Текст книги "Челнок Предтеч 2 (СИ)"

Автор книги: Валерий Кобозев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

– Надо делать еще десяток межзвездных кораблей – сказал Погодин. – Пусть летают, обеспечивая регулярное грузопассажирское сообщение.

– Да кто бы сомневался, что это мы сделаем, когда наладим контакты – вздохнул я.

– Костя, я готова возглавить миссию на Коре. Это если не найдется других подходящих кандидатур, которым мы можем доверить эту миссию – сказала мама.

– Хорошо, буду иметь это ввиду – ответил я.

– И Костя, нужны будут крупные грузовые корабли, раз в десять больше челнока – сказал Погодин.

– Да, с этим согласен. То же технологическое оборудование для производства полупроводников в челноке не вывезешь. Может и другие технологические линии имеют крупный размер, да и судя по нашим морским судам для успешной торговли нужны существенные объемы – сказал я.

– Блин, какие перспективы у нас открываются! – зажмурил глаза от удовольствия Погодин.

– Надо принимать к себе на работу научных работников – пускай раскапывают детали этого прокалывателя пространства, если он делает прокол на миллион километров. Может быть можно будет увеличить частоту этих проколов, чтобы ускорить путь до Коры. В общем надо углубляться в эту тематику, если хотим быть впереди всех – сказал я.

– Теперь это не будет проблемой – разместим их с семьями на «Пионере-873» и оснастим нейросетями – сказал Погодин. – Все условия для жизни тут имеются.

– Боюсь, что с этим как раз будут проблемы – не все решатся на такой подвиг – усмехнулся я. – Не забывай, им и детей растить надо, и получать образование.

– Может тогда построить городок на Луне? – предложила Зоя. – В пещерах.

– На корабле имеется искусственная гравитация, в пещерах ее не будет – высказалась Лариса.

– Проще где-нибудь на необитаемом острове лабораторию такую построить – сказала мать

– Нет, нужен именно «Пионер-873», на нем действующий прокалыватель. На нем будем изготавливать опытные образцы других прокалывателей и испытывать их далеко в космосе – ответил я. – Так что есть только один вариант размещения этой научной лаборатории.

– Да, лучше держать эту штуку подальше от Земли. А то может быть утечка информации, неизвестно, как вояки эту штуку против людей могут использовать – поддержала меня мать.

– Ну пока будем использовать то, что имеем, а именно межзвездный челнок, и будем строить грузовой корабль максимального размера – решил я. – Айк, у нас есть готовые проекты грузовиков?

– Да, какой размер интересует? – спросил Айк.

– Чтобы мы могли тут построить его за полгода – ответил я.

– За полгода мы можем построить грузовик длиной триста и диаметром пятьдесят метров. Это будет примерно такой же корабль, как «Пионер», но в четыре раза короче. Но он с большими грузовыми трюмами – ответил Айк. – У него помещения для жилья гораздо меньше, но есть сад, оранжерея, где выращиваются овощи и фрукты, а также птичник с курами – это дает свежие яйца и мясо. Там имеется большой медицинский пункт с тремя медкапсулами, там даже женщины могут рожать. Экипаж тридцать человек, из них трое медиков. И можно перевозить до ста двадцати пассажиров. Но этот корабль может и в автоматическом режиме летать.

– Запускай его в производство – скомандовал я. – Этот корабль гораздо больше приспособлен для длительных полетов.

– Слушаюсь капитан! – козырнул Айк.

– Айк, мы можем увеличить производительность нашего производства для этих кораблей? Нашей верфи? – спросил я.

– Надо будет запустить в производство промышленные роботы и станки, если не снижать темпы изготовления грузовика, то за полгода мы сможем удвоить наши возможности по производству кораблей. Ресурсов, после обнаружения кратера Рудный, хватает с избытком – ответил Айк. – Тогда сможем выпускать за полгода два грузовика – сообщил Айк. – Но нужен гравилит, наших запасов хватит только на строительство одного грузового корабля.

Придется все-таки летать на Сильвию, и там покупать для нашей цивилизации все технологии, в которых они опережают наш уровень на пятьдесят-шестьдесят лет, вот это будет существенный шаг вперед для Земли! С него надо начинать, а не мелочиться! – решил я. – Но для этого нужны люди… Желательно семейные пары – полгода в полете – это не шутка.

– А может снова автомат послать с миссией? – опять я вернулся к этой идее. – Предложить свои услуги по выводу в космос их спутников, в обмен на технологии микроэлектроники, пускай не самые современные. Это вполне может выстрелить. Нет, все-таки надо туда лететь грамотному человеку и вести переговоры. К сожалению, никакая связь между звездными системами не действует. Будем готовить специалистов, которые проведут переговоры, в СССР в отряде космонавтов достаточно желающих, там есть и талантливые инженеры-разработчики космических аппаратов, тот же Феоктистов. Вот за полгода, пока будет строиться грузовой корабль, будет и готовиться экипаж, подбираться его состав, слаживаться, притираться к друг другу. Тридцать человек – это ведь не мало, у всех будут стоять нейросети, которые не допустят всплесков агрессии к друг другу. Это позволит избежать многих проблем длительных экспедиций. Капитан, старпом, второй помощник, боцман, главный инженер со своей службой. Им придется ставить профильные базы знаний, сертифицировать на корабле. И каждый из них будет протестирован на психологическую совместимость, чтобы нейросетям оставалось только сглаживать мелкие трения в коллективе. Предстояла напряженная работа, а ведь еще надо было об этом всём договориться с руководством СССР, что тоже не просто.

Лечение неизлечимых

После передачи десяти порций нанитов прошел месяц, и мы посетили больницу в Спокане. Пол вытащил из шкафа сумку с деньгами.

– Свои сто тысяч я забрал, тут девятьсот тысяч долларов. Все прошло гладко – все симптомы онкологии с Сары пропали, да она вообще стала молодой и цветущей женщиной. Деньги отдала без всякой торговли, зато у нее есть гарантия, что я ей снова смогу помочь в трудной ситуации со здоровьем – улыбался Пол. – Она так благодарила меня, и еще дала мне сто тысяч сверху, как чаевые – признался он.

–//—

Вернулся в СССР середины 80-х? Ты снова молод и можешь прожить свою вторую жизнь намного интереснее, чем раньше, заработать и позаботиться о близких и друзьях /work/471199

Глава 25

Лечение неизлечимых

– Это твои деньги Пол – улыбнулся я. – Есть следующий пациент?

– Уже трое на очереди после того, как Сара вылечилась – ответил Пол. – Больные делятся с друг другом хорошими лекарствами и методами лечения, взаимовыручка у них.

– Отлично Пол, продолжай работать. В следующий раз мы будем присылать за деньгами других людей, связь через коммуникатор – его никто не сможет подслушать – сказал я.

– А препарат вы привезли? – спросил Пол.

– Теперь ты сам его будешь производить и твои две помощницы. Но все равно все дозы учитываются нейросетью – ответил я. – Действуй и используй эти наниты сообразно необходимостью в достижении главной цели.

– Хорошо Конни, думаю, что через пару месяцев я стану миллионером! – улыбнулся Пол.

– Конни, мы не засветимся? ФБР может обратить внимание – миллионеры стали обналичивать после излечение миллионы, и они куда-то пропадают! – озадачился Смит.

– А какие у нас есть варианты? – спросил я.

– Может Полу открыть свою специализированную клинику и получать деньги на нее? А мы будем дольщиками этой клиники – внесем девяносто процентов уставного капитала, а Пол десять процентов. Тогда мы просто будем получать дивиденды с акций – предложил Смит.

– Пол, сможешь открыть клинику? – спросил я.

– Да не вопрос – давайте мне этот миллион и через месяц у нас будет работать клиника. Только содержать ее дело затратное. Кстати, хозяин этой клиники, где мы сейчас находимся, давно подумывает продать ее, постарел он, только вот некому продать-то, нет покупателей. У меня таких денег нет, а точнее не было. Прибыль она приносит небольшую – порядка ста тысяч в год. Можно ее купить, даже в рассрочку, если хозяин доктор Проктор захочет продать ее дороже миллиона.

– Покупаем, решено – сказал я. – Где можно увидеть доктора Проктора?

– Дома, где же еще. Я ему позвоню – сказал Пол и взял телефон.

– Привет Дик! Я тебе покупателей нашел на клинику, если не будешь жадничать – возьмут – сказал в трубку Пол.

– Мы сейчас к тебе подъедем тогда, сразу все обсудим – сказал Пол, выслушав ответ.

– Поехали джентльмены, доктор Проктор рад будет с вами встретиться по этому поводу

Мы вышли из клиники, сели в машины и поехали за доктором Петроу, и через двадцать минут мы припарковались у особняка в пригороде Спокана.

– Здравствуйте господа! Виски, джин, бренди? – спросил хозяин.

– Давайте сразу к делу мистер Проктор, насчет продажи клиники – попросил Смит.

– Если вы заплатите мне наличными миллион долларов, то она ваша – сразу ответил Проктор.

– Мы будем готовы заключить эту сделку через час. Встретимся у нотариуса, там же передадим деньги – сказал Смит.

– Люблю деловых людей! – обрадовался Проктор. – Через час у нотариуса Шмидта, это недалеко от клиники, Пол знает где.

– Отлично, до встречи – попрощались мы и уехали в клинику – Полу надо было взять свои сто тысяч долларов, чтобы внести их, наши деньги были с нами в машине.

Через час мы подписали все бумаги у нотариуса, клиника переходила в мою собственность, управляющим назначили нашего младшего партнера Пола Петроу.

Когда мы расстались с Проктором, я попросил Пола подарить тому одну дозу нанитов – пусть живет и не болеет, Пол обрадовался этому, ему самому хотелось отблагодарить старого доктора. Для нас это был отличный выход – почти легальная продажа нанитов. Конечно, на налогах мы треть дохода потеряем, но что поделаешь, зато все легально.

– Я могу просто увеличить оплату на пятьдесят процентов – ухмыльнулся Пол. – Для миллионеров это особого значение не имеет. Значит этих трех клиентов я пропускаю по миллиону долларов, а остальные будут уже по полтора миллиона платить.

У этих нейросетей была задача излечить все имеющиеся заболевания пациента и после этого законсервироваться – перейти в режим наблюдателя. Проходя с коммуникатором мимо такого излеченного человека с установленной нейросетью, можно будет получать все данные для промышленного шпионажа и о состоянии здоровья пациента. Ну чтобы вовремя предложить ему лечение.

Процесс был запущен, оставалось просто ждать конца месяца для подведения итогов и получения дивидендов. Через месяц мне на счет поступило два миллиона долларов за троих пациентов – налог на прибыль съел почти миллион. Зато в следующем месяце этот налог оплатят пациенты. Приятно ощущать себя легальным миллионером в Америке!

Но Полу этого было мало, он попросил согласия на лечение других заболеваний, которые пока не излечивались существующими на Земле средствами. Это были последствия тяжелых ранений при автомобильных авариях – была масса неподвижных пациентов с повреждениями позвоночника. Наркомания и хронический алкоголизм косил ряды американских миллионеров, особенно их детей – нейросеть не позволила бы принимать наркотики и алкоголь. И они были готовы платить большие деньги за это лечение.

Я дал добро Полу, тариф будет для всех один – полтора миллиона долларов на этот год с возможным повышением в следующем году.

Интерлюдия

– Мистер Томпсон, я думаю мы сможем помочь вашей дочери – сказал Пол седому мужчине. – Но наше лечение стоит очень дорого – полтора миллиона долларов. Единственное утешение для вас, что вы эти деньги заплатите за конечный результат, в случае успешного лечения. Не будет результата – не будет оплаты. Но эти деньги должны быть у вашей дочери, чтобы она сама смогла оплатить лечение после восстановления. Если эти условия вас устраивают, то жду вашу дочь завтра, и выписку с ее банковского счета о наличии там необходимой суммы.

– О доктор, эти условия меня вполне устраивают. Мы уже столько денег вложили в ее лечение и все бестолку! Эти проклятые пьяницы на дорогах! Искалечили мою дочь! – эмоционально высказался Томпсон.

На следующий день девушку лет двадцати привезли на каталке в клинику.

– Вероника Томпсон? – спросил Пол.

– Да, это я доктор – ответила мисс Томпсон.

– Мы готовы оказать вам лечение, но вы должны обязаться под протокол оплатить за него полтора миллиона долларов, деньги на вашем счету имеются – сказал Пол.

– Я обязуюсь оплатить полтора миллиона долларов, если вы поставите меня на ноги доктор и у меня будет возможность ходить своими ногами! – ответила Вероника.

– Через месяц вы встанете, уверяю вас, мисс Томпсон – сказал Пол и подал ей пузырек с микстурой. – выпейте эту микстуру, и я отвезу вас в палату.

Девушка выпила микстуру, Пол повез ее лично в палату. Там ее приняли медсестры, его партнерши, устроили ее, Пол вернулся к себе. Только сел за стол – звонок телефона.

– Слушаю вас – сказал он в трубку. – Лечение стоит полтора миллиона долларов, вам это известно? Приезжайте ко мне на собеседование завтра в одиннадцать часов.

– Так, это у нас есть еще один неподвижный пациент, сорока лет от роду, авария, едва выжил. Вылечим! – улыбнулся Пол. И телефон позвонил снова. На этот раз запущенная героиновая наркомания. – Излечим, привозите. Полтора миллиона долларов после излечения. И так у него прошел весь день. У него в штате уже восемь человек с нейросетями работали, вырабатывая наниты. С согласия Конни, он премировал их тысячей долларов за каждую порцию нанитов, люди были рады работать в таком режиме, в месяц выходило до тридцати тысяч при наличии достаточного количества клиентов.

А последнее полученное от Конни задание вообще его озадачило – предложить бесплатно лечение хорошим инженерам, и специалистам в других областях за пожизненный контракт на работу у него. За пожизненный контракт при хорошей оплате многие здоровые люди пойдут работать и так, но боссу виднее. И Пол начал изучать картотеку больных, которые обращались в клинику. И конечно, у него было много таких больных, которые отдавали последние деньги за лечение. Пол не стал тянуть, быстро переговорил с десятком кандидатов, отказываться от такого щедрого предложения никто не стал. Пол отвел для них несколько палат, больных привозили, после выздоровления с ними встречался Конни и забирал их из больницы.

Пополнение

Благодаря бесплатному лечению в США наш кадровый состав быстро пополнялся квалифицированными специалистами, корабль «Пионер-873» наполнялся живым духом. Вечерами (по корабельному времени, мы его сравняли с московским временем) в парке гуляли люди, раз в месяц они могли слетать домой на Землю в выходные дни. Этого было достаточно, часто мужчины забирали с собой жен, предварительно с нашего согласия устанавливая им нейросети. Им тоже находилась работа, на корабле требовались многие специальности. До этого их работу выполняли роботы, но нам надо было оживлять корабль. К началу мая корабль пополнился сотней специалистов в разных отраслях техники и управленцев.

Надо будет повторить такую же процедуру в СССР, у нас достаточно много инвалидов. Но это в перспективе. А пока собираемся в школу – скоро экзамены, а после них мы будем выходить на руководство СССР. Тогда и решим вопросы с инвалидами. Хотя у меня уже складывается впечатление, что спешить нам с этим не стоит, надо получше укрепиться в США, да может и в других странах тоже пустить свои корни. Единственно, что держит меня, это необходимость поступления в институт, поскольку иначе я в следующем году буду призван в ряды вооруженных сил СССР на два года. В институтах имеются военные кафедры, и выпускники имеют звание лейтенанта запаса, в случае призыва также служат два года, но офицерами, с зарплатой и жильем, что гораздо приятнее, если это можно так назвать.

– Валера, что-то мне не хочется после экзаменов сразу выходить на руководство СССР. Может все-таки окончим ВУЗы? Ты поступишь в МАИ, я в ТИРиЭТ, поучимся, бросить в любое время можно будет – предложил я.

– Хм, Костя… Я уже морально приготовился сесть в темницу, и ждать вызволения с твоей помощью… А ты предлагаешь отсрочить мое тюремное заключение на пять лет. Надо подумать! – вздохнул Погодин, тот еще юморист.

Прыжок в омут шпионажа

Я дал указание Айку усилить разведывательную деятельность в СССР и в США, в блоке НАТО, чтобы мы были в курсе, чем там дышат, и как на нас реагируют. Чтобы мы вовремя соломки постелили. Заодно посмотреть в разведслужбах НАТО информацию о наших двойных агентах и просто предателях, чтобы сделать красивый жест для СССР – сдать их.

– Господин капитан, мы уже практически проникли во все спецслужбы блока НАТО и Варшавского договора, помимо этого имеем доступ к секретам стран Ближнего Востока, в том числе Израиля. Не обошли вниманием Индостан – Индия с Пакистаном вынашивают планы по производству ядерного оружия. Китай, Вьетнам, Таиланд, Сингапур, все Корея, Япония и другие мелкие страны этого региона под нашим контролем, ну точнее наблюдением – сообщил Айк. – Но меня радует, что вы сами осознали необходимость этого.

– Хм, как ты это все успеваешь? – удивился я.

– Ну представьте себе, что у меня миллиард агентов и столько же людей содержит аппарат разведывательного управления, который анализирует поступающую информацию. Все эти условные люди не спеша, с чувством, с толком и расстановкой делают анализ по каждой стране, по всем акторам – активным участником политической деятельности, и делают выводы об их предстоящих шагах. В таком варианте это сделать достаточно просто. Но у меня в штате миллион миллиардов разведчиков, которые способны анализировать всю поступающую информацию! Вот только реальных агентов гораздо меньше, это наши дроны, которые я сейчас произвожу по десять тысяч в месяц, типа «Воробей», «Голубь», «Пчела», «Белка», «Крыса», «Мышка».

Они и добывают первичную информацию. А еще наши андроиды внедряются в людское сообщество, устраиваются на работу официантами в кафе поблизости от центров власти, чтобы вести предметное наблюдение за акторами и чтение всей макулатуры, в которой проскальзывает любая полезная информация. Это у нас в терминологии земных спецслужб резиденты нашей разведки на местах. В общем затраты на это дело у нас приличные – ответил Айк. – Никакая разведслужба Земли в этом плане с нами не сравнится.

– Ну ты и вправду эксперт в этом деле – удивился я.

– Ну я для этого и был создан, чтобы получать полную информацию о планетах. Чтобы, получив ее, можно было понимать, с кем на этой планете можно договориться, а кого дешевле убрать с игрового поля – пояснил Айк.

– У тебя имеется на сегодня интересная информация для СССР? Ну например о предателях, которые передают важную информацию о нас американцам или блоку НАТО? Хотя вряд ли такие имеются, наши люди не такие – спросил я на всякий случай.

– Имеются такие, и сразу скажу, что их не мало – ответил Айк.

– Ты не можешь ошибаться? – подскочил я от неожиданности.

– Ну ты слышал же о предателе Пеньковском? Были сообщения в газетах и по радио, его расстреляли в 1963 году – напомнил мне Айк.

– Ну в это время меня эта тема мало интересовала – признался я. – Мне было всего восемь лет.

– Ну ладно, просто имей ввиду, что Пеньковский был генерал-майором в разведслужбах СССР и передавал информацию в ЦРУ США о своих коллегах. За очень небольшие деньги. Вот если коротко о нем: 'Родившийся в 1919 году мужчина к 1960-му добился нереальных высот в профессии – стал полковником ГРУ. Но по неизвестной причине ему этого было мало, и Пеньковский начал работать с британской и американской разведками.

В 1961 году предатель Родины отправился в Лондон, где передал сотрудникам английской резидентуры фотографии с около 5,5 тыс. секретных документов Советского Союза. Этим шагом Пеньковский загубил одну из крупнейших разведывательных сетей СССР по всему миру, состоящую из 600 агентов'.

– Ну а ты сомневаешься, что в СССР могут быть предатели, коли уж генерал ГРУ стал предателем – сказал Айк.

– Да, печально – сказал я. – Что у тебя есть на других предателей?

– Есть – полковник ГРУ Поляков, читай подробности: «8 ноября 1961 года по собственной инициативе предложил сотрудничество ФБР, назвав на первой встрече шесть фамилий шифровальщиков, работавших в советских загранпредствительствах в США. Позднее объяснял свой поступок идеологическим несогласием с политическим режимом в СССР. На одном из допросов заявил, что хотел 'помочь западной демократии избежать натиска хрущёвской военной и внешнеполитической доктрины»[5]. ФБР присвоило Д. Ф. Полякову оперативный псевдоним «Топхэт» (от англ. tophat – цилиндр). На второй встрече с агентами ФБР 26 ноября 1961 года назвал 47 фамилий советских разведчиков ГРУ и КГБ, работавших в то время в США. На встрече 19 декабря 1961 года сообщил данные о нелегалах ГРУ и офицерах, поддерживавших с ними связь.

На встрече 24 января 1962 года выдал американских агентов ГРУ, остальных советских нелегалов, о которых он умолчал на предыдущей встрече, работавших с ними офицеров нью-йоркской резидентуры ГРУ, дал наводки на некоторых офицеров на предмет их возможной вербовки.

На встрече 29 марта 1962 года опознал на фотографиях советских дипломатов и сотрудников советских представительств в США, показанных агентами ФБР, известных ему разведчиков ГРУ и КГБ.

На последней встрече 7 июня 1962 года выдал нелегалку Мэйси (капитан ГРУ М. Д. Доброва) и передал ФБР переснятый секретный документ ГРУ «Введение к организации и проведению секретной работы», позднее включённый в учебное пособие ФБР по подготовке контрразведчиков в качестве отдельного раздела.

Дал согласие на сотрудничество в Москве уже с ЦРУ США, где ему присвоили оперативный псевдоним «Бурбон». 9 июня 1962 года Поляков отплыл в Европу на борту ' Куин Элизабет'.

Глава 26

Я продолжал слушать информацию про предателя Полякова.

'Вскоре по возвращении в Москву был назначен на должность старшего офицера третьего управления ГРУ. Ему поручили с позиций Центра курировать деятельность разведаппаратов ГРУ в Нью-Йорке и Вашингтоне. Планировался в третью командировку в США на должность старшего помощника военного атташе при посольстве СССР в Вашингтоне. Провёл в Москве несколько тайниковых операций, передавая ЦРУ секретную информацию (в частности, переснял и передал телефонные справочники Генерального штаба Вооружённых Сил СССР и ГРУ).

После упоминания фамилии Полякова в газете ' Лос-Анджелес таймс' в отчёте о судебном процессе над выданными им нелегалами Саниными, руководством ГРУ было признано невозможным дальнейшее использование Полякова по американской линии. Поляков был переведён в управление ГРУ, которое занималось разведкой в странах Азии, Африки и Ближнего Востока. В 1965 году был назначен на должность военного атташе при посольстве СССР ( резидента ГРУ) в Бирме. В августе 1969 года вернулся в Москву, где в декабре был назначен исполняющим обязанности начальника направления, которое занималось организацией разведработы в КНР и подготовкой нелегалов для заброски в эту страну. Затем стал начальником этого направления'.

– Офигеть! Как нам его разоблачить? Ну какие материалы можно подкинуть властям СССР, чтобы его взяли с поличным? – спросил я.

– Сейчас он работает по линии КНР, никак не проявляет свою работу на ЦРУ. Но я могу переснять его личное дело в ЦРУ и подкинуть нашим разведчикам в Нью-Йорке. Дроны следили за ним и обнаружили тайник у него в гараже, в нем есть все шпионские атрибуты – шифроблокноты, чернила для тайнописи, микро-фотоаппарат. Ну или можем просто устроить ему несчастный случай, в разведывательном деле это обычная практика – предложил Айк.

– Нет, надо именно сдать его властям СССР, чтобы они судили его, и сняли с должностей тех, кто его продвигал – сказал я задумчиво. – Давай свои варианты.

– Резидент советской разведки в Нью-Йорке работает заместителем постоянного представителя СССР в ООН, Бори́с Алекса́ндрович Солома́тин. Надо выходить на него, передать ему информацию. Я могу для этой цели задействовать андроидов.

– Хорошо, вернемся к этому вопросу позже, какие еще у нас есть предатели? – спросил я.

– Олег Гордиевский, вот читай про него:

'Вербовка Гордиевского произошла во время его тайной поездки в Швецию. Оказавшись там, разведчик решил посетить бордель, в который неожиданно нагрянула полицейская облава. Разобравшись, кто угодил к ним в руки, силовики сдали Гордиевского контрразведчикам – на предложение о сотрудничестве Олег, не раздумывая, ответил согласием.

В январе 1970 года разведчик вернулся в Москву. Два года он проработал в датском секторе 3-го (британо-скандинавского) отдела ПГУ КГБ, а в 1972 году вернулся в Копенгаген – на этот раз заместителем резидента КГБ по линии политразведки под прикрытием дипломатической должности. Согласно данным некоторых историков спецслужб, именно в этот период Гордиевский и начал работать на западную разведку – спецслужбы вышли на разведчика при помощи его студенческого друга, венгра Ласло Барани. Новому агенту был присвоен псевдоним Ovation, а сам Гордиевский предпочитал, чтобы его называли Феликсом'.

– В общем он передает попадающие к нему секретные сведения англичанам – выдал в заключении Айк. – Предатель, заслуживает смерти.

– На Коре так же жестко относились к предателям? – спросил я.

– Во всех странах Коры для них было только одно наказание – смертная казнь – ответил Айк. – Это не та сфера, где нужно проявлять милосердие. Как раз милосердие к ним и дает возможность появлению новых предателей. Только смертная казнь, в СССР также к этому относятся, и это правильно.

– Мне просто было интересно, как к этому относились в древности, на Коре – уточнил я. – А какие мы сможем передать улики к обвинениям в шпионской деятельности Гордиевского?

– Все материалы на Гордиевского, которые есть в МИ-6 и в разведке Дании у меня имеются. В МИ-6 все его рапорты о наших агентах в посольствах Дании и Великобритании – ответил Айк.

– Ну давай попробуем скинуть эту информацию спецслужбам СССР. А где ее лучше скинуть? – спросил я.

– Это твоя работа – думать за людей – я почувствовал в словах Айка усмешку.

– Ну ладно, предложи оптимальный вариант – немного изменил я его задачу.

– По Полякову информацию лучше скинуть в США, ну типа от сочувствующего СССР разведчика из ЦРУ – предложил Айк. – Ну примерно, как вы передали СССР лунный грунт.

– Опять девчонок отправить в консульство в Сан-Франциско? – улыбнулся я.

– Ну а почему бы и нет? – спросил Айк. – Наверняка они уже знают, что ваши документы липовые, что Зося не является гражданкой США.

– Зосю мы туда отправлять больше не будем, риск очень высокий. Отправим Ларису, найди ей подходящего двойника в США. Ну можно будет ее лицо немного подретушировать под прототип – попросил я.

– Задачу по Полякову понял господин капитан! – козырнул Айк.

– Так, теперь по Гордиевскому… Есть еще что-то весомое, кроме документов из МИ-6? Их могут посчитать провокацией – спросил я.

– Возможно… Но он очень осторожен. Очень осторожен – сказал Айк. – Проще его убить.

– Ну давай все-таки перейдем на конкретику. Есть фотографии контактов с иностранцами, которые он не отразил в отчетах? – спросил я, признаюсь, это по совету своего искина Дика. Он вместе со мной пытался решить эту задачу.

– Да, такие фотографии имеются, дроны их сделали. Мы следим за персоналом посольств СССР практически во всех странах, а также за персоналом посольств ведущих мировых держав в СССР. Главное противостояние в этом мире между СССР и США, остальные страны только примыкают к одной из сторон – ответил Айк.

– Хорошо, печатай на бумаге материалы по Гордиевскому и Полякову, я подумаю, как их перекинуть в СССР – сказал я.

Шпионские страсти

Айк распечатал мне материалы по контактам Гордиевского с иностранцами, о которых он не предоставлял отчет своему начальству, в том числе со связными МИ-6. Его наши дроны пасли плотно, даже потеряли двух мышек, которые слишком близко подобрались к столику, за которым сидели связной от МИ-6 и Гордиевский. Официант заметил мышку и раздавил ее каблуком ботинка, на благо после этого выбросил в помойное ведро. Вторую мышку раздавил бармен, который увидел ее, что поделаешь, естественная реакция человека. На благо никто с ними не стал разбираться, а выбросили их тушки в мусор, а то была был большая буча по поводу обнаружения таких совершенных электронных шпионов.

– Айк, мне кажется, что нам надо создать какую-то провокационную ситуацию, чтобы Гордиевский выдал себя – предложил я. – Просчитай различные варианты.

– Можно попробовать его перевербовать от имени израильской разведки, которая с пренебрежением относится к МИ-6. Шантажировать его пакетом датского досье насчет приключений в Швеции, плюс все его доносы в датскую разведку, у них все это запротоколировано, у нас есть копии. Он попытается сбежать, начнет выходить на своих кураторов в МИ-6, на этом его можно подловить – предложил Айк.

– Ладно, не будем с этим спешить, он от нас никуда не денется. Сдадим его, когда установим связь с руководством СССР – решил я, поскольку в этих шпионских делах откровенно плавал.

– Давай насчет Полякова подумаем, там улик с избытком хватает – решил я.

– Я предлагаю не мудрить, вновь отправить «Зосю» в консульство – предложил Айк. – Ее знают по лунному грунту, что она приносит только достоверную информацию, поэтому к ней отнесутся с доверием.

– А как передать эту информацию – распечатанной на принтере? – усмехнулся я.

– Нет, не стоит. Если она попадется с такой папкой, то ей пожизненное заключение гарантировано – сказал Айк. – Можно на микропленке сделать копии всех материалов и ее передать в консульство.

– А если с микропленкой застукают? – спросил я.

– Ну да, риск имеется, можно микропленку не проявлять, и засветить при опасности – сказал Айк.

– Нужно сделать что-то менее опасное для Зоси – сказал я. – Например она сообщит о месте закладки этой микропленки.

– Нет, бесполезно, будут опасаться провокации, что их возьмут с поличным при выемке тайника – возразил Айк.

– Тогда надо попробовать сделать по-другому. Микропленку доставить в консульство дронами, а где она находится сообщит Зося. Так они точно передадут ее по адресу – предложил я.

– Это самый лучший вариант – согласился Айк. – Мои крысы или воробьи, а еще лучше почтовый голубь доставят микропленку точно по назначению.

– Давай проработаем этот вариант. Где лучше это провернуть? В Сан-Франциско? Или в Нью-Йорке? – спросил я.

– С одной стороны в Сан-Франциско уже знают Зосю и к ее словам отнесутся серьезно. И точно передадут пленку дальше с диппочтой. В Нью-Йорке сначала будут опасаться провокации, долго думать, могут и засветить микропленку – ответил Айк.