Текст книги "На круги своя... (СИ)"

Автор книги: Тиана Хан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)

Глава 5

Надёжно спряталась Регина Мист, сберегла внучку любимую, да только то, что участь каждого из нас предопределяет, всё равно когда-нибудь случится, как бы ни старался человек избежать слепой судьбы. Настигнет она, вопреки всему. И часто в тот момент, когда не ожидаешь подвоха, уверовав в абсолютную свою неуязвимость. Задолго до дней сегодняшних запущено было колесо фортуны, и остановить его стареющей ведьме было, к глубокому сожалению, уже не под силу.

Время в мире Фиерон шло иначе. Азалии едва исполнилось восемнадцать лет, а ТАМ целых полвека миновало. Проклятие рода Асвен перекинулось на третье поколение мужчин, некогда сильный клан угасал, теряя своё могущество и положение в обществе. Не покладая рук искали они того, кто мог положить конец их несчастьям. И вот однажды, тонкий лучик света ворвался в тёмное подземелье безнадёги. Нашёлся древний колдун, что смог узнать кто и когда посмел проклясть целый род. Вот только, как снять его разгадать не сумел. Однако, в душе Рейгана поселилась призрачная надежда на избавление от невидимых пут, что связывали по рукам и ногам.

Ведьма Мист старела. Разменяв шестой десяток так и не решилась она, передать силу свою внучке единственной. Переходить тонкую грань бытия не собиралась, только вот в последние дни места себе не находила от смутного беспокойства. Предчувствовала Регина, что злой рок вот-вот настигнет её, да поделать ничего не могла с этим знанием сокровенным.

Старалась она всё время свободное посвящать Азалии. По утрам баловала любимыми свежеиспечёнными булочками со сладким сливочным кремом и рассказывала, беспрестанно рассказывала сказки о Фиероне.

Временами девушка настолько сильно проникалась этими сказаниями, что начинала путать мир вымысла и реальности. Представляла себя могущественной колдуньей, что обитает в огромном старинном поместье вместе с верным своим фамильяром. Роль спутника в тех фантазиях всегда играл Уголёк. Уж так повелось изначально, что в шутку звала его Азалия пособником ведьмы, хоть и понимала, что он всего лишь кот, которому «посчастливилось» родиться не похожим на других. Бабушка не пыталась убедить её в обратном, наоборот, поддерживала разыгравшееся воображение, поощряя выдумки Азы.

В одну их морозных зимних ночей послышалось Регине, будто по имени её кто зовёт. Да так настойчиво, что сердце забилось словно пичуга в клетке, ожидая гостей незваных. Поднявшись откинула она одеяло и села на кровати утопив босые ступни в пушистом мягком ковре. Словно заворожённая всматривалась в противоположную стену пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Там, где обои искрились перламутровыми звёздами, всё чётче проявлялся сияющий портал. Голубое свечение стремительно разрасталось, заставив ведьму подняться с кровати и замереть в ожидании неминуемой участи. Портал перехода наконец открылся, явив перед Мист двух наёмников на лицах которых застыло вселенское безразличие. У таких нет смысла просить пощады. Они рутинно выполняют свою работу и нет им дела до людских горестей.

Гордо расправив плечи без страха взглянула женщина на ночных визитёров. Не произнесли они ни слова, а только приблизились неуловимым движением и взяв под руки потянули за собой. Не противилась Регина горькой участи, знала, что однажды это должно было приключиться. Об одном лишь душа её болела, что с внучкой не прощаясь уходит. Оставляет Азалию одну-одинёшеньку в чужом мире на произвол судьбы. Как же справится её внучка с этим? Сколько боли и горя выпадет на её долю? И, сможет ли она выбрать правильный путь без помощи бабушки? Пожелает ли однажды вернуться в мир Фиерон? Сумеет выстоять под натиском коварных злодеев из рода Асвен, если в один из дней их пути пересекутся?

Уходила Регина и просила высшие силы лишь об одном, чтобы не выпал на долю единственной её кровиночки тяжкий жребий. И судьба Агнессы не постигла обожаемую Азалию. Ведала Мист о том, что время её жизни безвозвратно утекает. Как только вернётся она в мир родной, минуты тотчас ускорят свой бег, наказывая за проклятие чёрное, на смерть сделанное. Единственное, что душу грело – неминуемая встреча с Урманом, о которой столько ночей грезила. Прикрыв глаза вошла в портал Регина Мист, а на губах её играла улыбка злорадная. Она шла на верную смерть, но внучку свою выдавать роду Асвен не собиралась. Вовек им не дождаться того дня, когда падёт проклятие. Суждено исчезнуть клану Асвен, кануть в небытие, за ошибку роковую, которую вовек не исправить.

Глава 6

– Сними проклятие, ведьма! – не сдерживая эмоций выкрикнул Рейган Асвен, едва Регина вернулась в магический мир Фиерон.

Мужчина трясся словно в приступе горячки, сверкая на Мист злобными глазами, что ненавистью полнились. Ничего не ответила ему Регина, лишь усмехнулась жутко и презрительно, ощутив, как спокойствие хладнокровное окутало её пеленою незримой. На смерть пришла колдунья, неизбежность этого осознавая. Так зачем склонять голову перед проклятым родом, заранее зная, что участь предрешена?

Плеча коснулось нечто мягкое и безумно нежное:

– Урман, – ласково произнесла Регина, прижимаясь лицом к шерсти фамильяра любимого, что на плече её устроился.

– Скучала, хозяйка? – протяжно мяукнул он.

– Не представляешь, насколько сильно! Вот перед смертью и свиделись.

– Зажился я на свете этом, да и без тебя заскучал. Вместе за грань отправимся. Вместе войдём в круг перерождения.

– Чтобы вновь обрести друг друга в следующей жизни.

– Верно мыслишь, ведьма!

– Спрячься пока, время ещё не вышло… не хочу, чтобы видели тебя.

Урман мгновенно исполнил просьбу своей хозяйки, растворившись в воздухе словно предрассветная дымка.

Улыбнулась ведьма по сторонам осмотревшись, с изумлением замечая, что мужчина чуть младше неё продолжает нарезать круги по подвальному помещению, отчаянно жестикулируя и выговаривая слова жестокие.

«Не Дрейк это», – мысленно отметила Мист застыв в напряжённом молчании.

До слуха женщины донеслось раздражённое бормотание, к которому непроизвольно прислушиваться она начала:

– В семье нашей лишь мальчики рождаются… один наследник на поколение! Это немыслимо! Мать, что на свет его произвела неминуемо умирает в родах. И все вокруг уже знают о нашем проклятии! Моему единственному сыну скоро тридцать лет исполнится, и ни одна девушка не желает становиться его женой. Никто не хочет для себя участи незавидной: подарить наследника и сгореть в родовой горячке. Я не молод, ведьма, понимаешь? Полвека прожил под солнцем, но не могу я спокойно стареть, наблюдая, как сын мой страдает. Ведь ни он, ни я ни в чём не повинны пред тобой. Всё началось с моего отца, которого ты обвинила в смертном грехе…

– Неужто подлый убийца Дрейк Асвен жив до сей поры? Давно уж должен он отправиться в мир иной, вслед за Агнессой, которой не дал ни шанса.

– Отец умер, не дожив и до сорока пяти лет, храбро погиб в сражении, едва мне исполнилось пятнадцать.

Приподняв вопросительно бровь Регина Мист словно пригласила неожиданного собеседника к откровенному диалогу. И Рейган продолжил неосознанно изливать ей страдающую душу.

– В двадцать лет я впервые женился, а через девять месяцев потерял любимую женщину. Едва наш сын огласил мир младенческим криком, Даяна ушла, тихо и мирно. Смежила веки она и больше не очнулась. Жена моя умерла в точности так, как когда-то и мать. При родах… Отец после смерти её три раза связывал себя узами брака, однако становился вдовцом снова и снова. Только узнав о долгожданной беременности, женщины погибали от внезапной болезни, сгорая в считанные часы. Не сразу придал я этому значение, думал, злой рок решил подшутить над моим родом. Да только когда мать моего мальчика отправилась к праотцам, а я привёл в дом мачеху для сына… всё повторилось. Жена упала замертво, в тот же миг, как сообщила мне о беременности. Как ни старались лекари, да колдуны, вычислить, что за болезнь её сгубила – так и не смогли. А люди вокруг заговорили о нас. Называли родом проклятым и стороной обойти старались, чтобы не «подцепить» чего.

– Выходит, родился ты вскоре после гибели Агнессы, – подытожила Регина, ожидая продолжения сбивчивой речи.

– Один старик, шаман из рода волков, приоткрыл мне завесу тайны. Сказал, что проклятие с отца моего началось. Мол, проклят род до седьмого колена ведьмой могущественной, что обиду в душе затаила, выплеснув ненависть свою на всех, кто родится после Дрейка.

– Не поведал шаман тот, в чём именно твой отец провинился? – зло прищурилась ведьма, чувствуя, как силы медленно покидают бренное тело.

– Проклятие наложено за гибель безвинной дочери твоей. Только… ведь моей вину перед тобой нет! Я умоляю тебя, сними своё проклятье, забери назад слова страшные, сильные. Мой наследник, мой единственный мальчик, позволь хоть ему обрести счастье и любовь. Все невесты бегут от него словно от чумного. А эти разговоры, что род Асвен проклят и обречён на погибель. Они сводят с ума.

– Ничем я не могу помочь тебе, бесславный потомок Дрейка. Проклятие мне снять не под силу, условие при котором свободными станете вновь… теперь невыполнимо оно.

– Отчего же?

– Лишь ребёнок, в чьих венах сольётся воедино кровь родов наших, Асвен и Мист, мог избавить вас от кары матери безутешной. Однако, ребёнок тот вовек на свет не появится.

– Постой! Насколько мне известно, Агнесса родила тогда. Этот ребёнок… девочка? – с надеждой спросил Рейган.

– То дитя покинуло мир. Вслед за матерью душа ребёнка отправилась. Не снять проклятие с клана вашего. Вовек.

– Но, если тот младенец был плодом любви моего отца и твоей дочери. В его венах текла кровь двух родов.

– Возможно. Только ты забываешь, что прокляла я вас позже.

– Что же теперь будет с моим дорогим мальчиком?

– Ничего, – пожала плечами Регина Мист. – Все девушки стороной его обходить будут. Не оставит твой сын наследника после себя. Исчезнет вскоре род Асвен и дочь моя отмщена будет.

Взмахнув руками от избытка чувств, женщина вдруг замерла, рассматривая тыльную сторону ладоней. Осознание того, что время её подходит к концу пришло стремительно. В том мире, где счастливо жила она с Азалией восемнадцать лет прошло, вот только в мире Фиерон полвека минуло. Когда с внучкой на руках бегством ведьма спасалась всего сорок лет ей было. Однако сейчас, в наказание за чёрное колдовство и побег, обрушились на неё годы непрожитые в родном мире, превратив моложавую женщину в старуху девяностолетнюю. Руки Регины вмиг морщинами покрылись и ссохлись, уподобившись веткам дерева. Волосы побелели и стремительно редеть начали, опадая к ногам прядями мёртвыми. Протянув руки, призвала ведьма того, кто с ней уйти должен. Фамильяр, он ведь навеки привязан к хозяину своему, и коли уходят за грань ведьмы и колдуны, коим они верой и правдой служили, жизнь пособника тоже обрывается. А потому, подхватила Регина на руки Урмана, да ласково к груди своей прижала. Чтобы вместе отправиться в путь, не разминуться. Ведь знания свои, внучке она так и не успела передать, поэтому душа её неприкаянная долго бродить по миру будет, и чтобы не потерять за гранью друга верного, с собой его ведьм забрала. Примет она всё, что ей уготована, но с Урманом больше не расстанется. И так, слишком много долгих лет провели они порознь. Негоже это, и в посмертии потерять ту тесную связь, что магнитом притягивала этих двоих друг к другу.

– Уходим мы, Урман. Вместе уходим.

– Я ждал этого дня, ведьма. С готовностью разделю ту участь, что выпадет на твою долю.

Едва произнёс фамильяр последние слова как тела их в прах обратились, оставив на мучение лишь бестелесные оболочки, которым не отправится на покой, покуда знания ведьмовские к новой хозяйке не перейдут. И надеяться на это Регина Мист не смела. Никогда не свидеться ей с Азалией, ни наяву, ни в грёзах. Нет внучки в мире Фиерон и вовек ей здесь не быть!

Глава 7

Проснувшись ранним утром Азалия блаженно потянулась и повернувшись на бок подтянула одеяло к подбородку. Открыв глаза повела носом, пытаясь уловить аромат свежей выпечки.

«Интересно, чем сегодня порадует меня бабушка?» – подумала она и резко подскочила на кровати.

Что-то было не так, подсказывало сердце, которое отчаянно билось в груди. Ноги и руки Азалии вмиг онемели, от липкого всепоглощающего страха, что поднимался из глубины души подобно стихийному цунами. В их большой и светлой квартире стояла могильная тишина. Девушке на миг показалось, что даже стрелки часов замедлили свой бег, покорившись неотвратимой беде, которая вот-вот произойдёт или… всё уже случилось? Сунув ноги в пушистые тапочки, она окликнула Уголька, и как только питомец спрыгнул с мягкого кресла подбежав к ней, подхватила Аза его на руки и растерянно толкнула дверь спальной комнаты.

– Бабушка?.. – дрогнувшим голосом позвала она самого родного в мире человека. – Ты где?..

Ответом девушке стала лишь тишина зловещая, отблеском горечи повисшая в неподвижном воздухе. В квартире не было ни души: поняла это Азалия каким-то чувством неведомым, хоть и старалась гнать от себя мысли страшные, только вот, неотвратимая беда уже огнём жгла неокрепшую душу её.

День ото дня баловала Регина внучку любимую: вставала спозаранку пирожки ей пекла, булочки воздушные, да блинчики ажурные. Сегодня же, почувствовала Аза, что лишь вспоминать ей остаётся о доброте и любви бескорыстной. Не витали по квартире ароматы домашней сдобы, потому как завтрака привычного не было на столе. И запах эфирного масла розы, которое так любила бабушка, он словно таял в воздухе, исчезая навсегда…

Что-то непоправимое случилось, знала это девушка, да пока верить отказывалась. Стрелой влетела она в спальню Регины, вцепившись пальцами в угольные кудряшки кота:

– Бабушка! – крикнула в пустоту, срывая голос до хрипоты.

Уголёк преданно взглянул на хозяйку свою, полоснув по осиротевшей комнате золотом глаз.

Постель на кровати разобрана была. Одеяло откинуто, подушка смята, как будто человек, что отдыхал в ней, только поднялся. На спинку стула высокого, шёлковый халат накинут, а на узорчатом ковре застыли тапочки, будто бы в ожидании хозяйки.

– Уголёк, почему бабушка вышла из комнаты босиком? – растерянно спросила Азалия.

– Мяу… – жалостливо протянул её спутник, и вмиг страшная тоска обрушилась на хрупкие плечи девчушки придавив к земле тяжестью неподъёмной.

Слёзы хлынули из глаз неиссякаемым потоком. Задыхаясь от собственного крика, обезумев носилась она из комнаты в комнату, выкрикивая лишь одно слово: «Бабушка!»

Но на зов её полный боли и отчаяния так никто и не откликнулся…

Схватив дрожащими руками телефон набрала Аза номер Регины, а услышав мелодию, что в спальне заиграла, осела она на пол и выпустив кота обхватила плечи руками содрогаясь в глухих рыданиях. Уголёк смирно сидел подле хозяйки своей, боль её безмерную на двоих разделяя.

Из забытья тяжкого вырвал девушку негромкий скрежет дверного замка:

– Бабушка?! – кинулась она к входной двери в слепой надежде на чудо.

– Дочка? Что с тобой, родная моя? – озабоченно произнёс Максим.

Бросив дорожную сумку на пол, он обнял потерянную Азалию, крепко прижав к груди.

– Мы вернулись чуть раньше, Аза, – произнесла входящая в квартиру Мия. – А, что у вас приключилось? Что с твоим лицом? Ты… плачешь? С Региной беда? Где она? Заболела?

– Бабушкааааа! – ещё отчаяннее зарыдала девушка, озадачив родителей несвойственным поведением.

Не обращая внимания на белоснежное ковровое покрытие, Мия шальной стрелой метнулась в комнату бывшей наставницы и тотчас выбежала обратно с лицом белее мела.

– Когда ты обнаружила, что Регины нет в квартире?

– Не знаю! – продолжала биться в истерике Азалия. – Утром я зашла к ней, а там… и тапочки на ковре стоят… и телефон. Мама! Надо срочно в полицию звонить! Пусть они найдут её! Я чувствую, с бабушкой что-то случилось! Что-то… плохое…

– Мия? – вопросительно поднял бровь Максим.

– Это случилось, Макс. Регина бесследно исчезла… и видимо забрали её прямо из постели. Я чувствую постороннюю магию, остаточные колебания после открытия портала.

– Я так и знал! Знал, что однажды это произойдёт! – произнёс Максим с беспокойством глядя на жену.

– Мам, о чём ты? Ты… бредишь? Какая магия? Какие порталы? Бабушка… куда она ушла? Почему без обуви и без телефона? Нужно искать её, понимаешь? Срочно звонить в…

– Регина не вернётся, Азалия. Никогда уже не вернётся, – приглушённо ответила Мия со скорбью взирая на опустевшую комнату.

– Садись дочка, в ногах правды нет, – обняв за плечи Журавлёв провёл девушку в общую комнату и усадил в огромное кожаное кресло, которое так нравилось Регине Мист.

– Время настало, Азалия. Ты выросла и теперь мы можем поведать тебе то, что так рьяно скрывали все восемнадцать лет. Тем более, Регина уже не вернётся.

– Почему… не вернётся? Ты знаешь нечто большее? Мама?

Переглянувшись Максим и Мия обменялись многозначительным взглядом и усевшись на диван, что стоял напротив начали непростой разговор:

– Всё началось много лет назад в мире Фиерон…

– Стоп! – воспротивилась девушка. – Мама, папа? Неужели сейчас самое подходящее время для бабушкиных сказок? Вместо того чтобы немедленно приступить к поискам…

– Это не сказки Азалия, и ведьму Мист нам не дано отыскать. А Фиерон более чем реален, я видел этот мир своими глазами. Ты и Мия, вы обе принадлежите ему по праву рождения.

– Папа? – ошарашенно произнесла Азалия и с неверием воззрела на отца.

– Всё правда. Все сказки твоей бабушки, увы, не красивый вымысел. И мне жаль, что узнать тебе придётся об этом, вот так, без подготовки. Грустно и ужасно горько признаваться мне, доченька, но мы, увы, не твои настоящие родители. Прости, что обманывали всю твою жизнь. Только помни и никогда не забывай, ты мне безумно дорога! Ведь, ты наш единственный ребёнок. Пусть и по крови не родная. Ведь последнее не так важно. Правда, Аза?

Глава 8

Тот день тяжким стал для всей семьи Журавлёвых. Разговор тёк неспешно, с большим трудом и множеством остановок. Осмыслить с ходу, что жизнь твоя вовсе и не твоя, не так-то просто бывает. Тем более, пережив потерю безвозвратную. Максим всё дрожь пытался унять в руках, а потому слово держала Мия. Привязана она была к дочери названой, но не любовью, в этом и беда вся. Видела она в Азалии лишь дочь подруги, да внучку наставницы, которой жизнью обязана. Потому и любви не было, лишь чувство долга да благодарность за спасение. Другое дело Максим. Растил мужчина Азалию искренне радуясь успехам девочки, всего себя посвящал её воспитанию. А с тех пор как Мия ребёнка не рождённого потеряла, ещё больше обрушился он любовью нерастраченной на иномирянку, что волею судьбы его единственной наследницей стала.

– Агнесса была моей подругой, сестрой о которой я и мечтать не смела. Вместе мы были до той поры, пока не пришлось мне Фиерон покинуть. Когда сгинула она, сорвавшись с утёса, Регина обезумела. Слуги сказали хозяйке, что дочь её на скалу отправилась вместе с тобой Азалия, видимо хотела Агнесса к совести отца молодого воззвать. Да только отчего-то всё не сложилось у них. В тот самый час, когда Регина Мист на всех порах бежала к месту их встречи увидела она портал вспыхнувший и Дрейка упавшего на край обрыва. Агнесса же в пучину морскую летела и не было ей спасения. Упав на колени кричала ведьма от ужаса леденящего, созерцая тело изломанное, на острых камнях. Тело кровиночки своей, которой необъятная сила рода Мист уже не поможет исцелиться. Исцеляют ведь живых, а Агнесса, она мгновенно ушла в мир иной.

– Зачем он так… с ней? Этот человек страшный.

– Чего мне неведомо, о том не расскажу. Знаю только со слов наставницы, что в тот момент, когда она на утёс взобралась, Асвен уже сбежал, как последний трус, открыв портал перехода.

– Выходит, ведьма Мист – это?..

– Твоя бабушка и моя наставница: Регина Мист, дочь ветров и повелительница гроз.

– А я… кто я, мама?

– Ты урождённая Азалия Мист. Фамилию Асвен могла получить только после брака родителей.

– Но ведь я Журавлёва! Журавлёва Азалия Максимовна!

– Да, малышка, – ответил взволнованный отец. – Ты моя единственная дочь и навсегда ей останешься.

Сорвавшись вскочила Аза с кресла и бросилась к Максиму. Усевшись возле ног его обняла колени мужчины и подставив голову под ласковые поглаживания, рыдала, выплёскивая наружу горе своё безысходное.

– Когда вы с бабушкой пришли в этот мир мы приняли вас, помогли оформить нужные документы, – как ни в чём не бывало продолжила повествование Мия. – Регина думала, что защитит тебя от рода Асвен, спрятав в другом мире. Ведь для того, чтобы снять её проклятие, кровь двух родов должна соединиться воедино в ребёнке новорождённом. А покуда не произойдёт того, будут у них в каждом поколении лишь сыновья рождаться, матери же умрут в родах. И все последующие жёны будут обречены на верную смерть.

– Страшные слова ты говоришь, мама, неужели бабушка могла подобное желать другим людям?

– Она мстила за дочь, и я её не осуждаю. Не знаю, как поступила бы я на месте Регины, если бы кто посмел поднять руку на моего ребёнка. И, видимо никогда не узнаю этого. Ведь нет у меня детей, да уже и не будет.

– А я? Как же я, мама?

– Ты – дочь моей подруги. Не моя плоть и кровь.

– Что же будет теперь? Со мной?

– Не знаю, – спешно ответила Мия и вышла из комнаты.

– Папа… за что она так? Сейчас… когда мне больно. Нестерпимо больно!

– Доченька, не держи на мать обиду. Зачерствела Мия, как ребёнка пять лет назад потеряла, словно сердце ей вынули. Лишь работа и спасает от дикой тоски.

– Папочка, как ты думаешь, куда всё же отправилась бабуля?

– Мне кажется, Аза, некто смог докопаться до истинного начала. Понял он с чего все несчастья рода Асвен начались и вырвал Регину из нашей реальности под покровом ночи.

– Для чего?

– Чтобы проклятие своё забрала обратно. Не могут же знать они о том, что внесла она условие для снятия его невыполнимое.

– Почему же и меня не забрали вместе с ней?

– Портал, как я знаю, на человека определённого настраивается, чтобы границы миров преодолеть. Вот и пришли они за Мист. А о тебе либо не знали, либо спешили очень.

– Ты думаешь, бабушка сможет вернуться? К нам.

– Не тешь себя иллюзиями, Азалия, да надеждами несбыточными. Время в мирах наших по-разному идёт. Тем более злодеяние она совершила, за что и должна понести наказание, как только вернётся. Годы возьмут своё.

– А если я попаду в Фиерон?

– У тебя нет способностей к магии, доченька. Не переживай. Навсегда ты со мной останешься.

– Но предположим, что меня тоже похитят.

– Предположим, – нехотя согласился Журавлёв.

– Я… я тоже вмиг постарею?

– Нет конечно, – заметно расслабился мужчина. – ты ведь никого не прокляла перед уходом. И вообще, ты у меня самая добрая в мире ведьмочка!

– Пап, мне сейчас совсем не до шуток.

– Я и не шучу милая. Просто знаю, что зло совершить не способна ты.

– Спасибо, папа! – обвив руками его плечи искренен произнесла девушка.

– За что, родная моя?

– За любовь твою безмерную! И за то, что ты был в моей жизни!

– Был? – озадаченно произнёс Максим.

– Надеюсь, что и в дальнейшем «будешь». Только вот всё настолько непредсказуемо. Вдруг меня они тоже найдут? И силой уведут в другой мир.

– Я не отдам тебя моя девочка. Никому.

– Мяу! – подтвердил Уголёк, запрыгнув на колени мужчины.

Погладив его кудрявую шёрстку Азалия прижалась к отцу и прикрыла глаза, ощущая силу и спокойствие, исходящее от человека, давным-давно ставшего для девушки родным. Так и сидели они: два человека, что молчали каждый о своём и угольно-чёрный кот, который мурчал себе под нос тихую песню. Мия, увы, не присоединилась к ним, занявшись рутинными делами. И теперь Аза знала, почему мать всегда была так холодна с ней. Не родная. Она всего лишь не родная, навязанная дочь. Оттого на сердце становилось теплее рядом с Журавлёвым, ведь этот мужчина, наплевав на кровные узы всем сердцем полюбил её и стал ближе родного отца, которого она не знала и знать не хотела. Ведь тот человек совершил страшный, непростительный поступок: убил женщину, родившую Азу, которую к великому сожалению девушке уже не суждено увидеть. Вовек…