Текст книги "Василиск - сын Горыныча часть 1 (СИ)"
Автор книги: Тимур Машуков
Жанры:
Альтернативная реальность
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 16 страниц)
– С днем рождения, новобранец! – прорычала высокая женщина с проколотой бровью. Она подняла свою кружку, и все остальные последовали ее примеру. – За Ваську! За нашего нового Ящера!
– За Ваську! – грянули они хором, и я услышал звон десятков кружек.
Я поднял свою, чокнулся с соседкой и сделал большой глоток. Эль оказался горьким, с привкусом можжевельника и еще какой-то травы, от которой по телу разливалось тепло. Я вытер губы и огляделся.
В баре было шумно, жарко и тесно. Кто-то уже начал стучать по столам, кто-то танцевал прямо на стойке, а в углу две байкерши играли в дартс, и дротики с глухим стуком вонзались в мишень, где вместо кругов были нарисованы морды разных животных. Больше всего исколота была мишень с изображением лисы.
– Васька, мы слышали, ты сегодня знатно отметился на улице! – крикнула мне рыжая деваха с кожаной банданой на голове. – Говорят, ты Марго выручил, троих уложил!
– Было дело, – скромно сказал я, хотя внутри меня распирала гордость.
– Молодца! – засмеялась она и с силой сжала мое плечо. – В нашем клубе слабакам не место. А ты – наш!
Другая девушка, невысокая, но коренастая, втиснулась между мной и соседкой и поставила передо мной тарелку с дымящимся мясом. От него шел такой пар, что у меня слюнки потекли.
– Ешь, именинник! – приказала она. – Набирайся сил. Сегодня мы тебя будем качать до утра!
Я схватил кусок мяса и впился зубами. Оно было сочным, немного острым, и я почувствовал, что это та самая магическая приправа из моего дома. Кто-то из девчат, видимо, постарался.
Я ждал, слушал их разговоры. Они обсуждали свои магомоты, предстоящие гонки по ночной магической трассе, какие-то разборки с соседним клубом и, конечно, дорожную полицию, которая их постоянно напрягала, но им давали отпор.
Бар гудел как улей. В какой-то момент на стойку вылезла здоровая татуированная бабища и заорала: «А теперь наш новичок покажет нам танец!»
Я чуть не подавился элем, но меня уже стащили с табурета и потащили в центр зала. Девушки засвистели, заулюлюкали. Я не умел танцевать, но они и не ждали от меня изысканных па. Они просто хотели повеселиться. Я начал двигаться в такт музыке, как умел – неуклюже, но с энтузиазмом. Байкерши ржали, хлопали в ладоши и подбадривали меня криками:
– Давай, Васька! Покажи, на что способен!
– Зажги!!!
Я крутанулся, чуть не упал – стойка была скользкой, но меня подхватили чьи-то сильные руки. Я поднял глаза – это была Марго. Она стояла рядом с кривой усмешкой и держала меня за пояс. И прижималась так…
– Держи себя в руках, новобранец, – шепнула она. – Это только начало. Сегодняшнюю ночь ты запомнишь на долго.
В баре заиграла другая песня, еще быстрее и громче. Я почувствовал, как адреналин ударяет в голову. Я уже не думал о Насте и Наташе, о жизни и обо всем остальном. Я был здесь, с этими дикими женщинами, которые приняли меня как своего. Я был Ящером Тьмы. И это был лучший день рождения в моей жизни.
Я поднял кружку и крикнул во весь голос:
– За Ящеров Тьмы! За свободу!
– За свободу! – заорали они в ответ, и звон стекла смешался с ревом магомотов за стеной.
Мы пили, ели, смеялись, и я понял, что, наверное, именно ради таких мгновений стоит жить. В этом мире, где мужчины – лишь украшения, я нашел место, где я мог быть самим собой. Пусть даже это был бар, где пахло маслом и адреналином, где женщины правили балом, но они дали мне чувство, что я – равный.
Но главное приключение вечера меня ждало впереди…
Глава 22
Глава 22
Спустя пару часов, когда я уже прикидывал, как бы схватить парочку красоток, чтоб провели мне экскурсию, Марго хлопнула меня по спине:
– Ну что, Васька, готов к настоящим приключениям? Нас ждет ночной выезд. У нас есть незаконченное дело с конкурирующим клубом. Ты с нами?
Я посмотрел на нее, на ее пронзительные глаза, на горящие лица ее подруг, и кивнул.
– Это самый глупый вопрос который я услышал сегодня. Ящеры за любой кипиш, кроме голодовки.
Бар взорвался одобрительным ревом, и вся толпа рванула на улицу. А я вместе с ними – ящеры не бегают от драки. Это она бегает от них. Довольно потирая руки, я уселся позади Марго, радуясь, что приключения продолжаются.
– Слушайте сюда, ящерки! – крикнула Варя, и все притихли. – Сегодня мы едем к «Черным волчицам». Они уже который месяц лезут на нашу территорию. Сначала переманивали наших клиентов, потом сожгли несколько наших магазинов, а вчера вообще заявились в одну из наших кафешек и наваляли троим нашим девчонкам. Мы так просто это не оставим. У них есть пустырь на Промышленной, в старом районе. Там и встретимся.
Она сделала паузу, обвела всех взглядом.
– Магию не применять. Никаких огненных шаров, никаких ледяных копий. Только кулаки, цепи, дубинки и то, что нам дала природа. Если кто-то пустит заклинание – я лично потом буду драть долго и без смазки. Понятно?
– Да, Варя! – заорали хором, и я подхватил.
– Васька, – она повернулась ко мне, – ты новичок, но мы видели, как ты работаешь руками. Держись рядом со мной, но если что – не зевай. Шлем не снимай. Если кто-то узнает что ты парень, будет скандал. Причем такой, что можем и не вывести.
Я кивнул, натянул шлем на голову. Он был старым, с потертой краской, но внутри мягкий, и визор не запотевал. Я поправил перчатки с железными вставками, и с удовольствием отметил, что дубинка удобно висит на поясе штанов в специальной петле – спасибо Марго.
Рев моторов заглушил все звуки. Я вскочил на магомот позади Марго, и колонна двинулась. Впереди Варя на огромном «Триумфе» с коляской, в которой она возила свою любимую кувалду (даже не спрашивайте, зачем ей кувалда в коляске – это была ее фишка). За ней двинулись остальные, человек пятьдесят, а мы замыкали колонну, потому что нас поставили прикрывать тыл. Ну, или просто потому что я был новеньким и рисковать мной не хотели.
Ночная Москва открылась мне во всей своей магической красе. Мы мчались по Тверской, которая в этот час пустовала – встречались только редкие патрули полиции, но они на нас даже не смотрели. Знали, что байкерш лучше не трогать, если не хотят проблем.
Мимо проплывали светящиеся фонари, рекламные экраны показывали лица каких-то ведьм-блогерш, а в небе парили экскурсионные кабинки на магической тяге с пассажирами, которые удивленно глядели вниз на нашу банду.
Ветер свистел в ушах, я чувствовал, как вибрирует руль, как мощь двигателя передается в каждую клетку тела. Я любил это чувство – скорость, свободу, опасность.
Мы выехали на Садовое кольцо и выстроились колонной. Девушки перестраивались, обгоняли друг друга, и я видел, как мелькают их фигуры – кто-то стоял на подножках, кто-то отрывал руку от руля и показывал жесты прохожим. Мы были стаей, и мы неслись в ночь.
За МКАДом пошли старые промышленные районы. Здесь уже не было небоскребов и магии – только серые бетонные коробки, заборы, ржавые ворота и пустыри.
Мы свернули на улицу, которую даже на карте не было, и впереди показался огромный пустырь, усеянный битым стеклом и строительным мусором. С другой стороны уже ждали – «Черные волчицы». Их было примерно столько же.
Марго притормозила, поставила магомот на подножку и выпрямилась. Соседние моторы замолкали один за другим, и воцарилась тишина, нарушаемая только звоном металла о бетон. В центре пустыря стояло два ряда – наши и их. Между ними оставалось метров двадцать пустого пространства, как дуэльная площадка.
Варя вышла вперед, сжимая в руке молот. Из толпы «Волчиц» выступила их лидерша – высокая, жилистая, с ирокезом и татуировкой в виде волчьей морды на голом черепе. Ниче, как по мне, но сиськи маленькие.
– Варя, ты зачем нас собрала? – крикнула она с издевкой. – Скучаешь по моим кулакам?
– Скучаю, Зойка, – ответила Варя. – Но приехала я по делу. Твои сучки уже три раза лезли на нашу территорию. Я долго терпела, но этому пришел конец. Посягнувший на мое будет бит больно и сильно.
– Твои сами виноваты, – усмехнулась Зоя. – Если они не умеют держать удар, то нечего торговать на нашей земле. А территория – она ничья. Мы берем то, что нам нужно.
– Значит, по-честному не хочешь? – Варя шагнула ближе.
– По-честному? – засмеялась Зоя. – Да что ты знаешь о честности? Ты просто кусок мяса на магомоте. Давай решим так: кто победит – того и территория.
– Договорились, – Варя отбросила молот в сторону, и я понял, что сейчас начнется.
Секунду стояла тишина. А потом кто-то из «Волчиц» сорвался с места и побежал на наших. Я не знаю, кто это был – просто мелькнула тень, и за ней хлынула вся толпа.
Варя не побежала – она пошла быстрым шагом, и ее фигура растворилась в месиве тел.
Я тоже рванул, но не вперед, а чуть вбок, чтобы не оказаться в самом пекле. Но кто-то из наших толкнул меня в спину, и я вдруг оказался в центре, прямо между двумя здоровенными байкершами. Одна – с цепью, другая – с дубинкой. Я даже не понял, как это произошло – просто вдруг вокруг меня засвистели удары, и я автоматически поднял руки в защиту.
Первый удар цепью пришелся мне по левому предплечью – даже сквозь куртку и перчатку я почувствовал резкую боль. Я взревел, но не от боли, а от злости, и с разворота врезал кулаком прямо в нос цепистки. Железо моих перчаток хрустнуло, я почувствовал, как кости поддались, и она осела, закрывая лицо руками.
Но вторая уже замахнулась дубинкой, я увернулся, но не полностью – удар пришелся в плечо, и я ощутил, как отнимается рука. Бьет так, будто убить хочет. Ну, значит, и мы больше не будем гуманничать.
Я отскочил, выхватил из – за пояса «Демократизатор», и замахнулся им, как бейсбольной битой.
Дубинщица попыталась блокировать, но я вложил всю силу, и удар пришелся по ее оружию, выбив его из рук. Она осталась безоружной, но не растерялась – взревев, кинулась на меня с голыми кулаками, и я понял, что это становится интересно.
Я бросил дубинку и встретил ее удар блоком, а потом сам зарядил ей в солнечное сплетение. Она охнула, согнулась, и я добавил коленом в лицо – раздался влажный хруст, и она упала, раскинув руки.
Я пнул по морде тяжелым сапогом, чтоб уж наверняка, и огляделся. Эти легли, но…
Но вокруг было еще много таких же – злых, да удалых. Я не видел, где Варя, где Марго, где остальные. Все смешалось в кучу – рев, крики, звон металла, глухие удары. Я чувствовал, как адреналин кипит в крови, как боль уходит на второй план. Вот сейчас я был в своей стихии!
Ко мне подскочила тощая, но жилистая баба с кастетами на руках. Она атаковала быстро, как змея, и я едва успевал уклоняться. Один кастет прошелся по моему шлему, и я на миг ослеп от искр. Но тут же развернулся и поймал ее за руку, дернул на себя и врезал кулаком по ребрам.
Волчица согнулась, я разжал руку и ударил локтем по затылку, довершив ударом ноги по ребрам.
Потом был момент, когда я увидел, как две Волчицы зажимают какую-то нашу девчонку в углу. Сразу рванул туда, расталкивая дерущихся. Одну я схватил за волосы и отшвырнул, другой врезал с ноги – она отлетела к старой бочке.
Наша взглянула на меня с благодарностью, но я не успел ответить, так как уже разворачивался, потому что новый противник надвигался сбоку.
Эта деваха была здоровой, как шкаф, с выбритыми висками и цепью, обмотанной вокруг кулака. Она не стала размениваться на слова – просто пошла на меня, размахнулась, и цепь просвистела у моего уха.
Я пригнулся, схватил ее за ногу и с силой дернул на себя, и она, сдавленно вскрикнув, грохнулась на спину, подняв облако пыли.
Я навалился на нее, прижал коленом объемную грудь и начал обрабатывать лицо – раз, два, три.
Она пыталась закрыться, но я бил сильно и быстро. Потом я ее отпустил, поднялся, и тут же получил дубинкой по ребрам – отлетел в сторону, чуть не упав.
Поднял голову – передо мной стояла высокая, мощная женщина с отличной техникой. Она явно умела драться, не просто махала руками. И била так коротко и точно.
Я увернулся от второго удара, но третий пришелся в плечо, и я почувствовал, как опять немеет рука. Отскочил, сделал круг и бросился на нее, целясь в корпус.
Она встретила меня блоком, но я уже перехватил инициативу – вошел в клинч, ударил коленом в бедро, потом боднул головой в переносицу (шлемом, конечно).
Она потерялась, мотнулась, и я вдогонку заехал ей по печени. Волчица согнулась, я добил ее с разворота, и она рухнула.
Повел плечами, перевел дыхание. Вокруг все еще кипела драка. Я оглянулся – Варя билась сразу с тремя, и у нее было окровавлено лицо, но она хищно улыбалась. Марго отбивалась от двух – одна из ее противниц уже корчилась на земле.
Дальше, в самом центре сшибки, стоял страшный грохот – это наши использовали бамперы от разбитых машин как щиты. Где-то наши втроем били одну, где-то было и наоборот. Честной драки кулак в кулак не было.
Я увидел, как к моей левой стороне подбегает еще одна Волчица с молотком в руках. Она широко замахнулась, я увернулся, но молоток задел мою только что подхваченную дубинку, и она вылетела у меня из руки. Я опять остался без оружия, но мне было плевать.
Прыгнул на нее, схватил за руку, выкрутил молоток, ударил ее локтем в лицо, потом бросил молоток в сторону и принялся месить ее кулаками. Дамочка была крепкой, но я был злее – раз за разом бил, чувствуя, как железо перчаток врезается в кожу и кости.
Она упала, и я повернулся, готовый к следующему бою. Но вдруг рядом оказалась Марго, с рассеченной бровью, но довольная.
– Васька, ты охренел! – крикнула она. – Ты тут один против всех! Держись рядом, у меня на тебя большие планы. Ну, на эту ночь точно.
Я не ответил – просто улыбнулся под шлемом. Мне нравилось это.
Сейчас я забыл про все – про школу, про несносных баб, про дом, про духов. Просто бил, уклонялся, блокировал, снова бил. Моя одежда была порвана, в нескольких местах я чувствовал боль, но не обращал внимания на это, охваченный злым азартом.
Где-то справа раздался крик: «Волчицы отступают!»
Я перевел взгляд – действительно, несколько их байкерш начали пятиться к магомотам. Наши, почуяв близость победы, активно наседали, и я, не снимая шлема, рванул вперед, чтобы принять участие в последней атаке.
Сбил с ног одну, потом другую, схватил упавшую цепь и разогнал кого-то впереди.
Вокруг нас осталось всего несколько Волчиц, но они уже не сопротивлялись. Их главная, Зоя, стояла в стороне с разбитым лицом, сломанной рукой висевшей плетью, и зло смотрела на Варю.
– Все, хватит! – крикнула Варя, поднимая руку. – Мы победили! Территория наша! Убирайтесь, пока я не передумала и не решила вас всех убить!
Зоя сплюнула кровь, махнула рукой своим, и понурые Волчицы начали грузиться на магомоты, потирая ушибы.
Я стоял в центре пустыря, тяжело дыша, сжимая в руке чужую цепь. Кровь стучала в висках, на губах был привкус железа – видимо, в пылу драки я прокусил губу.
Марго подошла ко мне, похлопала по шлему.
– Ну ты и зверь, Васька. Я думала, тебя завалят, а ты вон… герой.
Я снял шлем – лицо было мокрым от пота, волосы слиплись. Я ухмыльнулся, обнажив зубы с кровью.
– Это был хороший бой, – сказал я, вытирая рот рукавом. – Лучшая разминка за всю мою жизнь.
Вокруг уже слышался смех и радостные голоса – девушки обнимались, передавали фляжки с водой. Кто-то перевязывал раны, кто-то уже садился на магомоты. А я стоял и смотрел на пустырь, усеянный обломками и телами побежденных врагов. Я чувствовал себя живым, настоящим, свободным.
Ночь уже начала бледнеть, на горизонте загоралась утренняя заря. Мы победили. Я победил. И я знал, что это не последняя драка. Но сейчас я просто наслаждался этим мгновением.
– Поехали ко мне. У меня это… чай есть. Вкусный, – прижалась к моей спине Марго.
– Я думал, уже и не предложишь, –ухмыльнулся я. – И если ты рассчитываешь сегодня поспать, то сразу говорю – забудь. Чай, он ведь так… бодрит.
– Ты так в себе уверен? Что ж, я такая недоверчивая, все предпочитаю проверять лично… Погнали!
Прыжок на магомот, ставший за сегодняшний день мне уже родным, и вот мы несемся по предрассветным улицам Москвы. Настроение – на миллион баллов. Хоть сейчас иди на штурм бастионов Ада. Под руками крепкое тело, с котором я скоро познакомлюсь максимально близко. Что еще надо вольному ящеру?
На этот раз катились мы непривычно долго. Причем Марго вела очень осторожно и как-то непривычно, что ли. Драйва не было, а лишь тихое и спокойное шуршание колес по дороге. Мы молчали – сложно говорить в шлемах. О чем она думала, я не знал, но было как-то спокойно– вот так вот просто катиться в неизвестность.
Ну да, я ящер, которому больше тысячи лет. Весь такой брутальный, могучий и прочее. Но… В человеческом теле я становлюсь человеком, перенимая его хорошие и плохие черты. И сейчас, будучи восемнадцатилетним, я чувствовал и мыслил именно так, как это делают все парни. И без поправки на этот мир, где мужики вызывают у меня рвотный рефлекс.
Да, кто-то скажет – живет, балдеет да в ус не дует. И что? Вау, у меня нет великой цели. И что? Нет, так-то она есть – опустить бабское эго на самое дно. Но я не собираюсь нестись к ней со скоростью бешеного магомота. Зачем?
Правильно сказала Тина – возвращаться в Навь пока желания нет. У меня, вон, уже какие знакомства появились. И связи. И это я не про дворец, хотя и там есть на что посмотреть и кого пощупать.
Кстати, что делать с Настей и Наташей, я окончательно пока не решил. Ясно же, что они, как истинные аристократки, не знают слова «нет». И для них мужик – всего лишь статусный придаток к их окружению. И не переделать их, не изменить.
А я так не могу – вольного ящера не закрыть в клетке. Поэтому буду бунтовать – бессмысленно и беспощадно. Мне можно, тут к капризам мужиков привыкли. Иное дело, как они будут пытаться все вернуть, как было. Ну да посмотрим, не буду загадывать. У меня тут Марго малощупанная. Непорядок. И чет нервничает она как-то.
– Ты чего трясешься? – ущипнул я ее за бок, чувствуя легкую дрожь даже через куртку.
– Первый раз парня к себе домой везу. Точней, привезла.
Мы остановились возле небольшого трехэтажного домика. Два подъезда с деревянными дверями с облупившейся краской, некое подобие детской площадки с ржавыми качелями. Вид такой себе.
– Ну, если так подумать, меня тоже в первый раз девушка к себе домой привозит. Так что у нас поровну.
– И все равно, это как-то…
– Забей, – сняв с нее шлем, я посмотрел ей в глаза.
Короткие светлые волосы, нахмуренные бровки, алые губки… Ну няшка же!
– Давай просто пойдем и попьем тот чай, о котором ты говорила. Посидим, поговорим, а там, глядишь, чего и сладится.
– Ты странный, – дернула она уголком рта. – Но этим, наверное, и нравишься мне. Пойдем. У меня еще печеньки есть.
Ну, мы и пошли, взявшись за ручки, как дети. И знаете что? Мне это нравилось – вот этот вот старый двор, вот этот обшарпанный подъезд. И девушка, что шла со мной рядом и крепко сжимала мою ладонь.
И еще нравилось мне не думать о том, что будет потом. Потому что сейчас тут со мной была только она, а все остальное может и подождать…
Глава 23
Глава 23
Чуть слышно скрипнула дверь, и Марго пропустила меня первым.
Я быстро огляделся – обычная квартира. Одна комната, маленькая кухня. Уютно и привычного девчачьего бардака нет. Где разбросанные везде трусики? А валяющаяся под ногами косметика? И тапочки с розовыми зайками? Может, она не девочка вовсе? Надо срочно проверить!!!
– Я понимаю, что для тебя это выглядит слишком… – неуверенно начала она.
– Марго, не загоняйся, – мои пальцы скользнули по ее куртке, расстегивая молнию. – Чего ты так переживаешь?
– У меня никогда не было в гостях парня. И вообще парня не было…
– А чего так? – удивился, снимая с нее верхнюю одежду.
– Шутишь, что ли? Парни только у аристократок есть, и то не у всех. Мы ж никто, отбросы общества. Уличные девчонки. Таких, как ты, мы только в сети и можем увидеть. Нет, за время работы курьером я разного навидалась, но вот так близко разговаривать с парнем не доводилось. Кто ж меня к нему пустит?
– Какая глупость, – присев, я стал невозмутимо расшнуровывать ее ботинки.
Она, кажется, прям зависла от моих действий. А я что? Не торопился – вижу же, что девчонка переживает.
– Мы такие же, как и вы, только выглядим иначе. И я вот, например, не гонюсь за всякими аристократками. Зачем? Мне всего и так хватает. А лезть под каблук – это точно не мое.
Теперь уже она снимала с меня куртку, а я с легкой улыбкой смотрел на ее чуть подрагивающие пальцы.
– Ты иной. Другой. Говорят, похожие на тебя мужчины жили много веков назад. А сейчас иное время, иные нравы.
– Да и пусть, – улыбнулся я. – Неважно, что было, важно, что есть.
– А что есть? – прикусив губу, посмотрела она мне в глаза.
– Есть ты, есть я. Есть ты и я. И эта квартира, и этот рассвет, и время, за которым не надо следить.
Я нежно коснулся ее губ своими, втягивая ее запах – крови, пота и… возбуждения.
– Мне надо в душ… – шепчет она.
– Иди. А я пока чай заварю. Никогда этого не делал, но уверен, что справлюсь.
– А ты со мной не пойдешь?
– Я ж маг, – волна эфира прошлась по мне очищая тело и одежду. – Мне это не обязательно. И, если хочешь, могу и тебя так же…
– Нет, я в душ. Чай на верхней полке.
Проскользнув мимо меня, она рванула в ванную, а я пошел на кухню, чуть посмеиваясь. Марго, грозная тигрица в битве, оказалась сущим котенком в делаю амурных. И это так… вдохновляло. Необычно, незнакомо и жутко интересно. Кажется, я почти влюбился.
Так, кухня – в каком-то из миров я такую уже видел. Куча всяких коробочек – и зачем их так много? Поди разберись во всей этой алхимии. А я в ней не разбираюсь совсем – если, конечно, это не яды. Тут-то я как раз таки такой специалист, что во всех мирах не сыскать. Но сейчас мне яд не нужен.
Путем обнюхивания всех этих склянок, я, пару раз чихнув, все же нашел вроде как чай.
И что с ним делать дальше? Посмотрел инструкцию в телефоне – черт, еще и чайник нужен. Зачем такие сложности? Люди странные, ага. Увидел его – пустой. Еще и воды надо в него набрать. А как? Куда ее лить? Наверное, туда, откуда выливается. До чего же сложная конструкция!
Налил, а дальше-то что? Он же холодный. Подогреть огнем – это я могу. Но этот белый гад вообще не железный, расплавится как пить дать. Значит, надо как-то по-другому. Опять полазил и методом тыка нашел место, куда его надо поставить. Поставил и… Ничего. Он не греется. Я разозлился так, что не передать!!!
Стал по нему стучать, требуя, чтоб начал работать. Он как-то щелкнул, загорелся синим и зашумел.
Вот, я всегда знал, что кулак срабатывает лучше всяких уговоров! А дальше? А дальше я не знаю – там потом инструкция слишком сложная шла. Налей, досыпь, добавь, перемешай, процеди… Нет, этот мир явно хочет, чтоб его уничтожили! Если обычный чай так сложно заварить, то что говорить об остальном⁈ О мясе, например. Его ж тоже готовить надо? Хотя, я люблю его и сырым. И даже предпочитаю сырым, но смертные не поймут, если увидят. Отсталый народ.
Сел, жду, уверенный, что все сделал правильно. Грызу пряник – не люблю сладкое, оно для зубов вредно. Но больше ничего не нашел – бедно живет моя Маргоша. Ну да ничего, ящеры своих не бросают. Уверен, что мне тоже нужен курьер… для чего-нибудь. Точно, за продуктами будет ездить и мясо мне покупать. А я ей платить за это. Да, это доброе дело, но когда она уволится со своей старой работы, для ее хозяина это будет зло. Так что уравновесим.
Появилась моя красотка в коротеньком халатике. Зашла на кухню, замерла. Я смотрю на нее и уже прикидываю, как легко его снять, а она смотрит на меня и что-то ищет.
– Не вижу чай, – подтвердила она мои мысли.
– Пока остановился на кипячении воды. Устал. Сижу вот, отдыхаю.
– В смысле? – опешила она. – А что трудного в этом процессе?
– Все трудно. Сначала найди чайник…
– На самом видном месте стоял…
– Потом налей через узкий носик воду…
– На нем крышка сверху! Открыл и наливай.
– А потом долго его включить не мог.
– Там кнопочка такая есть…
– Вот раз такая умная, сама и делай, – обиделся я. – Нет чтобы по старинке, на костре и в котелке. Так нет, понапридумывали сложностей.
– Ох, Василий, ты как ребенок, –вздохнула она и принялась готовить чай.
Что-то посыпала, залила, размешала – магия, точно вам говорю! – и поставила передо мной исходящую паром кружку.
Я сделал глоток – горячо, но неожиданно вкусно. Понравилось.
– Ты так улыбаешься, будто никогда его не пил, – усмехнулась она.
– Может быть. Наверное, не так важно, что ты пьешь, а важно, кто тебе наливает.
– И чем это так важно? – попыталась спрятаться она за кружкой.
– Тем, наверное, что это ты.
– Меня от твоих слов в жар кидает… – покраснела она.
– Сейчас будут не только слова…
Встал, подошел к ней – я стою, она сидит. И смотрит прям туда, куда нужно. Мои руки легли ей на плечи, и халатик послушно скользнул вниз, открывая потрясающий вид на ее грудь.
Нежно опускаюсь вниз, слегка поглаживая ее полушария. Она задышала тяжело, чуть прерывисто. Нос ощутил запах возбужденной женщины.
– Я… – начала она.
Но я не дал ей договорить, накрыв ее рот поцелуем.
Марго посмотрела на меня, и я увидел, что ее глаза уже не такие колючие, как на улице. В них было что-то другое – растерянность, робость. Как будто она боялась, что я увижу что-то, что она прячет.
– Ты чего? – спросил я, поглаживая ее по щеке.
– Ничего, – выдохнула она. – Просто… я не привыкла, чтобы со мной так.
– Как – так?
– Нежно, – ответила она и отвела взгляд. – Я ж детдомовская. А там условия далеки от идеальных. Никто и никогда ко мне тепло не относился. А ты…
Я не дал ей договорить, вновь накрыл ее губы поцелуем, мягким, неторопливым. Она сначала замерла, а потом ответила, и я почувствовал, как она тает. Ее руки скользнули по моей груди, спустились к животу, к ремню. Мы вместе расстегнули его, и мои штаны упали на пол. Я шагнул из них, подхватил ее на руки и отнес в спальню.
Шаг, другой – пока я шел, мы целовались на ходу. Чуть не рассчитал, и мы упали на постель, а я оказался сверху.
Марго смотрела на меня снизу вверх, ее дыхание стало прерывистым. Я провел пальцами по ее животу, спустился к бедрам, приподнял край трусиков. Она прикусила губу, и я увидел, как ее тело напряглось.
– Ты правда хочешь этого? – спросил я, глядя ей в глаза.
– Хочу, – ответила она, и в голосе не было ни тени сомнения.
Я медленно стянул с нее трусики, и она осталась совсем обнаженной. Я смотрел на нее – на ее худощавое тело, на выпуклые ключицы, на татуировку на бедре в виде ящера. Она была прекрасна, даже со своими шрамами и ссадинами.
Я провел рукой по ее бедру, и она вздрогнула. Наклонился и поцеловал ее в живот, потом ниже, чувствуя, как она выгибается, как ее пальцы сжимают простыни.
– Васька, – выдохнула она. – Не торопись.
Я поднял голову и посмотрел на нее. Ее глаза были влажными, а на губах дрожала улыбка. Я понял, что она боится, хотя никогда не призналась бы в этом. Она привыкла быть сильной, но сейчас, в этой комнате, была просто женщиной, которая хочет, чтобы ее любили.
Я осторожно развел ее ноги, пристроился между ними, чувствуя, как ее тело поддается мне. Я смотрел на нее, не отрывая взгляда, и видел, как она закусывает губу, как ее грудь вздымается от дыхания. Медленно вошел в нее, и она ахнула, выгнув спину. Ее пальцы вцепились в мои плечи, я почувствовал, как царапины от ее ногтей обжигают кожу.
Я замер, давая ей привыкнуть. Она смотрела на меня, и в ее глазах я видел удивление – как будто она не ожидала, что это может быть так. Я начал двигаться, медленно, плавно, чувствуя, как она сжимается вокруг меня. Она закрыла глаза и выдохнула, и я услышал, как она тихо, почти беззвучно стонет.
– Не останавливайся, – прошептала она.
Я ускорился, и ее стоны стали громче. Она откинула голову назад, приоткрыла рот, и я видел, как ее лицо искажается от наслаждения.
Я чувствовал, как внутри нее нарастает напряжение, как она дрожит. Я наклонился и поцеловал ее в шею, чувствуя соленый привкус пота. Марго обхватила меня ногами, притянула к себе, и я вошел в нее глубже. Она вскрикнула, и я почувствовал, как ее тело содрогнулось – она кончила, сжавшись вокруг меня. Но я не остановился, продолжал двигаться, чувствуя, как ее волны накрывают меня, и наконец меня прорвало.
Я упал на нее, тяжело дыша, чувствуя, как сердце колотится в груди. Мы лежали так несколько минут, не шевелясь. Я чувствовал, как она гладит меня по спине, как ее пальцы перебирают мои волосы. Она была мокрой от пота, я – тоже.
Приподнялся на локтях и посмотрел ей в лицо. На ее губах блуждала легкая улыбка, глаза были влажными, но теплыми.
– Ну что, – спросил я. – Я не разочаровал?
– Дурак, – сказала она и звонко рассмеялась. – Ты… Это было круто. Я не думала, что такое бывает.
– Что бывает?
– Когда мужчина… – она запнулась, – заботится о женщине. Я думала, все мужики только трахаются, а ты… Ты как будто чувствуешь.
Я улыбнулся и поцеловал ее в лоб.
– Потому что это ты, Марго, – сказал я. – Ты не просто байкерша. Ты чувственная девушка, чей потенциал мы сегодня раскроем полностью.
Она задумалась на мгновение, а потом обняла меня за шею и притянула к себе.
– Васька, – прошептала она, – останься до утра.
– Останусь. И не только до утра.
Мы лежали, переплетенные, и я чувствовал, как ее дыхание постепенно выравнивается. Ее пальцы все еще блуждали по моей спине, оставляя легкие дорожки. В комнате было тихо, только за окном редкие машины проезжали по рассветной улице, и свет фар на мгновение скользил по потолку.
Я уже думал, не пора ли переходить ко второму кругу, или дать ей еще отдохнуть, как вдруг Марго пошевелилась. Она приподнялась на локте, и я открыл глаза – ее лицо было в полумраке, но я видел этот хитрый огонек в зрачках, который уже начинал разгораться.
– Ты чего? – спросил я, хрипловато.
– Ничего, – ответила она, но голос был совсем другим – низким, тягучим. – Просто я подумала… первая попытка была слишком нежной.
– Слишком? – удивился я.
– Слишком сентиментально, Василий, – она усмехнулась, провела ногтем по моей груди, оставляя красную полоску. – Я не такая. Я – Ящер Тьмы, а не какая-то там принцесса. И ты – мужик, который дрался вчера на пустыре как зверь. Так почему мы сейчас ведем себя, как два няшных котенка?
Она вдруг резко села, откинув одеяло, и я увидел, как ее тело, только что такое податливое, снова стало напряженным – как перед дракой. Она перекинула ногу через меня и оказалась сверху, прижимая меня к кровати своими бедрами.
Я чувствовал, что она горячая, влажная и уже снова готова. Она смотрела на меня сверху вниз, и я видел, как ее губы растягиваются в хищную улыбку.
– Теперь – моя очередь, – сказала она, и в голосе не было ни капли сомнения.
Я даже не успел возразить – она наклонилась, впилась в мои губы, и это был уже не нежный поцелуй. Она кусала меня за губы, за язык, пока я не почувствовал вкус крови.




























