Текст книги "От рабства к рабству. От Древнего Рима к современному Капитализму"

Автор книги: Валентин Катасонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 32 страниц) [доступный отрывок для чтения: 14 страниц]

3.2. Наемное рабство: получение прибавочной стоимости

В капиталистической экономике результат хозяйственной деятельности отдельного капиталиста выражается в виде валового денежного дохода (выручка от реализации товаров и услуг). Результат хозяйственной деятельности представляет собой валовой денежный доход за вычетом издержек производства (расходы на сырье, энергию, отчисления в фонд амортизации оборудования и других основных фондов, расходы в виде заработной платы и т.п.). Это будет валовая прибыль компании. Если из нее вычесть налоги, уплачиваемые компанией, то получим чистую прибыль. Такова в упрощенном виде «бухгалтерская арифметика» современного бизнеса.

Для понимания того, почему наемный труд является разновидностью рабства, нам потребуется несколько иная арифметика. Валовой денежный доход компании можно представить как сумму трудовых затрат. Одни затраты относятся к прошлым периодам, – они воплощены в машинах и оборудовании, сырье, энергии и т.п. Это «прошлый», или «овеществленный» труд. На рассматриваемом нами предприятии к «прошлому» труду добавляется «настоящий», или «живой труд». Он создает «добавленную стоимость». За «прошлый» труд капиталист заплатил, покупая машины, сырье, энергию (эти затраты называются «постоянным капиталом»). А вот «настоящий» труд полностью принадлежит ему. Он им распоряжается. «Настоящий» труд – это результат деятельности тех работников, которых он нанял на свое предприятие. Результат «настоящего» труда («добавленная стоимость») – источник прибыли капиталиста. Но в то же время это и источник существования наемных работников. Таким образом, «добавленная стоимость»делится на две части, которые принято называть «необходимый продукт» и «прибавочный продукт».

«Необходимый продукт»– та часть «добавленной стоимости», которая необходима для поддержания жизни и работоспособности наемных работников. В марксистской теории он называется «переменным капиталом».

«Прибавочный продукт»(«прибавочная стоимость») – это то, что достается капиталисту. Это то, что является вожделенной целью его бизнеса. Деление «добавленной стоимости» на две указанные части – важнейший момент всей капиталистической деятельности.

Казалось бы, что работники – то есть те, кто создал «добавленную стоимость», и должны играть основную роль в разделе этого «пирога». Роль капиталиста в «выпечке пирога» сводилась только к тому, что он предоставил необходимые машины и оборудование («средства производства», или «постоянный капитал»). Строго говоря, он вообще не должен иметь отношения к разделу «пирога»: «пирог» – «добавленная стоимость», а «средства производства» – «прошлый», или «овеществленный» труд, и владелец средств производства уже получил за них необходимое возмещение (равное амортизации средств производства). Капиталист лишь тогда может иметь право участвовать в разделе «пирога», когда он участвовал лично в его «выпечке» своим «живым» трудом (очевидно, что не физическим, а умственным).

Но парадокс (а правильнее сказать – драма) капиталистической цивилизации состоит в том, что:

– решающую роль в разделе «пирога» играет работодатель, а не работники;

– работодатель стремится всячески урезать «необходимый продукт» (долю «пирога», достающуюся работникам) и увеличить «прибавочный продукт» (долю «пирога», достающуюся работодателю).

С экономической точки зренияприбавочный продукт выражает отношения эксплуатации между работодателем (рабовладельцем) и работником (наемным рабом). С юридической точки зрения прибыль– это кража, незаконное присвоение.Современное право капиталистического общества двойственно: с одной стороны, оно защищает права собственности, провозглашает «святость» частной собственности; с другой стороны, оно легализует постоянную кражу продукта труда работодателями и не обеспечивает эффективной защиты прав работников.

Мы все сегодня настолько привыкли ко многим «аксиомам» правовой науки, что часто не замечаем: многие современные законы «узаконивают» разного рода жульничество и воровство. Это относится к разным сферам экономических отношений: трудовым, кредитным, налогово-бюджетным. В данном случае нас интересуют трудовые отношения эпохи капитализма. Позволим привести цитату из одной статьи, причем автор, судя по всему, не является «профессиональным» юристом и не утратил способность ставить под сомнение «аксиомы» правовой науки:

«Корысть-то, которая вызывала рабство, ведь как была, так и осталась. И если ее лишили одной формы удовлетворения, то сразу же корысть нашла и подбросила обществу другую форму своего удовлетворения, не так бросающуюся в глаза, – мотив собственности не на самого человека производящего, а на инструменты, средства производства, которые ему нужны в труде. А отчуждение работника от прав на результат труда как было, так и осталось стопроцентным. Вместо разделения этих прав пропорционально между вложением труда и вложением капитала. Вот и все дела. Видимость стала другая. Раньше хозяин мог убить раба, а сейчас хозяин работника – нет. Вот и все. То есть физическое и трудовое рабство ликвидировали, а имущественная основа рабства как была, так и осталась. Рабство только сменило внешнюю форму. Ведь суть-то его и мера притеснения почти никак не изменились. Как было отчуждение продукта труда работников по надуманным основаниям, так и осталось. Ведь далеко не все в производственном процессе зависит исключительно от применения инструментов. От рук, приложенных к этим инструментам, тоже многое, если не большее зависит.

А в чем же тут хитрость-то? Да в очень простой юридической подтасовке в законах. В натуре вещи возникают в результате причастности тех или иных лиц трудом или имуществом к созиданию этих вещей. А вот право на владение этими вещами закон почему-то устанавливает только для участвовавших имуществом. То есть вовсе не по факту причастности к созданию новых вещей, а по факту владения другими, старыми вещами. Имущественного права труда на новые вещи как не было до отмены рабства, так и не возникло после отмены рабства (курсив мой.– В.К.)».

Буржуазное право, «узаконило» новые «правила игры»: «продукт производства принадлежит не тем, кто его производит, а тем, кому принадлежат материальные средства производства». Эти «правила игры», как говорят историки права, сложились в XVII—XVIII вв. Самое интересное, что это было примерно в то же время, когда формировалась классическая политическая экономия с ее теорией трудовой стоимости (основной постулат: «источником стоимости является труд работников») [177]177
  Некоторые по ошибке считают, что основателем теории стоимости является Карл Маркс. Он лишь воспринял эту теорию у своих предшественников – А. Смита и Д. Рикардо.


[Закрыть]. Практическая целесообразность для отцов-основателей капитализма оказалась важнее теоретических абстракций Адама Смита и Давида Рикардо.

Сложившиеся в последние столетия «правила игры» привели к тому, что люди, жаждущие богатства, не стремятся напрямую приобретать рабов, которые бы создавали им эти богатства. Они приобретают «средства производства», которые, в свою очередь, дают им легальное основание эксплуатировать наемных рабов и присваивать производимое ими богатство. Получается замаскированное рабовладение,причем такая простенькая маскировка оказывается достаточной для того, чтобы представлять капитализм как «цивилизованное общество», не имеющее ничего общего с рабством древнего мира. Очень точно объяснил суть этой маскировки академик-офтальмолог, директор МНТК «Хирургия глаза» Святослав Федоров:«Мы не всегда задумываемся, что такое акция. Я покупаю бумаги как собственность на средства производства, а на самом деле – души людей.Если акции дают большую прибыль, то меня интересуют не станки, на которых люди работают, а степень их организованности и профессионализма. То есть покупаются не станки, а люди. Практически это рабовладельческий рынок.Раньше человек шел на него и выбирал: этот раб мне симпатичен телом, мышцами – я его беру; эту красивую женщину тоже беру. А сегодня я иду на рынок и смотрю: у этой компании три года дивиденды растут – я беру эти акции (курсив мой.– В.К.)».

Нередки случаи, когда работодатель присваивает все 100% продукта и труда, просто не выплачивая работнику заработную плату. В России такая ситуация не является редкостью. По крайней мере, большая часть вновь созданной стоимости в российской экономике приходится на доходы работодателей (прибыли компаний) и меньшая часть – на заработную плату наемных работников. Этого факта не может скрыть даже официальная статистика.

У нас в России даже появилась такая горькая шутка: «Если хочешь денег – работай, если хочешь больших денег – придумай способ украсть их у работающих» [179]179
  Другой вариант: «Чтобы заработать деньги, надо трудиться. Чтобы заработать большие деньги, трудиться не надо».


[Закрыть]. В этой шутке – суть всей «политэкономии» нашего капитализма.

Для определения степени эксплуатации наемных работников используется показатель «норма прибавочной стоимости»(НПС). Показатель НПС представляет собой отношение прибавочного продукта (прибавочной стоимости) к величине «переменного» капитала (величина заработной платы работников).

Современные экономисты не любят вспоминать про этот показатель, пользуясь привычным показателем «норма прибыли»(НП). Показатель НП представляет собой отношение полученной капиталистом прибыли ко всему авансированному (вложенному в дело) капиталу. Этот капитал включает в себя как инвестиции в сырье, энергию, средства производства («прошлый труд»), так и затраты на наем рабочей силы (заработная плата). Показатель НП показывает эффективность использования всего вложенного в дело капитала (как «постоянного», так и «переменного»). Маркс в «Капитале» сформулировал закон тенденции нормы прибыли к понижению.Статистика действительно подтверждает, что за полтора столетия со времени выхода в свет «Капитала» норма прибыли в промышленности западных стран действительно значительно снизилась. Некоторые апологеты капитализма на основании этого пытаются утверждать, что капитализм становится со временем более «гуманным». Однако изменение нормы прибыли отражает, в первую очередь, не степень эксплуатации наемных работников, а повышение в общем объеме авансированного для производства капитала доли «постоянного» капитала (затрат на материальные ресурсы и средства производства). Это повышение доли «постоянного» капитала отражает процесс вытеснения из производства живого труда. За этим стоит рост безработицы, оказывающей понижающее влияние на заработную плату тех, кто остается в производстве. Понижение нормы прибыли, как показывает статистика, происходит на фоне повышения нормы прибавочной стоимости (показатель, который действительно позволяет измерять степень эксплуатации наемных работников) [180]180
  См.: Выгодский С.Л. Современный капитализм (Опыт теоретического анализа). 2-е изд. – М.: Мысль, 1975.


[Закрыть].

Например, созданный работниками компании за месяц чистый продукт («добавленная стоимость») равняется 100.000 денежных единиц. А заработная плата, которую они получили за месяц этой работы, составила 20.000 единиц. Таким образом, прибавочный продукт (прибавочная стоимость) капиталиста составил 80.000 единиц. В нашем примере норма прибавочной стоимости составит:

80.000 / 20.000 = 4. А если выразить в процентах, то 400%.

По расчетам советского экономиста С.Л. Выгодского,норма прибавочной стоимости в обрабатывающей промышленности США возросла с 210% в 1940 году до 308% в 1969 году и до 515% в 1973 году. Этот рост демонстрирует огромное усиление эксплуатации наемных работников по мере укрепления экономической и политической мощи монополий, а также под влиянием неуклонного замещения «живого труда» машинами. Машины резко повышают выработку прибавочного продукта в расчете на одного занятого работника. В то же время машины все больше вытесняют живого работника из процесса производства, обрекая его на голодное существование, увеличивая армию безработных и делая тех, кто остались на производстве, более «сговорчивыми» в вопросах зарплаты.

Если бы «пирог» доставался тем, кто его «печет», то есть работникам, то через некоторое время работодатель с его «средствами производства» вообще не потребовался для процесса «выпечки». По очень простой причине: у работников образовались бы такие доходы, которые позволили бы выкупить принадлежащие капиталистам «средства производства». Или как вариант: создать (приобрести) новые «средства производства».

Возникает вопрос: почему решающая роль в определении того, какой будет пропорция двух частей продукта труда, принадлежит работодателю? Доминирование работодателя в этом «дележе» обеспечивается, по крайней мере, двумя средствами:

а) тем, что он монополизировал в своих руках средства производства;

б) тем, что он поставил на службу своим интересам государство с его законами, судами, репрессивным аппаратом, идеологической машиной и др.

Все «азы» теории прибавочной стоимости,как известно, изложены в «Капитале» Маркса.Вместе с тем, оставаясь на методологическом фундаменте «экономического материализма» Маркса, мы не сможем ответить на простые («детские») вопросы: Почему работодателям удалось монополизировать в своих руках «средства производства»? Каким образом они добились того, что государство стало обеспечивать их интересы, а не интересы работников? Что необходимо сделать для того, чтобы работникам принадлежали результаты их труда? Известны ли в новой и новейшей истории прецеденты, когда работники обретали полные права на результаты своего труда? И т.д.

Современная экономическая «наука» этих вопросов боится «как черт ладана». Отметим лишь, что ответы на подобные вопросы лежат за пределами экономической «науки», которая не выходит за рамки узкого материалистического восприятия окружающего мира. Ответы следует искать в сфере политических и правовых отношений, а, в конечном счете, – в духовной сфере. Забегая вперед, отметим, что главной духовной причиной наемного рабства явился отход общества от христианского своего устроения [181]181
  Подробнее см.: гл. 8 настоящей работы. Кое-что о политических, правовых и духовно-нравственных причинах налогового рабства можно почитать у Льва Тихомирова («Философско-религиозные основы истории»; «Земля и фабрика», «Вопросы экономической политики»), Макса Вебера («Протестантская этика и дух капитализма»), нашего современника А.С. Панарина («Православная цивилизация в глобальном мире»), Михаила Антонова («Нравственные устои экономики», «Капитализму в России не бывать!»), Олега Платонова («Русский труд», «Воспоминания о народном хозяйстве», «Русская экономика без глобализма»), прот. Сергия Булгакова («Философия хозяйства», «Краткий очерк истории политической экономии», «Христианская социология») и других отечественных и зарубежных авторов.


[Закрыть].

3.3. О доходах современных наемных работников

Масштабы наемного рабства быстро нарастали на протяжении XIX и XX веков. В семи экономически развитых странах (США, Канада, Германия, Франция, Великобритания, Япония, Италия) число наемных работников за период 1969-2001 гг. увеличилось со 183 до 276 млн. человек, т.е. более чем в полтора раза. За это время число наемных работников в промышленности осталось почти без изменения (77 и 78 млн. человек соответственно). Это неудивительно, поскольку в указанные три десятилетия происходило активное перемещение промышленных производств с Запада в развивающиеся страны с дешевой рабочей силой. В то же время в экономически развитых странах очень быстро увеличивалась армия наемных работников в других отраслях – транспорте, торговле, сфере услуг [182]182
  Шапинов В. Империализм от Ленина до Путина. – М.: Алгоритм, 2007. С. 221.


[Закрыть].

В странах «третьего» мира происходило разложение традиционных укладов хозяйства (патриархальное, мелкотоварное) и быстрое увеличение числа наемных работников в сельском хозяйстве, промышленности, сфере услуг (в тех странах, где развит иностранный туризм). По некоторым оценкам, во всем мире число наемных работников в начале XXI века составило около 2 млрд. человек [183]183
  Там же. С. 223.


[Закрыть]. При численности населения Земли, равной примерно 6 млрд. чел., и исходя из того, что примерно лишь половина этого населения находилось в трудоспособном возрасте, можно сделать следующий вывод: в настоящее время подавляющее число всех работающих на планете– наемные работники.Очевидно, что в большей или меньшей степени все они – наемные рабы.

Теперь некоторые обобщенные цифры, демонстрирующие степень эксплуатации наемного труда. Показателей, измеряющих эту эксплуатацию, много. Отметим такой показатель, как доля заработной платы работников в валовом внутреннем продукте (ВВП).С некоторыми оговорками можем принять ВВП за объем вновь созданной стоимости в масштабах всей страны (в ней имеется, правда, некоторая часть прошлого труда в виде амортизации основных фондов). Эта стоимость распределяется между капиталистами и наемными работниками: таким образом, чем выше доля заработной платы в ВВП, тем соответственно меньше доля капиталистов, и наоборот.

Так вот: доля заработной платы в ВВП в Европейском союзе равнялась в 90-е годы прошлого века примерно 70%, в США – 72%, Японии – 75% .Следовательно, 20—25% ВВП экономически развитых стран приходилось на прибыли капиталистов.

Но это средние показатели конца прошлого века. А нам интересно выяснить тенденцию за длительный период. До середины 1970-х гг. (начиная со времени окончания второй мировой войны) покупательная способность заработных плат в Европе росла параллельно с производительностью труда. Доля заработной платы в ВВП несоциалистических стран Европы находилась в 1950-е и 1960-е гг. на уровне 75%. Затем она начала постепенно снижаться и в 2006 году, по данным Европейской комиссии, составила лишь 66%. Согласно докладу Международной организации труда (МОТ)о тенденциях заработной платы в мире, в период с 1995 по 2007 гг. в среднем при увеличении мирового ВВП на душу населения на 1% заработная плата увеличивалась лишь на 0,75%. Эта так называемая «эластичность заработной платы» в 0,75 свидетельствует об изменении пропорции распределения вновь созданной стоимости в мире в пользу работодателей-капиталистов. Причем эта «эластичность заработной платы» в период 1995-2000 гг. равнялась 0,80; в период 2001—2007 гг. она уже снизилась до 0,72. По данным МОТ, почти в ¾ всех стран мира в период 1995-2007 гг. наблюдалась тенденция к снижению доли заработной платы в ВВП. Одним из главных факторов, влиявших на это снижение, был рост безработицы, которая помогала работодателям снижать реальные и даже номинальные заработные платы. Наступление на наемных работников особенно усиливалось в периоды экономических спадов. По оценкам МОТ, при снижении ВВП на 1 процент происходило снижение заработной платы в среднем на 1,55%. [185]185
  «Главред», 26.11.2008.


[Закрыть]

Мы сейчас не вникаем во множество нюансов, связанных с тем, что скрывается за официальными статистическими данными. Отчасти эти данные искажены (как правило, в сторону приукрашивания истинного положения в сфере трудовых отношений), отчасти эти данные нуждаются в дополнительных разъяснениях и комментариях. Например, за средними статистическими данными об уровне заработных плат скрываются так называемые «ножницы зарплат». Как пишет французский экономист Пьер Кончиальди,«поступательное уменьшение неравенства в оплате труда закончилось в середине 1980-х годов и во второй их половине раскрылись «ножницы зарплат».Как отмечает другой французский исследователь Мишель Юссон,во Франции менее чем за двадцать лет, с 1983 по 2001 годы, доля низкооплачиваемых работников выросла с 11,4 до 16,6 процента совокупной занятости. Схожая тенденция наблюдается на общеевропейском уровне. Хотя в 1990-е годы произошла относительная стабилизация уровня неравенства в оплате труда, это обеспечивалось за счет сегмента высокооплачиваемых работников, а используемые индикаторы еще не позволяли зафиксировать распространение низкооплачиваемых гибких форм занятости. В 1996 году доля лиц, получавших низкие заработки, по данным М. Юссона, достигла в среднем по Европе 15 процентов: от 6 процентов в Португалии до 21 процента в Великобритании, в то время как показатель по Франции был чуть ниже среднего. «Более свежих статистических данных нет, что свидетельствует о слабом интересе к данному вопросу», – заключает М. Юссон [187]187
  Мишель Юссон. Работаешь больше – получаешь меньше // http:// scepsis.ru/library/id_l 485. html.


[Закрыть]. Если говорить о наиболее оплачиваемых «наемных работниках», то в первую очередь на память приходят банкиры. Точной статистики доходов этих «наемных работников» у нас нет, но есть некоторые косвенные свидетельства их высокого уровня доходов. Агентство «Рейтер» сообщило, например, что по итогам 2010 года 35 инвестиционных и финансовых компаний США планируют выплатить своим сотрудникам различного рода компенсации и бонусы на сумму 144 млрд. долларов против 139 млрд. долларов в 2009 году. Эти выплаты осуществляются как в виде ценных бумаг компаний, так и в денежной форме [188]188
  Reuters, 12.10.2010.


[Закрыть]. Формально управляющие банков и компаний также относятся к категории «наемных» работников. Однако это чисто «юридический» подход. С социально-экономической точки зрения эти управляющие относятся к категории «рабовладельцев», т.к. они откровенно присваивают чужой продукт. Это очень интересный феномен позднего капитализма: «капиталист без капитала».Прибыль компании или банка присваивается не только, а иногда и не столько формальными владельцами компаний (банков), сколько «наемными» управляющими. При этом «наемные» управляющие полученный в данной компании (банке) доход могут капитализировать (превращать в капитал) «на стороне», инвестируя его в различные финансовые активы.

Стирание четкой грани между акционерами (капиталистами) и «наемными» управленцами особенно наглядно просматривается в ряде гигантских корпораций США.

В среднем по 500 крупнейшим промышленным корпорациям США в конце 1990-х гг. доля акций работников составила 27,2%, по 100 крупнейшим корпорациям – 33%.

У отдельных промышленных компаний, входящих в первую сотню, доля равнялась (%): «Макдоннел-Дуглас» – 32,6; «Маккормик» – 26,3; «Проктер энд Гэмбл» – 24,5.

У крупнейших компаний розничной торговли эти показатели равнялись (%): «Картер Хоули Хейл» – 40,0; «Крогер» – 34,6.

У инвестиционных банков с Уолл-стрит (%): «Морган Стенли» – 57,2; «Мерил Линч» – 25,0. [189]189
  «Третий путь – есть ли он у России. К истории русской политэкономической мысли». М.: Современник, 2004. С. 399—400.


[Закрыть]

Наивно думать, что в капитале указанных гигантов участвуют рядовые работники. Речь идет о верхушке, или топ-менеджерах. В Америке (и особенно в финансовом секторе) очень распространено стимулирование топ-менеджеров с помощью так называемых «бонусов», причем последние выплачиваются не только и не столько деньгами, сколько акциями данной корпорации. В ряде случаев имеет место другая схема: акционер корпорации начинает активно участвовать в управлении бизнесом, добавляя к своему статусу акционера (капиталиста) еще статус управляющего. То есть капиталист «добровольно» становится «наемным работником». В данном случае происходит соединение «капитала-собственности» и «капитала-функции» (понятия, введенные Марксом). Некоторые авторы ошибочно называют этот феномен «народным капитализмом», или системой «участия трудящихся в управлении предприятием» [190]190
  Примером такого некритического подхода к объяснению феномена роста доли «работников» в капитале крупнейших американских корпораций является публикация с красноречивым названием «Труд и капитал – дружба навек» («Третий путь – есть ли он у России. К истории русской политэкономической мысли». – М.: Современник, 2004. С. 396 – 403).


[Закрыть]. Вряд ли топ-менеджеров крупных корпораций можно отнести к категории «трудящихся» [191]191
  В западной экономике действительно имеются случаи участия работников (не только топ-менеджеров) в капитале компаний, однако такая модель компании встречается лишь в среде малого и среднего бизнеса (см. п. 9.4. данной работы).


[Закрыть]. Теоретическое осмысление сращивания «капитала-собственности» и «капитала-функции» в рамках современной компании выходит за рамки данной работы. Мы об этом сейчас говорим лишь в связи с тем, что статистика заработной платы, по крайней мере, в некоторых случаях может быть сильно искажена и представлять собой «среднюю температуру по больнице».

Если говорить о наименее оплачиваемых работниках, то можем привести некоторые цифры по Франции из публикации Мишеля Юссона. Средняя заработная плата в этой стране в 2002 году для категории наемных работников (без государственных служащих) составила 1220 евро. Показатель прожиточного минимума (SMIC) был определен в 936 евро. Ниже этого уровня заработную плату получали треть всех наемных работников. 20% работников получали менее 512 евро, а 10% – менее 182 евро [192]192
  Юссон Мишель. Работаешь больше – получаешь меньше // http:// scepsis. ra/library/id_ 1485. html.


[Закрыть].

Таким образом, два четко прослеживаемых в современном капиталистическом обществе фактора – понижение доли заработной платы в ВВП и увеличение «ножниц зарплат» – будут неизбежно увеличивать долю наемных работников, доходы которых оказываются заметно ниже прожиточного минимума. Эту растущую количественно категорию работников западного общества можно назвать «работающими бедняками»или даже «новыми нищими».В XX веке на Западе всегда были «бедные» и «нищие», но, как правило, все они относились к категории «лишних» людей, т.е. безработных. А то, что мы видим в начале XXI века, уже смутно начинает напоминать времена молодого капитализма, описанные в романах Ч. Диккенса.Только те бедняки работали на ткацких фабриках, металлургических заводах или в угольных шахтах, а «новые нищие» – в торговле и обширной сфере услуг.