Текст книги "Меня зовут Марсель! (СИ)"

Автор книги: Вера Бен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)

Глава 28. (Не)жданный гость

Марсель

Я резко открыла глаза от настойчивых звонков в дверь. Еще осоловевшая от сна, я вскочила и бросилась в коридор. На пороге стоял Пижон.

Ожидать кого-то другого в этот час было немыслимо, но все же от неожиданности (Пижон – здесь! В моем обшарпанном подъезде, звонит в мою квартиру!) я тут же захлопнула дверь перед его носом.

Так. Успокоились. Мы договаривались. И потом он ведь сам предупреждал, что его служба безопасности пробила меня – вероятно, от них он и номер квартиры узнал.

Я снова открыла дверь и натянула улыбку.

– Я уже три минуты жду тебя внизу, – от спокойного голоса Пижона у меня похолодело внутри, – спускайся, пожалуйста.

– Пять минут! – выдохнула я и снова захлопнула дверь.

Вот черт! Я проспала! Вещи не собраны! О чем я думала вчера? Хорошо, хоть в душ хватило мозгов сходить. Хотя, именно эта волокита с заматыванием гипса и измотала меня окончательно!

Я натянула на себя новый спортивный костюм, с удовольствием визуализировала в голове составленный список и начала закидывать все в пакет из-под костюма. Потом вытряхнула новую обувь из коробок (какое счастье, что Лика не заметила, а то бы я и без туфель осталась) и осталось только… платье.

«Я ведь могу его просто забыть! – осенило меня, – не обязательно брать мамино платье, можно обойтись и без него! А просто его забыть! И Вика не будет виновата!»

Радуясь своей идее, я схватила пакеты и бросилась вниз к Пижону.

– Ты умеешь вовремя приходить? – спросил Пижон, открывая багажник, – и что это за пакеты? Почему в сумку не сложила?

– Эммм, у меня нет сумки, – как можно беспечнее ответила я.

Пижон заглянул в один из пакетов и наугад вытащил одну из маек:

– Ты даже бирки не потрудилась снять?

– Нууу, не подумала, что это обязательно заранее…

– Так, быстро пробежимся по списку. Вика сказала проверить, что ты ничего не забыла, – Пижон достал телефон и начал зачитывать, – спортивный костюм и кроссовки… Вижу, на тебе. Брюки, майка, рубашка для зоны дома. Есть.

– Угу, – кивнула я и поняла, что за платьем вернуться все же придется, – я уже помню, что забыла платье.

– У тебя пять минут.

Я побежала обратно домой, утопая в мыслях. Надо достать мамино платье. Но как! При каких обстоятельствах: в спешке! Не подготовившись! Совершенно иначе я представляла себе миг встречи с прошлым: вечером, после долгих мыслей, вероятно, с бокалом вина и при свечах…

«Ну, уж Вика, – думала я отпирая дверь, – все предусмотрела, а!»

Я скинула кроссовки и поднесла к шкафу стул. Вот она, эта невзрачная коробка.

Дрожащими руками я опустила коробку на пол. Ножницами разрезала скотч.

Сумка и платье. Всего две вещи.

Но какие… Родные.

Мне показалось, что я чувствую мамин запах.

Нетвердой рукой я взяла невесомое мамино платье и прижала к себе свое сокровище. Взглянула на сумочку, одиноко оставшуюся лежать на дне коробки, и выбежала за дверь.

– Все, садись уже и поехали! – скомандовал Пижон, заводя машину.

– Больше ничего проверять не будешь? – ехидно прищуриваясь я.

– Остальное уже проверил, – ответил Пижон.

– Ты рылся в моих вещах? – вскипела я, все еще прижимая к груди мамино платье.

– Пункт шестой части третьей раздела «Права и обязанности Сторон», – как ни в чем не бывало ответил Пижон, – я могу и должен знать, что у тебя с собой в случае совместного выезда. Банальная предосторожность.

– Ты и сумку мою будешь обыскивать?

– Ты договор читала? – Пижон взглянул на меня и снова повернулся к дороге.

– Читала! – рявкнула я и поджала губы: на самом деле я снова пропустила детали. Как тогда, пять лет назад. И ведь я никогда ничего не упускаю, когда дело идет о работе! Почему я такая безалаберная, как только вопрос касается меня?!

– Платье, может, уберешь уже? – прервал Пижон мои мысли.

– А, да, – рассеянно кивнула я и повернулась к заднему сиденью, чтобы аккуратно положить на него платье.

Аромат парфюма отца снова вскружил голову, и я закрыла глаза: в руках еще ощущалась нежность ткани маминого платья, запах папы… Я провалилась в давно забытое время легких мыслей; туда, где в моей жизни еще не было боли…

Глава 29. В дороге

Марсель

– Эй, что с тобой? – голос Пижона вывел из сладкого небытия, я дернулась, и, как раз в то мгновение, когда Пижон повернул голову в мою сторону, попыталась занять нормальное положение пассажира. Наши взгляды встретились, лица были так близко, что я почувствовала его дыхание на своей коже.

Машина резко вильнула, и я навалилась на Пижона, моя щека оказалась на его плече… На долю секунды мне стало настолько хорошо, что я в ужасе отпрянула и села ровно на своем кресле.

– Пристегнись, пожалуйста, – хрипловатым голосом проворчал Пижон.

Я молча защелкнула заглушку и снова закрыла глаза. Хочу мечтать о маме. И папе. Вспоминать, как мы ездили на море…

Помню, как мы ездили фотографироваться на лавандовые поля. Тогда еще не было социальных сетей, я была совсем маленькая, но все ей вижу, как мама позирует среди лаванды папе, придерживаясь шляпку, а потом бежит к нему. Ее легкое платье развевается по ласковому ветру. Я тогда подумала: «как мне повезло, что у меня мама – фея!». Вот мама приближается к папе, он спешно кладет фотоаппарат на землю и подхватывает ее на руки. И я до сих пор помню, как подумала, что маме повезло, что мой папа – настоящий принц. Потому что быть таким красивым, умным, нежным и элегантным мог только настоящий Принц! А потом они повернулись ко мне, протягивая руки:

– Марсель!

– Марсель! – голос отца превратился в голос Пижона и я с ужасом распахнула глаза.

– Марсель, что с тобой? Ты вся в слезах, – мне послышались озабоченные нотки в интонации Пижона.

– Нет, все хорошо, – я помотала головой, незаметно вытирая мокрые щеки.

– И часто тебя кошмары навещают? – Пижон вновь посмотрел на меня.

– Это был не кошмар! Это были очень счастливые воспоминания…

– Такие счастливые, что ты ревела? – спросил Пижон.

– Просто я знаю, что это никогда не повторится, – почти прошептала я.

Пижон промолчал и я была благодарна ему, что он не продолжал расспросов.

– Мы будем на месте минут через пятнадцать. Пожалуйста, постарайся без срывов!

– Это будет нелегко, учитывая эту ведьму черную!

– Не думай о ней, на людях она будет тебе улыбаться. Вечером я отправлю тебя домой.

– А сам не поедешь? – я с удивлением посмотрела на Пижона.

– Еще не знаю. Но в любом случае, если нам вдвоем с тобой оставаться – то ночевать придется в одной комнате – не лучшая идея; поэтому у тебя сегодня ужин с родителями, который вы запланировали еще пару месяцев назад, и ты не можешь не… – Пижон прервал речь, потому как увидел мое лицо.

– Мои родители умерли больше пяти лет назад, – прошептала я, с ужасом глядя на Пижона.

Я увидела, как он сглотнул. Потом замедлил ход и припарковался у обочины.

– Прости меня, я не знал, – сказал он, повернувшись ко мне, – то есть… я должен был знать. Служба безопасности мне передала твое досье и сведения о семье там наверняка были, но мне это было не интересно, так что я не читал… Прости.

– Ничего, – кивнула я не смотря на него, – это было давно.

– А у тебя… – Пижон замялся, – у тебя кто-нибудь есть? Ну, кто о тебе заботится?

Я с удивлением повернула голову и уставилась на Пижона. Он смутился и отвел взгляд.

– У меня есть я, – сказала я с гордостью, – этого более, чем достаточно!

– Да, я заметил, – усмехнулся Пижон и нажал на газ, – тогда давай придумывай, почему тебе надо вечером обязательно уехать!

– А просто сказать, что у меня дела не достаточно? – развела я руками.

– Иногда достаточно, а иногда нет, – глубокомысленно сказал Пижон.

– Что за глупости! Если тебе нужны подробности, то сам придумывай! Только, пожалуйста, с живыми участниками!

– Видишь ворота? – указал Пижон на литую ограду сразу за которой густо разрослись кусты, будто стражи спокойствия тех, кто живет за ними, – мы приехали!

– Волнуешься? – отчего-то спросила я.

Пижон с удивлением, смешанным с озабоченностью, посмотрел на меня:

– По правде сказать, да.

Глава 30. У Юсупова

Марсель

Ворота отворились, и машина вкатилась на территорию. Перед нами, через роскошную лужайку с неработающим фонтаном, раскинулся громадный трехэтажный дом. Хотя нет, больше он походил на дворец: боковые пристройки напоминали флигели. Тогда как основной корпус представлял собой довольно современное здание.

К опущенному стеклу Пижона подбежал какой-то мужчина и объяснил, куда ехать дальше.

Мы въехали на подземную парковку, Пижон достал свою сумку и мои пакеты:

– Идем, нам на лестницу.

– А куда дальше? – я с волнением оглядывала машины паркинга: громадные мерседесы, приземистые Порше…

– Дальше встретят, идем! – скомандовал Пижон.

Мы поднялись по лестнице, толкнули дверь и оказались в громадном зале.

– Приветствую, Денис! – раздался голос Юсупова, спускающегося по лестнице.

– Здравствуйте, Юрий Николаевич, – кивнул Пижон и указал на меня, – с Марсель Вы уже знакомы.

– Марсель! – повторил с восторгом Юсупов, – не сомневался, что у Вас будет непременно какое-нибудь необычное имя! Вас проводят в комнату, где вы можете расположиться. Мы ждем вас в каменном зале, там Мариша устраивает карточные столы!

К нам подошел мужчина, взял из рук Пижона мои пакеты и проводил нас в комнату на третьем этаже.

Когда он ушел, я посмотрела на Пижона:

– Что теперь?

– Надо спуститься вниз, – ответил он.

– В карты играть? – изумилась я.

– Карты – это предлог, просто посмотри, – пожал плечами Пижон.

– Предлог к чему? – мне было непонятно.

Пижон ничего не ответил, лишь, как мне показалось, состроил гримасу.

Мы вошли в зал, где собралось человек 10 народу и первое, что мне бросилось в глаза, так это на мгновение перекошенное злобой лицо Марины. Брюнетка наградила меня ненавидящим взглядом, и, обратившись к Пижону, сказала:

– Рады видеть Вас, господин Нечаев! Сожалею, что Вы опоздали на завтрак! Однако, Вы сегодня в такой компании, что перед каждым приемом пищи лучше два раза подумать!

В зале послышались легкие смешки. Эта гадина намекает на то, что случилось на балконе после ужина! Я с усилием закусила губу, чтобы не опуститься до банальной грубости. Надо сначала обдумать ответ, а потом уж…

– Благодарю, Марина, – с улыбкой ответил Пижон, – уверен, все присутствующие сегодня на завтраке остались довольны Вашим шефом без предварительных раздумий.

Ого! Так он что, на моей стороне? Типа все дело в поваре что ль? Неужели это он ее на место поставил?!

Я заметила, как большинство гостей сначала с осторожным интересом следили за реакцией Марины, а когда ее не последовало, сделали вид, что обсуждают какие-то мелочи.

Какие странные люди.

Почему они не могут говорить открыто?

Мои мысли прервал детский голос, вихрем ворвавшийся в наш зал: мальчик, лет восьми, черноволосый, кучерявый, – с трудом затормозил у порога:

– Папа! Пааап! Когда он приедет уже?

Тут в кресле я увидела Юсупова. Он поднялся навстречу мальчику, раскрывая объятия. Ребенок остановился перед Юсуповым и выжидательно сверлил его глазами.

– Он уже здесь, – улыбнулся Юсупов и повернулся к Пижону, – познакомьтесь с моим сыном, Денис. Это Вадим, ему девять лет и он фанат «Трансформеров».

– Как и я, – в мимике Пижона проскользнуло какое-то тепло. Или мне показалось?

Мальчик явно хотел что-то сказать, но, пытаясь побороть стеснение, смолчал.

– Хочешь познакомиться с моим Бамблби? – с легкой улыбкой спросил Пижон.

– Я знаю, что это просто машина, – мальчишка попытался изобразить надменность, – но я бы, правда, хотел бы посмотреть…

– Вы можете выкатить ее во двор, – сказал Юсупов.

Но тут раздался голос Марины.

– Ох, уж эти мальчики! – с деланной улыбкой воскликнула она, – обо всем забывают, когда речь идет об их игрушках! Не вздумайте портить газон, дорогие!

Юсупов, казалось, не заметил высказывания жены и вместе с Пижоном и сыном вышел из зала.

Я поймала взгляд Марины и спешно отвернулась. От такого взгляда меня замутило.

Решив, что здесь натворю больше бед, если останусь, я поспешила вслед за мужчинами.

Я поднялась за жилеткой, с трудом отыскав комнату, что выделили нам с Пижоном, снова спустилась вниз и вышла на улицу. Желтый Chevrolet был уже там вопреки всем запретам Марины.

Мальчишка то залезал внутрь машины, то выпрыгивал из нее и начинал носиться вокруг корпуса. Юсупов стоял рядом и, скрестив руки, с улыбкой наблюдал за сыном.

– А это пятое поколение, да? – услышала я голос мальчика, подойдя ближе.

– Именно так, – кивнул Пижон.

– А Вы видели когда-нибудь специальную Camaro? – мальчишка явно начал терять свою наигранную надменность.

– Видел, – сказал Пижон и прищурился, – и ты тоже видел!

Глаза у мальчика распахнулись, и он непонимающе уставился на Пижона.

– Неееет, – почти прошептал Вадим, – только не говорите, что это…

– Chevrolet Camaro SS Transformers Special Edition, – широко улыбнувшись, продолжил Пижон фразу Вадима, – видел эмблему на подлокотнике?

Мальчишка только восхищенно выдохнул, залез внутрь, вылез и вновь принялся бегать вокруг автомобиля.

– А сколько лошадей? – вынырнула его кучерявая голова где-то в районе капота.

– Около 400, – снова улыбнулся Пижон.

– Марсель, Вы тоже разделяете страсть Дениса? – обратился ко мне Юсупов.

– Какую? – не поняла вопроса я.

– В данный момент мы о «Трансформерах», – прищурился Пижон.

– А, ну да, – спохватилась я, – честно признаться, не особо.

– А что Вы любите? – спросил Юсупов.

– Книги, – не задумываясь, ответила я, – причем это меня уже подбешивает, так как порой последние деньги на них трачу.

Я осеклась, так как увидела быстрый взгляд Пижона и слетевшую с его уст улыбку. Видимо, в данной компании моя фраза звучала не слишком уместно.

– В общем, я люблю книги, – заключила я.

– Вы их просто коллекционируете или порой читаете? – вопрос Юсупова поставил меня в тупик.

– Эммм, нууу… Даже не знаю, как ответить… – я взъерошил свои и без того растрепавшиеся волосы, – у меня просто есть по несколько изданий одних и тех же произведений. Не могу сказать, что я их перечитываю, но и сказать, что я их не читала тоже не могу.

Наш разговор прервал Вадим, который восхищенно начал докладывать отцу об увиденных фишках автомобиля. Но на вершину блаженства мальчугана отправил Пижон, когда пообещал парнишке проехать 50 метров за рулем.

– Конечно, если папа будет не против, – добавил Пижон.

– О! Я умею! – вскричал Вадим, – пап! Ты ведь разрешишь? Можно? Ты ведь меня учил!

– Ну, хорошо, – улыбнулся Юсупов, – только давай после обеда, а то нас скоро мама прибьет с тобой. Ты ведь еще ей обещал сыграть на пианино гостям.

– А, да, – мальчишка заметно скис, но потом с надежой посмотрел на Пижона, – но после обеда можно ведь, да?

Пижон кивнул и сел в машину, чтобы закатить ее в гараж.

– Не стоит, Денис. Оставьте здесь, – сказал Юсупов.

Мы вернулись в зал с гостями. Марина воодушевлено слушала какую-то женщину с медными волосами, которая вещала у непонятной схемы в виде круга.

– Юра! – Марина перебила женщину-оратора, обращаясь к вошедшему мужу, – посмотри, Мадина составила мою начальную карту!

– Очень рад, – ответил Юсупов и плюхнулся в кресло в углу, уставившись в телефон.

– Мы можем составить карту и для Вас, – услужливо улыбаясь сказала медноволосая Мадина.

– Хорошо, – кивнул Юсупов, не отрываясь от телефона.

Я заметила, как у Марины, не смотря на четковыверенную улыбку, заходили желваки на лице. Сладким голосом, отправив ненавидящий взгляд мужу, она сказала:

– Мадиночка, продолжай по мне! Юра потом закажет у тебя карту для себя. Ты ведь знаешь, бесплатное люди не ценят!

– Вот тут шесть планет входят в кардинальный крест…

Я не удержалась и закатила глаза. Вот, значит, чем богатеи занимаются! Я взглянула на Пижона: он стоял неподалеку, прислонившись к колонне и со скучающим видом смотрел на чертежи. Потом что-то сказал мужчине, стоящему неподалеку. Новоявленный собеседник что-то тихо ответил и у них явно завязался диалог.

Мне разговор было начинать категорически не с кем, я отошла к небольшому дивану у стены и села на него.

Глава 31. Вадим

Марсель

– Будешь взята в плен! Тут моя территория! – я вздрогнула от внезапного шепота за спиной. Из-за спинки шелковой обивки диванчика показалась шевелюра Вадима.

– Готова сдаться с удовольствием с условием пропитания! – прошептала я в ответ.

– Да ты десептикон! – прорычал мальчишеский шепот.

– Скорее, рептилия обыкновенная, – усмехнулась я и про себя подумала, что я именно рептилия: кто еще мог согласиться припереться на эту сходку!

– Ты за кого, рептилия? И что тебя с рукой? Тебя пытали? – настойчиво вел шепотом допрос Вадим из-за спинки дивана.

– Я за мир и деревья! – ответила я, игнорируя вопрос про гипс.

– Сражаешься на чьей стороне? – не унимался мальчишка.

– Не определилась еще, – прошептала я, развернувшись к спинке дивана.

– Значит, мы должны ее завербовать! – Юсупов приземлился рядом со мной на диван.

Я резко обернулась к нему. Зелено-серые глаза горели огоньками, чуть прищурившись. Я снова силой заставила себя отвести взгляд. Юсупов, тем временем, что-то говорил сыну, объясняя необходимость вербовки.

– Надо выяснить, что она любит и привлечь этим! – шептал отец сыну.

Я не могла сдержать улыбки – наш островок, которым оказался диван, так отличался от пафосного настроения в гостиной!

– Ну, рептилия, признавайся, что ты любишь! – прошипел голос из-за дивана.

– Воу-воу! Стой! Так ты ее отпугнешь! – зашептал за диван Юсупов, – надо втереться в доверие сначала!

Допрос перешел в иное русло, я едва сдерживалась, чтобы не засмеяться в голос.

– Дорогой! – раздался вдруг голос Марины, – послушай, пожалуйста! Тут очень интересно! Секстиль от Плутона в девятом доме говорит о моей тонкой восприимчивости…

– Я знаю, милая! – громко ответил Юсупов, – твоя восприимчивость усиливается каждые полгода перед неделями моды в Париже и Лондоне!

В зале послышался смех, Марина изобразила улыбку, обнажая белоснежные зубы.

– Спасибо, дорогой, за твою наблюдательность! А теперь нам пора переместиться, господа, в музыкальный зал! Вадим очень хочет нам сыграть…

– Не хочу я! – раздалось из-за дивана, но Марина уже не слушала, агитируя публику делать заказ начальных карт у Мадины. Потом она направилась к нам.

– Вадим. Через 15 минут я хочу видеть тебя за роялем, – процедила Марина и смерила меня взглядом, полным презрения, но присутствие мужа не позволило ей сказать гадость, которая явно вертелась у нее на языке, – иначе ты останешься без гаджетов и карманных денег.

Марина удалилась, взяв под руку Пижона и, широко улыбаясь, что-то ему нашептывая.

– Срочно! База! – зашептал Юсупов за диван, – вдруг она музыку любит! Надо выяснить!

– Эй! Рептилия! Музыку любишь? – вновь раздалось из-за дивана.

Я хрюкнула от сдерживаемого смеха – ситуация была настолько идиотской (Марина с ее презрительными взглядами, парнишка, который называет меня рептилией, миллиардер Юсупов, шепчущий за диван сыну, как втираться в доверие).

– Прстите, – все еще улыбаясь, ответила я, – музыку, да. Люблю.

– Значит, дай в честь нее концерт, – Юсупов вновь свесился за спинку.

– Говори, рептилия, кого хочешь услышать! – Вадим, всклокоченный и важный вылез из-за дивана и стоял передо мной.

– Знаешь фильм старый «Беглецы» с Пьером Ришаром?

Мальчишка нахмурился, а Юсупов с интересом наблюдал за сыном.

– Продолжай, – скомандовал Вадим.

– В этом фильме есть главная музыкальная тема. Тема Жанны и Люки. Вот я ее очень люблю.

Мальчишка простоял передо мной секунды две и убежал.

– Что-то не так? – я озабоченно посмотрела на Юсупова.

– Это мы узнаем совсем скоро, – прищурился он и стоило нашим взглядам встретиться, как меня будто током ударило! Что это со мной?

Я поспешно опустила глаза.

– Идемте! – сказал Юсупов вставая и протягивая мне руку.

Я сделала вид, что не заметила его жеста, поднялась с дивана и пошла за ним.

Глава 32. Пианино и Рептилия

Марсель

Когда мы вошли в зал, где в центре располагался белый рояль, на нас устремилось множество взглядов. От взгляда Марины меня затошнило. Более того, этот взгляд не взбесил меня как раньше, а наоборот, заставил почувствовать себя в чем-то виноватой!

Пижон с интересом наблюдал за мной. Я подошла к нему и шепнула:

– Что скажешь?

– Все не так плохо, как могло быть, – прошептал он мне на ухо так близко, что от тепла его голоса у меня пошли мурашки по коже (да что такое со мной??!!!), – ты молодец. Только старайся от Юсупова держаться чуть подальше.

– Я вообще-то и держусь! – я была так возмущена, что слишком сильно приблизилась к Пижону и губами коснулась мочки его уха. Мне показалось, Пижон вздрогнул. Или все же показалось?

Я чуть отстранилась и добавила:

– Он, вообще-то, сам.

Пижон кивнул и вдруг его рука обвилась вокруг моей талии. Я сначала хотела было вырваться, но потом вспомнила о договоре.

А потом поймала себя на мысли, что мне и не хочется вырываться. По телу будто пробегают слегка ощутимые электрические разряды. Я почувствовала, как кровь приливает к лицу – еще тут раскраснеться не хватало!

К нам подошла еще одна пара и Пижон с мужчиной, представив всех друг другу, продолжили вести ранее прерванный разговор.

Прошло некоторое время и в дверях появился Вадим. Вид у него был возбужденный, в руках он держал планшет.

– Дамы и господа! – Марина вышла в центр зала и облокотилась на рояль.

Я только сейчас отметила, что она в шелковом платье. Она в нем и была? Я оглядела других женщин в зале: кто-то в брюках, кто-то в велюровом костюме, как у меня лежит в пакете – вот черт! Надо было переодеться! Я тут одна в спортивном костюме! С другой стороны, Вика сказала, что переодеться надо будет в первый раз к обеду! И Пижон ничего не сказал! Что ж такое! Я занервничала, но тут ощутила, как рука Пижона чуть сильнее прижала меня к себе. Не могу, сказать, что от этого я стала волноваться меньше, но благодарность я почувствовала.

– Итак, вашему вниманию Рахманинов! Рапсодия на тему Паганини, за которую Вадим два месяца назад получил приз на конкурсе в Вене! – Марина закончила объявление предстоящего выступления и жестом пригласила сына к инструменту.

Вадим встал у рояля, прижимая планшет. Дождался, пока мать займет свое место в зале и сказал:

– Приз не за Рапсодию, а за исполнение. Зрительских симпатий.

Я заметила, что Юсупов не сводит глаз с сына, скрестив руки на груди.

– А сейчас я буду играть для Рептилии. Владимира Косьму. Тему Жанны.

У меня от ужаса перехватило дыхание, но тут же явно довольный Юсупов начал аплодировать, остальные подхватили. Я взглянула на Марину: она побледнела. Но ей пришлось изобразить хлопки.

– Только не говори мне, что Рептилия – это ты, – едва сдерживая смех, прошептал мне на ухо Пижон.

Я виновато посмотрела на него. Эти карие глаза смеялись. Я улыбнулась тоже.

Вадим начал играть.

Еще никогда я так ни за кого не волновалась. Мальчишка поставил перед собой планшет – видимо, там были ноты. Очевидно, что эту мелодию он прежде не играл! Мои ладошки вспотели уже после первых нот.

Но с каждым мгновением мое переживание начинало таять: Вадим играл достаточно уверенно! Каким-то немыслимым образом он успевал прикасаться к планшету – видимо, чтобы перелистнуть ноты. Однажды его пальцы чуть соскользнули, но, как мне показалось (я сразу с опаской обвела взглядом присутствующих) никто ничего не заметил. За несколько аккордов до конца мелодии я поняла, что глаза мои закрыты, а я просто наслаждаюсь музыкой.

Когда инструмент стих, я распахнула глаза, из которых брызнули слезы радости за почти незнакомого мне мальчишку, и крикнула:

– Браво!

– У нас тут не балаган! – тут же крикнула разъяренная Марина. Кажется, она перестала себя контролировать: лицо ее было перекошено злобой, глаза сверкали.

– Браво! Горжусь тобой! – прогремел голос Юсупова и все гости разразились аплодисментами.

Вадим спрыгнул со своего стульчика и, не обращая на чуть слышный рык матери, подошел ко мне:

– Понравилось?

Все вокруг стихли, не зная, как правильно реагировать на происходящее.

– Я в восторге! – я широко улыбнулась.

– Зачет! – сказал Вадим и вышел из зала.

Юсупов, увидя, что за ребенком пошла Марина, тоже скрылся за дверью.