332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Уилбур Смит » Те, кто в опасности » Текст книги (страница 10)
Те, кто в опасности
  • Текст добавлен: 30 октября 2016, 23:47

Текст книги "Те, кто в опасности"


Автор книги: Уилбур Смит






сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Пистолетный выстрел прозвучал всего в футе от правого уха Гектора, и грохот почти оглушил его. Собака разжала челюсти и упала, заливая Гектора кровью из раны в голове. В быстрой последовательности прогремели еще два выстрела, и две другие вцепившиеся в него собаки тоже упали. Гектор сел, вытер рукавом кровь с глаз и выплюнул ее изо рта. Когда перед глазами прояснилось, он удивленно посмотрел на Кайлу. Она выбралась из своего укрытия между камнями и теперь склонилась рядом с ним, профессионально держа пистолет обеими руками, вытянув правую и поводя стволом в поисках следующей цели.

– Ах ты умница! – выдохнул Гектор. – Какая ты умница! Да, ты мамина дочь!

Он подхватил автомат и встал, но схватка с собаками почти закончилась. Поле было усеяно собачьими трупами, люди приканчивали немногих раненых животных, которые выли от ужаса и боли. Гектор посмотрел на горизонт и всего в миле увидел большой русский вертолет Ми-26, приближавшийся к ним над вершиной соседней гряды.

– А вот и Ханс. – Гектор рассмеялся. – Отбой. Сегодня на ужин в Сиди-эль-Разиге бифштекс и бутылка шампанского.

Он поставил Кайлу на ноги и по-отечески обнял ее за плечи. Они смотрели на приближающуюся большую машину. Время от времени ее закрывали облака дыма от сигнальных огней, но каждый раз, как ветер относил дым в сторону, вертолет оказывался ближе, а гул его двигателей звучал громче. Наконец он повис в пятидесяти футах над землей, и они увидели Ханса, который смотрел на них из кабины. Он улыбнулся, козырнул, развернул вертолет боком к ним. Открылся главный люк фюзеляжа, в проеме стояли две фигуры – бортинженер и… Гектор, раскрыв рот, смотрел на второго.

– Сумасшедшая! – прошептал он.

Он приказал ей после полета на Джиг-Джиг возвращаться в Сиди-эль-Разиг, но ему уже следовало понять, что Хейзел Бэннок не привыкла подчиняться приказам. Отдавать приказы – да, но подчиняться…

– Мамочка! Мамочка! – закричала Кайла. Она подпрыгивала и размахивала над головой пистолетом. Хейзел в люке так же энергично махала ей в ответ. Ханс посадил вертолет; как только машина коснулась земли, Хейзел выпрыгнула, аккуратно приземлилась и побежала к дочери. Кайла вырвалась из-под руки Гектора и неуверенно направилась к матери.

– Прекрасное зрелище! – сказал Гектор с улыбкой, глядя, как женщины бросились друг к другу в объятия, крича и плача от радости. Он почувствовал, как на глаза навернулись слезы, и покачал головой.

«Ревешь, как ребенок. Ты становишься слишком мягким, Кросс».

Обнимая дочь, Хейзел через ее плечо посмотрела на Гектора. Слезы бежали по ее щекам и капали с подбородка. Она даже не пыталась утереть их. Ничего не говорила, но взгляд, который она бросила на Гектора, был достаточно красноречив.

– И я люблю тебя, Хейзел Бэннок! – крикнул он всему миру. Потом заставил себя вернуться в реальность и знаком приказал Далии и мужчине идти к вертолету. Они поднялись и побежали по открытой местности.

– Хейзел! Забери Кайлу на борт.

Он смотрел на женщин. Хейзел услышала, схватила Кайлу за руку и потащила к машине. И тут послышался другой голос, который, как сабля, распорол восторженное возбуждение Гектора.

– На краю ущелья, Гектор!

Тарик показывал за вертолет, и Гектор посмотрел в том направлении. Там стоял человек, и, хотя до него было почти двести ярдов и над краем ущелья виднелась только голова, Гектор сразу узнал его.

– Утманн Вадда!

Он оцепенел от неожиданности. Тарик со своего места не может выстрелить в своего бывшего товарища. Ему мешают бойцы группы и две женщины. Только Гектор способен разобраться с предателем. Однако на несколько жизненно важных долей секунды его парализовало. Будь на месте Утманна любой другой, будь это другое время, Гектор отреагировал бы мгновенно, но всем его вниманием завладели Хейзел и Кайла. Наконец он пошевелился, но так, словно пытался плыть в ванне с вязким медом. Он видел, как Утманн выскочил из ущелья, пробежал три шага и опустился на колено. Видел, как тот поднял длинную металлическую трубу и прижал к правому плечу.

– РПГ!

Даже на таком расстоянии Гектор сразу понял, что это. Устройство, стреляющее гранатами, излюбленное оружие партизан и террористов; граната в состоянии пробить броню танка, как будто это дешевый презерватив. Утманн прицелился в вертолет.

Теперь автомат «беретта» уже был прижат к плечу Гектора. Подсознательно Гектор отметил, что Утманн все еще в бронежилете. Бронежилет производства Бэннока, лучший в мире, из кевлара с прокладкой из керамических пластинок. На таком расстоянии легкая пуля калибра 5,56 мм натовского образца не пробьет жилет, но удара достаточно, чтобы сбить Утманна с ног. Гектор выстрелил и понял, что не промахнулся. Но за мгновение до этого выстрела Утманн выстрелил из РПГ.

Гектор видел, как за Утманном поднялся черный столб ракетного дыма, и граната, оставляя за собой дымный след, полетела к Ми-26. Она еще не успела долететь до цели, когда пуля Гектора попала в грудь бронежилета, развернула Утманна и с силой швырнула на землю. Прежде чем Утманн коснулся земли, граната ударила в переднюю часть вертолета и взорвалась. Гектор пошатнулся под ударом взрывной волны. Возле большой машины Хейзел и Кайлу отбросило, и они повалились друг на друга. Далия и мужчины были еще ближе к точке взрыва. Все упали; Гектор знал, что среди них есть серьезно раненные или даже убитые. Бортинженера в люке разорвало на куски. Гектор видел, как в воздухе вращаются его голова и оторванная рука.

Нос вертолета и передняя часть фюзеляжа были разорваны. Кабина с фонарем исчезли, оставив зияющее отверстие, и не осталось ничего, в чем можно было бы распознать тело Ханса Латегана. Он оказался в самом центре взрыва. Потеряв управление, огромная машина завалилась набок, лопасти винта уперлись в пропеченную твердую землю и камни, фантастически искривившись. Потом двигатели заглохли, и плотное облако дыма заволокло обломки.

На мгновение наступила тишина. Потом Тарик закричал:

– Утманн встал! Стреляй в него, Гектор! Во имя Аллаха, стреляй!

К этому времени поле зрения Гектора частично заволокло дымом, но он выстрелил, и смутная фигура в дымке пошатнулась на краю ущелья. Гектор не знал, попал он или Утманн просто сорвался вниз. Тарик бросился за ним.

– Вернись, Тарик! – крикнул Гектор. – Оставь Утманна! Его люди, вероятно, идут за ним. Нужно убираться отсюда. Посмотри, что с остальными. Позаботься о Далии.

Тарик повернул назад, а Гектор побежал туда, где лежали Хейзел и Кайла. Он боялся за них обеих. Они находились в опасной зоне, их легко могло задеть осколками гранаты или обломками фюзеляжа. Он опустился на колени рядом с ними. Хейзел лежала на Кайле, закрывая ее своим телом и руками. Боясь увидеть кровь, Гектор протянул руку и коснулся Хейзел. Она повернула голову, ошеломленно посмотрела, быстро села и протянула к нему обе руки.

– Гектор!

Она поцеловала его в губы, и тут же оба занялись Кайлой. Вдвоем они поставили ее на ноги.

– Ты ранена, малышка? – с тревогой спросила Хейзел.

– Нет, мамочка. Не тревожься. Со мной все в порядке.

– Это хорошая новость, – сказал Гектор, – потому что нужно немедленно уходить. Хейзел, твоя дочь слаба, как новорожденный, но свирепа, как табаско. [42]42
  Очень острый соус из красного перца.


[Закрыть]
Она не сдается. Я пошлю кого-нибудь помочь удерживать ее на ногах.

Он побежал туда, где лежала Далия и собирались остальные. Некоторых при взрыве ранило осколками, но, несмотря на порезы и синяки, все могли двигаться. Далия казалась невредимой.

– Девушка нуждается в твоей помощи, – сказал ей Гектор, и она сразу пошла к Хейзел и Кайле. А он повернулся к своим людям и приказал: – Разберите снаряжение, мы немедленно выступаем.

– В каком направлении двинемся, Гектор? – спросил Тарик.

– Назад по равнине. – Все удивленно посмотрели на него, и он быстро объяснил: – Если идти дальше на восток, найдем только пустыню и еще чертову пустыню. Теперь, лишившись собак, враг не будет точно знать, куда мы пошли; но он, вероятно, подумает, что мы движемся на восток, к берегу. – Он повернулся и показал назад, в ту сторону, откуда они пришли. – Но главная дорога с юга на север пролегает вблизи Оазиса Чуда и крепости. Я прав, Тарик?

– Верно, она проходит в десяти милях западнее крепости. Там большое движение, – подтвердил Тарик.

– Если доберемся до нее, конфискуем первый попавшийся автобус.

Люди немедленно приободрились. Уничтожение вертолета привело их в отчаяние, но план Гектора давал им слабую надежду. Через несколько минут все были готовы выступить.

Получился необычный караван; три женщины разного возраста и цвета кожи и шестеро мужчин в рваном, окровавленном камуфляже. Все грязные и пыльные. Гектор шел впереди, замыкал колонну Тарик; они с двумя помощниками уничтожали видимые следы отряда. Кайла шла в центре, с одной стороны ее поддерживала мать, с другой Далия. Они перевалили через край ущелья и начали долгий спуск на дно. К тому времени как снова начался подъем, все едва переставляли ноги, и скорость сильно упала. Гектор расхаживал вдоль цепочки, подбадривал людей, заставлял их двигаться своими грубоватыми шутками, которых, к счастью, Хейзел и Кайла не понимали. Те, кого ранило во время взрыва, сейчас сильно страдали; Кайлу снова перестали держать ноги. Последние несколько метров до верха вади Гектор нес ее на спине. Поднявшись, все упали в скудной тени, какую смогли найти, и лежали, часто и тяжело дыша, как собаки. Бутылки с водой почти опустели.

Гектор сидел с Хейзел и Кайлой. Он заставил их выпить последние глотки из своей бутылки, а Кайле дал еще одну таблетку антибиотика. Он был уверен, что лекарство оказывает благотворное действие. Цвет ее лица улучшился, и она приободрилась. Он коснулся ее лба и решил, что температура почти нормальная.

– Покажи язык! – приказал он.

– С величайшим удовольствием.

Пытаясь дерзить, она высунула язык как можно дальше. Язык перестал быть белым. Гектор придвинулся ближе и принюхался. Заражением больше не пахло.

– Спрячь, – велел он. – Иначе о него начнут спотыкаться.

Кайла легла на спину и закрыла глаза. Хейзел вздохнула и прислонилась к плечу Гектора. Он легко погладил ее промокшие от пота волосы, отвел их с глаз и шепотом подбадривал и хвалил ее.

Они были так поглощены друг другом, что не замечали, как Кайла сквозь ресницы подсматривает за ними, пока она широко не открыла глаза и не спросила:

– Мы передумали увольнять Гека, мамочка?

Хейзел вздрогнула, выпрямилась и, не глядя на Гектора, густо покраснела. Гектор с наслаждением наблюдал за ней.

«Боже, как она мне нравится такая», – подумал он.

– Все в порядке, мамочка. Я все думала, как мне свести вас. Кажется, особенно стараться не придется.

– Ладно, дамы, подъем! Пора двигаться дальше.

Гектор встал, давая Хейзел возможность вернуть самообладание. Он посмотрел вперед. В первых лучах солнца пустыня была необыкновенно прекрасна. Ни пятнышка зелени, но когда солнце попадало на пластинники слюды, песок начинал сверкать, точно груда бриллиантов, а скалы были величественны, как скульптуры Родена. Гектор чувствовал, как поднимается температура. Свою последнюю воду он отдал женщинам. Во рту у него пересохло, а когда он коснулся губ, они оказались сухими, как наждак. Он много лет провел в пустыне и теперь, ведя отряд вперед, выискивал признаки воды не менее усердно, чем следы врага. Вскоре обезвоживание начало отнимать последние силы, все пошатывались, и пришлось снова остановиться и отдохнуть. Гектор подобрал несколько камешков кварца и дал их Хейзел и Кайле.

– Сосите их! – сказал он. – Это предохранит рот от полного пересыхания. Дышите через нос и говорите только при необходимости. Так вы сохраните в организме влагу.

Он перевел взгляд на мужчин. Один с напряженным, болезненным выражением хромал, борясь с судорогами. По остальным было понятно: сил у них не осталось. Небольшое облако закрыло яркое солнце, и немедленно наступило облегчение, но ненадолго. Гектор поднял голову и увидел на сером облаке темных птиц. Их было пять, и они быстро взмахивали крыльями. Он встал и заслонил глаза. Обе женщины наблюдали за ним.

– Что там? – спросила Кайла.

– Для орнитолога columba guinea, – ответил он, – а для нас с вами просто голуби.

– О! – Кайла не пыталась скрыть разочарование. – Чудовищно неинтересно, Гек.

Стая голубей начала снижаться, при этом они стали на солнце красивого голубого цвета, с винно-красными воротничками и белыми кольцами вокруг глаз.

– Когда в это время дня они так выстраиваются, они летят к воде.

– К воде? – одновременно переспросили женщины.

– Когда они так спускаются, это значит, что они нашли воду, – пояснил он. – Это тебе интересно, Кай?

– Иногда вашими заботами я чувствую себя умственно отсталой, – сокрушенно ответила она.

– Успокойся, Кайла, ты не всегда такая. Подъем, дамы, давайте осмотримся.

Он отметил место, где исчезли птицы: до него было примерно с четверть мили. Когда они приблизились, стали ясно видны очертания геологической формации. Поперек их пути проходила еще одна небольшая вади, ответвление главного ущелья. Неожиданно со склона вади, хлопая крыльями, поднялись голуби. Они скрывались в горизонтальном углублении, образованном вследствие выветривания более мягкого известняка в твердой скале.

– Есть! – с улыбкой воскликнул Гектор, подводя их к подножию стены ущелья. Пока все с наслаждением лежали в тени, он рассматривал трещину под слоем известняка. Заглянув в темное отверстие, он почувствовал запах воды. Щель была столь узка, что он мог забраться в нее только ползком, отталкиваясь локтями. Вода собиралась в мелкий бассейн в дальнем конце низкой пещеры. Гектор зачерпнул горсть и попробовал.

– Дерьмо! – сказал он. – Буквально! Голубиный помет! Но то, что не убивает, то делает крепким.

Он крикнул Тарику, чтобы тот принес бутылки. Воду он процеживал сквозь ткань. Несмотря на ее отвратительный вкус, все выпили по полной бутылке, и Гектор снова их наполнил. Наконец все утолили жажду, и Гектор наполнил бутылки в третий раз. Спускаясь со стены, он осмотрел маленький отряд. Перемена была почти волшебной. Мужчины улыбались и оживленно переговаривались. Хейзел сидела за дочерью и, негромко напевая, расчесывала и заплетала ее волосы.

– Женщины! – прошептал Гектор, ласково покачивая головой. – Где только она взяла расческу? – Потом сказал: – Не устраивайтесь слишком удобно, ребята, мы уходим сейчас же.

Они снова построились и выбрались из вади. Направляясь на запад, Гектор как можно дольше придерживался возвышений, продолжая внимательно наблюдать за окружающей местностью. Через час у него появились основания быть довольным своей бдительностью. В нескольких милях к югу он заметил на фоне ослепительного яркого неба легкое облачко пыли. Гектор остановил колонну и несколько минут наблюдал за столбом пыли. Столб быстро двигался в их сторону, и Гектор пожалел, что не прихватил бинокль, но ведь он хотел как можно больше облегчить рюкзак. Спустя несколько минут стало ясно, что пыль поднимает какой-то медленно движущийся транспорт.

– Что бы это ни было, мне подойдет.

Он встал и подозвал Тарика. Быстро отдал приказ двоим остаться охранять женщин, а сам с остальными отправился навстречу экипажу. Вскоре стало ясно, что машина держится песчаного сухого русла реки, которое пролегает по дну мелкой долины, ровному, без расселин. Добравшись туда, где берега реки были ниже, Гектор впервые увидел, что это. И сразу узнал не слишком большой грузовик-«мерседес» с полным приводом. За опущенным ветровым стеклом в машине были видны шофер и трое сидящих за ним людей, все вооруженные, все в традиционных одеяниях и чалмах. Гектор подождал, пока грузовик снова скроется за берегом.

– За мной!

Гектор вскочил и в сопровождении своих людей сбежал вниз по склону туда, где они смогли залечь на краю речного берега, опередив грузовик. «Мерседес» появился из-за поворота в двухстах ярдах за ними. Гектор подпустил его поближе, так что машина почти поравнялась с их позицией, и тогда вместе с Тариком спустился на дно и остановился, преграждая ей дорогу и целясь из автомата в людей в грузовике.

– Не касайтесь оружия, или мы вас убьем, – крикнул Гектор по-арабски. – Глушите мотор. Поднимите руки над головой.

Водитель и двое за ним послушались, но третий пассажир на заднем сиденье встал, высокий, очень старый, с невероятно морщинистым лицом. Длинная белая борода по краям окрашена хной. В левой руке он держал автомат АК-47. Диким взглядом библейского пророка он посмотрел на Гектора, поднял правую руку и показал на него скрюченным артритным пальцем, похожим на коготь.

– Ты убийца трех моих сыновей, Гектор Кросс, грязная неверная свинья, которой я объявил кровную войну. Я проклинаю тебя всей мощью Аллаха. Да не узнаешь ты покоя после того, как я тебя убью!

– Это шейх Типпо Тип, – предупреждая, закричал Тарик.

Гектор прицелился шейху в грудь.

– Опусти автомат, – хрипло сказал он. – Выходи из машины, старик! Не заставляй меня убивать тебя.

Шейх словно не слышал. Не сводя глаз с Гектора, он начал поднимать АК-47. Его искривленные руки дрожали от ненависти.

– Не надо! – предупредил Гектор, но шейх не обращал внимания на грозно нацеленный ему в грудь ствол. Он прижал к плечу приклад АК-47 и дрожащей рукой прицелился.

– Да простит меня Господь! – прошептал Гектор и выстрелил. Типпо Тип выронил автомат, но остался стоять, держась за поручень.

– Проклинаю тебя и всех твоих потомков. Проклинаю тебя адским огнем и когтями и клыками черных ангелов…

Шейх упал с грузовика на песок речного русла. Его телохранители яростно закричали и схватились за оружие, но открыть огонь не успели: Гектор выпустил три короткие очереди. Телохранителей сбросило с сидений. Тарик выстрелил в шофера за рулем, вытащившего пистолет, и мгновенно убил. Потом подошел к грузовику и сбросил шофера с сиденья в вади. Стоя над телами, он сделал по контрольному выстрелу в каждого. Однако когда он направился к трупу шейха, Гектор остановил его.

– Нет, Тарик! Достаточно. Пусть лежит, старый ублюдок.

Тарик с легким удивлением посмотрел на него. Гектор сам не мог понять причин такой своей бессердечности. В чем дело? В том, что это старик. Он знал, что Типпо Тип – жестокое, злобное чудовище, но он стар. Убийство было неизбежно, но все равно оставило горький привкус. Слава Богу, Хейзел этого не видела.

Он подошел к грузовику и сел на место водителя. Нажал на стартер, и мотор заработал.

– Звучит приятно. – Гектор проверил уровень горючего. – Чуть больше трех четвертей бака. – Но тут он увидел дополнительные канистры, прикрепленные к бортам грузовика. – По сто галлонов в каждой, – с удовлетворением определил он. – Хватит на тысячу миль, даже больше. – Между передними сиденьями стоял бак для воды, и Гектор постучал по нему пальцами. – Полный, – сказал он, – но в перестрелке пуля пробила бак, и он потек.

Гектор оторвал полоску от своей куфии и заткнул пробоину. Потом кивнул своим людям и, пока те забирались в кузов, порылся в ящике под сиденьями. Достал крупномасштабную карту местности со всеми дорогами и деревнями с указанием названий. То был прекрасный подарок, но еще лучше оказался мощный бинокль «Никон» в зеленом чехле.

– Я как ребенок в рождественское утро! – усмехнулся Гектор. Повесил бинокль на шею, проверил, все ли на борту, и поехал туда, где среди камней пряталась с оружием наготове остальная часть отряда. Хейзел узнала его и выбежала навстречу грузовику.

– Ты цел? Мы слышали стрельбу.

– Как видишь, стреляли мы. Дальше можем двигаться с удобствами. Хейзел, поедешь впереди, со мной. – Он показал назад. – Кай, лежи в кузове и не поднимай головы, если снова начнется стрельба.

Кайла перебралась через борт и замерла от отвращения.

– Ну вот! Тут повсюду кровь. Я сюда не пойду. Хочу сидеть рядом с мамой впереди.

– Кайла Бэннок, перестань корчить из себя важную даму. Будь умничкой. Немедленно перемести свою пятую точку в грузовик.

– Но я не хочу…

– Послушай, девочка. Из-за тебя люди проливают кровь и гибнут. Отныне ты будешь делать все, что я скажу.

– Я ни в чем не виновата… – снова начала она.

– Да нет, виновата. Ты пригласила на яхту матери Роже Марселя Моро, он же Адам Типпо Тип.

– Откуда вы знаете?

Она потрясенно смотрела на него.

– Если не понимаешь, значит, ты и впрямь дура. А теперь марш в грузовик, черт возьми!

Кайла без единого слова перебралась через борт и села на дно кузова рядом с Далией.

Гектор потянул за сцепление, и машина тронулась. Хейзел рядом с ним сидела неподвижно и молчала. Он не хотел смотреть на нее, но чувствовал ее гнев. Знал, как все в ней восстает на защиту Кайлы. Он вел машину быстро, снова спустившись на сухое речное дно. Ехать по песку тяжело, но выигрыш в скорости все равно есть, и поверхность ровнее, чем на пересеченной каменистой местности. Они проехали совсем немного, когда он неожиданно почувствовал руку на своем бедре и удивленно вздрогнул. Искоса посмотрел на Хейзел: ее глаза блестели. Она наклонилась к нему, и ее губы оказались в нескольких дюймах от его уха.

– Ты замечательно умеешь обращаться с детьми, Гектор Кросс, – прошептала Хейзел и губами коснулась его заросшей щетиной щеки. – Если бы ты знал, как часто мне хотелось так сделать! Когда мадмуазель Кайла начинает так себя вести, она становится настоящей гадючкой.

Это признание поразило Гектора. Он накрыл ее руку своей лапищей и сжал.

– Думаю, это признак того, что к ней возвращаются силы. Но я понимаю, в чем твоя сложность, Хейзел. Кай осталась без отца, и тебе кажется, что ты с ней слишком строга.

Настала ее очередь удивиться его проницательности. Но она быстро пришла в себя и тихо сказала:

– Я кое-кого наметила на роль отца.

– Счастливчик этот кто-то, – улыбнулся Гектор, и они поехали дальше.

Через час они свернули с речного дна и поднялись наверх. Гектор затормозил и выключил мотор.

– Что еще? – с тревогой спросила Хейзел.

– Хочу позвонить по спутниковому телефону. Здесь должен быть хороший прием. – Он выбрался из кабины и, пока расправлял на капоте недавно обретенную карту и включал телефон, сказал Тарику: – Пусть все выпьют по полной кружке воды. Потом разомнут ноги и польют розы. – Выдвинув антенну, он кивнул Хейзел. – Хороший контакт! Должно быть, спутник у нас над головой.

– Кому ты звонишь?

– Ронни Уэллсу на катер.

Он набрал номер и после нескольких гудков услышал голос Ронни.

– Где ты? – спросил Гектор.

– Стою на якоре в бухточке небольшого островка примерно в пяти милях от берега…

Он назвал координаты, и Гектор отыскал их на карте.

– Ладно. Принято. Оставайся на месте, пока я не позвоню снова. Хансу Латегану не повезло. Вертолет взорван. Мы бежим, но нам удалось раздобыть машину. В зависимости от того, что у нас впереди, чтобы оказаться на берегу напротив тебя, нам потребуется часов восемь, а то и больше.

– Удачи, Гек! Буду ждать.

Оба дали отбой.

– Почему мы едем к катеру Ронни, а не вызовем Пэдди с его колонной грузовиков? – спросила Хейзел.

– Хороший вопрос. – Гектор кивнул. – Оценка условий. До эфиопской границы, где нас ждет Пэдди, на сто миль больше, чем до берега и Ронни.

– Но разве там нет дорог получше? Если ехать на восток к морю, попадем на бездорожье.

– Совершенно верно, – согласился Гектор, набирая новый номер. – Местность в глубине высокогорья гораздо более плодородна и густо населена; к этому времени она стала настоящим осиным гнездом, и всюду люди Типпо Типа. Все дороги почти несомненно перекрыты. Я сейчас звоню Пэдди рассказать о наших намерениях. Он – наш последний шанс, если не удастся встретиться с Ронни.

Пэдди ответил на вызов почти немедленно.

– Где вы? – спросил Гектор.

– Торчу на вершине горы на эфиопской границе и наслаждаюсь красочным видом сомалийского высокогорья. А вы где?

– Примерно в двадцати милях к востоку от оазиса. Утманн Вадда предатель. Он в лагере противника.

– Сукин сын! Утманн предатель? Не могу в это поверить.

– Он нас выдал. Нас ждали. Сам Утманн сбил вертолет Ханса Латегана из РПГ. Ханс мертв, а от Ми-26 остались обломки. Мне удалось конфисковать машину, и сейчас мы едем на побережье, на встречу с Ронни.

Пэдди негромко свистнул.

– Ты убил этого ублюдка с черной душой Утманна?

– Я в него выстрелил, но на нем был бронежилет. Я попал, но не думаю, что убил. Вероятно, броня остановила пулю.

– Какая жалость! – проворчал Пэдди. – Я так и знал – что-то произошло. Со своего места я вижу, что все дороги по вашу сторону границы забиты машинами. Сейчас я смотрю в бинокль на один из вражеских грузовиков. В нем не меньше двадцати человек. И все вооружены.

– Ладно, Пэдди. Оставайся на позиции и жди моего следующего звонка. Если не встретимся с Ронни, нам, возможно, придется направиться к тебе. Будь готов перейти границу и забрать нас.

Он разорвал соединение и посмотрел на Хейзел.

– Слышала, что он сказал?

Она кивнула.

– Ты был прав. Это только на самый крайний случай. Но неужели потребуется восемь часов, чтобы добраться до побережья?

– Если повезет, – ответил он и увидел, что она смотрит в другую сторону. Оглянувшись, Гектор увидел, что к ним неслышно подошла Кайла.

– Я пришла извиниться, Гек, – кротко сказала она. – Иногда в меня вселяется бес, и я ничего не могу поделать. Мы можем снова стать друзьями?

Она протянула руку, и он взял ее.

– Мы не переставали быть друзьями, Кай. И, надеюсь, никогда не перестанем. Но ты должна извиниться скорее перед матерью, чем передо мной.

Кайла повернулась к Хейзел.

– Прости, мамочка. Гектор был прав. Я пригласила Роже на борт «Дельфина» и подкупила Джорджи-Порджи, чтобы он взял его на работу.

Хейзел поморщилась. До этой минуты она не хотела верить, но теперь приходилось взглянуть в лицо фактам. Ее малышка уже не малышка. Тут она напомнила себе, что Кайле девятнадцать – больше, чем было самой Хейзел, когда она в памятную ночь стала женщиной на заднем сиденье старого «форда» своего тренера по теннису. Она собралась с силами и протянула Кайле руку.

– Мы все делаем ошибки, малышка. Главное не повторять их.

Кайла оглянулась на Гектора.

– А что это за пятая точка, которую вы велели мне переместить?

– На образцовом английском это означает «задница», – объяснила Хейзел, и Кайла хихикнула.

– Что ж, отлично! «Пятая точка» звучит прекрасно. Гораздо лучше сами-знаете-какого слова.

* * *

Утманн спускался по крутому северному склону вади. Каждый шаг давался ему с трудом, каждый вдох сопровождался острой болью. Он бросил РПГ и обеими руками сжимал грудь в том месте, где в бронежилет ударила пуля Гектора. Вначале он ожидал услышать звуки преследования, топот Гектора и его людей, но потом понял, что, лишившись вертолета, те, должно быть, пытаются занять другую позицию. Он на несколько минут задержался, чтобы сбросить тяжелый бронежилет и осмотреть рану. Хотя пуля не пробила кевлар, на груди образовался огромный синяк и быстро росла опухоль. Утманн осторожно ощупал себя и почувствовал под кожей острый конец сломанного ребра. Он беспокоился, что ребро могло пробить легкое. Хотя боль была почти непереносимой, он сделал глубокий вдох. Легкие как будто были не затронуты, и он, обхватив грудь руками, побрел вниз, туда, где на дне вади оставил Адама. Но Адам исчез. Должно быть, поднялся на противоположный край, где они оставили шейха с телохранителями. Утманн двинулся тем же маршрутом и на откосе увидел Адама – тот сидел на камне и полоской, оторванной от рубашки, перевязывал лодыжку.

– Что случилось? – спросил он, едва увидел Утманна. – Я слышал выстрелы и громкий взрыв.

Осторожно дыша, Утманн описал свои действия, и Адам обрадовался.

– Значит, они не ушли! Теперь они застряли. Они у меня в руках.

– Да, сейчас мы загнали их в ловушку. Но, как я уже объяснял тебе и твоему деду, Кросс подготовил запасные пути отхода. Сейчас он, вероятно, направляется на побережье, где его ждет судно, чтобы переправить в Саудовскую Аравию. Где твой дед? Нам нужен его грузовик, чтобы ехать вдогонку.

– Должно быть, поехал дальше, туда, где можно пересечь вади, как мы с ним договорились.

– Мы оба ранены. И пешком не догоним ни твоего деда, ни Кросса. Надо ждать другие грузовики из крепости. Они должны скоро появиться здесь.

– Наверно, потеряли наш след в темноте, – нахмурился Адам. – Или опять что-нибудь сломалось.

Прошел целый час, прежде чем они услышали приближающийся рев мотора. Наконец показался и сам грузовик. В кабине сидели двое, еще дюжина – в кузове. Утманн потратил несколько минут на то, чтобы перевязать Адаму лодыжку и себе грудь бинтами из аптечки грузовика; они забрались в машину и поехали по следам охотничьей машины шейха. Стервятников в небе они увидели за милю, Адам заторопил шофера, и наконец перед ними открылась картина гибели его деда. Труп старика лежал на сухом речном дне. Половину его лица разорвали и склевали птицы, но бороду не тронули. Адам с трудом выбрался и, хромая, направился к телу. Какие-то другие падальщики, наверное, бродячие шакалы, разорвали живот, и внутренности уже начали разлагаться на солнце. Зловоние стояло невыносимое.

Адам почтительно читал традиционную молитву упокоения мертвых, но в сердце его была радость. Годы тирании деда закончились, теперь он по закону шейх клана Типпо Типов. Всего четыре дня назад в мечети, в присутствии всех мулл, сыновей и внуков, дед официально назвал Адама своим наследником. И теперь никто не может оспорить его права на главенство в клане.

Закончив молиться, он встал и приказал завернуть тело деда в брезент и уложить в кузов грузовика. В глазах и поведении людей, торопливо выполнявших его приказы, он читал новое отношение к себе. Даже поведение Утманна заметно изменилось – новое звание и высокое положение Адама были признаны.

Пока Адам молился, Утманн старательно обыскал местность. И нашел следы, оставленные Гектором и его людьми, ждавшими в засаде. Потом вернулся к Адаму и объяснил, что после уничтожения вертолета неверные снова перешли вади и на беду случайно встретились с грузовиком шейха. Старика они убили, а машину забрали.

– Что прикажешь, мой шейх? – спросил он.

Титул подействовал на Адама, как трубка с гашишем.

– Надо ехать за украденной машиной деда и точно узнать, куда направились неверные. Только тогда можно будет решить, что делать дальше.

Утманн решился повторно высказать свое мнение.

– Я уже объяснил тебе: я знаю этого человека, Кросса, достаточно хорошо, чтобы точно угадать, что он будет делать. Теперь, располагая украденной машиной, он несомненно попытается добраться до берега и уплыть на поджидающем его корабле.

– Что он будет делать, если не сможет сбежать на корабле? – спросил Адам.

– Тогда ему останется только ехать к эфиопской границе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю