Текст книги "Физрук: на своей волне 6 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)

Физрук: на своей волне 6

Глава 1

Когда мы подошли к бане, Миша остановился и чуть отступил в сторону, словно давая мне рассмотреть всё как следует. Баня стояла отдельным строением во дворе, основательная, приземистая и сразу внушающая доверие.

– Так, мужики, – сказал Миша, – баню мою вы уже все видели, а вот Володя – нет.

Он кивнул в мою сторону и явно ждал реакции. Я посмотрел на сруб, на крышу, на аккуратно выведенную трубу и сразу отметил для себя несколько правильных решений. Ничего лишнего здесь не было. Всё по делу.

– Ну-ка, Володя, – довольно продолжил Миша, – скажи честно. Ты вообще когда-нибудь в такой баньке парился, а?

Я усмехнулся и покачал головой.

– Не доводилось, – сказал я. – Честно. Поэтому с удовольствием этот пробел восполню.

Миша довольно заулыбался, явно приняв мои слова за комплимент.

– Вот, – сказал он. – Вот такой настрой мне нравится. Сейчас всё организуем.

Что тут было сказать – баня у Миши была действительно отличная. Это было видно невооружённым взглядом. Даже без захода внутрь. Я, как человек опытный, сразу понял, что это именно баня мечты. Та, которую делают с умом и для себя на долгие годы.

Было очевидно, что, как и весь дом, баню Миша строил своими руками. Не нанимал абы кого и не лепил на скорую руку, а подходил к этому делу с умом. А, что важнее, с любовью. Каждая деталь здесь была продумана заранее и имела своё назначение. Ничего декоративного ради самого декора, все здесь было функционально. Ну, как ни крути, баня – вещь серьёзная.

Вообще любая хорошая баня была хороша ещё и тем, что после неё ты действительно чувствовал себя так, будто заново родился. И это были не красивые слова для застолья, а вполне конкретное, телесное ощущение, которое невозможно спутать ни с чем другим. Тело становилось легче, голова чище, а внутри появлялось спокойствие, которого в обычной жизни постоянно не хватало.

Если подходить к этому делу с умом, а не бросаться в жар раз в полгода, шокируя организм высокими температурами, баня становилась мощным инструментом оздоровления. Регулярность здесь решала всё.

Ну и, конечно, баня была местом, где можно было не только хорошо попариться, но и нормально поговорить. Этим я и собирался заняться

– Эх, и хорошо мы сейчас попаримся, – потёр руки Миша, явно находясь в предвкушении того, что будет дальше.

– Миша, конечно, банщик от бога, – подхватил Аркаша. – Я за свою жизнь в каких только банях не бывал, но, блин, эта реально лучшая из всех.

Миша, несмотря на то что был уже навеселе, собрался удивительно быстро. Он подготовил всё необходимое и уже через несколько минут вышел к нам.

– Так, ну что, дорогие гости, – хохотнув, сказал он. – Все готовы попариться?

Хозяин махнул рукой в сторону двери, давая понять, что можно заходить.

– Конечно готовы, – ответили мы почти в один голос. – Такое вообще спрашивать.

– Да мы, Миш, можно сказать, к тебе домой только ради бани и ходим, – подмигнул Дима и заржал как конь.

Миша лишь усмехнулся, он и так это прекрасно знал.

Мы зашли в баню. Внутри она впечатляла не меньше, чем снаружи. Даже, пожалуй, больше. Я сразу это отметил. Опыт банщика все-таки никуда не девается – взгляд сам цепляется за важные вещи. Расстановка, высота полков, печь… Здесь всё было выстроено так, чтобы париться было и полезно, и приятно, без перегибов и глупостей.

Перед заходом в парную мы надели шерстяные шапки, чтобы не схватить перегрев.

– Париться надо правильно, Володя, – Миша с важным видом поднял указательный палец, привлекая моё внимание. – Начинать надо постепенно. В первый заход просто посидеть на пологе и как следует прогреться.

Он сделал паузу и хмыкнул.

– Но не все, конечно, так делают.

При этих словах он покосился на Сашу.

– Не, ну ты тоже, Миша, – тут же отозвался тот. – Не драматизируй. Ну было один раз… когда я сдуру сразу…

Саня не договорил. Только махнул рукой. Остальные мужики дружно заржали, прекрасно понимая, о чём речь. В каждой компании есть такие вот крылатые истории.

В предбаннике был оборудован настоящий мини-бар. Кулер с водой. Рядом стояла пятилитровая бутылка компота из сухофруктов без сахара.

Был и чай. Я всегда советовал пить некрепкий, с лимоном. Цитрус все-таки снижает давление, укрепляет сосуды и снимает спазмы. Как бы это смешно ни звучало на первый взгляд, но в возрасте моих учеников об этом уже стоило всерьёз задумываться и перестать относиться к своему здоровью наплевательски.

Полотенца здесь тоже были под рукой. Мы взяли каждый своё и сразу постелили на полок, чтобы не обжечься.

Когда мы как следует прогрелись, Миша начал понемногу усиливать жар.

– Мишаня, ну прибавь чуть пару, а, – попросил Дима. – Уже побыстрее хочется кайфануть.

Миша хмыкнул и медленно покачал головой.

– Я тебе Димас в прошлый раз уже прибавлял, – сказал он. – Напомнить, как ты потом полдня с давлением лежал?

Он сделал паузу и добавил уже спокойнее:

– Ты, блин, не спеши, Дим. Всё успеешь. А вот если поспешишь – то уже можешь и не успеть.

Конечно, Миша был прав. Жар важно было поднимать постепенно. Именно при таком подходе, который показывал хозяин, париться было действительно максимально комфортно.

– Володя, а ты вот скажи, – обратился он ко мне, – ты вообще в курсах, что париться на высоких температурах – это, блин, конкретная ошибка?

Я не стал отвечать. Дал ему продолжить. Пусть выскажется, потому что было видно, что Миша уверен – в этом вопросе я ничего не понимаю и ещё желторотый.

– Вот есть же такие… – он подмигнул и покивал в сторону Димы, ухмыляясь, – которые приходят в баню, чтобы испытать себя.

Я прекрасно понимал, о чём он говорит. Для нормальной, правильной пропарки всегда существовало простое правило «шестьдесят на шестьдесят». При влажности около шестидесяти процентов температура в парной тоже должна держаться в районе шестидесяти градусов. Всё остальное – уже не про здоровье, а скорее про глупость. Просто потому что если поднять температуру выше нужного, то при таких раскладах тепловой удар можно схлопотать почти гарантированно.

Хотя в молодости конечно таких «хероев» всегда хватает. В смысле тех, кто воспринимает парную как проверку на выносливость: выдержишь или нет. Я никогда этого не понимал, если честно. Хотя под градусом подобное встречалось сплошь и рядом. И Дима, кстати, тому пример.

Наконец мы легли на полок спинами. Я лег так, чтобы голова находилась там, где жар слабее. Аркаша же демонстративно задрал ноги вверх.

– Ух! – гулко выдохнул он.

На самом деле именно так организму было куда легче переносить высокую температуру. В таком положении можно было не переживать, что давление внезапно подскочит.

По-хорошему я прекрасно понимал, что париться сразу после еды – ошибка. Организму и так приходится тяжело: и пищу переваривать, и температуру держать. Но тут уж деваться было некуда. Как сложилось – так сложилось. В некоторых моментах вполне можно позволить себе закрыть глаза на мелочи, если всё остальное делается правильно.

Миша тем временем продолжал удивлять нас своим действительно профессиональным подходом к делу.

– Так, ну что, мужики, – сказал он, – я вот что думаю. У нас сегодня с вами ещё будет, мать её, ароматерапия.

Он расплылся в широкой улыбке и обвёл нас взглядом.

– Я же думаю, никто из вас против не будет?

Ответить никто не успел – все и так были «за». Миша взял три связки хорошо высушенных трав и с важным видом положил один из пучков в угол, подальше от печки.

Влажный пар уже начинал медленно подниматься под потолок. Почти сразу в воздухе пошёл мягкий, очень приятный запах мяты.

– Так, на первый заход у нас мята, – пояснил Миша, глубоко втянув воздух носом. – На второй я подготовил полынь. А в третий уже эвкалиптом подышим.

– А донник сегодня будет, Миш? – уточнил Дима. – Тоже хотелось бы подышать. Мне в прошлый раз очень зашло, прям шик.

– Не, блин, – развёл руками Миша, – я его хоть и заказывал на прошлой неделе, но он ещё ни хрена не пришёл. Тянут, как обычно. Так что донник в следующий раз обязательно сделаем.

Я лишь усмехнулся. Донник в своё время как раз я и научил пацанов использовать. Растение это было действительно замечательное. Благодаря своему составу его считали чем-то вроде природного массажёра. Пары активно всасывались в кровь и давали ощутимый целительный эффект. Особенно в бане.

Миша тем временем достал веники и показал их нам, словно трофеи.

– Зато, мужики, веники у меня – свежак свежаком, – сказал он с явной гордостью. – Какие хошь. Берёзовые и дубовые – если по классике. Липовый есть. Клёновый в наличии. Короче, выбор нормальный. И да, пихтовый веник тоже имеется, я знаю Аркаш ты любишь.

– Давай по классике пойдём, – предложил Саша. – Берёзовым веником попаримся.

– Без базара, – Миша перевёл взгляд на меня. – Володя, давай-ка мы первым тебя пропарим как следует. Готов по-настоящему кайфануть?

– Конечно готов, – ответил я без раздумий.

– Ну тогда давай, – кивнул Миша. – Только на живот ложись.

Я не стал отказываться. Лёг на полок. Миша начал аккуратно, с лёгких поглаживаний вениками по стопам, постепенно поднимаясь выше – к спине, рукам, плечам. Дальше пошёл вениками в обратном направлении. Работал по бокам, мягко, поглаживающими движениями, не торопясь и не сбиваясь с ритма.

– Ну что, Володька, готов? – спросил он. – Будем, так сказать, к основной стадии переходить?

Я молча показал большой палец, давая понять, что готов полностью.

После поглаживаний Миша перешёл к постёгивающим ударам по спине. Прошёлся от лопаток к пояснице, выверенно, с чувством, а потом сместился на ноги.

– Ах, хорошо, – довольно комментировал он. – Ну давай-ка, Володя, теперь на спину переворачивайся. Там тебя тоже хорошенько пропарим.

Я перевернулся. После всех этих движений Миша перешёл к лёгким компрессам, всё тем же отличным берёзовым веником. Он прижимал его к коже на несколько секунд, удерживал. Потом отпускал и снова возвращал.

Я постепенно полностью расслабился. Тело перестало сопротивляться. Прямо сейчас я получал настоящее удовольствие от происходящего.

Пацаны тем временем тоже парили друг друга, не отставая. Вообще, русская баня – это ещё то удовольствие. Лично я ничего лучше для глубокого расслабления попросту не знал.

Следом уже я взял веники и как следует начал пропаривать Мишу. Руки сами вспомнили движение. Я работал так, как делал это всегда – по своей, давно выверенной методике, к которой привык ещё много лет назад. И надо сказать, что недовольных никогда не было.

Миша лежал молча всего пару минут, а потом вдруг усмехнулся и сказал:

– Блин, Володя… да ты прям как твой отец паришь! – он даже голову чуть приподнял. – Я ща будто лет на тридцать назад откатился.

В голосе у него было настоящее удивление.

– Слышите, мужики, – добавил он уже громче. – а Володя-то парит ничуть не хуже, чем в своё время его батя.

После этого всё стало предсказуемо. Один за другим мои ученики начали просить, чтобы я пропарил и их тоже. Отказываться я не стал.

– Ох, хорошо… – то и дело слышал я.

– Внатуре как отец, – добавлял кто-то. – Рука уверенная, всё чувствует как надо.

Наконец, после третьего захода началась та самая часть, которую в бане любят абсолютно все. Мы разом выскочили наружу и побежали прямиком к бассейну. Он у Миши во дворе тоже был. И, разумеется, полностью был подготовлен именно для таких моментов.

Организм уже постепенно привык к перепадам температур. Теперь можно было позволить себе и холод.

С воплями мы выскочили из бани и по очереди начали прыгать в бассейн. Холодная вода обжигала сразу, и именно в этом и был весь кайф момента. Настоящий, такой, который ни с чем не спутаешь.

Больше того, скажу честно – за всё то время, что я жил в новом теле, именно в этот момент я впервые по-настоящему почувствовал себя счастливым. Ощущения после бани были совершенно непередаваемые. И в то же время абсолютно узнаваемые. Тело будто сбросило с себя лишнее, а внутри появилось ощущение обновления. Я действительно почувствовал себя так, словно заново родился.

Когда мужики заметно протрезвели после нескольких заходов, как следует пропарились и оказались в приподнятом, ровном настроении, мы наконец перешли к чаю. Расселись спокойно. Миша разлил всем по чашкам горячий чай с лимоном.

– Ну что, Володя, – улыбаясь, спросил он, – как тебе наша замечательная банька? Понравилась? Хорошо же попарились, а?

– Ощущения-то после процедур просто бомбические, – добавил кто-то сбоку.

– Хорошо было, – ответил я честно. – Тут не поспоришь.

Остальные мужики тоже закивали. Сегодняшняя баня явно всем зашла. И теперь мы просто сидели довольные и расслабленные.

– Ну вот так разок сходишь к нам, второй, – довольно протянул Саша, делая внушительный глоток чая, – а потом так привыкнешь к нашей баньке, что в следующий раз уже за уши тебя от неё не оттащишь.

Я усмехнулся, но ничего не ответил. Вместо этого посмотрел на мужиков внимательнее и понял, что момент сейчас подходящий. Лучше всё равно не будет. Все расслабленные, спокойные, на одной волне.

И я решил, что тянуть дальше смысла нет.

– Мужики, – сказал я и обвёл взглядом всех своих бывших учеников, – у меня сейчас к вам есть один важный разговор.

Миша сразу же отставил чашку в сторону.

– Да вообще не вопрос, – сказал хозяин. – Давай, побазарим. Что почём?

Остальные тоже закивали, готовые меня слушать.

– У тебя проблемы какие, Володя? – прямо спросил Саша. – Говори уже. Что у тебя случилось?

Я сделал паузу, собираясь с мыслями.

– Скажу как есть, – начал я. – Прям серьёзными проблемами я бы это, пожалуй, не назвал. Но определённые неудобства у меня сейчас есть. И это факт.

Мужики сразу подобрались. Шутливый тон ушёл, а взгляды стали внимательными, собранными. И, убедившись, что внимание у меня полное, я начал рассказывать.

Про Али. И то, какие у нас с ним сложились отношения в последнее время.

Я видел, как мои ученики напряглись по мере того, как я рассказывал. Их взгляды потяжелели, лица посуровели, да и атмосфера в целом тоже изменилась.

Было очевидно и другое – то, что они слышали, им категорически не нравилось. Мужики хмурились, переглядывались, качали головами. Иногда Аркашасдержанно выдыхал сквозь зубы. От Димы и Сани звучали уточняющие вопросы – короткие, жёсткие, но исключительно по делу.

Я же спокойно раскладывал всю ситуацию по полочкам, не сгущая краски, но и ничего не смягчая.

– Погоди, Володя, – перебил меня Миша, когда я дошёл до истории с апельсинами. – Он что, прям вот так… иголку в апельсин засунул?

Я лишь коротко кивнул. Ничего добавлять не стал. Миша и без слов всё понял, и выводы у него сложились моментально.

– Мужики, вы вообще прикиньте, что это галимое чучело творит, – процедил он сквозь зубы. – Вот же гнида конченая… Он ведь уже совсем по беспределу пошёл. Али говоришь звать мерзавчика?

Он сжал челюсти так, что зубы заскрипели. Чтобы хоть как-то выплеснуть злость, Миша тяжело ударил кулаком по собственной ладони.

– Вы ж прикиньте момент, братва, – продолжил он, – Володя то в школе работает. Он этими апельсинами мог учеников угостить без задней мысли. И кому-нибудь из них эта иголка могла прямо в нёбо воткнуться.

Я хорошо знал Мишу и потому сразу видел, как его начинает всё сильнее заводить мой рассказ. Злость в моем лучшем ученике собиралась плотным, тяжёлым комком. Чем дальше я говорил про Али, про его выходки и про то, к каким последствиям всё это могло привести, тем мрачнее становились лица за столом.

– Мда, дело, – процедил Саша, зажевав губу и явно прокручивая ситуацию у себя в голове. – Вообще башки у этого урода нет. Откровенный беспредел творит.

– Да за такие гнилые дела, – вмешался Аркаша, тоже не сдерживаясь, – ему надо было не ларёк сносить, Володя. Ему башку нахрен снести без всяких разговоров и разбирательств. И иголку в жопу засунуть!

Он сплюнул в сторону и сжал кулаки.

– Надо же, сука, такую гнилую дичь исполнить. Ты посмотри, гнида вонючая. Он ведь в гости в нашу страну приехал. И вместо того чтобы вести себя с уважением к хозяевам, он тут пытается свои законы устанавливать, чтобы остальные по ним жили.

Я продолжил рассказ уже до конца. Перешёл к той стадии конфликта, которая началась после истории с иголкой в апельсине. К тем событиям, что произошли потом. И с этого момента началась самая интересная часть всего повествования.

От автора:

Я погиб и оказался в теле деревенского парня. За плечами 20 лет опыта в медицине! А чтобы выжить… нужно не только лечить, но и убивать!

Читать: /reader/501143/

Глава 2

Ну а дальше в рассказе пошла уже та часть, где Али окончательно перестал выглядеть просто мерзким типом. Теперь он начал выглядеть именно опасным идиотом.

Я рассказал, как он подослал ко мне своего племянника – сопливого пацана с запудренной головой, которому этот урод внушил, что он якобы «решает вопрос». Сначала Борзый полез портить мой джип, проткнул колёса, а потом, уже совсем потеряв берега, по поручению непутёвого дяди попытался пырнуть меня в бок шилом.

После этого мужики перестали комментировать. Здесь вопрос был уже на порядок жёстче, чем история с иголкой в апельсине. Хотя и там, по-хорошему, ничего «мелкого» не было. Но здесь беспредел со стороны Али выходил уже на совершенно другую стадию – прямую, тупую и опасную.

Я видел, как у мужиков меняются лица. Как уходит бытовое возмущение и появляется холодное, сосредоточенное понимание ситуации. Ведь это уже была даже не наглость, а конкретный такой наезд то, чтобы меня замочить.

Ну а вишенкой на торте в моём рассказе стало то, что Али после всего этого подослал ко мне своего мутного адвоката. Тот, не моргнув глазом, потребовал десять миллионов рублей за то, чтобы «полюбовно закрыть вопрос» по шиномонтажке.

– Ни хрена… – протянул Миша. – То есть эта падла в итоге пошла и заяву накатала?

Я кивнул, подтверждая сказанное.

Следующие несколько секунд мужики просто начали ржать. У них в голове откровенно не укладывалось услышанное. Человек пытался решать вопросы ножами, шилом и подосланными идиотами. И вдруг этот же человек решил «победить» в правовом поле при помощи юристов, заявлений и ментов.

– Не, ну ты понял, какой он клоун, – хмыкнул Миша, качая головой. – Вообще страх потеряли. Видимо, они благополучно забыли, как в девяностых их дальних родственников, которые думали, что им здесь всё можно, мы по всей стране гоняли санными вениками.

– Да и твой батя, – добавил Дима, – столько вот таких мутных товарищей за своё время лично наказал, что я сейчас и половины не вспомню.

– Было дело, – подхватили остальные почти хором. – Конфликты тогда разные случались.

– И решали мы их тоже по-разному, – прошептал Аркаша.

– Но с одинаково нехорошим исходом для тех, с кем эти конфликты возникали, – жёстко подвёл Миша.

Я в этот момент молчал. Специально не стал говорить, что уже назначил этому уроду стрелку. Сейчас для меня это было не главное. Гораздо важнее было другое. Мне нужно было увидеть реакцию моих пацанов на тот беспредел, который творил Али. Понять, где у них проходит внутренняя граница. Насколько серьёзно они воспринимают ситуацию. И, самое важное, какие пути решения они предложат сами.

Честно говоря, я ожидал более «мягких» вариантов. Советов из разряда: подключить грамотного адвоката, сыграть в правовом поле, подстраховаться документами, в целом действовать аккуратно. Я даже был готов к этому. Более того – я примерно на такие рекомендации и рассчитывал. Время все-таки поменялось. А уже после, опираясь на их советы, собирался аккуратно сформулировать свою просьбу о помощи.

Но всё пошло совсем не так, как я ожидал. Тему даже не стали долго обсуждать. Мужики словно пришли к одному и тому же выводу одновременно.

– Ну ты послушай, Володя, – заговорил Миша, глядя мне в глаза. – Тут, по-моему, и разговаривать особо не о чем. Единственный возможный вариант – это показать этому Али, что он тут не хозяин, а гость.

В этих словах моего лучшего ученика была холодная, взрослая уверенность. Миша слишком хорошо знал, как подобные истории заканчиваются, если вовремя не поставить точку.

– Категорически поддерживаю, – тут же сказал Саша и чуть подался вперёд ударяя кулаками по столешнице. – Если он не понимает, как себя вести, значит, ему это нужно объяснить. Простым, доступным языком. Таким, чтобы дошло с первого раза и без вариантов.

Пацаны синхронно закивали. Было видно – они на одной волне и уже внутри приняли решение.

Итог подвёл Дима – сухо, в своей узнаваемой манере.

– Мужики, – сказал он, – я тут вообще не вижу другого выхода, кроме как с ним конкретно покумекать. Так, как мы в своё время делали с подобными чучелами отморозками.

– Так, ну что, – тут же подхватил Миша, – давайте определяться. Кто за то, чтобы поучаствовать в таком кипише – поднимите руку. Потому что это, извините, хрень полная, когда всякие странные товарищи приезжают сюда и начинают нам жизнь гадить. Да ещё и свои правила пытаться навязать.

Ответ был мгновенный. Все подняли руки.

Миша перевёл взгляд на меня и внимательно посмотрел, будто проверяя, готов ли я к тому, что сейчас происходит.

– Володя, мы готовы прямо сейчас сорваться и поехать побазарить с этим чучелом. Ты только имя и фамилию дай. А дальше мы сами всё решим. Гарантирую, брат, ты его после нашей деловой беседы ещё долго не увидишь.

– Ага, – добавил Саша, усмехнувшись, – ты ему прямо сейчас стрелку набей. Я ему лично, суке, доходчиво объясню, что он попутал.

Честно говоря, эти слова мужиков и их искренняя поддержка легли мне на душу как бальзам. Мне даже не пришлось никого ни о чём просить. Бывшие ученики сами выразили готовность помочь, как только услышали, с кем и с чем я столкнулся. И это дорогого стоило.

– Погоди, мужики, надо сначала узнать что это за покемон вообще такой? – отсудил чуть пыл Дима. – Я бы предложил по нему справки навести. Раз он заяву готов накатать и адвокат у него есть, значит это гусь. А с такими надо осторожнее.

Я назвал имя и фамилию «сеньора Помидора». И тут же заметил, как мужики между собой переглянулись. Очень быстро стало понятно, что имя это им знакомо.

– Погоди-ка, пацаны, – протянул Миша, нахмурившись. – Я, кажется, понял, кто это.

Он огляделся, увидел свой телефон на столике, подошёл, взял его в руки и начал что-то быстро листать. Пару раз ткнул в экран, остановился, прищурился. И, наконец, повернул телефон к нам.

На экране была фотография. Та самая рожа Али. Он стоял в пиджаке, при галстуке, с важным видом. Уверенный, солидный, будто с обложки какого-нибудь бизнес-журнала. Если не знать, кто он такой на самом деле, легко можно было принять его за серьёзного и респектабельного человека. Такого кто не опускается до мелкой, подлой грязи. Но я-то знал, что это за фрукт и мужики, судя по всему, тоже.

– Ну да, – хмыкнул Миша, – это, так сказать, наш местный «крупный бизнесмен».

Он произнёс это с такой интонацией, что слово «бизнесмен» прозвучало почти как оскорбление.

– Дел я с ним лично никогда не имел, – продолжил Миша, – но наслышан. Гнида он ещё та. И тут надо понимать одну простую вещь. За этого товарища половина его «братьев» встанет и приедет качать. Так что с наскока это всё не решается. Тут нужен холодный расчёт и нормальная подготовка к такому базару.

Пацаны ничего не ответили, но и слов не требовалось. По лицам было видно, что выводами Миши они полностью согласны.

И именно в этот момент у меня завибрировал телефон, тоже лежавший на столе. Очень «вовремя», что называется. Я подошёл, взял его в руки и увидел сообщение от Борзого.

В сообщении был адрес и время.

Значит, Али согласился на встречу…

– Что там у тебя, Володя? – сразу спросил Миша, заметив, как я уставился в экран.

– Он прислал адрес и время для стрелки, – ответил я. – Готов встретиться для разговора.

Саша тут же нахмурился.

– Подожди, – сказал он. – А почему ты ему сам адрес и время не назначил? С какого хрена мы вообще под него подстраиваться будем?

Я посмотрел на Саню спокойно, собственно этот вопрос ожидал.

– Потому что, – ответил я, – я хочу, чтобы этот паразит максимально подготовился к нашей встрече. Чтобы потом, когда для него всё закончится ничем хорошим, Али не тешил себя мыслью, что его застали врасплох. И потом не думал, будто сделал не всё, что мог. Так что пусть придёт уверенным и с полным пониманием, что это был его выбор.

От моего взгляда не ушло, как у каждого здесь присутствующего, вытянулись лица.

– Володя, ты меня, конечно, извини, брат, что я всё время болтаю, – со вздохом сказал Миша, – но я опять не могу не сказать… ты сразу думаешь на дальнюю перспективу. Ровно так же, как в своё время думал твой отец.

Потом Миша повернулся к остальным и уже им коротко подтвердил, что считает правильным действовать именно так, как предлагаю я.

Пацаны даже спорить не стали. И вопросов никаких задавать не начали. Просто кивнули и этого было достаточно. Поддержка была полной, по сути безоговорочной.

– Володя, – спросил Дима, – так когда у нас с этими мерзавчиками стрелка?

Я обозначил время и место и мы с моими учениками решили встретиться завтра. Как раз за пару часов до назначенного времени. Ехать было недалеко, но мы сразу условились собраться заранее, чтобы спокойно обсудить тактику. А заодно чётко проговорить, чего именно хотим добиться по итогам встречи с Али и его людьми. То что Али будет не один, ни у кого даже мысли подобной не было.

На этом серьёзная часть разговора закончилась. Мужики вернулись к своему вечернему отдыху, который, судя по настроению, должен был затянуться далеко за полночь. Собственно, как это у нас бывало в прежние времена.

Я же взглянул на часы и понял, что мне пора. Другие дела никто не отменял, а их у меня сейчас было выше крыши.

– Володя, а чего ты так рано уходишь? – спросил Миша, заметив мои приготовления. – Может, ты с нами ещё хотя бы чутка посидишь?

Я задержался на секунду, уже зная, что ответ будет отрицательным. Но уходить всё равно было немного жаль.

– Нет, мужики, спасибо за предложение, – ответил я честно. – Но мне и правда пора. Я был рад всех вас увидеть, правда. Просто сейчас уже нужно идти.

Я на секунду задержал взгляд на каждом из своих бывших учеников.

– Надеюсь, это далеко не последняя наша встреча. Мы ещё обязательно соберёмся, – сказал я.

– Обязательно соберёмся, – сразу отозвался Миша. – Да мы, по сути, и так постоянно собираемся. И связь держим. Так что я вообще не вижу ни одной причины, почему ты, Володя, не должен к этим нашим посиделкам присоединяться.

Он обвёл взглядом остальных, будто спрашивая подтверждения.

– Да тут даже обсуждать нечего, – тут же поддержал Саша. – Конечно, будем рады.

Остальные пацаны молча показали большие пальцы вверх.

Я попрощался с ними по-настоящему тепло. Искренне. И поймал себя на странном ощущении. Блин, формально прошло совсем немного времени с того момента, как я погиб в прошлой жизни и открыл глаза в новом теле. Однако внутри всё ощущалось так, будто между нашими встречами реально пролегли долгие годы. Будто я видел этих пацанов через время очень длительного расставания. После жизни, прожитой порознь.

Наверное, свою роль сыграло и то, что меня не было всего несколько недель, а мужики за это время продолжали жить. У каждого была своя жизнь, со своими заботами, победами и потерями.

Но, несмотря на всё это, одно оставалось неизменным. Они по-прежнему были теми же самыми надёжными людьми. Теперь, после сегодняшней посиделки, я мог подписаться под каждым из этих слов без оговорок. Это были всё те же мои ученики.

Люди, которые правильно восприняли уроки – и тогда, и потом. Каждый из них сохранил в себе тот самый внутренний стержень, за который я когда-то и начал их уважать. Время прошло, обстоятельства изменились, а суть… нет.

Я не стал озадачивать Мишу просьбой проводить меня. Решил выйти сам. Хотя территория у него была такая, что при желании здесь вполне можно было заблудиться. Но сейчас мне хотелось пройтись одному.

– Всё, давайте, мужики, – сказал я уже у выхода. – Я был рад познакомиться с каждым из вас.

Я пожал каждому руку, с каждым обнялся.

– Погоди, Володя, – окликнул меня Аркаша. Он всё ещё был навеселе. – А как ты поедешь-то? Может, такси тебе вызвать? Тут интернет хреново ловит задолбешься.

Аркаша махнул рукой.

– Брат или хочешь, я тебе тачку дам? Или сам подвезу.

– Не, Аркаша, – ответил я сразу. – Спасибо тебе, конечно, за такое предложение. От души. Но я сам справлюсь.

Я прекрасно понимал, что Аркаша не шутит. Он действительно был готов и машину дать, и отвезти хоть к чёрту на кулички. Но были вещи, которые я учитывал.

Во-первых, Аркаша всё-таки выпил. Пусть уже и трезвел, но алкоголь в крови никуда не делся. Во-вторых, машина у Аркаши была далеко не дешёвая. И брать ее, чтобы потом оставлять её где-нибудь под подъездом или вдоль дороги, учитывая мой уже открытый конфликт с Али, который показал, как он «ровно дышит» к чужим машинам… Это было бы, мягко говоря, не самой удачной идеей.

– Ладно, Володя, давай, – сказал Миша напоследок. – Ты там с калиткой сам разберёшься. Она изнутри открывается, а потом сама автоматически закроется.

– Конечно, разберусь, – кивнул я. – Не переживай.

Я уже развернулся, собираясь уходить, как вдруг поймал себя на мысли, что упускаю одну важную вещь, о которой тоже хотел поговорить с пацанами. Я остановился и снова повернулся к ним.

– Слушайте, мужики, – начал я, – мне в своё время мать рассказывала, что мой отец активно сотрудничал с разными реабилитационными центрами. Туда пацанов клали, чтобы они в себя пришли, к нормальной жизни вернулись.

Миша сразу кивнул.

– Было дело, – подтвердил он. – И, скажу тебе честно, многим это реально помогло.

Он кивком указал на Сашу.

– Вон Саня почти год там провёл, прежде чем мозги на место встали. Да, Сань?

Саша вздохнул, но не стал уходить от ответа.

– Было дело, – подтвердил он. – Молодой я тогда был, дурной совсем. И если бы не этот центр, в который меня твой отец заставил пойти, я даже не знаю, как бы у меня жизнь дальше сложилась.

Я сделал небольшую паузу и задал следующий вопрос:

– А сейчас у вас остались какие-то выходы на тех ребят, которые тогда этим занимались?

Мужики переглянулись. Миша посмотрел прямо на меня и ответил сразу за всех.

– А что у тебя за проблема такая, – прям спросила он, – что тебе вдруг в реабилитационный центр понадобилось обращаться?

– Проблема есть, – подтвердил я и чуть развернул мысль. – Только не у меня. Она у одного человека. Он брат одной моей очень хорошей знакомой.

Я не стал ходить вокруг да около. Коротко, но понятно обрисовал всю картину на тему, что произошло с братом Марины. Объяснил в какую неприятную жизненную ситуацию он вляпался и почему до сих пор из неё не выбрался. Лишних деталей давать не стал, но рассказал все так, как есть.