Текст книги "Replay (СИ)"

Автор книги: Татьяна Алферьева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Когда подошли к автомобилю лидера «SHAX», Илай с подозрением осмотрел их лица, задержался взглядом на припухших губах, изобразил «фейспалм» и буркнул:

– Садитесь быстрее.

Рия попросила отвезти себя в резиденцию «BonBon», чтобы завтра не тратить время на дорогу. Машина притормозила в тени особняка, девушка приподнялась, обхватила переднее сиденье вместе с водителем, шепнула: «Не сердись», послала Джонгу воздушный поцелуй и торопливо выскочила наружу. С расстояния нескольких шагов она наблюдала, как Илай что-то взволнованно говорит, полуобернувшись к пассажиру, невидимому из-за наглухо тонированных задних окон. То, которое находилось с её стороны, наполовину опустилось, и Джонг помахал рукой от себя, давая понять, что они не уедут, пока Рия не зайдёт в дом. Понятливо улыбнувшись, девушка повернулась к машине спиной и нажала кнопку звонка. Её ждали – открыли практически мгновенно. Позади зашуршали по булыжной мостовой шины тронувшегося с места автомобиля.

Глава 35

Крис здорово помог со съёмками, в качестве приглашённого «оператора» подмечая со стороны важные мелочи, которые было бы трудно уловить непосредственным участникам процесса. Небо к утру очистилось от туч, в воздухе разлилась приятная бодрящая свежесть. Однако, несмотря на хорошее освещение открытой террасы, Крис предложил использовать отражатели для более ровного распределения солнечного света. Он знал, о чём говорил, – получилось просто отлично. Монтажом и наложением звука занялась Шиа. Публикацию готового видео – танца на первую песню «BonBon» с участием Рии, как «айдола в маске», отложили на вечер, а пока начали готовиться к выступлению на внутренней сцене.

Так называлось сравнительно небольшое помещение в цокольном этаже медиа-холдинга со всей необходимой для концертной деятельности атрибутикой: сценой, местами для зрителей, звуковым и акустическим оборудованием, осветительной техникой. Здесь стажёры проводили генеральные репетиции своих дебютных номеров, а состоявшиеся звёзды фанмитинги и фансайны.

Гендиректор распорядился собрать всех относительно свободных сотрудников агентства, чтобы зрительный зал не пустовал. В переднем ряду Рия заметила Марса. Он сидел в нескольких креслах от Чан Сияна и Ли Джихака. Джонг тоже обещал прийти, если успеет вернуться со съёмок тизера для рекламы шоу дуэтов, в котором участвовал вместе с Илаем.

Пока остальные обсуждали, к чему было проводить столь масштабную подготовку ради одной-единственной песни старой недействующей группы, Рия наблюдала за начальством. Ли Джихак заметно нервничал, всё-таки «BonBon» были его любимым детищем, пускай и не оправдавшим возложенных на него фантастических надежд – добыть себе популярность собственными силами без поддержки агентства. Чан Сиян с невозмутимостью каменного истукана смотрел на залитую яркими лучами софитов сцену, куда одна за другой выходили одетые в серебристо-белые наряды девушки. Они замерли, каждая в строго определённой позе, похожие на изящные статуэтки из слоновой кости – стойкие и хрупкие одновременно.

Зазвучала музыка, пришли в движение верхние и нижние прожекторы, включился светодиодный дисплей на заднике сцены, воспроизводя стандартный, не привязанный к исполнителям видеоряд визуальных эффектов, исключительно для фона.

Рия заняла место прямо за Марсом. Отсюда она могла незаметно наблюдать за выражением лица нового гендиректора, точнее его бесстрастного профиля. И песня, и танец были потрясающими, но абсолютно никаких эмоций у главного зрителя не вызывали. Получат ли девчонки за свою «Честность» честную оценку?

Последние звуки не успели погаснуть – смешались с бурными аплодисментами. Многие вскочили на ноги, громко выражая восхищение проделанной работой. «BonBon» кланялись, улыбались, махали в ответ. Чан Сиян поднялся с места, неспешно приблизился к сцене и развернулся лицом к зрительному залу.

– Вам понравилось? – спросил он, разведя руки в стороны, будто заядлый конферансье. Даже костюм на нём был сегодня ярко-синий, жаль с галстуком, а не бабочкой.

В ответ раздался одобрительный гул и даже чьё-то короткое улюлюканье. Дождавшись, когда снова наступит тишина, мужчина задал следующий вопрос:

– Как вы считаете, сколько эта группа нам принесёт? Сколько на ваш взгляд они заработают для агентства? Если мы сделаем перезапуск, затраты на их продвижение окупятся за год? Поднимите руку те, кто так думают.

Провокация удалась. Тишина заметно уплотнилась, лишь изредка нарушаемая осторожными перешептываниями. Участницы «BonBon» пока недоуменно, но с возрастающим возмущением на лицах смотрели оратору в затылок.

– Ну? Что же вы молчите? Почему сомневаетесь? Вам же очень понравилось. Хорошо. Если хотя бы один из вас гарантирует, что «BonBon» окупит себя, группа останется под крылом TOP Hit.

Марс обернулся, чуть вздрогнул, только сейчас заметив, сидящую позади Рию. Девушка приветливо улыбнулась и тоже принялась осматриваться. Похоже, для Ли Джихака происходящее было полной неожиданностью. Сильно возмущённый поведением преемника, руку он, однако, не поднял. Поднял Марс, вызвав снисходительную усмешку на лице Чан Сияна:

– Продюсер Ли, артисты агентства являются штатными единицами?

– Нет, – хмурясь, ответил бывший гендиректор.

– В таком случае поручителей я не вижу. Ни одного.

– Подождите! – до сих пор молчавшая Хани, игнорируя лестницу, до которой ещё надо было добежать, с риском для каблуков, спрыгнула со сцены. Как бы хладнокровен не был Сиян, даже он под общий испуганный вздох дёрнулся навстречу, чтобы успеть подхватить девушку в случае падения. – Вы обещали быть справедливым и непредвзятым. Вы не можете не признать, что мы выступили хорошо! Очень хорошо!

Опустив протянутую экстремалке руку, мужчина раздражённо ответил:

– Так и есть. Вы хорошо выступили. Другой вопрос – хороший ли вы товар?

– Товар? – запальчиво переспросила девушка, делая шаг вперёд. – Мы, прежде всего, профессионалы. Наша обязанность развивать свои таланты, репетировать, тренироваться, ваша – продвигать.

– Ты правильно мыслишь. Думаю, с тобой можно говорить прямо, без сантиментов. Вы способные, но не привлекательные. Вы не смогли убедить в коммерческом успехе никого из находящихся здесь сотрудников агентства, хотя у вас была профессиональная сцена, причёска, макияж и песня в аранжировке, сделанной, между прочим, безвозмездно в нашей студии звукозаписи. Значит, у «BonBon» нет даже одного процента потенциала. Поздно. Ваше время безвозвратно ушло. Вы слишком старые для корейского шоу-бизнеса. Перестаньте попусту тратить свои и чужие силы и нервы.

– Наше время было упущено по вине агентства! – выкрикнула Айрин, удерживаемая с двух сторон Мией и Шиа.

– Значит, вам следовало распуститься ещё раньше, – равнодушно пожал плечами гендиректор.

Марс вскочил, собираясь возразить, однако Рия схватила его за плечо и шикнула: «Молчи». Айдол смерил «помеху» недовольным взглядом, но послушался.

– Подожди. Сейчас не время. Не мешай, – скороговоркой пояснила своё вмешательство девушка.

Между тем Ли Джихак, видя, что страсти стремительно накаляются, принялся настойчиво выпроваживать неблагодарных зрителей. На помощь ему пришёл Сухо. Секретарь опоздал, однако это не помешало ему быстро сообразить, что происходит.

– Оставшийся срок контракта не имеет смысла, – между тем продолжал гендиректор. – Я хочу закончить наше сотрудничество как можно скорее, само собой мы выплатим разумную компенсацию.

– Сотрудничество? Да он издевается! – Гремучей змеёй извивалась в руках подружек Айрин.

– Ясно. Нас увольняют. Но в таком случае позвольте нам оставить наше имя, – упрямо вздёрнула подбородок Хани.

Ситуация продолжала накалятся, а Рия исподволь любовалась парочкой: и девушке, и мужчине праведный гнев был к лицу. Ведь действительно, каждый из них по-своему прав.

– Продюсер Ли это возможно? – повысил голос Сиян, даже не посмотрев на того, кого спрашивал. Он не желал прерывать зрительный контакт со своей оппоненткой.

– Нет. Название группы – товарный знак, который принадлежит компании, – ещё глуше отозвался мужчина.

– Он вам всё равно не нужен! – яростно воскликнула девушка.

– Нельзя, – отрезал Сиян, сам двигаясь ближе к собеседнице и уничижительно глядя на неё сверху вниз.

– Тогда дайте нам три месяца. Те три месяца, что остались до истечения контракта. Нас не уволят. Мы распустимся, но где и как решим сами, – потребовала лидер «BonBon».

– Хочешь провести пресс-конференцию? Пожаловаться на агентство? – уточнил гендир.

– Нет. Мы займём первое место на музыкальном шоу, а после объявим о роспуске, – пояснила Хани, на этот раз вызвав возмущённый вздох у остальных мемберов, которые, похоже, понятия не имели о её грандиозных планах.

– Кажется у тебя шок. Переутомление. Не говори ерунды. Иди отдыхать, – отрывисто произнёс Сиян, собираясь оборвать разговор.

Не тут-то было! То ли случайно, то ли злонамеренно лидер «BonBon» наступила мужчине на ногу острым носком белого полусапожка, мешая развернуться и сбежать.

– Если вы попытаетесь расторгнуть контракт досрочно, я подам в суд. В отличие от вас, у меня теперь будет много свободного времени.

Рия охнула. Пожалуй, Хани слишком буквально поняла её слова: «Рано или поздно всё закончится. Поэтому разумнее сосредоточиться на том, КАК это случится, а не КОГДА произойдёт». Незаметно для себя девушка продолжала крепко сжимать плечо Марса, пока случайно не встретилась с айдолом глазами. Она тут же опомнилась, отдёрнула руку и даже спрятала за спину, виновато улыбаясь.

– Ладно. Докажи, что вы достойны трёх месяцев, – поморщился Сиян. Веса в лидере «BonBon» было немного и не особо прибавилось, даже когда она качнулась вперёд, перенося центр тяжести на нужную ногу. – За три дня станьте настолько интересными, чтобы репортёр Мо превратился в вашего сталкера. Три дня. Не успеете, расторгаем контракт по обоюдостороннему согласию на добровольной основе. Вы все этому свидетели.

Он выдернулся свою ступню из-под чужой и требовательным взглядом обвёл притихший зал. «Всех» было не так уж и много. Ли Джихак, Марс, Рия, Сухо и только что вошедший Джонг.

* * *

Девчонок Рие пришлось успокаивать у себя в кабинете, куда совершенно непонятным образом затесался Марс и на вполне законных основаниях – Джонг. Айрин быстро наябедничала ему про сделанную «безвозмездно в нашей студии звукозаписи» аранжировку.

– Он что хотел чтобы мы заплатили? – потрясая кулаком в сторону двери и чуть не столкнув с дивана Шиа, сердито вопросила девушка.

Рия подумала, что, пожалуй, стоит увеличить количество сидячих мест. Марс занял единственное кресло, Джонг пристроился на краю стола, за которым сидела хозяйка кабинета.

– Или считает, что любая творческая деятельность артистов TOP Hit – интеллектуальная собственность агентства, – кивнула своим высказанным вслух мыслям Хани. Сцепив руки в замок, девушка задумчиво глядела в пространство перед собой.

– Онни, что ты задумала? – наклонившись вперёд, чтобы выглянуть из-за Айрин, осторожно спросила Шиа, намекая на неожиданное заявление о намерении занять первое место на музыкальном шоу и распуститься. Все остальные тоже навострили ушки.

– То, что сказала. Сиян прав, наше время ушло. И единственное, что мы можем сделать, ярко вспыхнуть напоследок, – повернув голову сначала в одну сторону, потом в другую, чтобы посмотреть подругам в глаза, подтвердила, что по-прежнему находится в здравом уме Хани.

– Ты им мозги промыла? – шепнул Джонг, наклоняясь к Рие. – Впервые вижу их такими боевыми.

– Мне тоже нравится, что они оживились, – кивнула подозреваемая и оправдалась: – Но это не моя заслуга, а директора Чан.

Джонг перехватил взгляд наблюдающего за ними Марса и нахально поинтересовался:

– Завидно?

Парень смущённо хмыкнул и обратился к Хани:

– Без поддержки агентства будет трудно попасть на музыкальное шоу.

– При должном уровне шумихи они сами нас пригласят, – не слишком уверенно возразила девушка.

– Можете рассчитывать на мою протекцию, как скандального «айдола в маске», – вмешалась Рия. – Кстати, пока вы болтали, я выложила видео. Хотите почитать комментарии?

У стола тут же образовалась куча мала, поэтому его владелица поспешила ретироваться. Джонг, не скрываясь, обнял Рию за талию и пока остальные увлечённо глазели на экран монитора, поведал:

– Я ухожу из «SHAX». Илай в курсе. Сегодня или завтра скажу остальным. Если агентство не встанет в позу, продлю контракт как сольный исполнитель с условием, что у меня будет достаточно свободного времени для творчества и личной жизни. В перспективе я бы стал штатным сотрудником в должности продюсера. Если откажут, уйду в свободное плавание.

– Ты всё просчитал? – обнимая в ответ, тихо спросила девушка.

– Полночи думал, – вздохнул Джонг, утыкаясь ей в волосы.

– Страшно? – дразнящим тоном подначила Рия.

– С тобой нет.

– А без меня значит да? Ничего. Мы распишем самый провальный вариант, оценим перспективы в обе стороны, и ты почувствуешь себя куда увереннее.

– Хватит меня лечить, – рассмеялся парень и легко поцеловал девушку в губы.

– Эй? Вы чего? – Круглыми от изумления глазами на них смотрели все, однако вопрос единолично озвучила Айрин.

– Тсс, это пока секрет, – приложила указательный палец к губам Рия.

– Кажется, я придумала, как привлечь внимание репортёра Мо, – пробормотала Хани и посмотрела на Марса: – Мы можем поговорить наедине?

У «BonBon» есть своя история

Эпилог

…Примерно два года спустя

Последняя неделя сентября стояла сухой, как и предыдущие три. Порядочный дождь случился от силы два раза. Город изнывал от жары, спасаясь лишь ветром, который с трудом, но всё-таки разгонял быстро скапливающийся над мегаполисом смог. Тем не менее большинство жителей даже по ночам предпочитали проветриванию климат-контроль.

Как хорошо, когда раковина расположена у окна. Моешь посуду и любуешься пейзажем: ухоженным парком всего в сотне футов от дома, яркой детской площадкой, беседкой для отдыха, густо увитой плющом, и серебрящимся на солнце фонтаном. Красиво жить не запретишь, особенно если есть такая возможность. Хотя переехали они в дорогой престижный район вовсе не ради статуса или пафоса, а из соображений личной безопасности. Дом был спроектирован таким образом, что в квартиры на первом этаже можно было попасть двумя способами: через общий подъезд и через отдельный вход – прямо с улицы, а из окна кухни вовремя заметить приближающегося к крыльцу гостя.

– Элис, ты снова забыла предупредить, что придёт Тэо, – выключив воду, чуточку раздражённо крикнула дочери Рия.

– Он ненадолго. Я же уезжаю, а, когда вернусь, уедет он, – в гостиную, совмещённую с кухней, ворвался маленький ураган. Элис пыталась на ходу причесаться и одеться, точнее переодеться. Время-то было обеденное, а вставала дочка по примеру матери ни свет ни заря.

– Как назло именно сегодня прыщ вскочил, – пожаловалась она на бегу.

– Стой! Давай застегну платье.

Раздался звонок. Элис вырвалась, бросилась открывать, но вдруг притормозила и повернулась:

– Может, лучше ты? А я причёску доделаю.

– Беда моя… влюблённая, – закатила глаза Рия, охнула, потёрла ноющую поясницу и вразвалочку поплелась к входной двери.

На пороге возникла большая корзина фруктов, укутанная в хрустящий при малейшем касании целлофан и украшенная пышным голубым бантом. Из-под корзины виднелись две худые ноги в узких светлых брюках.

– Ну и зачем? – вместо приветствия и благодарности, ворчливо поинтересовалась молодая женщина.

– Для здоровья. Витаминчики, – выглянул из-за банта Тэо.

– Ты бы пореже сюда в отсутствие Джонга захаживал. Мало ли кто увидит и что подумает.

– Ну-ну, – с сомнением покачал головой парень, переступая порог и скидывая обувку. – Хотя, если вспомнить, что после первой брачной ночи мы проснулись вчетвером в одной кровати, подумать можно всякое.

– Да иди ты… на кухню, – фыркнула на шутника Рия.

– Кстати, где Джонг? Я думал, он дома, – на полдороге оглянулся гость.

– Я тоже думала, что к обеду муж вернётся, а он даже трубку не берёт. Ох! – молодая женщина снова схватилась за поясницу.

– Что с тобой? – заволновался Тэо, поставил корзину на пол и, не зная с какой стороны лучше подступиться, суматошно запрыгал вокруг.

– Нормально всё. Не мельтеши. Тебя Элис заждалась.

– Привет!

Легка на помине. Рия посмотрела на дочку и тут же забыла о боли в спине. Эта шустрая пигалица успела не только тщательно пригладить взлохмаченные в процессе переодевания волосы, но и навести марафет, использовав явно не свою (в основном с ухаживающим эффектом) косметику. Впрочем, макияж был неярким, но заметным. Будто на свидание собралась. Ага, с парнем на двенадцать лет старше себя.

Парень смутился. Тэо знал, что нравится Элис, но полагал, что в более дружеском смысле.

– Ты же не на лице, а на хосте рисовать собиралась, – укоризненно напомнила дочери Рия, скорее для порядка, чем сердясь по-настоящему. – У вас два часа.

Закончив уборку на кухне и угостив нежданного визитёра холодным чаем с мятой и лаймом, молодая женщина опустилась в кресло-качалку – любимое место, особенно в последние месяцы. В поле зрения попала позабытая корзина с фруктами, вызвала на лице ухмылку. Почему именно голубой? В ясновидящие заделался? Они сами ещё не знают. На обследованиях специально просили не говорить.

Рия с Джонгом тянуть не стали, поженились через несколько месяцев, к тому времени любимый уже находился в опале у фанатов. Предсвадебные хлопоты и куча новых проектов, в которых он был задействован в качестве музыкального продюсера (терять настолько разноплановый талант TOP Hit не пожелали), хорошо отвлекали от хейта в сети (С кем ты связался⁈ И зачем связался вообще⁈). «SHAX» не распались, продолжили выступать вчетвером и весьма успешно. Джонг, ощущая вину, несмотря на горячие заверения друзей в обратном, писал для группы хит за хитом, черпая вдохновение в своих новых обстоятельствах.

«Supremes» повезло меньше: после скандала они распустились. Уж слишком крепко их популярность была привязана к образу вечно молодых, сексуальных плохишей. А тут вдруг один из них уже не Мирэй-оппа, а аджосси с десятилетним ребёнком. Кстати, Элис так отца и называла: «аджосси», в то время как к Джонгу обращалась по имени, а то и прозвищу: «Наш Ангел».

Для проведения свадебного торжества на сутки сняли маленький уютный отель, чтобы после банкета гостям не пришлось добираться до дома по обледеневшим к ночи дорогам. Бдительная охрана отгоняла от входа и вылавливала среди обслуживающего персонала ушлых репортёров. Рия и Джонг сами от первого лица провели прямую трансляцию с места события, чтобы унять любопытство нетизенов и СМИ.

На следующее утро новобрачные действительно проснулись в одной кровати с Тэо и Марко. Возможно, будь она шире, Илай с Крисом, живописно раскинувшиеся на полу по обе стороны ложа, тоже бы с удовольствием поместились. А всё потому, что пить надо меньше и не перешагивать порог, обещая проводить лишь до двери.

Рия неохотно поднялась, ещё раз перепроверила собранные вещи, свои и Элис. Дочь на несколько дней переезжала к Юне. Нет, она бы вполне могла остаться дома. В отсутствие Рии они с Джонгом прекрасно присмотрели бы друг за другом, но подруга крабом уцепилась за вскользь предложенный вариант с временным переездом. Элис чудесно ладила с её капризулей-сынишкой, а посторонних людей, даже профессионалов, Юна подпускала в случае крайней необходимости. А тут у них с Юджином будет почти неделя спокойствия и расслабухи.

Улыбнувшись своим мыслям, молодая женщина выпрямилась и окинула квартиру хозяйским взглядом. Невелика, но место хватает. Два этажа. На втором – их с мужем спальня, комната Элис, гардеробная, тренажёрка и детская. На первом – гостиная, совмещённая с кухней и кабинет Джонга – полноценная студия звукозаписи. Всё, что надо, ничего лишнего, как и любила Рия.

– Мам! – на лестнице показалась смущённая Элис. – Там аджосси приехал.

– Зачем?

– Ну… он обещал, только я не знала когда. Он мне краски привёз.

– Какие-то особенные?

Дочка попыталась объяснить, сыпля специфическими терминами и иноземными словечками, как сухими бобами, но в конце концов махнула рукой:

– Они очень дорогие.

– Так чего же ты ждёшь? – вопросительно вздёрнула бровь Рия.

К их дому Мирэй заявлялся редко, встречаясь с Элис на более дальней нейтральной территории, и заваливал дочку подарками, то ли пытаясь искупить вину, то ли попросту не зная, что ещё можно делать с ребёнком-подростком, похожим на тебя настолько, что при всём желании не отвертишься.

Тэк-с… А это ещё что за странные ощущения? Молодая женщина прислушалась к себе, а потом и попросту задрала платье, проверяя. Упс! Кое-кто торопится появится на свет. В художественных фильмах подобные вещи происходят куда более зрелищно и обильно, что и не удивительно, если резко проткнуть наполненный водой шарик, припрятанный под одеждой актрисы. На деле же приходится менять нижнее бельё и вызывать неотложку. Периодические тянущие боли начались с раннего утра, но Рия надеялась, что успеет отправить Элис к Юне и дождаться мужа, чтобы уже вместе с ним ехать в роддом.

Отправив Тэо сообщение, чтобы спускался, молодая женщина несколько раз глубоко вздохнула. Первые роды были тяжёлыми, мучительными, долгими. За двенадцать лет память об этом ничуть не затёрлась. Где Джонг⁈

– Слушай, может спросишь в вашей пацанской беседе, где его черти носят? – сквозь зубы попросила Рия у беспомощно мнущегося в ожидании её приказаний Тэ.

Парень согласно кивнул, искренне обрадовавшись настолько простому заданию, и схватился за телефон. Бедняга… Попал по-крупному, он ещё не ведает, что ждёт впереди.

Попросив вынести вещи на крыльцо, молодая женщина переоделась в более подходящую одежду (роды родами, а жена знаменитости всегда должна хорошо выглядеть), поправила причёску, последний раз оценивающе глянула в зеркало и, мысленно постанывая от непередаваемых ощущений, вышла на улицу. Возле входа стоял чёрный внедорожник. Мирэй и Элис разговаривали внутри, дабы лишний раз не светиться перед соседями. Приблизившись к машине, Рия тактично постучала в окно. Тонированное стекло опустилось, показалось удивлённое её внезапным желанием пообщаться лицо «аджосси». С натуральным цветом волос, разве что слегка оттенённым для блеска, без цветных контактных линз и макияжа, Мирэй действительно стал выглядеть старше – на свой возраст. Просто красивый мужчина, а не смазливый, зачастую привлекательный для обоих полов айдол. Потребность в жёстких диетах отпала, и он довольно быстро заматерел, раздался в плечах, но за фигурой продолжал следить – скорее всего, качался.

– Добрый день. Нужна твоя помощь. Если свободен, отвези Элис к Юне. Я дам адрес. Правда вам придётся подождать часа полтора, пока они с Юджином вернутся от педиатра.

– Без проблем. Отвезу, – чуть помедлив, ответил «аджосси».

– Я бы мог это сделать, – вмешался не в меру инициативный Тэо.

– А ты… – Рия медленно, осторожно повернулась. – Поедешь со мной в качестве опекуна. Таковы правила. Надевай маску. Ох…

Айдол вытянулся лицом, побледнел, но послушно нашарил в кармане привычное маскировочное средство.

– Мам, – высунулась в окно Элис. – Файтинг!

– Может мы тебя отвезём, – с сомнением поглядывая на «опекуна», предложил Мирэй.

– Нет, – Рия поморщилась от очередного спазма. Она с большим трудом подавила желание уцепиться за боковое зеркало и наклониться вперёд. Почему-то казалось, что так будет легче. Схватки, ещё полчаса назад неубедительно вялые и редкие, стремительно набирали обороты. Похоже на то, когда бежишь в туалет и по дороге относительно достойно терпишь, но стоит увидеть заветную дверцу, как позывы становятся просто невыносимыми. – Я уже вызвала неотложку.

Вслед отъезжающему автомобилю молодая женщина смотрела со смешенными чувствами. Но вскоре стало не до размышлений о неисповедимости господних путей. Одна машина сменилась другой, и Рию засыпали вопросами из первичной анкеты госпитализации. Спрашивая, медик по очереди одаривал внимательным взглядом то пациентку, то опекуна, неизменно приводя последнего в полное замешательство.

В разгар допроса пришло сообщение: «Любимая, прости, задержался. Не было возможности предупредить. Еду к тебе». Следом видеозвонок, на который Рия ответила прежде, чем сообразила, что это не муж. Весь экран занимало взволнованное лицо Криса, словно айдол пытался выглянуть из телефона наружу.

«– Привет, Карамелька! Тебе уже сказали, кто родится?»

– Привет. Тэо уверен, что будет мальчик.

– Я? – изумился опекун. Видимо, цвет банта всё-таки не был для него принципиальным.

Осознав это, Рия прыснула со смеху и тут же охнула. Врач, поначалу нахмурившийся, разглядел лицо на экране и сменил гнев на милость:

– Это же Крис из «SHAX»!

– Я вообще-то тоже из «SHAX», – ревниво проворчал макнэ, будто бы поправляя, а на самом деле сдвигая маску к подбородку.

– Да-а-а? – с сомнением протянул мужчина. Его средний возраст не предполагал большого интереса к k-pop. – Моя младшая сестра – фанатка Криса, поэтому я знаю только его.

«– Позаботьтесь о нашей Карамельке, а я передам через неё автограф и подарок для вашей сестры»

, – пообещали из телефона.

– Спасибо, – обрадовался медик, но тут же выразительно постучал указательным пальцем по планшетке, намекая, что надо бы вернуться к делу.

– Нам сейчас некогда, – улыбнулась щедрому собеседнику Рия. – Созвонимся позднее.

«– Хорошо. Тэо, держи меня в курсе»

, – прежде, чем прервать связь, потребовал Крис.

– Ладно, – кисло отозвался неоценённый по достоинству макнэ, но тут опекаемая попросила разрешения взять его за руку и потускневшие было краски жизни вспыхнули с новой силой.

– Дышите медленно и глубоко, – командовал врач. – Как вас учили на курсах подготовки к родам.

«Кто бы ещё туда ходил», – мысленно простонала Рия. Им с Джонгом вечно было некогда.

– Не задерживайте дыхание на вдохе.

Тэо поймал себя на том, что старательно выполняет инструкции и чувствует себя как-то странно, а может дело было в стальной хватке тонких женских пальчиков на правом запястье. Беззвучно пришло сообщение, вибрацией пощекотав ладонь. Парень украдкой глянул. Илай.

«Джонг в больнице. Обострение гастрита. Рие ничего не говори. Приедем, как только сможем».

Ясно. Уже не впервые. Расплата за прошлое: диеты, недосып, депрессия. Джонни всегда был самым чувствительным, в результате пострадал больше всех. Зато сейчас у него жизнь наладилась на зависть остальным. Да и болячка даёт о себе знать редко, но метко.

– Долго ещё? – спросил Тэо, с беспокойством замечая, что на лбу молодой женщины выступила испарина. Неужели настолько больно? – Ай!

Рия, видимо, решила продемонстрировать, насколько, сжав ладонь опекуна и похрустев пальцами. На ближайшие несколько лет она точно отбила у него желание заводить семью и детей. А там, глядишь, дождётся, когда Элис повзрослеет, если девчонка сама к тому времени не сменит вкусы и предпочтения.

Долгожданные больничные стены встретили прохладой, специфическим запахом и суетой. Причём суетился по большей части Марко оказавшийся на месте раньше, чем неотложка.

– Ты-то здесь зачем? – изумилась Рия, когда её усадили в кресло-каталку и она перевела дух после сильного продолжительного спазма.

– О! Это же Марко из «SHAX», – обрадовался обладатель младшей сестры-фанатки.

Тэо закатил глаза и с лёгким раздражением поинтересовался:

– А его-то вы откуда знаете?

– Моя жена обожает все дорамы с участием Марко. По десять раз пересмотрела. Даже ревную иногда. – Эскулап прищурился и пристально глянул на пациентку. – Всю дорогу вспоминал, откуда вас знаю. Ю Рия. Супруга Джонга. Я – большой фанат вашего мужа.

– Серьёзно? – макнэ «SHAX» схватился за голову. – Тогда как насчёт Илая?

– Это который оперу может спеть?

– Пойду, пожалуй.

Тэо с понурым видом развернулся к выходу. До сегодняшнего дня он искренне полагал, что является самым популярным в группе. Рия не знала, плакать ей или смеяться. Хотелось второго, но в силу обстоятельств гораздо лучше получалось первое.

– Ой, больше не могу… рожаю…

* * *

Спустя несколько часов она держала в руках долгожданного карапуза. Через окно во внутренней стене палаты (которое при необходимости можно было задвинуть рулонной шторой) за мамой и малышом наблюдали трое из «SHAX», четвёртый сидел внутри в больничной экипировке. Пятый традиционно пропустил всё самое интересное.

– Беда моя. Почему сразу не сказал? Думаешь, я бы не догадалась? – тихо журила любимого Рия, покачивая притихший после первого кормления «свёрток». – Тоже мне, придумал: ночной эфир на радио.

– Так он и был, только в записи, – пожал плечами муж. – Зато я успел пройти полное обследование. Ничего серьёзного не обнаружили, всё в относительном порядке. Обострение случилось из-за треволнений по поводу приближающихся родов.

– Угу, как же. Словно ты сам рожать собирался, – скептически хмыкнула Рия и неожиданно протянула ребёнка отцу: – На-ка, возьми, положи в колыбельку.

– Я? – не на шутку разволновался Джонг. – Вдруг уроню?

– Только попробуй, – фыркнула молодая женщина, ничуть не беспокоясь по этому поводу. Её намного сильнее тревожила бледность и осунувшийся вид мужа. – Дай мне номер лечащего врача. Поговорю с ним и только тогда успокоюсь.

Новоиспечённый папаша молчал, полностью сосредоточившись на чрезвычайно ответственной миссии. Наблюдатели за дверью быстренько переквалифицировались в болельщиков. Выражения лиц стали солидарно напряжёнными и озабоченными.

Рия взяла телефон, приняла поздравления, ответила на сообщения, закинула в дружеские беседы несколько коротких фраз и дождалась-таки завершения процесса, целиком захватившего внимание мужа.

Джонг продолжал стоять возле кроватки, с улыбкой разглядывая маленькое личико, до сих пор не веря, что крохотное живое существо, которого ещё вчера здесь не было, часть и продолжение его самого. Пока малыш был в мамином животе, он воспринимался как-то иначе. Это ли не счастье? Настоящее счастье, совершенно естественное и предусмотренное самим Создателем, в отличие от многого другого – наносного, насквозь фальшивого, придуманного людьми…

– Иди сюда, – позвала Рия.

Он думал, жена снова потребует номер телефона лечащего врача, но вместо этого она ласково обхватила ладонями лицо и нежно поцеловала. За дверью раздались одобрительные возгласы и аплодисменты. Правда, непродолжительные. Расшумевшихся зрителей шуганул кто-то из медицинского персонала.

– Вместе мы всё преодолеем, – тихо произнесла молодая женщина, запустив пальцы в тёмные волосы мужа.

– Люблю тебя, – Джонг коснулся губ Рии ответным поцелуем и, подмигнув, спросил: – Как назовём сына?..