355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Виктория Гранд » Танцовщица (СИ) » Текст книги (страница 1)
Танцовщица (СИ)
  • Текст добавлен: 29 сентября 2021, 22:32

Текст книги "Танцовщица (СИ)"


Автор книги: Виктория Гранд



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Глава 1. Печальный вальс

– Гран-при вручается паре номер двадцать девять! Павел Макаров и Екатерина Сомова!

Катя стояла на паркете под светом софитов и чувствовала себя звездой. В ее руках сверкал тяжелый кубок – очередной приз за первое место в турнире по бальным танцам среди юниоров 90–91 годов рождения. Катя чуть наклонила голову, чтобы ведущим было удобнее надеть ей медаль. В свои пятнадцать лет она уже привыкла к славе. И почти не волновалась, что победу присудят кому-нибудь другому. Тут есть только один профессионал – она. Ну и Пашка еще, конечно, куда ж без него.

После награждения девушка подошла к маме.

– Папа так и не пришел?

– Он занят сегодня, совещание на работе, – чуть смутилась Галина Андреевна, глядя на красавицу дочь. Увидев их рядом, никто не подумал бы, что они родственники. Галина Андреевна была невысокой, чуть полной женщиной, со светлыми кудряшками жидких волос. Она хорошо выглядела для своего возраста, но ее лицо было лицом простой работящей женщины. Катя в свои пятнадцать уже переросла мать чуть ли не на голову. Высокая, стройная, с копной кудрявых рыжих волос и белоснежной кожей, она всегда привлекала к себе внимание. Волосы же доставляли ей множество проблем. Даже сейчас, на конкурсе бальных танцев, тщательно зачесанные и насмерть залитые лаком, некоторые локоны так и норовили вылезти из строгой прически.

– Классно мы сегодня станцевали? – бросила Катя. – Сняла на телефон?

– Нет. Я заплатила за съемку, завтра заберем профессиональное видео.

– Ну, – недовольно протянула девушка, – там же все будут, не только мы с Пашкой.

– На других тоже интересно посмотреть… Ладно, пошли домой, уже поздно.

Они ехали в такси по ночному городу, почти не разговаривая. Катя заново переживала моменты сегодняшней славы. Интересно, как смотрелось ее новое платье со стороны? Костюм стоил сумасшедшие деньги, стразы пришлось наклеивать самим, чтобы вышло хоть немного дешевле. Катя вздохнула. Вот не повезло с родителями! Мама – учительница, папа – сотрудник полиции на невысокой должности. На затратное хобби единственной дочери денег едва хватало.

Галина Андреевна думала об уроках, к которым ей еще придется готовиться полночи. А еще она думала, что совещаний в такое время не бывает. И где же, в таком случае, ее муж?

За уроки Катя так и не села, сразу после душа свалившись спать. Она не слышала, как вернувшийся после полуночи отец шепотом ругается с матерью. Да если бы и услышала – ее это не волновало.

На следующий день в школе девочки из Катиного класса восхищенно рассматривали новые фотографии с конкурса. Катя выбрала лучшие, на которых ее ярко-голубое платье смотрелось как можно выигрышнее. Павел тоже выглядел эффектно. Но в обсуждении конкурсов он никогда не участвовал, куда-то убегая на переменах с друзьями.

После уроков стайка подростков не спеша двигалась из школы. Катя и сейчас была в центре внимания.

– Да, вся моя жизнь на паркете! – небрежно пожимала плечами она. – Я в школе учусь только ради аттестата. Хотя кому он нужен? Понятно же, что я стану чемпионкой, нас с Пашкой ждет Блэк Пул. Это самый крутой танцевальный фестиваль в мире, между прочим. А потом пойдем в тренеры, будем бешеные деньги зарабатывать!

– Везет тебе, Катька, – завистливо сказала лучшая подруга Наталья. – Так удачно найти дело всей жизни, считай, еще с начальной школы! Да еще и получается все у вас с Пашкой лучше всех. Это судьба!

– При чем тут судьба и везение? – пожала плечами Катя. – Знаешь, как мы с ним вкалываем на тренировках! Поэтому и первые места.

– Но ведь с Пашкой-то тебе повезло, правда? – настаивала Наташа. – Я вон тоже занималась танцами, ну, ты помнишь, вместе ж ходили. А партнера-то нормального не было! Пришлось бросить, – девушка вздохнула. Она прекрасно помнила, как ей пытались подобрать пару. Но рядом с Катей Наталья всегда выглядела угловатой и излишне худой, так что Павла поставили не с ней. С возрастом нескладность ушла, Наталья превратилась в довольно милую девушку с хорошей фигурой и длинными каштановыми волосами. К сожалению, танцы к этому времени она уже бросила.

– Ой, не Пашка, так другой бы нашелся, не проблема, – пожала плечами Катя, уверенная в собственной неотразимости. – Послезавтра снова выступаем, областные соревнования. Мы покажем убийственный вальс!

Областные соревнования не разочаровали девушку – у пары снова было первое место. Катина карьера набирала ход.

Сегодня на турнире мамы не было, она осталась на собрание в школе. За Катей приехал отец. На турнир он не заходил, ждал дочь у машины, разговаривая с кем-то по телефону. Катя подошла с баулом, полным нарядов. Она была рада видеть отца, они проводили мало времени вместе. Не смотря на это, Катя уважала его гораздо больше, чем маму. Он хотя бы выглядел достойно и элегантно, этакий красавец из романтичных фильмов. Таким отцом можно было только гордиться. Хорошо, что Катя пошла в него, а не в блеклую, вечно уставшую мать.

– Привет, пап!

– Привет, – бросил он дочери, не отрываясь от телефона. – Да, я приеду, сейчас только дочь отвезу… Ну извини, так получилось! – мужчина говорил немного раздраженно. – Я быстро, не переживай. Ладно, ладно, скоро увидимся, пока, – он положил трубку.

– Пап, ты чего не пришел на турнир? – чуть обиженно спросила Катя, забираясь в машину. – У нас с Пашкой опять первое место, вот медалька!

– Ага, молодцы, – рассеянно ответил отец, заводя машину. Он выехал на скользкую апрельскую дорогу, все время посматривая на телефон.

– Мы домой сейчас? Или как раньше, по кафешкам?

– Извини, котенок, у меня еще дела сегодня, мы сейчас быстренько домой, а потом я поеду, – мужчина заметно торопился, намного превышая скорость. Впрочем, машин на дороге почти не было.

Внезапно телефон снова зазвонил, и Катин папа дернулся, чтобы ответить. Светофор впереди замигал зеленым, переключаясь на желтый, но мужчина только прибавил газу. Он не заметил, как сбоку на дорогу вылетела другая легковушка. Оба водителя успели в последний момент вывернуть рули, но машины все же столкнулись с оглушительным грохотом и закружились по обледеневшей дороге, сбивая бордюры по обеим сторонам. Все происходило как в замедленной съемке. Катя успела подумать, что вот это действительно убийственный вальс, прежде чем почувствовала боль в ногах. Переднюю часть машины слегка вдавило внутрь салона, девочку зажало в кресле. Она завизжала, больше от испуга, чем от боли. К счастью, люди сильно не пострадали, хотя машины напоминали смятые консервные банки.

– Катя! – хрипло крикнул отец, вытирая кровь с рассеченной головы. – Ты как?

– Папа, больно! Мне ноги зажало! А если это перелом? – девочка была близка к истерике.

– Ничего, сейчас скорую вызовем, подлатают. Черт, как же не вовремя!

Скорая приехала быстро. Катю забрали в больницу, а отец с забинтованной головой остался для составления протокола. В больнице рентген показал, что у Кати все обошлось без переломов. Раны на ногах обработали и забинтовали. Когда врач отдавал выписку Кате, в кабинет зашла подоспевшая мама.

– Значит, так, красавицы, – медленно растягивая слова, вещал пожилой доктор с седой бородой, обращаясь одновременно к Кате и маме. – Ноги почти в порядке. Только раны есть, да, много. Придется обрабатывать, ну это несложно, я написал, как это делать. Ушибов тоже много. Синяки будут, да, хорошо, что еще не лето, хе-хе. Правое колено повреждено. Это вот самое плохое.

– Да, коленка больше всего болит, – вскинулась Катя. – А что там?

– Раздробление суставной сумки, если не вдаваться в подробности. Ничего серьезного, да. Но поболит еще, поболит. Вот колено надо беречь теперь. Долго беречь.

– Как долго? – уточнила Галина Андреевна.

– Полгода, не меньше, да. Первую неделю желательно полный покой, я выпишу больничный, никакой школы. Потом тоже ходить осторожно, не напрягаясь.

– А как же выступление? – недоуменно спросила Катя. – У нас же выступление послезавтра!

– Что за выступление?

– Турнир! По бальным танцам.

– Что ты, деточка! – всплеснул руками доктор. – Какой турнир! Тебе нагрузки противопоказаны! Никаких танцев в ближайшие месяцы!

– Как это никаких? – Кате и в голову не могло прийти, что тренировки могут прекратиться.

– Ты хочешь хромать всю жизнь? – строго спросил врач.

– Нет, но…

– Тогда никаких но. Полгода потерпишь без танцев. Тем более бальные! Насколько я знаю, там есть быстрые? Как их там…

– Джайв. И Квик-степ. И самба, – буркнула Катя.

– Вот-вот. Никаких прыжков и приседаний! Да и через полгода, если уж так хочешь танцевать, желательно заниматься чем-то полегче.

– Например?

– Танец живота, вальсики, легонькая сальса…

– Что? – Катя смертельно оскорбилась, что кто-то может предложить ей танцевать вот это все.

– Хорошо, доктор, мы все поняли, – быстро сказала Галина Андреевна, беря возмущенную девочку под руку и покидая кабинет. – Спасибо, до свидания.

Дома Катю ждал неприятный разговор. Мама наотрез отказалась оплачивать танцы и турниры до конца года. Как Катя ни скандалила, говоря, что коленка болит совсем немного, а доктор просто перестраховывается, Галина Андреевна была непреклонна. Вконец разругавшись с мамой, Катя решила выздороветь как можно быстрее. О турнирах и тренировках действительно пришлось забыть.

Через неделю Катю ждал очередной сюрприз. Слегка бледная мама вызвала дочь на разговор в комнату.

– Катюш, папа уехал ненадолго…

– Куда это? – вскинулась девочка. – Он ничего не говорил!

– Он пока не будет жить с нами…

– Что? – возмущению Кати не было предела. – Как это не будет? А где он будет жить?

– В другой квартире, – Галина Андреевна не могла заставить себя признаться дочери в окончательном разрыве с мужем. Она сколько могла, закрывала глаза на его измены. Но когда-нибудь приходит предел любому терпению. Последней каплей стала авария, которую мужчина устроил, торопясь к любовнице. – Мы с твоим папой много ругались последнее время…

– Вы еще разведитесь на старости лет! – зашипела дочь, тут же представив, чем это грозит лично ей – материальной катастрофой! Хоть бы это не отразилось на тренировках на следующий год!

– Возможно, что дойдет и до этого, – твердо ответила мать, окончательно вогнав дочь в ступор. – В любом случае, это наши с папой личные дела и мы с ним…

– Как это ваши личные? – заорала Катя. – А я? Я что? Лишняя тут? – она выскочила в коридор, накинула куртку и выбежала на лестницу.

– Катя! Катюша! – беспомощно кричала ей вдогонку женщина.

Девушка неслась по мокрому асфальту с курткой нараспашку. В середине апреля снега уже почти не было, но лужи все еще портили вид города. Катя шла быстрым шагом подальше от дома, размазывая злые слезы по щекам и надеялась, что не встретит знакомых. Происходящее не укладывалось в голове. Эти взрослые так эгоистичны! Только о себе думают! А ей-то что теперь делать? Весь мир кувырком.

В кармане зазвонил телефон с узнаваемой мелодией. Катя, не глядя, сбросила звонок. Хватит, дома поговорили. Потом набрала номер отца. Он ответил не сразу.

– Алло, – голос был необычно сух и строг.

– Пап, привет, – через силу защебетала Катя. – А ты где?

– Мама разве не сказала тебе? Я не приду домой сегодня. Да и вообще пока не буду жить с вами.

– Почему?

– Потому что. Это долго объяснять, дочь. Ты тут ни при чем.

– А кто при чем? Мама? – начала заводиться Катя.

– Ну а кто еще? С твоей мамой нелегко жить, знаешь ли, – сердито ответил мужчина. – В общем, мы решили пожить отдельно, разобраться в своих отношениях. Ты не волнуйся, о тебе мы позаботимся. Мы тебя любим и не бросим. Ладно, мне пора, ты извини. – Он положил трубку. Катя стояла на пронизывающем ветру, сжимая телефон до белизны в пальцах.

Домой она вернулась поздно вечером. Уставшая, голодная и злая. Галина Андреевна встретила дочь упреками.

– Катюш, ну как так можно-то? Ушла, телефон отключила. Я уже хотела в полицию звонить!

– Как-как… Привыкай. Теперь все отсюда сбегать будут, – зло бросила Катя. – Отца выгнала, скоро моя очередь, да?

– Да ты что говоришь! – возмутилась женщина. – Ты понимаешь, что говоришь? Марш в свою комнату уроки делать, дрянь бесстыжая! – она еще долго что-то кричала, не в силах вынести такой обиды от дочери. Она не ожидала, что та безоговорочно примет сторону отца. Зря она замалчивала его похождения. Теперь все действительно выглядит так, как будто папа всегда был хорошим, и его выгнали ни за что ни про что.

Катя молча прошмыгнула к себе в комнату. Мать, конечно, существо обычно мирное, но в таком состоянии могла и оплеуху отвесить. Позже она прислушалась к тишине в соседней комнате. Ей показалось, что мама плачет. Девочка ухмыльнулась: так ей и надо, заслужила. Потом потихоньку пробралась на кухню, достала из кастрюли пару холодных котлет и утащила в комнату, чтобы съесть их без помех.

Катя никому ничего не рассказывала в школе. Ей было ужасно стыдно признать, что родители расстались. В их-то возрасте! Но больше всего ее волновал вопрос танцевальных тренировок. Она прекрасно понимала, сколько родители тратят на ее хобби. А тут еще эта травма! Впрочем, Катя поправилась быстро, раны на ногах зажили уже в конце мая. Можно было успеть на районный турнир. Но мама денег не дала.

– Пойми, дочь, у нас сейчас трудные времена, – смущенно отводила глаза Галина Андреевна. Она не знала, как втолковать дочери, что травма колена не может зажить так быстро, что надо беречься еще очень долго. Эти аргументы Катя воспринимала в штыки. Она считала, что если нога не болит, то все в порядке, можно хоть марафон бежать. Пришлось врать, что все дело в деньгах. – Мы не можем позволить себе неумеренные траты…

– Неумеренные траты – это ты про свои новые туфли? – яростно спросила дочь. – Или про мою жизнь?

– Мне нужны туфли для работы, старые совсем истрепались! – возмутилась мать. – А твои танцы – всего лишь увлечение!

– Какое еще увлечение? Да я живу на паркете! Ты что, не понимаешь? Я хочу быть танцовщицей! Это моя будущая профессия!

– Катюш, ну какая это профессия? – ошарашенно спросила Галина Андреевна. – Ты что, всю жизнь будешь танцевать?

– Да! Да! Всю жизнь! Вот зачем было рожать, если не можешь обеспечить нормальную жизнь единственному ребенку? – Катя убежала в свою комнату, громко хлопнув дверью. Села на диван, раздумывая, зачем нищие люди заводят детей. Таким же нельзя размножаться! С Катей такого точно не произойдет, она-то своих детей родит только в обеспеченной семье. Мама подошла к двери, но открыть не решилась.

– Позвони отцу, если хочешь, может, он оплатит? – крикнула мама из-за двери. Она точно знала, что бывший муж откажется. У красавца полицейского было слишком много любовниц, и все деньги уходили на них. Он даже отказался платить алименты. Впрочем, Галина Андреевна сама предложила такой вариант, взамен на его долю в квартире. Хорошо хоть, он не стал настаивать на разделе имущества. Куда уж делить маленькую двухкомнатную квартиру? Но вот содержать взрослую дочь теперь приходилось только на зарплату учительницы.

Катя позвонила отцу на следующий же день, но ее действительно ждал отказ.

– Понимаешь, дочь, – глухо ответил отец после пятого звонка. – Я сейчас не могу себе позволить лишние траты. Я оставил вам квартиру, но сам вынужден снимать жилье. А это большие деньги, – отец не стал уточнять, что большую часть за жилье платила любовница. – Ты не переживай, оканчивай спокойно девятый класс, иди в техникум или куда там еще, отучишься, начнешь работать, вот тебе и деньги на танцы. Да и коленка твоя пройдет к тому времени.

Катя от возмущения не знала, что и сказать. Какой еще техникум? Да и зачем его оканчивать, если ее карьера – танцы? Ей надо в институт, на тренерское отделение!

Катя хотела было устроиться на работу после занятий в школе. Но раздавать на улице листовки за гроши – не для нее. А на другую работу несовершеннолетних не брали. Самое страшное для Кати было потерять хорошего партнера по танцам. Павел танцевал отлично, и если она уйдет, ему быстро подберут другую партнершу. Катя долго думала об этом, и в конце концов у нее в голове созрел план.

В конце мая, когда учеба уже закончилась, Катя пришла домой к подруге Наталье. И сразу приступила к главному.

– Наташка, нужна твоя помощь. Врач сказал, что мне пока нельзя танцевать бальные танцы, ну ты знаешь, после той аварии.

– У тебя ж вроде уже все нормально?

– Да, но это в обычной жизни. А на профессиональных тренировках большие нагрузки, нельзя пока. Да и мать боится, что я хромать буду, так что денег на танцы не дает. У меня раньше почти каждый день тренировки были! – горько посетовала Катя. – А теперь вся моя жизнь напоминает печальный вальс – медленный и занудный. Я, конечно, не такая трусиха, как мама, но вдруг врач все-таки прав? Сказал, нельзя полгода танцевать, лучше послушать.

– Ну, это да. А чем я могу помочь-то?

– Ты можешь встать на это время в пару с Пашкой?

– В смысле? – вытаращила глаза Наталья.

– В том смысле, что я пока не смогу танцевать с ним. И его заберет себе какая-нибудь фифа с танцев. У нас там вечно парней не хватает. И потом я его фиг верну. А ты потанцуешь с ним полгодика, а потом мне его отдашь, как хорошая подруга, ладно?

– Кать, ты ничего не забыла? – недоуменно спросила Наталья. – Я же не умею так танцевать!

– Ой, да не вопрос! Я тебя за лето знаешь, как натаскаю! Ты же занималась два года вместе со мной, основы помнишь, память у тебя хорошая, тело тренированное. Латинскую программу тебе не потянуть, конечно, а стандарт – вальс, танго, фокстрот – быстро освоишь. Тебе вообще нравятся бальные танцы?

– Конечно! Я всегда смотрю ваши выступления с Пашкой. Выглядите шикарно! – Наталья давно втайне мечтала и о танцах, и о Павле. У нее замирало сердце от ощущения, что сейчас сбываются все ее самые смелые мечты.

– Ну, вот и ладушки. Заниматься будем каждый день все лето, а осенью поставим Пашку перед фактом.

На том и порешили. Экзамены прошли как в тумане. Катя сдала предметы хорошо, аттестат получился почти отличным. Но ее это не волновало. Выпускной прошел скомкано. Присутствие матери на вечеринке стесняло девушку. Что за манера устраивать выпускные вместе с родителями? Ни выпить, ни побеситься как следует. Катя с удивлением смотрела на учеников, которые спокойно общались с родителями как с друзьями. Она с матерью почти не разговаривала.

Летом Катя впервые попробовала себя в качестве тренера. Каждый день они с Натальей приходили в школу вечером, когда летний лагерь уже не работал. Катя выпросила у классной руководительницы ключ от физкультурного зала, и там девчонки репетировали бальные танцы. Вскоре ближайшие подружки Кати возмутились, потребовав, чтобы она занималась и с ними тоже.

Катя долго отказывалась – парней у подруг не было, а значит, им придется танцевать соло. Но потом согласилась – делать летом все равно было нечего. Она начала ставить танец подружкам, простую самбу, для начинающих. Катя относилась к этому как к несерьезному временному занятию, никому не нужной шутке. Но потом втянулась, тем более что подруги горели энтузиазмом.

Вместе с Катей их было пятеро – Инна, Яна, Вера и Алена. Наталью из номера исключили сразу – она будет танцевать в паре, а значит, в сольной латине ей делать нечего. Самба получилась красивая. Девчонки были подвижные и гибкие, все когда-то занимались в спортивных секциях. Инна и Яна давно ходили на аэробику, Вера в далеком детстве посещала секцию гимнастики, пока родители не отдали ее на музыку. Алена никуда не ходила, и была чуть полновата. Но чувство ритма у нее было хорошее, память тоже не подводила, танцевальную вариацию она запоминала отлично, а дома отрабатывала до блеска. А вот Катя, наконец, поняла, что доктор все-таки был прав. Если танцевать недолго и без экстремальных движений, колено не болело. Тот же вальс она спокойно танцевала бы хоть целый час. Но вот после получаса самбы колено начинало неприятно ныть. Танцевать джайв девушка уже и не пыталась.

К концу лета у подружек сложился настоящий ансамбль.

Директор, узнав о тренировках девочек, вызвала их к себе в кабинет. Подруги с опаской вошли в знакомое помещение. Каждая из них хоть раз да попадала сюда. Директор Анна Владимировна часто проводила профилактические беседы даже с беспроблемными подростками. Сейчас она сидела в черном офисном кресле за своим столом – полная, статная женщина в солидном возрасте с идеальной высокой прической на светлых крашеных волосах – она была бессменным руководителем школы, сколько Катя себя помнила. Управляла Анна Владимировна сурово, но справедливо, без самодурства, за что ее уважали и коллеги, и дети. Хотя и те, и другие немного побаивались.

– Так, так, – она нахмурила брови и постучала карандашом по столу. – Это что за самодеятельность у нас в школе? Да еще и без спросу?

– Мы просто танцуем, – стала оправдываться Катя, – а зал ведь все равно пустой сейчас.

– И что? Это школьное имущество, не ваше. С какой стати вы им пользуетесь? Арендную плату, между прочим, еще никто не отменял. Я еще поговорю с вашей классной на счет самоуправства.

Девочки переглядывались и молчали. Им и в голову не приходило, что кому-то может быть какое-то дело до их тренировок. Тем более они не думали об аренде.

– Значит, так, – решила Анна Владимировна. – Танцевать я вам разрешаю, причем без всякой аренды. Только без вредительства, это во-первых.

– Спасибо! – заулыбались девочки.

– А во-вторых, все равно за все надо платить. Раз уж вы танцуете в школьном зале, придется и поработать на благо школы: будете выступать на линейке первого сентября.

– В смысле? – вытаращили глаза подружки.

– В прямом смысле, – строго посмотрела на них директор. – Линейку для первоклассников мы ведем сами, для нее вечно не хватает номеров. Вот с вас танец, красивый какой-нибудь, чтобы понравился родителям и детям.

– В чем же мы будем танцевать? – озадачилась Катя. – Костюмы на бальные танцы стоят очень дорого. За одни туфли мать ползарплаты отдает.

– Ой, Сомова, придумайте что-нибудь. У нас же не эти твои бальные, и не конкурс, а обычная линейка. Хоть в кроссовках спляшите, мне без разницы. И название какое-нибудь ансамблю подберите, чтобы можно было вас объявить. Все, идите, готовьтесь.

Подруги отправились назад в зал. Все были взволнованы.

– Девки, я боюсь! – больше всего переживала Инна. Высокая темноволосая девушка действительно нервничала до дрожащих пальцев на руках. – На нас же все смотреть будут!

– Подумаешь, – Вера была чуть смелее. – На всех всегда кто-то смотрит.

– Да я вообще никогда на сцене не стояла! Тебе хорошо говорить, ты когда-то выступала на соревнованиях.

– Ну, ты вспомнила! Когда это было?

– Меня больше беспокоят костюмы, – хмурилась Катя. – Что-то покупать специально для линейки?

– Только не белое и не в обтяжку! – сразу же вмешалась полненькая Алена.

– Мне денег не дадут, – твердо сказала Яна. Катя всегда удивлялась, почему эта хрупкая блондинка не стыдилась бедственного положения семьи. Отец у нее был инвалидом, маме приходилось обеспечивать дочь и сына в одиночку. У Яны даже были какие-то талоны на питание, которыми она щедро делилась с подружками.

– Значит, придется танцевать в том, что есть, – невозмутимо констатировала Вера. – В кроссовках и джинсах.

– С ума сошла? – воскликнула Катя. – Танцевать латинскую самбу в кроссовках! Ладно уж, я как-то переживу, что мы танцуем не в парах. Хотя сольные бальные танцы – это извращение. Но в кроссовках!

– А чешки?

– Ну, это можно. Хотя тоже кошмар. Так. Чешки у всех есть. Надо какие-нибудь брюки и верх приличный. Что у нас есть?

– Черные джинсы и черные футболки, – Яна очень любила черный цвет.

– Да не бывает самбы в черном цвете! Мы же не на похоронах! – Катя, наоборот, этот цвет ненавидела. – А белые брюки у всех есть?

Оказалось, что примерно одинаковые белые брюки есть у всех, но вот одинаковых блузок хотя бы по цвету нет.

– А давайте разные наденем? – нашла неожиданный выход Алена. – Будем как радуга.

После долгих споров о том, белые брюки или черные, так как белые полнят, и у кого какая блузка по цвету, форма все же была утверждена.

Первого сентября на школьной линейке шоу-группа «Энергия» со своим номером произвела настоящий фурор. Завуч по воспитательной работе, ведущая линейку, выпустила девочек почти в самом конце. Пять подруг вышли на сцену в белоснежных брюках и ярких разноцветных блузках, завязанных узлом на животах. Расстановка девушек была идеальна – Катя посередине и чуть впереди, чтобы девчонки смотрели на нее, если забудут вариацию. По бокам в первой линии стояли невысокие Яна и Вера, сзади – Алена и Инна. При такой расстановке не видно было ни полноты Алены, ни откровенного страха на лице Инны. Первая линия оттянула на себя все внимание. Рыжеволосая Катя, блондинка Яна и темненькая фигуристая Вера были очень разными по комплекции, но вместе смотрелись неожиданно гармонично. Они станцевали эффектно. И родители, и учащиеся смотрели на девушек, открыв рот. Аплодисменты были заслужены. Кое-кто пытался вызвать девчонок на бис. На мгновение Катя снова почувствовала себя звездой.

Единственное, что царапало ее сердце – на этой линейке не было ни Павла, ни Натальи. Они готовились к первой тренировке в том самом клубе, в котором столько лет танцевала Катя. Теперь, возможно, она вообще не увидит Павла. Он ушел из школы после девятого класса в техникум. Парень вытянулся за лето, стал серьезнее и как-то солиднее. Новость о том, что теперь его пара Наталья, он воспринял сначала не очень хорошо. Все-таки с Катей они танцевали давно и понимали друг друга не то что с полуслова, а с полумысли. С Натальей приходилось всему учиться заново. Сразу стало понятно, что латинская программа им действительно не по плечу. Выучить за короткие три месяца энергичные танцы не смог бы никто. А вот европейская программа – вальсы, квикстеп и танго у ребят пошла хорошо.

Павел приходил в актовый зал школы две последние недели августа, чтобы потренироваться с Натальей под присмотром Кати. Той оказалось на удивление неприятно видеть друзей вместе в паре. А еще неприятней замечать восхищенный блеск в глазах подруги. Катя знала, что чувствует Наталья – когда партнер ведет тебя по танцполу, кажется, что здесь и сейчас больше никого нет, кроме вас. Весь мир слушает музыку, а ты двигаешься вместе с человеком, с которым у тебя одна цель – станцевать как можно лучше. Роднее и ближе этого человека в данный момент нет.

– Пашка приходит сюда каждый день, как на работу, – хихикала Наталья в очередной раз по пути домой. – Ты знаешь, мне кажется, он в кого-то из нас влюбился.

– Тебе кажется, – прохладно ответила Катя. – Ты не увлекайся особо. Партнер на танцполе очень важен, конечно, но влюбляться в него не обязательно. – В глубине души Катя была возмущена. Как это влюбился в одну из них? Как такое вообще можно было предположить? Если и влюбился, то только в Катю! Пашка принадлежит ей и только ей! Что за наглость даже думать о чем-то подобном!

– Почему нет? Он ведь ничего так, – возразила Наталья, прощупывая почву. Если у Кати были свои виды на этого парня, то придется притормозить. Связываться с острой на язык подругой Наталья не стала бы. – А танцует вообще божественно!

– Это для тебя божественно, – фыркнула Катя. – Для меня так себе. Еще чего не хватало – влюбиться в партнера по танцам! У меня на личную жизнь другие планы. Кстати, запомни, дорогая, любви не существует. Любовь – это просто неконтролируемые гормоны у одного человека, а у другого – желание манипулировать этим несчастным. Лично я влюбляться не собираюсь.

После этого разговора Наталья поняла, что на Павла никто не претендует, и сделала все возможное, чтобы сблизиться с ним. Катя знала о все более крепнувшей дружбе между бывшим партнером и Натальей, но старалась не думать об этом. Тем более что группе «Энергия» нужно было ставить новый танец на день учителя. Директор прозрачно намекнула, что она ждет не менее двух новых танцев в качестве подарка учителям.

На день учителя шоу-группа «Энергия» показала зажигательный танец ча-ча-ча. Его тоже танцевали в чешках и белых брюках. Но в качестве топов взяли обычные белые футболки, которые обшили по кругу длинной разноцветной бахромой. Она взлетала на поворотах, заставляя зрителей замирать от восторга. В этот раз пришлось-таки сплясать на бис.

Одним из номеров программы поставили танец Натальи с бывшим учеником школы Павлом. Они смотрелись великолепно. У Натальи было новое платье, нежно розовое, со сверкающими стразами. Но это было все, на что стоило смотреть. Медленный вальс был интересен только тем, кто разбирается в технике танца. А таких людей в зале было немного. Катя со злорадным удовольствием отмечала все ошибки пары. Их вальс был поистине печальным, на любом конкурсе он находился бы в самом низу рейтинга. Катя знала, что Наталья с Павлом уже выступали на турнирах, не занимая никаких мест, и теперь было понятно, почему. Наталья явно тянула Павла вниз, хорошего партнера из нее так и не получилось. Катя видела, как люди в зале откровенно зевают и смотрят в телефоны. Впрочем, сама она хлопала выступающим довольно громко. И после танца фотографировалась с подругой как ни в чем ни бывало.

– Молодцы, хорошо станцевали, – даже нашла в себе силы сказать им она.

– Ваш номер получился лучше, – бесхитростно ответил Павел, не замечая, как сразу же погрустнела Наталья.

– Ой, не расстраивайтесь, какие ваши годы, – рассмеялась Катя. – Да и что вы хотели? Чача всегда зрелищнее вальса. Зато платье какое! Наташ, где покупали?

– На заказ шили, – повеселела девушка. – Целый месяц, представляешь?

– Представляю. Это еще мало, повезло тебе, – они поболтали немного о нарядах, и разошлись.

За полгода Катя поставила еще несколько танцев. Она начала экспериментировать со стилями, включая в классическую латину движения из других танцев, не имевших к бальным никакого отношения. Но понимали это немногие, а смотрелись эксперименты отлично, так что вдохновленная девушка занималась этим от всей души. Денежных вложений хобби не требовало. На номер «Сбежавшие невесты» директриса сама предложила выделить небольшие финансы. Так что девчонки на уроках технологии увлеченно шили короткие, но похожие на свадебные платья. Правда, расщедрилась Анна Владимировна опять-таки неспроста.

Пять подруг снова стояли перед массивным столом в кабинете директора.

– Ну что, девочки, – все так же постукивала карандашом по столу женщина, – пора отправлять вас на городской конкурс.

– Танцевать на конкурсе? – воскликнула испуганная Инна.

– А что такого? У вас отличные номера, всем нравятся. Теперь вот еще и костюмы будут, не опозоритесь. Катя, какой номер можете показать?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю