Текст книги "Системный разведчик. Адаптация. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Валерий Юрич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Глава 11

Я скептически выгнул бровь:

– Это признание прозвучало сейчас как‑то двусмысленно.

– Не извращай, – отмахнулся Иван. – Я говорю о другом. Ты – не просто какой‑то там беглый берсерк или гладиатор. Ты другой. Не знаю уж насчет всех этих бредней про Сципионов, но одно то, что ты вернулся к жизни, говорит о многом. Я вообще молчу о двух гримлоках, мутагене Хамуса и прочих сюрпризах, которые ты пока скрываешь. Такие бойцы на дороге не валяются. Тем более – в начале восстания.

Он выпрямился и заговорил жестче:

– Так что у меня условие. Я помогу с Орлиным гнездом. Вытащим твоего гладиатора. Но после этого ты поможешь нам с нашим делом. Не «подумаешь», не «посмотришь по обстоятельствам», а присоединишься к нам. Не обязательно под чьим-то прямым командованием, но в рамках восстания. Иначе – извини. Ни людей, ни информации, ни ресурсов ты от меня не получишь.

Маша, до этого сидевшая тихо, возмущенно дернулась:

– Вы охренели⁈ – яростно рванулась она к Ивану. – Хотите, чтобы он полез в вашу мясорубку, еще и за спасибо? После всего, что вы сделали с моим отцом⁈

– Маша, – глухо произнес я.

Она метнула в мою сторону раздраженный взгляд:

– Что – «Маша»⁈ Они же… – голос сорвался. – Они всё спланировали так, чтобы папа… – Она прикусила губу, пытаясь сдержать рвущийся наружу крик.

Иван выдержал ее взгляд. Не оправдывался, не извинялся.

– Я не собираюсь рассказывать ребенку, как делаются такие вещи, – сухо произнес он. – Скажу только одно: Степан знал, на что идет. И принял этот выбор сам. Иначе бы он не связался с нами.

– Он не знал, что вы его просто кинете! – воскликнула Маша.

– Мы не собирались его кидать, – жестко отрезал Иван. – План посыпался. Такое бывает на войне.

Я поднял руку:

– Хватит. – Голос прозвучал устало, но твердо. – С этим потом разберемся. Сейчас давай к сути.

Я перевел взгляд на Ивана:

– Ты хочешь, чтобы я принес еще кучу жизней на алтарь ваших «высоких целей». Я, честно говоря, устал от таких раскладов еще в прежнем мире. Поэтому давай так: я озвучу, что меня волнует, а ты скажешь, что конкретно предлагаешь.

Иван кивнул:

– Валяй.

– Первое. – Я загнул палец. – Я не собираюсь становиться твоим ручным псом. У меня есть свои планы, помимо Орлиного гнезда. Если твои приказы будут им противоречить, я их выполнять не буду.

– Не вопрос, – сухо бросил Иван. – Ты не будешь никому присягать. Мне нужны лишь твоя сила и твоя голова там, где они смогут изменить исход боя.

– Второе. – Я загнул еще один палец. – Я не собираюсь умирать за ваши красивые лозунги, пока ты из теплого бункера будешь отдавать приказы. Я видел, как работают такие «революции». Мне нужно точно знать, что ты сам пойдешь туда, куда пошлешь своих людей.

Иван криво усмехнулся:

– Ты уже был со мной у моста. Видел, где я находился, пока мои парни кровью харкали. – Он пожал плечами. – Я не кабинетный вояка. Успокойся.

– Третье. – Я загнул следующий палец. – Маша. – Я почувствовал, как та напряглась. – Она теперь такая же, как я. И, хочешь ты или нет, она влезла в это дерьмо по самую макушку. Я за нее в ответе. Любая попытка использовать ее, как вы использовали Степана, приведет к тому, что я лично приду и спрошу с тебя по полной. Без разговоров про «высокие цели».

Иван чуть приподнял бровь, глянув на Машу. Та стояла, сжавшись в комок, но взгляд был уже не девчачий, а жесткий, взрослый.

– В этом мы даже сходимся, – равнодушно заявил он. – Вы – слишком ценный ресурс, чтобы раскидываться вами, как расходниками. Она будет решать сама, куда ей идти. А ты сама что думаешь? – И он холодно посмотрел на Мари.

Она хмыкнула и негодующе прошипела:

– Спасибо, что спросили. – А потом перевела взгляд на меня. – Алекс, если ты полезешь в это дерьмо, я с тобой. Понял?

– А Прохор что говорит? – не удержался я, попытавшись скрыть иронию в голосе.

Маша на секунду замолчала, прислушиваясь, потом фыркнула, уголки ее губ дернулись:

– Говорит, – она постаралась передразнить чопорного искина, – ситуация крайне неблагоприятна, но перспективна. Рекомендую заключить союз на ваших условиях, но не забывать, что у каждой революции есть привычка пожирать своих творцов. – Она криво усмехнулась. – И добавил, что ты ему не нравишься.

– Взаимно, – буркнула мне на ухо Майя. – Надутый выскочка.

Я кашлянул:

– Передай ему, пусть не борзеет. Мы еще посмотрим, кто кого сожрет.

– Передашь сам, – отмахнулась Маша. – Он уже и с тобой канал наладил. Говорит, если ты будешь формулировать мысли четче, ему будет гораздо проще их воспринимать.

– Охренеть! – выдохнул я. – Осталось для полного счастья только кота завести, и идиотская семейка будет в сборе.

Иван все это время молча слушал, не вмешиваясь. Наконец, он потер пальцами переносицу и сухо спросил:

– Значит, по условиям… Ты отдаешь мне Призрачного охотника после операции в Орлином гнезде. Я помогаю тебе вытащить гладиатора. Взамен ты вступаешь в наши ряды и действуешь с нами заодно, пока с оккупационным режимом на территории Нижегородской губернии не будет окончательно покончено. Так?

– Не совсем, – покачал я головой. – Слово «окончательно» здесь явно лишнее. Я гарантированно помогаю вам только в наступательной фазе операции. Когда вы прогоните врага со своей территории, я умываю руки. Потому что сразу после этого на вас попрет вся мощь Содружества, а вместе с ней и его союзники. На суицид я не подписывался. И если в ваших стратегических планах такое развитие событий не предусмотрено, то примите мои соболезнования.

– Предусмотрено, можешь не сомневаться, – медленно протянул Иван и задумался.

На этот раз – всерьез. Секунды тянулись долго. Вокруг повисла звенящая тишина, только где‑то за домом ухала сова, да ветер продолжал петь свою заунывную песню. Наконец, Иван кивнул:

– Принимается. Ты нам нужен именно сейчас, когда тут все заполыхало. А там… – он пожал плечами. – Там видно будет. Если доживем.

Я, конечно, понимал, что силы восставших будут брать Орлиное гнездо в любом случае. Даже если наша сделка не будет заключена. Оставлять серьезные силы врага у себя тылу никто не будет. Но сейчас передо мной остро стоял вопрос времени. Штурмовать базу надо было прямо сейчас, пока Саньку не успели в очередной раз эвакуировать.

В этот момент вновь активизировалась Майя:

– Аид, напомни товарищу революционеру, что у тебя есть Жало Дорхана. И если он вздумает тебя «случайно» списать, у него могут возникнуть серьезные проблемы со здоровьем.

Я хмыкнул. Мысль была здравая. С единственной поправкой: не следует пока раскрывать все карты и выдавать информацию про Жало.

– И еще. – Глянул я Ивану прямо в глаза. – Если у кого-то из вас возникнет желание кинуть меня, как Степана – ни Призрачного охотника, ни своей головы ты больше не увидишь. Я доберусь до тебя. Чего бы мне это ни стоило.

Он выдержал мой взгляд, потом медленно кивнул:

– Учту. – И неожиданно протянул руку. – Договор, Карамазов?

Я секунду помедлил. Перед глазами вспыхнуло: коридор подвала, Черная метка на ладони Маши, мешок у забора. «Мы долго к этому готовились… Степан знал, на что идет…» Все это никуда не делось.

Но с другой стороны – Орлиное гнездо я один не возьму. Даже с двумя гримлоками и Жалом. А Дозор – наш общий враг. Слишком уж плотно переплетены нити. Либо я буду действовать сам по себе и по собственным правилам, либо – временно с теми, кто эти правила кроит по‑своему.

– Договор, – сказал я и пожал его руку.

Хватка у него была крепкая, сухая, без лишнего мужицкого нажима. Он не пытался доминировать. Просто фиксировал факт.

– Отлично, – коротко бросил Иван. – Теперь – к делу. – Он мотнул головой в сторону едва заметного зарева над лесом. – Зареченск уже полыхает. Времени у нас мало.

– Обрисуй вкратце обстановку, – я внимательно посмотрел на собеседника.

Иван сдержанно кивнул и начал, будто выкладывая на стол уже давно выверенный план:

– После того, как аура Хилла вспыхнула и погасла, мы дали отмашку. Южный, восточный и северный районы поднялись почти одновременно. – Он загибал пальцы. – Южный – трущобы и складская зона. Там наши основные силы. Баррикады, огневые точки, склады с оружием. Восток – большая жилая зона, мастерские, часть переработки. Север – много брошенного жилья и старые бараки. Там очаги поменьше, но зато люди там обозленные, как черти.

– Выезды? – уточнил я.

– Захвачены, – кивнул он. – Все крупные развязки возле города под нашим контролем. Мост через Ижицу вы сами видели. Второй, железнодорожный, мы тоже перекрыли, частично разрушили полотно. Второстепенные трассы заблокированы завалами и заминированы. Западная база Дозора захвачена без единого выстрела. Там были наши люди. При этом основная часть личного состава отбыла в город из-за желтой опасности. Так что гарнизон и Дозор в Зареченске сейчас в полноценном котле.

– И где они сидят?

Иван ткнул пальцем в сторону города:

– Западная часть. Там казармы и арсенал гарнизона, а также фабрика по переработке этериума. Плюс административный квартал и особняк мэра. Они отошли, когда поняли, что в трущобах и в центре их просто размотают. Сидят, как крысы по норам, под прикрытием бронетехники и тяжелых турелей.

Я прикинул в уме.

– То есть по факту: три четверти города под восставшими. Запад – под неприятелем. Но все пути снабжения заблокированы. Тогда почему вы не добиваете их сейчас, пока они не успели перегруппироваться? – скептически прищурился я.

Иван вздохнул:

– Отчасти потому, что у нас не так много тяжелого вооружения. Отчасти из-за того, что район фабрики, где они засели, очень хорошо укреплен. Но главная причина не в этом. Губернатор провинции должен понять, что тут все серьезно и главное – надолго. Только в этом случае гарнизон Нижегородской губернии двинет сюда основные силы. Пока они гадают, не локальный ли это бунт местных партизан, которые при первой серьезной опасности разбегутся по местным лесам. Но если поймут, что город реально уходит из-под контроля – пошлют бригаду, а то и две. С танками, артиллерией и боевыми магами.

– И именно этого ты и хочешь? – холодно резюмировал я, вопросительно подняв бровь.

– В точку, – кивнул Иван. – План простой, как топор. Мы зажимаем гарнизон и Дозор в западной части, не даем им выйти, но и сами туда ломиться не спешим. Тем временем их наместник орет во все трубы и требует помощь у Нижегородской ставки. Те вынуждены стягивать войска, ослабляя другие районы губернии. А там… – он мрачно улыбнулся. – Там уже давно сидят наши люди. Как только основные силы уйдут в сторону Зареченска – вспыхнет по всей губернии. Сразу и везде. Разгорится большой пожар. А тушить его будет уже нечем.

Майя тихо свистнула:

– Масштабненько. Это вам не хутор под шумок отжать.

Я потер подбородок:

– А я в этой красивой схеме где?

Иван посмотрел прямо:

– В ближайшие несколько дней нам нужно удержать Зареченск. Не дать гарнизону прорваться на восток и юг. Нельзя позволить им вернуть выезды и складскую зону. Ты со своим гримлоком – идеальный мобильный резерв. Поддержка на самых опасных направлениях. Ты уже видел, что наши ребята умеют воевать. Но против тяжелой техники, против отборных отрядов Дозора и монстров – ты будешь полезнее любого взвода.

– Монстров? – я настороженно приподнял бровь.

– Думаешь, они умеют приручать только гладиаторов? – хмыкнул Иван. – В западном секторе расположена секретная лаборатория. Там, подальше от цивилизации, проводились эксперименты над захваченными монстрами. Кого-то сумели приручить, других превратили в киборгов. Если неприятель поймет, что им всем хана, он может натравить на нас кого‑то покруче Элдриджей.

– Охренительная новость, – скривился я. – Хоть с монстрами в чем-то даже и проще – всегда знаешь, чего от них ожидать – но я привык воевать с людьми.

– Будут тебе люди, – мрачно пообещал Иван. – И крови тоже хватит.

На какое‑то время вокруг повисла тишина. Я смотрел на далекое оранжевое зарево. Где‑то там, среди узких улочек и полуразрушенных пятиэтажек, сейчас грохотали выстрелы, стонали раненые, горели склады. Запах большой заварушки дотягивался даже сюда, через поля, перелески и реку.

Внутри поднялось странное чувство. Смесь старой, давно знакомой злости и… чего‑то вроде профессионального интереса. Бой в городе – это всегда грязь, хаос и мясо. Но это еще и место, где один человек с правильным набором навыков может сделать очень многое.

У меня в голове прошелестел тихий голос искина:

– Аид. В чем-то нам это даже выгодно. Чем сильнее вспыхнет здесь, тем легче нам будет подобраться к Орлиному гнезду. Им придется выбирать: оставаться на базе или выдвинуться на спасение города.

– Знаю, – отозвался я. – Вопрос не в том, выгодно это или нет. Вопрос – сколько за это придется заплатить.

На секунду передо мной всплыло лицо Степана. Его сдержанная ухмылка, когда он подливал мне чая за столом. Сухой взгляд Василия. Маленькое, намаранное кровью сердечко на полу.

Вы хотели войны? Вы ее получите.

Глава 12

– Ладно. – Я поправил ремни перевязи, проверил автомат, револьвер, боекомплект и нож. – Раз уж я все равно подписался на этот цирк… – И, безрадостно усмехнувшись, добавил: – Пошли зажжем.

Маша сразу вскинулась:

– Я с тобой.

– Нет, – строго отрезал я.

– Да, – так же жестко произнесла она. – Я… – она осеклась и, придвинувшись ближе, прошипела, – Сципион. Я воевала в этом доме. Я видела, как отбивались отец и Васька. – Голос дрогнул, но она сдержалась. – Один раз они меня уже отправили в подвал, чтобы, якобы, переждать опасность. Больше я не собираюсь отсиживаться в кустах, особенно пока ты там будешь кровь проливать. Прохор говорит…

– Прохор… – язвительно фыркнула Майя, – пусть Прохор помнит, что у барышни второй круг. Да еще и недавняя нештатная репликация. Любая пуля – билет обратно в комнату с камином. И если ее психея там лопнет от перегруза – никакого возрождения уже не будет.

Маша дернулась. Похоже связь была налажена в обе стороны, и она услышала реплику Майи.

– Прохор… согласен, – сквозь зубы процедила она. – Говорит, что риски высокие. Но добавляет, что если я сейчас останусь, то никогда себе этого не прощу.

Я посмотрел Машке в глаза. Они горели недобрым огнем. Пусть там и проглядывал страх, но поверх страха – упрямство и ненависть. Та самая, холодная ненависть, которая всегда летит впереди пули.

– Ладно, – сдался я. – Но все будет так, как я скажу. Первое: слушаешься меня без вопросов. Говорю прячься, ты – прячешься, лежать – бросаешься на землю. Второе: без самодеятельности. Никаких «я подумала, что так будет лучше». Третье: если тебя ранят – мне придется тебя вытаскивать, даже если ради этого придется похерить текущую боевую задачу. Понимаешь?

Она кивнула. Не сразу, но решительно.

– Прохор? – уточнил я.

– Считает твои условия… – она на миг задумалась, прислушиваясь, – «слишком варварскими, но рациональными». И просит больно не бить, если он будет меня отговаривать.

– Какой нежный, – хмыкнула Майя. – Посмотрим еще, чье слово будет последним.

Я перевел взгляд на Ивана:

– Стая в город не идет. – Я кивнул в сторону волков. – Там слишком тесно, да и стволов много. Люди начнут шмалять по монстрам, не глядя. Я не хочу потом разбираться, кто из твоих бойцов задвухсотился из-за того, что выбрал неправильную цель.

Иван коротко кивнул:

– Логично.

– Снег и Тень – со мной, – продолжил я, обращаясь уже к белому волку. – Остальные – рассредоточиться в окрестностях Риверсайда. – Я послал Снегу четкие образы: лес и посадки возле города, главные магистрали, слежка за всеми подступами к населенному пункту. – Ваша задача – докладывать вожаку обо всех замеченных передвижениях колонн и военной техники в радиусе двадцати километров. По моей команде или по команде Снега организовывать нападения. Людей с красными повязками и вот таким знаком… – Я указал на нашивку на рукаве одного из бойцов – ромб с перечеркнутым кругом, – не трогать. Это – свои.

Ответ Снега накрыл меня ясной, хищной волной согласия. Вожак коротко рявкнул, стая разом повернула головы в мою сторону, затем волки по одному растворились в ночи. Остались только Снег и Тень. Белый и серая. Тьма, неспособная существовать без света.

Иван удивленно хмыкнул. В его взгляде промелькнуло неприкрытое уважение.

– Быстро ты. Подозрительно быстро для подростка.

– Ты бы видел, как я стреляю, – хмуро усмехнулся я. – Там вообще мурашки по коже.

– Увидим, – мрачно ответил он. – Ладно. Шилов, Ершов – быстро на базу, готовить машины! Берем минимум: оружие, БК, медикаменты, рации, РПГ. Времени в обрез. После этого выдвигаетесь на подмогу основным силам.

Раздав приказы, Иван ненадолго замолчал, наблюдая, как бойцы рванули к своим пит-байкам, а потом повернулся ко мне:

– Для начала выдвигаемся на захваченную базу Дозора. – Он указал головой на запад. – У нас там опорная точка. Оттуда и будем дальше плясать. Это западнее Риверсайда, километров тридцать. Там и обсудим Орлиное гнездо.

Он коротко бросил в рацию несколько кодовых фраз, уточнил что‑то по коридорам выхода, потом перевел взгляд на меня:

– Ты на гримлоке. Девчонка со мной. Передвигаемся максимально быстро. Дорога сейчас, конечно, относительно чистая, но полностью полагаться на это не стоит.

Я глянул на темнеющий в стороне квадрик Ивана, потом на Машу, которая стояла рядом, не сводя глаз с изувеченного взрывами дома.

– Нет, – покачал я головой. – Она с тобой не поедет. Так безопаснее.

– В смысле? – насторожился Иван. – Будете вдвоем трястись на твоем гримлоке? Боюсь, это сильно нас задержит.

– Не на моем, – хмуро ответил я, а потом вскинул руку, подзывая Снега и Тень.

Белый волк подошел первым – мягко, бесшумно, словно вынырнул из темноты. Тень двигалась за ним, зрачки-щелки, движения пружинистые, нервные. Маша чуть отпрянула, увидев ее настолько близко. К Снегу она уже успела привыкнуть, а вот Тень, похоже, вызывала в ней смешанные чувства.

– Знакомься, – сказал я Маше, успокаивающе похлопывая волчицу по теплому боку. – Это Тень. Она уже успела побывать на грани смерти. Пришлось сделать ее вторым нашим питомцем. Иначе бы мой гримлок совсем слетел с катушек.

– Нашим? – переспросила Маша, не отрывая от волчицы настороженного взгляда.

– Ну, точнее, моим, – поправился я. – Но, думаю, она будет не против подружиться с тобой.

В это время в разговор вклинилась Майя

– Аид, пока ты там строил планы очередной революции, Система формировала новые функции и директивы. Дело в том, что случай с Машей уникален. Это первая репликация Системы от одного человеческого носителя к другому. До этого ей обзаводились только при перемещении из вашего в мира в Омегу. Отчасти поэтому и произошла та досадная перегрузка. Так что у меня для тебя сюрприз.

Я мысленно вздохнул:

– Ну давай, огорошь меня еще чем-нибудь.

– Среди всего прочего, – деловито начала Майя, – у Репликатора Системы есть возможность передать одного из своих питомцев реплицированному Сципиону. При выполнении ряда условий: взаимное согласие обеих сторон, наличие свободного слота у принимающего Сципиона и… – она с досадой хмыкнула, – грабительского расхода в тысячу зэн.

– Передать? – переспросила Маша, продолжая держаться от Тени на расстоянии вытянутой руки. – В смысле, она станет… моей?

Похоже, Майя транслировала наш разговор в общей вокальной сети.

– Ты все правильно понимаешь, – отозвалась Майя. – У тебя второй круг, но нет ни брони, ни мобильности. Алекс уже не раз вляпывался так, что вылезал только за счет Снега. Так что личный гримлок для тебя будет совсем не лишним. Снег жестко привязан к Аиду. А вот Тень, с ее первым кругом и все еще неустойчивой привязкой – идеальный кандидат на роль твоего питомца.

– Подожди-ка, милочка, – встрял вдруг Прохор. Голос у него оказался низкий, бархатный, с легкой ироничной интонацией старого дворянина. – Я, конечно, ценю вашу… ммм… оперативность, но, может быть, стоит сначала оценить риски? Эта Тень – боевая единица высшей категории, со сложной психикой. Моя подопечная только что пережила смерть, репликацию и потерю семьи. Ей бы сначала научиться твердо на ногах стоять, а вы уже суете ей под опеку боевого монстра.

– Ой, всё, – фыркнула Майя. – Сейчас начнется: «ах, она еще не готова», «ах, ей надо полежать и прийти в себя». Слушай сюда, барин шелковый, мы тут не в игрушки играем. Здесь суровая школа выживания. Если твоя подопечная будет бегать за Аидом пешком и без защиты, она в первом же серьезном деле отправится у огонька погреться. И вообще, ты сам-то умеешь о монстрах заботиться? Или только цитаты из кодекса благородных девиц выдаешь?

– Я, между прочим, – холодно заметил Прохор, – уже просчитал восемь сценариев развития событий и в семи из них наличие рядом ручного гримлока существенно повышает шансы Маши на выживание. Но это не отменяет того факта, что давать ей под начало столь сложное существо без должной подготовки – безответственно. И да, я умею заботиться о гримлоках. В отличие от некоторых острых язычков.

– Так! – вмешался я, пока искины окончательно не увязли в разборках. – Отставить разговорчики! Решать будем мы. – Я повернулся к Маше. – Слушай, Мари, Тень – волчица сообразительная. И уже успела отличиться в бою. Если уж ты твердо решила идти на дело со мной, тебе нужен тот, кто будет тебя прикрывать и, при необходимости, вытащит из-под огня, если меня не окажется рядом. Тень в этом плане просто незаменима. – Я немного помолчал, глядя на Мари. – В общем, окончательное решение за тобой. Давить я не собираюсь.

Маша стояла, кусая губу. Несколько раз она бросила быстрый взгляд на Тень, потом на меня, потом куда‑то в темноту. Наконец, медленно кивнула:

– Я… согласна. – И, уже тише добавила: – Если, конечно, она меня примет.

Тень, будто поняв, о чем речь, подняла голову и взглянула Маше прямо в глаза. Они несколько секунд смотрели друг на друга. Взгляд волчицы был тяжелым, пронзительным, но при этом не совсем звериным. Скорее – оценивающим. Потом она медленно шагнула вперед и ткнулась носом Маше в грудь.

– Она считает тебя… – Майя на миг прислушалась к реакции Тени, – кхм… слабой, но с правильным запахом. С ее стороны это можно расценивать, как комплимент.

Маша нервно сглотнула и осторожно положила ладонь Тени на лоб. Я почувствовал, как между ними проскочила искра… взаимопонимания. Похоже, Мари сейчас воспользовалась своим природным талантом общения с монстрами.

Майя удовлетворенно кивнула.

– Передаю контроль, – сосредоточенно произнесла она. – Минус тысяча зэн. Блин… жалко.

В груди неприятно кольнуло. Я почувствовал, как тонкая невидимая нить, связывающая меня с Тенью, начинает расползаться, истончаться. Вместо нее формировалась новая, тянущаяся от девушки к волчице. Тень дернулась, пригнулась к земле, шерсть на холке встала дыбом, но не от отторжения, а, скорее, от странного, непривычного ощущения.

Маша тихо ахнула. Ее руки непроизвольно сжались.

– Я… – она прикрыла глаза. – Я ее… слышу. Не как голос. Как… – она поискала слово. – Как ощущения: запахи, чувства. Она… злится. Ей было больно. Вокруг пахнет кровью и дымом. – Машин голос дрогнул.

– Привыкай, – тихо сказал я. – Пока связь только настраивается. Дальше будет лучше.

– Передача завершена, – объявила Майя. – Питомец Тень отныне привязан к Сципиону Марии Савельевой. Первый круг. Потенциал: высокий. – И, не удержавшись, добавила: – Смотри, Прохор, не угробь мне девчонку. Я в нее уже столько зэн вбухала.

– Полагаю, – холодно отозвался тот, – это сарказм? – А потом, судя по всему, обратился к Тени: – Ладно, мадемуазель, сейчас мы займемся вашим боевым воспитанием.

Иван все это время молча наблюдал за происходящим с выражением стойкой зубной боли на лице.

– Закончили уже свой магический шабаш? – сухо спросил он, когда наша пантомима сошла на нет. – Время не резиновое.

– Выдвигаемся, – кивнул я. – Показывай дорогу – мы за тобой.

– Только давайте без самодеятельности, – отозвался Иван. – Местность я знаю получше вашего. К тому же на подходе к базе – минные заграждения. Так что держитесь чуть позади и правее. Вперед не соваться, все приказы выполнять мгновенно и без вопросов.

– Договорились, – кивнул я.

Я привычным рывком вскочил Снегу на спину, крепко перехватил шерсть и подкорректировал посадку. Маша осторожно влезла на Тень. Первые пару секунд происходящее выглядело довольно жалко: она пыталась понять, куда девать ноги, за что держаться, как не свалиться. Но Тень, к моему удивлению, подстраивалась под нее максимально аккуратно. Она поднялась на ноги плавно, без рывков.

– Не обнимай ее, как подушку, – подсказал я. – Сядь ближе к холке, ноги – чуть назад, колени прижми. Не вцепляйся мертвой хваткой. Расслабься. Тень сама все сделает.

– Ага… легко сказать… – проворчала Маша, но попыталась. Через минуту‑другую ее посадка немного улучшилась.

Дальше прохлаждаться времени не было. Квадрик взвыл движком, фары резанули ночь, и наша разношерстная колонна выдвинулась в западном направлении.

Путь до захваченной базы занял меньше часа. По большей части мы двигались через лес по невесть откуда взявшейся ухабистой колее, периодически пересекая просеки и лощины. Порой издалека доносились отзвуки далекого боя – короткие очереди, редкие глухие взрывы. Где‑то там, в полыхающих городских кварталах, бойцы сопротивления и доведенные до отчаяния жители выполняли свою кровавую работу.