290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Коммунистическая республика Камчатка (СИ) » Текст книги (страница 13)
Коммунистическая республика Камчатка (СИ)
  • Текст добавлен: 1 декабря 2019, 17:01

Текст книги "Коммунистическая республика Камчатка (СИ)"


Автор книги: Виктор Старицын






сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

По результатом допроса бывших пленных, Кюхлер доложил, что напавшее племя Горных архаров лишилось двух третей воинов. Из остальных, наверняка, половина серьезно ранена, остальные до смерти напуганы. Так что племя не боеспособно, и вскоре станет жертвой соседних племен. Другие племена базируются на достаточном удалении. Поэтому, в ближайшее время нападения можно не опасаться.

Мезенцев с помощниками промывал, дезинфицировал, зашивал раны, перевязывал. Весь запас перевязочных материалов, йода и спирта был израсходован. Красавцев принял решение прекратить сбор коры и отходить. Раненые нуждались в срочной медпомощи. Утром соорудили волокуши для тяжело раненых и двинулись в обратный путь. Шли по уже пробитой тропе. К вечеру дошли до деревни. Здесь добрали еще два десятка носильщиков.

На рассвете выступили. Раненых несли на носилках. Шли без перерыва на обед. К ночи дошли до Бубуреса. Все же, вниз идти легче, чем вверх. Да и тропа уже прорублена. Раненых носильщиков оставили в деревне.

Погрузились на Варяг и к ночи пришли в Маракайбо. На следующий день утром провели переговоры с губернатором. Согласовали закупочную цену на хинную кору в размере одного эскудо за пуд с доставкой в Красногорск. Губернатор Хоэрмут был явно воодушевлен появлением нового стабильного источника дохода. Да и потом рассчитывал серьезно заработать на перепродаже хинина в Европе и в Новом Свете. Хоэрмут пообещал поставить первую партию коры через три недели.

Не откладывая в долгий ящик, Варяг задымил трубами и отошел от пристани. Раненых нужно было доставить в госпиталь Ленинграда возможно скорее.

14. Бурление масс

Несмотря на массированную агитационную компанию, развернутую активистами «Дарав», как стали сокращенно называть фракцию «Даешь равноправие», повторить прошлый успех и склонить на свою сторону большинство комсомольцев ни в одной из первичных организаций не удалось. Тем не менее, общее количество комсомольцев, вступивших во фракцию, достигло 123 человек, что составило 38 % списочного состава комсомольской организации республики.

Бюро фракции заседало дважды в неделю, занимаясь приемом во фракцию новых членов и обсуждением текущих вопросов. Кроме того, активисты горячо дискутировали по вопросам дальнейшего развития республики. Заранее назначенный докладчик штудировал один из трудов основоположников: Маркса, Энгельса, Ленина или Сталина. Затем с позиций, изложенных в трудах классиков, придирчиво обсуждали порядки, установленные в республике. Бюро, как правило, приходило к выводу, что республика все дальше отходит от идеалов коммунизма.

Поскольку, добиться большинства в комсомольских организациях не удавалось, секретарь фракции Скрипко предложил сменить тактику борьбы. До следующих выборов Верховного Совета, которые, согласно Конституции Республики, проводятся раз в два года, оставалось еще 13 месяцев. Скрипко предложил сделать ставку на захват большинства в Совете. Выборную компанию вести под лозунгом: "Власть – молодым!". В самом деле, комсомольцы составляли три четверти избирателей республики, а в Совете они вообще не были представлены. В Совнаркоме – всего один комсомолец.

Тщательно подготовить избирательную программу, которая заинтересует большинство комсомольцев, и провести в Совет не менее четверых членов фракции, не акцентируя, однако, внимание на этом членстве.

Затем, имея большинство в Совете в четыре голоса из семи, назначить наркомами своих людей. Потом подготовить и провести через общее собрание граждан необходимые поправки в Конституцию, тем самым утвердить свою власть в Республике. Бюро фракции одобрило план Скрипко. Назначили ответственных за подготовку избирательной платформы и подбор проходных кандидатов по всем избирательным округам.

Наркомобраз мамлей Сенечкин, увлекавшийся в школьные годы историей древнего Рима, внес в Совнарком и Верховный Совет предложение переименовать гражданские категории на древнеримский манер. Гражданина 1-ой категории, не имеющего права голоса, он предложил именовать просто "гражданином". Гражданина 2-ой категории – "избирателем", гражданина 3-ей категории – "декурионом", 4-ой – "легатом", 5-ой – "трибуном" а 6-ой – "консулом".

В самом деле, "нарком образования, гражданин Республики пятой категории Сенечкин" звучало несколько по-дурацки. А совсем по-другому звучит: "нарком образования, трибун Республики Сенечкин". Верховный Совет новые названия гражданских категорий утвердил.

Кроме того, постановили, в случае не избрания гражданина на выборный пост на новый срок, оставить ему гражданскую категорию лишь на одну ступень ниже соответствующей ранее занимаемому посту.

По ходатайству начальника Генштаба Веденева, Верховный Совет постановил: всех краснофлотцев и красноармейцев, а также командиров, занятых в гражданских отраслях, уволить из действующего состава армии и флота в запас. Это исключило необходимость повышать им воинское звание в соответствии с выслугой лет. Да и вообще было справедливо. Граждане республики приняли нововведение с пониманием.

Сам Предсовнаркома предложил Верховному Совету упразднить территориальные наркоматы. В самом деле, в Совнаркоме стало уже пять территориальных наркомов: островов Крым, Сахалин, Тринидад, Гренада и Пуэрто-Рико. Вместо них он предложил создать один наркомат территориального управления, а наркомов островов переименовать в "администраторов". Реформа должна обеспечить единство подходов к управлению на всех территориях Республики. Верховный Совет предложение утвердил. Возглавить нарком терупр поручили наркому Тринидада Ягудину, вполне справлявшемуся со сложными обязанностями руководителя крупного острова.

После отхода эскадры на Пуэрто-Рико напряженность работы Председателя Совнаркома заметно снизилась. Большую часть горящих проблем удалось решить. Наркомы наконец научились самостоятельно решать вопросы в своей компетенции. Заседания Совнаркома стали проводить не ежедневно, а дважды в неделю: по средам и субботам.

У Николая Иосифовича появилась возможность уделять больше внимания семье: шести женам, двоим своим и пятерым приемным детям. Назначенная старшей женой Аймуяль, несмотря на юный возраст, сумела расставить остальных жен на подобающие места. Недаром, она была дочерью вождя. Хотя, пару раз конфликт между женами – испанками и женами – индеанками пришлось урегулировать лично главе семейства. Все же их менталитет и понимание места жен в семье у испанок и туземок сильно отличались. Николай Иосифович твердо встал на сторону старшей жены. Возмутительницы спокойствия остались на неделю без сладкого.

Самое главное, у Предсовнаркома появилась возможность в рабочее время поразмыслить над стратегическими проблемами государственного устройства Республики.

Хотя, в 1917 году Мещерский твердо и однозначно перешел на сторону восставшего народа, многие из последующих действий партии большевиков вызывали у него острое неприятие. По этой причине в политику он старался не встревать, занимаясь исключительно боевой подготовкой вверенных ему кораблей и подразделений.

Теперь у него появилась возможность исправить многочисленные "перегибы" и "перекосы", допущенные большевиками в их старом мире. Извилистую "линию партии" следовало распрямить.

Разрешив фракции и в партии и комсомоле, приняв соответствующую поправку в Конституцию, он резко ограничил возможности Политбюро вмешиваться в текущую деятельность Совнаркома.

Первым делом следовало скомпенсировать неуемную активность даровцев, стремящихся установить в Республике, по сути, военный коммунизм первых лет советской власти в их старом мире. Тут кстати подвернулся продовольственный вопрос.

Докладывая о продовольственном положении республики на заседании Совнаркома, наркомторг Игнатьев посетовал, что большую часть продовольствия Республика получает с плантации вокруг Сталинграда.

Случайно оказавшийся в гарнизоне Сталинграда старшина Трефилов, выходец из семьи зажиточных крестьян, проявил талант организатора и сумел освоить всю территорию вырубки, окружающей крепость, общей площадью около трехсот десятин. С помощью двух сотен пленных туземцев, четырех сотен местных туземок, четырех десятков пленных испанцев и двух десятков лошадей, он сумел организовать правильный севооборот, снимая четыре урожая в год. Построил большую свиноферму и коровник, полностью обеспечив животных кормами.

Все туземные племена поставляют в республику в виде дани лишь дикорастущие фрукты и овощи, собранные в джунглях. Навыков земледелия туземцы практически не имеют. Крохотные возделанные участки обеспечивают лишь малую часть потребностей племен в продовольствии. Причем работают на земле исключительно женщины. Туземцы – мужчины работу на земле считают ниже достоинства воина. Большую часть продовольствия племена добывают охотой и собирательством.

Учитывая опыт Трефилова, Игнатьев предложил возродить сельхоз производство в захваченных поместьях на Пуэрто-Рико. Иначе переданные туземным племенам бывшие испанские энкомьенды неизбежно придут в запустение и зарастут лесом.

Совнарком с подачи Игнатьева решил основать в каждой энкомьенде сельхозпредприятие, которое по старой памяти решили назвать "колхозом". На каждый колхоз поставить председателем одного добровольца из краснофлотцев или красноармейцев крестьянского происхождения. Передать ему пару десятков пленных испанцев из числа крестьян и ремесленников, полсотни военнопленных туземцев, десяток лошадей и немного скота на племя. Местному подданному племени поручить конвоирование пленных и охрану поместья. Женщин из местного племени привлекать к работам на добровольной основе с оплатой продовольствием и деньгами.

Мало того, Мещерский настоял, чтобы после двух лет успешной работы каждому председателю было разрешено взять энкомьенду в бессрочную аренду с предоставлением ему полной хозяйственной самостоятельности. Назначенные председателями колхозов мартийцы автоматически становились декурионами.

На следующем заседании в эту же "струю" встроился и нарком промышленности Болотников. Ему надоело возиться с общим заводом. Управление пошивом обуви, одежды, сбруи, изготовлением мебели, посуды и прочего ширпотреба только отнимает дорогое время у весьма немногочисленных мартийцев. Завод требуется снабжать сырьем, инструментом, продовольствием, одеждой, обувью. Продукцию следует учитывать и распределять. Необходимо вести бухучет.

Болотников предложил разрешить пленным и наемным мастерам после полугода успешной работы взять в аренду оборудование и помещение своего производственного участка и предоставить им полную хозяйственную самостоятельность. Пусть сами решают все вопросы снабжения, учета и сбыта. Для этого объявить свободу торговли, оставив монополию государства на ряд стратегических товаров.

В ведении наркомата промышленности нарком предложил оставить только спецзавод, судоверфь, металлургический и химический заводы. Горнодобывающую, строительную лесную промышленность, а также производство стройматериалов предложил оставить за наркоматами горной промышленности и внутренних дел, поскольку в них работают исключительно военнопленные.

Совнарком поручил наркомату промышленности разработку плана перевода производства бытовых товаров в частные руки и ликвидации общего завода.

Поскольку Верховный Совет разрешил испанцам и голландцам стать частными производителями, никаких оснований запрещать то же самое мартийцам не просматривалось. Единственное отличие – мартийцам разрешили брать в аренду и некоторые секретные производства.

Осознав, что реформы Игнатьева и Болотникова приводят к созданию в Республике крупного частного производственного и сельскохозяйственного секторов, Николай Иосифович созвал совещание в узком составе. Присутствовали Генсек Влазнев, Председатель Верховного Совета Востриков, наркомы Игнатьев и Болотников. Ну и сам Предсовнаркома.

– Товарищи! – начал Мещерский, – до сих пор мы считали, что частными мастерскими у нас будут владеть только местные мастера, да и то, лишь после того, как отработают пять лет по контракту. Однако, обстоятельства вынуждают нас резко ускорить формирование частного сектора в сельском хозяйстве и производстве бытовых товаров. Причем возглавить этот процесс придется мартийцам.

Во-первых, под это дело нужны поправки в законодательство. Во-вторых, кое-кому из наших это может сильно не понравиться!

– Я даже знаю кому! – вклинился в речь Предсовнаркома Генсек, – комсомольцы из "Даешь равноправие" уже сейчас из штанов выпрыгивают, а если мы частное предпринимательство разрешим, так они могут и большую бузу устроить!

– Вот по этому поводу я вас, товарищи и собрал. Это, как ни крути, весьма крутой поворот от ортодоксальной линии Сталина. Желательно, что бы никаких безобразий при этом не возникло!

– Ну, мы это можем подать, как возврат к истинному ленинизму. НЭП в 1921 году по инициативе Ленина был введен, – вступил Востриков. – Да и многим нашим это очень понравится, особенно тем, кто постарше или по происхождению из крестьян или ремесленников. Таких у нас не мало!

– Вот к этому я и клоню! – резюмировал Мещерский, – Пантелей Кондратич! – обратился он к Влазневу, – как ты смотришь на то, чтобы создать фракцию коммунистов-социалистов? Под лозунгом построения реального социализма, как переходной фазы к коммунизму. С сохранением частной собственности на текущем этапе. Этим мы уравновесим даровцев. И будет у нас три фракции. Левые – даровцы, правые – социалисты и мы – центристы!

– В парторганизации даровцев нет, только двое им сочувствуют. А правые точно есть! Да что там говорить, я и сам правый буду. У меня отца в 30-ом году раскулачили и всю семью в Забайкалье сослали. Слава, богу, все выжили. Я то, в то время уже во флоте был. А то бы и меня замели! Уверен, создадим фракцию. И в партии и в комсомоле! Человек под сотню наберем!

– Ну, тебе самому, пожалуй, в социалисты вступать пока не надо, Генсек должен быть в центре. Но процесс запусти. Кого видишь главой фракции?

– Фактическим организатором, думаю, будет зам директора общего завода Зюскинд. Он комсомолец. На редкость заводной парень! А за частную собственность он горой будет! Еврей, однако. Настоящий! А в виде вывески председателем фракции назначим Трефилова. Заниматься фракцией ему, в самом деле, будет некогда. В Сталинграде, я полагаю, у него первый колхоз и учредим.

Николай Иосифович строил далеко идущие планы, не посвящая в них даже ближайших соратников. В дальнейшем он предполагал перейти от монополии на власть ВКП(б) к демократической трех партийной системе. Три фракции: левых, прагматиков и правых он мыслил зародышами будущих политических партий. В этом случае верховная власть безусловно перейдет к избираемому народом на конкурентной основе Совету. Борьба партий за голоса избирателей обеспечит динамичное развитие государственной системы Республики.

В начале августа на очередном совещании наркомвнудел Шнурко доложил о побеге четверых испанцев с известкового карьера Сахалина. Они угнали ночью у туземцев лодку и уплыли с острова. Перехватить их не удалось. Все корабли были в разгоне. Утром на перехват выслали сторожевые катера, как раз проходившие ходовые испытания, но лодку обнаружить не удалось.

– И куда они могли деться? – Задал вопрос Мещерский.

– Уплыть они могли только на остров Санта-Лючия. До него примерно 20 миль. Свободно можно дойти за ночь. Пограничная сотня и местные туземцы на острове за весь следующий день их не нашли. Остров большой. Всю береговую линию за день не обшаришь. Могли пересидеть светлое время и следующей ночью уйти дальше, на Мартинику. На ней наших сил нет.

А там их может случайный испанский корабль подобрать. А может и не случайный. Если это не случайный побег, а бегство засланных шпионов. И кстати, на Тринидаде за последние три недели пропало шестеро туземцев. Из пропавших, двое служили в конвойных войсках и один – в гарнизоне Сталинграда. Причем в дни, предшествующие пропажам, в двух случаях в море на горизонте наблюдали одиночные корабли. В свете бегства испанцев, вполне допускаю, что эти корабли по ночам высаживали разведгруппы, которые и захватили туземцев. Могли и материковые туземцы их в плен захватить. Пролив Змея за ночь на пироге легко пересечь.

– Прискорбно! Испанцы, сбежавшие с карьера, ничего ценного своим властям не расскажут. Туземные конвойники – тоже. А вот гарнизонный боец про нефтедобычу может рассказать испанцам много чего. А также и про организацию службы в Сталинграде. Эти безобразия нужно в корне пресечь! Какие предложения у наркомата?

– Первое. Службу сексотов после мятежа мы ликвидировали. Опыт показывает, что зря. Осведомители нам нужны. Как это ни прискорбно, но их нужно снова заводить. И среди пленных испанцев, и среди вольнонаемных, и среди туземцев, и среди граждан.

– Ну, что же, если считаешь, что без них нельзя, то заводи.

– Возражаю! – Заявил нарком науки Жердев. Пусть осведомители будут среди испанцев, голландцев и туземцев. Но не среди мартийцев! Давайте не будем эту подлую плесень среди своих разводить! – Его поддержали наркомы здравоохранения и торговли.

Мещерский поставил вопрос на голосование. Большинством голосов постановили среди мартийцев сексотов не вербовать. В НКВД создать отдел секретных сотрудников (ОСС). Поручить отделу сбор информации о настроениях всех групп населения республики, а также выявление предателей и шпионов.

– Что еще предложишь? – Поинтересовался Предсовнаркома.

– Если первые два пограничных катера прошли ходовые испытания, направить их на Тринидад, пусть патрулируют пролив Змея. Нужно пресечь всякие контакты тринидадских туземцев с материковыми. Нужно срочно достроить еще 4 катера, стоящих на стапелях, и обеспечить ими полное морское патрулирование Тринидада. Да и Сахалин тоже не мешало бы патрулировать с моря. И Пуэрто-Рико тоже. Все катера свести в пограничный дивизион и подчинить командованию пограничных войск.

– Согласен, Тринидад охранять с моря нужно. Пролив между Сахалином и Санта-Лючией тоже. А вот Пуэрто-Рико – вряд-ли. Он от соседних островов отделен достаточно широкими проливами. На пироге их переплыть сложно. А чужой корабль береговые племена или пограничники заметят, – заключил Мещерский.

Совнарком принял предложение Шнурко. Постановили после достройки четырех катеров заложить еще два и направить их на патрулирование пролива между Сахалином и Санта-Лючией. Сформировать из восьми катеров пограничный дивизион в составе ВМФ республики и оперативно подчинить его командованию погранвойск.

На следующем заседании Совнаркома снова выступил Шнурко. Начал он из далека:

– Население республики приближается к 50 тысячам, это не включая военнопленных. Состав населения весьма пестрый. Перечислю основные группы: мартийцы, жены мартийцев, подданные туземцы, вассальные туземцы, наемные голландцы с семьями, военнопленные испанцы, семьи военнопленных, расконвоированные испанцы на договорах, принятые в подданство испанцы с семьями, военнопленные туземцы. И все это размещается на пяти изолированных островах. Мартийцы составляют менее одного процента в общей численности. С помощью создаваемого сейчас ОСС мы сможем отслеживать настроения в каждой группе населения. Но, чтобы накапливать и отслеживать доклады сексотов об отдельных враждебно настроенных лицах, мы должны наладить регистрацию всего населения Республики.

Наркомат предлагает создать в его штате отдел учета и регистрации. По аналогии с отделами ЗАГС в нашем старом мире. Сейчас мы даже не имеем полных данных обо всех женах мартийцев. Записи о бракосочетаниях хранятся в только архивах администраторов территорий. Необходимо с помощью этих отделов провести всеобщую перепись населения республики и выдать всем жителям паспорта.

– Бумажные паспорта? – Удивился Зильберман. – Да они придут в негодность у туземцев после первого же ливня!

– Нет, конечно! Предлагаем паспорта в виде металлических жетонов, которые будут вешаться на шею на цепочке. На жетоне будет выбит индивидуальный номер жителя. А номера будут зарегистрированы в отделе регистрации. Там же будем регистрировать все браки и смерти.

– А если туземцы откажутся носить жетоны? – Вопросил нарком науки.

– Если сделать их красиво, носить будут с удовольствием. Туземцы любят всякие побрякушки. Сделать блестящий овальный жетон, выбить на нем звезду, серп с молотом и личный номер. Носить будут с гордостью! – Ответил Игнатьев.

– Вручать жетоны планируем выпускникам начальных школ. Раньше смысла нет, у туземцев детская смертность большая, – продолжил Шнурко.

– И сделать жетоны двух видов, например простые железные и красивые бронзовые. Бронзовые вручать отличникам учебы. Это сразу поднимет успеваемость! – с энтузиазмом подключился к дискуссии нарком образ Сенечкин.

– А как будете заставлять регистрироваться взрослых? – поинтересовался Мещерский.

– Очень просто. Не имеющих жетонов туземцев не будем призывать в войска и не будем привлекать к работам. Сами регистрироваться прибегут!

– И в магазинах товары можно продавать только имеющим жетоны, – дополнил нарком торг.

– А где кадры для отделов регистрации возьмешь? – Поинтересовался Предсовнаркома. – Ни одного мартийца дополнительно в твой наркомат я не дам.

– На должности начальников отделов по одному человеку на каждом острове выделим из своих рядов. А рядовыми сотрудниками наберем выпускников полугодовой школы. Как раз выпуск скоро.

– Ну, что же. Думаю, в таком случае у наркомов возражений нет? Тогда, Никита Фадеич, готовьте распоряжение Совнаркома о формировании в составе НКВД отдела учета и регистрации, сокращенно ОУР, с филиалами на каждом острове. Но, выпускников школы дадим тебе всего по одному на Гренаде, Сахалине и Крыму, и по двое на Тринидаде и Пуэрто-Рико. Они у нас всем нужны.

Наркомату промышленности поручим подготовку к массовому производству жетонов. Кстати, гражданам, я думаю, лучше жетоны выдавать серебряные. Эскизы жетонов представьте мне на утверждение.

– Сделаем, Николай Иосифович, – откликнулся Болотников.

– И еще один вопрос, товарищи. Скользкий довольно таки. По поводу побега испанцев. Их у нас поболее 10 тысяч. У них документов тоже никаких. А учитывать их и отличать друг от друга нужно. Предлагаю делать военнопленным татуировку на предплечье. Например, звезду и порядковый номер.

– Нужное дело! И не вижу ничего скользкого, – откликнулся Болотников. – Только вот, против звезды многие будут сильно возражать! Подумают, знак дьявола. Лучше крест и номер.

– Тогда предлагаю не крест, а меч острием вниз. Меч – это тот же крест. Военный – значит меч. Пленный – потому острием вниз. Так и будем им объяснять. А кроме номера, напишем еще имя и фамилию. Против этого, думаю, возражать они не будут. А мастеров татуировки среди туземцев полно.

– Принимается, готовь распоряжение, Никита Фадеич, – завершил обсуждение Предсовнаркома.

Два пограничных катера, построенных по образцу малых охотников за подводными лодками типа МО из старого мира, прошли ходовые испытания. Поименовали их Альбатрос-1 и Альбатрос-2. С двумя двигателями ГАЗ они показали полный ход 11 узлов. Запас хода на 9 узлах – 2300 миль. Вооружение: на баке пушка калибра 45 мм собственного производства, на рубке – станковый пулемет, на юте – 80-мм миномет для обстрела береговых целей. Экипаж 52 человека: командир и стармех – краснофлотцы, артиллеристы и спецы – юнги с парусников, досмотровая команда 21 человек – испанцы и туземцы. Личное оружие краснофлотцев – автоматы, спецов – револьверы, досмотровая команда – ружья, обрезы, доспехи и холодное оружие.

Забазировали катера в Сталинграде. Поочередно, по двое суток каждый, они должны будут патрулировать длинный пролив Змея, отделяющий Тринидад от материка. Экипажам поставили задачу, полностью уничтожить все туземные деревни на материковом берегу пролива и утопить все пироги береговых. В пролив береговые карибы вообще не должны высовываться. После потопления пирог пловцов брать с воды в плен и сдавать на Тринидад.

Старшина Угольников не без колебаний согласился перейти с должности штурмана когга Киров на должность командира сторожевого катера Альбатрос-1. Все же корабль и катер – две большие разницы. Перевесили чашу весов обещание командования присвоить ему младшего лейтенанта и льготный график будущей службы: двое суток в дозоре, двое суток на базе. Его три молодых жены: две туземки и одна испанка горячо поддержали решение главы семейства. Штурман Кирова бывал дома всего две ночи в неделю. Семьи катерников должны были перебраться из Крыма в Сталинград, где решено было забазировать катера, следующим регулярным рейсом Авроры. Гражданская категория декуриона Угольникову сохранялась.

Стармехом катера назначили краснофлотца Матвейчука. Он же по совместительству был и начартом. Артиллеристов, мотористов, радистов, сигнальщиков и матросов набрали из юнг парусников. Прослужив на кораблях по полугоду и более, они уже набрались кое-какого опыта, хотя и были по меркам старого мира – пацанами.

Впрочем, катера должны были нести службу ввиду берегов Тринидада, при волнении выше четырех баллов уходить на подветренную сторону острова. Так что особых сложностей не предвиделось. Досмотровую, а по факту абордажную, команду составили два десятка матерых воинов – испанцев и туземцев.

За первые сутки в проливе Змея катерники утопили пять пирог и подобрали с воды три десятка индейцев. Пленных высадили на берег в туземной деревне и передали по акту пограничникам. В ночное время пролив подсвечивали прожекторами. Взяли пленных еще с трех пирог. К удивлению Угольникова, среди туземцев, прикидывающихся простыми рыбаками, оказалось трое испанцев. Этих высаживать не стали, а сдали по окончании патрулирования в крепость, где с ними разбирались НКВД-шники. Позднее Угольников узнал, что испанцы имели приказ захватить на Тринидаде мартийца и вывезти его на материк.

Во второе патрулирование пироги карибов уже не удалялись от берега дальше двух кабельтовых. Тем не менее, большую часть из них удалось расстрелять из орудия. Правда, взять с мелководья пленных не вышло. Пришлось добить карибов из пулемета. На третьем и четвертом патрулях пирог карибов не увидели совсем, зато вволю постреляли из миномета по береговым деревням карибов.

Альбатросу-2 повезло больше. На пятом выходе он захватил у восточного входа в пролив одиночную испанскую каравеллу. Далее в проливе ловили рыбу только араваки с Тринидада. За середину пролива им заходить пограничники запрещали. Нескольких особо нахальных арестовали и сдали береговым погранцам.

Новая служба Угольникову понравилась. Стрелять по противнику приходилось гораздо чаще, чем на когге. А его женам новая служба понравилась еще сильнее. По ночам на берегу старшине пришлось "пахать" больше, чем в море. Впрочем, регулярный график и хорошее питание добросовестному исполнению старшиной супружеских обязанностей весьма способствовали. Жены не обижались.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю