Текст книги "Заманчивая мишень"

Автор книги: Уилл Мюррей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

На практике оно обернулось катастрофой.

Кот извивался, царапался и когтями задних лап раздирал агенту запястья и ладони. Удержать его было не легче, чем бьющегося удава. Сил у него хватило бы на троих.

"ВМФ-1" приближался. Мерта почувствовал, как воздушный поток от винта ерошит волосы у него на затылке.

– Помогите! – крикнул он.

Но было поздно. Яростное царапанье вынудило его разжать руки.

Первый кот, задрав хвост, стремглав пустился наутек, полдюжины особых агентов секретной службы бросились за ним вдогонку.

– Черт возьми! Не подпускайте его к Президенту! – крикнул Мерта, держась за расцарапанное запястье. – В крайнем случае застрелите, но не дайте приблизиться к Большому Маку!

Президент Соединенных Штатов глянул в иллюминатор на просторную южную лужайку.

Увидел группу особых агентов секретной службы, бегущих к посадочной площадке.

– Не слишком ли они усердствуют? – спросил он своего телохранителя.

– Пока существование заговора не подтверждено и не опровергнуто, излишнего усердия быть не может, сэр, – ответил Винсент Капецци.

– О заговоре я буду говорить с вашим начальником.

– Насколько я понимаю, он уже едет в Белый дом, – отозвался Капецци в тот самый миг, когда большой вертолет коснулся земли. Отстегнув привязной ремень, агент предупредительно распахнул перед главой государства дверь.

Спустившись на землю. Президент увидел группу агентов, со всех ног бегущих к нему. Впереди них, словно бы на радостях, несся Гетрик – семейный кот.

Несмотря на дурное настроение. Президент позволил себе улыбнуться.

– Забавно, правда?

– Вы о чем?

– О Гетрике. Он будто бы возглавляет агентов.

Винс Капецци обернулся и увидел выражение лиц своих собратьев. Выкрики их сливались в хриплый невнятный шум.

Потянувшись к поясу, он включил рацию. В наушнике послышались неистовые вопли. "Стреляй в него!"

"Стреляй в гада!"

Увидев в руках агентов пистолеты, Капецци сделал поспешный логический вывод.

Между отчаянными особыми агентами и Президентом нет никого, только кот и он сам. Убивать кота они явно не собираются. Следовательно, смерть грозит либо Президенту, либо ему.

В любом случае Винсу Капецци было ясно, что делать.

Швырнув Президента на траву возле подножия застеленного синей ковровой дорожкой складного трапа, Капецци выхватил из наплечной кобуры "МАК-11", упал рядом с тушей главы исполнительной власти и приготовился стрелять в своих коллег Вопросы он задаст потом.

Он надеялся, что шальная пуля не заденет Первого кота. Надсмотрщица оторвала бы ему за это голову.

Глава 13

Полиция Капитолийского холма перегородила все подъезды к Белому дому патрульными машинами и барьерами, поэтому таксист сказал Римо Уильямсу:

– Дальше вас везти не могу.

– Спасибо, – ответил тот, бросил водителю двадцатку и вылез из машины.

"ВМФ-1" уже опускался на блекло-зеленую южную лужайку. Стало ясно, что ситуация под контролем.

Услышав частые выстрелы, Римо сорвался с места и легко побежал вперед.

Затем он перелез через ограду Белого дома и помчался так быстро, что не успевали среагировать даже спрятанные под дерном сейсмические датчики.

По пути к южной лужайке никаких охранников не попадалось, никто его не останавливал. Впрочем, ни один из охранников и опомниться бы не успел...

Римо умел улавливать и анализировать опасные положения в доли секунды. Не раз благодаря мгновенной реакции он уклонялся от пули или избегал какой-либо другой смертельной угрозы.

Повернув за угол, Уильямс увидел группу агентов секретной службы, изготовившихся к стрельбе с колена.

Стволы смотрели в сторону "ВМФ-1". У складного, застеленного синей ковровой дорожкой трапа, на ступенях которого читалось "Добро пожаловать в ВМФ-1", один из агентов, прикрыв собой Президента, короткими очередями стрелял поверх голов своих коллег и во все горло кричал:

– Бросьте оружие! Бросайте, черт возьми!

Те, кому он кричал, казалось, недоумевали. Одни колебались. Другие поднимали руки, показывая, что сдаются.

А между ними, не зная, куда и бежать, в испуге прижал уши и припал к земле черно-белый кот.

Римо впервые оказался не в состоянии обработать полученную информацию.

Он бросился к противостоящим вертолету агентам и стал выбивать оружие у них из рук. Шлеп. Шлеп. Шлеп.

Силу ударов Уильямс сдерживал. Однако пальцы кое-кому он все-таки переломал. Пистолеты, подпрыгивая, так и скользили по траве, теряя патроны и обоймы.

Когда Римо наконец обернулся, агент, прикрывавший Президента своим телом, на миг прекратил стрельбу.

Только он видел Уильямса. И попытался взять его на прицел. Римо стал финтить, отступать, и пистолет никак за ним не поспевал.

Во время этого затишья кот бросился к ближайшему убежищу. К вертолету.

– Кот! – заорал один из агентов. – Остановите его! Он бешеный!

Продолжая петлять. Римо бросился за животным.

Он догнал кота и схватил за хвост.

Тот выгнул спину и выпустил когти. Уильямсу казалось, что он держит провод под высоким напряжением. С шипением, с фырканьем кот, извиваясь, вырывался и норовил вцепиться обидчику в горло.

Римо завертелся на месте, и в глазах у кота замелькал калейдоскоп окрестностей Белого дома.

Когда Уильямс наконец выпустил животину, кот упал на лапы и как-то неуверенно шагнул в сторону.

Тут в бок ему угодила пуля, и он шлепнулся замертво.

– Зачем вы так? – резко спросил Римо подбежавших агентов секретной службы.

– Он взбесился!

– Я контролировал ситуацию. У него ведь есть хозяин.

– Кто вы такой, черт возьми?

Уильямс вынул бумажник, показал удостоверение агента секретной службы на имя Римо Иствуда и золотистый значок.

– Вы один из нас? – недоверчиво склонил голову агент.

– Да.

– И в таком наряде?

– Я переоделся.

– Где ваши темные очки?

– Носить темные очки в декабре, – язвительно ответил Уильямс, – все равно что ходить с объявлением: "Не обращайте на меня внимания. Я переодетый агент секретной службы".

– В таком случае что вы здесь делаете без пропуска в Белый дом?

– Может, есть смысл сперва высвободить Президента, а потом уже качать права? – поинтересовался Римо.

Собеседник глянул ему через плечо.

Президент Соединенных Штатов лежал под тремя агентами секретной службы. Когда началась стрельба, из вертолета подоспели еще двое.

Из-под груды тел послышался сдавленный голос:

– Слезьте с меня.

– Уже можно, – сказал особый агент Армбрюстер.

– Нельзя, пока я не узнаю, что здесь случилось, – раздался из груды тел голос Капецци.

– Президентский кот взбесился. Исцарапал нескольких агентов. Мы не могли допустить, чтобы он напал на Большого Мака.

– Вы что-то сказали о Гетрике? – послышался встревоженный женский голос.

Все тотчас повернулись.

Из-за ионической колонны выглядывала Первая дочь, лицо ее было таким же белым. В лучах солнца блестели ее подтяжки.

– С Гетриком случилась беда, – отозвался Армбрюстер.

– Да вот же он! – удивилась Первая дочь.

Из-за колонны появилась знакомая черно-белая голова с тускло-желтыми глазами.

– Если там Первый кот, – Винс Капецци указал на животное, сидящее в ногах Первой дочери, – то кто же здесь?

На траве неподвижно лежало дохлое животное.

– Кое-кому придется изрядно попотеть, чтобы объясниться, – послышался из-под охранников голос Президента.

– Хватит, хватит, – обратился к этой груде тел Джек Мерта. – А ну, встали все!

– Слушайте, а куда же делся этот Иствуд?

Все разом завертели головами в поисках агента Римо Иствуда. Но его уже и след простыл.

Президент Соединенных Штатов не знал, кому и верить. Это явственно читалось у него на лице, когда агенты оторвали его от земли у подножия складного трапа "ВМФ-1".

– Мы отведем вас в Овальный кабинет, сэр, – сообщил Винс Капецци.

– Что происходит? – дрожащим голосом спросил глава государства.

– Мне бы очень хотелось это знать, – ответил Винс Капецци.

И приказал образовать рамку. Для охраны Президента на ходу существует три построения – рамка, круг и ромб. Агенты с пистолетами в руках встали вокруг Босса четырьмя плотными рядами.

Путь к Овальному кабинету, окна которого выходят на южную лужайку, был коротким, и они быстро преодолели его. Однако для Винса Капецци это был самый долгий короткий путь в жизни.

– Папа, папа! – окликнула отца Первая дочь и рванулась ему навстречу. Первый кот, перебирая белоснежными лапами, семенил сзади.

Джек Мерта опустился на колено, дрожащей рукой навел пистолет на Первого кота и крикнул:

– Уберите это животное!

Дочь Президента побледнела как полотно. Подхватила кота на руки и попятилась от гневно указующего пальца.

– Папа, – жалобным голосом спросила она, – что происходит?

– Что вы делаете? – спросил Президент, поднимая Мерту на ноги.

– Сэр, – категоричным тоном ответил тот, – ничего нельзя принимать на веру.

– Дурак, это же моя дочь!

– Задайте ей вопрос, ответ на который знаете только вы двое, скомандовал Джек Мерта, не отводя от Первой дочери ни взгляда, ни ствола.

– Где твоя мать? – спросил Президент.

– На... наверху.

– Иди к ней. Я скоро приду, – кивнул ей отец.

– Папа, я боюсь.

– Знаю, – ответил Президент Ему хотелось обнять дочь, но он не осмеливался выйти из рамки.

Лишь доведя его до решетчатой двери Овального кабинета, агенты расступились и замерли подле на посту.

Президент, сев за стол, позвонил директору секретной службы.

– Я рад, что у вас все в порядке, мистер Президент, – произнес тот.

– У меня не все в порядке, – возразил глава государства. – Я только что приземлился на южной лужайке, и агенты из наряда подняли там стрельбу.

– Куда они стреляли, сэр?

– Похоже, в меня.

Директор секретной службы онемел. Президенту слышно было, как он ловит ртом воздух в двух кварталах от Белого дома на Пенсильвания-авеню.

– Правда, они утверждают, что хотели застрелить Первого кота, – добавил глава государства.

– Мои агенты?!

– Только кот, в которого они стреляли, был не Первым котом, а его точной копией.

Директор секретной службы, казалось, снова задохнулся.

– Понимаете, что это значит? – произнес Президент. – Заговор. Возможно, корни его следует искать в службе, долг которой – охранять главу государства.

– Я... я выезжаю, мистер Президент, – пробормотал директор секретной службы.

– Разговор у нас будет долгим, – предупредил тот и положил трубку.

И тут же в Овальный кабинет с разметавшимися белокурыми волосами ворвалась Первая леди. Лицо ее побелело так, что щеки походили на тлеющие угли.

– Увези Челси в Кэмп-Дэвид! Здесь может быть небезопасно.

– И не подумаю.

Президент поглядел на жену, уловил искры в ее голубых глазах и понял, что даже весь Конгресс, запряженный в одну упряжку, не смог бы утащить Первую леди в Кэмп-Дэвид.

– Я хочу тебя кое о чем попросить, – сказал он.

– О чем же?

– Поищи в электронной почте сообщение от Смита.

– От того?

– Да, от того самого. Если найдешь, принеси сюда.

– Сперва я хотела бы узнать, кто такой этот Смит.

– Извини. Секрет, связанный с национальной безопасностью. Тебе ни к чему это знать.

– Еще чего! Я...

– ...жена Президента. Тебя никто никуда не избирал. Теперь иди. Если не жаждешь стать Жаклин Кеннеди девяностых годов.

Первая леди побледнела еще больше, потом повернулась и метнулась прочь из Овального кабинета.

После ее ухода Президент уединился в темной спальне Линкольна и открыл один из ящиков антикварной тумбочки из красного дерева.

Красный телефон без наборного диска стоял там с тех самых пор, когда хозяином Белого дома был человек, который тридцать лет назад подбросил ему мысль добиваться нынешней должности. Президент приложил трубку к уху. Гудка нет. Но, как объяснил его предшественник, никогда и не было. Эта тайная телефонная линия вела к безликому человеку по имени Харолд В. Смит, главе КЮРЕ, сверхсекретной правительственной власти.

Президент ждал, когда телефон на другом конце провода зазвонит. Но в трубке стояла мертвая тишина.

Так тянулось уже три месяца. В течение этого времени глава государства не получал от Смита никаких вестей. И не представлял, где находится КЮРЕ. Другого способа связаться со Смитом не существовало, и со времени последнего кризиса – Смит тогда отправил сообщение в Белый дом электронной почтой – от него больше не было ни слуху ни духу. Правда, и кризисов больше не было.

Президент положил трубку. Попытка связаться со Смитом таким образом была почти безнадежной. А может, этот человек умер?

Возвращаясь в Овальный кабинет. Президент решил, что основатель КЮРЕ, должно быть, позаботился о том, чтобы эта организация продолжала свою деятельность и в случае смерти Смита. Иначе с американской демократией может быть покончено навсегда.

Первая леди уже ждала его. Вид у нее был расстроенный и раздраженный.

– Никакого сообщения? – поинтересовался глава государства.

– Никакого. И я хочу знать, кто такой Смит и что такое КЮРЕ.

Президент поморщился. На последнем сообщении Смита читался обратный адрес "smith@cure.com". Но такого адреса не существовало, и послать ответ было невозможно.

– Со временем узнаешь.

– Когда?

– Не "когда". Если.

– Что "если"? – не отставала Первая леди.

– Если, – сказал муж, грузно опускаясь в кресло за столом, где до него трудилось множество Президентов, – когда-нибудь станешь Президентом сама.

– Ничего невозможного, – вспыхнула Первая леди.

– Нисколько в этом не сомневаюсь, – с улыбкой отозвался Президент.

Первая леди слегка успокоилась.

– Сделай мне одолжение, – попросил он.

– Что именно?

Президент заговорщицки понизил голос:

– Принеси кое-какие вещи.

Первая леди подошла к столу и поднесла ухо к губам Президента.

Когда муж объяснил, что ему нужно. Первая леди нахмурилась и выпалила:

– Зачем они тебе?

– Потому что, – ответил Президент, – я хочу пробежаться трусцой.

– С ума сошел? – пронзительно выкрикнула Первая леди.

– Нет, просто до смерти перепуган, – откровенно признался глава государства.

Глава 14

Из телефона-автомата на Виргиния-авеню Римо Уильямс позвонил Смиту в санатории "Фолкрофт".

– Смитти, ты слышал? Президент жив.

– Да. Это громадное облегчение.

– Успокаиваться рано. Здесь творится что-то непонятное.

– Что именно? Римо, ты где?

– В Вашингтоне. Только что из Белого дома.

– Охраняй Президента.

– Вот-вот. Я только что вытащил этого толстяка из огня на глазах охранявших его агентов. Ничего другого мне не оставалось.

– "Вытащил из огня"? Что ты имеешь в виду?

– Когда я подъехал к Белому дому. Президент как раз вылезал из "ВМФ-1". И едва он появился, охранники схватились за пистолеты.

Голос Смита задрожал от ужаса:

– Его охранники?!

– Нет, не из вертолета. Те, что патрулируют участок вокруг Белого дома. Они чуть не перестреляли друг друга, пока я не появился и не схватил кота.

– Какого кота?

– Первого. Как его зовут? Носок? Сапожок?

– Гетрик, – сказал Смит.

– Только то был не Гетрик, он появился потом.

– С какой стати агентам секретной службы стрелять в бродячего кота?

– Думаю, тот кот не был бродячим. Он представлял собой точную копию Гетрика.

– Ты уверен?

– Будешь тут уверен! Стоит только раз увидеть Гетрика... До жути безобразный кот.

Смит издал какой-то странный звук, потом откашлялся и попросил:

– Римо, начни, пожалуйста, сначала.

– Дай сперва доскажу. Я рванулся и схватил кота. Поверь, он был сильным. Или считал себя сильным. Агенты клялись, что он бешеный. Я в этом сомневаюсь. Просто встревоженный кот. Когда я разрядил обстановку, все вроде бы вошло в обычные рамки. Я предъявил свое удостоверение агента секретной службы и, пока суд да дело, убрался оттуда.

Глава КЮРЕ долго молчал.

– Агенты секретной службы очень хорошо обучены, – наконец задумчиво произнес он.

– Эти нет. Из-за бродячего кота с ними приключилась истерика.

– Очень странно, что там появился кот, в точности похожий на Гетрика, и поднял такой переполох.

– Терпеть не могу, когда ты бываешь прав, – угрюмо буркнул Уильямс.

– Послушай, Чиун должен прилететь в Вашингтонский национальный аэропорт с минуты на минуту. Встреть его, потом позвони мне.

– А ты что будешь тем временем делать? – поинтересовался Римо.

– Задам задачу компьютеру. Пока у нас недостаточно информации.

– Работая с компьютерами, – напомнил Уильямс, – не забывай искать моих родителей.

Он хотел уже было положить трубку, но тут глазам его неожиданно предстала орава, бегущая трусцой из-за угла аж на четырнадцати ногах!

Президент Соединенных Штатов бежал внутри широкого круга очень бледных агентов секретной службы. Все были в шортах и свитерах.

Кроме Президента. На нем была тенниска, слишком тонкая, чтобы защитить от декабрьского холода – не особенно сильного, правда, – и зеленая бейсбольная кепочка.

Римо торопливо отвернулся от движущихся из стороны в сторону темных очков агентов и проговорил в трубку:

– Смитти, ты не поверишь, но мимо меня только что трусцой пробежал Президент.

– После двух попыток убить его?

– Думаю, он пытается связаться с тобой.

– С чего ты взял?

– Прямой телефон с Белым домом все еще не работает?

– Нет. Я так и не нашел место разрыва.

– Если телевизор у тебя под рукой, включи. Судя по оживленному виду телерепортеров в конце квартала, они вот-вот начнут прямую трансляцию этой пробежки. У них устроена засада, чтобы задать Президенту обычные дурацкие вопросы.

– Сейчас, Римо.

Харолд В. Смит, сидя за своим столом в Фолкрофте, пробежался пальцами по клавишам компьютера. Янтарно светящийся экран потемнел и перешел на прием телевизионных сигналов.

Действительно телекомпании вели прямую трансляцию президентского бега трусцой.

– Фред Флауэрс, – представился репортер. – Я веду репортаж с места событий. Несмотря на то что не прошло еще и двух часов с момента покушения на жизнь Президента Соединенных Штатов и загадочной перестрелки агентов секретной службы на южной лужайке, глава государства спокойно бегает трусцой по Конститьюшн-авеню.

На экране крупным планом появилось лицо Президента. Прямо как губка в воде. Глаза же сузились в две щелочки. Казалось, он чем-то обеспокоен. Как и агенты, бегущие по улице словно по минному полю.

За ними на всякий случай полз черно-белый президентский "линкольн-континенталь".

Президент приблизился к репортерской засаде, и тут со всех сторон посыпались вопросы.

В ответ Президент лишь повернул голову и вымученно улыбнулся. К удивлению своих телохранителей, он прибавил скорости и оторвался от них.

Потом на бегу повернулся к камере и размашисто помахал рукой.

Харолд В. Смит разобрал свою фамилию на тенниске Президента и над козырьком зеленой бейсбольной кепочки.

Глава "Фолкрофта" даже подался вперед, чтобы получше разглядеть буквы, но ничего не вышло. Экран был маленьким.

Прижав поплотнее телефонную трубку, он спросил:

– Римо, что за надписи у Президента?

– На тенниске или на бейсболке?

– И там, и там.

– На бейсболке – "Ешьте яблоки бабушки Смит", а на тенниске – "Колледж Смита".

– Колледж Смита женский, – ядовито заметил глава КЮРЕ.

– И судя по жадному взгляду на кафе Берджера, Президент вряд ли такой уж любитель яблок бабушки, – произнес Уильямс.

– Он пытается выйти на связь со мной, – протянул Смит.

– Стоит ли откликаться? Когда ты разговаривал с ним последний раз, он грозился ликвидировать организацию.

– У меня нет выбора, – незамедлительно ответил Смит. – Это определенно сигнал того, что Президент хочет со мной встретиться.

– Как ты собираешься устроить встречу?

– Уже устраиваю, – ответил шеф КЮРЕ.

– Каким образом?

– Электронной почтой.

– Я не слышу щелканья клавишей.

– На моей новой клавиатуре они не щелкают, – напомнил Смит.

– Ах да, – спохватился Римо, глядя на пробегающего мимо Президента. Чем чаще он видел его по телевизору бегающим трусцой, тем больше, казалось, глава исполнительной власти прибавлял в весе.

Минуту спустя Уильямс установил причину. Из кафе выбежал агент секретной службы с картонным пакетом горячей воздушной кукурузы в руках. Он отдал его Президенту, и тот с жадностью прямо на бегу стал есть.

– Я только что предложил Президенту посмотреть фильм, – произнес Смит.

– Предложи ему отказаться от воздушной кукурузы, – пробурчал Римо.

– Не понял.

– Ладно, не важно. Какой-то конкретный фильм?

– Да. "Мистер Смит едет в Вашингтон".

– Его, кажется, больше не показывают.

– Вечером покажут, – возразил глава КЮРЕ. – В кинотеатре Белого дома. И я постараюсь посмотреть его вместе с Президентом.

– Как думаешь пройти внутрь?

– Вы с Чиуном меня проведете, – непререкаемым тоном заявил Смит – Когда встретишь мастера, снимите номер в отеле "Уотергейт". Я вам позвоню.

– В аэропорту тебя не встречать?

– Ни в коем случае. В Вашингтоне нам нужно соблюдать особую осторожность в разговорах – и в телефонных, и в личных. Секретная служба, ЦРУ и ФБР будут в высшей степени бдительны, станут прослушивать телефоны и выискивать в отелях подозрительных лиц. Ни в коем случае не привлекайте к себе внимания.

– Внимания, я? – удивился Римо.

– Я думал о мастере Синанджу, – уточнил Смит.

– Надеюсь.

– И еще одно поручение.

– Какое?

– Купи себе хороший скромный костюм и соответствующие темные очки.

И не успел Уильямс спросить зачем, как Харолд В. Смит положил трубку.

Глава 15

Директор секретной службы появился у западных ворот Белого дома; в одной руке он держал портфель, в другой – персональный телефон-факс.

Охранник в мундире секретной службы забрал у него и то, и другое, потом провел по его жесткому телу вверх-вниз электродами металлодетектора.

– Спятил! Не знаешь, кто я?

– Приказ Босса, сэр.

Директор секретной службы покраснел, как котел, который вот-вот взорвется, но сдержал возмущение.

– Можете проходить, сэр.

– Сперва соедини меня с Президентом по телефону.

– Прошу прощения, сэр. Большой Мак недавно покинул Коронку.

– Меня не предупредили.

– Это решение было внезапным.

– Куда он отправился, в Кэмп-Дэвид?

– Нет, сэр. Вышел пробежаться трусцой.

– Пробежаться?! В такое время?

Охранник промолчал.

– С этой минуты никаких разговоров по рации, – отрывисто приказал директор.

– Сэр?..

Директор, поведя седой головой, указал ею на стоявшие у Белого дома телефургоны с микроволновым оборудованием.

– Возможно, эти любители покопаться в чужих делах ведут прослушивание на нашей полосе частот.

– Слушаюсь, сэр.

Директора сопроводили на командный пункт секретной службы в подвале западного крыла. Там он повторил свой приказ помощнику начальника наряда Джеку Мерте.

Все тут же выключили рации.

– Говорят, Большой Мак отправился на пробежку?

– Да, сэр, – ответил Мерта. – Мы пытались его переубедить, но он настоял на своем.

– Взял с собой охрану?

– Конечно, сэр.

Директор секретной службы испустил долгий вздох облегчения. По крайней мере, Президент все еще доверял своим личным охранникам.

– Каковы последние новости из Бостона?

– Принимаем очередной факс.

– Ну и что у нас имеется на данную минуту?

Джек Мерта побледнел, как кабачок.

– Присланные из морга снимки стрелка и того, кто его ликвидировал.

– Покажите!

Директору представили фотографии.

– Черт возьми, этот очень похож на Освальда, – заметил он, когда агенты сгрудились рядом.

– Если это Освальд, то кого же похоронили в его могиле?

– А этот покойник слегка смахивает на Руби, – указал один из агентов.

– Руби был постарше, – возразил директор. – Если стрелок Освальд, постаревший на тридцать лет, то кто же этот парень, тип помоложе, чем Руби?

– Пластическая операция, – предположил кто-то.

– Только без выдумок! Мне нужны факты. Теоретизировать будем потом.

– Сэр, вот факс от медицинского эксперта в Бостоне. Предварительный осмотр трупа выявил шрам на груди и давний след пореза на запястье.

– Черт! У Освальда были такие же шрамы.

– Но не может же этот человек быть Освальдом, так ведь?!

– Надеюсь, – ответил директор, включая в сеть телефон-факс. – Впрочем, лучше запросить из архива отпечатки пальцев Освальда и убедиться раз и навсегда.

– Которого?

– Обоих! – рявкнул директор. И набрав номер местной телефонной станции, произнес: – Это секретная служба. Все звонки по номеру пятьсот пятьдесят пять – шестьдесят семь – тридцать четыре направляйте сюда.

Едва он положил трубку, как стали поступать факсы. Директор тут же брал их, просматривал, и лицо его вытягивалось все больше и больше.

– Черт. Черт! Черт!!!

Агенты выжидающе замерли.

– Судя по этому сообщению, серийный номер винтовки "манлихер-каркано" идентичен номеру той, из которой Освальд стрелял в Кеннеди.

Все подчиненные приняли такой вид, словно они разом лишились сознания.

Директор поднял взгляд.

– Знает кто-нибудь, где хранится эта проклятая винтовка?

– В Национальном архиве.

– Проверить!

Через минуту послышался громкий голос Джека Мерты:

– Вы уверены? Совершенно точно знаете, что винтовка на месте? Ну так сходите, убедитесь!

Прикрыв ладонью микрофон, Мерта пояснил:

– Из Национального архива отвечают, что винтовка по-прежнему там, но все же пошли удостовериться.

– Если эта проклятая винтовка исчезла, то да поможет им Бог! категоричным тоном произнес директор.

Вскоре раздался звонок из архива.

– Директор, – произнес Мерта, – они клянутся, что винтовка как лежала под замком, так и лежит.

– Послать туда человека перепроверить? Нет, занимайтесь-ка этим вы. Позвоните мне, как только убедитесь, что винтовка та самая, потом свяжитесь с Бостоном, перепроверьте номер другой. Черт! Не может существовать двух винтовок с одним серийным номером!

– А если существуют?

– Тогда мы хлебнем лиха. Может, даже придется вновь открывать дело об убийстве Кеннеди.

Зазвонил телефон, и один из агентов доложил:

– Большой Мак вернулся в Коронку. Повторяю, Большой Мак вернулся в Коронку.

– Да забудь ты про код! Это же телефон.

– Прошу прощения, сэр. Привычка.

– Сообщи Боссу, что я здесь.

– Вас понял. То есть сейчас, сэр.

Еще через несколько мгновений в трубке послышался хриплый, с одышкой, голос Президента:

– Зайдите ко мне в Овальный кабинет.

У дверей Овального кабинета директор увидел сразу троих агентов, а не одного, как обычно.

– Мысль своевременная, – заметил он.

– Предъявите удостоверение, сэр, – холодным голосом потребовал один из парней.

– Пропустите! Вы знаете, кто я.

– Приказ Президента, сэр. Извините.

– Уж который раз слышу это слово, – огрызнулся директор, нервно доставая из кармана удостоверение.

– Не делайте резких движений, – предостерег другой агент.

– Терпеть не могу слова "извините". Оно означает неудачу, словно объявляет: "Я делаю свою работу паршиво".

– Так точно, сэр.

Все трое агентов убедились в подлинности удостоверения, и дверь перед директором распахнулась. Когда она закрылась, он двинулся по синему ковру, с ходу оправдываясь:

– Мне очень жаль, мистер Президент. Поверьте, я присилю все ложи... э... приложу все силы, чтобы докопаться до причин скандального поведения агентов сегодня днем.

Президент указал ему на кресло.

Директор сел. Взгляд его упал на тенниску главы государства.

– Мистер Президент, разве колледж Смита не женский?

– Я взял тенниску жены, – неохотно ответил Президент.

– Разве она училась не в колледже Уэлсли?

– Какая разница! – с раздражением произнес глава государства. Расскажите то, что знаете о бостонских делах.

Лицо директора вытянулось.

– Мы все еще собираем сведения.

– Сообщите то, чем уже располагаете.

– Все очень запутано. Тут надо поработать профессиональному аналитику. Некоторые факты могут создать ложное впечатление. И притом весьма.

– Наплевать! Я хочу услышать, чем вы располагаете. Вы уже ведете расследование, не так ли?

– Совершенно верно. – Директор вдруг закашлялся. Он трижды принимался кашлять, потом свирепый взгляд Президента заставил его успокоиться.

– Мы располагаем стрелком.

– Мертвым или живым?

– Мертвым.

– Кто он?

– В водительских правах написано – Алек Джеймс Хайделл.

Президент скривил лицо.

– Кажется, я уже слышал эту фамилию.

Директор секретной службы среагировал мгновенно.

– Мне она тоже показалась знакомой. Мы подозреваем, что фамилия эта вымышленная. Но не уверены, – добавил он торопливо. – Все возможно. Все что угодно.

– Сообщники?

– Его убил человек, личность которого пока не установлена.

– Черт возьми! Совсем, как Джек Руби.

– Да, – с готовностью поддержал его директор, – именно совсем, как Руби. Само собой.

– Значит, можно предположить существование заговора?

– Я пока не стал бы ничего предполагать. Мы проверяем отпечатки пальцев этого человека и вскоре получим какие-то результаты.

– Можете сообщить что-нибудь еще? – спросил Президент.

– У нас множество разрозненных сведений, но я еще раз повторяю – не пытайтесь прояснить ситуацию, не располагая достаточным количеством фактов.

– Вы не усматриваете во всем этом какого-либо мотива? Каких-либо свидетельств преступного сговора или желания взять на себя ответственность за содеянное.

– Пока нет. Но это вопрос всего нескольких часов. Когда станут известны подробности, террористические организации и отколовшиеся политические группы наверняка поставят покушение себе в заслугу. Разумеется, нельзя сбрасывать со счетов и фактор подражания... Президент нахмурился.

– Я неудачно выразился. Надеюсь, вы поняли, что я имел в виду последователей. Всегда найдется человек, которого привлекает слава завершения дела, проваленного другим.

– Знаю, – угрюмо буркнул Президент.

– Я бы рекомендовал вам в ближайшее время вести себя посдержаннее. По крайней мере неделю.

– Мне надо проталкивать законопроект о всеобщем здравоохранении.

Тут в кабинет, не постучав, ворвалась Первая леди.

– Только что получено по электронной почте! – доложила она.

И многозначительно взглянув на мужа, положила распечатку на стол. Президент быстро просмотрел ее.

– Устрой просмотр этого фильма. Вечером.

– Что толку смотреть старую картину Джимми Стюарта? – раздраженно спросила Первая леди.

– Это уж мое дело.

На лице директора секретной службы отразилось любопытство.

– Может быть, посвятите меня? – вежливо поинтересовался он.

– Нет! – одинаково резко ответили Президент и Первая леди.

Директор смерил взглядом обоих. Когда Первая леди широким шагом вышла из кабинета, он подался вперед и заявил:

– Мистер Президент, для успешного выполнения своей работы я должен быть уверен, что пользуюсь полным доверием.

– Вы пользуетесь. Ваши агенты нет. Смените наряд в Белом доме. Всех, кроме Капецци. Он спас мне жизнь.

Директор с трудом сглотнул.

– Слушаюсь, сэр.

– И пусть за агентами, которые заступят в наряд, ведется пристальное наблюдение.

– Кому же его вести?

– Другим агентам. Продумайте все как следует. Я не хочу повторения сегодняшнего инцидента. Плохо, когда страна считает, что ее Президента убил какой-то псих. Но если станет известно, что его чуть не прикончила секретная служба, весь мир сочтет, что в стране назревает государственный переворот.

– И говорить не смейте об этом, – с горячностью отозвался директор и поднялся, чтобы уйти.

Глава 16

– Как долетел? – просил Римо мастера Синанджу, когда тот вышел из ворот Вашингтонского национального аэропорта.