.

– Оу, круто!

Пару часов порисовала и занялась бухгалтерией, дел было на час. Потом распределила задания по учёбе и посмотрела, как их делать, спланировала себе дела на каждый день, чтобы спокойно всё успеть. После этого проверила заказы на фрилансе, два заказа смогла подтвердить, и по двум ещё вела переговоры. Было неожиданно, когда зашла мать.

– Пора. Ты не выходила обедать, что-то случилось?

– Нет, заработалась.

Услышала хмык, мне не поверили. Вообще странно, что она спросила. А заехав в зал-кухню, увидела одного из отцов.

– Привет, вы уже приехали?

– Нет, я заехал за документами и, пользуясь случаем, перекусить.

Мать показала на приспособление, в котором я могу стоять. А когда я смогла сама встать с коляски и, держась за этот аппарат, сделала пару шагов, их удивлению не было предела.

– Ты ходишь?!

– Ещё не совсем, стоять могу у опоры. Тренировки не прошли зря. Пап, подстрахуй, пожалуйста.

Он помог встать в этот аппарат и закрепил меня в нём. Помогла матери разобрать продукты и сделать большую заготовку. Она посматривала на меня задумчиво.

– Без этого аппарата ты сама не сможешь стоять?

– Только если упрусь спиной в стену, и то ненадолго. Мышцы ещё не настолько окрепли.

– Может, и операция не потребуется, если ты укрепишь мышцы.

– Она нужна не из-за мышц, а потому, что позвонок сросся неправильно и причиняет боль. И из-за этого мне больно стоять и ходить.

– Боль можно и потерпеть.

Ничего на это ей не ответила. Когда закончила подготовку, попросила поужинать. Мне насыпали тарелку супа с обеда. А потом я выбралась из аппарата и с наслаждением перебралась в кресло. Когда вернулись отцы с братьями, я уже крепко спала. Отец зашёл проверить меня и думал позвать на ужин. Тихо вышел и прикрыл дверь.

– Спит, – сказал он семье.

Мать сидела с ними, только чай пила.

– Ну, мы поздно приехали, не удивительно, – сказал старший брат.