Текст книги "Найденыш 4. Восхождение (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 36 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

Главы 15, 16, 17

Глава пятнадцатая

Петербург, март 2011 года

Ему пришла в голову мысль, как можно быстро и без лишних нервных затрат сохранить важную информацию из старых тетрадей. Уютный особнячок на Шуваловских дачах сейчас пустовал, но там у Никиты осталась вся техника: рабочий компьютер и сканирующий аппарат «Белка» с высокой точностью распознавания всяких закорючек и плохо прописанных или пропечатанных знаков. Да и от Академии ехать быстрее, чем от Обводного. После занятий у него будет два часа, чтобы спокойно, без лишних глаз и ушей, плодотворно поработать. За неделю можно управиться. Набивать на руках мозоли, переписывая огромный массив ценных данных, Никита не хотел. К тому же появилась идея, как уберечь записи от дальнейшего старения. Да, тетради он не будет уничтожать, а продублирует на цифровом носителе.

Никита понимал, что сильно рискует. Нет у него сейчас людей, которым можно довериться на все двести процентов. А цифровая информация легче всего поддается уничтожению или перехвату. Так что… лет через десять-двадцать. Пока же все будет в его руках: и носители, и тетради. Так надежнее.

Сразу после занятий он заехал на Обводной, отказался от обеда и забрал кейс с документами. Предупредил Федора, что вернется к вечеру вместе с Тамарой Константиновной. Мужчина понятливо кивнул, но счел нужным предупредить, что должны приехать представители строительной компании, занимавшиеся отделкой флигеля. Какие будут указания?

– Да никаких, ты же сам все знаешь, – усмехнулся Никита. – Главное, не давай им расслабляться и затягивать перекуры. Пусть прораб в конце дня лично вместе с тобой проверит флигель. Все замечания – на бумаге с подписью.

– Понял, Никита Анатольевич, – Федор захлопнул блокнот, в котором постоянно что-то писал. Видно, определял для себя первоочередные задачи по благоустройству особняка и прилегающей территории.

Никита с облегчением перекинул на него всю тяжесть рутины. Федор оказался понятливым и расчетливым управляющим. Он даже успел определить для себя план работ на лето.

Только собрался уходить, его догнала Нина с кульком пирожков. Это баба Марьяна успела сообразить, что молодому хозяину нужно в дорогу что-то дать. В плане подкормки молодого хозяина старушка пока значительно опережала новую домработницу. Никита улыбнулся и поблагодарил за паек. Действительно, когда ему готовить еду? Чайник вскипятит – и то ладно.

Он успел проскочить центр города без долгого ожидания в пробках, как раздался звонок телефона. Сам Коваленко – генеральный управляющий – вышел на связь.

– Слушаю, Станислав Евгеньевич, – включил Никита громкий динамик, чтобы руки были свободными.

– Никита Анатольевич! Добрый день! – баритон Коваленко нес в себе удивительно успокаивающие интонации. – Вы не заняты?

– Говорите, не стоит волноваться.

– Сегодня в Вологду пришел вагон с композитами из Великого Новгорода. Вся сопроводительная документация у нас на руках, передана по Сети. Пакет с оригиналами должен прибыть через два дня. Мы можем начинать перегрузку товара и перевозить на наши склады.

– Весьма вовремя, Станислав Евгеньевич! – обрадовался Никита. – Как быстро Лодыженский сработал! Деньги на его счет переведены?

– Конечно, там проблем нет. Сразу же провели транзакцию. Но, дело, конечно, не в этом. Кто будет заниматься опытным образцом? Насколько я понял из доклада Шульгина, большая часть новейших разработок принадлежит вам, а компоненты пока недоступны. Мы создадим броню – за сроки не беспокойтесь – но как быть с наполнением?

Никита обругал себя дураком. Надо было сразу переслать с секретным пакетом в «Изумруд» все данные по защитным плетениям. Они же готовы, схемы отработаны. Осталось только наложить защиту на каждый слой. Там есть спецы, сообразят, что делать.

– Хорошо, я вас понял, – Никита снизил скорость перед светофором, мигающим желтым глазом. Вереница машин перед его «бриллиантом» застыла. – Оформите командировку курьера в Петербург. Я лично передам ему пакет с бумагами. Пока готовится каркас брони – технология уже будет в «Изумруде».

– Курьера посылать с сотрудниками безопасности, если я правильно определил ценность пакета, – утверждающе произнес Коваленко.

– Обязательно. И обеспечьте магической защитой людей, – Никита прибавил скорость после зеленого сигнала и вырулил на трассу, ведущую к Шуваловским дачам. – Амулеты у них должны быть обязательно. Я самолично дам нужные инструкции на обратный путь.

– Куда им ехать?

– На мой новый адрес, особняк князя Меньшикова на Обводном.

– Принял… И еще: Захар Викторович спрашивает, кого привлекать к разработке брони.

– У Шульгина под началом десяток опытных волхвов. Пусть отберет самых надежных и опытных, а также привлечет телепортаторов. Кстати, Краусе тоже должен участвовать в разработке «Бриза».

– Э…, вы уверены, Никита Анатольевич? Вы в курсе, что за Краусе идет пристальное наблюдение со стороны вашей СБ?

– Конечно, – усмехнулся Никита. – Корниенко все знает, но пусть Захар Викторович предупредит его о моем требовании. Не переживайте.

– Смотрите сами, – в голосе Коваленко появились нотки сомнения. – Я бы пока придержал этого человека, не доверяя ему такую разработку.

– Станислав Евгеньевич, – Никита вздохнул, – к Краусе сейчас слишком много внимания – согласен, но именно он может предложить некоторые инновации в создании «Бриза». Я, кстати, накидал свои соображения по телепортации, которую можно использовать в броне. Если получится внедрить – будет очень и очень интересно.

– Я вас понял, Никита Анатольевич. Сегодня же ночью высылаю курьера с самолетом. Завтра утром он будет у вас. До свидания.

– Принял. Всего доброго.

Отключившись, Никита усмехнулся. Вот будет сюрприз, если в броню удастся внедрить телепортационные маяки. Тогда «Бриз» превратится в мощнейший защитный комплекс, за которым начнут гоняться зарубежные разведки. Теперь надо решить вопрос с Костей Краусе. Честно себе признаваясь, Никита не хотел устраивать шпионских игр с неизвестным противником. Ясно, что он хочет внедрить в «Изумруд» агента. Но кто именно заинтересовался его концерном? Теперь нужно действовать осторожно. Принять на работу протеже Кости и установить за ним плотную опеку. И через него выяснить, кто излишне любопытен? Неужели контрразведка ушами прохлопала?

Вот пусть Коваленко и займется этим вопросом. А ему недосуг. Время поджимало, Константин Михайлович тоже не давал расслабиться, каждый день интересуется о проекте.

Доехав до особняка, Никита первым делом вышел из машины и прошелся вдоль забора, отмечая нарушения периметра. В последний раз он здесь был два месяца назад и раскидал защитные плетения в виде легких «осьминогов», наткнувшись на которых, можно получить легкую парализацию конечностей. Нормальные люди в чужой огород не полезут, а любопытные могут часок простоять на морозе, не пошевельнув ни рукой, ни ногой, наткнувшись на сюрприз. Ага, кажется, все нормально. Пара охранных плетений разряжена. Видать, на бродячих кошек сработал. Трупиков не видно – значит, живы остались. Усмехнувшись, Никита зашел во двор, обошел кругом насупившийся от одиночества дом и убедился в сохранности остальных плетений. Никто не залезал внутрь в отсутствие хозяина, что уже хорошо.

Машину он оставил возле ворот, а сам зашел внутрь, ощущая, насколько здесь холодно. Скинул только куртку. Налил в чайник воды, включил его, и пока он закипал, прошел во вторую спальню, где был оборудован рабочий уголок с компьютером и всей сопутствующей периферией.

Работа двигалась. Поставив рядом с собой большую кружку с горячим сладким чаем, Никита решил обработать самые старые тетради в первую очередь. Главное, не увлечься. А то прошляпит время, когда нужно будет забирать жену из университета. Снял часы с руки и положил перед собой. Усмехнулся. С Тамарой не соскучишься. Она изменилась за последнее время, как только закончился процесс очищения ее ауры от фармагиков. Все чаще Никита ловил себя на мысли, что смотрит на супругу с большим, чем прежде, изумлением и восхищением. Мало того, что она расцвела – в светских аристократических салонах ей стали откровенно отдавать первенство самой красивой молодой женщины столицы, потеснив даже Ларису Зубову. И такое внимание слегка нервировало Никиту. И так уже кое-кто принаглел, стал присылать большие букеты роз прямо из оранжереи, с капельками воды на лепестках, и с записками, вроде «восхищаюсь вашей красотой, не подумайте чего плохого». Артисты, художники, писатели – столичная богема не на шутку разволновалась, боясь упустить новый источник вдохновения. Тамара весело хохотала, когда Никита вечерами пытался выяснить, с каких это пор его стараются обойти, как стену, мешающую насладиться видом «источника вдохновения». Даже грозился поставить на уши богемные посиделки. Ей, конечно, приятно осознавать свой новый статус, в котором ее боготворят и восхищаются. Но, с другой стороны, Тамара не заигрывалась, осознавая, за кем она замужем. В глубине души Никита подозревал, что она побаивается его. Раза два он видел лицо жены, когда в порыве неконтролируемого гнева и выплеска Силы его зрачки чернели, а на Обводном перегорела половина уличных фонарей. Да, это недоумение и испуг. За него. И тогда супруга просто обнимала его, обволакивая своими чарами, стараясь залечить пробоины в «кольчужке». Надо бы в себе разобраться, что не так в его астральном поле, откуда идут эти непонятные грязные энергетические потоки. Становилось страшно. Не умей себя контролировать – кто может из него получиться? Монстр, наделенный ужасающей мощью, да еще питающийся Силой Рода?

А с другой стороны – да плевать на все. Он обладает настоящим сокровищем, которое не променяет ни на какие сладкие коврижки. Если будет угодно отдать все за благополучие семьи – отдаст, не упираясь, как дед. Трагедия матери и всего рода Назаровых заставляли Никиту серьезно относиться к безопасности как своей, так и Тамары. Аристократия только с виду мягкая и пушистая. Дай возможность какому-нибудь клану подняться выше других – затопчет всех в грязь, зароет в землю, не считаясь ни с моралью, ни с совестью. Мало таких, что ли?

Закончив сканировать две тетради, Никита сбросил все материалы на переносной носитель и положил в карман рубашки. Отсканированные файлы документов, висевшие в программе, безжалостно стер с компьютера, не оставив и следа. Ничего здесь оставлять нельзя. Слишком уединенное место, где велик соблазн залезть в его дом и переворошить все вверх дном, особо не торопясь и не беспокоясь, что хозяин спохватится в ближайшие дни.

Тамару он забрал вовремя. Правда, пришлось подвезти Дашу Ташкевич до дома. Девушка всю дорогу трещала о нарядах, которые уместно продемонстрировать на дне рождения Лизы Воронцовой. У Никиты даже уши опухли, и когда подругу высадили, он вздохнул свободно.

– Мне кажется, раньше она была более сдержанна на язык, – сказал Никита, притапливая педаль газа, чтобы побыстрее отъехать от болтушки.

– У нее вдохновение! – засмеялась Тамара, положа свою прохладную ладонь на колено мужа. – Представляешь, влюбилась в какого-то артиста. Я же тебе говорила, что у нас театральный кружок образовался, так пригласили молодого, амбициозного Львова для проведения мастер-класса. Все, пропала наша Дашенька.

– Львов? – наморщил лоб Никита. – Это кто такой?

– Ты его не знаешь. Он работает в художественном театре на Невском.

– В этой забегаловке «Северная Пальмира»? – усмехнулся Никита.

– И никакая не забегаловка. Перспективная молодежная группа ставит современные спектакли, – возразила девушка. – Кстати, ты совсем отбился от жизни. Хоть бы раз сводил меня в театр или на какой-нибудь концерт. В следующем месяце здесь с гастролями будет миланская опера.

– Тебе нравится слушать такие старомодные вещи?

– Смешно, Назаров! Какие старомодные? Они будут петь современный джаз, рок в какой-то своеобразной обработке. Нет, мне просто интересно, как это будет выглядеть на самом деле!

– Я достану билеты, милая, – успокоил возмутившуюся жену Никита и сжал ее пальчики. – Если тебе так важно показаться в свете – сделаю.

– Да не в этом дело…, – растерялась Тамара. – Я хочу, чтобы ты немного отвлекся от своих предприятий. Тебе нужен отдых.

– Я не устал. Билеты будут. Сходим, развеемся.

– Катя тоже хочет. Думаю, свою сестренку в нашем обществе я выдержу.

– Она ко мне приставать будет, – попытался пошутить Никита, сворачивая на Обводной. – Ты же знаешь, как она реагирует на мое общество.

– Переживет, – как-то странно ответила девушка. – Пора ее к кому-то пристраивать.

Никита покосился на Тамару озадаченно, но предпочел ничего не спрашивать.

Поужинав и выслушав доклад Федора за прошедший день, Никита сходил с ним во флигель, чтобы посмотреть, как продвигаются дела. Да, ребята постарались. Уже сейчас небольшой уютный домик мог принять своих постояльцев. Старики уже копытом бьют, хотят переезжать. Но пока рановато. Мелкие работы еще остались, а весной – пожалуйста.

Поздним вечером, набросав последние рекомендации Шульгину, Никита запечатал пакет и вложил его в кожаный кейс. Щелкнул замками и повесил защитные плетения. Сюрприз он оставил внутри, если возникнет вариант силового отъема документов. Наработки Шута Никите нравились, он их просто модернизировал.

– Что ты делаешь? – с любопытством спросила Тамара, оторвавшись от толстого учебника с грозной надписью на обложке: «Скрытые риски при управлении крупными концернами». Какая-то беллетристика, а не серьезный научный труд, было мнение Никиты. Девушка полулежала на мягком диванчике в кабинете мужа, закутавшись в плед.

– Нужно отослать пакет с технологическими чертежами в «Изумруд», – ответил Никита. – Завтра утром из Вологды прибудет посыльный. А я, дубина, забыл дать некоторые указания Захару Викторовичу.

– Технология брони?

– Ага.

– Не боишься с нарочным отправлять? – Тамара отложила книгу, когда Никита подсел к ней, и обхватила его за шею.

– Не боюсь, – улыбнулся Никита, зарываясь в густую копну распущенных волос жены.

– Понятно, пакость решил устроить, – пробормотала в ответ девушка, отвечая на ласки Никиты. – Бедный Шульгин! Когда вскроет кейс…

– Шульгин не пострадает. Я ему уже передал инструкции по вскрытию страшного чемодана.

– Тогда… пошли в нашу кроватку, коварный чародей, а то я за себя не отвечаю!

Отчаянно зевая, Никита вылез из теплой постели. Время было ранним, но Коваленко предупреждал, что курьер прибудет к шести утра. Надо идти встречать. Нина и старики уже были на ногах и хлопотали на кухне. Заглянув в гостиную, Никита удивился. Там находились два человека. Молодой парень в приличном костюме-тройке и низкорослый бугай с короткой прической. Тот, в отличие от своего спутника, сидел в кожаной куртке, под которой явно скрывалась кобура с пистолетом. Ясно, сопровождение.

– Здорово, молодцы! – громко приветствовал их Никита, входя в гостиную. – Раненько заявились! А я ждал вас к шести часам. Надо же, на целых сорок минут опередили!

– Здравствуйте, Никита Анатольевич! – вскочил молодой, неловко отодвигая стул. – Я – Бобриков, курьер вашей компании! А Михаил – мой сопровождающий.

Никита поздоровался с обоими, попросил подождать пару минут, сам быстро смотался за кейсом. Вернулся и стал давать инструкции.

– Первым делом предупреждаю: не вздумайте сами открывать кейс. Иначе все для вас будет плохо. Любопытство кошку губит, – Никита кивнул на Ревуна, притопавшего следом за ним. – Если возникнет угроза захвата груза – не нужно его защищать. Просто отдайте, чтобы сохранить свои жизни.

– А как же…, – растерялся Михаил, выдвинув челюсть в недоумении.

– Я не хочу гибели своих сотрудников, – ответил Никита, похлопывая по кожаному верху кейса. – Не стоит оно того. Поверьте. Внутри чемоданчика – большой сюрприз. Так что пусть дерзают. Далее: документы передаете лично Шульгину в руки. Никому больше. Только он знает, как деактивировать закладку. Захар Викторович уже в курсе, и будет вас ожидать с большим нетерпением. Когда обратно?

– В десять утра самолет до Вологды, – степенно ответил Михаил. – Мы уже билеты забронировали.

– Тогда сейчас прошу со мной завтракать, – показал жестом на стол Никита. – Пойду, распоряжусь, чтобы подавали.

– Никита Анатольевич, как-то неудобно, – замялся курьер.

– Что – неудобно? Штаны через голову надевать – вот это неудобно, – усмехнулся Назаров. – Голодных не отпущу. У меня есть время до занятий, могу отвезти в аэропорт. Только придется немного там потолкаться в ожидании рейса.

– Мы привычны, – кивнул охранник и зыркнул глазами на своего подопечного, дескать, нечего ломаться, когда предлагают покушать. Никита тоже был такого же мнения, поэтому направился на кухню. Поздоровался с Ниной и бабой Марьяной, попросил, чтобы подали на стол для троих.

– Да мы в курсе, Никита Анатольевич, – сдувая со лба тонкий волосок, выбившийся из-под белой косынки, откликнулась Нина. Она напекла целую гору блинчиков с различной начинкой, и теперь споро накидывала в большую плетеную розетку вареные яйца, тут же на тарелках лежал нарезанный сыр и ветчина. Марьяна разливала чай из самовара. Вот же, консерваторы, – с усмешкой подумал Никита. – Все никак не откажутся от старорусской забавы. Впрочем, чай от этого хуже не становился.

– Как дела у Корниенко? – поинтересовался Никита, когда парни насытились и неспешно швыркали чаек.

– Нормально, – ответил Михаил. – Только в последний месяц усиленные тренировки проводит на слаженность. Боевые посты синхронизированы системой вызова и контроля из операторской. В общем, не дает скучать.

– Молодцы, это правильно, – довольно кивнул Никита. – А сам на какой должности?

– Так вот в сопровождении и работаю, – показал на Бобрикова охранник. – В основном, по Вологде с грузами езжу, со склада на «Изумруд», или на другие склады. Работа, в общем, непыльная, если честно, но ее много.

– С оплатой как?

– Можно было бы чуток прибавить за переработки, – помявшись, ответил парень. – Иногда после суток еще остаешься на пару часов, чтобы ребятам помочь где-то, перестраховаться на время их отсутствия… Ну, всякое бывает.

– Ладно, я поинтересуюсь этим вопросом в расчетном отделе, – Никита сделал заметку в своем телефоне. – Только расслабляться не стоит, Миша. Времена сейчас наступают непонятные, к нашим делам пристальное внимание оттуда….

Палец Никиты показал вверх. Бобриков чуть не поперхнулся, а охранник деловито кивнул, словно говоря, что понимает. Почему бы и нет, как говорит хозяин? Он же теперь чуть ли не в родственных отношениях с самим императором! По слухам, ползущим в недрах «Изумруда», намечается увеличение заказов, причем все такой степени секретности, что как бы не закрыли концерн от посторонних полностью. Ну, слухи – это лишь слухи, базирующиеся на косвенных признаках, как любит говорить начальник, господин Корниенко. Их надо отличать, как породистую собаку от выбраковки. Михаил был полностью согласен со своим шефом. Командировку в столицу он воспринял как знак доверия и возможность при благополучном выполнении задания прыгнуть вверх, уйдя, наконец, с постылой должности разъездного конвойного. С любопытством поглядывая на молодого хозяина «Изумруда», он поразился открытости Назарова и его добродушному приему. Вон, даже завтраком от пуза накормил, делами поинтересовался. А вдруг и в самом деле что-то сдвинется с места после этого задания? Хотелось бы…, да он за этим кейсом следить будет безотрывно! Спать не будет! Хотя, какой спать? Пару часов лёта!

– Ну, что, парни, наелись? – спросил Никита, кинув взгляд на свои наручные часы. И получив утвердительный ответ, добавил: – Тогда через полчаса выезжаем. Мне еще жену надо разбудить, накормить и в университет забросить. Пока можете журналы посмотреть, телевизор. В общем, не скучайте.

Он энергичным шагом вышел из гостиной. Тамара уже проснулась, но никак не хотела вылезать из-под одеяла, хлопая спросонья глазами. Сбившиеся волосы спадали на оголенные плечи, но она и не думала их убирать.

– Какие гости? – не поняла сразу девушка, и только потом сообразила. – А-аа! Твои курьеры прибыли? Мне быть при параде?

– Да, домашний халат сейчас неуместен, – улыбнулся Никита, целуя теплую щеку жены. – Одевайся, наводи красоту – и к столу. Завтрак готов.

Михаил был ошарашен, когда к ним вышла хозяйка особняка. Говорили же, что у Назарова жена одна из первых красавиц столицы. Но говорить одно, а наблюдать другое – две больших разницы. Пусть Тамара Константиновна была в деловом костюме песочного цвета, но он так хорошо подчеркивал ее фигуру и оттенял свежесть лица, что Михаил с трудом сдержал отваливающуюся челюсть. Молодая женщина с улыбкой посмотрела на побледневшего Бобрикова, вскочившего для приветствия, и вежливо кивнула гостям. Никита не стал представлять жену, придерживаясь некоторых правил. Ребят – простолюдины, им не для чего близкое знакомство с родственницей императора. Знают имя-отчество, и достаточно. Совсем запанибрата со своими работниками Никита слыть не собирался. Посидели за столом, пообщались нейтрально – и хватит.

Потом он на своем «бриллианте» подвез Тамару до университета, и помчался в аэропорт. Все наказы уже переданы, правила и инструкции перевозки ценного пакета повторены. Хотелось, чтобы никакой форс-мажор не помешал планам разработки новейшей системы защиты.

Глава шестнадцатая

Китай, Цитайхэ, сборный военный лагерь, март 2011 года

– Мы вас давно ждем, – массируя короткую шею с гримасой легкой боли на лице, произнес толстый майор в камуфляжном костюме с шевроном «Международных наблюдательных сил» на рукаве. Судя по выговору, он был очередным британцем, возможно, чистым англичанином. Майор смотрел в какое-то досье, изредка кидая взгляды на безучастно сидевшего напротив него Хазарина. – Еще неделю назад… Не думали, что вам так безразлична предложенная работа.

– Работа мне нужна, господин…, – Ломакин намеренно взял паузу. Он не подписывал контракт, и посему считался вольным гражданином. И обращаться к военному мог как к равному лицу. И в дополнение ко всему у военного не было обязательной полоски на левом кармане, где указывались имя, фамилия и звание офицера.

– Брюстер, – помог ему толстяк, правильно расценив паузу. – Майор Брюстер. Заместитель начальника штаба всей этой богадельни в песчаных холмах.

– Это лёсс, – исправил его ошибку волхв.

– Что, простите? – не понял офицер.

– Лёсс. Осадочная горная порода, имеющая светло-желтый или палевый цвет. Особо неприятен, когда взвесь поднимается в воздух и заполняет все желтоватой пылью.

– Издеваетесь? – побагровел Брюстер, снова схватившись за шею.

– Нисколько, господин майор, – примиряюще произнес Ломакин, – просто мне не нравится, где стоит лагерь. Дышать такой взвесью не очень-то хочется.

– Не мы выбирали место, – пробурчал майор, остывая. – Значит, вы изъявили желание подписать контракт в качестве вольнонаемного в китайскую армию?

– Я считал, что контракт будет с вами, с международными силами, контролирующими ситуацию на русско-китайской границе, – спокойно напомнил Хазарин. – С китайцами я не хочу иметь дело.

– Хм, вас правильно информировали, но мы не можем брать на службу вольнонаемных, – сказал Брюстер и поджал губы, когда снова посмотрел в папку с документами. – Международный контингент набирается из офицеров и солдат, служащих в определенной стране. Сейчас, например, здесь стоят англичане вместе с егерями из Баварии. А вы – неизвестно кто, пусть даже по документам и немец. Вся информация о контрактах уходит по цепочке наверх, где тщательно проверяется. Мы не хотим рисковать.

– И что же мне делать?

– Делать то, что я и сказал, – снова поморщился Брюстер. Кивнул на полог палатки, за которым слышались отрывистые команды, рык моторов и далекая частая стрельба с полигона. – Вы подпишете контракт с китайцами, а фактически будете подчиняться нашему наблюдательному контингенту. И обучать будете на наши деньги.

– Довольно мутная схема, – покачал головой Хазарин, тщательно просматривая ауру майора.

– Согласен, но здесь и таятся лазейки, чтобы можно было привлечь к работе иностранных специалистов. Вы, как маг, очень вовремя появились.

– В чем будет состоять моя работа?

– Все же решились?

– А у меня есть выбор? Просто я не хочу тащиться обратно в горный монастырь через полстраны. Китай меня утомляет своей безграничностью, майор.

– Хорошо. Ваша должность – инструктор-маг. Будете давать мастер-классы для местных чародеев, обучать их своим премудростям, которых вы сполна вкусили в России. Русские друиды – специфичный противник, и нам позарез нужен человек, знающий все слабые стороны их колдовства.

– Волхвы, – поправил майора Хазарин. – Мы – не друиды.

– Мне тяжело выговаривать такие вещи, – признался толстяк. – Пусть так, не спорю. Значит, вы формируете отряд китайских магов-даосов, довольно сильных, скажу вам прямо, и лепите из них нужный нам материал.

– Я понял, – кивнул Хазарин. – Сколько я получу за свою работу?

– Три тысячи рейхсмарок в месяц, – чуть подумав, ответил Брюстер. – Вы же немец по документам, Шварц? Ну, вот. Поступите в подчинение полковника Штаубе, и все вопросы будете решать через него. Встаете на полное довольствие, получаете обмундирование, койко-место в теплой палатке. Если понадобится съездить на выходные в город развлечься… девочки, выпивка – предупреждайте заранее. В Цитайхэ много русских агентов. Не дай бог, вас кто-то узнает. Вы же в розыске, господин…Ломакин?

– Все-то вы обо мне знаете, – усмехнулся Хазарин. – Полагаю, и разведка здесь крутится?

– Не могу ничего сказать, – развел руками Брюстер.

– А что с вашей шеей? Голова болит, как от мигрени, тяжесть на глазных яблоках, так?

– Проклятье, вы словно читаете мой анамнез, – попытался пошутить майор. – Ох, я и забыл, кто вы на самом деле? Может, Целитель – ваша вторая ипостась?

– Нет, ни в коем случае, – встал Хазарин, разминая пальцы рук. – Я – боевой волхв, а купировать мелкие недомогания может любой маг. Позволите?

– Конечно, – немного неуверенно произнес Брюстер, закрывая папку от постороннего взгляда. – Только я должен быть уверен, что вы без оружия.

Хазарин засмеялся.

– Я же чародей, господин майор! Могу причинить вред на расстоянии, если бы так сильно захотел вам навредить! Но проблемы со здоровьем решаются тактильно, а не с помощью молний или заклинаний.

– Черт с вами, щупайте мои чакры, – пошутил англичанин. – Авось что-то и найдете.

Хазарин зашел за спину Брюстеру и приказал тому сесть прямо, не прислоняясь к спинке стула. Он уже давно понял, что у майора обыкновенное защемление нерва и неправильно сросшийся шейный позвонок. Позволив своим рукам напитывать Силой весь позвоночник, Хазарин направил импульсы в сторону нерва, разогревая его. С этим проблем не было, а вот третий позвонок нужно было исправлять. В результате неправильного положения нарушалось кровоснабжение головного мозга. Аура в этих местах клубилась грязно-коричневой кляксой, как обычно бывает при большой проблеме. Болезнь запущена, и причем давно. Нерв он исправил сразу, а вот с позвонком повозился. Ведь нужно изменить структуру хряща, осторожно поместить его в то самое место, где он изначально и был. Придется руками поработать. Активировав внутреннее зрение, Хазарин стал осторожно разминать шею руками, постепенно «ломая» сросшиеся ткани. Искорки медицинских помощников в виде жгутиков и прыгающих клякс окутали проблемную зону наподобие местной анестезии. Брюстер уже поплыл и не понимал, что с ним делают. Расслабившись, он впал в какую-то прострацию, что для Хазарина было хорошим знаком. Лечение шло успешно. Коричневое проблемное пятно постепенно суживалось, теряя свои очертания. Позвонок легко встал на свое место. Теперь нужно его как-то обезопасить от резких движений. А то сейчас майор обрадуется небывалым легким ощущениям, поскачет аки подросток, и получит новую проблему на ровном месте.

Надавив на виски толстяка, Хазарин погрузил его в медитативный сон, одновременно с этим ускорив процесс регенерации. А сам отошел в сторону и устало присел на свой стул. Спина неприятно взмокла; ему захотелось принять душ и освежиться. Внимание привлекла папка на столе. Оглянувшись по сторонам, особенно в сторону полога, за которым стоял часовой, Хазарин осторожно открыл тисненую корочку с металлическими замками и встал таким образом, чтобы внезапно вошедший кто-то из командного состава не поймал его на чтении секретной информации.

В папке ничего сверхсекретного не обнаружилось. Обычные списки по хозяйственной части, доклады, документация, квитанции. Видно, Брюстер занимался обеспечением контингента, а не рассматривал дело Ломакина. Пожав плечами, Хазарин оставил в покое документы, разбудил майора и еще долго выслушивал восторженные возгласы офицера. Усмехнувшись, напросился на рюмочку отличного коньяка, когда появится возможность.

После этого он вышел из палатки и поинтересовался у часового, где найти полковника Штаубе или баварских егерей. Придав своему виду суровости, молодой пехотинец с автоматом на плече махнул в сторону темно-зеленых палаток, тянущихся слева от командного штаба, где сидел Брюстер, и пренебрежительно ответил:

– Колбасники сейчас на полигоне, а Штаубе совсем недавно зашел в свою палатку. Видите, где штандарт с золотыми львами висит? Вот, туда и топайте, сэр.

– Спасибо, – Хазарин выбрал направление и вскоре уже был у командной палатки полковника.

Штаубе, в противовес английскому майору, оказался высоким худощавым мужчиной лет сорока пяти, подтянутый, гладко выбритый и пахнущий одеколоном с резким запахом цитрусов. Слегка удлиненное лицо полковника уже успело набрать мартовский загар. Немудрено, так как в этих местах солнце светило небывало яростно, но воздух до сих пор был холодным.

Баварец сидел за походным пластиковым столиком и занимался разборкой пистолета, аккуратно раскладывая на газетном листе мелкие и крупные детали оружия. Тут же стояла масленка. Подняв голову, полковник с удивлением взглянул на Хазарина, получившего разрешение на вход. Он-то ожидал кого-то другого, но никак не гражданского на закрытом объекте.

– Герр Штаубе? – на всякий случай вежливо поинтересовался волхв.

– Он самый, – у баварца были необыкновенные глаза с глубоким голубым цветом. – Кто вы такой, господин незнакомец?

От Штаубе неожиданно повеяло Силой. Это было так неожиданно, что Ломакин слегка оторопел. Ранговый маг высокого уровня, хотя до него самого не дотягивает.

– Шварц, – коротко ответил он. Наверное, о таком персонаже здесь уже давно знают. Если резидент-британец не врал.