Текст книги "На круги своя... (СИ)"

Автор книги: Тиана Хан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Глава 9

Не спалось в ту жуткую ночь Азалии. За окнами бушевала нешуточная гроза: слепящие молнии стремительно прорезали тёмный купол неба, озаряя комнату мертвенно-бледным светом. Прижав ноги к груди, девушка сидела на кровати прислонившись к стене и лениво перебирала длинными пальцами кудряшки Уголька, который ни на шаг не отходил от хозяйки, словно боялся, что она исчезнет, как и старшая ведьма рода Мист. Внезапно и насовсем. А дождь всё лил и лил, орошая землю избыточной влагой, словно неуёмный горный водопад. Как ни старалась, не могла припомнить Азалия, когда в последний раз наблюдала подобную непогоду.

С удивлением вдруг поняла девушка, что буйство природы вовсе не страшит её. Прихватив плед подошла она к широкому окну и забралась на него с ногами, прислонившись лбом к холодному стеклу. Ветер бесновался и надрывно завывал, разбрасывая повсюду пригоршни крупных градин. Азалия словно в транс погрузилась, любуясь немыслимой силой, неподвластной ни одному человеку в мире. В протяжном вое начали чудиться ей странные слова, которые как ни силилась не могла разобрать девчонка.

– Ты понимаешь музыку ветров? – обратилась она к Угольку, снова устроившемуся рядом с ней.

– Мяу! – недовольно ответил кот.

– Эх, как жаль, что ты не настоящий фамильяр, а мне никогда не получить силу ведьмы нашего рода. Ведь мы с тобой живём там, где магии нет места. Интересно, как бы всё было в родном мире? Что думаешь?

– Мяу! – снова произнёс кот вглядываясь в темноту.

– Бабушки больше нет… Мия, она никогда не любила меня. Только Максим, мой папа. А я всегда мечтала попасть в сказочный мир, о котором так много рассказывала бабуля. Что скажешь, милый, ты бы отправился со мной в опасное путешествие?

– Мяу! – воскликнул кот.

– Конечно «да», ведь там наши желания могут сбыться: я стану ведьмой, а ты моим фамильяром. Только вот… как найти дорогу в Фиерон?

Уголёк многозначительно молчал, посматривая в окно.

– Вот и я не знаю, – вздохнула девушка, легко спрыгнув с широкого подоконника.

Забрав с собой верного кота она вместе с ним забралась под тёплое одеяло и прижавшись лбом к мягкой шёрстке устало прикрыла глаза.

– День был и вправду перенасыщен событиями. Спокойной ночи Уголёк. Надеюсь завтра нас с тобой не ждут новые потрясения.

Кот не ответил, лишь запел в ответ свою нехитрую песенку утомлённый столь долгим днём.

Азалия лежала, мучаясь от бессонницы. Всё думала она, что, если бы в тот день роковой Регина не забрала внучку, сбежав в другой мир. Как бы жили они? Признал бы девочку родной отец не прокляни бабушка род его? И… какой бы ведьмой стала она сама?

Всё больше тяготила девушку жизнь, что не судьбой предназначена. Так и размышляла она о том, что есть и чего никогда не было у неё из-за той трагической случайности, на утёсе случившейся. Мать себе представить пыталась, Агнессу, ведь мир живых она покинула, будучи ровесницей Азы. Странно это, но ненависти к роду Асвен совсем не питала Азалия: может оттого, что матери своей не знала или оттого, что в сказочный мир тот до конца не уверовала, хоть и затаила в душе призрачную надежду – однажды стать его частью.

– Дочка, не спишь? – приоткрыл дверь Максим впуская в тёмную комнату тёплый свет, что рассеивала хрустальная люстра, занимающая главенствующее место на потолке коридора.

Ничего не ответила ему Азалия, не хотелось ей разговоры сейчас вести задушевные, ведь желала она одного только: жизнь свою вернуть непрожитую, оказавшись там, где судьба ей место определила.

Журавлёв тягостно выдохнул и осторожно прикрыл дверь, стараясь не нарушить покой дочери пусть и не родной, но безумно любимой. Развернулся мужчина и в комнату общую вернулся, где Мия приглушив звук невидящим взглядом всматривалась в экран телевизора.

– Мия?

– Да, Максим, ты что-то хотел сказать? – нехотя повернув голову произнесла женщина.

– Ты можешь быть чуть мягче с Азалией? Всё-таки у неё горе… Регина была ближе всех для дочки.

– Ты верно забыл, что наследница рода Мист не наша дочь. А тот малыш, которого я носила под сердцем, ушёл, не успев родиться на свет. Иногда мне кажется, что эта потеря была мне ниспослана кем-то свыше, в качестве жестокого и неотвратимого наказания.

– Наказания? – в недоумении посмотрел мужчина на Мию. – За что? Что такого ужасного ты совершила?

– Помогла укрыться ведьме, сотворившей проклятие чёрное. На смерть рода.

– За это… не наказывают столь беспощадно. Потеря ребёнка была случайностью. Страшной и трагической, но неумышленной. Если бы ты тогда чуть меньше нервничала…

– То есть ты теперь винишь во всём меня? – вскинулась женщина.

– Нет, что ты, родная. Просто хочу, чтобы ты поняла: вины рода Мист здесь нет. А потому… не нужно так сухо и холодно вести себя с Азалией. Пусть не кровная, но она дочь нам. Мы ведь растили её практически с рождения. Неужели ты к ней не привязалась душой и сердцем? Неужели её боль не трогает тебя?

– Я не путаю любовь и привязанность с чувством долга. Я отплатила Регине. Сполна отплатила. Укрыла их в этом мире, они обе жили ни в чём не нуждаясь. Теперь, одну из них постигло справедливое возмездие. А девочке… пора бы уже подумать о том, как устроить свою дальнейшую жизнь. Хватит, больше я не намерена обеспечивать все её желания и потребности.

– Страшные вещи ты говоришь, Мия. Даже не думал, что сердце твоё настолько зачерствело.

– Что думаю, то и говорю. Регину Мист, наконец, постигла неизбежная участь. Вернулось всё на круги своя. Откуда явилась ведьма туда и ушла. Думаю, сгинула в ту же минуту. Теперь очередь за девчонкой. Надеюсь, тот, кто похитил мать Агнессы, вскоре и за ней вернётся, сняв с меня ношу непосильную.

– Азалия не ноша… она ребёнок, потерявший родного человека. Дочка, наша дочка, которая сейчас как никогда нуждается в любви и заботе.

– Мне более нечего добавить и диалог с тобой вести я дальше не намерена.

Отвернувшись, вновь уставилась Мия в телевизор стеклянным взглядом, не обращая внимание на то, как поник супруг её, как плечи его скорбно опустились, а руки задрожали от несправедливых слов той, которую безмерно он любил.

И самого главного не заметили они оба, что за дверью беззвучно плакала Аза, ставшая невольным свидетелем тяжкого разговора. Не выдержала хрупкая девушка, за поддержкой пришла к родителям названным, но услышав хлёсткие слова Мии, поостереглась в комнату войти. Зажав рот ладонью содрогалась она от рыданий, моля небеса лишь о том, чтобы забрали её туда, где радость и счастье она обретёт. Хотелось ей прямо сейчас исчезнуть с глаз матери, чтобы не досаждать более своим присутствием.

«Я сильная! Сама справлюсь со всеми бедами! Лишь бы поскорее покинуть эту квартиру, что в одночасье превратилась в тюрьму ненавистную», – так думала она, осторожно ступая по коридору, боялась, что услышат шаги её родители. Добравшись до спальни, юркнула в кровать и накрывшись одеялом с головой прижала к груди мирно спящего Уголька, продолжая бессознательно молить небеса о помощи.

Только вот, услышат ли они зов той, что судьбу предназначенную, отринула? Хоть и не по своей доброй воле…

Глава 10

Пробуждение девушки было резким и весьма неприятным. Очнулась она от аромата трав, разум дурманящих и холода могильного, пронизывающего каждую клеточку тела.

– Где я? – прошептала едва глаза распахнув. – Уголёк! Уголёк!

– Ну чего ты орёшь, хозяйка? Здесь я, где же быть мне как не подле тебя? И перестань меня уже этим именем называть. Узиэль я, Узиэль! Сколько пытаюсь тебя исправлять, да только никак ты понимать меня не желаешь.

– Ты… ты… ты…

– Я! Я! Я! Дальше что? – как ни в чём не бывало ответил кот.

– Ты разговариваешь! – воскликнула Азалия.

– Конечно, – утвердительно кивнул… Узиэль. – Все фамильяры умеют говорить со своими ведьмами.

– Но, почему раньше молчал?

– Я не молчал! – обиженно взвился кот. – Всегда, с тобой неразумной, разговоры вёл, да только ты ничего не понимала. А теперь, когда домой мы вернулись…

– Куда вернулись? – изумлённо огляделась по сторонам Азалия.

– Домой! В наш родной мир Фиерон!

– Нет, этого быть не может. Я верно всё ещё сплю и мне это пригрезилось. Исчезновение бабушки, тот страшный разговор с родителями, и ты… да-да! Всё именно так! Сейчас я проснусь и…

– Ты уже проснулась, – лениво протянул бывший Уголёк обнажив внушительные клыки, которые как показалась девушке значительно удлинились. Да и сам кот стал намного больше, словно подрос и раздался вширь всего за одну ночь.

– Ну что, так и будешь отрицать неминуемое или уже отправимся в путь?

– В путь? Но… куда нам идти? Я вообще ничего не понимаю.

Крепко зажмурившись Аза от души ущипнула себя за руку и резко распахнула глаза, надеясь вновь очутиться в привычной обстановке квартиры Журавлёвых. Однако, картинка осталась прежней, заставляя девушку поверить в невозможное.

– Уголёк! Ой прости, как там тебя теперь зовут? Узуль?

– Узиэль! Вот глупая, с первого раза запомнить не смогла. Ну, что за ведьма мне досталась? – издав страдальческий стон протянул фамильяр.

– Где мы, Узиэль?

– Дома!

– И куда нам теперь идти?

– Домой конечно, в родовое поместье Мист.

– Ты думаешь оно ещё сохранилось?

– Ещё бы. Иначе где мы будем жить?

– А где оно находится?

– Это ты должна мне сказать. Я-то откуда знаю.

Ещё раз осмотревшись по сторонам приметила она лес густой, непроходимой чащобой вставший на пути их, и мысленно похвалила себя за то, что легла спать в пижаме. Представив на минуту, как бы выглядела сейчас в шёлковой сорочке, посреди поля пока ещё чуждого мира.

Вокруг царила глубокая промозглая осень. Поёжившись Азалия потёрла друг об друга ступни босые и не став более мешкать к лесу устремилась, решив, что за ним сможет найти поселение людское.

Брели они долго, исколола девушка ноги свои о шишки, да иголки на земле лежащие. До крови исколола. Больно ступать ей было, да вот только жалуйся не жалуйся, а ничего в обрат не воротишь. Глубоко в чащу забрели Азалия и фамильяр. Дальше бы шли они по тропинке еле различимой, да только путь их стрела лихая преградила. Замерев на месте, взглядом, лишь полёт стрелы той девушка оценила, и ком вставший поперёк горла сглотнула. Ещё бы пара сантиметров и аккурат в неё угодила она.

– Эй, ты чего по лесу запретному блуждаешь? Аль не с наших мест? На ведьму ты мало походишь… – произнёс всадник, что на коне огромном показался из-за раскидистой кроны дерева.

– Я… заблудилась, – задрожала от страха Азалия.

– Чего вид такой неприглядный? Босая, без платья дорожного… Откуда ты, дева? – задумчиво спросил незнакомец лихо спрыгнув на землю.

И только теперь, когда его на пути своём встретила, поверила девушка в то, что каким-то чудом невероятным, в мир другой попала она. Парень был тот статен, красив настоящей мужской красотой: лицо волевое, тело мускулистое. Глаза его, словно два изумруда, сверкающих из-под чёрных бровей насупившихся, горели каменьями драгоценными. По виду старше он был чем Азалия, родился лет на десять опередив её, не меньше. Одежда была на нём глазу непривычная: брюки плотные в сапоги высокие заправлены, камзол охотничий и шляпа широкополая. С любопытством глядела на него Азалия, отринув страх, что атаковал её в первое мгновение.

– Заблудилась я, дорогу к дому ищу.

– А далеко ли дом твой?

– О том не ведаю…

– Чудная ты!

Теперь и он оглядывал девушку с интересом в глазах. Растрёпанные волосы её, чёрные как смоль, в косу были заплетены, глаза синие, интересом сияли. Невысокая, худая, да ещё босиком.

«Откуда она взялась в наших краях?» – думал парень, решая, предложить ей помощь или поостеречься.

– Ты путник, своей дорогой иди, а нас от дела не отвлекай, – выступил вперёд Узиэль обнажив клыки белоснежные.

– Фамильяр! – вдруг скривилось благородное лицо чужака. – А ты… ведьма?

– Имеешь претензии? – нахально ответил кот.

– Не гоже мне с такими как вы разговоры вести.

Не предложив помощи развернулся парень, на коня вскочил и был таков оставив Азалию в крайнем недоумении.

– Чего это он?

– Видать с ведьмами не ладит, – как ни в чём ни бывало ответил Узиэль. – Ну? Ты там идёшь или мне одному поместье наше искать?

– Иду! – отозвалась Азалия, поморщившись от нестерпимой боли.

Шли они долго, а лес мрачный всё необъятнее становился, да и солнце к закату клонилось. Устала девушка с непривычки. Хоть и наследницей ведьмы была она, да ничем не могла помочь себе. Не передала бабушка ей умения своего. Берегла Регина Азу как зеницу ока, от всего плохого оградить старалась. Вот и от судьбы на роду написанной избавила, да только настигла она девушку едва не стало Регины Мист.

– Смотри, развилка, куда теперь?

– Туда! – не раздумывая указала Аза на тропку, что бурьян травой поросла.

– Так там же дороги нет? – пытался вразумить её спутник. – Идём в другую сторону, гляди, тут всё ногами людскими исхожено.

– Нет! – заупрямилась Азалия.

Делать нечего, пошёл Узиэль вслед за ведьмой своей. Куда ему без неё? Как ниточка они с иглой, всё время друг за другом следуют. Видать так на роду написано.

Долго ли, коротко ли шли они, а деревья вдруг расступились перед путниками, обнажив заграждение из металла кованое.

– Это же… самое настоящее…

– Кладбище! – припечатал кот. – Вот куда ты нас завела, хозяйка. И при чём непростое.

– Непростое говоришь?

– Ведьмино кладбище.

Не побоялась Азалия цепи толстые с ворот снять, а как путь-дорога пред ней открылась, шагнула она без опаски в самую глубь погоста, рассматривая холмы могильные с табличками из блестящего металла на котором имена были выбиты.

– Странно, Узиэль. Я, оказывается не только говорить, но и читать умею.

– Ещё бы, ты ведь принадлежишь миру Фиерон.

Гонимая обострённым интересом, блуждала девичья фигурка среди могил, всматриваясь в незнакомые ей имена, пока не наткнулась на аллею рода своего. Сердце забилось в груди растревоженной птицей. Не обращая внимания на раненые ступни, пошла она вдоль холмов, под которыми вечным сном спали её предшественницы, пока не застыла истуканом каменным возле свежей насыпи. Табличка на которой гласила: «Регина Мист».

– Бабушка! – вымолвила Азалия и в ту же секунду вниз рухнула, как подкошенная, в объятия свежей не осевшей ещё землицы.

Глава 11

Да… умерла Регина, вместе с Урманом своим в прах превратившись. Младший Асвен, хоть и люто ненавидел ведьму, его деда проклявшую, а всё-таки человеком хорошим был. В урну собрал он прах и отвёз на погост, передав сторожу местному, чтобы захоронил его в месте положенном. Земля ещё толком осесть не успела, сутки всего прошли со смерти ведьмы Мист. И никуда она уйти не могла. Вместе с Урманом духами бестелесными скользили они по воздуху, не имея возможности далеко отойти от могилы сырой, коей заброшенной стать предстояло. Не было у неё преемницы, некому о захоронении позаботиться. Так и застыла она немым изваянием над последним пристанищем своим, как вдруг небеса в очередной раз обрушились на её голову. Голос, родной и до боли знакомый, прорвался сквозь мутную пелену безысходности.

– Бабушка! – произнесла внучка её ненаглядная и без чувств рухнула на могильный холм.

Не могла ведьма плоть и кровь обрести, чтобы Азу обнять, однако под силу было ей войти в сознание девушки, чем и не преминула воспользоваться Регина. Секунда-две и вот она стоит перед обессиленной внучкой.

– Азалия… почему ты здесь?

– Бабушка… бабушка…

Слёзы катились из глаз женщин рода Мист.

– Ты снишься мне или я умерла и встретила тебя вновь?

– Нет милая, ты жива, в отличие от меня. А вот я ушла.

– Но, как же?..

– Силу свою не передала я новой ведьме, оттого и обречена на муки скитания. Душе моей не найти покоя. Только участь незавидную, со мной верный Урман разделить решился. Оттого не одна я сейчас. Душа рядом родная. Так что не беспокойся обо мне, милая.

– Я могу избавить тебя от страданий?

– Можешь, только не пожелаю тебе доли такой. Видят небеса, не хотела я, чтобы однажды ты вернулась в этот мир.

– Но я здесь!

– Как это произошло?

– Не знаю… ты исчезла. Мия… она показала своё истинное отношение ко мне. И я горько плакала, просила помощи у судьбы. Хотела, как можно дальше оказаться от четы Журавлёвых. И вот… на утро очнулась здесь. Ещё и Уголёк заговорил. Ой! Он же теперь Узиэль.

– Значит судьба вновь оказалась умнее нас и вернула всё на круги своя… Что же, надеюсь ты сможешь обрести здесь то, чего была лишена по моей воле. Только умоляю, берегись рода Асвен. Ни в коем случае не называй себя. Говори, что ты ученица ведьмы Мист из другого мира. А о том, что дочь Агнессы, молчи. Любыми способами Рейган попробует заполучить тебя в невестки, чтобы ты родила ему внучку и сняла проклятие с рода.

– Но, как мне выжить здесь? Где жить? Чем заниматься?

– Вернёшься в наше поместье. Верная Ирэн уже полвека охраняет его. Она примет тебя, девочка моя, без лишних вопросов.

– Мне восемнадцать, бабушка, целая жизнь впереди. Я не могу провести её взаперти, в четырёх стенах.

– Ты хочешь принять мою силу и стать следующей ведьмой рода Мист?

– Хочу!

– Обдуманно ли твоё желание неудержимое? Не пожалеешь, коли знания всех поколений обрушатся на голову твою?

– Нет! Никогда! Я готова к этому, бабушка, действительно готова!

– Тогда… вот тебе моя сила!

Молния, небольшая золотая молния вдруг возникла в руке Регины и протянув её Азалии прикрыла старшая ведьма глаза. Приняв из рук Мист дар бесценный почувствовала Аза как сила в ней бурлить начинает, а в голове все мысли перемешались. Спуталось в сознании прошлое и настоящее. На небосводе молния исполинская полыхнула и бурными водопадами на землю хлынул ливень неукротимый. Раскатистый гром отчего-то приглушённо звучал в голове девушки. А фигура бабушки медленно растворялась в воздухе. Она таяла как тонкая свечка и Азалия вдруг поняла, что больше вовек им не свидеться.

– Бабушка! – кинулась она к ней, порываясь обнять, но Регина лишь качнула головой и подхватив на руки Урмана, своего верного фамильяра, навсегда исчезла из мира живых. – Спи спокойно, бабушка! Я люблю, я очень люблю тебя!

Погода продолжала бушевать. Азалия без чувств лежала на могиле самого близкого человека не в силах шевельнуться и лишь верный Узиэль истошно вопил, оглашая ночной погост душераздирающим криком. Пытался он хозяйку свою в сознание вернуть, да куда ему тягаться с силой целого рода ведьм, что по капле перетекала в юное тело.

Глава 12

Не смог он уехать далеко. Потерянный взгляд странной чужачки всё не покидал его мыслей. Развернув верного друга ринулся обратно. Хоть и ведьм люто ненавидел, однако этой девочке решил помочь. Из невесть откуда взявшегося чувства сострадания. Не сумеет она одна из леса дремучего выйти, хоть и ведьма, а силы в ней Дамир не ощутил.

«Только бы на старый погост не забрела», – думал парень, подгоняя верного коня.

Вскоре почувствовал он, что ожидания его сбылись. Пошла эта глупая ведьма в сторону кладбища – трава на нехоженой тропе смята была. Припустил Дамир, что есть духу, опасаясь, что смерть свою безвременную она там найдёт. И прав оказался.

Девчонка ничком лежала на свежевырытой могиле, а рядом бегал её обезумевший фамильяр, призывавший на помощь хоть кого-то живого. Мокрая длинная коса её, облеплена была комьями грязи. Одежда превратилась в нечто непотребное, да и сама девушка выглядела весьма удручающе.

С неба всё хлестал невесть откуда взявшийся дождь, сметающий всё живое на своём пути. Ветер не давал и шагу ступить, завывая на разные голоса.

Едва на землю ступив, кинулся Дамир к чужачке, тело которой осветил всполох огромной слепящей глаза молнии. Подняв её, прижал к груди невесомое тело и наклонившись схватил за мокрую шкуру огромного испуганного фамильяра, небрежно бросив его на хозяйку. Одним махом взобрался на коня, поспешив убраться поскорее из этого дурного места.

Путь он держал к другу единственному, к тому, с кем сызмальства рос бок о бок, поделив на двоих все беды и радости, что встречались на их пути. Азель словно ждал его. Едва Дамир пришпорил коня, въехав в просторный двор, как двери дома отворились и к нему навстречу вышел слуга, держащий в руках непромокаемую накидку. Качнув отрицательно головой, парень быстрым шагом направился к дому, аккуратно прижимая к себе нечаянную ношу.

– Друг мой? Где ты откопал сиё чудо? И что с этой грязнулей? – саркастически произнёс приятель, едва Дамир вошёл в ярко освещённых холл.

– На кладбище ведьм, – бросил парень.

– Как интересно! Ты же их презираешь?

– И эта не исключение. Только вот чужачка она, не из наших мест. В такую погоду «дивную» забрела на погост. Там я и нашёл её на одной из могил. А этот, – кивнул на фамильяра, – рядом с ней бегал и орал как умалишённый, умоляя высшие силы прийти на помощь хозяйке.

– Хоть что-то новое и интересное в нашем глухом захолустье! – восхитился друг, сверкнув ярко-жёлтыми глазами.

– Мне долго держать эту ведьму на руках?

– Ох, прости мою невнимательность! Ивон! – крикнул рогатый демон.

– Да, мой господин! – словно ниоткуда появился один из его хвостатых слуг.

– Девчонку отнести в гостевые покои, лекаря позови, да в порядок её приведи: помой и одежду смени. И этого, – указал на Узиэля пальцем, перстом увенчанным, – на кухню проводи, почисти и накорми до отвала. Нравится мне он, глаза у нас цвета одного.

– Благодарю, мой лорд, – не остался в долгу фамильяр, – но я не могу покинуть свою хозяйку. Только не сейчас.

– Что с ней? Ты знаешь?

– Ведьма моя без подготовки силу решила принять, вот и не справилась глупая девчонка. Я нужен ей! Я могу своей силой делиться.

– Какая в тебе сила, кот? – насмешливо спросил Дамир.

– Какая есть – вся моя! – гордо парировал Узиэль.

– Иди! Шкуру свою отмой да и поешь от пуза. А с ней я сам побуду, до прихода лекаря.

– Ивон, проводи друга в гостевую комнату, – хитро прищурившись произнёс Азель. – И помоги донести ведьму бездарную.

– Я сам отнесу! – тут же вскинулся парень.

– Сам так сам. Кто же настаивает на обратном?

Едва уложил на кровать Дамир находку кладбищенскую, как тут же в комнату вошёл старый демон с красными как сама кровь глазами.

– Нуссс, кто тут у нас нуждается в моей помощи неотложной?

– Вот, – указал Ивон, стоявший в дверях, на Азалию.

– Какая грязная, – скривился врачеватель. – Она что из недр земли вылезла? Сначала отмыть её надобно, да в чистую одежду обрядить.

Не став спорить с хвостатым, Дамир приказал Ивону служанок позвать, да чан деревянный, водой наполнить. Тотчас две демоницы явились по зову старшего слуги. Стащив грязную одежду обтёрли тощее тело девицы полотенцами мокрыми и натянув на неё рубашку ночную удалились восвояси. Дамир всё это время рядом стоял, рьяно охраняя девчонку. Сам не понимая, почему волнуется за незнакомку. Вдруг кто обидит её в его отсутствие?

Старый демон произнёс слова мудрёные и вытянув руку принялся сканировать обмякшее тело девицы. Через пару минут вердикт свой вынес:

– Сильный род свой дар ей вручил. Только дева эта приняла его не пройдя подготовку. Никогда никто не обучал её магии. Хм… странно… кто же решился передать столь огромную силу дитю неразумному? Не справится сама она, ой не справится.

– Мы можем как-то помочь?

– Отвары трав пропишу, что силу дают недюжинную. Поить будете ими строго по времени. И сильный маг нужен рядом, кто сможет энергией своей делиться. Думаю, дней тринадцать потребуется девице этой на то, чтобы справиться со знаниями древними, обрушившимися на её несчастную голову словно лавина снежная. Остаётся призвать того, у кого сила жизненная через край бьёт.

– Не надо никого призывать, сам я с ней останусь.

– Выбор ваш конечно, молодой человек. Выбор ваш…

Поворчав для приличия ещё пару минут, лекарь сгинул как его и не бывало, лишь на столе остался рецепт отвара на бумаге корявым почерком написанный. Передав его Ивону велел Дамир фамильяра к ним проводить, как только тот насытится. Сам же скинул намокший камзол и тряхнув влажной гривой волос уселся в кресло, что стояло у кровати, обхватив горячей рукой тонкое запястье совсем юной девчонки, что взяла на себя ношу непосильную. Смотрел на Азалию Дамир и понять не мог, чем так привлекла его неизвестная девушка. Почему ему вдруг захотелось подле неё быть, защищать и охранять, словно она была бесценным сокровищем, что до сей поры таилось в глубокой пещере.

– Кто она?

– Ведьма… – ответил заглянувшему к ним Азелю.

– И где ты с ней познакомился? А главное, когда?

– Сегодня днём, в лесу.

– Как занимательно, – протянул демон. – И, что планируешь делать с ней?

– Лечить, – буркнул Дамир.

– Ну, конечно, как же иначе? К какому роду она принадлежит, хоть это тебе известно?

– Не знаю.

– А имя её? Откуда пришла?

– Неизвестно.

– Даже так? Что же… время покажет. Отдыхай мой друг. Мне попросить слуг приготовить для тебя отдельную спальню или ты предпочтёшь остаться со своей… хм… подопечной.

– Я не могу оставить её одну.

– О! Даже так? Ты никак, друг мой, сердце своё подарил этой девчонке. Не слишком молода она для тебя?

– Мне всего тридцать, как и тебе Азель.

– Ну да, всего тридцать. А вот ей не больше двадцати. И твоё проклятие… Ты ведь не думаешь наконец-то остепениться и взять себе жену?

– К чему ты клонишь друг?

– Ты слишком заботлив по отношению к ней. Никогда не был таким ни с одной женщиной. Помнится, зарок ты давал, что никогда и ни на ком не женишься, дабы не стать тем, кто причинит смерть безвинной душе.

– Ты заглядываешь в слишком далёкое будущее. Я всего лишь хочу облегчить страдания этой несчастной ведьмы. Ничего более. С чего ты вдруг о женитьбе заговорил.

– Да так. К слову пришлось. Ужинать, как я понимаю, тоже здесь собираешься? Моя компания тебе сегодня не нужна?

– Ты ведь видишь насколько она плоха!

– Вижу. Как и то, что не чуждаешься ты её боли. В таком случае, доброй ночи мой друг. Отужинаю в одиночестве.

Азель покинул комнату для гостей, Дамир же с места не двинулся. Даже когда слуги принесли подносы с исходящими дивными ароматами блюдами. Словно прикованный невидимой цепью сидел он рядом с Азалией, боясь выпустить её тонкие длинные пальцы из ладони своей. Лишь встрепенулся, когда в комнате фамильяр появился и бочком протиснувшись мимо Дамира свернулся клубком на животе девушки.

– Ей ведь тяжело, – попытался прогнать клыкастого кота.

– Ничего, потерпит, – проворчал тот в ответ, – почитай пять лет терпит мой вес, с чего вдруг сейчас я ей помешаю.

– Сколько же лет этой девочке?

– Восемнадцать.

– А как зовут её?

– Азалия! Азалия Журавлёва!

– Какое нежное имя и странная чужеродная фамилия… Откуда вы пришли, кот?

– Узиэль я! У-зи-эль! – поучительно произнёс фамильяр. – И на вопросы твои отвечать более не намерен. Устал я сегодня. День был весьма длинным.

Сладко зевнув он замурчал, и прикрыв глаза провалился в глубокий сон. Дамир же в отличие от простодушного фамильяра не в силах покинуть был свой пост. Он с тревогой смотрел на бескровное лицо Азалии мысленно повторяя её имя. Ждал, когда дрогнут её веки, чтобы заглянуть в синие глаза девушки, бездонные словно морская пучина. Заглянуть и убедиться, что всё в порядке и в его помощи она не нуждается. Но, увы, чужачка так и не открыла глаз, и Дамир не смог пересилить себя отправившись спать. Так и просидел в кресле ночь напролёт, не позволив себе и на миг смежить отяжелевшие веки.