Текст книги "И пришел Лесник! 25 (СИ)"

Автор книги: Василий Лазарев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 19 страниц)

И пришёл Лесник! 25 (S-T-I-K-S)

Глава 1
Афродита

– Яутжа? – переспросил папаша Кац. – Нет, не слышал. На кого хоть они похожи?

– С виду чистые звери, – заявил тип в подтяжках приглаживая свои торчавшие стрелами усы. – Три метра в каждом, здоровенные неформалы с дредами на башке. На каждом броня и шлем. Они могут прекрасно маскироваться или вообще становиться невидимыми. Как бы прозрачные и тогда их можно увидеть только по следам на земле, или если они что-то заденут.

– А ещё у них вместо волос сосульки, то ли заплетённые волосы, то ли какие-то отростки чёрные и толстые. Неприятно выглядит, – сморщил свою кислую физиономию Фома. Янис стоявший рядом закивал.

– Я же сказал про дреды, вы чем слушаете? – возмутился тип в подтяжках.

– В наше время такой фигни не было! – заявил Янис. – Ленина на них нет!

– И как вы поняли, что они вам говорили? – спросила Соня.

– Ты про яутжа? Так у них переводчики в шлемах прямо стоят. Чудно слышать, как он на два голоса говорит. По-своему они щёлкают и бубнят. Похоже на то, как дятел по дереву стучит, только тише, – Фома выдал несколько щёлкающих звуков подражая яутжа.

– То есть, вот прямо сейчас, они могут здесь стоять и подслушивать нас? – недоверчиво спросил папаша Кац.

– Запросто. Уже, бывало, такое, что они подкрадывались и замечали их в самый последний момент. Когда они выпускают когти, но не такие, как у заражённых. Яутжа убивают преимущественно холодным оружием и на обычные когти не похоже вовсе, а скорее на клинки. Или они могут воспользоваться всякими хитрыми приспособлениями. Они буквально обвешаны ими с ног до головы. Кинут что-то под ноги и заражённого скручивает в бараний рог, а они уже потом добивают. Но мы видели яутжа только издалека, что у них ещё есть мы не знаем, – глава стаба расслабился после выпитого и не казался уже таким испуганным. Папаша Кац едва успевал ему подливать из своей фляжки.

– Лёва, ты говорил о лазерах, – напомнил я.

– Так, а что с ними? На плече у яутжа есть небольшая пушка, она крепится к доспеху, и крутится вместе с его головой. Куда он посмотрит, туда и она. Сам яутжа ни на что не нажимает, стреляет, когда он захочет. Мощная вещь, может запросто вам броневик испортить.

– Броня у них тоже хорошая, – заметил Янис. – Месяц назад Косой попал в одного, причём стрелял из Калашникова 7.62. И не пробил, пули только искры высекают из брони. Яутжа не всегда в броне выходят из пирамиды. Иногда их видели без грудной пластины. Крепкие ребята, мощный торс, кожа зеленоватая в мелких тёмных пятнах. Кожу, по-моему, пробить можно даже ножом, но они редко показываются вот так, передвигаются всё больше в невидимости.

– Да, не повезло вам с соседями, – вздохнула Лиана. – Против заражённых они всё равно не потянут. Придёт элита и наступит им…

– Не наступит. Приходила уже, – перебил рыжую тип в подтяжках. – Не знаю, насколько она сильная была, но они её втроём одолели. Одного она правда сильно поломала, яутжа тот сбежал. Мы его позже нашли в овраге, лежал весь в крови. Кровь у них ярко-зелёная, издалека заметна. Двое оставшихся даже искать его не стали, выпотрошили споровой мешок у элиты по-быстрому. Надавали по мозгам ещё двум руберам появившимся позже, за то, что хозяина не уберегли и ушли к себе в пирамиду.

– Вот! О пирамидах подробнее можешь рассказать?

– Пирамиды как пирамиды, – усатый расчувствовался, что даже оттянул свои подтяжки и резко отпустил их с хлопком. – Пирамидальные!

– Слышь, я тебя нормально пока спрашиваю, – разозлилась Лиана. – Размер, где стоят, особенности?

– А, ну дык это, в лесу стоят. По прямой пять километров отсюда, но если хочешь незаметно подобраться, то все семь будут. Но это мы ходили к ней, когда она только приземлилась и яутжа ещё не вылезли из неё. Сейчас там смертельно опасно, жлобы эти невидимые на ветках сидят. Они любят по ветвям передвигаться, благо лес позволяет. Но это их сразу выдаёт с головой, прикинь такая махина как белка скачет. Дубы столетние трясутся как саженцы. Так вот пирамида серая на вид, металлическая, но не такая, как все. Я сам видел, как у неё части двигались.

– Как это? – мне стало интересно.

– Трансформируется. Когда эти двое назад пошли, они не скрывались, и я смог аккуратно за ними проследить. Из пирамиды лестница выдвинулась, прямоугольная часть в стене поднялась, образуя проход. Через него они и вошли, внутри ещё что-то двигалось, но я видел издалека и не ручаюсь за то, что там происходило. Сторона пирамиды метров триста в длину и пятьдесят в высоту. Может быть, – развёл руками усатый гражданин.

– Спасибо, можешь ведь, – похвалила его рыжая и оттянула подтяжку как можно дальше и отпустила.

– Таки что получается? Пирамида и есть их корабль, на котором они сюда прибыли для охоты? – сформулировал папаша Кац. – Охотятся они на элиту, руберам раздают шелбанов, а людей держат за говно?

– Так и есть. Но в последнее время мы заметили появление ещё одного существа. Его вёл с собой яутжа на цепи. Размером с большую собаку, тело как кабачок чёрное и вытянутое. Может ходить на четырёх лапах или на двух. Имеет мощный хвост, а вот глаз не видно, но то, что он видит точно. К бабке не ходи, и чует. Обоняние у неё великолепное. Нас он с километра срисовал, мы на дереве сидели и видели эту парочку в бинокль. Кобель его повернулся к нам всем корпусом и громко зашипел. Затем начал рваться с цепи в нашу сторону, но яутжа сказал что-то и остановил его, – добавил Янис.

– Понятно. Сделаем так, – я показал на наш броневик. – Лёва, пусть твои разгружают наш броневичок. Поделимся с вами водой и продовольствием. Оружие пока не трогайте, а мы с тобой в соседний стаб пока прокатимся.

– Лесник, Пенелопу искать не будем разве? – спросила Соня.

– Думаю, что уже бесполезно. Попробуем вывести отсюда живых. Из рассказов я понял, что яутжа ждут ещё своих соплеменников. Бодаться с ними нам не с руки. Оружие толком нет, сколько их мы не знаем. Пирамида скорее всего не только корабль, но и крепость, как её штурмовать? В рукопашной драке даже с дарами мы против них не очень. Пусть нолды ими занимаются, они любят всяких зверушек и экипированы лучше нас.

– Я согласен с ним, Сонечка. Мы здесь горя хлебнём с этими мерзавцами, – проскрипел папаша Кац. – по описанию форменные отморозки.

– Согласна. Раз принялись воровать людей, то не остановятся, – кивнула Лиана. – Пока всех не перетаскают. Лучше уйти в Вавилон.

– Тогда поехали, чего время терять. Полезай, Лёва к нам в грузовичок, – пригласил я главу стаба к нам в машину.

– Возьмите лучше Яниса с собой и Фому. Они те места лучше меня знают. Да и не хочу я с этой ведьмой встречаться.

– С какой?

– С Афродитой, старшей того стаба. Сами увидите и поймёте. Сущее зло!

– Как знаешь. Тогда вы у нас проводниками побудете, – человек с револьвером кивнул и оправил портупею. – Завтра к вечеру постараемся вернуться.

Дорога между холмами порадовала. Утрамбованная каменистая почва дала возможность Лиане как следует разогнаться. Янис и Фома с огромным интересом рассматривали интерьер нолдовского броневика. Его экраны, органы управления и система ведения огнём. Подробно расспросили о его возможностях и остались полностью очарованными инопланетной техникой. На вопрос откуда у нас такое чудо техники, мы сказали, что отжали броневик у нолдов. Мол, он уже был разблокированный и его готовились передать мурам. Там же при передаче и отобрали. Был ещё один, но в схватке с элитой пришёл в полную негодность.

– Вы на нём в стаб только не въезжайте, – посоветовал Янис. – Амазонки у нас без башни, сразу стрелять начнут. Оставьте его в кустах лучше.

– Как скажешь, ты же проводник, – сказала Лиана, останавливаясь на обочине, не доезжая нескольких сотен метров до стаба. Он располагался на соседнем холме по ту сторону небольшого лесочка. Нам пришлось идти, пешком опасаясь неуравновешенных дамочек в стабе со слов Яниса. По мере приближения мы увидели частокол из толстых стволов, весь склон холма был плотно утыкан остро заточенными кольями и ямами, замаскированными ветками с такими же кольями на дне. Защита от заражённых, причём стоящих в иерархии ниже рубера. Сам рубер, а тем более элита на колья не полезут и вряд ли провалятся в яму. Если заграждение невозможно обойти, то они сперва сгонят сюда кого попроще и только после этого придут сами. Каждые сто метров частокола делила вышка, возвышавшаяся на пять метров. На одной из них мы увидели девушку в каске, на второй стоял мужик. На обеих вышках имелись пулемёты и прожектора с собственным дизелем. Такой подход мне понравился больше, чем у Лёвы с его норами. Что-то не договаривал он, скорее их самих не хотели здесь видеть. Впрочем, все их хотелки меня не трогали. Нашей задачей было забрать их отсюда. Всех.

Тропинка петляла между кольев и громадных валунов забираясь наверх к воротам. Самих ворот как таковых не существовало, вместо них служила целая секция частокола. Она не открывалась, а откидывалась наружу на цепях как перекидной мост. Для прохода людей использовалась небольшая калитка. Она также не выглядела дверью, просто скреплённый между собой двухметровый фрагмент из трёх стволов на засовах изнутри. Он как бы аккуратно выпилен из общего забора и зазор был почти незаметен. Кусок частокола убирался и человек проходил. Янис помахал руками девушке на вышке, и она его узнала. Спустя несколько минут в частоколе образовался проход, и мы попали в пространство между двумя стенами. Это мне понравилось ещё больше, со второй стены можно расстрелять тех, кто несанкционированно проникнет через калитку. Стоило нам пролезть внутрь, как к нам подошла ещё одна боевого вида женщина и потребовала сдать оружие.

– Отдадут на выходе, – успокоил нас Янис и сдал свой револьвер. Встречающие по большей части молчали, тем не менее поедая нас глазами. Не скажу, что все девушки были красавицами, но здесь их было в разы больше, чем в обычном стабе. Как их столько скопилось в одном месте для нас оставалось тайной. Нас чуть не ли не под конвоем провели вдоль двух стен, и через двадцать метров мы свернули в едва заметную дверь. Думаю, что таких здесь хватало, чтобы внезапно выскочить в тыл захватчиков. Помнится Лёва говорил, что они частенько сражаются с мурами и раз их ещё не захватили, значит успешно. Во всяком случае не прячутся по норам.

– Муравей, к тебе гости, – сказала мадам низким голосом, вероятно начальник караула. Муравьём оказался старичок-ментат. – Присаживайтесь.

Первым пошёл к нему на приём я, уже подозревая, что наша встреча доставит нам геморрой.

– Почему я не пойму твоей метки, юноша? – проворчал ментат. – У муров их вообще нет, но вот твою я читаю с большим трудом. Такое ощущение, что тебе её выдал какой-то неуч! Один сумбур!

– Вы же сами сказали, мне выдали. Сам я себе её присвоить не мог, – не буду же я ему объяснять, что в Ядре было два ментата, оба отбитые наглухо и давно уже спились. Зачем там метки, когда и так понятно, что ты человек. Там все были по одну сторону забора, по другую ящеры. Соня вообще муром попала туда. Чёрт, с этим будут проблемы. Голову ворона мы ей свели кое-как, но что делать с «паспортом» от ментата? Есть ли у неё он вообще. – Был в прошлом месте один ханыга, спился совсем и вот результат. Никто прочесть не может.

– А что кроме меня ещё кто-то был?

– Мы от Лёвы приехали…

– А! Понятно. Усатый смотрел? Так тот недоучка и двоечник. Сбежал отсюда впопыхах, так и остался дурачком на всю жизнь, – недовольно вздохнул старец. – Ладно, что с вами делать. Давайте поправлю уже!

Второй пошла Лиана, пока я шептал папаше Кацу об отсутствие метки у Сони. Изя Кац соображал быстро и вскоре вышел довольный от Муравья. Соня зашла последней и вернулась через пять минут сияющая. Папаша Кац шепнул мне на ухо, что сразу взял Муравья за руку и провёл с ними разъяснительную беседу. Муравей разом подобрел и без слов оформил всем паспорта. Вот тебе и оборона от муров. После проверки нас пригласили во внутренний периметр. Хм, особого матриархата я лично здесь не заметил. Работали все. Тяжёлая работа лежала на мужских плечах, остальное делали женщины. Я бы по-другому назвал, этот стаб наоборот был весьма привлекателен для мужчин, так как соотношение две девушки к одному мужику было в нашу пользу. Лиана, например сразу всё просекла и показала мне кулак. Нас провели в большую добротную избу. Все постройки на стабе строились из сосны. Материал сам по себе неплохой, пахнет хорошо. Холодов насколько я помню на востоке не встречалось, так что стаб можно было спокойно считать курортом.

– Ждите, Афродита сейчас выйдет, – сообщила дамочка и пошла докладывать. Мы уселись на широкой лавке. Перед нам стоял на столе красовался необычный графин с живчиком и пустыми бокалами. Также на деревянном подносе лежал свежий хлеб и фрукты. Ого, а говорят в одном сельпо отовариваются. Или Лёва всё в одну харю сожрал. Повсюду чувствовалась женская рука. Начиная от занавесок и цветка на подоконнике и явно сделанными вручную половиками на дощатом полу. Даже картинки с пейзажами висели на стенах. Через пару минут как начальник караула исчезла, двери отворились, и сопровождающая нас женщина пригласила пройти в большую комнату. Янис и Фома остались трескать яблоки запивая живчиком, а мы вчетвером прошли внутрь.

Большой зал с самотканым ковром в центре на полу. У дальней стены сложен камин, рядом дрова. Стол, стулья, диван на котором Афродита и спала. Перед нами стояла молодая девушка среднего роста в наспех накинутом халате и пыталась собрать свои шикарные волосы вместе. За гривой чёрных волос я не сразу разглядел её. Афродита оказалась мулаткой, если не негром. Затрудняюсь сказать. Черты лица однозначно не негритянские, волосы вились, но не курчавились, а вот цвет кожи напоминал эбонитовую палочку с небольшим шоколадным отливом.

– Я Афродита, – коротко представилась девушка.

– Кажется мне, та светлее была, – придирчиво взглянул на неё папаша Кац.

– Возможно, – засмеялась она. Акцента я тоже не услышал у неё. – От слова Афро.

– Меня зовут папаша Кац, я знахарь в нашей группе. Моя жена Соня. Лиана и её муж Лесник, он же старший у нас, – представил нас Изя, быстро войдя в резонанс с Афродитой. Чего здесь было больше дар знахаря или просто то, что она ему понравилась я не знал.

– Ну то, что вы у Лёвы побывали, я знаю, но как вы пробрались через лес? – она на миг прикрыла глаза и воскликнула. – Вижу! У вас машина припаркована в километре отсюда. Я сенс, чего на ней не поехали?

– Янис сказал оставить её, чтобы не раздражать часовых. Дело в том, что у нас бывший нолдовский броневик, – ответил я, подходя к столу. Афродита пригласила нас садится.

– Разблокированный? – удивилась мулатка.

– Они его для муров приготовили, но был захвачен нами, – я озвучил заготовленную легенду.

– Впервые слышу, но на муров вы не похожи. Их, я знаю как облупленных. У нас с ними постоянная война идёт.

– Странно. Обычно кто-то кого-то дожимает, – усомнилась Лиана.

– Обычно да, но мы больше сидим за забором. Сил не хватает их одолеть. Нолды им помогают к тому же.

– Не хватает, потому что в стабе большинство женщин? – спросила Лиана.

– Да.

– Как же так вышло? – Соня по-хозяйски открыла бутылку вина, стоявшую на столе.

– В десяти километрах отсюда раз в месяц перегружается район города с магазинами и большим куском швейной фабрики. Так вот мы там гарантированно находим иммунных. По две-три девушки точно, один раз сразу одиннадцать нашли. Мужичков гораздо меньше. Муры также за ними охотятся. Вот отсюда и матриархат. Но это так название одно, бабы меня как самую шуструю выбрали, а мужикам у нас вообще ничего не нужно. Им и так хорошо.

– Что же о вас тогда Лёва так отзывается? – подозрительно проскрипел папаша Кац.

– Ну… у него не работает ничего, вот он и злится. Даже Улей не исправил. Что до остальных балбесов, то они как-то приезжали к нам «знакомиться». Нашим не понравилось такое обращение, когда тебя через пять минут за сарай тащат или на сеновал, – засмеялась Афродита. – Короче напряжённо у нас всё. Так одну делянку приходится с ними делить. До города они не доезжают на своём тарантасе, и с мурами нам не помогают. Далеко, видишь ли, им. Лёва свою власть делить не хочет, вот и не срастается у нас ничего.

– А вы им с яутжа не помогаете? – уточнил я расклад.

– Ты смеёшься Лесник? Ты видел, чем мы вооружены? У нас есть три пулемёта РПК, но они все на вышках. И стреляют кто как захочет. Ещё несколько автоматов и винтовки. Больше в том городе ничего нет. Вот и сидим поэтому за забором. Муры наоборот же прикинуты по последней моде от нолдов.

– Сколько их? – спросила Лиана. – И вас?

– Нас больше двухсот из них только сорок мужиков! – ого, я ошибся не один к двум, а один к пяти расклад. Поселиться что ли здесь? Передо мной тут возникла испуганная физиономия товарища Камо, с опаской косящаяся на Лиану. – Муров меньше, около сотни, но вооружены они гораздо лучше. Засели отсюда в пяти километрах. Иногда они нас минами забрасывают уроды. Нашли где-то сто двадцатый миномёт и шмаляют. Хорошо, что снарядов мало и косые они, но пару раз всё же закинули прямо в стаб. Один внешнюю стену развалил, второй в баню попал. Пустую, к счастью, на тот момент.

– Ой, давно я в бане не был! – демонстративно почесался Изя Кац.

– Мужские дни вторник и пятница, а сегодня суббота. Приезжайте позже, не думаю, что тебя, папаша Кац жена отпустит в общую баню.

– Даже такое бывает? – воодушевился знахарь.

– У нас по-всякому бывает. Один раз чуть муры до нас не добрались, пока почти весь стаб «парился», – звонко засмеялась мулатка.

– Жуть! – Лиана поёжилась. – Они бы вас попарили в последний раз.

– Я о чём. Так вы так и не рассказали, зачем приехали, – вспомнила Афродита.

– Предложить вам лучшую жизнь. Есть неподалёку один многообещающий стаб под названием Вавилон… – начал папаша Кац.

Глава 2
Жмуры

– Вода плюс двадцать шесть градусов? – распахнула глаза Афродита от удивления.

– Да, когда мы уезжали так и было, – заверил её папаша Кац. – Небольшое содержание стронция в воде, но это даже придаёт ей пикантное тонизирующее свойство. Есть немного ещё побочных продуктов атомного распада, цезий также благотворно действует на кожу разглаживая морщины. Но это всё пустяки по сравнению с природой! Такого ты в своей Африке не видела! Даже с самой высокой пальмы!

– Изя, можно так к тебе обращаться? Так вот, Изя в Африке я ни разу не была. Меня даже не привезли в коробке из-под бананов. Я плод любви студентов в 57 году на фестивале молодёжи и студентов в Москве. От папаши осталось только имя Бонго, больше о нём мама ничего не вспомнила. Нафестивалил и растворился где-то на экваторе, а я родилась в Москве. Сколько насмешек мне пришлось пережить, никому не пожелаешь, но это лучше, чем бы она сделала аборт. Что касается стронция, то я отлично знаю, как и откуда он получается.

– Всего десять килотонн и то в тридцати километрах от нас! – быстро ответил Изя Кац. – Не страшно, ведь это же Улей. Уверен, что радиация уже пошла на убыль. Так-то мы всех зачистили, но для заселения нас мало, а стаб огромен!

– Ну, допустим баб я уговорю. Но у меня тоже есть условие! – сверкнула белыми зубами шоколадка. – Надо разобраться с мурами. Поможете? За ними должок. Тем более, если вы хотите и дальше поехать агитировать, то муров придётся убирать по любому.

– Мы не против, – согласился я. – Как часто к ним прилетает челнок нолдов?

– На следующий день после перезагрузки города, мы его называем просто фабрикой. Там от города только магазин, всё остальное огромная швейная фабрика. Муры обязательно там появятся. Обычно мы начинаем чистить магазин, а они шариться по фабрике в поисках свежего мяса. Кромсают всех, до кого дотянутся, лишь бы не заражённый. Иммунных они тоже иногда находят, но не разбирают на органы, а уводят с собой. Мы уже неоднократно замечали, что потом эти девушки становятся мурами, – Афродита задумалась и посмотрела в окно и не заметила реакцию Сони, которая именно так и попала к мурам. – Перезагрузка произойдёт сегодня в полночь. Я специально легла поспать перед этим событием.

– Удачно, то есть ночью мы там встретим муров? – уточнил я.

– Обязательно. У вас есть оружие?

– Да, броневик тоже неплохо вооружён, кончились ракеты, но они нам и не понадобятся, – сказала Лиана. – Хватит лазеров и плазмы. Жень, мы же можем отдать им часть нолдовских пушек?

– Отдавай, место хоть освободится для припасов, а то всё Лёве отдали.

– Реально? – обрадовалась Афродита и повернулась к девушке приведшей нас. – Слышала?

– Тридцать автоматов и что-то около пяти тысяч зарядов к ним. Немного, но можно у тех же муров потом подзарядиться, – подсчитала Лиана.

– Тридцать, это очень хорошо. Мы уже встречались с их стрелковым оружием и знаем как с ним управляться. Мы вам отведём комнату, вы тоже отдохните до вечера. До стаба десять километров, наши туда отправятся за час, а мы к самой перезагрузке поедем, – решила Афродита и отдала приказ нашей сопровождающей, – посели их в гостинице.

На место мы подъехали за двадцать минут до начала перезагрузки. Сами муры заходили на кластер с другой стороны. Ближе к амазонкам располагался магазин и администрация швейной фабрики. К мурам же наоборот ближе стояли цеха, но так как перезагрузка происходила около семи часов вечера по времени кластера, то дальние от администрации цеха, как правило, пустовали. Ночью в них никто не работал и все иммунные встречались с «нашей» стороны. В итоге амазонке успевали хорошенько загрузиться продуктами и даже прихватить иммунных и свалить прежде, чем появлялись муры. Иногда приходилось отстреливаться, прикрывая отход. Целенаправленно за мурами не охотились и они, оборзев в край любили погонять девок. Случалось, что захватывали в плен, тогда уж не позавидуешь участи, ожидавшей пленницу. На этот раз в процессе участвовали мы. Афродита, прокатившаяся с нами на броневике, указала место, где можно было спрятаться и держать под прицелом главную аллею фабрики.

– Вот сюда вставай, за эти контейнеры, – она показала Лиане место. – Я его давно приметила, только у нас броневика нет. Контейнеры почти полностью скрывают лобовую проекцию. Как будто в капонире сидишь.

– Капонир, лобовая проекция, откуда такие познания? – спросила Соня.

– У меня отчим военный был. Он любил воевать в своём воображении как нажрётся, показывал всякие книги, в которых детально разбирались сражения и начинал объяснять мне кто где был не прав и почему. Большой стратег. Спился к пятидесяти с небольшим и помер.

– Это и мы могём, – кивнул папаша Кац. – Меня так вообще не остановить под градусом.

– Изя у нас может любого стратега за пояс засунуть, – улыбнулась Соня.

– То-то я смотрю с Муравьём неладное творится. Был вроде ворчун каких мало и душнила, но после вашего визита стал просто паинькой. Твоя работа, стратег? – от Афродиты ничего не скроешь.

– Ну… он начал хамить, и я немного реморализовал его. Сделал его более клиенто-ориентированным так сказать.

– И надолго?

– Навсегда, – виновато улыбнулся папаша Кац. – Так получилось.

– Нормас, задолбал он меня, если честно. Он свои обязанности сможет исполнять?

– Да, вполне. Ему даже на пользу пошло. У него щитовидка подгуляла, Улей таких вещей не замечает, для него озлобленные значит нормальные, а я поправил.

– Где иммунные то? – спросила Лиана.

– Администрация за нашей спиной. После перезагрузки там человек сто остаётся всегда. Собрание у них происходит партийное. Орут, руками машут, кого-то из партии грозятся выгнать, партбилет отобрать, вот оттуда и выводим. Кластер из наших шестидесятых или даже раньше. Муры в итоге пойдут по аллее, через корпуса им не пройти, нет сквозного прохода. Так что как в тире будете, а я пока сбегаю, посмотрю, как дела у моих, – Афродита открыла дверь и растворилась в темноте.

– Мы их не проглядим? – спросила Соня.

– Смотри на радар, муров он точно покажет, – Лиана постучала по круглому окошку на передней панели.

Позади раздалось глухое ворчание и сразу несколько одиночных выстрелов. Похоже, что начали превращаться или наконец пристрелили парторга. Мы сидели в темноте, не зажигая света в салоне и ждали муров. Их беленькие нолдовские бронежилеты пока не показывались, впрочем, они им ничем не помогут. Пулю 7.62 они, конечно, выдержат, а вот нолдовский автомат в режиме пулемёта уже нет. О нашем главном калибре и говорить было нечего, плазма сожжёт их всех сразу, а кто успеет убежать, то тех догонит лазерный луч. И сделает лишнее незадокументированное отверстие в организме. Папаша Кац достал фляжку и пустил её по рукам. Мы сделали по два глотка.

– Хороша всё же штука из скреббера получилось. Удастся ли когда ещё такого попробовать, – горевал папаша Кац.

– Тихоню бы сюда, – мечтательно произнесла Лиана.

– На поводке? – подыграла ей Соня.

– Лучше муров на цепь посадить, – предложил знахарь. – Или запрячь в телегу и разъезжать по стабам.

– Ну и наклонности у тебя, Изя. Завязал бы ты с этой жидкостью из янтаря, – погладила по голове папашу Каца Соня. – Во! Вижу! Лианка, смотри, прутся уроды!

– Вижу, вижу! Пять, семь, двенадцать! Ого-го! Сорок три отметки, Жень. Всем пионерским отрядом вылезли?

– Похоже решили девок нагнуть, – прошептал папаша Кац и ехидно добавил, – враг не ведал, дурачина, что в тени притаился отряд октябрят.

– Кац, где ты видел лысых и бухих октябрят?

– Я так им остался. В пионеры меня не приняли, по причине ярого неприятия дедушки Ленина, в комсомол соответственно тоже. Так что я вполне вписываюсь. Стрелять то будешь?

– Пусть поближе подойдут. Двести метров, далековато, разбегутся.

– Хорошо, подождём, – согласился Изя, но всё произошло по-другому. Низкое небо пробила вспышка молнии и разрывая тучи на аллею едва проходя габаритами между корпусами швейных цехов приземлился неизвестный корабль. У нолдов таких точно не было. На Протеус он также никаким боком не походил. Обводами он напоминал богомола, вставшего на задние лапы. В районе жопы, то есть кормы открылся прямоугольный люк и из него показались три массивные фигуры.

В тусклом освещении мы сперва не поняли кто это, но присмотревшись нашли сходство по описанию с яутжа. Они нас не видели и даже не посмотрели в нашу сторону. Спрятавшись за горой мусора, мы не излучали тепло тем более сидя в броневике. Вероятно, спутали нас с металлическим контейнером. Все трое носили полные доспехи, закрывающие их почти полностью оставив обнажёнными только стопы ног и кисти рук. Трёхметровые гиганты, потрясая своими толстыми дредами о чём-то посовещались. В руках двоих из них возникли круглые щиты раскрывшись из пластин словно веер, в другой руке они держали короткие копья. На самом деле они только лишь казались копьями. Как мы потом узнали эти так называемые копья могли стрелять, разлетаться мелкими заусенцами в стороны пробивая даже бетон, трансформироваться в трезубец и чёрт знает ещё во что. У третьего, самого большого яутжа в тусклом свете поблёскивал зазубренный клинок в правой руке.

Он поднял левую руку, на предплечье которой был закреплён прибор. Проведя по нему правой, он открыл крышку. Я ошибся и спутал его с наручами, но как оказалось на руке у яутжи светился компьютер. Быстро набрав команду, он сделал несколько шагов в направлении крадущихся муров. Что интересно, его совершенно не интересовали амазонки таскающие продукты из магазина в грузовики, хотя они находились ближе, чем муры. Пройдя вперёд три метра из-за спины главного яутжа, сорвались вверх шесть светящихся объектов размером с теннисный мяч. По три на каждую сторону аллеи. Они взлетели и повисли метрах в двадцати над землёй и дружно включились, оказавшись мощными прожекторами. Муры тут же проявились из темноты и заметно занервничали, крутя головами. Увидев, кто их вывел на чистую воду тут же открыли огонь по пришельцам.

Двое яутжа с щитами вышли вперёд и нагнув голову в маске вперёд двинулись к мурам навстречу. Попадавшие по ним пули и заряды из автоматов нолдов их совершенно не беспокоили. Яутжа спокойно отражали своей бронёй и щитами потуги муров. До муров оставалось пройти ещё полсотни шагов, когда они начали шмалять из подствольников гранатами. Гранаты влетали в щиты и детонировали, слегка отталкивая гигантов назад. Третий без щита опять что-то набрал на своём компьютере и уже сам корабль выстрелил по направлению муров небольшими цилиндрами. Они по параболе упали на скопление бешено отстреливающихся любителей свежей плоти. Каждый цилиндр раскрылся в трёх метрах над землей раскидывая во все стороны мелкоячеистую сеть. Она, казалось, жила сама по себе и охватывала сразу несколько человек прижимая их к поверхности. Я думаю, что она вполне могла сломать им кости сожмись она сильнее, но главный яутжа регулировал натяжение.

Таким образом они сковали практически всех. Из сорока трёх муров удалось убежать только двоим. В погоню за ними бросились яутжа с щитами. Главный деловито прошёлся между едва шевелящимися мурами и тыкал в них своим копьём. Стоило ему только коснуться сетки как с острия его копья перетекал голубой разряд и растекался по всей площади кокона. Всем, кто были в нём замирали, будучи парализованными, но ещё живыми. Яутжа брал за специальную ручку тюк со спеленатыми мурами и тащил в корабль. Особенно не церемонясь он закидывал их в трюм и шёл за следующими. Таким образом он перетаскал все шесть тюков, когда вернулась парочка с щитами. Они вели раненого мура, он неловко прыгал на одной ноге, вторая у него висела плетью. Из голени торчала кость. Второго мура не удалось взять живым, и как доказательство яутжа кинул его голову под ноги главному. Они слегка перетёрли между собой издавая щёлкающие звуки и тряся дредами. Наконец о чём-то договорились и направились к кораблю. Лиц их мы не видели, голова была полностью закрыта маской или шлемом. В узких щелях шлемов светились только жёлтые зрачки. Что меня озадачило, они были круглыми как у нас.

Главный взял за руку мура со сломанной ногой и просто забросил его в трюм. Пролетев метров десять тот, сильно приложился о дальнюю стену освещённого трюма и отключился. Да уж, силищи в них было немерено. Покрутив головами, они уже собрались грузиться сами, как совершенно не вовремя позади нас из административного корпуса выбежала радостная Афродита.

– Это залёт! – прошептала Лиана. – Женя?

– Залп! – тихо скомандовал я, как будто они могли меня отсюда услышать. А вдруг и правда могли? Ну и пусть, это будет последнее, что они услышат. Тут же в движение пришла лазерная турель со скрипом, довернувшая орудие и выцеливая яутжа. Блядская пушка, сколько раз говорил смазать её! Яутжа среагировали мгновенно. Один со щитом кинул под ноги Афродите нечто похожее на хоккейную шайбу только металлическую. Она, долетев до девушки выстрелила вверх сеткой на одну персону опутав её, и начала скручивать негру в бараний рог. Афродита заорала от боли.