355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Виктория Дал » Это всегда был ты… » Текст книги (страница 3)
Это всегда был ты…
  • Текст добавлен: 10 октября 2016, 05:31

Текст книги "Это всегда был ты…"


Автор книги: Виктория Дал



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Глава 5

Третий стакан виски пошел быстрее и легче, чем второй. Эйдан не заметил благородного привкуса в любимом напитке. Все утончённые чувства покинули его несколько часов назад.

Кейти не только жива, она здесь, в Англии, в пределах его досягаемости. Он не знает, как к этому относиться, что чувствовать. Поднявшаяся в нем волна гнева, захлестнувшая все другие эмоции, удивила его. Он и в самом деле злится, что она жива, как бы нелепо это ни было. Так обидно, что он мучился и страдал, когда она все это время спокойно себе жила не тужила на другом конце света, в Индии.

Возможно, именно то, что она там не тужила, и задевало больше всего. Судя по всему, Кейти жила вполне благополучной, безбедной жизнью на своей кофейной плантации, выйдя замуж за того, кто предложил ей такое беззаботное существование. Наверняка если б захотела, она могла бы избежать этого брака. Могла бы обратиться к нему. Она ведь говорила, что любит его. Отдалась ему.

Эйдан мысленно обругал себя за то, что поддался гневу, и плеснул ёще виски. Кейт была тогда совсем ребенком. Ну, может, не в прямом смысле, но очень, очень юной, наивной девушкой. Она еще не достигла совершеннолетия, и ее отец отказал Эйдану, когда тот сделал ей предложение. Они не могли пожениться по крайней мере не раньше, чем через три года.

С его губ сорвалось ругательство. Эти мысли бесцельны, напрасны, и все же, похоже, их не остановить.

Он представлял Кейти, какой она была – уверенной в себе, озорной, дерзкой. Она очаровала его, даже подавляла избытком не поддающихся контролю чувств, своей безудержной жизнерадостностью. В первый раз увидев ее, он был околдован; заинтригован контрастом ее скромного белого платья и озорными искорками юмора, поблескивающими из-под ресниц. Она тогда еще даже не выходила в свет, и ей разрешили поприсутствовать только на обеде семейного праздника, прежде чем отправили в постель перед началом танцев. Но она несколько раз улыбнулась ему, а за десертом они даже обменялись парой шуток. И когда мать Кейти быстренько выпроводила ее в конце обеда, его судьба была решена. Какой молодой человек устоял бы против запретного плода? Прекрасная девушка!

Но как же она теперь изменилась! Стала какой-то скованной, зажатой, хотя по-прежнему красива этой своей спокойной, неброской красотой. И к тому же замужем… Любит ли она своего супруга?

Этот вопрос застрял в его мозгу как колючка, раздражающий и болезненный. Неужели она отдавалась мужчине с таким же трепетным восторгом, с которым когда-то доверилась ему, Эйдану? Эта мысль изводила его, сводила с ума, несмотря на то что сам он за эти годы имел немало любовниц.

Эйдан презрительно фыркнул. Его ночи со всеми этими женщинами не имели никакого отношения к любви. Ни малейшего.

Четвертый стакан виски преуспел там, где потерпели неудачу предыдущие, и наконец-то утолил его жажду. Эйдан устремил застывший взгляд на последние капли янтарной жидкости в тусклом свете, просачивающемся сквозь толстое стекло. Что он на самом деле чувствует под поверхностным слоем злости и ревности? Трудно было судить определенно, и ему подумалось, что, возможно, это даже облегчение.

Поставив стакан на стол с отчетливым стуком, он с силой прижал пальцы к векам и стал наблюдать за кругами света, пляшущими перед глазами на фоне черноты. Его мысли медленно поплыли, покачиваясь на волнах расплывчатого, неясного покоя, предлагаемого винными парами. Гнев смягчился, боль утратила свою остроту. Целых десять минут без мучительных мыслей о Кейт – это уже счастье.

К сожалению, в прошлом он слишком часто прибегал к выпивке, чтобы притупить сознание, и его мозг стал медленно возвращаться к жизни, спеша напомнить ему о вреде, который он наносит глазам. Неохотно отняв руки от лица, Эйдан невидяще уставился на дубовую столешницу.

Было еще только восемь, если верить отдаленному бою гостиничных часов. Он планировал увидеться с Кейт завтра, но сейчас пришлось приложить все усилие воли, чтобы не вскочить и не помчаться вновь на Гайз-лейн и шутливо бросать камешки в окно. Ей это не понравится. Она явно не хочет, чтобы он приходил. Но откуда такое нежелание встречаться? Будь его воля, он бы уцепился за нее и не выпускал из своих рук никогда.

– Идиот, – мрачно буркнул Эйдан.

У нее есть муж. Неудивительно, что она не знает, как реагировать на неожиданное появление своего старого возлюбленного.

Внезапно он почувствовал, что не может усидеть на месте, резко вскочил и поморщился, когда стул с громким стуком грохнулся об пол.

– Прошу прощения.

Не обращая внимания на любопытные взгляды остальных посетителей, он поставил стул на место и зашагал к двери, двигаясь с решимостью, как будто на самом деле имел в голове какую-то вполне определенную цель. Потребность действовать буквально разрывала его на части, но ему абсолютно нечего было делать, кроме как шагать по улице и взирать на людей. Того, что случилось, не изменить. Прошлого не исправить.

К тому времени, когда свежий воздух успокоил брожение у него в желудке и прояснил голову, Эйдан увидел, что забрел в далеко не самый респектабельный район города. Вот и хорошо! Кто-нибудь из шатающихся по улицам пьяниц может прицепиться к нему, или какой-нибудь матрос вывалится из таверны, ища любителя подраться. Но никто его не цеплял и не трогал, и он шел и шел, пока не добрел до доков, где стоял его пришвартованный «Храбрец». Судно было маленьким и изящным. Эйдан мог быстро починить повреждения, нанесенные кораблю штормом, и выгодно продать его. Небольшой ремонт, чтобы вновь сделать его готовым для плавания, и потом судно Можно переправить в Лондон для полного переоснащения.

Его здесь ничто не держит. Ничто, кроме Кейти, а он не может торчать тут слишком долго по одной лишь причине – быть поближе к ней. Однако он может остаться, чтобы проследить по крайней мере за ремонтом. На это потребуется, по его расчетам, неделя, а может, и две.

Ну что ж! Это даст ему время немного примириться с неожиданно возникшей ситуацией. Попрощаться с Кейти и отправить прошлое назад ко всем чертям, где ему самое место. Он швырнул сигарный окурок в замусоренную воду внизу и, наблюдая, как лунный свет мерцает на расходящихся от него кругах, гадал, почему его кровь, кажется, бежит по жилам быстрее, чем за все эти годы.

Глава 6

– Миссис Гамильтон!

Несмотря на усталость, Кейти почувствовала, как искренняя улыбка растягивает уголки губ. Она как раз дегустировала образец молотого кофе.

К ней заглянула Люси Кейн. Девушка была живой и веселой и очень нравилась Кейт. Ее новой знакомой хватило ума, чтобы решить не выходить замуж. Несмотря на ворчание отца, она говорила всем, кто интересовался ее матримониальными планами, что ей прекрасно живется и без мужа.

– Ну, наконец-то этот день настал! – радостно воскликнула Люси. – Эти милые небольшие приемы – я их просто обожаю!

Кейт улыбнулась:

– А ты не ошибаешься? Насколько мне известно, приглашено полгорода.

Гостья отбросила свои непослушные кудри за спину.

– Да уж! Папины компаньоны и приятели и все супружеские пары будут там, если не ошибаюсь. И никого, с кем можно посплетничать о джентльменах.

– Боюсь, что в этом отношении я тоже вас разочарую.

Глаза мисс Кейн озорно блеснули.

– В самом деле? А я слышала, что вы давеча прогуливались с каким-то привлекательным мужчиной, миссис Гамильтон.

– Прошу прощения?

– Ах, Боже мой, – захихикала девушка. – Жена пекаря видела вас и с превеликой радостью делится со всеми этой потрясающей новостью.

Кейт бросилась к своему высокому прилавку и села за него, чтобы схватить гроссбух и сделать вид, что занимается делом, пока не пройдет в душе приступ паники.

– Честное слово, – заметила Люси, – вы покраснели как спелый помидор, миссис Гамильтон.

– Зачем же так преувеличивать?

– Наверное, вы слишком много времени провели на жаре. – Люси бросила многозначительный взгляд на солнечный свет в окне. Когда Кейт не ответила, девушка радостно хлопнула в ладоши. – Что ж, я рада видеть, что вы все-таки не так ужасно серьезны, как кажетесь. С самой первой минуты, как мы познакомились, я поняла, что в вас есть какая-то изюминка.

Кейт с самого начала это смущало. Люси Кейн принесла корзинку с пирожными и булочками, когда Кейт не успела еще даже закончить обустройство магазина. Потом целый час сидела и болтала с ней, точнее, Люси болтала, а Кейт слушала. Закончила она тот свой визит серьезным доводом о том, что в Халле так мало молодых интересных женщин, поэтому они должны держаться вместе.

Кейт не разделяла энтузиазма девушки и не могла взять в толк, отчего мисс Кейн пришла к такому заключению. Во-первых, ей почти тридцать. И она так устала. Как бы она ни любила свой магазин, но порой ей хочется целый день проваляться в постели. Вот было бы счастье!

Мисс Кейн, надо отдать ей должное, буквально излучала бодрость и энергию. Говоря по правде, в ее присутствии Кейт чувствовала себя ужасно старой.

– У вас есть праздничное платье? – неожиданно поинтересовалась девушка.

– Конечно.

Мисс Кейнх сомнением оглядела магазин:

– А девушка, чтобы помочь одеться?

– Уверена, я сама справлюсь.

– Глупости! Я пришлю свою служанку! И экипаж!

– Мисс Кейн, это вовсе не обязательно.

– Неужели вы не хотите повеселиться, миссис Гамильтон?

Повеселиться? Кейт давно забыла, что это такое.

Люси придвинулась ближе с другой стороны прилавка и потянулась, чтобы взять руки Кейт в свои. Перчатки ее были такими изящными, как и руки девушки. Она еще так молода!

– Миссис Гамильтон, вы так напоминаете мне мою сестру. Я вам уже это говорила?

Ей хотелось отнять руки, но пальцы девушки сжались крепче.

– Она примерно вашего возраста, но не свободная пташка, как вы. Вы понимаете? Она живет под пятой у мужа, представьте себе…

На какой-то момент Кейт ощутила самый настоящий, парализующий душу страх. Выходит, эта девушка каким-то образом раскусила ее. Но потом она встретилась с добрыми карими глазами мисс Кейн и увидела в них мудрость, которой раньше не замечала.

– Дорогая миссис Гамильтон, мне так хочется услужить вам. Поэтому, пожалуйста, позвольте мне прислать вам служанку и экипаж. И давайте сегодня как следует повеселимся, потому что рядом нет мужа, который бы указывал, что мы должны и чего не должны делать.

Непрошеные слезы внезапно перехватили горло Кейт. На миг она потеряла дар речи и смогла только кивнуть в ответ.

Мисс Кейн еще раз сжала ее руки, потом отступила назад.

– До встречи вечером, миссис Гамильтон. Договорились?

– Пожалуйста, – с трудом выдавила она, – зови меня просто Кейт.

Широкая улыбка осветила лицо девушки.

– С удовольствием. А ты должна называть меня Люси.

Кейт растроганно прижала руку к груди.

– Хорошо.

– Миссис Гамильтон! – прокричал чей-то голос, выдернув ее из того мира, где добрые люди называют ее Кейт.

Она вскочила и поспешила к двери, ведущей в проулок, где на пороге обнаружила огромного, похожего на быка мужчину. Она узнала его по седым волосам. Это новый возница, который доставляет товары со склада мистера Фоста.

– Добрый день, сэр. Вы привезли суматрийский кофе?

– Не могу знать, мэм. У меня тут для вас четыре ящика. Наверное, в одном из них и сыщется то, чего вы хотите.

– Внесите их сюда, пожалуйста.

Он занес ящики в небольшой коридорчик, выставив у стены.

– Слышал ваш благоверный вроде как в Индии, миссис Гамильтон?

Она вскинула глаза от этикетки на первом ящике, которую изучала.

– Вы не ошиблись.

– У меня там брательник. Служит с Джоном Кампани. Где ваша плантация? Может, вам приходилось с ним встречаться? Чай, не так много там англичан. Вы там, поди, все друг дружку знаете.

В первых двух ящиках суматрийского кофе не оказалось.

– Наша плантация довольно изолирована. В Мисоре. Уверена, ваш брат никогда гам не был. Нигде поблизости от нас нет гарнизонов.

– Очень жаль, мэм.

Она встала с озабоченным видом:

– Нужного сорта здесь нет. Вы не передадите мистеру Фосту, что он мне срочно нужен? Самое позднее в конце недели. Запомните: суматрийский кофе.

– Конечно, мэм, не извольте беспокоиться. И надеюсь скоренько привезти его вам. Доброго здоровьичка, мэм.

Кейт вытерла руки, потом вспомнила про Люси и поспешила вернуться к прилавку.

– Извини, пожалуйста!

– Ох, ради Бога, не волнуйся. Клянусь, мой отец отрывается от каждой трапезы раза по четыре, чтобы решать какое-нибудь срочное дело. Наверное, так и ходит голодным целый день. Но мне пора. Еще так много всего надо успеть до приема. До вечера?

Кейт улыбнулась:

– До встречи, Люси!

– Повеселимся! Это будет так здорово. – Девушка сжала Кейт в неожиданном объятии. – Всего доброго!

После ухода Люси Кейт поймала себя на том, что, занимаясь делами, тихонько напевает мелодию вальса.

Люси ворвалась в ее владение как весенняя гроза, и воздух в магазине стал как будто чище и даже прозрачнее.

Да, эта девушка – просто природная стихия, и Кейт наконец позволила ей себя захватить. И это было приятно и… весело. Трагедия, которую она пережила, осталась в прошлом, настает новая жизнь, и она должна быть лучше прежней.

Глава 7

Не было смысла перебирать свой гардероб. У нее имелось только одно платье, которое она могла надеть на вечерний прием у Кейнов. Хотя оно было в высшей степени скромным и сшито просто, как и все остальные, ткань выделяла его: яркий шелк цвета морской волны, который, кажется, освещает все вокруг мягкими отблесками, когда она двигается. Она провела по нему ладонью и почувствовала, как восторженный трепет пробежал по позвоночнику.

Глупо, конечно. Когда-то она носила муслиновые платья, а также кружева и ткани, расшитые серебром. Но теперь иные времена, и этот наряд поможет ей стать счастливой.

Она заколола волосы в пучок на затылке и стала изучать свое лицо в зеркале. Интересно, что Эйдан видит, когда смотрит на нее? Она провела пальцем по скуле, где виднелся крошечный шрам. Похудела она за последнее время. Выглядит усталой, но, возможно, легкие впадины на щеках придают какую-то таинственность.

Она улыбнулась, и это была настоящая улыбка. Глаза заискрились. Пусть она теперь не красавица, если вообще когда-то была ею, но зато свободна. И несмотря на все свои размышления об уединенном существовании, при мысли о предстоящей вечеринке душа ее наполнялась трепетным восторгом. Она очень старалась не думать о том, что Эйдан может появиться там. Весь день Кейт была как на иголках, каждую минуту ожидая, что вот сейчас он войдет в магазин. Он не пришел, и ее волнения перетекли в сосущее ощущение под ложечкой.

– Миссис Гамильтон я пришла! – послышался неуверенный голос снизу.

– Поднимайтесь, пожалуйста, – прокричала она, и служанка Люси взбежала по лестнице наверх.

Кейт еще не успела прийти в себя, а маленькая пухленькая девушка уже с силой тянула за завязки ее корсета.

– Ну-ка, давайте сделаем вашу талию еще на парочку дюймов уже, миссис.

Кейт встревожено приложила ладонь к животу.

– Я не думаю, что…

Она не закончила фразу, с изумлением наблюдая, как затянувшийся корсет еще больше приподнял ее грудь. Пальцы скользнули вверх и застыли над бледной кожей бюста. Когда она осмелилась сделать вдох, вершины грудей соблазнительно приподнялись.

Неужели ее тело все еще красиво? Неужели она по-прежнему привлекательная женщина? Как это странно!

– Ну вот, – удовлетворенно пробормотала служанка. – Так-то лучше.

Девушка надела платье ей через голову, на короткий миг превратив мир Кейт в прозрачную и мерцающую морскую гладь. Желая задержать этот момент, она закрыла глаза и не открывала их, пока все завязки не были завязаны и все крючки застегнуты. Когда же она взглянула в зеркало, то увидела там незнакомку. Какую-то изящную, очаровательную молодую женщину, чье лицо излучало обманчивый покой и уверенность.

Она поняла, что ей не стоило волноваться, что ее могут узнать, вспомнить родителей или покойного мужа. В ней нет ничего от той розовощекой оптимистки, какой она была когда-то. И она больше не то привидение с безжизненным взглядом, в которое превратилась на Цейлоне. Ну разве что совсем немного.

– Вы готовы? – спросила служанка.

Кейт кивнула:

– Я спущусь через минуту.

Вырез был не очень глубоким, но из-за туго затянутого корсета над краем лифа виднелись выпуклые вершины грудей. Кейт провела подушечками пальцев по коже, изумляясь, что может выглядеть так женственно.

Она продала все свои украшения, поэтому не было даже брошки, чтобы приколоть к платью, тем паче подвески, чтобы привлечь внимание к ее коже. Но впервые за эти годы она нанесла легкий румянец на щеки и чуть– чуть подкрасила губы.

Однако к тому времени, когда карета остановилась перед домом начальника порта, Кейт вся дрожала от нервного возбуждения. Отдав накидку лакею, она с силой стиснула свою сумочку и огляделась. Восторженный трепет пробежал по ней при виде десятков элегантно одетых гостей.

На Цейлоне тоже бывали вечеринки, но Дэвид никогда не брал ее на них. Кое-кто из женщин заезжал с визитом на плантацию после ее прибытия, желая познакомиться и услышать новости из Англии. Но муж отсылал всех прочь.

В конце концов, ее оставили в покое.

Звуки веселого смеха отвлекли ее от воспоминаний, и, вскинув глаза, она увидела спешащую к ней Люси. Ее рыжие волосы были собраны на макушке, а изумрудно-зеленое платье оттеняло нежную кожу, белую, словно только что выпавший снег.

Кейт прошептала, когда девушка обняла ее:

– Ты восхитительно выглядишь, Люси.

– Ты тоже. Такая хорошенькая! Если твой поклонник здесь, он в восхищении рухнет к твоим ногам. Как его зовут?

– Не слишком ли рано мы начали сплетничать?

– Для этого занятия никогда не рано и никогда не поздно, я так думаю.

– Но ведь ты прекрасно знаешь, что он не мой поклонник, – пробормотала Кейт. – Я понятия не имею, будет он здесь сегодня или нет.

– Если он появится, могу я пригласить его для прогулки по саду? Раз уж этот мужчина, похоже, никому не принадлежит.

Улыбка Кейт не дрогнула, когда она на полном серьезе ответила:

– Конечно, можешь, хотя я не знаю, свободен ли он. Это просто деловой знакомый. А теперь поведай мне все последние сплетни. Я ведь чистый лист, как ты знаешь. И мне все интересно!

Глаза Люси радостно блеснули, когда она взяла Кейт под руку.

– Замечательно. Давай посмотрим, кто здесь есть.

Полчаса спустя Люси взволнованно пересказывала подробности скандала с миссис Мортимер, которая выскочила замуж за ученика своего покойного мужа. Это было не особенно интересно. Кейт поймала себя на том, что глаза ее скользят по залу. Заметив Эйдана Йорка, наблюдающего за ней из дверей гостиной, она ничуть не удивилась.

В эту минуту она поняла, что наряжалась только для него. Укладывая волосы в красивую прическу и подкрашивая губы, она знала, что этот мужчина будет на приеме.

Люси резко замолчала, когда он наконец подошел.

– Миссис Гамильтон, – пробормотал Эйдан, – вы выглядите просто изумительно.

Его глубокий голос нежной лаской окутал ее.

– Мистер Йорк, рада вас видеть, – отозвалась Кейт. В груди у нее стало так тесно, что пришлось отвести от него взгляд. – Мисс Кейн, разрешите представить вам мистера Эйдана Йорка из…

– Лондона, – закончил он.

– Ах, сэр! – прощебетала Люси, – Как приятно познакомиться с вами.

Он склонился над ее рукой.

– Мы время от времени пересекаемся с вашим отцом по вопросам бизнеса, мисс Кейн.

– Вы работаете в порту?

– Я занимаюсь морскими перевозками, – ответил он, и Кейт нахмурилась.

Она так старалась избежать его расспросов, что ничего не узнала о нем самом. Морские перевозки… Что это может означать? Когда они познакомились, он был вторым сыном скромного барона, не имевшим ничего, что делало бы его завидным женихом. Ничего, кроме острого ума, улыбки и сильных рук. Ничего, кроме его любви.

Кейт заморгала, с трудом возвращаясь в настоящее.

– Кофе, – говорил Эйдан девушке. – Один или два раза я поставлял партию этого напитка миссис Гамильтон.

– Как интересно, – промурлыкала Люси. – Я понятия не имела, что импортеру оказывают столь необходимые услуги, сэр. Глубоко поражена, признаюсь.

Ответная улыбка Эйдана была само обаяние и искреннее расположение.

– Могу я теперь предложить еще одну услугу, принеся пунш? Или, быть может, шампанское?

– Шампанское, пожалуйста! – воскликнула Люси. – Спасибо, мистер Йорк.

Его улыбка на долю секунды коснулась Кейт, и у нее возникло ощущение, будто воздух между ними заискрил.

– Кейт, – прошипела Люси, когда он направился к слуге с подносом. – Бог ты мой. Это ведь он, не так ли? Тот самый мужчина, которого жена пекаря видела прогуливающимся с тобой?

– Он… он импортер, ты же слышала, – заикаясь, пробормотала Кейт, не в силах придумать ничего подходящего.

Люси не обратила на ее слова никакого внимания.

– Какой он красивый! И как смотрит на тебя…

– И вовсе он на меня не смотрит.

– Вот именно. Потому что ты его ослепляешь.

– Не говори чепухи, – прошептала она, глядя, как Эйдан возвращается с двумя бокалами шампанского.

– Рад оказать вам услугу.

Голос его был низким и обволакивающим. Он вызывал в Кейт какой-то странный трепет.

– Благодарю вас, мистер Йорк, – кокетливо сказала Люси. – А теперь, с вашего позволения, я должна поприветствовать кое-кого из наших гостей. Буфет устроен в бальном зале. Не могли бы вы проводить миссис Гамильтон к столу?

Кейт ткнула болтушку локтем, но девушка даже не поморщилась и с невинной улыбкой упорхнула.

Эйдан предложил ей руку.

– Это будет весьма кстати. Ведь ты голодна, наверное.

– Что, прости?

– Я вспомнил твою войну с плитой. Полагаю, она тянется уже давно? Это ведь чудовище, ненавистный и злобный враг.

– О! – Она тщетно старалась сдержать улыбку. – Ты не должен был этого видеть, и совсем уж дурно с твоей стороны упоминать об этом.

– Напротив! Я предлагаю свою поддержку. Силы нужно поберечь. Идем к буфету?

– Ты всегда был слишком умным, – пробормотала она, взяла его под руку и опустила голову, чтобы он не заметил ее улыбки.

– Так-то лучше, – прошептал он, и звук его слов приятно отозвался где-то внутри.

Растревоженная, она сосредоточилась на быстром мельканий носков своих туфель, с каждым шагом выглядывающих из-под платья.

– Она напоминает мне тебя, – тихо вымолвил он.

– Кто?

– Мисс Кейн.

Ее глаза недоверчиво расширились.

– Ты шутишь?

– Такая же озорная и веселая. Счастливая.

Его слова оседали в сознании мягкими прикосновениями. Она облегченно вздохнула, когда они подошли к буфету. Ей не надо было ничего говорить, пока он выбирал для нее различные деликатесы, расставленные на длинных столах.

– Икра тебе всегда нравилась, если я правильно помню? – спросил он, вручая ей блюдо с бутербродами.

Да, он помнит верно. Но она не позволит себе трепетать от радости по этому поводу.

Когда они подошли к своим местам, последовали представления и знакомства с другими гостями. Любезности и пустая болтовня, ничего такого, что могло бы увлечь ее. Поэтому она размышляла о его нелепом замечании, что Люси напоминает ему ее.

Неужели он все еще видит ее такой – молодой и красивой? С какой стати? Как это возможно? Быть может, потому, что сам он не очень изменился? В черном фраке с белоснежным шейным платком Эйдан выглядел… Господи, да просто потрясающе! Хотя уже не походил на ангела, как когда-то. Сейчас он казался опасным как сам Люцифер.

Неужели у него всегда был такой острый как бритва, взгляд? В прошлом, когда он смотрел на нее, глаза его были слишком полны любви, и она ничего не видела вокруг.

Наконец-то Кейт разглядела его. Как следует, во всех подробностях. Все те же короткие, слегка вьющиеся волосы, поразительно зеленые глаза. Большой рот, прямой нос и твердый подбородок. Но увидела она и перемены в нем. Наметившаяся седина на висках и легкие морщинки на лбу и в уголках глаз.

Он повзрослел, возмужал за те годы, что ее не было рядом. Стал крупнее, еще больше раздался в плечах. Стал неотразимо привлекателен. Эйдан взглянул на нее, поймал ее взгляд и улыбнулся. И у нее внутри как будто кто– то зажег лампу.

Паника разрасталась в груди, грозя задушить ее. Так вот что это за чувство, что не отпускает ее со вчерашнего дня. Влечение!

– Кейти!

Она нервно вздрогнула при звуке его бархатного, глубокого голоса.

– С тобой все хорошо?

Все остальные гости уже встали из-за стола. Когда она молча на него посмотрела, Эйдан махнул слуге, взял бокал с красным вином у него с подноса и протянул ей.

Хрусталь не задержался в ее пальцах, она чуть не уронила бокал, и несколько капель вина выплеснулись через край. Красное пятно медленно растеклось по белоснежной манжете Эйдана. Кейт отшатнулась.

– Ничего страшного, – поспешил заверить ее Эйдан, потянувшись к ее руке. – Все в порядке.

Его пальцы обхватили ее, и она подумала, что сейчас расплачется прямо здесь, за столом, Его прикосновение так приятно.

Жар кожи проникает в нее. Кончики пальцев легко и мягко поглаживают ее руки. Восхитительно!

Она с трудом поднялась на дрожащих ногах.

– Я должна идти. Прошу меня извинить.

Эйдан нахмурился:

– Что случилось?

– Прости.

Она повернулась и убежала прежде, чем он успел встать, стремительно несясь мимо удивленно поворачивающих головы гостей. Она старалась выглядеть спокойной, спеша к двери, пытаясь делать вид, что не видит их недоуменных взглядов, но от ее недавнего самообладания не осталось и следа.

Сначала Эйдан вернул в ее жизнь боль, теперь же его присутствие пробуждает и другие чувства. Этого она не ожидала, никак не ожидала. И не может себе это позволить.

Она домчалась до парадной двери, но успела спуститься лишь на три ступеньки крыльца, когда встревоженный голос заставил ее вздрогнуть.

– Кейти…

Почувствовав, как ладонь легла ей на плечо. Она остановилась, смутившись, что снова убегает, униженная, что вновь пытается спрятаться.

– В чем дело? Объясни, пожалуйста.

– Я просто… мне надо идти.

Она еще и заикается! Этого только недоставало.

– Идем-ка.

Он взял ее за руку, повел вниз по ступенькам, потом за угол дома, где их никто не мог увидеть.

– Рассказывай!

Его теплые пальцы коснулись подбородка – поразительный контраст с холодным воздухом. Она закрыла глаза, пытаясь спастись от ощущения нежности этого прикосновения, когда он приподнимал ее лицо. Пыталась не вспоминать такое же прикосновение много лет назад, то же движение за мгновение до того, как он в первый раз мягко прижался губами к ее губам. Глаза ее горели от подступивших слез.

– Кейти…

– Не называй меня так! – Она услышала его резкий вдох и покачала головой. – Прости, – прошептала она. – Пожалуйста, не называй меня так. Я теперь Кейт.

– Хорошо, – осторожно промолвил он.

– И… мне очень жаль, но я не могу больше видеться с тобой.

Его пальцы, державшие ее подбородок, едва заметно напряглись, прежде чем отпустить.

– Хорошо. Как тебе будет угодно.

Она не осмеливалась посмотреть на него, боясь увидеть на его лице разочарование.

– Тогда я воспользуюсь этой возможностью, чтобы попрощаться. Утром я уезжаю в Лондон.

– Да, думаю, это правильно. Я не имела в виду… – Она заставила себя открыть глаза, силою воли прогнала слезы, прежде чем они успели пролиться. – Я просто хотела сказать, что это слишком непривычно – видеть тебя. Я в таком замешательстве, что просто сама не своя. А у меня… у меня есть муж. Прости.

Его рот утратил свою мягкость; холодный взгляд показался ей чужим, отстраненным.

– Конечно, – повторил он. – Хочешь вернуться?

– Нет.

– Позволь мне по крайней мере проводить тебя домой. Ты была в накидке, кажется.

Он помог ей одеться и в этот раз не предложил ей руку, чему Кейт порадовалась. Он теперь слишком реальный, чтобы дотрагиваться до него. Хотя бы ненароком…

Они шли как чужие, и молчание между ними было их третьим спутником. Тучи закрыли луну и погрузили их во тьму, которую рассеивали лишь ярко освещенные окна домов, мимо которых они следовали. Они то входили в тень, то выныривали из нее. Эйдан ничего не говорил, пока они не дошли до ее переулка.

– Кейти… то есть миссис Гамильтон…

Шаги ее замедлились, но она не остановилась, чтобы повернуться к нему, пока они не вошли в очередной островок темноты.

– Мне очень жаль, – сказал он. – Жаль, что все так закончилось между нами. Если б я мог повернуть время вспять, то многое бы изменил.

Благодарение Богу, она не видела его лица. Можно было притвориться, что это не он, а просто случайный попутчик. Кейт кивнула:

– Мне тоже жаль.

А что еще сказать? Они сдержанно и неловко попрощались у дверей: она избегала смотреть ему в глаза, он почтительно поклонился. Потом она скрылась в своем магазине, поднялась по лестнице и легла на кровать полностью одетой, и ей было наплевать, что мнется лучшее платье.

Он уезжает…

Кейт испытывала облегчение и в то же время пылала гневом, потому что его отъезд тревожил ее, наполняя отчаянием и сожалением.

Боже милостивый, откуда снова взялось это влечение к нему? Как? Зачем? Ну да, он красив, всегда был красив, но она так давно не смотрела ни на одного мужчину иначе, чем с чувством страха. И считала себя невосприимчивой к их внешней привлекательности.

Уставившись в потолок, она наблюдала, как бледный свет гаснет, когда луна, всходя, проплывает мимо ее окна. Тьма сгустилась, а она все лежала с открытыми глазами.

Тело предало ее. Оказалось, оно хранит воспоминания об Эйдане и той любви, которую она когда-то испытывала к нему. Любви и страсти. Эта мысль была теперь ей чужда, ведь она должна была схорониться где-то в глубинах подсознания и никогда не выплывать наружу.

Умом она понимала, что когда-то желала его, что ей было безумно приятно заниматься с ним любовью. Но она не могла вспомнить все это по-настоящему. Как будто это произошло с кем-то другим; кто просто рассказал ей эту историю. Она знала, что Эйдан прикасался к ее телу, но не могла вспомнить, каково это было, что она при этом чувствовала. Ее сознание было заполнено ощущением равнодушных рук мужа, его грубых пальцев, впивающихся ей в тело.

Дэвид Гэллоу был ее супругом, поэтому она вынужденно делила с ним постель. И все же в первые несколько месяцев своего постылого замужества надеялась, что Эйдан приедет за ней. Поэтому каждый раз, когда муж навязывал ей свое супружеское внимание, она терзалась чувством вины. Она предала любимого, позволив другому овладеть ей. Казалось невозможным, чтоб Эйдан мог по-прежнему желать ее, если она принадлежала другому.

В качестве защиты она старалась заполнить сознание мыслями о нем, не обращая внимания на бесстрастное насилие над ней мужа. Она полагала, что мысли об Эйдане уменьшат ее вину. Вместо этого они стерли все воспоминания о его нежных ласках.

Кейт не могла вспомнить, как они любили друг друга, но тело, похоже, вновь жаждало ощутить его близость. Но она не может этого, допустить. Она не свободна, чтобы делать это.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю