Текст книги "Меня зовут Марсель! (СИ)"

Автор книги: Вера Бен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 50. Подготовка к ужину

Марсель

Конец недели застал меня врасплох. Я лишь к середине рабочего дня поняла, что сегодня пятница: дел было невпроворот.

Зато пришел ответ по моей проверке – мы ее прошли! Ирма благодарила меня и всем ходила хвасталась, что это она меня нашла. Честно могу сказать, мне было приятно. Я не пыталась ни с кем подружиться в новом коллективе, но, не смотря на это, отношения с коллегами начинали складываться простые и легкие. Каждый стремился помочь другому, если он внедрял идеи, делающие бизнес лучше и прибыльнее.

Однако, наша девушка не успокоилась и пошла в суд. Меня ждал новый виток событий, работы предстояло много.

Вечером я еще сидела за бумагами, погрузив руки в волосы. Мне надо было составить речь со всеми ссылками на кодексы, письма и привести имеющуюся документальную базу. Забежала Вика.

– Марсель! Ты помнишь про ужин с Деном?

Я подняла глаза.

– А? Да? Сегодня?

– Черт возьми, Марсель! Ты забыла? – Вика вошла в опустевший кабинет и села напротив меня, – ну что ты за человек! Как второй Ден на меня свалился! Вы сегодня идете на концерт на крыше! Там столики за месяц разобрали! И, пожалуйста, не говори мне, что тебе нечего надеть!

– Блин, Вик, у меня тут не сходится, – мои мысли были в документах и совершенно не хотелось прерываться, так как я нащупала «белое пятно», за которое могли ухватиться адвокаты истца, – смотри, вот тут, в этом письме говорится…

– Марсель! – Вика помахала передо мной руками, – ты выполняешь свою работу, а я – свою. У вас встреча с Деном через два с половиной часа! Ты сидишь в офисе растрепанная, ненакрашенная и в джинсах! Так дело не пойдет! Все, закрывай все и поехали!

– Куда? – ошалело уставилась я на нее.

– В магазин, – Вика встала из-за стола, – потом в салон, где я тебя и оставлю. Если что, у меня тоже были планы на пятничный вечер. Так что все, пошли!

Я нехотя выключила компьютер и убрала бумаги в сейф. Сделала пометки в блокноте, чтобы не забыть свои мысли, и вышла вслед за Викой.

– Блин, прости меня, пожалуйста, – сказала я ей, когда мы уже ехали в машине, – я вообще не подумала, что могу тебя подвести. И, по правде, я даже не подумала, что к этому ужину надо как-то готовиться.

– Ничего. Поэтому я на этом месте, – ответила Вика, не отрывая глаз от дороги, – я за всех думаю. Пока все заняты высокими мыслями, я думаю о более низменных вещах. Правда, какими бы низменными они бы не казались – они важны. Пока Ден валялся в клинике, я переносила его встречи, забивала паузы и сглаживала недовольства. Все его встречи я мониторю, организовываю и веду. Сегодняшний вечер не исключение. Так что это – часть моей работы. Не парься.

– Слушай, а его свидания ты тоже чтоли мониторишь? – я с удивлением посмотрела на Вику.

– Нет, – она улыбнулась и замотала головой, – тут я его сразу предупредила, что его личную жизнь я обслуживать не берусь.

– Ясно, – кивнула я и задумалась, зачем я вообще задала Вике этот вопрос.

Мы приехали в небольшой торговый центр, и Вика твердым шагом потащила меня в магазины. Относительно быстро мы выбрали платье: довольно простое, черное, с длинными рукавами. Я без всяких колебаний взяла его на примерку. Зато когда надела ахнула – вырез на всю спину!

– Вик, – выглянула я из примерочной, – ты не заметила! Смотри, тут вырез какой!

И я повернулась к ней спиной.

– Идеально! – сказала Вика, – берем! Теперь обувь. Давай скорее! Еще надо тебя причесать и накрасить!

– Обувь? – я сморщилась, – у меня дома что-то было…

– Марсель, нам уже некогда ехать к тебе домой к черту на кулички! Снимай платье, покупаем его и топаем за обувью и колготками. Пальто у тебя подходит, и там крыша с подогревом, без пальто не замерзнешь! Резвей-резвей!

После обувного магазина был бельевой, а потом Вика отвела меня в салон. Объяснила задачу мастеру и подошла ко мне прощаться:

– Ну все, подруга, я поехала. Сейчас тебя причешут, накрасят. Снова станешь сногсшибательной загадочной рыжеволосой спутницей Нечаева. Иди, переоденься, я заберу твои вещи и мне уже пора мчаться. В понедельник в офисе отдам. Адрес, куда такси вызывать, я тебе скину. Веди себя хорошо, ни с кем не ругайся, особенно с Деном.

Я усмехнулась и поблагодарила Вику. Она приблизилась ко мне и сказала тихим голосом:

– Он сегодняшний вечер ради тебя устроил: чтобы Юсупов узнал, что у вас отношения реальные. Ради твоей же безопасности. Чтобы к тебе никто не приставал.

Я кивнула, пождав губы. Странная забота какая-то. Если бы Пижон хотел ради меня что-то сделать, мог бы просто отставить меня в покое.

Я переоделась и мы простились с Викой.

– В любой непонятной ситуации звони или пиши мне! – помахала она в дверях, когда меня укутывали салонным покрывалом, чтобы не заляпать платье.

Глава 51. Непунктуальность

Марсель

Я опаздывала минут на пятнадцать. Ладно. На двадцать.

Вообще-то, это все из-за того, что я делами его же фирмы занималась!

Сжимая в руках телефон, всю дорогу я готовила гневную речь в ответ на недовольство моей непунктуальностью. Когда набралось достаточно тезисов, почему он сам во всем виноват, я нажала на кнопку вызова.

– Ты на месте? – раздался в трубке голос Пижона.

– Да, – ответила я, мысленно повторяя подготовленную речь.

– Хорошо, я спускаюсь. Встречу тебя у входа.

И отключился.

Хм, ну, ладно. Наверно, высказывать мне за опоздание он собирается позже. Ну, ничего. Мне есть, чем ответить!

Он действительно ждал у дверей. Я вышла из такси и направилась к нему. Когда я подошла, прежде чем открыть передо мной дверь, он поцеловал меня в щеку. Но это было не в щеку. Его губы скользнули по самому краешку моего рта и остановились у скулы. Не смотря на прохладный ветер меня бросило в жар.

Я вошла внутрь. Oн подвел меня к гардеробу. Я хотела было снять пальто, но Пижон каким-то неведомым мне властным жестом сам снял с меня верхнюю одежду (я снова почувствовала его парфюм, все тот же; но теперь в этом запахе была лишь мимолетная память о папе – теперь в этом запахе был Пижон). Как он так с гипсом управляется? Я с ним чувствую себя однорукой калекой!

Мы прошли в зал и сели за столик. От моего боевого пыла не осталось и следа: я чувствовала себя смущенной. Почему он такой галантный? Где упреки, претензии?

Развернув меню, я погрузилась в мысли. Отнюдь не гастрономические. Почему я так волнуюсь? Отчего внутри все трепещет? Это ведь не свидание – это деловая встреча! Да, мы изображаем пару, но на деле оба знаем, что на деле все совершенно и близко не имеет никакого отношения к… отношениям! И, потом, какие «отношения» могут светить спутнице Пижона? Постоянное выполнение требований, никакой заботы, понимание, что через месяц-два тебя спишут. Это вообще не имеет ничего общего с тем, о чем бы я могла мечтать. Правда, я уже давно не мечтаю об отношениях. Зачем они мне?

Я хочу, чтобы меня носили на руках, как папа маму. Я хочу, чтобы я была центром Вселенной для своего мужчины. Но, что-то я не встречала и намека на подобное о всех знакомых мужчин. И уж точно от Пижона я такого не дождусь!

Так почему внутри все трепещет?

Глава 52. Ужин по контракту или свидание?

Марсель

– Ты готова? – голос Пижона вернул на землю.

– Эммм… – я сфокусировалась на меню, – да. Вполне.

Я заказала первое, на что упал взгляд. И сок.

Пижон предложил вино. Я отказалась, настояв на соке.

Я сидела с ровной спиной и озиралась по сторонам. Концерт еще не начался, но вокруг сновали люди. Сцена была вдали, ее практически не было видно. Вокруг были сплошь занятые столики, сгущался гам. Но что меня удивляло – совсем не чувствовался холод едва наступившей весны. Будто прохладная летняя ночь царила вокруг. Я обвела глазами территорию.

– Здесь разноуровневая система обогрева, – сказал Пижон, глядя на меня, – поэтому и тепло. А еще видишь вот эти стойки? Они тоже греют.

– Ты мысли читаешь? – я криво улыбнулась. О чем еще он догадался?

– Твои читать не сложно. У тебя все на лице написано.

– Да? И что же у меня написано? – я пошла в атаку.

– Что тебе непривычно тут, – пожал плечами Пижон, – а как ты обычно отдыхаешь?

Я задумалась. Отдыхаю? Если честно, у меня нет такого: «а теперь, внимание, я буду отдыхать!».

– Я просто делаю, что я хочу, – ответила я.

Пижон как-то странно посмотрел на меня, замолчал и отвел взгляд.

– Что-то не так? – спросила я.

– Нет, все так. Просто… – он снова взял паузу, – так же говорил мой отец. Отдых – это делать то, что ты хочешь.

– По-моему, это логично, – я развела руками и сделала глоток сока, что поставил передо мной официант.

– Не сказал бы, – возразил Пижон, – часто мы отдыхаем так, как предписывает нам окружение, а не наши истинные желания.

– Ну, тоже верно, – согласилась я, вспомнив Лику, – иногда мне приходится ходить по барам, потому что моя лучшая подруга большой поклонник такого отдыха.

– А что нравится именно тебе?

– Читать, – не задумываясь, ответила я, – у меня такой список! Тебе не передать! На годы вперед! А ведь еще иногда есть настроение перечитать то, что уже читал – ну, просто потому что внутри тебя совпадает с этой книжкой! А еще ведь куча учебных книг!

Я не заметила, как начала долгую речь по поводу литературы. Я перескакивала с одного на другое, потому что так много захотелось ему рассказать и объяснить!

Пижон слушал, не перебивая. Мне было так легко говорить – не помню, когда в последний раз я могла рассуждать о вещах для меня истинно важных с другим человеком! В какой-то момент разговор ушел в обсуждение конкретных произведений: к моему удивлению, он читал все, что мне мне было знакомо и дорого! Во многом наши взгляды не сходились, что лишь подстегивало меня к спору! Оруелл, Достоевский и даже Митчелл с Остен – часто герои этих авторов воспринимались нами по-разному!

– Когда ты успеваешь читать, – искренне удивилась я.

– Это привычка, – ответил Пижон, – мы часто с родителями обсуждали литературу. Особенно, с отцом…

– Скучаешь по нему? – вырвалось у меня, и я резко опустила глаза. Нашла, что спрашивать!

– Очень, – внезапно ответил Пижон, – он был для меня компасом. А когда его не стало, пришлось этот компас заново изобретать и настраивать. И я до сих пор не уверен, что устройство работает правильно.

Я уставилась на Пижона. Он казался таким надменным, отстраненным. Самоуверенным! И такое говорит!

– Звучит так себе, – усмехнулся он, глядя на меня, – чтобы не напортачить (а, поверь, у меня для этого столько возможностей) приходится постоянно просчитывать шаги. Думать, как я выгляжу со стороны…

– Зачем тебе думать, как ты выглядишь со стороны? – воскликнула я, – можно просто быть собой!

– Хорошо быть собой, когда от тебя никто не зависит, – ответил Пижон, – ты можешь поступать так, как… как там во всех женских романах: «как тебе велит сердце». А когда тебе от отца достается громадный бизнес и если ты его, извини, похеришь и развалишь… Как потом жить с этим?

Я опустила глаза. Вероятно, он прав. То, что создали дорогие тебе люди – неимоверно ценно и налагает громадную ответственность. Как минимум перед лицом памяти о любимых. С другой стороны…

– Знаешь, я вот, как ты выражаешься, умудрилась «похерить» все, что заработали мои родители! Но это не значит, что я должна становиться бездушной сволочью!

– А я, значит, в твоем понимании «бездушная сволочь»? – Пижон чуть склонил голову, глядя на меня.

– Ну… Я этого не говорила… Хотя, знаешь, то, как ты с людьми общаешься…

– И как же я с ними общаюсь? – спросил Пижон.

– Как с вещами! – воскликнула я, – ты ведь ни о ком не заботишься! Тебе никто не нужен! Ты людей используешь!

– Во-первых, я использую только тех, кто изначально хочет использовать меня. И это значит, что мы заключаем взаимовыгодную сделку. А во-вторых, я забочусь о больше, чем тысяче сотрудниках моей компании. Ты можешь себе представить объем заботы? – он прищурился.

– Не сравнивай. Сотрудников и…

– И кого?

– И близких людей! – выпалила я.

– Не знаю, о ком ты говоришь. Если ты о моей матери – то у нас с ней отношения, устраивающие обоих. Она получает от меня достойное содержание и ни в чем не нуждается.

– А ты сам? В тебе она не нуждается? Почему у тебя вечно все про деньги?

– Потому что в наших отношениях все, что конкретно ее волнует – это деньги. И, скажу честно, меня это устраивает. А больше у меня родственников нет. Так что твои обвинения в отсутствии заботы разбиваются о неимение субъекта для нее.

– Извини, конечно, что лезу не в свое дело, но то, как ты расстался с этой блондинкой крашенной…

– С ней ты за меня рассталась, – рассмеялся Пижон.

– Вот именно, – буркнула я.

– Она предала меня. Хотя ни в чем не нуждалась, будучи со мной.

Я отвернулась. Хорошо ему судить со стороны. Тот хороший, а тот плохой. А что вынудило человека поступить так или иначе его не волнует.

– Что не так? – спросил Пижон.

– Я не хочу лезть в ваши отношения, – сказала я, – но, как по мне, нельзя быть таким бездушным! Если я кому-то расскажу про наш с тобой договор – я ведь тоже окажусь предателем! И, хоть мне терять нечего и я сама до конца не понимаю, зачем ввязалась в эту авантюру твою – но мне будет тяжело осознавать, что меня кто-то считает предателем! Хотя, по правде, мне тяжело держать в секрете наш с тобой договор! Но тебе будет плевать, если я вдруг проболтаюсь, почему я это сделала! Ты просто вынесешь вердикт!

Пижон промолчал. Официант забрал тарелки.

– Я бы не стал сравнивать, – тихо сказал он.

Глава 53. Близко не подпускать

Марсель

Я с удивлением посмотрела на него, но Пижон отвернулся сделать еще какой-то заказ. Через минуту принесли шампанское. Я отрицательно покачала головой, но Пижон протянул мне фужер, задорно искрящийся пузырьками игристого.

Я сделала глоток. Искорки защекотали нос.

– А почему, ты, кстати, согласилась? – вдруг спросил он.

– Я не знаю, – я потрясла головой, – правда. До сих пор не понимаю! Наверно, мне, как всегда, захотелось помочь нуждающимся.

– А нуждающийся – это я, – улыбнулся Пижон.

– Выходит, – я рассмеялась.

– Из уст той, что «похерила все» звучит прелестно, – Пижон осушил свой бокал.

– Это не превратило меня в закрытого ото всех сноба!

Пижон закатил глаза:

– Я бы не стал сравнивать потерю недвижимости с угрозой краха предприятия. После смерти отца я продал практически всю недвижимость. Квартиры, дома – слишком уж обременяющая память.

– Наверно, ты прав, – я подумала, что было бы, живи я в родительской квартире, где все напоминает о них, – но у меня выбора не было.

– Расскажи, что произошло? – в другое время и сам вопрос, и интонация Пижона показались бы мне странными. Но сейчас мне было так легко и спокойно рядом с ним, что я начала свой рассказ.

Как любили друг друга родители. Какое детство у меня было. Как поддерживала меня мама, как любил и восхищался мною папа. И как все рухнуло в одночасье. Аккурат после моего дня рождения, который я отмечала на даче. С друзьями, без родителей. Если бы я только пригласила и их! Но я хотела быть взрослой… Стала. Как хотела – так и вышло.

На этом моменте мне пришлось отвернуться, так как слезы начали переходить в рыдания.

Тут Пижон взял мою руку в свою и прошептал, заглядывая в глаза: «Ты ведь сама знаешь, что не виновата, правда?».

Он попытался обхватить мою ладонь второй рукой, но наши гипсы стукнулись. Мне стало дико смешно, правда, вместо смеха из моего заплаканно-сопливого носа вылетел лишь хрюк. Мы захохотали, и я завершила свой рассказ уже в довольно спокойном тоне.

– Ты молодец, – подытожил Пижон мой рассказ, – хорошо со всем справилась.

Я не знаю, что произошло со мной. Вероятно, я настолько сильно открылась Пижону, так глубоко пустила его внутрь себя, что, испугавшись, мне захотелось оттолкнуть его.

– Вот уж в чем не нуждаюсь, так это в твоей оценке! – выпалила я, вставая из-за стола, – пойду, подышу.

Глава 54. Неожиданная встреча

Марсель

Я стояла, обняв себя руками возле самой ограды крыши. Передо мной расстилался город, задорно блестя мириадами огоньков. Что я в нем? Что в нем моя жизнь и судьба? Моя боль, печаль или радость?

– Маша! – окликнул меня знакомый голос и я увидела подходящего ко мне… Артема!

– Маша! – повторил он, – прекрасно выглядишь! Твою шевелюру за версту заметно! У тебя здесь встреча по работе?

– Эмм… да, – промямлила я, невольно озираясь в поисках Пижона: почему-то мне казалось, что встреча с Артемом будет сильно некстати.

– А я тут с мамой как раз! Она меня давно звала с собой на тусовку тех, кому за трямцать и вот – смогла затащить! Как тебе тут?

– Мне нравится, – честно ответила я, – хоть мне еще не «трямцать» вроде.

– А по-моему, скукота жуткая! – беззаботно улыбнулся Артем, демонстрируя ряд ровных зубов, – все такие напыщенные ходят! Причем, мама у меня за словом в карман не полезет, но, говорит, она не виновата, что джаз стал шибко моден и сюда теперь толпа зазнаек ходит.

– Она любит джаз? – спросила я, чтобы поддержать разговор.

– О, дааа, она фанат! Папа терпеть не может, а подружек у нее нет. Мы пару лет назад вернулись из Южной Америки, так что она не успела обрасти связями. Вот, сегодня жертва – я.

– Марсель, – рядом будто ниоткуда появился Пижон, – я тебя искал.

Артем вопросительно посмотрел на меня, потом на Пижона, и снова на меня.

– Марсель? – все же переспросил Артем.

– Эммм… – замялась я, – долгая история.

– Денис Нечаев, – представился Пижон.

– М, понял, – Артем дернул плечом, – я пойду.

Он развернулся и исчез в толпе. Мне стало неуютно и стыдно. Что он про меня подумал? Почему так резко ушел? Как будто…

– Это твой знакомый? – спросил Пижон, прервав мои мысли.

– Да… Точнее, нет. Это знакомый Лики, моей подруги. Но он как раз меня подвез тогда, когда я от Юсупова сбежала.

– То есть ему ты позвонить смогла, а мне, который был рядом с тобой, в одном доме – нет? – Пижон был задет.

– Да не звонила я ему! Он ехал к родителям! И увидел меня на дороге. Остановился. Я еще убежать от него хотела, потому что не узнала.

– Боже, Марсель! Почему ты такая сложная?! – внезапно воскликнул Пижон, – ты, вообще, понимаешь, в какое дерьмо могла вляпаться? Юсупов бы ангелочком показался!

Я нахмурилась, но отвечать ничего не стала. Лишь предложила вернуться за столик.

Некоторое время мы сидели молча, от момента близости не осталось и следа. Вдруг к нашему столику подошла незнакомая мне полная женщина, сплошь увешанная блестящими камнями. На вид она была похожа на оперную диву: спину она держала прямо, волосы собраны на затылке в пучок.

– Простите, я потревожу вас, – сказал женщина низким голосом, – скажите, барышня, ваше имя и правда Марсель?

Глава 55. Крутой поворот

Марсель

– Мам! – рядом возник Артем и тронул женщину под локоть, – давай не будем…

– Погоди, Темочка, – женщина властно, но мягко отстранила руку сына, – так Ваше имя – Марсель?

– Прошу прощения, мы бы хотели побыть одни, – Пижон поднялся и галантно поклонился даме в камнях.

– Да, я Марсель! – выпалила я, чувствуя, что назревает ссора, – это все, что Вы хотели знать?

– Нет, – чуть слышно выдохнула женщина и опустилась на свободный стул, – Марсель… Панкратова?

Я уставилась на нее. Откуда женщине известна моя фамилия? И почему она с таким придыханием произносит ее.

– Да. И что? – с вызовом сказала я.

– Твою маму звали Ира? – мне кажется, я разобрала слова лишь по движению губ, а не благодаря голосу. Передо мной все закружилось. Она знала мою маму?

После смерти родителей многие люди хотели выйти со мной на связь, но мне, признаться, никого не хотелось видеть из бывшего маминого окружения – по правде сказать, подруг у нее особо не было. Всю себя она отдавала нам с папой и работе.

– Да, – тихо сказала я.

Я увидела, как по щекам женщины полились крупные слезы. Она закрыла лицо руками. Пижон опустился в кресло, молча наблюдая за происходящим, Артем раздобыл стул и приставил рядом с матерью.

– Ты меня, наверно, не помнишь, – сквозь слезы пролепетал дама, еще секунду назад казавшаяся несокрушимой горой, – мы дружили с твоей мамой. Меня зовут Нина. Я тебя видела совсем маленькой еще. А потом мы с Пашей уехали в Аргентину… Мы созванивались с твоей мамой. Сохраняли дружбу по телефону. Я узнала о катастрофе очень поздно и не могла найти тебя! Я смогла раздобыть номер твоей бабушки, но… Но она…

– Не захотела с Вами разговаривать, – продолжила я, – она считала, что должна оградить меня от любых воспоминаний.

– Как она? – спросила Нина.

– Она умерла. Вскоре после мамы с папой, – я почувствовала ком в горле и опустила глаза. Надо подумать о чем-нибудь другом. Кто же эта Нина? Почему я ее не помню? Нина… Аргентина… Куклы из Аргентины… Я помню, как мама притащила мне безумно красивых кукол и сказала, что они… Из Аргентины? Не помню…

– С кем же ты живешь? Ты что, совсем одна осталась? Вскоре после мамы… Марсель! Ты как живешь все это время? – в глазах Нины читался ужас и горе.

– А Вы дарили мне куклы? – спросила я, – присылали из Аргентины? Одна с розовыми волосами, а другая…

– С фиолетовымииии, – рыдая, закончила фразу Нина, – ты помниииишь!…

Нина плакала. Нет. Она ревела, закрыв лицо руками. Сконфуженный Артем гладил ее по руке, а его мать сотрясалась от всхлипов. Люди, сидящие за соседними столиками уже не таясь разглядывали нас.

– Эммм… Мам…– Артем снова тронул Нину за локоть, – может…

– Марсель! – Нина не обращала никакого внимания на сына, – ты многое пережила, но твои злоключения кончились! Поверь, мы с Пашей будем счастливы принять тебя в семью! Я готова удочерить тебя! Поверь мне! Я столько раз вспоминала тебя, но я и понятия не имела, что Татьяна… Что твоя бабушка умерла!

– Эммм… Спасибо, – пролепетала я, – но… я ни в чем не нуждаюсь. Я… работаю, у меня все есть. Спасибо за участие, но… Вы не переживайте, я…

– Мы можем поговорить с тобой наедине? – поглядывая на Пижона, спросила Нина.

– Я оставлю Вас, – Пижон поднялся и обратился ко мне, – если что, я рядом. Пожалуйста, не исчезай.

С этими словами он поцеловал меня в макушку и ушел.

Я ошарашено посмотрела на Артема и на Нину. Что они удумали?