![](/files/books/160/oblozhka-knigi-kogda-mertvye-otkryli-glaza-si-379091.jpg)
Текст книги "Когда мертвые открыли глаза (СИ)"
Автор книги: Вадим Панасенков
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)
Мыша от такого заявления побледнел и отступил от меня на два шага, Кажется, он принял меня за сумасшедшего.
– Сам себе вырезал? – Недоверчиво спросил он.
– Сам. – Подтвердил я.
Страх отступил, теперь его раздирало любопытство. Мыша сделал несколько кругов вокруг меня и, цокая языком, заключил:
– У каждого свои тараканы в голове, Зомби. Но резать себя по-живому, это нечто. – Затем он засмеялся и, хлопнув меня по плечу, продолжил. – А ты мне нравишься, мля! Пойдем в кабак, пропустим по рюмочке, другой, третьей, а там, как дело пойдет!
А что мне терять, – подумал я, могу и расслабиться. Во всяком случае, в моем распоряжении вся ночь и я могу делать все, что заблагорассудиться. Согласившись с предложением Мыши, мы вместе направились к выходу.
– Подожди, Зомби. – Остановил меня проныра, и, указав на сложенные вещи, сказал. – Рубашку хотя бы одень, а то всех девок распугаешь своими художествами. А то они у нас впечатлительные!
И хихикая, Мыша зашагал к воротам.
– И не задерживайся, а то пить начну без тебя. – Помахав рукой, парень с лысой башкой скрылся за воротами.
Глава 5: Оратор с трибуны
Найти кабак оказалось не сложно. Тимофей Иванович, проводя экскурсию, включил заведение в список достопримечательностей, и настоятельно рекомендовал посетить это учреждение в первую очередь, что и намеревался сделать. Ну-с, вот и представился шанс проверить на себе все прелести столь знаменитого, в здешних краях, заведения. Черт возьми, в этот момент, я чувствовал себя ведущим программы “Орел и решка”. Толкнув дверь и войдя внутрь, первое, что почувствовал – это смрад табака, вперемешку с низкосортным самогоном, который здесь, скорей всего называется – “виски”. Внутри питейного заведения не было свободного места, старик не преувеличивал, называя таверну любимейшим местом отдыха, местного бомонда.
– Зомби, сюда! Я здесь! – Закричал Мыша, как только увидел серый плащ. Проныра уже занял столик и, по ополовиненной бутылке я понял, что этот прохвост, не дожидаясь, начал пить в одну харю.
“В аду и то не так накурено” – Голос в голове кашлял и задыхался. – “От местной атмосферы и накуренности дурно становится. Не советую пить местную бодягу, если жизнь дорога”
– Что, страшно. – Очень тихо позлорадствовал я, не хотелось бы, чтоб кто-то услышал. – Может, хотя бы так выжгу тебя изнутри.
“Если ты это сделаешь, то умрешь” – Напомнил голос. – “Знай, человечишка, твое время вышло и только благодаря мне, ты все еще топчешь эту грешную землю”
Слова, всплывшие в голове, как острый клинок прошелся по сердцу, попутно, кромсая его на мелкие кусочки. Умирать не хотелось, но вот злодейка судьба решила распорядиться моей жизнью по-другому и отмеряла короткий жизненный путь. Преступно короткий, чтобы полноценно насладиться и вкусить все ее прелести!!! Но неожиданно представился второй шанс. А шанс ли? Или же – проклятие? Неужто – “судьба злодейка” таким образом, решила подшутить над бедным человеком! Должно быть, и то и другое. Я бы назвал это проклятой судьбой. И единственный способ выкрутиться, и при этом остаться на коне – это найти то, что от меня требовалось.
Я присоединился к Мыше, коротышка как раз заказывал, улыбающейся официантке, еще одну бутылку… “виски”, и игриво шлепнув ту по заднице, приказал поторапливаться. Официантка, ойкнула, бросила в мою сторону смущенный взгляд и скрылась.
– Ох, и хороша Танюшка. – Промурлыкал Мыша, провожая взглядом девушку. – Заведу когда-нибудь её на сеновал, а там уже УХ…
– Ты для этого меня позвал? – Поинтересовался я, присаживаясь напротив собутыльника, и, кивком головы, указал на ополовиненную бутылку виски.
– Намек понял. – Крякнул Мыша и тут же начал разливать огненную жидкость по рюмкам.
Пока собутыльник возился с закусью, которая так любезно поднесла черноволосая официантка Танечка. Я начал прислушиваться, о чем говорил местный люд. По большей части разговоры велись о пришлось страннике.
Но все же:
– Я… я не хочу, мне страшно, понимаешь. – Стукнул кулаком о стол, один из поселян, который сидел за столиком напротив, вместе с приятелем.
– Чего именно? – Не понял его собеседник.
– А ты разве не боишься???
– Да чего, говори уже. – Повысил голос товарищ.
Послышалось бульканье, затем раздался звон стаканов.
– Да боюсь я умереть. – Заплетающимся языком признался говоривший. – Боюсь, что когда-нибудь вот так помру, а потом превращусь в неупокоенного и разорву всю свою семью… жену детей… ВСЕХ!!!
От пронзительного крика зазвенели пустые стаканы. Затем послышался, тихий плачь.
А ведь приятели хорошо так нализались. – Подумал я, прислушиваясь к разговору поддатых друзей.
– Не боись, как только умрешь, то я тут же сожгу твое тело, даже косточек не останется.
– А если не успеешь? Я себе этого никогда не прощу!
– Да тебе будет уже все равно!
Меня окрикнул Мыша и потеряв к разговору интерес, я переключился на наш столик. Колбаска нарезана наискосок, на тарелках дымилась жаренная куропатка, а в стекле плескалась мутная жидкость. Все готово и разлито. Оставалось только опорожнить рюмки, что мы, незамедлительно и сделали.
– Ааа! Ядреная, зараза! – Занюхав рукавом, проговорил собутыльник затем накинулся на закуску, но увидев, что я выпил и не скривился, с гордостью промолвил. – Молодец! Так пить “Тётушкин Виски” не каждый сможет, мля. Жаль, что вскоре покинешь поселок, а то могли бы такую гулянку закатить, еще бы внуки наши помнили!
Между первой и второй, как говориться…
И выпили еще по одной, и еще. Из Мыши получился отличный собеседник оказался. Рот у парня не закрывался, а мозг выдавал такие идеи, что порой задумаешься – а не гений ли он часом. Но вот вид и повадки выдавали в нем, самого обычного прохвоста с хорошо подвешенным языком.
Просидев так, не один час, я понял, что пора закругляться. Мыша с сожалением посмотрел на остатки, как бы намекая на продолжение банкета, но я был категоричен и компаньон тяжело вздыхая, неспешно вылез из-за стола и, покачиваясь, пошел к выходу.
На улице веяло прохладой, и это после жаркого дня. Думал ведь, что будет душно, а нет, вон и тучи собрались. Возможно, под утро пойдет дождь.
Мы шли в гордом одиночестве, вокруг ни души, только голые стены, да кривые улочки. Мыша, на правах хозяина, вызвался проводить к месту ночевки, хотя я и пытался отвертеться, но проныра не принимал возражений. И ухватившись за мой плащ, чтобы не упасть, плелся сзади.
– Ик… Зомби. Ты мне одно скажи, зачем путешествуешь… ик… да еще и один. – Изрядно накидавшись, у паренька заплетался язык, а построение слов давались с большим трудом.
– Ты хочешь, чтобы все закончилось? – Вопросом на вопрос ответил я.
– Что все? – Не понял компаньон.
– Чтобы мертвые оставались мертвыми и не подымались больше из могил.
Я шел не спеша, а проныра бежал гуськом, пытаясь попасть в мой ритм.
– Конечно хочу … Ик.
Если бы коротышка не использовал меня в качестве опоры, то давно бы свалился на землю.
– А если скажу, что знаю, как это остановить? – Как бы невзначай бросил я.
Послышался смех. Это Мыша заливался, услышав подобное.
– Да ты, парень, действительно перебрал. Надо ж такое выдумать. – Смеялся коротышка. – Знает он, ага, как же.
Я ничего не ответил. Откровенничать на данную тему не хотелось, да и, услышав рассказ, никто бы в него не поверил. Конечно, я мог бы обо всем рассказать пьяному Мыше, в любом случае на утро ничего бы не вспомнил, но сегодня, в кой-то веки, хотелось просто отдохнуть.
– А что это у тебя за штукована такая, а? – Вдруг радостно вскрикнул проныра и, не дождавшись ответа, попытался вытащить кинжал из ножен, но я вовремя схватил руку в миллиметре от рукояти.
Мыша поднял голову и бросил удивленный взгляд.
– Не трожь! – Прорычал я. – Никогда не касайся кинжала!
– Жадный, да. – Мыша отдернул руку и почесал место, где только что находились мои пальцы. – Больно же! А если бы руку сломал!
– Обязательно сломаю, если еще раз полезешь. – Пригрозил я.
– Понял, не дурак. – Насупился компаньон и убрал руки в карман.
Мы продолжили путь и вскоре вышли на мостовую.
Мыша рассказывал, как ему осточертел этот поселок, вместе с его жителями, и как ему хочется бросить все и податься в странствия.
– Прям как ты. – Зыркнул на меня Мыша. – Ты же путешествуешь, почему и я не смогу, мля.
– А я могу отговорить тебя от этой затеи?
– Можешь попытаться, но гарантирую, что ни черта из этого не получится.
И оба засмеялись.
Мыша все продолжал надрывать живот над собственной шуткой, ну а я, не теряя времени даром, пытался разглядеть едва видимую конструкцию, которая скрывалась под покровом ночи. Даже во тьме, сооружение казалось исполинской величины. А две половины, которые сливались со звездным небом, были подняты.
– Это и есть ваш пресловутый переход на тот берег? – Кивнув Мыше, после чего указал рукой в сторону моста.
Парень с лысой башкой лениво повернул голову, и, сплюнув себе под ноги, произнес:
– Тот самый. – Затем почесал лысину, и добавил. – Тебе не дадут через него пройти, никто не хочет, чтобы кто-то привел мертвых к нашему поселку. Никто, понимаешь, даже я.
– А мост охраняют?
– Естественно! – Крякнул проныра и умолк.
Ясно. Если попытаюсь пройти, то навлеку на себя гнев поселян. Драться с ними не входило в мои планы. И что делать в этом случае??? Есть ли более гуманный путь на ту сторону. Взгляд еще раз пал на едва видимые опоры. Набирающая силу молодая луна, не могла в полной мере осветить конструкцию. Внизу протекала широкая река, а берега её были высокими и непреодолимыми.
Другого прохода поблизости не было. А идти в обход – это терять еще несколько месяцев и не факт, что и там меня не будет ждать тупик. Помутненная алкоголем голова пыталась найти выход из сложившейся ситуации, поэтому не сразу услышал, что со стороны площади раздаются громкие голоса. Обрывки фраз едва долетали до ушей, смысл которых был мне непонятен.
Я обернулся, ища взглядом источник странных звуков.
Ага, вон и люди собрались на площади, там явно что-то происходило. Я спросил у Мыши, но тот лишь отмахнулся:
– Сходи и посмотри, если интересно.
– А ты?
– Неее, я пас, мля. Меня туда и волоком не затянешь.
Попрощавшись с Мышей, я, пошатываясь, потопал к площади. И чем ближе подходил, тем тревожней становилось на душе. А отдельные фразы, образовывались в полноценные слова.
– … Дорогие послушники: односельчане, единомышленники. Жизнь продолжается несмотря ни на что. Вера живет в каждом из нас! А вера– это единственное оружие в борьбе против греха, мрака, отчаянья, а так же многовековой тьмы. И есть та сила, против которой не устоит ни один неверный, будь то человек, или же неупокоенный. Святым светом, а так же огнем и мечом выжжем ростки греха. Смоем грех с себя, и с того, кто нуждается в помощи, пусть он сам того и не ведает!!!…. И вот мы стоим здесь, с гордо понятыми головами, каждый который верует, и каждый который обязан нести Свет людям….. И мы вместе пройдем все невзгоды и вступим в светлое будущее. Мы едины со Светом!!!
– Мы едины со Светом! – В унисон прокричала, обступившая трибуну, толпа.
– Мы едины со Светом! – Повторил человек, стоявший на трибуне, он воздвиг руки к небу и потряс четками.
– Мы едины! – Кричала толпа.
Народ ликуя, продолжал рвать глотки, а тем временем человек с пьедестала, сильней входил в состояние эйфории.
Я не хотел привлекать внимания, и поэтому не стал лезть в плотное кольцо, состоящее из человеческих тел, а пристроился с краю, рядом с парнем, который носил латанные спортивные штаны и футболку зеленого света. Тот даже не обратил на меня внимания, паренька волновала только речь агитатора. незнакомец в спортивках тряс поднятой рукой и кричал, вместе со всеми, одни и те же слова: “Мы едины со Светом”, “Свет в каждом из нас”
Агитатор был высокого роста, худощав, имел неприятные черты лица и впалые скулы. При желании, его легко можно было спутать с неупокоенным. Бледность лица только усиливало эффект. Возможно, оратор серьезно болен – именно поэтому выглядел, как покойник.
– … Мы воины света и не пропустим тьму в наши ряды! – Между тем кричал оратор.
Интерес к происходящему пропал. На моем пути подобные фанатики встречались довольно-таки часто. Чаще чем хотелось бы. И сейчас я видел на трибуне очередного поехавшего, который уверял окружающих, что именно он знает, как победить зло и при этом, обещал последователям, вечную жизнь. Какая же это чушь! Потоки чуши рекой текли в уши доверчивых поселян. А те, в свою очередь, с удовольствием внимали лживым речам, отравляя собственные души, лишаясь чувства реальности. Последствия от подобного изуверства могли быть катастрофическими. Фанатизм – порождает себе подобных. Это, как раковая опухоль, не удалив ее вовремя, позже можно было об этом сильно пожалеть.
Я насчитал около двадцати человек, как для маленького поселка, это было много. Радовало одно, что не все прониклись идеями худощавого агитатора.
Мне захотелось уйти, завалиться к себе в хлев, и как следует отоспаться, но что-то удерживало, и я продолжал наблюдать за человеком с четками.
Я никак не мог раскусить местного проповедника: действительно ли он верит в то, о чем говорил со сцены, или же, таким образом, хотел занять место под солнцем. А возможно и то и другое.
Алчный человек – что может быть страшнее.
Я оставался безучастным: не выкрикивал никаких лозунгов, не поднимал руки к небу, а всего лишь стоял в сторонке с кислой миной. Именно поэтому взор проповедника пал на меня.
– Ты! – Его длинный, крючковатый палец указывал в мою сторону. – Ты же новенький, так ведь?
– Да. – Коротко ответил я, подтверждая и так очевидную истину. – Я странник.
Толпа обернулась и в тот же миг на меня уставились десятки глаз. Я растерялся, не ожидая столь быстрой перемены, и не знал, как себя вести в сложившейся ситуации.
– Скажи странник. – Прохрипел оратор. – Много ли ты видел скверны?
– Очень много. – Подтвердил я.
– А в чем она заключалась???
Цепкий, пронзительный взгляд неотрывно следил за каждым движением. Каменное, белесое лицо застыло в одном положении. Проповедник ожидал ответа.
– Люди стали… – Я запнулся, пытаясь подобрать нужные слова. – … хуже животных, напрочь позабыв о человечности. Не это ли ты называешь скверной?
– Да, странник – это и есть самая настоящая скверна. – Подтвердил проповедник, и, подняв палец вверх, выкрикнул. – Мы стали вести себя хуже животных! Звери в человеческом обличье!!! Этим мы прогневали Богов и они ниспослали нам испытание, чтобы мы покаялись и одумались.
Оратор спустился с трибуны и направился в мою сторону. Толпа расступилась, давая дорогу духовному наставнику.
Подойдя вплотную проповедник, спросил меня:
– Чего ты забыл в наших краях, странник? – Надвинув очки к переносице, человек с болезненным цветом лица принялся ждать ответа на интересующий его вопрос.
Очки были с обычными стеклами и служили больше для придания образа, чем несло какую – либо полезную функцию.
– Я хочу перейти через мост. – Я не лгал, не юлил, а сказал чистую правду, не задумываясь о последствиях. Ведь, кто знает, как поведут себя поселяне, узнай они, о моем намерении.
Ответ обескуражил проповедника, глаза его заметно округлились, при этом очки снова сползли на кончик носа.
– ТЫ… ты хочешь перейти мост!!! – Его руки потянулись ко мне. Крючковатые пальцы схватились за ворот плаща. Я попытался освободиться, не привлекая особого внимания, но мне это не удалось. Хватка у проповедника оказалась мертвой, и не хуже, чем у питбуля. – Только сильные духом люди и крепкие верой, способны это сделать!!! Возможно, ты не зря оказался здесь, странник, Высший Свет ниспослал тебя, чтобы указать заблудшим на их ошибки.
Проповедник отпустил ворот и дрожащими руками схватился за рукав и повел к центру, ближе к трибуне.
– Я давно говорил старостам, что присаживая здесь штаны, мы только лишь теряем время. Но старосты грешны и поэтому боятся. Боятся, под тяжестью своих грехов, идти на испытание. Они знают, что слабы духом, вот и сидят в своей скорлупе. Страх питает их сердца, но не в твоем случае, странник!!!
Не совсем понимая, куда клонит проповедник, и, причем здесь собственно я, поэтому внутренне приготовился к худшему. Радость этого человека, была не до конца ясной. Лицо его расплылось в улыбке, а тело била мелкая дрожь.
Проповедник вновь оказался на трибуне и, не жалея горла, закричал, обращаясь к послушникам.
– МЫ нашли ЕГО!!! Того, кто сможет повести нас за собой!!!
И ликующая толпа разразилась криками:
– Мы едины!!!
– Мы едины!!!
– Мы едины!!!
Глава 6: Хмурое утро
Дождь начался перед самым рассветом, сначала он стеснительно постукивал по крыше, боясь ненароком разбудить тех, кто прятался внутри амбара. Но, спустя час, дождь усилился, а еще через час – так и вовсе обрушился проливным ливнем, сопровождаемый гулкими раскатами грома, и порывами ураганного ветра. Именно гром окончательно разбудил меня. Сонный, еще не до конца понимающий, что здесь происходит – я, накинув на себя плащ, и вышел во двор. Это было опрометчиво. Так как ступив за порог, я тут же оказался во власти ливня, и получив внушительную порцию воды и ветра в лицо, спешно ретироваться обратно внутрь. Бррр, как же холодно! Контрастный душ – самое то, после знойной жары, но покидать территорию постройки больше не хотелось.
Непогода только усиливалась.
Ураганный ветер сердито завывал снаружи, пробуя на прочность крышу, выискивая в ней малейшие лазейки, чтобы хоть как-то добраться до меня. Хлев ходил ходуном, а сверху, выбивая чечетку, барабанил разбушевавшийся ливень. Он уже не был таким стеснительным, как раньше и, похоже, униматься в ближайшее время, не собирался.
Казалось бы в такую непогоду, никого не принесет, но я ошибался, и, вскоре в дверь постучались.
Кого еще нелегкая принесла… – Мысленно проворчал я, и побрел открывать ворота.
На пороге стоял, промокший до нитки, Тимофей Иванович. Старец, переминался с ноги на ногу, не решаясь войти внутрь.
– Да проходите же, Бога ради. – Всполошился я, и, можно сказать, силком втащил старосту внутрь. Тимофей Иванович, посапывая и кряхтя, переступил через порог. Оказавшись внутри, гость снял с себя, безнадежно промокший плащ, после чего отбросил в сторону, оставшись в одной серой рубахе и штанах.
Я не знал, что ожидать от старосты, поэтому осторожно поинтересовался: Чем обязан столь раннему визиту? Старик же отвечать не спешил, вместо этого, он попросил сухое полотенце и, поблагодарив, начал старательно тереть бородку вкупе с лицом. От меня не укрылась нервозность Тимофея Ивановича. Старейшина нервничал, хоть и пытался это скрыть за маской дружелюбности.
Покончив с процедурами, старец перешел к официальной части визита:
– Старейшины хотели, чтобы ты, с самого утра, покинул наш поселок, но как видишь погода не самая благоприятная для походов. – Тимофей Иванович сделал паузу, и, поглаживая бородку, несколько секунд смотрел на меня не отрывая взгляда. После чего продолжил. – Но мы не звери какие-то и не можем выпроводить гостя, в лютую невзгоду.
– Очень рад вашему пониманию.
Конечно, тот факт, что меня не собираются выгонять под ливень, не мог не радовать, но все же, данная новость настораживала – то пинками гнали, как пса подзаборного, то присылают старосту с извинениями. Странно все это! О чем-либо говорить было рано, но чем больше здесь находился, тем тревожней становилось на душе. Инстинкты пока что молчали, но тревога не покидала, с того момента, как только вступил на территорию поселка.
Тимофей Иванович был человеком веселым, приветливым и неунывающим. Это я понял еще вчера, когда он проводил экскурсию. За время, что пришлось провести в компании старца, я выслушал сотни разнообразных шуток и веселых историй. Один рассказ за другим, и каждый из них вызывал неподдельную улыбку. Вот и сейчас, будучи старостой, Тимофей Иванович не казался птицей высокого полета, а являлся самым обычным человеком.
– Странник, я хочу задать один вопрос. – Вдруг старец поменялся в лице, от улыбки не осталось и следа, даже показалось, что передо мной стоит другой человек. – Прошу быть со мной предельно откровенным.
– Слушаю… – Коротко ответил я.
– Ты вчера общался с Иваром? – При упоминании этого имени, старик насупил брови. Видимо, ему не очень приятен тот, о ком спрашивал. Да и как сам разговор в частности… ну а мне, скрывать нечего…
– А кто это? – Не понял я.
Старик выждал паузу. Видимо, пытаясь выяснить, говорит путник правду, или же лукавит. Сам же я оставался спокойным. Старик, досадливо крякнул, после чего начал рассказ с самого начала:
– Это наш местный проповедник. – И снова пауза, теперь же для того, чтоб сделать глубокий вдох.
Разговор намечался быть долгим, так как старик сел на стоявший, позади его, стул.
– Прибежал сегодня, ни свет, ни заря и с порога начал кричать о всеобщем прощении, о силе Света и о прибывшем мессии.
Взгляд старца остановился на мне.
– Ааа. – Тут то и сообразил о ком ведет речь старик.
– Так значит, все-таки говорил с ним??? – Помрачнел Тимофей Иванович, оттого староста казался еще старше.
– Вчера, после бара, я шел к себе, и на полпути увидел странную группу людей, там мне и встретился проповедник. Что-то не так?
Старик сделал еще один тяжелый вдох.
– Ивар тот еще прохиндей. – Устало произнес староста, но ответ меня не удивил, это и так было понятно, еще при первой встрече. – Четыре года назад, Ивар заявился к нам в поселок и давай засорять людям мозги. Старейшины поначалу лишь улыбались, но когда у парня появились последователи, было уже не до смеха. Приходиться, как-то вживаться с верующими и искать компромиссы.
– И какая у него цель? – Спросил я.
– Не уверен, что у Ивара есть какие-либо цели. – Отрицательно покачал головой старик. – У сумасшедших нет продуманного плана, а есть лишь атрофированный взгляд на мир и общество.
– Вы называете, проповедника сумасшедшим, но ведь люди его поддерживают. – Напомнил я.
– Да им пообещай райской жизни, они и мать родную продадут. – С досадой в голосе, проговорил седовласый староста.
– Люди устали жить в страхе. – Я понимал, о чем говорю, очень хорошо понимал. – Они ищут в словах проповедника спасение и избавление.
– В том то и дело. – Пробубнил себе под нос староста. – Признаюсь, вначале я ему даже поверил. Иварус обещал избавление от неупокоенных. Говорил сладко, что даже мы, старосты этого поселка были готовы идти с ним насмерть, только ради того, чтобы люди наконец-то обрели мир и покой.
– И что произошло?
– Ивар убедил нас перейти на другую сторону. – Тихо произнес Тимофей Иванович.
– А дальше? – Меня интересовали цели проповедника, зачем Ивар так стремился туда, и что произошло на том берегу.
Староста устало прикрыл глаза. Старику не хотелось возвращаться в прошлое. Не хотелось снова пережить те же эмоции, но без этого рассказ был бы не полным, и поэтому Тимофей Иванович продолжил:
– Группа людей перешла через мост, но назад вернулся только проповедник. – Староста закрыл ладонями лицо и уже тихим голосом произнес. – Ивар сказал, что их растерзали неупокоенные. Никто не выжил и не спасся, даже тел не осталось, лишь пару ружей, принесенные проповедником, в качестве доказательства.
Муки совести терзали Тимофея Ивановича, видимо, вину за произошедшее, староста возложил на себя. Возможно, именно он уговорил остальных глав поверить проповеднику.
– Как думаешь, он не врет?
– Не знаю, Влад. Но после этого, около недели, с той стороны берега, раздавался леденящий душу вой и злобное шипение. Неупокоенные не решились перейти реку. В тот раз нам крупно повезло. Мы хотели осудить, подлеца! Но Ивар заявил, что в произошедшем виноваты старосты поселка, ибо наша вера не слишком крепка.
– Я так понимаю те, поверившие проповеднику, не дали состояться суду.
– Правильно понимаешь. – Кивнул Тимофей Иванович, а после посмотрел на меня. – Ты для проповедника, как грелка для Тузика. Он давно хотел повторить эксперимент и снова опустить мост. Теперь же вас двое… таких хотящих.
– Я не причиню вреда деревне, обещаю. – Заверения не слишком убедили старика..
Тимофей Иванович, молча встал со стула, избавил одежду от застрявшего в ткани сена, и поковылял к выходу, лишь кинул на прощанье.
– Посмотрим…
Староста покинул хлев, только дверные петли продолжали противно поскрипывать на ветру.
– Ивар, значит. – Пробормотал я в полголоса.
Выходит старосты побаивались проповедника. В ином случае, старик не поперся в ливень на другой край поселка. Не думаю, что Тимофей Иванович проделал такой путь только из вежливости. У Ивара есть на меня виды, и теперь меня выгнать будет не так просто.
“У нас гости” – Внутренний голос обрушился так внезапно, что телу пробежало стадо мурашек.
Я насторожился. И в правду, к ангару кто-то приближался, а верней крался. Может это проповедник – подумал я.
“Это не Ивар” – Возразил голос и добавил. – “Это девушка”
В подтверждение этому, дверь осторожно приоткрылась и робкий девичий голосок спросил:
– Можно войти? – В проем протиснулась голова, судя по лицу, это была молодая девушка-подросток, с рыжими, вьющимися волосами. Девчонка не решалась войти внутрь. – Я… я лишь поинтересоваться…
– Входи чего уж там. – Отозвался я. Второй визитер за столь короткое время, было неудобно отказывать в гостеприимстве, особенно когда на улице льет, как из ведра.
Гостья осторожно протиснулась через узкий проем и вошла внутрь. На вид девчушке, не больше четырнадцати. Волосы были огненно-рыжими, которые к тому же вились. Видимо гостья постоянно пыталась их выпрямить, но безрезультатно, даже мокрые волосы не хотели превращаться в прямые локоны. Курносый нос смотрел вверх. А вот глаза – они были большими, выразительными, с глубоким, как омут, взглядом.
Малышка, осторожно ступая по скрипучим доскам, приблизилась, затем осмотрелась и улыбнувшись, неуверенно сказала:
– Я… я… всегда мечтала увидеть странника. – Тихим голосом призналась гостья, при этом она переминалась с ноги на ногу.
– А ты их никогда не видела? – Удивился я.
– Ну… как бы… видела. – Сказав это, рыжеволосая девчонка шмыгнула носом и попыталась, поплотней натянуть на себя насквозь промокшую куртку. – Пару раз заходили, но поговорить с ними так и не удалось. Пришлых здесь не особо любят, поэтому странники недолго гостят в поселке.
Вдруг девушка подбежала ко мне, схватилась за плащ маленькими ручонками, и залепетала, затараторила милым голоском:
– Скажи, путник, а ты видел другие поселки??? – Она смотрела на меня щенячьими глазёнками. Взгляд полный восторга и радости. Вот что я увидел в этих голубых глазах.
– Да, видел. И не только поселки, а еще и города. – Подтвердил я, чем еще больше подогрел подростковый интерес.
От радости, девушка потянула за рукав, оголив, тем самым, часть татуировок. Я побоялся, что гостья, увидев это, испугается и убежит, но она была слишком увлечена разговором.
– Ого… целые города. Ничего себе! А они огромные? Больше нашего поселка? – Хлопнула в ладоши курносая девочка ивзвизгнула от восторга. Татуировки раскрылись, чтобы гостья не испугалась, я поправил ворот, пряча жуткие символы, после чего улыбнулся.
Поселок слишком мал, даже по собственным меркам, куда ему тягаться с хорошо укрепленными городами – с торговыми путями и налаженной навигацией.
– А сколько городов ты видел??? – Тем временем не отставала рыжеволосая девушка в промокшей кожаной куртке.
– Три. – Подмигнул я ей.
– Целых три!!! – Восхищенно воскликнула девочка. – И далеко они отсюда?
– Очень далеко. Месяц ходьбы, не меньше.
Гостья разочаровано вздохнула.
– Месяц – это долго. – Снова шмыгнув носом, признала она. И действительно, блуждая месяц среди неупокоенных, это равноценно смерти, хорошо, что девочка это понимала. Курносая девчушка подняла взгляд и спросила. – А как ты смог выжить?
– Чудом. – Не лукавил я. – Только чудом.
Гостья засмеялась, её смех был задорным, в нем чувствовалась детская беззаботность и наивность.
– А я не хочу всю жизнь околачиваться здесь, в этом поселке. Я хочу увидеть мир. – Вдруг восторженно закричала, и начала размахивать руками. – Ты же наш мессия – так говорит проповедник! Ты сможешь сделать так, чтобы неупокоенные больше нам не досаждали!
Вот оно что. Значит девушка из верующих. Бедное дитя, мозг которой, запудрил изворотливый Ивар.
– Проповедник считает тебя нашим спасителем… и я считаю. – Девчонка остановилась и с глазами полными надежды посмотрела на меня. – Наша вера приведет нас в земли, где не будет никаких неупокоенных.
– Таких мест нет. – С грустью произнес я. – Я десять лет брожу по земле, но так и не встречал райских уголков, куда бы, не ступала нога неупокоенного.
– Есть, главное верить! – Более низким голосом чем обычно, произнесла девушка. – Если наша вера будет крепка, то обязательно отыщем это место. Так говорит наш проповедник. Он обязательно нас защитит.
– Я не был бы так в этом уверен.
Курносая девчушка скривилась, будто лимон только что съела, и начала пятиться назад.
– И ты верь. – Тихо произнесла гостья, и уже хотела убежать, как я её окрикнул.
– Стой!!! – Достав из кармана плаща фото, я бросил к ногам гостьи. – Ты видела этого человека?
Рыжеволосая девушка подошла, и, подняв фото, взглянула на снимок.
Долго вглядывалась, но потом положив фото обратно на пол, произнесла:
– Нет, не видела. – Отрицательно покачала головой.
– Вспомни, она сейчас выглядит старше, подумай. – На снимке была девушка лет одиннадцати, с милым личиком и с бантами по бокам. Девочка стояла с серьезным выражением лица и смотрела вперед себя. – Ей сейчас должно быть 21 год.
– Нет, точно не видела. – Отрицательно покачав головой девушка и добавила. – Кто ищет, тот всегда найдет, так говорит Ивар.
Гостья скрылась за дверью, оставив меня в гордом одиночестве. Интересно, это Ивар подослал гостью, или же она и вправду хотела посмотреть на странника. Странную игру затеял этот проповедник, правил которых, не мог постичь. Возможно, нужно будет самому отыскать Ивара и напрямую с ним поговорить. Да, так и сделаю, пока еще есть время. Проповедник мне нужен… несмотря на туманные и бредовые помыслы, цель у нас одна – это перейти на ту сторону.