Текст книги "Князь Андер Арес 7 (СИ)"

Автор книги: Тимофей Грехов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Мы помолчали. Перспектива, нарисованная Миленой, была, мягко говоря, паршивой.

– Ладно, – выдохнул я, отгоняя мрачные мысли. – Я благодарен тебе за помощь с ингредиентами, Милена. Это сэкономило мне кучу времени.

Баронесса с любопытством склонила голову набок.

– Ты так и не скажешь, зачем они тебе? – спросила она. – Такой специфический набор… Яды, некроорганика, мощные галлюциногены. Аннабель, конечно, имеет талант к зельям, но мне кажется, что даже для неё это перебор.

Я немного подумал, ответил.

– Скоро ты узнаешь ответ. И поверь, он тебя не разочарует.

– Заинтриговал, – хмыкнула Милена, но давить не стала.

Кивнув ей на прощание, я сосредоточился на векторе перемещения. Мир моргнул, и розовый мрамор Ириса сменился суровым серым камнем Виндара.

Я был дома.

Не теряя ни секунды, я направился в сторону лабораторий.

Мой путь пролегал через длинную галерею, соединяющую жилое крыло с хозяйственным. И то, что я там увидел, заставило меня сбавить шаг, а потом и вовсе остановиться.

В конце коридора, у высокого арочного окна, стояли двое. Ростислав и Мария.

Парнишку я почти не видел с момента смерти Лилии. Он, казалось, превратился в тень самого себя, стараясь не попадаться на глаза старшим. Лилия была его покровительницей, а теперь он был никому не нужен…

А вот Мария…

Служанка стояла, уперев руки в бока, и что-то яростно выговаривала Ростиславу. Её щеки раскраснелись, а грудь вздымалась так, что пуговицы на форменном платье грозили вот-вот отстрелить в кого-нибудь.

– … ты вообще понимаешь, с кем говоришь⁈ – долетел до меня её возмущенный голос.

Я поморщился. Мария в последнее время словно с цепи сорвалась.

Честно говоря, это начинало раздражать. С тех пор, как Лилии не стало, эта девица вбила себе в голову, что место фаворитки князя вакантно и просто обязано достаться ей.

Я не мог запретить ей мечтать, не мог наказать за мысли, которые она не озвучивала вслух. Но её навязчивость и эта уверенность, что она имеет право на меня претендовать, бесили.

– А ну тихо! – рявкнул я, выходя из тени колонны.

Они оба подпрыгнули.

– Ваша Светлость! – пропела она. – Мы тут просто обсуждали…

– Мне плевать, что вы обсуждали, – оборвал я её. Я даже не замедлился. Слишком много дел, чтобы тратить время на разборки прислуги. – Мария.

– Да мой господин? – произнесла она.

– Принеси мне поесть в лабораторию Анабель. Одна нога здесь, другая там. И чтобы через десять минут была в лаборатории!

– Но… как скажете, Ваша Светлость, – поникла она, но тут же мелькнула новая мысль: «Это шанс! Я принесу еду, мы будем одни в лаборатории…»

Я мысленно закатил глаза. Горбатого могила исправит.

– А ты, Ростислав, – я перевел взгляд на мальчишку. – Хватит тут столбы подпирать. Ноги в руки и бегом за моей сестрой.

– За госпожой Аннабель? – переспросил он тихо.

– За ней самой. Передай ей, что я вернулся. И скажи, что мне срочно нужна её помощь.

– Понял, – кивнул парень. Он сорвался с места и побежал в сторону жилого крыла замка.

Больше я не собирался тянуть. У меня были все компоненты. У меня был план. И очень скоро у меня будет правда.

Эльфийский вопрос, а точнее тайна арихалковой энергии… ещё немного, и я докопаюсь до истины.

Глава 3

Я стоял посреди лаборатории, вдыхая привычный запах ингредиентов, смешанный с ароматом свежего хлеба и жареного мяса, которые принесла Мария буквально минуту назад. Служанка, поймав мой взгляд, зарделась, но я жестом руки показал ей на выход. Тогда она низко поклонилась, показывая своё декольте, и оставила поднос на свободном от колб столе.

Вскоре дверь распахнулась снова, но уже куда более решительно.

– Андер, что случилось? – с порога спросила Аннабель, быстро оглядывая помещение. Её взгляд зацепился за меня, потом скользнул по разложенным на столе ингредиентам.

Я молча указал рукой на стол, где в колбах и конвертах лежало то, ради чего я мотался по Пустоши с Миленой.

– Всё, – коротко произнес я. – Всё, что нужно для зелья Разума, перед твоими глазами.

Бель, прищурившись, подошла ближе. Она взяла одну из колб с железой пустынной гадюки, повертела на свет, словно проверяя на чистоту, потом аккуратно, кончиками пальцев коснулась черного лепестка Ночного Паслена.

– О, как… быстро, – протянула она. – Расскажешь, как тебе это удалось? Найти это всё за такое время…

– Извини, не могу, – перебил я сестру. – Договор Сильнейших не позволяет этого делать. Могу лишь сказать, что к этому способу добычи ингредиентов я бы хотел прибегать как можно реже.

Аннабель нахмурилась. Ей явно не нравился мой ответ.

– В общем-то, мне твоя помощь сильно и не нужна, – продолжил я, подходя к рабочему столу. – Просто хочу, чтобы ты показала, где у тебя что лежит: инструменты, термоуравнители, основы. А заодно проверила качество ингредиентов. Вдруг я где-то ошибся с хранением.

– В смысле – моя помощь не нужна? – сестра уперла руки в бока. Поза была настолько знакомой и угрожающей, что мне на секунду захотелось сделать шаг назад. – Может, тебе напомнить, что я мастер зельеварения? Я, а не ты! И вообще, объясни наконец-то, почему ты сам должен его варить?

Она обошла стол, встав напротив меня, и скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, что никуда не уйдет без объяснений. И тут же продолжила.

– Я впервые слышу про такие условия варки… Ладно бы ты был девочкой-девственницей! – фыркнула она. – Про такие зелья я слышала истории. В старых трактатах упоминается, что когда Деймос, Фобос и Эрис выстраиваются в ряд, нужно пролить кровь девы в котёл. Но ты-то не дева! И уж точно не девственник…

Она замолчала, ожидая ответа.

Я тяжело вздохнул, потирая переносицу. Я понимал – Бель не отстанет. Она слишком дотошная, слишком умная и слишком заботливая, чтобы позволить мне варить сложнейшую алхимическую бурду без контроля, если не поймет реальных причин.

– Ладно, – решился я наконец приоткрыть завесу тайны. – Вообще я собирался уже рассказать всем об этом одновременно, собрать семейный совет, как положено… Но коли так сложилась ситуация…

Я отошел к двери, проверил, плотно ли она закрыта, и на всякий случай накинул полог тишины. Аннабель наблюдала за моими манипуляциями с нарастающим любопытством.

– Ты знаешь, что я «S» ранг. – Бель, внимательно глядя на меня, кивнула. – Ты видела мои новые способности, – вернувшись к столу с ингредиентами, продолжил я. – Но ты не знаешь источника. В общем, у меня в голове… вернее, в моем сознании, есть нечто вроде искусственного интеллекта. И оно называет себя «Божественный механизм».

Глаза сестры округлились.

– Что?

– Это наследие самой Арес, – продолжил я, стараясь говорить убедительно. – Именно через этот механизм мой прогресс идет так быстро. Именно из-за него финара Арес выбрала моё тело в качестве сосуда во время того инцидента. Механизм это, можно сказать, часть её силы, через которую она пыталась возродиться. И пока мой ранг был ниже «С», Арес могла и собиралась вселиться в моё тело. Сейчас мне ничего не угрожает…

Аннабель молчала, переваривая услышанное. Хоть мы и жили в мире магии, но даже так мои слова звучали дико.

– Этот рост ранга, – я указал на себя, – я достиг именно благодаря ему. Он открывает доступ к знаниям. Именно механизм дал мне рецепт зелья Разума. И именно он поставил условие: личный сбор, личная варка. Энергетика должна резонировать с ингредиентом.

Потом я замолчал, наблюдая за реакцией сестры. Я рассказал ей про навыки и способности лишь вскользь, не вдаваясь в подробности про систему уровней и характеристик, чтобы совсем не взорвать ей мозг цифрами.

После чего замолчал, наблюдая за реакцией сестры.

Конечно же, я умолчал о самом главном – о том, что я не совсем её брат. Что настоящий Андер, вроде как, переродился в другой Вселенной, тогда как моя душа перенеслась сюда из другого мира благодаря всё тому же механизму и духу Арес. Эта информация была лишней.

Для неё я оставался Андером, её братом, который просто стал сильнее и… наверное, страннее. И пусть так и остается.

Сказать, что Бель была удивлена, ничего не сказать. Её брови взлетели так высоко, что едва не скрылись под линией волос. Я буквально видел, как в её голове с бешеной скоростью вращаются шестеренки, обрабатывая информацию о «Божественном механизме», моих новых силах и условии зельеварения.

Разумеется, вскоре посыпались вопросы.

– Подожди… Механизм? В голове? Искусственный интеллект? То есть он был кем-то создан? Арес? – начала она тараторить. – И он… она… Арес говорит с тобой? Прямо голосом?

Я устало потер переносицу.

– Бель, давай оставим технические подробности на потом. Я расскажу… честно. Но сейчас у нас есть дела поважнее. – Я перевёл взгляд на ингредиенты. – Мне нужен котёл из обсидиана. Ножи и щипцы, стандартные, алхимические, но обязательно те, что сделаны из веток мэллорна. А металл может дать ненужную реакцию с кислотой муравья.

Бель на секунду зависла, всё ещё переваривая услышанное. Потом она моргнула, стряхивая оцепенение, и сразу же включилась в работу.

– Обсидиан… да, есть такой. Мэллорн… нижний ящик слева, – бормотала она, быстро перемещаясь по лаборатории, и постепенно выкладывая передо мной всё необходимое. Тяжелый иссиня-черный котел гулко звякнул, опустившись на подставку. Рядом легли инструменты из светлого, почти белого дерева, испещренного естественными прожилками.

– Спасибо, – кивнул я. – Теперь, думаю, я справлюсь. Можешь идти. Я правда ценю, что ты помогла подготовиться.

Бель замерла с пучком сушеной травы в руке, которую собиралась убрать в шкаф. Она медленно повернулась ко мне, и в её глазах читалось возмущение.

– Ты думаешь я уйду? – обманчиво спокойным тоном переспросила она. – После того, как ты мне только что сказал, что будешь варить зелье, благодаря которому можно прочесть мысли даже у богов⁈

Она фыркнула, бросив траву обратно на полку, и подошла к соседнему столу.

– Андер, ты с ума сошёл? Об этом не может быть и речи. Я остаюсь. И буду смотреть. Может, даже записывать… хотя нет, такие вещи лучше не доверять бумаге.

Я ненадолго задумался.

– «В принципе, подсказки Бель могут быть полезны, – рассуждал я. – Она знает взаимодействие всяко лучше меня».

– Хорошо, – сдался я, ставя сразу два котла на магические подставки.

Щелчок пальцами – и под черным дном емкостей тут же загорелся магический огонь. Я налил подготовленную, очищенную чарами воду.

– «Сис, наша договоренность в силе? Ты поможешь мне сварить зелье?» – мысленно обратился я к божественному механизму.

– «Да, – прозвучал в голове ответ. – Внимательно меня слушай и точно следуй инструкциям».

– «Спасибо», — и я выдохнул. Мой взгляд был направлен на ингредиенты.

Кислота песчаного муравья – 100 мл. Жгучая, едкая дрянь.

Ядовитая железа гадюки Пустоши – 2 шт.

Корень Мандрагоры Крикливой – 1 шт.

Лепестки Чёрной Розалии – 10 шт.

Кровь Баньши – ровно 5 капель.

Чешуя ящераПустоши – 20 шт.

Паутина арахниды – 50 см.

Желчь пустынного скорпиона – 30 мл.

Пепел сожжённого лича – 20 г.

Гриб-кровопийца – 3 шт.

Росток Вампирской Лозы – 1 шт.

Экстракт Ночного Паслёна – 40 мл.

Язык василиска – 1 шт.

Сердцевина Мёртвого дерева – кусок 10×10 см.

Осколок проклятого кристалла – 1 шт.

Всё было поделено на два набора, потому что варить придётся в два этапа, смешивая базы в финале.

– Начнём с основы, – пробормотал я и взял колбу с муравьиной кислотой. Густая, маслянистая жидкость едва заметно парила даже сквозь стекло. – Делим на два, – проговорил я вслух, скорее для себя, чем для Бель.

Аккуратно, стараясь, чтобы рука не дрогнула, я разлил кислоту в оба котла. Ровно по 50 мл. Жидкость с шипением коснулась дна, и вверх взвился едкий парок.

– Температуру ниже, – тут же подсказала Бель с табурета. – Кислота при таком нагреве даст осадок. Держи на уровне «томления».

Я кивнул, быстро подкрутив заглушку от магического пламени, работающее от мифрилового накопителя энергии.

– «Добавь железы гадюки. Не режь. Бросай целиком», – скомандовала Сис.

Я взял пинцетом из мэллорна склизкую железу и осторожно опустил в первый котел.

– Теперь мандрагора, – прокомментировал я. – Бель, как лучше её измельчить? Сис говорит в труху, но корень волокнистый.

Сестра тут же соскочила с табурета и оказалась рядом.

– Не в труху, а в кашицу, – поправила она, заглядывая в рецептуру через плечо. – Если просто порежешь, волокна заберут часть эфира. Бери ступку.

После чего она показала, как правильно ей работать, и передала мне. И за пару движений пестиком я превратил жесткое растение в однородную массу.

– Вот так, – заглядывая мне через плечо сказала она. – Теперь можешь добавлять.

Так мы и работали. Я слушал команды системы, проговаривал их, а Бель корректировала технику исполнения.

– Лепестки розалии, – скомандовал я спустя час.

– Не мни их пальцами! – тут же вклинилась Бель. – Ты выдавишь эфир на перчатки. Используй плоскую сторону ножа, чтобы «разбудить» структуру, а потом сразу кидай.

Работа спорилась. С сестрой процесс шел в разы проще и, главное, спокойнее. Она помогала следить за температурой в котлах, вовремя подавала инструменты, подсказывала, когда смесь меняла цвет и просила узнать у системы всё ли в порядке.

За окном уже начало светать, когда мы перешли к финальной стадии первого этапа.

Как вдруг дверь скрипнула, и в проеме показался Гаррик.

Он окинул взглядом нас, склонившихся над котлами, и обвёл взглядом всю лабораторию, в которой была гора использованных склянок.

– У вас всё в порядке? – спросил он, прислонившись плечом к косяку. – Вы тут всю ночь просидели?

Я не отрывался от процесса, аккуратно помешивая варево палочкой из мэллорна.

– Нормально, – сказал я. – Варим зелье Разума.

Гаррик лишь кивнул.

– Понял, – спокойно ответил он. – Не буду мешать.

Он прошел через лабораторию к Аннебель, нежно поцеловал её в макушку, прошептав что-то успокаивающее, и направился к выходу.

– Гаррик, постой! – окликнул я его, не оборачиваясь.

Муж сестры замер у двери.

– Да?

– У меня к тебе просьба, – я на секунду оторвался от котла, чтобы кинуть в него щепотку пепла лича. Смесь зашипела, меняя цвет с бурого на глубокий фиолетовый. – Я сегодня должен был встретиться с баронессой Сиреневой. Но, как видишь, я немного занят делами рода. Передай гвардейцам у портальной площадки, что, если появится Милена… или придет весточка от неё… пусть передадут мои глубочайшие извинения. Скажи, я компенсирую ей это время.

Гаррик хмыкнул.

– Без проблем, Андер. Передам слово в слово.

Когда дверь за ним закрылась, я наконец выдохнул и взял со стола серебряный нож. Настала очередь паутины арахниды. Этот материал был капризным, резать его нужно было только серебром, иначе нити слипались в бесполезный комок.

Я методично кромсал паутину на мелкие сегменты, чувствуя, как напряжение отпускает.

– У вас всё нормально? – спросил я, бросив косой взгляд на сестру.

Бель отвлеклась от зелья посмотрела на меня.

– Вроде бы, да… – протянула она задумчиво. – Но в последнее время он какой-то нервный.

– Пыталась узнать, что не так? – спросил я, отправляя нарезанную паутину в котел.

Варево тут же загустело, став похожим на кисель.

– Разумеется, – ответила сестра, внимательно наблюдая за реакцией в котле. – Но он не говорит. Отнекивается, переводит тему.

Она несколько секунд помолчала, затем взяла со стола чистую тряпку и подала мне, чтобы я вытер нож.

– Но знаешь… Мне кажется, он просто волнуется за Лану. Никогда бы не подумала, что скажу это, но Гаррик открылся мне с другой, как только мы поженились, – продолжила она, глядя куда-то в пространство. – Я думала мне попался рохля, которого я быстро под каблук заведу. Но целители… – она сделала паузу. – Они самые лучшие любовники. И честно, мне до сих пор стыдно за ту… – она подняла на меня взгляд, – интрижку с князем Гром. Он всё знает, и из-за этого я долго чувствовала его злость, но потом… когда я забеременела, всё начало устаканиваться. Он очень любит дочь, Андер. Старается проводить с ней всё свободное время, пеленки меняет, укачивает ночами, прогоняя нянечек. Он стал настоящим отцом и мужем.

Я улыбнулся.

– Я рад за вас, Бель, – искренне сказал я. – Правда, рад.

Завтрак и обед нам принесли прямо в лабораторию. Я не мог позволить себе отойти от кипящих котлов ни на минуту, слишком высока была цена ошибки.

Бель… Про неё и говорить нечего. Сестра вошла в раж. Она напоминала коршуна, кружащего над добычей, и внимательно следила за каждым моим движением.

Пару раз в нашу обитель пытались прорваться «диверсанты». Сначала заглянул Сэм.

– Эм… – он осторожно просунул голову в дверь. – Ребят, может, помощь нужна? Андер, ты выглядишь так, будто тебя самого сейчас в котёл бросят. Я могу помешать… ну или подержать что-нибудь.

– Сэм, – усмехнулся я, сосредоточенный на температуре пламени, – спасибо, но лучше мы сами. Мы с Бель уже сработались, а тебе придётся слишком долго вникать.

– Ладно, не дурак, был бы дурак не понял, – и он исчез быстрее, чем я успел моргнуть.

Ближе к обеду нарисовался Мишель. Этот, наоборот, вошёл вальяжно, покручивая какое-то кольцо на пальце.

– Фу, ну и вонища, – скривился он, демонстративно зажимая нос. – Вы тут что, скунса в собственном соку варите? – он принюхался к Бель, потом ко мне. – А… теперь всё понятно, – замахал он ладошкой у лица, – это вы перевоплотились в вонючек!

– Вон! – хором гаркнули мы с Бель.

Мишель поднял руки в примирительном жесте. Но Бель уже успела рассердиться и начала активировать магический конструкт.

– Понял, понял, – и он тут же исчез, используя тропу тени.

– Порой я его голыми руками придушить хочу, – сказала сестра.

– Поверь… не ты одна.

И вот, наконец, наступил решающий момент. За окнами уже сгущались сумерки.

Я взял щипцами меньший, серебряный котел. Жидкость внутри была прозрачной, как слеза. В большом, обсидиановом, бурлила темная, густая масса, напоминающая расплавленный гудрон.

– «Аккуратно, Андер, – произнесла система. – Лей тонкой струйкой. По центру».

Я кивнул.

Тонкая струйка прозрачной жидкости коснулась черной поверхности. Раздалось тихое шипение, как будто воду льют на раскалённый металл.

– «Тринадцать раз по часовой», – прозвучал в голове голос системы.

Я начал мешать. Раз. Два. Три… Жидкость меняла цвет, становясь фиолетовой с золотыми искрами.

– «А теперь семь раз против. Резче!»

Я сменил направление, и зелье начало густеть.

– Сердцевина, – бросил я сестре.

Бель мгновенно подала мне подготовленный кусок Мёртвого дерева, и я бросил его в котёл.

– БАХ! – из недр котла вырвался клуб густого красного дыма.

– Ох… – выдохнула Аннабель, провожая дым взглядом. – Это… это было жутко красиво.

Я был с ней согласен, но отвлекаться было нельзя.

– Уменьшаю температуру, – скомандовал я, ослабляя поток маны в горелку. – «Сис, что дальше?»

– «Три раза по часовой. Только медленно. Тринадцать против. Ещё медленнее».

Когда я сделал последний оборот, жидкость в котле замерла. Она стала совершенно гладкой, зеркальной, темно-синего цвета.

– «Полчаса настояться, – сказал система, – даже не дыши на него».

– «Понял».

Когда время истекло, я аккуратно перелил готовое зелье в небольшую оловянную колбу. Это был единственный металл, который не вступал в конфликт с итоговым составом.

Оно было готово.

Маслянистая, тяжелая жидкость. Всего одна порция. Один шанс узнать секрет арихалковой энергии.

Я отошел к окну и прикрыл глаза.

– «Сис, — мысленно обратился я к божественному механизму. – Что скажешь? Я не облажался? Зелье получилось?»

Некоторое время система молчала, словно специально трепала мои нервы. Наконец, в моей голове раздался её бесстрастный голос, от которого у меня мурашки побежали по спине.

– «Да, – ответила система. – Химический анализ подтверждает соответствие эталону на 99,8%. Побочные эффекты в пределах допустимой нормы. По моим подсчётам, оно даст тебе ровно сорок три минуты абсолютной ясности. Сорок три минуты, чтобы фактически прожить жизнь Норэля и найти всю нужную информацию, прежде чем его разум… или твой… не выдержит».

– Отлично, – прошептал я, открывая глаза. – Более чем достаточно.

Глава 4

– Ну что, идем к Сэму? – спросил я, осторожно, убирая оловянную колбу в инвентарь. – А потом сразу в тюрьму к остроухому.

Аннабель тяжело вздохнула и прислонилась спиной к лабораторному столу.

– Андер, а до завтра это не подождет? – она зевнула так заразительно, что у меня самого свело челюсть. – Я на ногах уже сутки. Глаза слипаются, в голове туман. Я сейчас не то, что в тюрьму, я до своей спальни боюсь, что не доберусь.

Я покачал головой.

– Нельзя, – ответил я. – Через сутки оно, – я кивнул на склянку, – начнет терять свои свойства. Эфирные связи распадутся, и вместо «абсолютной ясности» я получу в лучшем случае головную боль, а в худшем – ментальное отравление.

Она мученически застонала.

– Ты жестокий человек, братец. Просто тиран…

Я усмехнулся.

– Ну, раз я тиран, то придется соответствовать.

Я подошел к ней вплотную и положил руку ей на плечо. Система загрузила мне много информации, но среди неё были и простые практики основанные на даре крови.

– Жизненная волна, – тихо произнес я слова-активаторы, направляя поток маны через каналы крови.

Эффект был мгновенным. Бель вздрогнула, словно её окунули в ледяную прорубь, а потом резко выпрямилась. Её глаза распахнулись, мутность взгляда исчезла, сменившись лихорадочным блеском.

– Ого… – выдохнула она. – Это что за чары такие? Я чувствую себя так, будто проспала десять часов и только что выпила литр мощного бодрящего зелья!

– Чары, завязанные на кровь, – пояснил я, убирая руку. – Они разгоняют пищеварение, насыщают мозг кислородом и блокируют выработку токсинов усталости. Боюсь, тебе на создание и активацию такого конструкта просто не хватит энергии, да и сродство нужно специфическое.

Аннабель посмотрела на меня долгим взглядом.

– Когда ты так говоришь, – усмехнулась она, – ты заставляешь меня завидовать черной завистью!

После этого она подошла к шкафу, откуда достала платье, забежала за ширму, и с помощью чар быстро переоделась.

– Что? – с возмущением спросила она. – Не пойду же я на Совет в домашнем грязном платье! – она сделала паузу. – К слову, братишка. Бастиан и Гвиневра гордились бы тобой, Андер. Если бы они видели, кем ты стал…

Упоминание о родителях кольнуло где-то в груди.

– Спасибо, – приобнимая сестру за плечи произнёс я. – Правда… это очень приятно слышать. Особенно от тебя.

– Пожалуйста.

Мы вышли из лаборатории в коридор, где уже начиналась суета слуг.

– Бель, – сказал я, пока мы шли к крылу главы рода, – у меня к тебе просьба. Насчет того, что я рассказал в лаборатории. Про систему… про божественный механизм.

– Я не дура, Андер, – перебила она меня на ходу. – Я понимаю. Такие знания, это оружие. Если об этом узнают за пределами этих стен…

– Даже внутри стен, – уточнил я. – Пока не говори никому. Даже Сэму, даже Мишелю. Я хочу сам об этом рассказать. Понимаешь?

Она кивнула.

– Поняла. Только не оттягивай с этим. – И прищурившись добавила. – Скажи, а твой механизм знает рецепты зелий? СТОП! А те ритуалы, которыми ты прочищал наши энергоканалы, это тоже он тебе дал? Да?

– Да, – ответил я.

– Ясно… – улыбнулась она, но на этом разговор не закончился. – Так что насчёт рецептов?

– Будут тебе рецепты, – сказал я.

– Спасибо! Андер, ты самый лучший!

Вскоре мы подошли к дверям кабинета Сэмюеля. И гвардейцы, завидев нас, молча распахнула створки.

Внутри царила рабочая атмосфера. Сэм сидел за массивным дубовым столом. Рядом устроился дядя Селви, попивая что-то из кружки. Несмотря на поздний час, оба выглядели достаточно бодро.

– О, явились алхимики, – поднял голову Сэм. – Ну как? Получилось?

– Да, – ответил я, проходя в центр кабинета. – Зелье готово. Мы можем начинать операцию по вскрытию мозгов.

– Мне нужно три часа, чтобы все организовать, – тут же отозвался Селви, отставляя кружку и поднимаясь. – Я отправлю своих людей…

– Три часа⁈ – я аж поперхнулся воздухом. – Селви, ты издеваешься? До тюрьмы на лошадях ехать двадцать минут. Можно связаться со страшим тюрьмы и приказать отключить чары помех. Тогда мне хватит секунды, чтобы телепортироваться туда! В общем, организовывать там нечего, мне нужен только стул и…

– Анд, – в голосе Сэма было что-то такое, что заставило меня замолчать. Плюс ко всему он поднял руку, призывая меня остановиться. – Успокойся и послушай. Пока ты готовил зелье, мы не сидели сложа руки. Мы собрали малый Совет. Я, Селви, Сириус, Мишель… И было решено воспользоваться этой возможностью на полную катушку.

– В смысле? – не понял я.

– Твое зелье работает сорок три минуты, верно? – уточнил Сэм.

– Да. – ответил я.

– Мы предположили, – произнёс Селви, – что, поработав с Норэлем, у тебя останется ещё время. И подумали куда его можно использовать.

Я нахмурился, начиная улавливать ход его мыслей.

– И что ты предлагаешь? – спросил я.

– Как только мы будем готовы, Норэля доставят сюда, в замок, – продолжил уже Сэм. – Прямо в подземелья, где находится архил.

– Зачем такие сложности?

– Затем, что я немного знаю о ментальной магии, братишка. Если допрашивать эльфа рядом с архилом, то возможно, это сэкономит тебе силы в процессе взлома его блоков. Эльф будет видеть архил и мысленно будет думать о нём. Тем самым облегчит тебе работу с его воспоминаниями.

Честно… я даже о таком не подумал, но звучало разумно. И я кивнул.

– Хорошо. Допросим его здесь. А дальше?

Сэм переглянулся с Селви, и на их лицах появились хищные усмешки.

– А дальше начинается самое интересное, – сказал дядя Селви. – Когда ты закончишь с эльфом, на плацу перед замком уже будет построена вся личная гвардия. Все офицеры боевых соединений.

– И не только они, – подхватил Сэм. – Прислуга, ключевые поставщики продовольствия, конюхи, оружейники… В общем, все, кто так или иначе бывает у нас дома, кто имеет доступ к еде, воде и оружию. И с кем мы ведем дела.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

– Ты хочешь, чтобы я проверил их всех на лояльность роду? – медленно произнес я, осознавая масштаб задумки.

– Да, – твердо ответил Сэм. – будет просто здорово если ты сможешь их всех проверить.

– Согласись, это отличная возможность? – добавил Селви. – Вычистить всю гниль за один раз. Узнать, кто продает информацию Людмиле, кто ворует на кухне, а кто, может быть, готовит покушение. Мы никогда не получим такого шанса снова. И на время вычистим всех предателей.

Я задумался.

Конечно, это было жестко. По сути, это было тотальное нарушение приватности сотен людей.

Но потом я вспомнил смерть отца. Вспомнил Лилию. Вспомнил все покушения, и я поставил жизни своих близких выше остальных…

– Я согласен, – кивнул я. – Тащите эльфа. И стройте людей.

Вскоре в замке началось настоящее безумие.

Приготовления шли с такой скоростью и шумом, что, казалось, весь Виндар не спал вместе с нами. Сэм отдал приказы, и гонцы разлетелись по казармам и домам офицеров.

Жители не могли понять, что происходит. Среди ночи в замке зажглись все огни, гремели сапоги, ржали кони, слышались отрывистые команды. Сонные слуги выстраивались в коридорах, перешептываясь и испуганно косясь на гвардейцев. Офицеры, на ходу застегивая портупеи, бежали на задний двор, где строились остальные.

Никто ничего не объяснял. Просто приказ: «Общий сбор».

Через два часа ворота распахнулись, впуская крытую повозку, окруженную усиленным конвоем Мишеля.

– Привезли… – выдохнула Бель, стоявшая рядом со мной у окна.

Из повозки вытащили Норэля. На его голове был плотный холщовый мешок, руки и ноги скованы зачарованными кандалами. Он не сопротивлялся, лишь переставлял ноги, когда его грубо подталкивали в спину.

– Ведите его вниз! – разнесся над двором голос Сэма. И Норэля потащили в подземелья, туда, где за толстыми стенами стоял архил.

Я спустился в подземелье, и достал их инвентаря оловянную колбу.

– Вот мы и встретились снова, Норэль, – почти шёпотом произнёс я у эльфа над ухом. После чего сдёрнул с его головы мешок.

В моих руках была стопка чистых листов бумаги и зачарованное перо, чтобы не макать постоянно в чернильницу.

Да, зелье обещало «абсолютную ясность», но после его воздействия я три дня не смогу пользоваться магией. И вообще буду ослаблен… и кто знает… вдруг я забуду что-то очень важное?

Рисковать было нельзя. Слишком многое поставлено на карту.

Норэль дернулся, услышав мой голос. Он скользнул взглядом по мне, затем по окружающим, и, наконец, уставился на архил.

Эльф скривил разбитые губы в подобии ухмылки.

– Смотрю, ты упрямый… – прохрипел он. – Не оставляешь надежды узнать секрет создания арихалковой энергии? Но всё бесполезно, человек. Ты ничего не добьёшься.

Я не стал отвечать. Смысла сотрясать воздух не было, ведь он всё поймёт через минуту.

В этот момент пространство рядом со мной сгустилось, и из тени шагнул Мишель.

– У нас всё готово, – коротко бросил брат, окидывая взглядом нашу компанию.

Я кивнул. Обратного пути не было. Сэм и Слеви предусмотрели многое. В углу у стены стояли Вильям Грасс и его сын Гаррик. Также тут был Аяна, которой я передал артефактный браслет Панацеи, который раньше принадлежал Лилии. Все они должны были в случае чего оказать помощь мне или эльфу. И, как оказалось, эта мера предосторожности была совсем не лишней.

Я поднёс оловянную колбу к губам. Запах был резким, мягко говоря, противным, но я, не колеблясь ни секунды, опрокинул содержимое в себя.

Жидкость обожгла горло холодом, а не жаром. Она провалилась в желудок, и в ту же секунду мир вздрогнул.

Сначала наступила тишина. Исчезло дыхание присутствующих, исчез даже стук моего собственного сердца.

А потом… меня словно озарило. Все проблемы мира казались мне ничтожными.

Ощущение было таким, будто раньше я смотрел на мир через мутное стекло, а теперь его разбили. Я вдруг понял, что моя голова превратилась в идеальную вычислительную машину. Мысли не текли, они летели со скоростью света, выстраиваясь в безупречные логические цепочки.

Я открыл характеристики, и цифры замелькали перед глазами.

Разум+ 11 000 единиц!

Это было… чудовищно. Это было божественно…

Пока я привыкал к этому состоянию всемогущества, перед внутренним взором промелькнула вся моя жизнь. И прошлая, на Земле, и эта, в теле Андера. Но это были не просто воспоминания, я заново «проживал» их. Я чувствовал запах пороха на войне, вкус первого поцелуя Лилии, боль от потери отца… Я видел всё: каждый свой шаг, каждую ошибку и победу.

В правом верхнем углу интерфейса судорожно замигал фиолетовый фонарик. Сообщения о новых навыках, об улучшении старых, о разблокировке скрытых возможностей сыпались одно за другим. Но я смахнул их ментальным жестом.

Потом… всё потом. Сейчас у меня была цель.

Я сделал глубокий вдох. Хаос в голове начал укладываться, подчиняясь моей воле. И в какой-то момент я смог полностью контролировать этот океан информации.