355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Вадим Селин » Счастье для двоих. Большая книга романов о любви для девочек » Текст книги (страница 1)
Счастье для двоих. Большая книга романов о любви для девочек
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 06:56

Текст книги "Счастье для двоих. Большая книга романов о любви для девочек"


Автор книги: Вадим Селин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Вадим Селин
Счастье для двоих (сборник)

Роман по ошибке

Глава 1
Веселые ребята

Мои самые любимые звуки – звуки природы вперемежку со звуками работы.

Я часто подпираю голову ладонями, ставлю локти на перила, закрываю глаза и специально слушаю разные звуки. Я слышу гул машин, которые едут вдалеке по горной дороге-серпантину; романтичный стук колес поездов – «ту-дух, ту-дух…», железная дорога проходит недалеко от пляжа; крик чаек, парящих над искрящимся морем в поисках зазевавшейся рыбы… Также до моего слуха доносится шум набегающих на берег волн, пенный шелест уходящей обратно в море воды, шуршание листьев-вееров на пальмах, многочисленные голоса отдыхающих, музыка из прибрежных кафе, крики торговцев:

– Пахлава! Медовая, хрустящая, детей и взрослых манящая! Пахлава!

– Кукуруза! Сладкая кукуруза!

– Мороженое!

– Граждане отдыхающие! Кто хочет сфотографироваться с жителем племени тумба-юмба?

Все это я слышу каждый день, ведь я работаю на пляже спасателем.

Если со мной кто-то еще незнаком, представляюсь: меня зовут Полина, и живу я в самом прекрасном городе мира. Называется он Лимонный. Здесь повсюду растут мандарины, апельсины, лимоны… Весь город погружен в буйную зелень и окутан волшебным ароматом цветущих цитрусовых.

Вот уже год я работаю на спасательной станции № 5, и скоро будет год, как я общаюсь с Маратом. После знакомства с этим парнем в моей жизни открылась новая страница.

Марат – великолепный гитарист и певец. Свой талант и необычную красоту он унаследовал от деда-цыгана. Дедушка Марата – известный на всю страну исполнитель романсов. Правда, сейчас он уже редко выступает.

Я никогда бы не подумала, что Марат – этот модный красивый парень – знает много романсов, которые, согласитесь, среди молодежи не пользуются особой популярностью. Марат говорит, что любовь к романсам он тоже получил по наследству.

Таких людей я больше не встречала. Марат верный, честный, открытый, мягкий, от него исходит умиротворяющая энергия. Он живет в своем собственном мире – в мире музыки и звуков. Любую эмоцию он может сыграть на гитаре.

Музыка для Марата играет огромную, если не сказать главную, роль в жизни.

Он и дня не может прожить без гитары. Я никогда бы не поверила, что из деревяшки, к которой прикреплено шесть струн, можно извлекать музыку, от которой бросает то в жар, то в холод; мелодия гитары переносит тебя в чудесные страны и заставляет задуматься над жизнью.

Впрочем, все напрямую зависит от мастерства гитариста. А мастерство Марата на высшем уровне!

Однажды он мне сказал:

– Остановись на секунду. Вслушайся в окружающий мир. Слышишь, как много в нем звуков? Десятки, сотни! Все они смешиваются в один общий гул, и мы не обращаем на него внимания. Но если прислушаться к каждому звуку отдельно, можно составить представление о мире. Слышишь шум машин? Шелест волн? Пение птиц? Стрекотание цикады? У всего в мире есть свой звук…

Вот я и стала постоянно прислушиваться к звукам. Это оказалось очень увлекательным занятием!

Марат развил во мне привычку слушать мир, а я научила его любить море и хорошо плавать, и теперь мы часто плаваем наперегонки. Честно говоря, я почти всегда поддаюсь Марату. Мне приятно смотреть, как он гордится собой, что обогнал меня… Наивный!

Но если возвращаться к теме звуков, то один раз Марат меня просто поразил. В тот вечер мы сидели на нашем секретном пляже, который расположен за густой рощей и скалами. Об этом пляже знали только мы с Маратом. Это был наш рай – тишина, белый песок, пальмы, журчащий ручеек… Мы ходили на этот пляж каждый вечер.

Пришли и в этот раз. Когда мы сидели у догорающего костра и смотрели на море, Марат вдруг резко наклонился ко мне, прижался ухом к моей груди и шепнул:

– Тсс… Тихо…

Я послушно молчала.

Марат оторвался от меня, посмотрел мне в глаза своими завораживающими темно-карими, почти черными глазами и произнес:

– Самая прекрасная музыка – это стук твоего сердца.

Несмотря на фантастическую нежность, которую мы с Маратом всегда дарили друг другу, у нас было много проверок на прочность. Но ничто не может повлиять на наши отношения [1]1
  История отношений Полины, Марата и их друзей описана в книгах Вадима Селина «Морская амазонка», «Расписание свиданий», «Девочка-лето», вышедших в издательстве «Эксмо» по отдельности и в авторском сборнике «Лучшие романы о любви для девочек».


[Закрыть]
. Мы решили все проблемы, которые были между нами, и надеемся, что больше у нас не будет никаких разногласий. Сейчас в моей душе спокойствие и умиротворенность.

Стоя на вышке и смотря в бинокль на Марата, я и подумать не могла, что совсем скоро судьба преподнесет нам новые сюрпризы…

Марат сдавал в прокат катамаран какой-то девушке. Он взял плату, подтолкнул катамаран к воде, объяснил девушке, как им пользоваться, и лег под зонт загорать.

А я смотрела на его синие плавки, загорелое тело и слушала окружающие звуки. Кстати, только недавно я заметила, что чайки почему-то не поют, как большинство птиц, а именно кричат. Интересно, почему?

Я ощутила легкий толчок в бок. Это был мой напарник Артем.

– Чего пинаешься? – спросила я, выныривая из своих мыслей.

– А ты чего впадаешь в транс? – недовольно отреагировал он.

– А что такое? – удивилась я. – Разве у нас в правилах написано, что на работе нельзя впадать в транс?

Артем улыбнулся, потом указал взглядом в сторону прибрежного кафе «Каракатица»:

– Посмотри туда.

Он приставил к глазам бинокль. Я тоже направила свой бинокль на кафе.

Неподалеку от «Каракатицы» я увидела компанию, состоящую из пятерых парней нашего возраста или чуть постарше. Это были накачанные бритоголовые ребята. Они сидели на пляжных подстилках и вели себя весьма вызывающе: зло подшучивали над сидящими рядом людьми, разбрасывали вокруг себя обертки из-под мороженого, шелуху от семечек, объеденные кукурузные початки. Но это мелочи. Коронным номером качков было взболтать бутылку пива, зажать горлышко пальцами и полить пенной струей мирных отдыхающих.

– Обыкновенное быдло, – вынесла я свой вердикт. – Надо их прогнать с пляжа, пока они ни к кому не пристали.

Ситуацию усугубляло то, что небо затягивали тучи и на море поднимались волны. Я предвидела дальнейшее развитие событий: сейчас начнется шторм, эти парни, чтобы показаться крутыми, полезут в воду, и вполне вероятно, начнут тонуть. Как вы думаете, кто будет им помогать? Конечно же, я и Артем. Но я к ним даже прикасаться не хочу… Поэтому лучше их предупредить, чем потом спасать.

Артем взял мегафон и сказал:

– Уважаемые отдыхающие! Просим вас уважать окружающих: не мусорить, не поливать друг друга пивом и не мешать другим.

В ответ качки заржали и сделали в сторону Артема неприличные жесты.

У меня внутри все тряслось и пульсировало. Мне хотелось выгнать их с пляжа.

– Терпеть не могу таких людей! – с чувством поделилась я. – Может, вызовем милицию?

– Думаю, да, без милиции здесь не обойтись.

Но чтобы утихомирить компанию, нам не пришлось никуда звонить. Повезло – у веселых парней появились какие-то дела, они собрали свои вещи и ушли с пляжа, оставив после себя пивные бутылки и мусор.

– Вот почему они позволяют себе мусорить? – вздохнула я. – Нельзя мусорить! Нельзя! Море этого не любит. Да и я тоже! Уважаемые отдыхающие! – сказала я в мегафон. – Море начинает штормить. Просим вас не заходить в воду и тщательно следить за маленькими детьми. Ни в коем случае во время шторма не позволяйте им плавать на надувных кругах, потому что волны перевернут круги вместе с вашими детьми. И не ныряйте в волны! Потому что со дна поднимаются булыжники, они могут ударить вас по голове. Это опасно!

– Спасибо! – крикнул кто-то из отдыхающих и приветливо помахал мне рукой.

Я улыбнулась. Люблю, когда люди идут на контакт, слушают и уважают наши советы.

Но были и такие, кто пропустил предупреждение мимо ушей. Они продолжили играть в карты и читать книги, и их совершенно не волновало, что их дети плещутся в море.

К нашей спасательной вышке была прикреплена большая доска, на которой мы писали мелом температуру воды и воздуха. Я стерла прежние данные и написала новые. Градусники показывали, что становится прохладнее.

Поднялся ветер. Тучи закрыли небо. Стало темнее. Нашу вышку продувало со всех сторон.

Я внимательно смотрела в бинокль на море: вдруг увижу тех, кто не может самостоятельно выплыть на берег. У меня обострились все чувства. Время шторма – очень опасное. Нужно быть начеку.

Вместе с волнением за отдыхающих появилось другое волнение. Какая-то странная тревога. Если еще полчаса назад у меня было прекрасное настроение, то теперь все изменилось. Сердце почему-то стало тревожно сжиматься, появилось беспокойство. Я не могла понять, с чем это связано.

Но вскоре все стало ясно.

Глава 2
Косички для лысой головы

Через несколько часов море успокоилось и перестало штормить.

Я посмотрела на Марата в бинокль. Он был занят: после шторма многие захотели покататься на катамаранах.

Но сегодня и я, и Марат собирались уйти с работы пораньше. Сейчас объясню почему.

Сегодня праздничный, торжественный вечер. И для мамы, и для Марата. Для двух дорогих мне людей.

Про Марата я уже рассказала, теперь поведаю о маме.

Мама – страстная поклонница всякого рода таинственных вещей. Она уже много лет пишет статьи в газету о мистике «Тайная сила», и, кроме того, она известный на всю страну экстрасенс. Она сделала много пророчеств, которые сбылись.

Мистика – ее стихия. Такая же, как моя – море, а Марата – музыка.

Но есть в моей маме еще одна особенность, благодаря которой ее знают по всей стране.

У нее часто спрашивали, как к ней приходит информация, и она отвечала, что видит ее третьим глазом.

Однажды, когда маме надоело объяснять корреспондентам, где находится этот самый третий глаз и как примерно он выглядит, она отправилась в ближайший тату-салон, и посередине лба ей хной сделали временную татуировку, изображающую раскосый глаз.

Когда она впервые появилась в каком-то шоу с этой татуировкой на лбу, все зрители были в шоке. До моей мамы еще никто не делал себе на лбу татуировку с изображением третьего глаза.

После этого маму запомнили все. Попробуй-ка не запомни женщину с нарисованным на лбу глазом, которая постоянно мелькает по телевизору и вещает о том, что этим самым глазом можно увидеть гораздо больше, чем теми двумя, которые находятся под бровями.

Мама очень активный человек. Недоброжелатели говорят, что она пытается объять необъятное, успеть во все места сразу, но только я знаю, с чем на самом деле связана эта активность.

Мама много работает потому, что сильно скучает по папе. Он моряк, постоянно находится в плаваниях. Мама пытается чем-то себя занять, чтобы не думать постоянно о том, что она здесь, в Лимонном, а муж то в Черном море, то в Средиземном, то в Индийском океане, то в Тихом… Мама очень грустит по папе, когда он далеко. И я тоже. У нас очень дружная семья.

– Мы и не вместе, и не раздельно, – вздыхает иногда мама. – Как мне надоело это ваше море! Еще и ты туда же – хочешь учиться в морской академии. Обо мне вы подумали? Раньше в море был один, а теперь будете оба! Как я одна без вас буду? Что это за семья такая – я сижу на материке, а вы с папой где-нибудь на необитаемом острове прыгаете у костра с туземцами!

От тоски по папе мама очень много работает. Женам моряков живется нелегко, тем более если жена верная.

Недавно в Лимонный приехала съемочная группа со множеством актеров. Здесь они хотят снимать фильм про курортный роман с рабочим названием «Наша Атлантида». В этом фильме играет лучшая мамина подруга Оксана Романова, с которой мама несколько лет назад познакомилась в поезде. Мама ехала на предполагаемое место падения НЛО, а Оксана – на съемки. До этого Оксана снялась в популярном сериале «Как я стала звездой», который принес ей бешеный успех.

А вот в личной жизни Оксана несчастна. Она была замужем за актером Алексеем Ложкиным. Из-за пристрастия к алкоголю Алексея уже давно не приглашают сниматься в фильмах. Оксана и Алексей постоянно конфликтовали. Один раз он напился и сильно ее избил. Это стало последней каплей в их отношениях.

После развода Оксана замуж больше так и не вышла.

И вот сегодня мы – я, Марат, Артем, мама и моя подруга Фулата со своим парнем Ваней – идем на закрытую вечеринку, посвященную началу съемок фильма. Зрелище обещало быть феерическим!

Для Марата этот вечер обещает быть очень волнительным. На вечеринке он, конечно, будет, как и все, развлекаться, но, кроме того, организаторы попросили его спеть пару романсов.

В фильме будет сцена, когда герой и героиня идут по набережной, а на парапете сидит гитарист и поет романсы. Герои никак не могут найти ответ на какой-то вопрос и вдруг в песне гитариста слышат подсказку и все понимают. Они перебрасываются с Маратом несколькими фразами и уходят.

Когда Оксана узнала, что объявлен кастинг на роль парня-гитариста, то тут же сообщила об этом Марату, потому что много раз слышала, как он играет и поет. Он рванул на кастинг и с легкостью прошел его, оставив позади конкурентов. Ассистент режиссера по подбору актеров сказал, что эта роль просто предназначена Марату.

Получив роль, Марат был несказанно счастлив. Он всегда грезил сценой. Роль в «Нашей Атлантиде» могла стать его первым шагом на пути к карьере музыканта и актера. Надо сказать, актерская деятельность тоже очень привлекает Марата. Он вообще очень творческий человек.

В общем, этим летом в Лимонном намечается серьезное событие: съемки фильма. Представляю, сколько зевак будет толкаться вокруг съемочной площадки! Не каждый день можно увидеть, как снимают фильм!

Я очень переживаю за Марата – справится ли он? Будет ли он убедителен?

В воздухе витало предчувствие торжества, как в день первого сентября.

Я спустилась с вышки и прошла через пляж к Марату. Он затаскивал на берег катамаран. Лицо у него было задумчивым.

– Я тебе сегодня даже эсэмэски не пишу, – увидев меня, сказал Марат. – Если бы ты знала, как я волнуюсь! Хоть бы я хорошо спел! Не хочу опозориться перед актерами и другими людьми. Мне же с ними потом работать…

– Не переживай, все будет прекрасно, – спокойно проговорила я, хотя сама страшно волновалась. – Ты же уже пел на кастинге. Они видели тебя во всей красе.

– А вдруг я слова забуду? – на смуглом лице Марата отразилась паника. – А что, если голос сорвется? А если струна лопнет? И если я забуду, как играть?

– Не забудешь. Ты же много раз говорил, что пальцы сами помнят струны.

Марат присел на борт красного катамарана. Его взгляд был устремлен в пустоту.

– Полина… – прошептал он. – Ты чувствуешь, что это какой-то рубеж?

Я это чувствовала. В воздухе витало что-то необъяснимое. Предчувствие того, что жизнь переходит в новую фазу.

– Чувствую, – кивнула я. – Этот рубеж надо перешагнуть. В жизни человека бывает много рубежей. Делаются выводы об одном отрезке жизни, и с этими выводами человек переходит на следующий этап… Мама так постоянно говорит. Да я и сама заметила.

Марат посмотрел на блестящее море. Солнце клонилось к закату.

– Если бы ты знала, как я рад, что ты меня поддерживаешь, – признался он.

– Все будет хорошо, – повторила я, как заклинание. – Вот увидишь, ты сегодня станешь звездой вечеринки!

Марат улыбнулся.

Если бы мы знали, какое потрясение нас ожидает, то ни за что на свете не покинули бы своих рабочих мест и не пошли бы собираться на вечеринку.

Я ушла с работы в семь вечера. Вечеринка начиналась в десять. Нужно было как следует подготовиться.

Я повязала на бедра парео, спустилась с вышки и направилась к Марату. Он тоже уже собирал свои вещи.

– И все-таки я волнуюсь, – вздохнул он и поежился. – Никогда не выступал перед большим количеством людей. Тем более будет куча звезд.

– Не программируй себя на неудачу! – внушала я. – Думаешь, у звезд не бывает промашек? Не забывай, что они снимаются в кино, а там можно делать по многу дублей. Вдруг они тоже слова забывают…

– Так ты думаешь, что я забуду слова? – насторожился Марат.

«Что я ляпнула!» – мысленно укорила я себя.

– Нет! Это я просто чисто гипотетически…

Марат молча посмотрел на меня. В его взгляде было что-то странное.

– Я сам не понимаю, почему так переживаю, – признался он. – Прямо мороз идет по коже…

Я тоже из-за чего-то переживала, но сама не могла понять, из-за чего именно.

Мы вышли на тротуар. Я шла к себе домой, а Марат – к себе. Наш путь пролегал через парк. А после парка наши дороги расходились в разные стороны.

В этом парке располагалась палатка, где работала Фулата.

Моя лучшая подруга Фулата учится в медицинском институте и живет в том городе, откуда приехал Марат. Фулата – африканка, в Россию приехала из Нигерии. Вот уже несколько лет она, ее парень мулат Ваня и ее друзья-сокурсники приезжают в Лимонный на все лето. Здесь у них бизнес: африканцы заплетают отдыхающим разные виды косичек.

Фулата исполняет в моей жизни две роли: роль лучшей подруги и моего личного парикмахера. Однажды она заплела мои кудрявые светлые волосы в африканские косички и с тех пор постоянно занимается моей прической.

Мы с Маратом шли молча. На нас смотрели люди и оборачивались. Выглядели мы красиво – одного роста, я со светлыми африканскими косичками, а Марат – с длинными черными вьющимися волосами. День и ночь. Эффектно.

Впереди показался парк.

Я что-то хотела сказать Марату, но внезапно у меня закружилась голова, и спазм скрутил желудок. Я резко остановилась. Марат в задумчивости сделал пару шагов (наверное, сочинял новую мелодию), потом понял, что меня нет рядом, и остановился.

– С тобой все в порядке? – Он заметил мой неважный вид.

Я отрицательно покачала головой.

Асфальт плыл под ногами, ходил волнами, все звуки усилились. Мне было тяжело стоять. Я не понимала, что происходит.

Марат подхватил меня и помог дойти до лавочки. В ушах шумело.

– Что с тобой? Ты заболела? – Он не находил себе места от переживаний.

Я несколько раз глубоко вздохнула. Стало легче. Мир вокруг прояснился.

– Сама не знаю, – тихо отозвалась я. – Голова вдруг закружилась…

– Это потому, что ты целыми днями стоишь под солнцем! – сделал вывод Марат. – Зачем работаешь по две смены?

– А ты зачем работаешь по две смены? – парировала я.

– Чтобы весь день на тебя смотреть, – ответил Марат. – Но я лежу под зонтом, а ты постоянно под солнцем! Говорил же тебе – почаще заходи под навес!

– Хорошо, теперь буду, – вяло откликнулась я. – Мне уже лучше.

Через несколько минут мы поднялись с лавочки и продолжили путь. Марат держал меня под руку, как немощную старушку.

Начало темнеть. Южные города отличаются тем, что здесь мгновенно рассветает и мгновенно темнеет.

Впереди показалась палатка Фулаты. Рядом с ней собралась толпа. Присмотревшись, я увидела, что это те самые парни, которые сегодня на пляже вели себя как дикари. Сейчас они выглядели не лучше: развязные, у каждого по бутылке пива в руках. Одеты в шорты, без маек. Мне были видны их стальные мускулы. Эти парни казались просто огромными, хотя вряд ли были старше нас.

У меня тревожно сжалось сердце.

– Марат, эти парни были сегодня на пляже, – беспокойно сказала я. – Вели себя как хамы. Интересно, что они хотят от Фулаты?

– Да я тоже их видел. Давай подойдем, – предложил Марат.

В воздухе ощущалось волнение. Я предчувствовала, что сейчас что-то случится. Воздух стал каким-то вязким и густым. Время словно замерло.

Мы подошли к Фулате. Она взглядом поприветствовала нас. Здесь еще стоял и Ваня. На стуле сидела экстравагантная девушка с красными волосами, и Фулата заплетала ей косички.

– Заплети мне косички, – игриво попросил один из парней. У него были голубые глаза, холодные и неприятные. На левом предплечье виднелась татуировка «Леха». – Вот как у нее, – и он показал пальцем на меня.

– Я не могу, – покачала головой Фулата.

Она уже заканчивала заплетать косы клиентке с красными волосами.

Пятеро парней обступили палатку. Мои коленки задрожали. Мы с Фулатой обеспокоенно переглянулись.

– Почему не можешь? – Ноздри голубоглазого угрожающе раздулись.

– Потому что у вас нет волос на голове, – как можно спокойнее сказала Фулата, но я видела, что ее пальцы дрожат от волнения.

– Ну и что?

– Лысый вы. Косички заплетать надо из чего-то, а у вас нет волос. Нарастить не получится. Капсулы с прядями прикреплять надо опять-таки к волосам… – Когда Фулата волновалась, она немного криво строила фразы.

Друзья парня засмеялись и отхлебнули по большому глотку пива из своих бутылок.

Каждому из нас было понятно, что назревает скандал. С пьяными не получается нормально разговаривать. Они неадекватны и ищут любой повод, чтобы прицепиться.

Внезапно Леха подошел к девушке, которой Фулата заплетала косички, и с силой дернул ее за волосы. Красноволосая пронзительно завизжала, на ее глазах выступили слезы.

– Ну тогда сними с нее скальп и приклей его мне! – заявил Леха.

Его друзья одобрительно засмеялись.

– Я сейчас милицию вызову! – расплакалась девушка.

Это перешло уже все границы.

– Почему бы вам не уйти в другое место? – процедил Марат. Он скрестил руки на груди.

– А почему бы тебе не заткнуться? – ответили Марату.

– Не надо ссориться, – примирительно сказала Фулата.

Она была права: надо мириться. Силы явно были не на нашей стороне. Парни были мускулистыми: понятное дело – все свое свободное время они проводят в тренажерном зале, а не в библиотеке.

– Заткнись, черномазая! – заржал качок с рыжей щетиной на щеках. – Вали обратно в свою Африку, или откуда ты там приперлась в нашу страну!

Я не помню, кто кого первый ударил. Кажется, Ваня вмазал кулаком этому, с рыжей щетиной.

И началась грандиозная драка. Во время нее перевернулся стол, стулья, зонт упал на землю. Парни били друг друга, кубарем катались по асфальту, девушки кричали и визжали (я в том числе). Девчонка с не до конца заплетенными красными косичками убежала от греха подальше.

– Вызовите кто-нибудь милицию! – завопила я. От волнения я забыла номер милиции.

Слышались глухие удары, на землю капала кровь из разбитой губы Марата. Парни в процессе драки рвали друг на друге футболки.

– Помогите кто-нибудь! – крикнула я отдыхающим.

Я бы и сама могла влезть в драку, но меня прихлопнут одним ударом.

На мою просьбу никто не отреагировал. Отдыхающие стояли вокруг нас, с удовольствием смотрели на драку, смеялись, показывали пальцами, снимали драку на камеры мобильных телефонов, фотографировали. Делали это, вероятно, для того, чтобы потом выложить на какой-нибудь сайт приколов.

– Пошли отсюда! – разъяренно заорала я. – Тут вам не цирк! Пошли, я сказала!

Снова кто-то ударил Марата. Фулата стояла и в голос рыдала.

У меня помутился рассудок. Раз никто не хотел нам помогать, я решила сама защищать своих друзей, биться насмерть.

Я схватила с земли синий пластиковый стул, на котором раньше сидели клиенты, и стала им изо всех сил бить качков.

– Чего нюни распустила! – крикнула я Фулате, пытаясь привести ее в чувство. Плакать будем потом, когда все закончится. – Быстро помогай мне!

– Что такое «нюни»? – спросила Фулата. Русский язык она знала не в совершенстве, но каким-то интуитивным образом догадалась, чего я от нее хочу, схватила другой стул и тоже пошла в атаку.

– Вот тебе! Вот! – размахивали мы стульями.

Отдыхающие пришли в экстаз от зрелища.

Вдруг кто-то схватил меня за африканские косички и с силой потянул назад. Мне показалось, что сейчас с меня действительно снимут скальп. От боли потемнело в глазах. Я выронила стул и осела на землю. Я пыталась вырваться, извернуться, но этот кто-то с наслаждением все тянул и тянул мои косы. Я не видела лица этого человека.

Когда он мотал меня из стороны в сторону, как куклу, я выронила легкую тряпичную сумочку, в которой были деньги. Мобильный телефон я крепко держала в руке.

– Прекратите! – надрывалась Фулата. – Отпусти ее волосы!

И вот тут случилось самое страшное.

Парень с рыжей щетиной ударил Марата. Марат поскользнулся на разлитом пиве и упал на землю.

К нему подбежал рыжий, чтобы еще раз ударить, но увидел, что… Марат не двигается.

Это увидели все. Марат лежал и не шевелился.

Меня пробрал с головы до ног ледяной холод.

Только сейчас я заметила, что Марат лежит головой на бордюре.

Драка мгновенно прекратилась. Все окружающие замерли. У меня было чувство, что время снова остановилось. Все молчали.

– Марат! – закричала я. Меня всю колотило.

Я рванула к нему. Его волосы с левой стороны головы были окровавлены, а глаза закрыты.

В этот неподходящий момент я залюбовалась его густыми черными ресницами.

– Мы его убили! – крикнул кто-то из качков.

Они моментально протрезвели и разбежались в разные стороны, как последние трусы. Люди пытались их задержать, но они всех раскидали и скрылись с места происшествия.

Ваня в разорванной одежде стоял и смотрел на нас. По щекам Фулаты катились слезы.

Я не знаю, кто вызвал «Скорую помощь», но она приехала очень быстро, потому что больница находилась неподалеку. Врачи дали Марату понюхать нашатырь, и он пришел в сознание. Его переложили на носилки, погрузили в машину. Я забралась следом.

– Мы тоже поедем, – сказали Фулата и Ваня.

– Будьте тут, – отказалась я. – Приведите все в порядок… Я вам позвоню.

Я сидела в машине «Скорой помощи» возле носилок, на которых лежал Марат, и ничего не понимала. Состояние и ощущение бреда.

Что вокруг происходит? Куда мы едем? Почему мы здесь? Ведь я должна быть сейчас дома и гладить вечернее платье. А Марат почему с окровавленной головой лежит на носилках? Почему он не дома, не кладет гитару в чехол и не настраивается на выступление?

Почему окружающие люди не помогли прекратить драку? Почему они стояли и смотрели? Как можно быть такими жестокими? Почему я стою целыми днями на вышке и спасаю совершенно незнакомых мне людей, а нам не помог никто?..

Неужели они не видели, что Марат и Ваня против пятерых громил – просто котята? Или сами побоялись получить?..

Если бы я была на их месте, я бы не задумываясь помогла. Что я, кстати, и делала – дубасила качков стулом.

Я слышала сирену «Скорой помощи». Напротив меня сидела женщина-врач. Я попыталась найти в ее лице тень улыбки, что-то подбадривающее, какую-то подсказку, ответ, но ее лицо было безразличным. Наверное, она просто все это видит каждый день и думает сейчас о том, готовить ли сегодня дома после работы борщ или лучше сделать это завтра.

Я держала Марата за руку. Она была теплой и немного влажной.

Марат смотрел на меня полуприкрытыми глазами и молчал. В этот момент я поняла, что он – самый родной и близкий мне человек. Мы всегда вместе – и в радости, и в горе. Сейчас горе. И мы вместе.

Мне хотелось о нем заботиться, оберегать его, помогать ему. Только настоящие друзья видят друг друга в разных жизненных ситуациях, не только в радости. И это сближает.

– Все будет хорошо, – сказала я.

Еще час назад я говорила «Все будет хорошо», имея в виду выступление Марата на вечеринке, а сейчас подразумевала его здоровье.

А будет ли все хорошо?..

У меня был самый настоящий шок. За несколько секунд сломалось все.

Так вот почему меня преследовало состояние тревоги. Вот почему мне стало плохо на пути в парк. Высшие силы через недомогание в теле дали мне понять, что туда нельзя идти. Почему я это не поняла? Почему?.. Если бы я все вовремя расшифровала, то сейчас мы не ехали бы с Маратом в «Скорой помощи»!

Но не зря говорят – знал бы, где упадешь, подстелил бы соломки. Жаль, что все эти знаки понимаешь уже после того, как случится то, о чем они предупреждали.

Машина «Скорой помощи» остановилась возле больницы.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю