355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Валерий Воронин » Заколдованная Русь. Древняя страна магов » Текст книги (страница 4)
Заколдованная Русь. Древняя страна магов
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 22:48

Текст книги "Заколдованная Русь. Древняя страна магов"


Автор книги: Валерий Воронин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

2

Прежде чем понять глубину трагедии, постигшую греческое городище Софиос (как оно называлось во времена княжества Феодоро), надо обратить внимание на духовную область, всегда присутствующую в здешних местах.

Я говорил, что нами было открыто несколько мест, несущих на себе следы ритуально-магического прошлого. Это и четыре каменных коло, и сопутствующие им четыре свечные башни, и святилище, на остатках которого возник храм Гермеса, и место на склоне Каблук-Кая, где проводились церемонии посвящения юношей в жреческий сан, и водопад с каменными шарами, где незримо витает тень Афродиты. Случайным такое скопище древностей назвать нельзя. Явно с глубочайших времён здесь селились люди, завлеченные сюда силой места. И эти люди были посвящёнными.

Я допускаю такое развитие событий. В незапамятные времена, когда то, что мы обнаружили, представляло собой некую стройную духовную структуру, здесь жили мастера, которые были призваны для её охраны и поддержания в рабочем виде. Кто были эти люди? Скорее всего, их можно назвать жрецами. Но среда их была неоднородна, как и в любом обществе. Здесь присутствовали те, кто проводил ритуалы на каменных коло, в башнях, святилищах и храмах. Те, кто были настоящими магами и творили чудеса. Были свои мыслители и ясновидящие. Без сомнения, данное духовное образование работало не само на себя. Существовала иная сфера, может быть, царская либо божественная по определению, которая с землёй магов и её жителями являла собой некий глобальный духовный механизм, о предназначении которого можно лишь строить предположения.

Я уже говорил, что некоторые современные географические названия, а также те, которые нам стали известны, являются отголоском древнерусского языка. Вполне разумно предположить, что эта «страна магов» была прародиной возникшей здесь впоследствии древней Руси. И здесь изначально жили те, кого на Руси принято называть волхвами либо же кудесниками. Я ранее ввёл определение – «сказочная страна». Думаю, к её жителям-кудесникам такое название более чем подходящее.

Где могли жить маги и сменившие их волхвы? Думается, места этих городищ мы обнаружили. Огромное число развалин в виде отдельно стоящих особняков или групп особняков разбросано вдоль Манаготры, вплоть до её истока, а также Гремяч-реки. Они представляют собой островки цивилизации в сплошных зарослях леса и нагромождении скал. Я бы назвал их скитами либо же монастырями. Конечно, если таковые могли существовать в ту древнюю эпоху. В привычном нашему пониманию виде.

Когда сюда добрались беженцы из Византии, волна которых захлестнула весь юго-западный Крым, то такое устройство отдельных небольших поселений, которые на современный русский язык можно ещё назвать хуторами, им пришлось по душе. Монашество Византии здесь пустило свои глубокие корни лишь потому, что для них была подготовлена прекрасная духовная почва, на которой обитали их предшественники разных взглядов, течений и образа мышления. Теперь разумно все эти поселения, беря их в массе, назвать «страной монастырей». Нечто подобное было создано в Греции на горе Святой Афон.

Мой отец как-то рассказывал мне о владыке Иннокентии, который возглавлял таврическую православную епархию в середине девятнадцатого века. Он утверждал, что в Крыму действительно существовала такая «монастырская страна». Откуда он черпал свои сведения – неизвестно. Но эту страну так и не нашли, посчитав лишь, что она была разбросана на значительной территории юго-западного Крыма, где сейчас находятся выдолбленные в скалах многоярусные пещеры (пещерные города). Думается, правильность этой догадки верна. Но вот сердце «страны монастырей» не нашли. А оно-то притаилось в междуречье Манаготры, Гремяч-реки и Бельбека!

Когда возникло и крепко встало на ноги княжество Феодоро, монастыри Манаготры вошли в её состав неотъемлемой духовной составляющей. И теперь само городище София (Софиос) представляло собой духовный магнит, притягивающий сюда всякого, кто хотел бы почерпнуть для себя живительной силы. Можно лишь представить, какое число паломников следовало в эти места!

Теперь кажется, что так было всегда. Во времена княжества Феодоро сюда бежали просвещенные греки Крыма, во времена гонения на иконоборцев в Византии – монахи и духовно непреклонные христиане. Во времена древней Руси волхвы со всех пределов Северного Причерноморья, настоящие кудесники, врачеватели и чародеи. Ещё раньше – это были маги и медиумы. В глубочайшей древности – особо посвящённые жрецы и хранители тайн земли, мастера, наделённые божественными функциями. А ещё раньше? Наверное, здесь само собой возникает предположение – не обиталище ли это тех, кого мы называем языческими богами? Следуя древнерусской традиции – это Перун, Даждь-бог, Сварог, Хорх и другие. Следуя древнегерманской – это асы. А по древнегреческой – это олимпийские боги. В первую очередь из числа тех, кто считался очень древним, догреческого происхождения. Кстати, в их числе были Афродита и Гермес, смутные отголоски их присутствия здесь мы обнаружили. Но пока не сложилась стройная историческая линия из глубокой древности до наших дней, которую я только что изложил, невозможно было понять, при чём здесь Афродита и Гермес, каким ветром их сюда занесло. Но теперь правильнее было бы говорить обратное. Может быть, разумнее поискать ветер, который знания о них распространил за пределы Крыма, вплоть до земель греческих?

Здесь я сделаю небольшое отступление и перемещусь из времён моей юности в 1942 год и последовавший за ним 43-ий. Мы обнаружили в одной из пещер горы Богатырь (которая примыкает к Сотере с севера) древнейшую реликвию в виде четырёх кусков золотой цепи. Каждый из этих кусков был столь тяжёл, что его поднять могли лишь два человека. Обычно такими бывают якорные цепи на самых больших кораблях, только они, понятно, не золотые, а железные.

Наши специалисты из «Аненербе» назвали их «Геракловыми цепями», ибо выявили прямую связь с этим древнегреческим героем. Скажу, что Геракл считался олимпийским богом догреческого происхождения, что роднило его с Афродитой и Гермесом. Наверное, данное обстоятельство позволяет мне провести прямую линию от места, где мы обнаружили свидетельства пребывания олимпийских героев и богов прошлого к самому Олимпу. Не были ли здешние места тем действительным сосредоточением божественных сил, которые позже оформились греками в виде красивого мифа о горе Олимп? И они, поэты по натуре, даже назвали так одну из своих горных вершин! А на самом деле, прообраз Олимпа следует искать совсем в ином месте. И, кажется, благодаря стараниям моего отца, а позже моих коллег из «Аненребе», мы вышли на его след.

Я уже рассказывал, описывая свои впечатления, когда отец привёл меня к водопаду и каменным шарам, что я ощутил присутствие неведомой силы. Позже я назвал данное место «тенью Афродиты». Всё время меня не покидал этот образ: тени прошлого витают по ущельям Биюк-Узенбаша и не подпускают к своим тайнам никого. Теней множество, и все они имеют конкретный первоисточник, от которого произошли.

Теперь для меня этот сплошной туман из множества теней стал понемногу рассеиваться, и я начал видеть прежде скрытое от меня всё чётче и чётче.

3

Прежде всего следовало выяснить, что собой представляли отдельные поселения, которые я называл и монастырями (скитами), и хуторами, и особняками. Всё зависело от конкретной конфигурации развалин и их места нахождения. В течение 1942–1943 годов мы провели гигантскую работу, исследуя эти места. Причём её пришлось вести тайно, не привлекая внимания местного населения. В противном случае о нашей деятельности могли прознать партизаны и совершить на нас нападение. Делали мы свои научные изыскания не из праздного любопытства и не ради утверждения каких-то исторических выводов. Нас интересовала система, по которой были построены эти монастыри, а также те знания, которые тут томились.

По всему выходило, что здесь была сокрыта величайшая мудрость, духовная сила и магия прошлого в одном лице. И если мы сумеем подобрать ключик к этой исторической загадке, то станем обладателями таких знаний и таких возможностей, что нам никто не сможет противостоять.

Наши исследования одновременно шли в двух плоскостях. Первая – явная и конкретная, осуществлялась в виде раскопок старых развалин. А вторая – неизвестная и невидимая даже посвящённым – это работа в архивах. И речь шла не об обычных архивах, а о тех, к которым было добраться крайне сложно. Один из них находился в Ватикане, а второй – рядом с Крымом, в Стамбуле, у патриарха Вселенского. По нашим сведениям, именно там могло находиться то, что так нас интересовало. И вот почему.

После падения княжества Феодоро все сведения о нём и о развитии христианства в Крыму сохранились лишь в православных монастырях, которые турецкие войска не сочли необходимым уничтожить. Эти монастыри, в основном юго-западного Крыма, и сохраняли в своих архивах древнюю историю здешней земли. После присоединения Крыма к России монастыри подпали под покровительство русской православной церкви Московского патриархата. Но греки-монахи, целые поколения которых жили под гнётом турецкого султана и Крымского хана, всегда считали себя потомками Византии и традиционно подчинялись Патриарху Вселенскому. Именно поэтому они не признали над собой Московский патриархат и дружно переселились на свою историческую родину, забрав с собой и все архивы. Именно таким образом все древние тайны Крыма оказались в Стамбуле (бывшем Константинополе) в резиденции Патриарха Вселенского, где в его архивах находятся до сего времени.

Насколько мне известно, русские императоры, начиная с Александра I, неоднократно обращались к Вселенскому Патриарху с просьбой вернуть им крымские архивы. Но каждый раз в такой просьбе им отказывалось. Почему? Всё сходится к тому, что сведения, содержащиеся там, имели столь невероятную ценность, что Патриарх Вселенский ни при каких обстоятельствах не желал передавать их кому бы то ни было. А ведь Российская империя, заполучи их, могла с умом использовать эти сведения, что возможно не входило в планы их соседей, врагов и мнимых друзей.

Но то, что не удалось русским императорам, сумели осуществить структуры «Аненербе». Тем более сейчас, когда мы знаем точно, что именно надо искать. Я не буду вдаваться в подробности этой специальной операции, сообщу лишь, что она увенчалась успехом.

Если охарактеризовать каким-то одним ёмким и точным определением, то территория в горах, которую нам удалось найти, называется «страна башен». Очень поэтичное имя. И к тому же – очень говорящее. Если на мгновение представить по всем этим ущельям, взгорьям и горам десятки башен, то всё станет понятно. Везде стояли башни. Иногда в гордом одиночестве, иногда по две-три рядом. А как в случае со Свечными башнями – их было даже четыре. Иногда башни окружали какие-то строения, возможно имевшие хозяйственные, оборонительные и иные функции. И то, что мы изначально принимали за хутора либо отдельные особнячки, были остатками башен и сопутствующих им строений.

Эти башни имели название – «истолпы». Кстати, очень похоже на русское «столпы» (столбы). Собственно, такими они и выглядели, с торчащими в небо остроконечными крышами. Не исключено, что вообще слово «столб» пошло от названия башни. Что же касается их наверший, то они были чаще всего выполнены в виде пирамид со шпилем. Такие крыши назывались «пиками». Были и другие – шатровые. Крайне редко встречались и куполовидные.

Иногда словом «истолпы» обозначалась не одна башня, а все в совокупности. Иными словами – вся «страна башен». А отдельные же башни назывались и таким термином, как «кварта». И вообще, «кварта» – слово явно латинского происхождения и переводится как «четыре». Хотя, не исключено, что в их язык оно попало от этрусов, которые прежде жили в Малой Азии и Причерноморье, а, возможно – и в Крыму. Так что связи здесь прослеживаются с древних времён.

Строения, сопутствующие башням, тоже имели общее название – «пристолы». Очевидно, они получили его потому, что находились рядом с истолпами (приставленные к башням). Но «пристол» – это очень известное, особенно в христианской традиции, понятие. Так называется и ряд небожителей высшего порядка, которые весьма приближены к Богу-Вседержителю. Кажется, так называется один из элементов внутри христианской церкви. Здесь я не совсем уверен в правильности моего определения, как «элемент», но для понятливости я назвал его именно так.

Кроме того, слово «престол» употребляется в случаях, когда речь идёт о монархическом правлении. Понятие «сесть на престол» и «сесть на трон» являются синонимами, говорящими о ком-то, кто стал царём и правит страной.

Из ситуации, связанной со страной башней, сам собой напрашивается вывод – в таких башнях жили необычные духовные особы, которые правили отдельными людьми либо целыми людскими массами, возможно, даже народами, не с помощью силы или мирской власти, а посредством духа и магии. В этом отношении они действительно были и волхвами, и кудесниками, и волшебниками в одном лице. Возможно, они действительно «предстояли пред Богом» (были его ближайшими помощниками). И тогда мои самые смелые предположения относительно истинных хозяев «страны башен» оправдываются.

4

Было явно и то, что каждая из этих башен с престолом самодостаточна. И вместе с тем они были все вместе связаны друг с другом. Причём даже не нитью, а цепью. Толстой, надёжной цепью, каждое звено которой – это очередная башня. И вместе – истолпы…

Я даже подумал, что в таком виде башня представляет собой колокольню, а престол – сам храм. И это великое (по числу) скопище таких храмов с колокольнями всё время посылало в пространство неба свои духовные позывы. Ежедневно, ежечасно, ежеминутно. Очень похоже на постоянно действующий вулкан с огромным числом сопел. Только извергают они не магму, а какую-то невероятную духовную силу.

Нам вспомнились записки одного средневекового арабского путешественника. Он был в Крыму и оставил свидетельства посещения полуострова. В частности – увиденную им область, где расположены во множественном числе сооружения, которые напоминают крепости. Он так и назвал её – страной крепостей. Насколько я знаю, впоследствии попытки обнаружить эту страну предпринимались, и не раз. Но ни одному из исследователей этого сделать не удалось. Точнее сказать, то, что ими принималось за однажды увиденное арабским путешественником, не было таковым на самом деле.

Теперь же я могу дать правильное объяснение, почему до сих пор эту страну крепостей не удалось обнаружить.

Арабский источник о них трактуется XIV-ым веком, когда ещё процветало княжество Феодоро. А поиски (безрезультатные) этой «страны крепостей» осуществлялись после 1700 года. Выходит, что она пропала где-то на рубеже XIV (XV) – XVIII веков.

Но ведь Крым был завоёван турецкими войсками именно в это время (1475 году). Я уже говорил, что с падением Мангупа (столица княжества), были уничтожены и другие городища этого православного государства. Среди них и Софиос, которую я назвал «страной башен». Мне кажется, что «страна башен» и «страна крепостей» – суть одно и то же. Просто арабский путешественник увиденное трактовал, как крепости (множество мелких крепостей), не вдаваясь в подробности.

Но мы увидели глубину, которую средневековый путешественник не заметил (либо ему не дали это сделать). Теперь абсолютно понятно, почему легендарную «страну крепостей» не могут найти. Все башни были разрушены, а развалины заросли густым лесом. Никому и в голову не придёт в этом «глухом» углу крымских гор что-либо искать. Если бы не странные свидетельства местных жителей о механическом человеке, то и мой отец никогда бы не заинтересовался ущельями Манаготры и Гремяч-реки. И совершенно неожиданно открыл остатки легендарной древней страны. А наши специалисты из «Аненербе» лишь закончили его работу, дав этой земле её истинное название – «страна крепостей».

Впрочем, отец и сам о чём-то подобном догадывался. Хотя его размышления распространялись в другую сторону. Он мне говорил не раз: «Если посмотреть на эту местность с какой-либо горы, то она увидится как раскинувшийся в горах древний город с огромным числом башен». И добавлял, что так выглядят древнерусские города с их кремлями, храмами и колокольнями. Он меня настойчиво уверял, что это и был прообраз русских городов. Может быть, именно его имели в виду русские писатели, когда на основе русских легенд составляли сказки, в которых формулировали такие понятия, как тридевятое царство, царство Салтана, остров Буян и тому подобное? Может быть, это и оно самое – та древняя сказочная Русь, которую тоже ищут, но не могут определиться с её месторасположением.

Но сейчас, когда вся моя работа сосредоточена в «Аненербе», понятно, что древнее сосредоточение сказочной Руси меня интересует не только с точки зрения исторической правды, а по иной причине. Как эту правду можно использовать в наших целях, и какую пользу она может принести в конкретных событиях войны Третьего Рейха и Советской России.

Существовало несколько предложений, как наиболее эффективно использовать «страну башен (крепостей)» в наших целях. Одно мы даже начали реализовывать. Учитывая все особенности местности, её магическую силу и древнейшие корни, мы решили устроить здесь научное отделение «Аненербе». Если бы дела пошли хорошо, то вообще можно было бы сюда перевести значительное число наших отделов. И «страна крепостей» превратилась бы в крупнейший научно-исследовательский и прикладной центр мирового значения. Каковым, в сущности, это место и было на протяжении длительного времени, с самых первых времён. Так что в этом смысле мы действовали верно, восстанавливая историческую справедливость.

К сожалению, реалии войны вносили корректировки в наши планы. В лесу и горах находились партизаны. Их вылазок приходилось всё время остерегаться. Именно поэтому мы вынуждены были проводить специальные операции, привлекая в них большое число жандармских и иных частей, чтобы свести эту угрозу к минимуму.

Второй нашей проблемой было местное население. Понятно, что оно не должно даже догадываться о наших истинных намерениях. Именно поэтому нам пришлось часть Биюк-Узенбаша уничтожить. Были сожжены дома на верхней половине улицы, которая следовала вдоль ущелья, где текла Гремяч-река. Сделано это было под предлогом борьбы с партизанами. Якобы жители им помогали, и мы решили пресечь их деятельность таким радикальным способом.

Теперь ранее жившие здесь татары никак не могли подсмотреть, чем именно мы занимаемся. Я напомню, что данная часть улицы вплотную подходила к «стране башен (крепостей)», и именно сюда удобнее всего можно было подъехать на грузовых автомашинах. Вскоре мы начали подвозить строительный материал для первых оборонительных и прочих сооружений. Это был форпост «Аненербе» в Крыму, и мы подходили к его созданию очень ответственно. Но внешне все наши действия проходили в рамках борьбы с партизанами. А то, что мы хотели здесь строить сооружения «военного» назначения, вписывалось в концепцию этой борьбы.

Наша деятельность не только внимательно прослеживалась на самом верху, но ей уделялось и особое внимание. Однажды я узнал от своего шефа, что сюда должен приехать Адольф Гитлер. Ожидался его визит в Крым. Это должно было случиться во второй половине осени 1943 года. Какова истинная цель такого визита, я, конечно же, не знал. То, что выдавалось за главное, могло оказаться лишь маскировкой. Почему-то я был уверен, что в первую очередь он очень хочет посмотреть своими глазами «страну крепостей» и лично оценить достоинства этого древнего места. Уверен, что наши настойчивые изыскания заставили многих посмотреть на этот древний уголок Крыма другими глазами.

Но был ли Адольф Гитлер здесь, я не знаю. Всё совершалось под покровом великой тайны, даже от «Аненербе». Официально я слышал, будто бы он отменил визит в Крым. Но так ли на самом деле? Мой шеф, генерал Краузер, когда я обратился к нему с подобным вопросом, посоветовал мне заниматься своими непосредственными обязанностями. Я всё понял и больше эту тему никогда не поднимал.

К сожалению, резкая перемена на восточном фронте заставила менять наши планы. Русские наступали, и Крым из тыловой зоны превращался в прифронтовую полосу. Так что о создании центра «Аненербе» в Крыму нам пришлось забыть.

Не сумев использовать «страну крепостей» по её прямому назначению, мы решили прибегнуть ко второму варианту, в котором и был задействован я. Именно по этой причине было принято решение использовать меня напрямую, как знатока здешних мест. Поэтому я и был направлен в Биюк-Узенбаш под видом татарина-беженца. Но о моём личном задании я пока умолчу.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю