Текст книги "Тварь (СИ)"

Автор книги: Виктор Завизион

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 10

Глава 10

Долгое время я с удивлением отмечал небольшое количество роботизированных механизмов. И это двадцать второй век! Фантастика двадцатого и следующего столетия предсказывала их появление в любой сфере жизни. Вплоть до андроидов и восстания машин. Сейчас же их практически не заметно.

Но по рассказам Ивана роботы и автоматизированные системы, все-таки, использовались. И достаточно широко. Только совсем не заметно антропоморфных машин. Чаще всего встречались небольшие устройства на колесных или гусеничных платформах с разными манипуляторами-конечностями. А иногда и вовсе встроенные в стены, пол или потолок. А также, ограниченный в возможности принятия решений в некоторых сферах, искусственный интеллект применялся в аналитике, исследованиях, медицине, слежении за системами жизнеобеспечения резерваций. Что не отменяло наличие контроля со стороны человека.

Следующее удивление ждало, когда узнал, что в разведке принимали участие только люди. Мне показалось это несколько странным. Но потом выяснил, что эффективность использования в этом деле машин довольно низкая так как управляемые роботы-воины захватывались клонами Твари и начинали служить на него, так и не успев передать необходимые данные. Только подумать – Тварь могла перепрограммировать наши машины! Действительно, теперь противостояние с ней вышло на качественно другой уровень.

Служба в разведке считается одной из самых опасных – и людей Тварь захватывает весьма охотно, что неудивительно. Но, как в старых добрых фильмах современные разведчики тоже снабжались средством прекращения жизни при попадании в плен к врагу. Только в их арсенал включена не капсула с цианидом, а автоматизированная система прекращения жизни. Как только температура тела опускалась до двадцати девяти градусов боевой скафандр запускал систему самоуничтожения. Если же клоны успевали вытащить человека из скафандра срабатывал браслет, который запускал вживленный в голову чип, и та просто разлеталась в кровавую пыль, ничем уже не полезную для Твари.

По прибытию, еще в стратолете, через локальный интернет мы сразу записались в новобранцы для прохождения боевой подготовки. Это обязательная часть программы обучения всех без исключения боевых подразделений. Здесь формируют лучшие разведывательные и боевые отряды. Потом ждали прибытия еще нескольких стратолетов с новобранцами со всей планеты.

Немолодой офицер встретил всех на аэродроме и пригласил пройти в здание распределителя. Понять сколько лет тому или иному человеку для меня все еще представляло определенную сложность. Периоды молодости, зрелости и старости сильно растягивались, благодаря новой медицине.

После прибытия офицер, которого звали Рич Скорзи, провел небольшой инструктаж.

– Наверняка вы все знаете куда прибыли – это центральный штаб ОСС. Крупнейшая резервация, командный пункт и аналитический центр человечества. Здесь вы пройдете специальную боевую подготовку. Также вас распределят по направлениям, согласно вашим данным. То есть вы будете заниматься тем, к чему больше всего предрасположены. У каждой группы будет свой куратор – с ним вы и будете взаимодействовать по многим вопросам.

Далее он быстро осветил основы дисциплины, подчинения старшим по званию, систему наказания и пожелал всем удачи.

После краткого инструктажа все потянулись на выход – к распределительному центру. Новобранцев набралось около полутора тысяч. Молодые люди, которые подошли по возрасту и другие, желающее отдать долг человечеству на войне. Возраст новобранцев от восемнадцати до семидесяти лет. Различий по возрасту не делали ни для кого. После прохождения тестирования и беседы с системой распределения нас разделили на специализации: связь, разведка, пехота, боевая медицина, воздушные и морские силы, силы обеспечения и координации. Благодаря своим знаниям, а точнее способности усваивать новые знания, быстро анализировать и принимать решения, меня определили в разведку. Предлагали поступить на боевую медицину – оказалась примерно одинаковая предрасположенность, но я отказался.

С Иваном мы попрощались потому что с его комплекцией его определили в пехоту. Он и не сопротивлялся. Даже рад оказался такому распределению.

– Увидимся на учениях! – протянул он руку. Сжал мою словно в тисках и, насвистывая веселую мелодию, удалился. Он раздвигал пеструю толпу новобранцев, как атомный ледокол льдины. Я с восхищением провожал его взглядом, разминал руку.

Нас распределили по казармам. В прошлой жизни мне ни разу не доводилось в них побывать, но эти мне понравились. Светлые, уютные, напичканные всякой автоматикой для жизни. Койки выдвигались из стен с помощью специальных механизмов. Как только ты подходил к кровати и протягивал руку к нише – выдвигалось спальное место. Спальные места располагались рядами по всему помещению. В каждой койке есть свой отсек для личных вещей. Коих разрешалось брать с собой совсем немного. Да у меня много и не было. Посередине большого помещения стояли столы со свободным пространством.

Кормили в столовой, что уровнем ниже, сытно и разнообразно. Белье, одежда, гигиенические принадлежности – все это выдавалось по специальным картам личности в виде жетонов. Небольшой жетончик на цепочке со всей информацией о носившем выдали сразу после заселения в казарму. Когда меня регистрировали, излишне болтливый служащий, глядя на меня присвистнул:

– Ого, курсант Иванов! Обычно у нас не принимают в новобранцы с таким возрастом, но у вас протекция от доктора Бергема и командования ОСС. Вы чей-то родственник? Не обижайтесь, шучу. Но все же почему вы на старости лет решили в новобранцы записаться? Да и отлично сохранились для своего возраста.

– Йогой занимался, – попытался отшутиться я. – Пранаямой.

Но служащий видимо, всерьез поверил, провожая меня задумчивым взглядом и, видимо, прикидывая, когда бы записаться на ближайшие курсы по йоге. Люди такого возраста, как у меня, уже встречались, но их немного. Лет через пятьдесят будет гораздо больше. Если доживем, конечно.

О протекции Бергема и ОСС я был не в курсе. Этот факт вызвал противоречивые чувства. С одной стороны, приятно, что о тебе позаботились, а с другой стороны лучше бы не привлекать к себе внимания.

Со мной на курс по разведке попало около двухсот человек. Обучение пройдет в двух частях – теоретическую и физическую подготовку. Шли они параллельно. На теоретической части изучались основы разведки в условиях войны с Тварью и биохимия клонов. На физической подготовке нас немилосердно гоняли до седьмого пота. Физподготовка на первом курсе оказалась одинаковой у всех специальностей. Потом появился оружейный курс. На нем особое внимание уделялось способам уничтожения клонов – от локального боестолкновения лицом к лицу до крупномасштабных мер.

Биохимию преподавал Доктор Бергем. На презентации курса он говорил, что мы должны знать, как функционируют клоны на клеточном уровне, как осуществляется взаимодействие с другими особями. Хотя в этой области еще оставались большие белые пятна. Как говорил Бергем – может кто-то из нас и откроет этот способ взаимодействия.

– Поэтому, как вы можете видеть, – взгляды в аудитории прикованы к поразительно четкому изображению, – клоны Паразита чрезвычайно живучи. Попадание боевого снаряда в область сердца, горла, головы или других жизненно важных для нас органов и центров, не причиняет им действенного вреда. До недавнего времени наиболее эффективными способами борьбы с клонами Паразита были биологическое и химическое оружие. Но, как и любая живая система, Паразит динамично эволюционирует. Иммунитет Паразита просто поразительный… Хмм, да. Поэтому мы вынуждены придумывать новые яды, нейротоксины, сильные антибиотики и так далее. Пока нам это удается. Удается сдерживать его активность при применении этих веществ. Но не далек тот день, когда относительно безопасные для окружающей среды вещества исчерпают себя, останутся только те, что будут разрушать все живое вокруг. Да и к ним Он, скорее всего, адаптируется. Убивая клонов Паразита, нам придется самим защищаться на самом высоком уровне. Сейчас, более-менее на равных, мы можем противостоять Паразиту используя кумулятивные снаряды, супернапалм, разрывные пули с термитом или плазмой. Портативные лазерные установки. Тактику применения этих видов вооружения вы изучите на оружейном курсе.

Я решил задать вопрос, мучивший меня с тех пор, как я первый раз услышал о клонах:

– Доктор Бергем! Почему особей Твари… – на меня устремились почти все взоры курсантов, я смутился, – то есть Паразита… называют клонами? Ведь он не клонирует в прямом смысле своих солдат, он их заражает, используя готовый биоматериал, то есть нас.

В аудитории появились улыбки, стали слышны смешки.

– Вы кажется курсант Иванов? – я снова смутился – неужто Александер не помнит меня? – Рекомендую посетить библиотеку и почитать больше об истории войны с клонами, а также впредь не удовлетворяться рассказами неспециалистов. История не менее важна для понимания ситуации, чем непрерывно поступающие тактические сводки. Но на ваш вопрос ответить могу. Когда люди впервые столкнулись с малым нашествием особей, они все примерно выглядели одинаково. Одинаково безобразно. Представьте бесполых, лысых, обнаженных, человекоподобных существ. Исходя из имеющихся данных, мы определили, что в самом начале Паразит просто переваривал весь попадающийся биоматериал, затем создавая похожих особей из увеличивающейся биомассы. У него не было нужды делать их уникальными. Поэтому их и стали называть клонами. Позже Паразит эволюционировал, улучшил свои особи – те стали способны заражать людей слизью со спорами. С тех пор Он создал разные виды особей – клоны, копатели, зараженные, внешне почти неотличимые от людей, разведчики, рабочие и т. д, но название «клоны» закрепилось за всеми. Хоть это и неправильно с сугубо научной точки зрения, но для большинства людей разницы в названии нет.

Все взгляды в аудитории направлены на Бергема. Никто не занимался своими делами. Сразу видно, что Бергема здесь уважают. Я тоже внимательно слушал. Хоть я и находился рядом с ним довольно долгое время, но оно было потрачено больше на адаптацию в современном мире и на отношения с Джилл. О чем совершенно не жалел.

После небольшой паузы Бергем продолжил:

– Конечно, одинаковые особи – клоны в истинном значении этого слова – еще встречаются. Это особи, которые содержат в себе животные признаки, совместно с человеческими. Подразделяются, в основном, на рабочих и солдат. Разведчики Паразита, как правило, более-менее, уникальны и похожи на людей. Хотя и не все. Попадаются, скажем так, весьма специфичные экземпляры. Успокаивает то, что клоны не могут быть меньше кошки. На всяких крыс, мышей, некоторых змей и других подобных по размерам организмов – слизь не действует. Точнее, Паразит может их съесть, но заразить не может. По крайней мере нашествия крыс Паразита еще не было. Да и поведение клонов при наличии рядом мелких животных – однозначное. Они их съедают. Поэтому ориентировочная критическая масса организма для заражения – около шести килограммов. Я ответил на ваш вопрос Курсант Иванов?

– Очень исчерпывающе. Спасибо, доктор!

– Тогда давайте рассмотрим особь-солдата.

Изображение сменилось вообще невозможным существом. Такое природа не смогла бы создать даже в самом страшном сне. Огромное, примерно в два человеческих роста, безволосое существо, с четырьмя конечностями увенчанными когтями, костяными выростами, пластинами. Голова вплотную крепилась к туловищу, напоминая головогрудь членистоногих. Всю окружность головы овивала цепочка черных глаз, как у паукообразных. Этакий человек-паук переросток. Правда, от человека у него остались только конечности, напоминающие руки и ноги, а от пауков – глаза. Обращенные назад коленные суставы нижних конечностей позволяли существу прыгать на большие расстояния и сверху наносить сокрушительные удары. Я представил, как эта туша падает на меня сверху, вздрогнул.

– Кстати, наши военные говорили, что встречались с другой разновидностью особей-солдат – в отличие от этого у тех по шесть конечностей. Видимо, вместо погон для различия старших по званию.

Бергем хохотнул своей шутке, в аудитории заулыбались. Между делом особь-солдат сменилась изображением другого существа. Эта особь еще больше, чем первая по разным оценкам, семь-восемь метров в длину, с огромными когтистыми отростками шириной с нормальную лопату – копатель. Взгляд глубоко посаженных глаз сильно напоминал человеческий. Я снова поежился. Господи, на что способна Природа… Или это не она?

– Существует мнение, и оно пока подтверждается, что Паразиту не так-то просто создавать специализированные особи. На это тратится много его энергии и биоматериала. Но это не значит, что он этого не делает. Просто таких, – он махнул на изображение рукой, – вы увидите реже, чем обычных антропоморфов или анимаморфов.

После небольшой паузы он продолжил.

– Вот другой случай. Обратите внимание, Паразит использует не только биоматериал. Захватывая наши базы, свободно посещая покинутые рудники и другие человеческие сооружения, Он использует и небиологический материал для создания своих особей. В данном случае, промышленный резак горных пород сращен с живой плотью. Такие встречаются еще реже, но встречаются.

Изображение вновь сменилось разновидностью особи-солдата. Я увлеченно записывал все в электронный блокнот. По старой привычке – все равно весь материал доступен в электронном варианте. Лекции же велись для того, чтобы ответить на вопросы курсантов.

Бергем продолжал:

– Поведение Паразита легко понять на примере эусоциальных[1] насекомых – пчел, ос, муравьев и так далее. Ну и чтобы аналогия была наиболее полная, добавьте королеве-матке способности идеального паразита. Тогда вам будут ясны его возможности.

После лекции я подошел к Бергему.

– Доктор Бергем!

– А курсант Иванов! – он тепло улыбнулся.

– Александер, как вы тут оказались? Часто вы посещаете ОСС с целью проведения лекций?

Я попытался дотронуться до его плеча, и рука провалилась в пустоту. Бергем рассмеялся.

– Видимо, вы хорошо знаете моего создателя – Александра Бергема. Я его цифровая копия – «Бергем-два-ноль». Пока его нет, все зовут меня именем создателя. Вы знаете, полная цифровая копия дает множество преимуществ. Какая-то часть Александера всегда хотела заниматься преподаванием, но из-за отсутствия времени для этого занятия он создал меня. Напрямую потребность это не удовлетворяет, но миру служит его желание в виде меня – его копии с желанием преподавать.

Моему изумлению не было предела. Нет, конечно голограммы я видел и до этого, но, чтобы это выглядело настолько реалистично… Изображение Бергема вновь расплылось в улыбке. Я уставился на него, подмечая микродвижения, звук дыхания, блеск глаз и зубов. Поразительная точность. Мы поговорили еще об особенностях клонов, их жизнедеятельности и я побежал догонять свой поток.

Отношения с курсантами не складывались, меня сторонились. Может потому, что сам не стремился налаживать контакт, может потому, что сильно старше их по документам. Не смотря на засекречивание основной информация обо мне, слухи все равно ходили.

– И что в тебе такого важного оказалось? – я даже не сразу понял, что обращаются ко мне.

Как обычно я сидел в одиночестве за обеденным столиком. Поэтому даже не подумал, что обращаться могут ко мне. Оглянулся – все поглощены едой. Рядом стоит парень. На вид лет двадцать – двадцать пять. Парень явно не с моего потока.

– Простите, вы мне?

– Сейчас бессмысленно просить прощения. За твою никчемную жизнь отдали свои жизни сотни людей, кадровых офицеров, которые были достойнее тебя!

– Я не понимаю вас, – смущенно пробормотал я, отставляя еду.

– Не понимаешь?! – курсант распалял себя все больше, – мой отец, его друзья, сослуживцы погибли, чтобы отбить твою капсулу у клонов, в надежде, что ты прольешь свет на появление Паразита и поможешь в борьбе с ним. Но все оказалось напрасным. Ты – просто пустое место! Им нужно было оставить тебя клонам, чтобы они просто сожрали тебя и все! Невелика потеря для человечества.

– Мне очень жаль, но я…

– Жаль?! – он перешел на крик. В нашу сторону стали оборачиваться за другими столиками. – Ради чего погибли эти герои?! Ради кого? Это слишком неравнозначный обмен!

– Курсант Почански! Немедленно покиньте столовую и зайдите в мой кабинет.

Казалось, парень не расслышал слова старшего по курсу, он продолжал буравить меня взглядом.

– Курсант! – в голосе куратора прозвенела сталь и угроза.

Мгновение спустя Почански развернулся, вышел из столовой. Остальные возвращались к еде. Кто поглядывал с любопытством, кто-то – с презрением. В тот момент я хотел провалиться под землю, но еще больше хотел разобраться в произошедшем. Его слова медленно доходили до сознания. Что он имел в виду? Кто его отец? Почему он обвиняет в его смерти меня? Руки вспотели, сердце сжалось в предчувствии чего-то неприятного. Путь до информационного центра совершенно вылетел из головы. Помню только гнетущее чувство. Неужели я виноват в смерти его родственника. Хотя если так посмотреть, то я виноват вообще во всем, что сейчас происходит с миром. Тяжесть ответственности раздавливала меня, и я на подгибающихся ногах подошел к инфоцентру. Электронной библиотеке по своей сути.

Больше книг на сайте – Knigoed.net

В ней я нашел только общую информацию о рейде адмирала Каперса, его помощнике вице-адмирале Почански и других. В статье упоминалось о наградах, биографиях, военных операциях, семьях. В причинах смерти указано лишь, что они погибли при выполнении боевого долга. Посмертно награждены званием героя.

Осознав, что здесь правды не добьюсь набрал номер Бергема.

– О, Кристофер! Здравствуй! Никак передумали и решили в исследовательский центр вернуться? – Бергем жизнерадостно улыбался.

– Здравствуйте, Александер. Нет, не надумал. Александер, как меня нашли? Информация об этом событии засекречена. Сегодня в столовой курсант Почански обвинил меня в смерти отца. Я должен знать, что произошло.

Повисла напряженная тишина. Бергем не смотрел мне в глаза.

– Я должен, доктор, – тихо прошептал я.

– Сперва за засекречивание информации о твоем нахождении выступил военный совет ОСС. Потом я просил продлить срок нераспространения информации, чтобы не травмировать тебя и для избегания конфликтных ситуаций. Как оказалось, они планировали это сделать и без моей просьбы. Сейчас люди напряжены, они с трудом борются с клонами Паразита, так хочется выместить свою злобу и найти виноватого. За раскрытие тебе этого секрета меня по голове не погладят, конечно. Поэтому предлагаю уговор – ты будешь отправлять мне отчеты о своем состоянии. И если решу, что оно депрессивное ты сразу отправишься в мой центр. Ну, и то, что я тебе расскажу – не для огласки.

– Договорились, – хрипло согласился я.

Александер надолго задумался, собираясь с мыслями и продолжил:

– В две тысячи сто сорок шестом, в акваторию, занятую Паразитом, направили разведывательную эскадру под командованием адмирала Кейси Каперса. Активность особей была низкой. В акватории разведывательного квадрата шли несколько судов Паразита. Адмирал решил проверить чем они заняты и отдал приказ на запуск звена самолетов. Самолеты доложили об активности особей по другому борту. Они что-то доставали со дна, с помощью глубоководного дрона. Вернувшись на второй круг, они разглядели спасательную капсулу. Твою капсулу. Она плавала на поверхности прикрепленная к буйкам. Каперс принял решение. И его решение было оправданным. Мы, действительно, могли получить новую информацию о Паразите, так как очевидно, что эта капсула ему нужна. Как оказалось, впоследствии – даже очень. И да – мы получили ценную информацию.

Каперс отдал приказ отбить капсулу. Закипел бой. Корабли Паразита уничтожили, но это не помешало ему атаковать корабли разведывательной эскадры сотнями тысяч клонов. Каперс приказал грузовому вертолету доставить твою капсулу на материк. А сам остался отбивать нападение Паразита и прикрывать отход вертолета. Все погибли. После ОСС капсулу решили отправить мне для разморозки. В коме ты провел почти полтора года. Дальше ты знаешь.

Я поблагодарил Бергема, отключился. С самого начала мне сказали, что нашли мою капсулу при исследовании морского дна близ акватории Паразита. Но на самом деле реальность оказалась другой. Винить кого-то бесполезно. Все решения принимаются исходя из рациональной необходимости. Отчаяние накатило девятым валом, в ушах зашумело. Вспомнив уговор с Бергемом, начал глубоко и медленно дышать. Сознание постепенно прояснилось. В тот день я тренировался так, что до казармы еле дополз. Боль в мышцах помогла притупить чувство вины.

Чтобы отвлечься от тяжких мыслей, целиком сосредоточился на обучении. Как потом оказалось, это было верное решение. О том же рассказала и Джилл, когда мы впервые созвонились после отъезда.

– Работа для нас действительно может заменить разлуку и другие переживания.

– Да, так и есть, Джилл. Я сильно отвлекаюсь, если истязаю себя занятиями и упражнениями. Какие новости у вас?

Я всегда рад видеть ее. Это единственный родной для меня человек в этом мире. Не считая Бергема, конечно, но ему я не мог так открыться, как Джилл.

– Недавно мы провели несколько суток в карантине.

– Ого! Что случилось?

– Когда ты еще жил у нас военные привезли клона на исследование. Бергем давно просил у них живой биоматериал. Фрагментов тканей клонов – было много. Примерно понятна биохимия особей. У Бергема есть несколько гипотез, которые он и хотел подтвердить, исследовав живого клона. Практически сразу после твоего отъезда клон сбежал. Да еще и миновал все системы защиты.

– Но как?

– Каким-то образом он смог отключить все питание в нашем отсеке и пока мы были слепы, забрался в робота-манипулятора.

– Клон отключил питание?!

– Либо что-то ему помогло. Да, я тоже не смогла поверить в это. Техники утверждают, что сбой системы изнутри невозможен.

– Есть предположения, как ему это удалось?

– Нет. Похоже он сумел выбраться в виде небольшого существа. Потому что специальные команды перерыли весь центр, блокируя уже обработанные уровни. Через трое суток все вернулись к обычной работе. ОСС после доклада Бергема и начальника нашей службы безопасности отправляет к нам дополнительный корпус военных для усиления охраны центра.

– Значит теория о том, что клоны могут быть только больше кошки – несостоятельна.

– Получается так. Мы постоянно пересматриваем постулаты, которые касаются Паразита. Видимо, это как раз такой случай.

– Будьте осторожны. Если что-то случится сразу звони мне.

– Конечно, Крис. Ты тоже будь осторожен.

– Люблю тебя.

– И я.

Созванивались мы с Джилл в моменты, когда становилось совсем невмоготу терпеть разлуку. Как правило такие моменты у нас совпадали. Это здорово помогало, после такого, хоть и неполноценного, но все же насыщения друг другом, снова забыться в работе.

Каждый день обучения оказался похож на предыдущий. Шесть дней непрерывного обучения, потом выходной. Нагрузка на мозг оказалась колоссальной. Для облегчения восприятия и лучшего запоминания нам выдавали специальные ноотропы, усиливающие наши когнитивные способности в несколько раз. Только так можно воспринять и запомнить весь объем знаний, которые нам давали. По слухам, это не единственные препараты, что нам предстояло принять. По рассказам старших курсантов, на практическом курсе им давали какие-то препараты, которые ускоряли метаболизм, рост мышц и скорость реакции. Про побочные эффекты никто ничего не говорил. Кроме снижения либидо у обоих полов. Старшекурсники шутили что, либо ты их будешь принимать и равнодушно смотреть на противоположный пол, либо тебя «полюбят» клоны из-за низкой реакции. Ну, временное отсутствие влечения – это даже хорошо, на войне совсем не до этого, подумал я и больше не забивал себе голову специальными добавками.

Теоретический курс заканчивался защитой практической работы. В составе действующих научных групп все курсанты предлагали свои идеи по биохимическим методам истребления особей или прорабатывали существующие. Таким образом ОСС надеялось внести свежие идеи в разработку методов по противодействию Паразиту. Я выбрал направление по разработке веществ, тормозящих регенеративные способности клонов. Работа получила отличные результаты и с легкостью пошла в зачет. При использовании вещества (название я ему не давал, только обозначение из букв и цифр) регенерация клонов при механических повреждениях снижалась на двадцать процентов. Во многих ситуациях это выигрывало лишь секунды, но иногда и их бывает достаточно, чтобы выжить. Разработанным веществом решили покрывать все снаряды, которыми планировалось расстреливать клонов. Плюс различные мины и фугасы также планировалось начинять им.

Все разработки проверялись на двух захваченных анимаморфах. В резервацию ОСС их провезли в экранированных контейнерах и также содержали, практически, в самом нижнем исследовательском уровне.

В конце теоретического курса из военных сводок мы узнали, что началась активная фаза по поиску логова Паразита. Тактика изменилась – и человечество от активных столкновений перешло целиком на небольшие хорошо экипированные разведывательные отряды. Так что моя специальность стала очень востребованной. Задачей отрядов стал мониторинг потенциальных мест, где может скрываться Паразит названных квадрантами. На практике сеткой квадрантов покрыта вся планета. При обнаружении небольшого скопления клонов – уничтожение и быстрая эвакуация с места. Если скопление попадалось крупное, то авиация применяла ковровое бомбометание и стирала с лица земли клубок. При необходимости использовались зарывающиеся в землю снаряды. Такой методичной зачисткой планировалось найти логово Паразита и уничтожить его. С каждым разом приходилось действовать все быстрее – Паразит хорошо учится.

[1]Эусоциальность – наивысший уровень социальной организации животных.