Текст книги "Путь рассекающего ветра. Книга вторая (СИ)"
Автор книги: Василий Груздев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)
Глава 14
Динар атаковал стремительно и технично, но в лоб и без оглядки. Хотел свалить одним ударом, да не по силам оказалось псине!
Резкий шаг в сторону – форма «внезапный порыв». Противник проносится мимо, но я не стал бить – толкнул от плеча, выбросив руки ему в грудь.
Сбитый с ног, он безвольно кувыркался по помосту. Вышло достаточно забавно – хохот зрителей тому подтверждение. Уже в этот момент я понял, что он мне не соперник.
Пусть в скорости и силе я ему уступаю, но в остальном превосхожу на голову. Самое главное – он пригрыает в восприятии. Давно заметил: стоит начаться драке, и время замедляет ход.
Ещё один подарок Канона Рассекающего Ветра. Техника продолжала прорастать в моих Очагах, каждый день даруя новые возможности и улучшая старые. Сначала зрение и слух – теперь чуткость восприятия. Схватить палочками муху на лету я пока не могу, но поспевать за практиком третьей ступени Основы вполне.
Динар тем временем поднимался. Ругался, угрожал, скалил зубы, не понимая, что уже проиграл. Будь моя воля – я бы здесь его и прикончил. Жаль, правила запрещают. Ярость в моей груди распалялась, снимая сковывающие меня барьеры человечности. Передо мной нелюдь – мерзкий пёс…
Впрочем, незачем оскорблять собак. Тварь, для которой жизнь – разменная монета, заслуживает самого худшего. Сломаю гада…
Но для начала надо показать свою силу. Так чтобы моя победа не показалась кому-то случайной. Сегодня только один поединок первого круга, но заявить о себе можно уже сейчас.
– Я выпотрошу тебя, ублюдок, и скормлю твои кишки собакам, – орал Динар.
– Копаться во внутренностях, подобно трупному червю, очень тебе подходит, – отвечал я, становясь в стойку. – Бедные твои предки… Глядя на тебя из загробного мира, им приходится стыдливо отворачиваться.
– Тварь! – взревел он.
– Шелудивый пёс! Тявкать – единственное, на что ты способен?
Больше он сдерживаться не смог. Рванул в бой, забыв об осторожности и техниках. Двигался гад, надо признать, умело… Для уличного драчуна. Но отвратительно даже для начинающего практика. Делаю шаг в сторону, уходя из-под его выпада, и, присев в низкой стойке, бью навстречу.
Кулак попадает ему под дых, заставляя согнуться пополам. Небрежно выпрямившись, я схватил его за волосы и рывком снова заставил растянуться на полу.
Ему бы сейчас сдаться и бежать, но дурак, ругаясь, поднимается на ноги. Снова бросается на меня – встречный удар ноги. Точно в грудь. Отлетев, парень падает на спину и, сделав обратный кувырок, вскакивает.
Но только для того, чтобы пропустить пинок в колено – сокрушительный удар! Ци проходит сквозь меня, ускоряя, а нога Динара с хрустом изгибается под неестественным углом. Крик, полный боли, разнёсся над помостом. Но я даже не замедлился – кулак метит в горло. Ещё немного, и правосудие восторжествует…
Однако завершить движение мне не дали. Судья, до того безучастно наблюдавший за боем, сорвался с места, вмиг оказавшись рядом. Взмах его ладони, лёгкий и небрежный, отвёл мой удар в сторону, превратив его во вращение.
Действуя неосознанно, я продолжил это движение формой «сокрушительного вихря» и атаковал внешней стороной ладони… Прямо по судье!
Впрочем, он играючи отразил этот удар.
– Простите, мастер! Я случайно… – опомнился я, сгибаясь в поклоне.
Но тот лишь усмехнулся.
– Ты слишком увлёкся, юноша, – сказал он. – Ещё раз замечу, что бьёшь на убой – вышвырну с турнира.
– Понял, мастер, – я снова поклонился.
А Динар всё ещё голосил, лёжа на помосте. Я скосил на него взгляд, поморщившись. Прибить «случайно» эту тварь я был бы рад даже ценой поражения. Но и так сойдёт. Без дорогущих пилюль восстановиться ему будет непросто. А там, может, ещё где пересечёмся…
– Линь Син победил, – озвучил очевидное судья, и я покинул лайтай.
На сегодня всё. Для меня. Схватки ещё продолжались до самого вечера. Я остался посмотреть на тех, с кем придётся сражаться завтра, но лишь зря потерял время. По-настоящему интересные бои состоятся завтра, в третьем и четвёртом круге.
– Отлично себя показал, – послышался голос слева. – И чуть было не вылетел из турнира за жестокость…
Я обернулся. Рядом стоял Лис. Толпа и гвалт вокруг скрывали нас от чужих ушей не хуже шумного зала «Небесного Черпака».
– Не удержался, – пожал я плечами. – Сам знаешь…
– И потому не осуждаю, – сказал он. – Но напоминаю, что у нас общее дело.
– Так ставок же на этот бой не делали, – удивился я, не отрывая взгляда от помоста.
– Нет, – согласился Рафу. – Но на тебя рассчитывают. Если что, могут и спросить…
Я нахмурился. Мне эти слова не понравились. Уговора такого не было, а тут вдруг выяснилось…
– А если я проиграю следующую схватку? – спросил я.
– Всякое бывает – вопросов не будет, – ответил делец. – Но если сам с турнира снимаешься или по глупости вылетишь, счёт выставят.
– Мы так не договаривались, – буркнул я.
– Это само собой разумеется, – возразил Лис. – О том, что нельзя болтать про наш договор, тоже не договаривались, но будь уверен: за такое сделают больно.
– Понял, – вздохнул я. – Буду осторожней.
Стоило сказать, как Рафу растворился в толпе, а желание смотреть на поединки пропало. Толкаясь локтями, пошёл на выход. Оказавшись за стенами павильона, огляделся.
Прохладный ветер заставлял ёжиться. Обед я пропустил и собрался наверстать его плотным ужином. Но сперва решил заглянуть в «Дом ароматной воды», смыть пот и грязь. А заодно и погреться.
Добрался бегом. Зашёл, сразу оставил бабуле Нэне три медяка и уже начал раздеваться, как вслед за мной вывалился один из недавних знакомцев. Чон Хо – мужик средних лет, работавший поваром. Судя по раскрасневшемуся лицу, он был уже навеселе.
– Линь Син! – воскликнул он. – А я ведь видел твой бой! Двадцать медяков выиграл! Как ты того парня? А в конце вообще! Опасный ты малый!
Восхищался он так громко, что в комнату тут же ворвалась Лили.
– Ты чего это разорался! – негодовала девушка.
– Здравствуй, Лили, – Чон прищурился. – Прямо уж разорался? Просто поздравляю парня с победой в первом круге турнира!
Я коротко поклонился, здороваясь, радуясь, что в этот раз хотя бы в штанах.
– Подумаешь, первый круг, – фыркнула она. – Там и стараться особо не надо.
– А он и не старался! – хохотнул мужик. – Отпинал парня, что был на две ступени выше, словно слепого щенка. А как он ему колено в конце в обратную сторону вывернул!
– Фу! – скривилась Лили. – Вот поэтому я и не люблю турниры…
– Какая-то ты слишком нежная для девушки, что живёт среди практиков секты, – сказал Чон, удостоившись злобного взгляда.
– Если бы не бабуля, – ответила та, – давно бы уже отсюда сбежала.
– И бросила бы нас? Ну уж нет! – деланно расстроился повар. – Живите вечно, Нэна!
– Деньги давай! Зубы не заговаривай! – в ответ возмутилась бабка.
– Вот, – Чон протянул горсть монет. – Боярышного отвару прибавь. Выпьем за твою победу, парень!
– Не могу, старший, – помотал я головой. – Завтра опять на помост выходить.
– А мы по чуть-чуть, – уговаривал мужик.
– Сказано же тебе, – вступилась за меня Лили. – Ему завтра сражаться! Голова должна быть чистой. Так уж и быть, прибавлю ему кружку прохладного чая.
Развернувшись, она вышла за дверь, а я по-быстрому разделся и проскользнул в банный зал, где сегодня было особенно людно. Чон поспешил за мной. Оказывается, за чаркой отвара здесь уже обсуждали первый день турнира, а после рассказов повара поводов заметно прибавилось.
Еле отбился от них. Согревшись и выпив доставшийся мне даром подслащённый мёдом чай, поспешил на выход. Только я оделся, как из дверей выскочила Лили. Поверх обычного платья у неё был накинут тёплый плащ с завязками на шее.
– Не против проводить девушку до дома? – спросила она у меня, переглянувшись со старухой.
– Нет, конечно… – неуверенно протянул я.
– Вот и замечательно, – сказала девушка и, дождавшись, когда я открою дверь, выскользнула наружу.
Удивлённый и немало смущённый, я косился на идущую рядом прачку. Мы шли в сторону западного квартала – если это и было направление к её дому, угадал я случайно. Тамошние домики, вроде того, где жила Ли Сюэ, часто снимали внешние ученики или слуги, кому повезло хорошо устроиться.
Аренда комнаты за два серебряных в год была недешёвой, но зато собственное жильё, а не переполненный бесплатный барак, в котором даже двери не запирались.
Не верилось, что я настолько приглянулся Лили, чтобы она решила за мной ухлёстывать… Впрочем, прояснилось всё быстро. Стоило нам отойти от бани на пару десятков шагов, как девушка оглянулась на дверь и повернулась ко мне.
– Ты извини меня… Син? Так ведь тебя зовут? – спросила она.
– Именно так, старшая.
– Зови меня просто Лили, – попросила она.
– Хорошо, Лили, – кивнул я. – И за что должен тебя извинить?
– За то, что использовала как повод, чтобы сбежать пораньше, – хохотнула девушка. – Бабушка у меня строгая, но слегка помешанная. Всё меня замуж выдать пытается. Вот я…
– Пользуешься случаем, – кивнул я. – Значит, провожать тебя не надо?
– А ты уже настроился? – спросила она игриво.
– Настроился плотно поесть. С утра не евши, – ответил я бесстрастно, как мне показалось. – Так что если ты не против, я поверну в сторону трапезной.
– Так я и сама перекусить хотела! Пошли, покажу одно местечко неподалёку. Десяток медяков потратить придётся, но зато нормальная еда, а не то, что в этой тошниловке бесплатно дают.
Тут я с ней был согласен. Единственное достоинство трапезной, – дешевизна. Когда откладываешь каждый медяк, три раза подумаешь. Лис, у которого всё и везде схвачено, и тот предпочитает жить в бараке и есть из общего котла.
Но иногда ведь можно себя побаловать?
– Веди, – согласился я.
И она повела меня по закоулкам торгового квартала. Большая часть лавочек и мастерских была уже закрыта. Луна скрыта густыми тучами, даже зябкий дождик накрапывает. На центральных улицах горели лампы, но здесь темень.
Не умей я видеть во тьме – пришлось бы идти вслепую. Но и Лили шла уверенно. Видимо попамяти – не первый раз. И совсем не смущаемтся, что рядом топает незнакомец. Рискует. Мало ли, вдруг у меня нехорошие мысли возникнут? Кто ей придет на помощь?
Рассчитывать на стражу глупо: Внутренний город большой, и за всем не уследишь. Пусть грабители на улицах почти не встречаются, однако дураков хватает: один выпил лишнего, у другого от плохо сваренной пилюли разум помутился, третьему голову отбили.
Прибьют – не заметят. Или сначала «заметят» пару раз, а потом прибьют, чтобы некому было пожаловаться. Найди потом виноватых… Быка я, считай, в самом центре порешил. Хотя там, может, и не искали, с подачи Дзяна…
В общем, небезопасно молодой девушке по тёмным улочкам хаживать. Разве что она сама кого хочишь голыми руками поломать может? Спросил, из любопытства.
– Нет, – ответила Лили. – Вторая ступень Основы. Бросила я этим заниматься. Не мой это путь…
Голос её при этом погрустнел, будто она вспомнила нечто крайне неприятное. Место, куда меня привела девушка, было крохотным. Небольшая стойка с лавкой и малюсенькая кухня. В лучшем случае пять человек поместятся.
– Привет, дядя Фань! – поздоровалась девушка.
Мужик за стойкой был огромный, круглолицый и добродушный. Увидев Лили, он расцвёл.
– Привет, племяшка, – отозвался он. – Смотрю, ты нынче не одна…
– А ты не смотри, – ответила она. – Скажи лучше, что у нас сегодня?
– А то не знаешь? – фыркнул мужчина.
И на столешнице перед нами начали появляться плошки. Первая – до краёв наполненная дымящимся рисом, поверх тушёные в тёмном соусе куриные желудки. Рядом небольшая деревянная тарелка с остропахнущей квашеной редькой и морковью.
Запах от всего этого стоял такой, что я невольно сглотнул. Десять медяков за такую порцию – мелочь. Уплетал за обе щеки под насмешливые взгляды Лили. Впрочем, и сама она не отставала.
Кроме нас тут ужинали ещё двое слуг. Оба уже немолодые – сетовали хозяину, что на рудник теперь наниматься нет смысла. Скверна из горы ушла – справятся и обычные люди. А обычные люди секте обходятся намного дешевле. Я ел да помалкивал, помня, чья в этом вина.
Под конец дядя Фань угостил нас мутным кисло-сладким напитком – брагой, но очень лёгкой, освежающей. Закончив с едой, распрощались с радушным хозяином и как-то сами собой двинулись в сторону западного квартала.
– А почему бросила практики? – спросил я. – Тоже упёрлась в свой предел?
– Не успела, – поморщилась девушка. – У меня ведь неплохо получилось. На испытаниях чуть было не дотянулась до внешнего ученика. Думала, быстро наверстаю. Мать могла помочь… Но в тот год она из Диких Земель не вернулась.
Я молча слушал, уже пожалев, что спросил. Оказалось, Лили в секте с младенчества. Росла на руках бабушки Нэны. Та ей была не родная, но за небольшую плату приглядывала за ней в отсутствие матери – внешней ученицы. Мать дома появлялась редко – всё больше по заданиям секты пропадала. И пропала с концами…
С тех пор Лили и забросила практики – не захотела повторить её судьбу, рискуя ради сомнительного будущего. Порывалась совсем уйти, но бабушку бросить не могла…
Я уж думал, что сказать в утешение, когда девушка вдруг встрепенулась. Прогнав грусть из голоса, она начала расспрашивать меня – наврал по полной: про поздно проявившийся талант. А пока шли до её дома, всё больше про травы рассказывал.
Домик оказался точь-в-точь как у Сюэ, разве что цветы на клумбах другие… Снова накатила бессмысленная обида на травницу.
– Не зайдёшь? – спросила Лили, глядя на моё вдруг потемневшее лицо.
Я безмолвно покачал головой.
– Ну, может, это и к лучшему, – улыбнулась девушка и, кивнув на прощание, удалилась.
А я отправился спать и набираться сил. Завтра предстояло ещё две, а то и три схватки.
* * *
Второй поединок оказался ещё проще первого. Парень, вышедший против меня, был второй ступени Основы. И дрался даже хуже Динара. Показать свою истинную силу тут никак не получалось. Пришлось снова устроить показательное избиение, но в этот раз осторожно, чтобы не сломать соперника.
Поднявшись в пятый раз с каменного помоста лайтай, парень поклонился, признавая поражение.
И только следующий бой должен был оказаться по-настоящему сложным. Противник прошёл в третий круг так же легко, двигался умело и был на четвёртой ступени. Узнал я это от Рафу – когда он дал отмашку побеждать. Если справлюсь – в следующем круге на меня ставки будут уже серьёзные.
– Дай Таймен, четвёртая ступень Основы, – объявил глашатай. – Против Линь Сина – первая ступень Основы!
Видимо, этот Дай наблюдал за моими прошлыми поединками или просто был осторожен… Главное – недооценивать он меня не стал. Стойку принял как положено и приближался короткими шажками, не теряя баланса. Судя по движениям, использовал он технику Хвост Дракона с упором на ноги: подсечки и размашистые удары с разворота. В отличие от моей техники, где большая часть форм – удары руками.
Первые мгновения боя он прощупывал меня, нанося резкие мощные выпады, заставляя отступать. А когда убедился, что имеет преимущество, превратился в безудержный вихрь! Длинные ноги, прекрасное владение техникой и приличный боевой опыт. Грубых ошибок он не допускал, с каждым мгновением загоняя меня всё ближе к краю помоста.
Я же не спешил, выискивая бреши в ритме его ударов. Мало атаковать в ответ – надо так, чтобы он это прочувствовал сполна. Иначе в следующий миг меня настигнет сокрушительный ответ. С такой разницей в силе размениваться ударами – глупость.
Отступая, я искал лучший момент. И нашёл. Заметил, что, делая подсечку, он каждый раз, продолжая вращение, наносит удар с разворота. Само по себе это не ошибка, но, повторяя одно и то же раз за разом, он напрашивался на болезненный ответ…
Прикинув, как буду действовать, кувырком вышел из угла и отбежал к центру площадки.
– Хватит бегать, слабак! – злился противник. – Дерись или же сдавайся!
– Я дал тебе возможность показать себя, – сказал я. – Но на этом всё, парень. Готовься упасть.
Тот вроде даже разозлился, но бросаться бездумно в бой он не стал. Разве что движения его слегка ускорились. Впрочем, это не имело значения. Дождавшись, когда он сделает подсечку, я ушёл назад формой «внезапного порыва».
Следующий его удар с разворота, ожидаемо, метил мне в голову. Но я не отступал! Наоборот, сблизился, пропуская взмах над собой. Нырнул вниз вкладывая в следующий удар всё, что у меня было: скорость, силу и Ци – форма «нисходящий поток»!
Мой кулак угодил чуть выше его колена. Костяшки отозвались отчаянной болью, но противнику было много хуже. Заорав, словно раненый зверь, он перевернулся в воздухе и с грохотом рухнул на помост. Попытался вскочить, но нога его подвела.
Я же не зевал – два быстрых шага, чтобы набрать силы, и добивание в услужливо подставленную челюсть! Хватило, чтобы Дай больше не смог подняться.
Рука всё ещё жутко пульсировала от растекающейся по ней боли, но я лишь самоуверенно улыбнулся, потрясая кулаком. Хорошо получилось – по сути, в два удара, а самого даже не зацепило!
– Победил Линь Син! – огласил судья, и я бодро сошёл с помоста.
Затерялся в толпе участников и только теперь позволил себе болезненную гримасу. Кулак будто объят огнём. Лишь бы кости целы остались! Отойдя в сторону, присел под навесом возле стены, направляя Ци в кисть. Стало немного легче.
– Молодец! – шепнул Лис, подскочив ко мне. – Теперь осталось так же красиво проиграть!
– Рука, – пожаловался я. – Не могу пошевелить.
– Это мы щас! – он достал из мешочка на поясе баночку и сам начал втирать мне в руку густую, резко пахнущую мазь.
Подействовало мгновенно. Боль стихла, а спустя четверть часа ушиба как не бывало. Хорошо! Значит, в следующей схватке выложусь на полную. Если противник окажется хотя бы сравним с Даем по силе, пропустить «случайный» удар будет несложно.
Ожидания оправдались. Снова четвёртая ступень Основы. И, если верить Рафу, весьма техничен – Железный Кулак использует на полную.
До боя оставалось около часа, когда меня подозвали к распорядителю турнира…
– Пойди, распишись в бумагах, – приказал он, указав на дверь в стене. – Тебе, как вышедшему в четвёртый круг, положено.
Что за бумаги? И почему положено? Я искренне удивился, но не придал этому значения и, только сделав шаг внутрь тёмного прохода, осознал, что происходит нечто неладное. В глубине, возле самой стены, стоял Лис. Рядом пара внешних учеников в красных повязках. Ещё двое, схватив меня под локти, повели внутрь.
– Что происходит? – спросил я взволнованно. – Мне сказали расписаться…
– Сейчас распишешься, – хмыкнул страж.
Сопротивляться не было смысла. Сцепив зубы и стараясь побороть нарастающий страх, шёл, куда приказали. Завели в комнату без окон и отпустили. Следом показался и Лис. Судя по всему, он в том же положении, что и я.
Хотел задать ему вопрос. Уже было открыл рот, но, нарвавшись на его тяжёлый взгляд исподлобья, промолчал. А спустя ещё пару мгновений в дверях комнаты показались двое мастеров: один высокий седой, другой моложе и поменьше. Оба – в чёрных халатах-ханьфу с красными воротниками и серебристой вышивкой…
Я узнал этот наряд – так одевались люди, подчинявшиеся напрямую патриарху, пренадлежащие Павильону Дознания. Вперёд выступил тот, что пониже: с жуткой улыбкой демона и тонкими усиками. Глаза весёлые, но не обещающие ничего хорошего.
– Здравствуйте, ребятки, – ухмыльнулся он. – Рассказывайте, что это вы тут удумали?
Глава 15
– Ну что же вы молчите? – говорил маленький мастер-дознаватель. – Рассказывайте: кто надоумил, с кем в сговоре?
Хищное выражение не сходило с его лица. Прогуливаясь по комнате из стороны в сторону, он ожидал ответа, в то время как его долговязый напарник молчаливым истуканом замер в дверях.
– Мы не понимаем, о чём вы, старший, – ответил за нас обоих Рафу.
Я решил молчать. Да что тут скажешь? Голова пустая. Внутри всё сжалось от страха, вздохнуть тяжело…
– Всё ты понимаешь, Рафу Сато, – голос дознавателя был слегка гнусавым и насмешливым. – Или ты предпочитаешь, чтобы я звал тебя Лисом? Или дельцом? Сделки твои тоже не всегда законные. Сидел бы ты в своём малом болоте безвылазно… Так нет же! Полез туда, где большие деньги…
Рафу мгновенно побледнел.
– Мы ничего не сделали, – выпалил я.
– Пока нет, – согласился человек патриарха. – Но на твоё поражение, Линь Син, кто-то поставил двадцать золотых. Скажи-ка, парень, ты ведь не собирался проиграть?
– Нет, конечно! – ответил я поспешно.
– Я хочу тебе верить! – маленький дознаватель снова расплылся в улыбке. – Но вдруг всё иначе? Что, если твой соседушка договорился с Домом Чёрной Соли о подставном бое?
Я сглотнул ставшую вязкой слюну. Дом Чёрной Соли… Кто же о нём не слышал? Когда-то – контрабандисты, промышлявшие обычной солью. Теперь – тайное преступное общество, бравшееся за всё: от работорговли до наёмных убийств.
Никто никогда не укажет на члена этого Дома, но сети его раскинулись по всей Империи. Неужто даже в самой секте? Я не хотел в это верить. Когда соглашался на предложение Рафу, думал: это кто-то из местных нечистых на руку слуг или учеников отмывает деньги. Знал бы, кто за этим стоит, – держался бы подальше.
– Страшно, парень? – глядя на моё лицо, зашептал дознаватель и вдруг рыкнул: – Раньше надо было думать! А ты что молчишь, Лис? Скажи ещё, что не знал, с кем связался?
Рафу снова промолчал. Я покосился на его лицо и понял – знал. Рискнул и проиграл.
– Сато, Сато… Неужто ты думал что мы слепые? – кривился мерзкой улыбочкой дознаватель, – Нет, парень. У нас везде свои глаза и уши. Стоило тебе начать задавать вопросы, как мы уже всё знали. Где, с кем, когда. Осталось лишь вырвать с корнем эту гниль!
Последние слова он прорычал, а меня передёрнуло. Страх нахрынул с новой силой. Что с нами теперь сделают? Видимо, этот вопрос читался в моих глазах.
– Пока ничего, – сказал практик, не переставая пугающе улыбаться. – Разве можно наказывать за не совершённое преступление?
Повисла тишина. Дознаватель заглядывал мне в глаза, дожидаясь ответа.
– Нельзя? – спросил я неуверенно.
– Можно, – усмехнулся мужчина в черном халате. – Но я так уж и быть не стану. Выиграешь – считай повезло. Проиграешь – пеняй на себя.
Я не позволил надежде зажечься. Не поверил, что это может быть правдой.
– Это что касается тебя, Линь, – закончил он и повернулся к Лису. – Теперь ты, Сато. Держи.
Он выудил из мешочка на поясе золотую монету и протянул соседу.
– Ты же жаждал золота? Возьми. Я сказал, возьми! – дознаватель схватил Рафу за руку и вложил монету. – Поставишь на своего друга. Да так, чтобы все видели и никто не усомнился в том, что ты веришь в его победу.
В наступившей тишине голос Лиса прозвучал обречённо:
– Понял…
– А теперь маленькая деталь, – «демон» указал на меня пальцем. – Держите его.
В комнату ворвались двое стражей. Не успел я опомниться, как оказался на полу лицом вниз. Скрутили так, что не вздохнуть. Краем глаза увидел, как надо мной нависает высокий дознаватель. В его руке был короткий нож, испещрённый светящимися рунами!
Я почувствовал, как ворот рубашки оттянули вниз. Острие коснулось кожи под лопаткой. А затем меня накрыла волна боли. Будто одновременно резали по живому и клеймили раскалённым металлом. Пытался орать от страха и бессилия, но мне заткнули рот, а когда отпустили, подняться на ноги я уже не смог…
Бросив меня в угол комнаты, они то же самое проделали с Рафу. Прислонившись спиной к холодному камню, я наблюдал, как клинок чертил на его спине символы. Хотел – и не мог отвести взгляда. Стоило долговязому закончить, как символы, сложенные в рунный круг, засветились.
Раны обработали мазью. Обычно этого хватало, чтобы унять боль, но у меня на спине до сих пор полыхал пожар. Словно нечто вытягивало из меня жизнь, вгрызаясь в Духовное Тело.
– Мне же ещё как-то сражаться надо, – пожаловался я, чувствуя полное изнеможение.
– Успеешь отойти, – пообещал дознаватель. – Или не успеешь. Тебе же хуже…
Нас с Лисом оставили в комнате наедине. Тот сидел у противоположной стены с отсутствующим видом. Обычная для него самоуверенность испарилась. Я же, взяв себя в руки, пытался соображать.
– Думаешь, нас отпустят? – спросил я у Рафу.
– Отпустят, – кивнул он. – С меткой под кожей и так найдут где угодно.
Значит, метка. Печать, которая укажет, где искать, если вздумаем дать дёру. Небо, ну за что мне это?
– Дом Чёрной Соли? Серьёзно? – не удержался я.
– Ты сам согласился…
– Не на такое! – кулаки сжались сами собой. – Они… Я…
Слова не подобрать от волнения.
– Ты мертвец, – подсказал мне Рафу. – И я мертвец. Дышим ещё, но могилы наши уже копают. Проиграешь – нас казнит секта, выиграешь – прикончит Дом. Выхода нет.
Захотелось завыть от обиды.
– Тварь ты, Рафу… – вырвалось у меня.
– Ага, – согласился парень, недобро усмехаясь. – А ещё это я тебя тогда продал, с пилюлей…
Ярость снова застлала мне глаза: ещё мгновение – и я накинулся бы на него… Но следующие слова погасили её.
– Не знал я, что Дзян на тебя охотится, – Лис закрыл глаза. – Меня спросили, и я, как всегда, продал сведения. Но будь такая возможность – повернул бы время вспять. Прости, что втянул…
Он с глухим стуком ударил затылком о стену. Морщась от боли, застонал. Золотая монета, зажатая в его руке, звякнула о каменный пол… Тишина. Что тут еще скажешь? Я прислушался к ощущениям.
Жар на спине начал униматься, а вместе с ним возвращались силы. Печать перестала поглощать Ци, будто наелась. Невольно вспомнилось колечко из библиотеки. Оно тоже продолжает тянуть. Всё так же…
Вернее, не совсем. Несколько дней назад оно вдруг засветилось на мгновение. Нить, связывавшая нас, стала толще… Но этим всё и кончилось. Только энергии стало пить немного больше. Сколько времени прошло, а оно так и оставалось загадкой.
Через полчаса двери открылись. Невысокий дознаватель зашёл, огляделся и подобрал с пола сверкающий кругляш. Монета заметно помялась.
– Ну кто же так с деньгами обращается, Сато? – показал он монету Рафу. – Я думал, ты их умеешь ценить. Забирай и делай ставку, как сказано.
Парень не двинулся с места, а практик, оскалившись, зарычал:
– Бегом, тварь! Или я вырву твое сердце прямо сейчас.
Почему-то сомневаться в этом не приходилось. Лис тут же проникся. Вскочил, схватил монету и прошёл мимо мастера.
– И ты иди, – кивнул он мне, посмеиваясь. – Поединок скоро начнётся. Не разочаруй меня, Линь…
На входе никто не остановил. Да и не было никого. Пустой проход вывел меня к той же двери. Вышел, щурясь на вечернее солнце. На помосте шли последние, отчаянные схватки, уже мало походившие на уличные драки. А последняя привлекла немало внимания: сражалась вчерашняя девчонка.
Причём снова побеждала. Не так легко, как прежде, но уверенно. Вот она делает подсечку – противник, сбитый с ног, падает. Вскакивает, вскидывая кулаки, защищая голову…
Но девушка метит не в неё – подшаг и наносит сокрушительный удар пяткой с разворота в грудь. Парень, согнувшись, опускает руки и тут же получает по лицу с другой ноги. Хлёсткий и мгновенный пинок заканчивает поединок. Зрители гудят от восторга. И даже старейшина Му одобрительно кивает.
– Сиииин! – раздалось откуда-то сверху слева.
Я завертел головой, ища источник звука. Справа, свесившись с перил зрительского павильона, махала мне рукой Лили.
– Привет! – махнул я в ответ, кисло улыбнувшись.
– Чон сказал, что ты вышел в четвёртый круг! – кричала она. – А бабушка отпустила посмотреть.
– Снова пользуешься случаем? – крикнул я в ответ.
– И это тоже! – не стала врать она. – Но и поддержать заодно… Я на тебя двадцать монет поставила! Не подведи!
Я был рад её видеть. Приятно, что несмотря ни на что. Вчера я успел пожалеть, что так внезапно сбежал. Кто же от такого предложения отказывается? А сегодня мне уже было не до этого.
– Поверь! Драться буду так, будто на кону собственная жизнь! – ответил я, внутренне поморщившись.
– Не надо за жизнь. Но если победишь – с меня ужин! – пообещала она.
И, судя по взгляду, не только ужин. Я потряс кулаком, принимая ставку, и пошёл к помосту. Как раз объявляли новую пару участников. В том числе и меня – дознаватель выпустил ровно перед самым боем… Видимо, чтобы глупостей не успел натворить.
Лис тоже выполнил порученное. Видел, как он подошёл к стойке приёмщика ставок и высоко поднял руку с монетой. Слов я не слышал, но был уверен: он кричал, как велено, что искренне верит в победу друга.
И только сейчас до меня дошло, зачем это устроил дознаватель: послание Дому Чёрной Соли. Мол, всё знаем, и по-вашему здесь не будет. А с подельниками своими разбирайтесь сами.
Прав Рафу: прикончат нас рано или поздно. То, что мы с ним делаем, – плевок в лицо преступному миру. Такое не прощают… Да только выбора у нас нет. Угрозу вырвать сердце здесь и сейчас разменяли на отсрочку.
– Линь Син, первая ступень Основы, – объявил глашатай. – Против Ли Тао – четвёртая ступень Основы.
Я выдохнул. Прежде я и не думал его побеждать – только убедительно проиграть. Боец он сильный во всех отношениях: на помост выходил неторопливо, вразвалочку, словно уже считал себя победителем.
На голову выше меня и сильно шире в плечах. Руки – две кувалды, перетянутые кожаными ремнями. Выглядел он неповоротливым, но считать так было бы ошибкой – я видел один из его боёв. Двигаться он умел стремительно.
– Ну что, мелочь, поиграем? – бросил он, глядя на меня с презрением. – Ты хоть понимаешь, куда влез?
Я растерянно оглянулся, прежде чем ответить:
– Вроде на помост-лайтай. Турнир у нас. Победить надо. А чего ты спрашиваешь? Потерялся?
– Тупой, что ли… – скривился он, пытаясь меня уязвить, но и я стесняться не стал.
– Ну не всем же быть умными. Ты вон высокий – тоже достоинство…
– Да я тебя… – в глазах его мелькнула злость.
Это пожалуйста: злость – плохой советчик. Того глядишь, и подставится. Тем временем судья дал сигнал к началу поединка. Однако Тао не спешил атаковать, руками и ногами не махал, шёл медленно, сокращая расстояние между нами.
Но не абы как, а по всем правилам техники Железного Кулака. Стойка, шаг – всё выверено. Я ждал, когда он начнёт, чтобы понять, как действовать, но он с этим затягивал. Пружинисто перебирал ногами, готовый в любой момент сорваться в атаку, но и о защите не забывал.
Кружили мы так долго – даже зрители начали уставать. Послышались насмешливые выкрики. Здоровяк не обращал внимания, я и подавно. Он понимал, что свалить его я смогу только в случае серьёзной ошибки, и не рисковал. Я знал, что с его размерами и рангом я ему на один удар…
Знал… И все равно первый его выпад едва не пропустил. Увидел, но отстраниться не успевал. Разница в скорости сказалась. Дёрнул головой в последний момент, чувствуя, как воздух обжёг щёку… Тут же резко ушёл в сторону формой «внезапного порыва», готовый к продолжению. Вскинул кулак…




























