Текст книги "Гордеев – дракон на минималках. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Валерий Юрич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Ну что за день! И начался хорошо и продолжается замечательно! Я убрал кристаллы в хранилище, встал из-за стола и довольно потянулся. Пройдясь для разминки по кабинету, я вдруг ощутил зверский голод. Запахнувшись поплотнее в халат, я вышел в гостиную и огляделся. Вокруг была полнейшая тишина и спокойствие. Девчонок ни здесь, ни на кухне не было, а с их половины не доносилось ни звука.

Я глянул на часы: было около пяти вечера. Если честно, я даже немного забеспокоился и тут же призвал Пушистика, который все это время где-то ошивался. И каково же было мое удивление, когда я увидел, что мой дракон, свернувшись калачиком, мирно посапывает на кровати вместе с Кэт, удобно пристроившись к ее упругой попке.

Вот ведь жигало недоделанный! Влюбился, походу! Главное, чтобы ревновать не начал, улыбнулся я сам себе.

– Слетай-ка, проверь, как там Лиза, и можешь дальше дрыхнуть, – добродушно попросил я дракона.

Пушистик, благодарно по-драконьи улыбнулся и сиганул через стенку в соседнюю спальню. То, что я там увидел, заставило меня, если честно, немного покраснеть, да и мой отмороженный Пушистик слегка смутился и быстро вернулся в спальню Кэт. Лиза смотрела на телевизоре порно и нежно ласкала саму себя, тихонько постанывая.

Кхм, вот ведь неугомонная девчонка. И что это я вдруг так от этого смутился? Может быть из-за того, что, подглядывать нехорошо? Ведь именно так меня учила в детстве мама-драконица. Ну да ладно, фиг с ним! Сорян, Лизок, я, если что, не хотел.

Отбросив свои нелепые попытки заняться самокопанием и самобичеванием, я подошел к холодильнику и заглянул внутрь.

Ай-яй-яй, походу кто-то совсем забыл, что такое ходить в магазин за покупками. Ну не девчонкам же этим заниматься, в самом-то деле? Хотя есть ведь и онлайн-магазины всякие с доставкой на дом. Наверное, надо намекнуть как-то Кате, что было бы неплохо, если бы она взяла на себя эту важную сторону семейной жизни. И выделить ей под это дело приличную сумму, только чтоб Лизке ни копейки не давала, а то вместо еды, в доме будет куча новомодных шмоток от Пертуччи.

Стоп! Что я только что сказал? «Семейной жизни», серьезно? Ну, докатились! Хотя… если подумать…

Дальнейшие мои размышления были прерваны недовольно заурчавшим животом.

– Полегче, дружище, – легонько похлопал я себя по торсу, – сейчас все будет, не заводись ты так!

Я вернулся в спальню, сменил облик на барона Гордеева и заменил родовой перстень. Затем, поспешно одевшись, я окликнул Пушистика, который тут же недовольно заворчал что-то про свой варварски прерванный сон и разбитое сердце. Немного побурчав, он все-таки вылетел из спальни Кэт и последовал за мной.

Не обращая внимания на возмущенного дракона, я вышел из квартиры, тихонько прикрыл за собой дверь и двинулся вниз по лестнице. Выйдя на улицу, я сразу заметил подозрительный автомобиль, припаркованный в дальнем конце двора.

Опять двадцать пять! Да когда ж они отстанут-то⁈ Я вышел на улицу и увидел через Пушистика, что из машины вылез человек в сером костюме и последовал за мной. Капец, теперь придется заморочиться, чтобы скинуть хвост, а так жрать хочется, что аж переночевать негде. Ладно, с моим возросшим умением скрытности, это будет довольно просто. Надо только смешаться с толпой.

Я вышел на оживленную улицу и послал Пушистика найти какой-нибудь сквозной двор. Искать долго не пришлось и я, ускорив шаг и смешавшись с идущей мне навстречу компанией крикливых гимназистов, включил невидимость, добежал до облюбованной подворотни и сиганул в нее.

Когда по моим расчетам действие скрытности должно было закончится, я посмотрел на свои руки и офигел: их не было видно. Продолжая быстро двигаться через сквозной двор, я неотрывно смотрел на себя, считая секунды. Охренеть! Мое тело стало видимым только в тот момент, когда я уже почти выбежал на соседнюю линию, а это не меньше двадцати пяти секунд, а может и все тридцать!

Так, теперь считаем время перезарядки. Раньше оно составляло около трех минут, по окончании которых я неизменно ощущал подсознательный сигнал, что умение снова готово к использованию. Посмотрим, что будет сейчас. Я глянул на часы телефона и засек время.

Посмотрев через Пушистика на своего преследователя, я заметил, как тот суетливо вертит головой в поисках лазейки, по которой я мог скрыться. И вдруг он быстро побежал в сторону моей подворотни.

Ах ты ж крысеныш неугомонный! Я быстро поискал глазами очередной проход во двор и сиганул в арку на другой стороне улицы. Вот бы сейчас сюда костюм Боярского! Прохор бы мне точно подсказал, куда бежать, с сожалением подумал я, пробегая через дворы на следующую улицу. Мой преследователь, миновав первый двор, без каких-либо сомнений и задержек сиганул за мной во вторую арку, куда я забежал за несколько секунд до этого.

Вот гнида, откуда он узнал⁈ На мне что, какой-то маячок висит? Или у него тоже есть фамильяр, как у Маркуса? Вот это попадос! И как теперь быть?

Глава 5

Сынок барона решил повыеживаться

Поняв, что пока от преследования мне не уйти, я перешел на спокойный шаг и неспеша двинулся дальше по улице. Одновременно с этим, я послал Пушистика искать поблизости небожественных фамильяров. Они не могли увидеть моего дракона, поэтому опасаться в этом плане мне было нечего.

И как раз в это время перезарядилась моя скрытность. А вот это очень круто! Всего полторы минуты, может чуть больше, но всяко уже не три, как было раньше.

Прогулочным шагом, лениво поглядывая по сторонам, я шел по улице, показывая всем своим видом, что мне абсолютно на все насрать и, вообще, я просто так для развлекухи решил по подворотням побегать. Мой преследователь пристроился в метрах двадцати от меня и шел, не сводя с меня пристального взгляда.

И в этот момент радостно заверещал мой дракон. Он нашел оборзевшего фамильяра-шпиона и готов был растерзать его по первому моему слову, а может даже и без него. Черт! Я еле успел остановить яростного дракона, который уже навис своими когтями над ничего не подозревающим призрачным воробьем, летящим за мной по пятам.

Трогать его ни в коем случае нельзя, иначе выдам свои возможности, и меня точно начнут прессовать имперские секретные службы. А с ними связываться – себе дороже. Итак, дальше надо вести себя, как обычный барон Гордеев. А это значит, что придется отужинать в какой-нибудь недорогой забегаловке, а после идти ночевать в своем зачуханном флигеле, в надежде, что преследователь все-таки от меня отстанет.

Преображаться в кого-то другого тоже не вариант, это может заметить ублюдский проныра-воробей. Эх, как же он невовремя нарисовался, чтоб ему всю жизнь срать кактусами!

Ладно, делать нечего, надо искать, где пожрать, а то я тут кони двину. Еще раз отогнав неугомонного Пушистика от воробья, я приказал ему искать какой-нибудь ресторанчик победнее. Дракон, грозно рявкнув и плюнув от обиды в сторону воробья, понуро полетел выполнять мой приказ.

В расстроенных чувствах Пушистик нашел мне что-то уж совсем непотребное, носящее живописное и говорящее название «Музыкальные супы от Ефросиньи». Я, конечно же, наотрез отказался туда идти и послал дракона на дальнейшие поиски. Еще через пару минут он показал мне небольшой и уютный ресторанчик, под вывеской «Тихая гавань».

Ну вот это совсем другое дело! Я похвалил дракона и направился к указанному им месту. Через пару минут я вошел в ресторан и занял, как всегда, угловой столик. Народу в ресторане было немного, пару столиков занимали шумные компании молодых людей, примерно моего возраста, а еще за тремя сидели обычные обыватели, которые, как и я, зашли сюда просто вкусно перекусить.

Мой преследователь заслал в зал ресторана своего воробья, а сам остался снаружи. Ну что ж, мне торопится некуда, пусть постоит, авось устанет, да свалит куда подальше.

Ко мне подошла симпатичная официантка с огненно-рыжими волосами и принесла меню. Быстро пробежав его глазами, я заказал жареную картошку с ростбифом, куриные ножки и стакан томатного пива. Чисто студенческий ужин, комар носа не подточит!

Когда принесли заказ, я с упоением набросился на картошку с ростбифом. Они были отменными. Блюда были сделаны по-домашнему и с любовью, именно так, как любит готовить Катя. Какая же прелесть! Надо запомнить это место. После того, как я прикончил порцию куриных ножек и с наслаждением запил их томатным пивом, жизнь мне показалась настолько прекрасной, что я даже на какое-то время позабыл о поганом воробье, который сидел у меня над душой и злобно чирикал.

Подозвав официантку, я расплатился с ней, щедро оставив на чай. И мне было глубоко насрать на то, что владелец воробья может счесть мои траты чрезмерными для обедневшего барона. Я просто не мог не поблагодарить за такую вкуснотищу.

Когда я уже собрался уходить, до меня вдруг донеслись грубые выкрики от столика, где сидела одна из подвыпивших компаний. Я повернулся к ним и прислушался.

– Неси еще пива, шмара, – орал какой-то толстый выродок, глядя своими поросячьими глазками на симпатичную официантку.

– Господа, вы еще с прошлого раза не все оплатили, а сегодня снова заказали на круглую сумму, – извиняющимся тоном, ответила официантка. – Мы больше не можем кормить вас в долг. Оплатите, пожалуйста, ваш заказ.

– Да ты знаешь кто я такой? – орал толстяк, брызгая слюной. – Да мой отец спалит твой паршивый ресторан к чертям собачьим! – И он плеснул в лицо официантке остатки пива из своего бокала.

Вот же ублюдок! И это прямо в самом сердце Васильевского острова, где все держат ребята Боярского. Так что же тогда в других районах творится? Ну ты, ушлепок, сам напросился!

Я встал из-за стола и подошел к заплаканной официантке.

– Простите, милая леди, этот джентльмен вас обидел? – Я из последних сил пытался быть вежливым.

Официантка испуганно замотала головой и прошептала:

– Не связывайтесь с ним, он отмороженный на всю голову.

– Эй ты, скот, что ты там про меня только что вякнул? – прохрюкал толстый и кинул мне в спину остатками какой-то еды. Его друзья при этом одобрительно загалдели.

Я подошел к их столику и смерил жирдяя холодным взглядом.

– Посмотри, какой хороший и чистый ресторан, а ты тут мусоришь, ругаешься, людей пугаешь. – И я, прицокнув языком, осуждающе покачал головой.

Толстый переглянулся со своими дружками и громогласно заржал.

– Слыш, падаль, если не хочешь замарать тут все своей кровью, свали нахрен отсюда, пока я добрый, – угрожающе рявкнул он, вылезая из-за стола.

По комплекции он был на голову выше меня, да и телом, как минимум, вдвое больше, поэтому чувствовал сейчас себя абсолютно неуязвимым.

– А если я вдруг захочу замарать кровью тротуар возле ресторана, окажешь мне такую услугу? – спросил я, не уточнив, чья это будет кровь.

– Ты сам напросился, козел! – И толстый, схватив меня за шкирку, потащил из ресторана. – Пацаны, подождите, я ща, – крикнул он своим дружкам, обернувшись на пороге.

Ну-ну, давай, свиная ты задница, веди меня наружу, посмеивался я про себя, не оказывая никакого сопротивления. Одновременно с этим я наблюдал через гневно орущего Пушистика за своим преследователем. Главное, чтобы он не стал вмешиваться, подумал я. Но, вопреки моим опасениям, человек в сером костюме равнодушно стоял, прислонившись к дому, и втыкал в свой мобильник, не подавая других признаков жизни. А вот его подлюка-воробей летел за мной по пятам. А это значит, что ничего экстраординарного и выходящего за рамки возможностей барона Гордеева мне применять нельзя.

Так-то и пофиг. И без этого разберемся. Толстый затолкнул меня в темную подворотню и прижал к стене.

– Ну что, мудак, готовься, сейчас будет больно, – прошипел он мне.

Он отступил на шаг, чтобы поудобнее размахнуться и… получил напитанным маной драконьим кулаком в печень. Если бы не его жирный живот, немного смягчивший удар, то разрыв печенки ему был бы обеспечен.

– Разве тебя не учил тренер, что надо прижимать правый локоть к телу и отводить этот бок подальше? – нравоучительно беседовал я с опешившим жирдяем, отправляя ему хук с правой в челюсть.

Раздался неприятный хруст, толстый что-то растерянно промычал и грохнулся на асфальт, истошно завывая и зажав руками кровоточащий рот.

– Ну что, покушал нахаляву? Теперь будешь жрать только кашку, может хоть вес сбросишь, – сказал я, наклонившись к жирному отморозку.

– Капец тебе, тварь! Ты труп! – У толстого вдруг прорезался голос.

В следующий миг в его руке засиял призрачный зачарованный кинжал, и он со всей дури ударил меня им в область шеи. Я едва успел активировать перстень щита, иначе бы никакая кожа дракона меня не спасла. Призрачный клинок скользнул по моей магической кольчуге, едва ее не пробив.

А вот это уже покушение на убийство. И куда только смотрят власти? Я отскочил назад и глянул, чем занят мужик в сером костюме. Охренеть! Он все также безучастно стоял у стены и втыкал в свой мобильник.

Ну и пофиг! Без тебя справимся. В это время жирдяй попытался подняться, угрожающе держа кинжал перед собой. Я быстро прикинул варианты дальнейших действий. Телепатию использовать точно нельзя, это сразу отследят и накажут. Неправомерный захват или ограничение свободы воли человека. Вроде бы так эта статья в уголовном магическом кодексе называется. А вот быстрое перемещение попробовать можно. Только двигаться нужно помедленнее.

Я активировал камень Маркуса, который был надет у меня на шее, и время тут же замедлилось. У меня было целых шесть секунд. Я помедленнее сделал шаг левой к жирному и наотмашь, что есть сил зарядил ему правой ногой по руке, держащей кинжал. Естественно, среагировать он не успел. В его руке что-то неприятно хрустнуло, и она изогнулась в том месте, где изгибаться по идее не должна. Призрачный кинжал сразу исчез.

Толстый с недоумением посмотрел на свою сломанную руку, а потом завопил на весь на весь переулок, прижимая неестественно изогнутое предплечье к своему трясущемуся телу. Я глянул через Пушистика на своего преследователя. Тот напряженно всматривался в пустоту перед собой, напрочь забыв про телефон.

Черт! Все-таки что-то заподозрил! Ну ладно, пофиг, не до него сейчас. Невинно улыбаясь, я поглядел на толстого и, иронично подняв бровь, произнес свое любимое:

– Упс!

– Конец, тебе, падаль! Мой батя тебя убьет! – подвывал жирный, отползая к стене.

– И кто же твой батя? – продолжая улыбаться, спросил я.

– Барон Сундуков! – выкрикнул бедолага. – Слышал про такого? Личный гвардеец Бояры. Он тебя со всей твоей семьей в бетон закатает и отправит в круиз на дно Финского.

А вот тут я заржал в голос.

– Сундук – твой батя? – пытаясь просмеяться, спросил я.

Охренеть, походу, этот выродок сын того громилы, который не так давно вез меня на вишневой девятке, а потом чутка заснул за рулем.

– Да, мля! – орал толстый. – Готовься к мучительной смерти, тварь!

До чертиков хотелось прямо сейчас набрать Семеныча по видеосвязи и посмотреть на морду этого жирного бедолаги, когда он увидит босса своего отца. Но нельзя – шпионивший за мной мужик явно чутко прислушивался ко всем моим словам. Я и так накосячил, когда назвал кличку барона Сундукова. Хотя, я же работаю у Боярского, а значит мог слышать, как его зовут другие.

– Передай ему, что меня зовут барон Гордеев, – сказал я, издевательски улыбаясь. – И лучше расскажи ему всю правду, как ты неподобающе вел себя в ресторане и позорил имя своего отца и весь свой род. А если этого не сделаешь ты, то придется мне. И я уж постараюсь ничего не упустить. И тогда посмотрим, кому из нас влетит.

Толстый удивленно уставился на меня и на миг даже потерял дар речи. И в это мгновение в подворотню внезапно ворвались трое дружков Сундукова. Они на миг замерли, удивленно глядя на лежащего на земле товарища. Понимая, что сейчас начнется, я воспользовался этой секундной заминкой и, ни слова не говоря, отправил самого рослого из них в нокдаун.

– Валите его! – визгливо прокричал Сундуков.

Но у пацанов мозгов, явно, было побольше, чем у младшего Сундука и те, сделав вид, что услышали «валите отсюда», развернулись и засверкали пятками.

Я, конечно, сделал вид, что очень расстроился. Такая веселуха обломилась! И тут у меня появилась идея. Я обернулся к барону и сказал:

– Слушай, у тебя же есть мобильник?

Сундуков растерянно кивнул, не понимая, к чему я клоню.

– Может наберешь своего папашу? Ну чтоб он меня в бетон закатал. А я в ресторане пока подожду, лады?

Толстый посмотрел на меня, как на сумасшедшего, но за телефоном потянулся.

– Один хрен собирался ему звонить, – проворчал он. – Вали лучше отсюда, если жить хочешь! – зло буркнул он, однако уверенности в его голосе заметно поубавилось.

Ничего не ответив, я вернулся в ресторан и подошел к испуганной официантке.

– Уверен, что он вас больше не побеспокоит, милая леди, – с улыбкой произнес я. – Но, если вдруг снова начнет безобразничать, позвоните мне, пожалуйста. – И я, вытащив из ее кармашка блокнот с ручкой, написал свой номер и засунул обратно.

Официантка ошарашенно хлопала глазами, переводя взгляд с меня, абсолютно целого и невредимого, на закрытую дверь за моей спиной. Видимо, она ожидала, что сейчас сюда ворвется толпа озверевших отморозков и разнесет тут все к чертовой бабушке.

Я подождал, пока девушка более-менее придет в чувства и спросил:

– И часто он у вас тут так дебоширит?

– Да я уж привыкла, – с грустью ответила официантка. – Облюбовали себе местечко. Сами частенько не платят, да еще и клиентов распугивают. Мы с мамой и так еле-еле концы с концами сводим, а тут еще эти. – Она вздохнула и посмотрела на меня большими печальными глазами.

Ну ничего, это мы скоро поправим, подумал я про себя, а официантке сказал:

– Сейчас сюда приедут большие и злые дядьки. Я с ними немного побеседую и после этого, уверен, все образуется.

Девушка испуганно посмотрела на меня и боязливо прикрыла рот ладошкой.

– Они же тут ничего ломать не начнут? – дрожащим голосом спросила она.

– Нет, конечно. Они, хоть и большие, но не отморозки, можете уж мне поверить, – с улыбкой ответил я.

И тут на улице резко завизжали тормоза. Я переключился на Пушистика и увидел, что из подкатившего джипа выскочили пятеро бойцов Семеныча во главе с Сундуком. Мужик в сером чуть телефон от удивления не выронил. Он быстро спохватился и начал кого-то набирать. Но дальше следить за ним мне уже было некогда.

Сундук рванул с одним из бойцов в подворотню к сыну, а трое парней вбежали в ресторан. Один из них тут же меня узнал. Он был на представлении, которое я устроил после аварии на вишневой девятке. Парень остановил двух других бойцов, которые уже ринулись ломать меня.

– Пацаны, стопэ, это человек Боярского, – крикнул он им.

Я узнал и двух других: они были на заварушке у Карпова, но я тогда был графом Суворовым, так что мой нынешний внешний вид им ни о чем не говорил.

Они остановились и растерянно оглянулись на своего напарника.

– Ты уверен? – спросил один из них.

– Да, он работает на Боярского. Не трогайте его пока, давай Сундука дождемся.

Бойцы встали у двери, хмуро поглядывая на меня исподлобья. Я молча стоял, опершись спиной о барную стойку, и ждал продолжения. Через своего дракона я видел, что Сундук с напарником погрузили толстого к себе в машину и потом рванули внутрь ресторана. Второй чудик, который был с младшим бароном Сундуковым, к этому времени уже очухался и, пошатываясь, побрел прочь.

Сундук ворвался внутрь и с ревом полетел в мою сторону, занося кулак для удара. От ярости он никого вокруг не замечал и, видимо, совсем не узнавал и меня.

Ну хорошо, тогда потанцуем, подумал я и, поднырнув под его атакующую руку, засадил ему усиленным кулаком в солнечное сплетение. Сундук на пару секунд согнулся пополам, но потом быстро выпрямился и снова попер на меня. Я пару раз увернулся от его ударов, отступая вглубь ресторана, но, наконец, меня это достало, и я крикнул, примирительно подняв руки:

– Сундук, хорош!

Боец замер с занесенной для удара рукой и вгляделся в мое лицо.

– Ты⁈ – удивленно крикнул он и, схватив меня за грудки, легко оторвал от пола. – Что ты, мля, сделал с моим сыном? – бешено заорал он.

– Успокойся! – крикнул я в ответ. – Давай поговорим. Грохнуть меня ты всегда успеешь.

Сундук, тяжело дыша, отпустил меня на пол.

– Может прокатимся куда-нибудь, где есть местечко поспокойнее и можно поговорить без лишних свидетелей?

– А вот это я и хотел тебе предложить, – рявкнул Сундук и, схватив меня за шиворот, грубо вытолкал из ресторана.

Он открыл заднюю дверь и затолкал меня на заднее сиденье, а потом залез сам и сел рядом.

И тут же слева от меня раздался злорадный шепот толстого сынка барона:

– Ну все, капец тебе, тварь!

Глава 6

Милашка Марта и ее уютная квартирка

Я увидел, что спереди подлетела еще одна машина Боярского, два оставшихся бойца залезли в нее и мы рванули с места. Тем временем через Пушистика я следил за мужиком в сером. Он стоял на краю тротуара и нервно оглядывался по сторонам. Через миг из-за угла выскочила машина и резко притормозила перед моим преследователем. Тот запрыгнул в салон, и они помчались за нами.

В это время воробей-шпион летел высоко над нашей машиной, показывая путь своему хозяину. Отлично, значит хотя бы временно он нас не слышит.

– За нами хвост, – сказал я Сундуку. – Черный тонированный седан сейчас выскочит за нами из-за поворота. Это имперские следаки. Раньше не мог сказать, они прослушивали.

Сундук обернулся и посмотрел в окно заднего вида.

– Твою ж мать! Нахрена ты им сдался?

– Это связано с графом Суворовым. Он сейчас в розыске. Большего не могу сказать.

– Хм. Не может он, видите-ли, – хмыкнул Сундук. – Куцый, – обратился он к бойцу на переднем пассажирском сиденье, – сообщи второй машине, чтобы сняли с нас хвост.

Тот передал по рации приказ Сундука и ориентировку на черный седан. Через пару минут мы заехали в узкую улочку и машина сопровождения, резко дав по тормозам, перегородила проезд. Черный седан, дополнительно заблокированный еще и сзади идущей машиной, остановился и вскоре остался далеко позади. Воробей, пролетев за нами положенные сто метров, шмякнулся о невидимую стену и беспомощно спикировал вниз. Пушистик, пролетая над ним победоносно что-то прокричал, явно, показывая несчастной пигалице язык.

Ура! Наконец-то я скинул хвост. Этот серый костюмчик со своим писклявым воробьем уже, если честно, порядком меня достали. Теперь надо с Сундуком разобраться.

– Позвонить можно? – буркнул я.

– Кому ты, нах, звонить собрался? – угрожающе спросил барон.

– Боярскому, – невозмутимо ответил я.

– К-кому, – растерянно спросил, заикаясь, Сундук.

– Боярский сказал – звонить, если я во что-нибудь вляпаюсь, иначе к херам меня убьет, а заодно и всех, кто рядом был. Не знаю, как вы, а я еще жить хочу.

Видно было, что все в салоне вдруг заметно присмирели – водитель даже радио выключил. Я невозмутимо достал смартфон и набрал Боярского по видеосвязи. После долгого дозвона он наконец-то снял трубку.

– Что там у тебя? И почему по видеосвязи? – нетерпеливо спросил Стас, запахивая халат на голом мускулистом торсе. Сзади мелькнула кровать с двумя обнаженными красотками.

Боярский оглянулся к ним, и отвернув телефон, что-то тихо сказал обладательницам сексуальных фигурок.

– Мля, ты меня сейчас от такого важного дела оторвал, – бодро потягиваясь и широко улыбаясь, сказал Боярский.

В машине воцарилась гробовая тишина. Сынок Сундука не только перестал тихо постанывать, но, кажется, вообще забыл, как дышать.

– Станислав Викторович, меня ваш бравый боец, барон Сундуков, убивать везет. Сначала в бетон, говорит, а потом в круиз на дно Финского.

Боярский подавился вискарем, который только что блаженно начал цедить.

– Кха-кха, – откашлялся он. – Это нихрена не смешно, мля!

– Это вы барону Сундукову скажите, – и я повернул камеру на резко побледневшего Сундука.

– Ваше си-сиятельство, он моего сына того… этого… – начал растерянно заикаться барон.

– Значит, слушай сюда, Сундук, – Боярский отчеканивал каждое слово. – Боец ты, конечно, очень хороший, но, если хоть волос упадет с головы барона Гордеева, будешь иметь дело лично со мной, понял?

Сундуков нервно кивнул и непроизвольно икнул.

– А Тимофей твой давно ремня отцовского просит, мля! Люди на него жалуются, что беспределит он прямо у меня под носом и на моей территории. Разберись там сам, в чем дело. И если барон Гордеев накосячил, то пиши рапорт на мое имя, что да как, а я уж сам с ним разберусь. А вот если это твой сынок снова кого-то обидел, то ты уж, будь добр, по всей строгости с ним, по-отцовски, как следует! А то придется мне… сам понимаешь.

Сундук снова быстро кивнул.

– Да, и, если Тимофейка твой поломал там что-нибудь или другой какой ущерб причинил – возмести и извинись – и от себя, и от моего имени. Все-таки мы тут все одна семья, вроде как, и вместе отвечаем за проступки наших отпрысков. В общем, барон, я на тебя рассчитываю – не подведи, – уже совсем смягчившись закончил Боярский и сбросил звонок.

Машина остановилась в каком-то захолустье, и в салоне повисло напряженное молчание.

– Ну давай, – наконец, хрипло проговорил барон, обращаясь к сыну, – рассказывай, что там было.

– Эта чертова прислуга не хотела нести нам пиво, – промычал сквозь сломанную челюсть Тимофей. – Я просто немного прикрикнул на нее, а этот, – он хмуро кивнул в мою сторону, – в драку полез.

– В драку? – хмыкнул Сундук. – На тебя? Прям так сразу и полез? – Барон недоверчиво посмотрел на меня и на сына, сравнивая наши габариты и весовые категории. – Вас же там четверо было.

– Ну, не прям сразу, – протянул Тимофей и замолчал.

– Ты… кхм, вы что скажете, барон? – Сундук внимательно посмотрел на меня.

– Что бы я не сказал, вы все равно не поверите, – пожал я плечами.

– Хм, откуда хоть вы все такие умные беретесь? – Начал раздражаться Сундук. – Короче, некогда мне тут с вами рассусоливать. Ща просто память твою вскрою, – он гневно глянул на сына, – чтобы уж, так сказать, из первых рук…

– Не надо отец, – вдруг заканючил младший Сундуков. – Мне больно, отвези меня к доку… Я, кажется, сейчас сознание потеряю.

Сундук прям-таки побагровел от ярости.

– Что-ты ноешь, как баба, мля. Не позорь меня перед пацанами, – с отвращением сказал он, глядя на сына. – Барон, вы не могли бы немного подождать снаружи, – обратился он ко мне. – Обещаю, это не займет много времени.

Он вылез из машины и, выпустив меня, забрался обратно. Я даже Пушистика не стал отправлять, чтобы послушать, о чем они там мирно беседуют, и так все было ясно.

Продолжалась экзекуция минут пять, не больше. Затем задняя дверь открылась и багровый от гнева Сундук, еле сдерживаясь, позвал меня обратно в салон. Я уселся на этот раз с краю и мельком увидел зареванную физиономию младшего Сундука.

– Значит так, барон, мы сейчас, если вы, конечно, не против, вернемся к этой бедной девушке и, – Сундук гневно посмотрел на сына и громко сказал ему прямо в ухо, – извинимся, да?

Младший Сундуков затравленно кивнул.

– А потом я вас, если вам нужно, отвезу, куда скажете. И только после этого, – он снова окинул сына гневным взглядом, – мы поедем к доку. Приношу вам извинения, барон, от всего нашего рода за поведение моего сына. И благодарю вас за сдержанность во время драки. Будь я на вашем месте… – он не докончил фразу и заиграл желваками.

– Извинения приняты, барон. Если потребуется, я возмещу стоимость лечения…

– Ну уж нет! – перебил меня Сундук. – Возмещать будет он, из своих карманных денег, – барон гневно посмотрел на приунывшего сына.

Через четверть часа мы подъехали обратно к ресторану «Тихая гавань». Моих преследователей нигде не было видно, что меня несказанно обрадовало.

Мы с Сундуком и его сыном вылезли из машины и вошли в ресторан. Официантка испуганно на нас посмотрела и спряталась за стойкой.

– Извините, девушка, можно вас, – барон Сундуков заглянул в укрытие официантки.

Явно не ожидавшая такого вежливого тона официантка, выглянула из-за стойки и нервно улыбнулась.

– Мы с моим сыном приносим вам извинения за его недостойное поведение. Больше этого не повторится, – и Сундук легонько подтолкнул своего отпрыска, гневно на него зыркнув.

– Да, простите, – понуро промычал младший Сундуков, придерживая сломанную челюсть.

– Скажите, сколько он должен вашему заведению, я все оплачу.

Растерянная официантка вытащила из-под стойки счет и дрожащей рукой передала Сундукову.

– Вот же ш! – барон еле сдержался, чтобы не отвесить сыну подлещика.

Он достал из кармана деньги и отсчитал несколько крупных купюр.

– Здесь оплата счета, а остальное – за моральный ущерб.

Официантка, не веря своим глазам, быстро забрала деньги и спрятала их в сумочке.

– Барон Гордеев, вас подвезти? – Сундуков взглянул на меня потеплевшим взглядом.

– Нет, спасибо, барон. Я, пожалуй, еще здесь побуду. Тут такая отменная кухня, знаете ли.

Мы с Сундуком крепко пожали друг другу руки, и он с сыном пошел на выход.

– Ну вот, я же говорил, что все образуется! – подмигнул я официантке.

– Не знаю, как вам это удалось. Я просто в шоке! Спасибо вам большое, – девушка смущенно улыбнулась и взглянула на меня своими большими серыми глазами.

Вот черт! А она красивая!

– Простите за наглость, а можно узнать ваше имя, прекрасная незнакомка? – Я с интересом поглядел на официантку.

– Марта, – лицо девушки покрылось легким румянцем.

– Очень приятно, Марта, а меня – Саша. – Я приветливо улыбнулся и увидел в ответ чудесную улыбку на утонченном светлом личике. – А подскажите, Марта, у вас тут никто поблизости квартирку не сдает? Только чтоб не очень дорого. Я поступил в академию, а жить в общежитии нет никакого желания.

Девушка удивленно вскинула на меня глаза.

– Мы… сдаем… с мамой, – запинаясь от непонятного волнения, ответила она.

– Серьезно? Так это же здорово! А когда можно посмотреть?

– Да хоть сейчас! – воскликнула она. – Посетителей все-равно пока нет, – грустно ответила она, глянув на пустой зал.

– Да не переживайте вы так. Эти негодяи больше сюда не сунутся, я уверен. Так что дела обязательно пойдут на лад, – улыбнулся я и добавил: – Покажете мне квартиру?

– Да, конечно, с удовольствием. Вот только маму предупрежу, – и она, робко глянув на меня, вновь смущенно покраснела и быстро скрылась за дверью кухни.

Вернулась она через пару минут. На ней уже не было большого передника официантки, который полностью скрывал ее чудесную фигурку. Одета она была в синие обтягивающие джинсы и белую блузку, под которой угадывались миниатюрные округлые прелести, манящие своими плавными изгибами.

Уймись, похотливое животное! Думай только о деле! Нечего тут на невинных красоток засматриваться, – отругал я себя. А вот моему Пушистику, похоже, было глубоко по барабану на все мои моральные терзания. Он с горящими глазами начал потихоньку отколупывать клювом верхнюю пуговку на блузке Марты. Пришлось его приструнить и отогнать подальше. А чтобы сильно не возмущался, я послал его искать по окрестностям очередной притон йогинь-нудисток или что-то похожее, способное удовлетворить ненасытные аппетиты моего фамильяра.