Текст книги "Я папу по ладошке узнаю (СИ)"

Автор книги: Татьяна Ветрова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 7 страниц)

– Пойдем, покажу тебе твою комнату, – обращаю внимание на дочь с шокированными глазами и протягиваю ей руку. Она немного сомневаясь вложила свою маленькую ладошку в мою и кивнув отправилась со мной.

В комнату пропустил ее первую, понимая, что это ее царство. Повернувшись боком, пропустил Леру, слегка обнимая за талию, прижал к себе. Просто так надо, ее место рядом со мной.

Слава с нескрываемым восторгом осматривала новую комнату, соглашусь, здесь было на что посмотреть. Напротив двери стоит круглая кровать с нежно-розовым ворсистым покрывалом, заваленная декоративными подушками розовых и белых оттенков. Украшает кровать широкий балдахин розового цвета с гирляндой. В комнате помимо большого шкафа и комода, над которым в белой рамке скрывается телевизор, имеется детский туалетный столик, украшенный резьбой и стразами. Тахта темно-малинового цвета расположилась у окна, рядом кофейный столик, на нем встречал мою принцессу букетик нежно-розовых роз. Серые перламутровые обои с еле заметным цветочным акцентом разбавляли розовые тона.

– Папочка, я теперь тут буду жить? – дочь смотрит на меня снизу вверх, показывая все свое недоверие.

– Тебе нравится? – сажусь на корточки напротив своей малышки, беру ее ладошки в свои и целую.

– Нравится, – довольный кивок был мне подтверждением. – А игрушки? Где я буду хранить игрушки? – оглядывается потерянным взглядом по комнате, не находя ни одной полки с игрушками.

– Ты знаешь что-нибудь о Нарнии? – смотрю внимательно на детское личико, которое отрицательно машет головой.

– Нет, а что это за страна?

– Это страна или королевство, называй, как тебе нравится. Нарнию создал Великий Лев Аслан, который короновал всех королей и королев Нарнии. А еще в этой стране живут говорящие животные и мифические существа. Первые получили в дар от Аслана способность мыслить и говорить, а вторые были им призваны сюда. А также Нарнию населяют люди, попавшие сюда с Земли через порталы. Эта страна самое настоящее приключение и все это снято как самая настоящая сказка. Если хочешь, можешь потом посмотреть все вместе…

– Хочу, – я рад, безмерно счастлив, что смог заинтересовать дочь. Когда-то сам любил Нарнию, и ее волшебную необычную сказку, хочется, чтобы и дочь разделила эту любовь хоть немного.

– Самое интересное, что вход в эту волшебную страну скрывался внутри обычного старого шкафа для одежды, – с диким удовольствием наблюдаю за дочкой, как ее глазки бегают по шкафу в поисках той самой заветной двери в волшебную комнату игрушек.

– В шкафу есть комната? – я говорил, что дочь порой мне кажется слишком взрослой для своих годов? Она показывает пальчиком на дверь шкафа и смотрит на меня, как на умалишенного.

– Да, посмотрим вместе? – встаю и подхожу к двери, открываю ее не спеша, наблюдая, как лицо Славы из озадаченного меняется в счастливое.

– Вот это даааа, – протягивает нараспев и довольно улыбаясь, делает шаг вперед в комнату сказку.

– Сумасшедший, – Лера стоит рядом со мной, скрестив руки на груди и обняв себя за плечи. На лице тоненькими струйками по щекам бегут ручейки из слез, но глаза ее сияют счастьем.

– Я просто вас люблю, – притягиваю к себе и, зарывшись рукой в ее волосы, наблюдаю за дочкой, счастливо бегающей по разным углам комнаты и рассматривая немереное количество игрушек.

21

ЛЕРА

Выходные прошли по-настоящему уютно, в теплой семейной обстановке. Слава практически не выходила из детской, разве что покушать и то силком, все не могла налюбоваться на волшебную комнату для принцессы. Да если честно, я сама в шоке, помню, как увидела все это вчера, потеряла дар речи. Это настолько красиво и волшебно все было, особенно «Нарния». Помню, в детстве тоже мечтала о комнате, где жили бы мои игрушки. Мечты сбывают, но у наших детей.

Стас же летал словно окрыленный, всех окружающих заряжал позитивным настроением. Счастливый отец и успешный бизнесмен.

Дверной звонок застал меня врасплох, я находилась на кухне и готовила завтрак для своих любимых домочадцев, полностью погрузившись в свои мысли и, не ожидав гостей, вздрогнула.

Через несколько минут моему взору предстал ББ со своей супругой, рядом с пакетом из наивкуснейшей булочной стоял Стас с озадаченным лицом.

– З-здравствуйте, – пропищала писклявым голосом с раздражением посмотрела на Стаса, тот лишь пожал плечами, мол извини.

– Знакомьтесь, – поставив пакеты на стол, подошел ближе ко мне, обнимая и притягивая к себе за талию, он чувствовал мое волнение. – Моя будущая жена, Валерия. Ну, с моим отцом ты знакома, а вот с мамой. Ангелина Леонидовна одна из любимых мной особ женского пола.

Я видела, как взлетели вверх брови ББ, несмотря на это, он был счастлив, глаза его светись искорками веселья. Что не скажешь о его маме. Элегантная женщина в дорогом шикарном брючном костюме смотрела на меня с отвращением. В глазах ее плескался гнев и желание поскорее выгнать меня взашей.

– Валерия Николаевна, я очень рад, что вы с моим сыном нашли общий язык, – Андрей Петрович великодушно пожал мне руку и сел за стол, на котором уже остывал завтрак.

– Мам, садись, позавтракаем. Лера очень вкусно готовит, попробуй, – вижу напряженное выражение лица Стаса, но теплый взгляд в мою сторону вызывает невольную улыбку у нас обоих, заставляя расслабиться.

– Спасибо, милый, но я, пожалуй, воздержусь, – игнорируя маму своего мужчины, завариваю для нас всех чай и сажусь рядом со Стасом. Так я хоть чувствую себя защищенной.

– А зря, – он с удовольствием съедает капкейк, щедро политый медом и украшенный свежей малиной.

– Милый, на следующей неделе благотворительный вечер, вы с Ольгой внесены в список приглашенных гостей, – как-то совсем невзначай произносит лилейным голосом Ангелина Леонидовна, ехидно улыбаясь мне. – Вы определись с датой свадьбы?

Оглядываюсь, желая, чтобы на глаза попалось что-нибудь тяжелое, с каждым новым словом, пропитанным насквозь ядом и призрением, я хочу стукнуть эту женщину.

– Свадьбы не будет. С ней не будет, – рука Стаса ложится мне на поясницу, успокаивающе поглаживая. Только вот это не хрена не помогает.

– Не смей! Ты прекрасно знаешь, что она подходит тебе больше всего, – лицо, когда-то милой женщины покрывается красными пятнами от злости, злорадно усмехаюсь. Шах и мат вам, Ангелина Леонидовна.

– Геля, хватит. – тихий, но уверенный голос ББ заставляет всех замолчать. Не зря в компании ходят слухи о том, как ББ ругается шепотом так, что порой самому хочется рыть могилу и заказывать панихиду.

– Андрей, она же беременна… – голос ее звучит взволнованно, вся уверенность вмиг испарилась.

– Ребенок не мой!

Родители не успели осознать смысл сказанного, как вихрем в кухню залетел его ребенок. С растрепанными шоколадными волосами, озорным блеском в глазах и новой пижамой с Микки Маусом.

– Здравствуйте, – дочь тормозит на пороге, отпустив взгляд в пол и смущаясь, прокладывает маленькими шажками дорожку к отцу.

В этот момент в комнате повисает тишина, такая напряженная, что одно неловкое движение и будет взрыв. Взрыв получше Хиросимы.

– Принцесса, знакомься, – Стас берет дочь на руки, и забавно потрепав по лохматой макушке, целует в висок. – Твои дедушка с бабушкой.

– Твои родители? – дочь смотрит на них с нескрываемым любопытством, от волнения слегка покусывая нижнюю губу.

Если глаза ББ искрились счастьем внезапного пополнения в роду, то Ангелина Леонидовна была просто в гневе.

– Дедушка Андрей, – протягивает дрожащую ладонь малышке, смотря в детские глаза с любопытством и долькой страха.

– Вячеслава Станиславовна, – малышка протягивает ладонь и совершенно с нескрываемым любопытством обращает внимание на правую ладошку.

– Вячеслава? – с недоумением в голосе и полным шоком в глазах интересуется босс непосредственно у меня.

– В честь деда, – с любовью смотрю на своего мужчину, на его лице столько неописуемой благодарности, а в глубине изумрудных глаз виднелось небольшое скопление слезинок.

– Спасибо, – прижимает дочь к себе со всей нежностью и целует в макушку снова.

Наверное, он смотрел на меня с такой фантастической любовью, что та светилась за километры, так как следующий вопрос ББ застал меня врасплох.

– Сын, скажи мне, что эта та самая девушка с фотографии? – с робкой надеждой интересуется новоиспеченный дедушка.

– Да. – всего лишь одно слово и на лице Ангелины Леонидовны появляется улыбка, внимательный взгляд сканирует Славу, и убедившись в стопроцентном сходстве, протягивает ей ладошку для знакомства.

– Твоя бабушка, можешь называть просто бабушка или бабушка Геля, – неужели отношение людей может меняться так быстро?

– Хорошо, – немного подумав, произносит дочь. – Я буду называть вас бабушкой, мне так нравится больше, – заставляя всех невольно засмеяться и развеять эту удушающую напряженную атмосферу.

– Лера, можно тебя на минуту? – женщина уже встала и направилась в гостиную, полностью уверенная, что последую за ней.

– Я слушаю, – встаю в шаге от нее у панорамного окна с потрясающим видом на город, скрестив руки на груди, защищаясь от ее нападок. Чувствую, разговор предстоит нелегкий.

– Тебе наверно интересно, почему я так на тебя отреагировала? – конечно, интересно, но вместо того, чтобы хоть что-то сказать, молча киваю. – Стас с детства был неуправляемый мальчишка, взбалмошный и легкий на авантюры. Ты ведь не просто так дочь навала Славой? Вижу, он рассказал тебе за деда, тот был единственный авторитет для него. А после того как его не стало, Стас совсем слетел с катушек: пьянки, гулянки, девчонки-однодневки. Ты прости, что я тебе все это говорю, вижу, как неприятно слушать подобное. Но это было и это часть его жизни, хоть в прошлом. Семь лет назад все изменилось, когда он вернулся с Испании. Ходил задумчивый, постоянно кому-то звонил, искал кого-то, порой был даже рассеян. Позже, чуть больше года на радостях от полученной информацией поехал навстречу. Увидела я его через неделю. Он был пьян. Лера, он всю неделю пил и так мне и не сказал почему. Подозреваю, что тогда вы все же увиделись. Сейчас я счастлива, видеть его таким настоящим, жизнерадостным. Прости меня, Лера, за те слова на кухне. Как мать ты должна меня понять, я всего лишь хочу лучшего для своего ребенка. И спасибо за внучку, она очень красивая и веселая девчонка.

Все это я слушала молча, глотая горькие слезы на пару с Ангелиной Леонидовной. После разговора стало понятно, все ее недовольство было напускное.

Но меня терзал один момент, когда мы виделись или виделись вообще. И почему он не подошел, раз искал и нашел спустя год после расставания. А потом я вспомнила: он видел меня с соседом по лестничной клетке, который помог мне с дочкой беспрепятственно добраться до дома. Он подумал, что я замужем и Слава не его дочь.

Вернувшись на кухню, обнаружили умилительную картину, внучка сидела на коленях у деда и играла с ним в ладушки. Стас же в расслабленной позе развалился на стуле и не спеша попивал кофе, довольно улыбаясь. Увидев нас на проходе, напрягся, но обратив внимание на наши счастливые лица, снова расслабился и улыбнулся.

– Я нашел нам няньку на сегодня, – довольно изрекает он, делая глоток кофе.

Зависаю, пытаясь уловить смысл сказанной фразы, но она ускользает, как вода сквозь пальцы.

– Садик, Лера. Пока мы будем там, то дедушка с бабушкой, правильно я понимаю? – вопросительно смотрит на мать и, получив в ответ довольную улыбку и кивок, продолжает. – Согласны посидеть с дочкой. Кстати, она тоже не против.

– Слааава? – нараспев зову дочь, та смотрит на меня своими маленькими зелеными глазками, наполненными счастьем.

– Я согласна. Дедушка поведет меня в кафе-мороженое.

– Хорошо, – сдаюсь на волю сильнейших.

22

ЛЕРА

– Лера, а давай возьмем отпуск и слетаем в Сантандер?

Это новость произнеслась как гром среди ясного неба, заставив затормозить на месте и ошарашенно смотреть на представителя сильного мужественного пола.

– Это невозможно. Не ближайшие два месяца точно.

– Почему? – недоуменный взгляд сверлит меня насквозь, вызывая желание подойти и потрепать его по голове, что я и делаю.

– Потому что контракты, очень важные контракты на носу. У тебя переговоры с партнерами и тебе нужен будет квалифицированный переводчик, так что работаем, милый, – треплю его по голове и щелкаю по носу.

– Тогда после. Пошли, – берет меня за руку и заходит на территорию детского сада.

На крыльце, которого уже многолюдно. Издали узнаю знакомые лица мамочек, некоторые из них, как и я одиночки. И заметив на горизонте шикарного мужчину, принимают продающуюся позу и начинают смеяться громче обычного.

Самое странное, что их не смущает тот факт, что рядом дети, а мужья некоторых из дам уже заняты работой в группе.

– Лера, привет.

– Неожиданно мы думали, ты не придешь.

– А кто этот красавчик?

Это самая малость, что мне довелось услышать, я схватила Стаса за руку и потащила в группу. Не хотелось задерживаться в том серпентарии, укусят и не заметят. Большинство из них самые настоящие змеи, желающие урвать добычу жирнее.

– Ой, вы тоже пришли? Отлично. Проходите в группу, там поймете, какая помощь потребуется.

Стас здоровается сдержанно, проходит в группу и прежде чем преступить, внимательным цепким взглядом осматривает помещения на безопасность и требуемую помощь.

После того как он ушел, я осталась одна в предбаннике, единственное развлечение было это слоняться между детских низких шкафчиков с цветными дверками. Уж лучше любоваться на различные мордашки, наклеенных на дверки шкафчиков, чем находится в серпентарии.

– Лера, пойдем, поможешь мне в другой группе, там надо цветы полить, – говорит Юлия Валерьевна, наш воспитатель.

А я что? Мне делать нечего и, чтобы убить хоть немного времени, с удовольствием соглашаюсь.

– Где набрать воду ты знаешь, – протягивает небольшую лейку и отправляет за водой.

Полив несколько цветов, мне показалось, что на этом все. Но как же я ошибалась, услышав такое.

– Лера, я понимаю это не мое дело, но ты уверена? Просто он такой мужчина, сразу видно не из простых, – тихим голосом интересуется воспитательница.

– Да, это родной отец Славы, – ну, а что я еще должна сказать?

Итак прекрасно вижу между нами разницу, как небо и земля. Он наследник империи и я простая переводчица хоть и на хорошей должности и то по блату, спасибо брату. Понимаю, как на нас смотрят и что думают: залетела, нашла, замуж еще потащит. Да плевать.

– Мужчина он хороший, видно. Держись его, Лера. Не будь дурой, как я когда, – неожиданные откровения прозвучали в пустой игровой комнате, не успела оглянуться, как воспитательница покинула комнату, оставив меня одну в недоумении. Что только что было?

Полив цветы и немного протерев подоконники, присела на один из стульчиков у окна. Наблюдая, как солнце прячется за высотки, а солнечные лучи проглядываются между ними, улыбаюсь. Как же я люблю закат. Если бы умела рисовать, то наверно только его и рисовала.

– Привет, – Стас стоял у входа, сложив руки на груди и облокотившись плечом на дверь, улыбался самой искренней улыбкой на свете.

– Смотри, как красиво, – киваю на окно, приглашая к просмотру уходящего солнца.

– Безумно, – он обнимает меня за плечи, нежно массируя, целует в макушку. – Как насчет того, чтобы оставить Славу у моих родителей сегодня?

– Прости, но я боюсь, что она еще не готова. Может через недельку? – смотрю через плечо в его затуманенные глаза, не сразу соображая, куда он смотрит.

– Хорошо, тогда пусть еще ненадолго задержится у них. Поехали домой, – голос звучит глухо, а пожар разгорается в глазах все больше. Опускаю глаза и наблюдаю прекрасную картину, пуговицы рубашки расстегнулись так, что видно все самое интересное, а для него так вообще выбран наилучший ракурс. Покраснев, застегиваю пуговицы и выхожу из комнаты. Чувствую, он идет рядом.

На улице он обнял меня за талию, притягивая к себе. Так мы и шли до дома, медленно, наслаждаясь теплым летним вечером. И только дома, переступив порог квартиры, мы забыли обо всем.

Дорожка наших вещей начиналась с порога, когда захлопнулась за нами дверь, практически сразу полетела моя рубашка, последняя вещь была снята в нашей теперь уже в комнате.

А дальше? Дальше было обжигающие поцелуи, горячие руки, ласкающие тело, плавные движения и фееричный оргазм.

23

ЛЕРА

Середина недели протекает довольно сносно, если не считать косые взгляды сотрудниц, пытающихся когда-то охмурить наследника всея империи.

Так уж получилось, что Стас не намерен скрывать наши отношения, а меня это, если честно. бесит до коликов. Мало того, что мы появляемся в компании вместе, так еще ежедневные обеды в его кабинете, несложно догадаться, о чем сплетничают в компании. Какая пара самая обсуждаемая и одновременно ненавистная женским коллективом. Я пыталась объяснить, что в наших и так хрупких отношениях все слишком быстро закрутилось и завертелось, нельзя торопиться. Было у меня какое-то нехорошее предчувствие, засевшее где-то внутри меня, и коготочками скреблось наружу. Я отгоняла это не пойми что и кто как можно дальше. Ссылаясь на быстрое развитие наших отношений, переезда в квартиру Стаса, так как дочь категорически отказалась возвращаться в съемную квартиру. Знакомства с бабушкой и дедушкой, которые за три дня умудрили накупить столько, что пора обзаводиться новой игровой и гардеробной, тоже не прошло мимо моих нервных клеток. И также пришлось понервничать, ожидав в гости брата с женой, я боялась, что он не поймет. Но оказалось все наоборот, он подошел ко мне, по-родственному обнял и прошептал на ушко «Я счастлив за тебя, сестренка. Доверься ему и все будет хорошо». Тогда я расслабилась и ходила счастливая.

Среда, день, который не задался с самого утра и дело не в косых взглядах и шушуканьях за спиной. Легкое недомогание, что было утром, к обеду перелилось в тревогу. Состояние, где дергаешься при каждом левом движение, оборачиваешься в поисках причины и расстраиваешься, не найдя ее.

– Да, малыш? – деловой, но в то же время такой родной голос звучит с того конца трубки, тепло, что разливается в душе заставляет невольно улыбнуться.

– Алло, ты скоро? Я уже освободилась, – собираю документы, чтобы убрать их в шкаф, выключаю процессор, предварительно поставив пароль. Мало ли что.

– Прости, сегодня задержусь, дождешься меня? Я в пробке на Машковино стою, минут через сорок только подъеду, – и голос такой расстроенный, будто ожидавший совершенно другое.

– Не переживай, я сама доберусь. Забери тогда дочь, хорошо? – хватаю сумку со спинки стула и выхожу с кабинета, не забыв попрощаться с коллективом, конечно, теперь только из уважения.

– Хорошо, заеду за ней. Лера?

– Да?

– Вызови такси, пожалуйста, – мне послышалось или голос его действительно показался тревожным?

– Хорошо. – разъединяю вызов и направляюсь на выход из компании. В лифте вызываю такси и, решив дождаться его на улице, покидаю здание.

В сообщение сказано, что машина будет ожидать на парковке, улыбнувшись и убрав телефон в сумку, направляюсь к месту ожидания автомобиля.

Я стояла и любовалась зданием, даже не так, правильней будет работой архитектора, человека, что спроектировал такую роскошь. Тридцать шесть этажей и все это полностью сплошное остекление. А какой вид с высоты, особенно с кабинета генерального директора. Красота, да и только.

Я настолько засмотрелась и не сразу поняла, что случилось. А произошло все так быстро, что я не успела понять, что мне угрожает смертельная опасность. На меня неслось ярко-красное пятно, не произвольно я закричала, но пошевелиться просто не смогла, ноги будто вросли в асфальт. Внезапно меня подбросило вверх, показалось, что внезапный удар вышиб грудную клетку и весь воздух из легких. Тело мое с легкостью перелетело через автомобиль и, распластавшись на парковке, словно поломанная кукла, последнее, что я увидела это надвигающуюся тучу, почувствовала капли дождя на щеках, или может слезы. Мои слезы.

Господи, неужели все вот так вот и закончится? Слава не переживет, если со мной что-то случится. Да, у нее есть любимый папа, появились дедушка с бабушкой, что в ней души не чают. Но мама? Как моя дочь будет расти без ме… – с этой мыслью я потеряла сознание и черная темнота заволокла сознание.

Миг и я отключилась.

24

СТАС

С самого утра было поганое настроение и хер пойти почему, со стороны посмотреть, так все хорошо. Да в чем же дело? На протяжении дня задаю себе этот вопрос и, не находя ответа, пытаюсь углубиться в работу, сделать хоть что-то полезное для компании.

В обед была назначена встреча с Бромовым, у него свое рекламное агентство, а нам нужна новая реклама для продажи элитного жилого комплекса. Освободился я позже, чем рассчитывал, естественно, этот факт испортил и так хреновое настроение. Только я успел выехать на шоссе, как позвонила Лера и, узнав о моем опоздании, попросила забрать дочь из садика и ждать ее дома.

Господи, спасибо, что на выходе из садика я встретил жену Константина. Мне позвонили и сказали, что мою Леру везут в седьмую больницу в тяжелом состоянии. Помню лишь, как отдал ей дочь и помчался к автомобилю.

Но уже не помню, как добрался до больницы. В голове была лишь одна мысль: только бы моя девочка была жива. Мне не следовало задерживаться, я должен был ее забрать вовремя, как делал это все время. Время, проведенное вместе с ней, его было так мало. Всю дорогу до больницы меня терзали плохие мысли, я проклинал и винил себя в случившемся. Понимая и злясь еще больше оттого, что время вспять не повернуть.

Подъехав в больницу, я выскочил из машины и бегом побежал в здание. В моих интересах было узнать как Лера, в каком она состоянии и что ей требуется из медикаментов. Об оборудование я даже не думал. Просто боялся.

– Добрый день, меньше часа назад к вам поступила девушка, ее сбила машина на парковке компании «Arestov Сonstruction», – сердце бешено колотилось в груди, периодически сжималось в тиски.

Я боялся дышать. Боялся услышать, что ее больше нет…

– Простите, вы кем ей приходитесь? – женщина подняла на меня заинтересованные и в то же время сочувственный взгляд. Сердце практически упало в пятки.

– Жених, практически муж, у нас свадьба в этом месяце запланирована, – вру и стесняясь, знаю, чужому ничего не скажут. Просто не имеют права.

– Сочувствую, у девушки черепно-мозговая травма и перелом правой ноги, помимо этого, сильные ушибы, – сжимаю челюсть так, то слышен хруст зубов, мысленно представляю, как убью того, кто это сделал.

Вот что с ней будет дальше? Что будет с нами? И что мне сказать дочери, когда она спросит, где ее мама? У нас ведь только все начало налаживаться…

Я прошел в пустой коридор и схватился за голову, облокотившись о стену, спустился на корточки. Мне было совершено плевать, что подумает персонал, так хреново мне еще никогда не было. Ситуация мне казалось безысходной. Я был вне себя осознавая, что снова могу ее потерять.

Как я узнал позже состояние тяжелое – это все, что сказал мне врач. Только вот его сочувствующий взгляд, который он пытался спрятать, говорил об обратном.

Не стоит говорить, что к ней меня не пустили, отправили домой и тонко намекнули, чтобы молился Богу и надеялся на лучшее.

Дочери пришлось соврать, что мама уехала в командировку. Я не мог ей сказать, что она лежит в палате, подключенная к аппарату искусственного дыхания. И находится на грани жизни и смерти.

Кости врать не стал, и дело не в том, что он ее брат и мой лучший друг. Предупредил, что к ней никого не пустят сейчас, как бы он не рвался увидеть свою маленькую сестренку. Попросил позвонить ее родителям и сказал, что билеты оплачу сам, и проживать они будут у меня. Мне нужно было, чтобы во всей этой ситуации с дочкой были родные люди и не только мои родители, которых она знала меньше недели. Я не хотел нанимать постороннего человека в наш дом, не готов пустить кого-то со стороны.

Забрав дочку, на автомате вел машину до дома. Славе сказал, как планировал, что мама уехала в командировку, а мы остаемся за главных. Я видел, как потухли ее глазки, чувствовал, как она расстроилась.

На следующий день Костя приехал к нам не один. С ним были родители Леры, постаревшие лет так на десять. На фотографии, что мне показывала малышка недели две назад, я наблюдал счастливую семейную пару. Сейчас же было только боль и горькие слезы. И только дочь, что вихрем ворвалась в гостиную, вызвала хоть какие-то положительные эмоции.

Меня не пускали к ней одиннадцать дней. Одиннадцать гребаных дней я жил, как в аду, молил Бога, чтобы она осталась жива. Мне было плевать на все: родители, бизнес, друзья. Все это отошло на последний план, спасала только дочь, и то порой мне было больно на нее смотреть.

Стыдно, признаться, но иногда я избегал общение с ребенком, она тянулась, спрашивала, когда приедет мама, а трусливо сбегал из дома. Запирался в офисе и даже оставался там ночевать.

И вот наконец-то я могу ее увидеть, хоть и пустили на пять минут. Но я уже безмерно рад, понимая, что она идет на поправку. Ведь были бы осложнение, меня не было рядом.

Только вот я совсем не был готов к тому, что увидел…

Картина, которая предстала перед глазами, выбила из легких весь воздух, не думал, что бывает так больно дышать. Две недели назад было столько планов на жизнь: съездить с семьей в Сантандер, показать им дом на берегу залива, выйти на яхте в море, наконец-то сделать предложение Лере… а сейчас лишь одна мысль, чтобы она осталась жива.

Я взял ее маленькую бледную ладошку в свои руки, прижался к ней губами, целовал каждый ее пальчик, ожидая хоть малейшего отклика, но все безрезультатно. Сердце сжималось до боли, казалось, что это никогда не закончится. Хотелось кричать от отчаяния, выть как волк-одиночка, лишь бы она пошевелилась или затрепетали ее густые лестнички. Лишь бы дала хоть какой-то знак на наше будущее.

Лера лежала прикованная к кровати, как принцесса из сказки про спящую красавицу, только вот не была она сейчас красавица. Лицо ее было разбито, при падении она как-то умудрилась под голову сумку закинуть, к сожалению, внешне это ей не помогло, хотя удар смягчился. Только при одной мысли, что все могло быть хуже меня бросает в дрожь.

– Прошу, любимая моя, возвращайся, – шептал сдавленным горлом, будто стекла наелся. – У нас дочь, планы на отпуск. Мы не сможем без тебя… Прошу, вернись к нам…

Эту ночь я снова провел в офисе, не хотелось никого видеть. Единственное на что хватило сил, так это позвонить домой и поинтересоваться как дочь. Открыв очередную бутылку коньяка и усевшись на пол у окна, я смотрел на вечерний город, наблюдал, как солнце покидает свой пост и прощается с нами до завтра. На том момент я был пуст, выжит как лимон, казалось, что это Лера прощается со мной, с нами…смотря на закат, я не верил, что это все происходит…

На следующий день более-менее когда пришел в себя, я лично занялся поисками непутевого водителя. Служба безопасности по моему личному запросу принесла мне видеоматериал, на котором четко была видна красная иномарка, но не было видно номеров. К этому моменту милиция отработала камеры с близко находящихся зданий, узнали номера, только вот водителя не нашли…

Зато я сука знал, кто это!

25

СТАС

Я несся как сумасшедший в сторону Ивановской области, прекрасно знал, куда мне надо и даже бывал там как-то раз. У меня внутри было столько боли, столько ненависти, что я не понимал, как еще держался. За свои тридцать с небольшим я никогда не поднимал на женщину руку, а сейчас думаю лишь о том, как бы рассчитать силу, чтобы не убить. Я точно знаю, что рядом с такой тварью не смогу держать себя в руках. Сука, меркантильная тварь.

Через четыре часа я был уже на месте и почему то не сомневался, что она прячется здесь, в любом доме своей бабушки. Передо мной в венецианском стиле возвышался двухэтажный дом с кованым забором. Я не стал звонить в звонок, что располагался на заборе, спрятанный под зелеными зарослями. Знал, что баба Нина никогда не закрывает ее, никогда не понимал ее.

Я прошелся по двору и, услышав музыку с беседки, направился прямиком туда. Кто бы сомневался, конечно, она именно здесь решила отсидеться в надежде, что преступление, совершенное ею, останется незаметным. Заметив меня, она широко раскрыла глаза, резко подскочила и побежала за стол, ища за ним укрытие, наивная. Я понимал, она прекрасно догадалась, почему сейчас я нахожусь здесь и явно в нехорошем настроении.

– Что она тебе сделала? – складываю руки на груди и облокачиваюсь на одну из колонн беседке, из последних сил пытаюсь держать себя в руках, чтобы не врезать ей.

– Не понимаю, о чем ты, – принимает кокетливую позу, на палец наматывает наращенный локон волос и мило улыбается. Сука, как же бесит.

– Не понимаешь, значит? – цежу сквозь зубы, сжимая челюсть, так что так чуть не крошится, дантист точно на мне разбогатеет.

– Я…я, правда, не понимаю, – весь ее наигранный пыл испаряется, как только видит мое лицо.

– Я убью тебя, сука, – подлетаю к ней и хватаю за горло, она цепляется ногтями мне в руку, пытаясь ослабить хватку. – Лишу всего, что тебе дорого: салона, денег.

– П-пусти, придурок, – ее лицо раскраснелось, она пытается сделать мне больно ногтями, расцарапывая кожу рук до крови.

– За что ты так со мной? В наше время я ни в чем тебе не отказывал, у тебя было все: деньги, шмотки, элитные курорты. – цежу ей в лицо, наблюдая, как оно искажается от боли, еще немного и она отключится. Ослабляю хватку и швыряю ее в сторону дивана, она падает, сползая на пол, хватает за горло и пытается вдохнуть.

– Я ненавижу ее! – шипит словно самая настоящая змея, вот-вот готовая выпустить свой яд. – Ненавижу! Она забрала у меня все, забрала сразу. Да ты же как только ее увидел уже поплыл, а стоило тебе понять кто она, так пиши пропало. Я же люблю тебя, а ты…ты… – сидит на полу с искаженным от гнева и ненависти лицом и глотает слезы.

– Ты ответишь за то, что сделала! – убираю руки в карман, вот совсем не хочется мотать срок из-за такой твари.

– Да пошел ты к черту, Арестов. Ты ничего мне не сделаешь, слышишь? – смотрю на нее испепеляющим взглядом, давая понять, что она ни черта не знает меня.

– Она до сих не пришла в сознание, – замечаю, как бледнеет ее лицо, тело охватывает лихорадка от страха.

– Н-нет…н-нет…этого н-не может быть… – обхватывает плечи руками, взгляд ее смотрит мимо меня.

Достучался, бл№*.

– Ты ответишь за то, что сделала! И лучше тебе не попадаться мне на глаза и держаться подальше от моей семьи. – разворачиваюсь и еду в больницу к своей любимой женщине, надеясь, что хоть сегодня что-то изменилось в ее состоянии.

***

Я смотрел на нее, мечтая, чтобы она открыла глаза. Посмотрела на меня или хотя бы в белый потолок, просто видеть, что она жива. Пусть только придет в себя, и я заберу ее из этого кошмара, сделаю самой счастливой на свете, найму им с дочкой охрану. Они будут жить в самых лучших условиях, путешествовать по миру, Лера ведь так об этом мечтала…