355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сьюзан Таунсенд » Адриан Моул и оружие массового поражения » Текст книги (страница 6)
Адриан Моул и оружие массового поражения
  • Текст добавлен: 21 октября 2016, 18:17

Текст книги "Адриан Моул и оружие массового поражения"


Автор книги: Сьюзан Таунсенд



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Четверг, 28 ноября

Провел тяжелую ночь в односпальной кровати Маргаритки, на которой она спит с раннего детства. Кровать сделана в виде Золушкиной кареты.

– Ее смастерил плотник, а расписал инвалид-военный, – поделилась Маргаритка.

Проснувшись наутро, я обнаружил, что на моей щеке отпечаталась резная тыква.

Секс был так себе и длился около семи минут.

Пятница, 29 ноября

Занимался сексом с Маргариткой на футоне в Крысиной верфи. Догола раздеваться не стали, поскольку подогрев пола, похоже, не работает.

Суббота, 30 ноября

До Рождества осталось всего три субботы, потому торговля шла вяло. Зевак хватало, а вот покупателей – нет.

По дороге с почты парнишка в вязаной шапочке и, похоже, обкуренный вручил мне листовку. В ней говорилось:

Рэнди Эпплстайн,

Мистер Мотиватор Америки,

проводит семинар в Лестере,

в Садовом зале гостиницы «Грейт Истерн»,

в воскресенье 8 декабря.

Утройте свой оборот.

Добейтесь своих целей в жизни.

Хорошо выглядеть – хорошо чувствовать.

Энергетический завтрак и обед включены.

Возврат денег гарантируется.

Я спросил обкуренного мальца в шапочке с кисточкой, ходил ли он сам на этот семинар. Он ответил утвердительно.

Я вернул листовку со словами:

– Тебе семинар явно не помог. Надеюсь, деньги тебе хотя бы вернули.

В магазин приходили мои родители. Искали самоучители по строительству. Отец чувствовал себя не в своей тарелке. Такое количество книг его нервирует. После школы он сумел осилить только одну книгу – «Чайка по имени Джонатан Ливингстон».

– Ади, у тебя есть что-нибудь про перестройку свинарников? – спросил он.

Я притворился, будто ищу на полках, а потом произнес с иронией, которая от родителей ускользнула:

– Нет, сейчас у нас ничего нет. В последнее время наблюдается бум на книги про свинарники.

Отец явно обрадовался:

– Вот-вот, Джон Прескотт разворошил осиное гнездо, мешавшее застройке на зеленых территориях, и поманил нас туда.

– Куда, в осиное гнездо? – переспросил я.

– Нет, на зеленые территории, где пустуют свинарники, – пояснил отец. – Так что мы на гребне новых тенденций.

Я едва не рассмеялся ему в лицо. Отец и новые тенденции просто несовместимы: он последним в Лестере избавился от клещей.

Мама собрала здоровенную стопку пособий по кирпичной кладке, столярке, электропроводке, водопроводному и канализационному делу и плюхнула ее на прилавок.

Мистер Карлтон-Хейес перевязал книги бечевкой и сделал петлю, чтобы удобнее нести.

– Вам бы не помешало обзавестись парой кресел, мистер Карлтон-Хейес, – посоветовала мама.

К моему величайшему изумлению, он ответил:

– Да, я уже собрался принести парочку из дома.

– А еще так приятно, когда в книжном магазине пахнет кофе, – продолжала мама.

– Вы думаете, миссис Моул?

– Ну конечно! – воскликнула мама. – Если угостить посетителя бесплатной чашечкой кофе, он сочтет себя обязанным что-нибудь купить.

– А как насчет сладкого пирожка, ломтя рождественского «полена» и шоколадного Санта-Клауса для детишек? – насмешливо осведомился я.

Мистер Карлтон-Хейес потер руки:

– Чудесная мысль!

Я представил себе жуткую картину: дурно воспитанные дети размазывают шоколад по нашим бесценным раритетам.

Раз начав, мама уже не в состоянии остановиться.

– Еще можно отремонтировать камин, – она ткнула в заделанный каминный проем, – и украсить витрину рождественской елкой с разноцветными лампочками.

Прикрыв глаза, мама слегка раскачивалась, погрузившись в мечты о всевозможных переустройствах.

Мистер Карлтон-Хейес напоминал смиренную змею, загипнотизированную факиром. Мамина фантазия о возрождении былого Рождества захватила его. Он опять поверг меня в изумление, позволив отцу отодрать лист фанеры, закрывавшей камин. Под фанерой обнаружилась пыльная, закопченная колосниковая решетка, сохранившаяся с тех времен, когда в 1929 году мистер Артур Карлтон-Хейес основал магазин.

Мама с энтузиазмом продолжила лезть не в свое дело – позвонила трубочисту и договорилась, что тот зайдет во вторник прочистить дымоход.

Пока я обслуживал покупателей последнего наплыва, они с мистером Карлтон-Хейесом увлеченно строили планы по обновлению магазина. Я же спрашивал себя, кто будет возить дрова, варить кофе, закупать сладкие пирожки, а потом еще и мыть посуду.

Мама пригласила мистера Карлтон-Хейеса поужинать «в семейном кругу». Он ответил, что с радостью составит нам компанию, но сперва позвонит Лесли. Я шепнул маме про 10-процентную скидку в «Императорском драконе».

Уэйн Вонг насплетничал маме о том, что Пандора провела ночь прошлой субботы на Крысиной верфи, а затем обратился ко мне:

– Хорошо, что ты завязал с этой чокнутой Маргариткой.

Я холодно сообщил, что с Маргариткой я еще не завязал и намерен увидеться с ней сегодня вечером.

– А жаль, – отозвался Уэйн.

Мама, понятное дело, захлопала крыльями:

– Давай ты позвонишь ей прямо сейчас и пригласишь сюда?

Маргаритка репетирует рождественскую пантомиму в «Вертепе», объяснил я, пристально наблюдая за выражением маминого лица. Маме удалось сохранить невозмутимость, зато мистер Карлтон-Хейес, хотя и погруженный в меню, дернул бровью при слове «вертеп».

Отец в ресторанах вечно приходит в состояние повышенного возбуждения, и сегодняшний вечер не был исключением. Он то и дело вскакивал и бросался к аквариуму, чтобы посмотреть на карпов и побарабанить по стеклу.

– Джордж, перестань, – непрерывно одергивала его мама, напоминая заевшую пластинку Джойс Гренфелл.[25]25
  Джойс Гренфелл (1910–1979) – английская актриса, играла в театральном триллере А. Хичкока «Страх сцены» и в комедии «Билет в миллион фунтов стерлингов».


[Закрыть]

Мистер Карлтон-Хейес мастерски управлялся с палочками. Даже Уэйн похвалил его. Мистер К-Х. пробормотал, что одно время жил в Индокитае, но мне показалось, что он не хочет распространяться на эту тему.

Не успели нам подать основное блюдо, а мама уже выдавала рекомендации Уэйну как переделать ресторан. От устаревших мотивов с драконом необходимо отказаться и вместо них украсить стены фотообоями с изображением шкур животных.

За фирменным рождественским блюдом (12,99 фунта с носа) мама допросила меня на предмет моих долгосрочных жизненных планов. Собираюсь ли я снова жениться? По-прежнему ли я мечтаю стать профессиональным писателем? Или же я вижу свое будущее в торговле антикварными и подержанными книгами?

Я сказал, что доволен жизнью и надеюсь еще много лет проработать у мистера Карлтон-Хейеса.

Тот слегка погрустнел:

– Наш скромный магазин еженедельно терпит немалые убытки. В последние годы мы держались на плаву за счет дивидендов от моих акций, но с недавних пор фондовая биржа перестала мне благоволить.

– Мистер Карлтон-Хейес, быть может, нам следует обратиться к консультанту по вопросам бизнеса? – предложил я.

– Но ведь он стоит страшную уйму денег, – возразил тот.

– Под лежачий камень вода не течет, – заметил отец тоном жестокосердного хозяина, который собирается приковать к прядильной машине малыша-подмастерье.

На бумажной салфетке я набросал примерный бизнес-план магазина. Он содержал четыре беспроигрышных пункта:

› Открыть отдел книжных новинок.

› Организовать клуб читателей.

› Купить кофе-машину.

› Поставить стулья.

Занимался с Маргариткой сексом на кровати-карете, как повелел великий и ужасный Майкл Крокус.

December
Воскресенье, 1 декабря

Сегодня утром на Крысиную верфь въехал новый жилец. Когда я спустился за газетами, на парковке стоял мебельный фургон. Лебеди сгрудились у противоположного берега, приставая к удильщику рыбы.

В «Санди таймc» Барри Кент. Интервью под названием «Как я трачу деньги». Барри сказал репортеру Топазу Скроггинсу, что почти все свои огромные доходы тратит на благотворительность, но просит старину Топаза не распространяться писать об этом. Топаз написал: «Надеюсь, он не обвинит меня в предательстве, но, думаю, читатели газеты должны знать, что Барри Кент, вопреки своему имиджу сурового, неуступчивого человека, на самом деле подлинный филантроп, которому и в голову не приходит носиться со своей гениальностью».

Понедельник, 2 декабря

Получил от Пандоры рождественскую открытку с изображением палаты общин, от тети Сюзен – непристойную картинку: снеговик с морковкой в неположенном месте, и письмо от Гленна.

Дорогой nana

Кажится война начинается. Мы тут все время гатовимся к боям в пустыни. Я и сержант Бригхаус сходили к продавцам страительных материалов и заказали десять тон песка с доставкой в день заказа. Сержант Бригхаус сказал что если заказать песок через военных поставщиков его пришлось бы ждать месяца три. А так песок привезли после полудня. Мы высыпали мешки на тренировочном поле, а сержант Бригхаус заставил меня с парнями встать позади кучи, затем включил генератор и песок полетел нам в лицо. Он кричал: «Вы теперь в долбаной пустыне, не доучки сраные».

Потом он заставил нас снять ботинки и насыпать в них песку. Потом мы опять надели ботинки и бегали по тренировочному полю, пока не упарились. Тогда сержант крикнул: «Теперь вы умеете воевать в пустыне».

Мы с моим лучшим другом Робби Стейнфортом познакомились по интернету с двумя девчонками. Они из Бристоля и в воскресенье мы к ним едем. На фотках они классные. Надеюсь они не окажутся беззубыми старухами под пятьдесят. Мне кажется, Робби тебе понравится папа. Он читает много книг и много знает обо всем. А когда я читаю «Сан», он вечно ради смеха ее поджигает.

Всего наилутшего папа

твой сын Гленн

P. S. Нас могут не пустить в отпуск на Рождество но посылки мы получать можем.

К письму прилагалась фотография Гленна и Робби Стейнфорта. Одетые в полевую военную форму они держат приз – толстопузого человечка с дротиком в руке. У Робби застенчивая улыбка. Я и не знал, что бывают солдаты в очках. На обратной стороне Гленн написал: «Мы с Робби вышли в финал полкового состязания сриди пар по игре в дартс и мы выиграли. Парни купили мне одинадцать кружек пива. Папа мне никогда не было так плохо».

Смотрел, как Роуэна Уильямса посвящали в сан архиепископа Кентерберийского. Он чем-то похож на Майкла Крокуса. Руки чесались пройтись по его бороде маникюрными ножничками. Подозреваю, стрижет его жена. Нет, я помню, Иисус носил сандалии, но на дворе-то двадцать первый век! Считается, что у Роуэна светлая голова и мощный интеллект. Ему определенно нравится звук собственного гнусавого голоса. Как если бы Дональд Синден[26]26
  Дональд Синден (р. 1923) – старейший британский театральный актер, прославился в постановках Королевского Шекспировского театра.


[Закрыть]
вдруг заговорил с интонациями Дэвида Бекхэма. И все-таки я желаю ему удачи. Держать ответ за всю англиканскую церковь, наверное, не легче, чем уговаривать оппозиционеров в парламенте голосовать в соответствии с линией партии.

Ответ на письмо Гленна.

Дорогой Гленн,

Мне непонятно, зачем сержант Бригхаус готовит тебя к боям в пустыне. В Ирак тебя наверняка не отправят. Если Саддам откажется сдать оружие массового поражения, обязательно последует период длительных переговоров. Дипломаты все утрясут. В любом случае, ты слишком молод. Тебе всего семнадцать, ты еще совсем ребенок, чтобы воевать. Я абсолютно убежден, сынок, в том, что самая серьезная опасность, которая подстерегает тебя в этом году, – личное знакомство с девушкой, найденной по Интернету.

Желаю вам хорошо провести время, но имей в виду: на шоссе М4 нужно быть осторожным. Грузовики там постоянно виляют прицепами или роняют груз, а микроавтобусы печально известны своей аварийностью. Держись от них подальше.

Каждый год на дорогах Британии погибает тысяча человек, а несметные тысячи получают травмы или даже навсегда остаются инвалидами.

Прошу, никогда больше не пей одиннадцать кружек пива за один присест. Ты подвергаешь страшному удару свой организм, не говоря уж о мочевом пузыре.

Удостоверься, что не забыл презервативы. Помни: свыше половины британских женщин являются носителями болезней, передаваемых половым путем: у 30 % хламидиоз, у 20 % герпес на половых органах, и у неизвестного количества сифилис, от которого твой нос сначала сгниет, а потом и вовсе отвалится.

Тем не менее, сынок, желаю хорошо провести время в Бристоле, а также примите с Робби мои поздравления по случаю победы в дартс.

Целую,

папа.
Вторник, 3 декабря

Не спрашивайте почему, но я представлял себе трубочиста кривоногим мужичком, с ног до головы вымазанным сажей, в шляпе с низкой тульей и с круглыми щетками, перекинутыми через плечо Оказалось, что трубочист носит костюм, рубашку и галстук, хорошо причесан и ногти у него безупречно чистые. Он присобачил к дымоходу мешок и включил пылесос. Через десять минут все было кончено.

– Наверное, вы теперь редко напутствуете молодоженов? – полюбопытствовал я.

Он ответил, что его дед торчал, бывало, около церкви, одетый в традиционный костюм трубочиста, но бросил это занятие после того, как однажды высыпал целый мешок с сажей на белое подвенечное платье с кринолином.

Я предложил ему именоваться не трубочистом, а трубососом. Он почему-то не ухватился за эту идею.

Камин у нас в магазине дико красивый. Колосник обложен старинными красными плитками с тюльпанчиками.

Проводив трубососа, я сбегал на заправку «Бритиш Петролеум», где купил две сетки дров. После чего вновь вышел – за спичками и растопкой. Когда вернулся, мистер Карлтон-Хейес рвал «Гардиан» на полоски и скручивал их в жгуты. Сам удивляюсь, дорогой дневник, но я ужасно растрогался, когда мистер Карлтон-Хейес поднес один из жгутиков «Гардиан» к растопке. Занялся небольшой огонек, и через мгновение поленья уже вовсю плевались искрами и трещали. Мистеру Карлтон-Хейесу пришлось даже затоптать один из вылетевших угольков. Помня о заявлении профсоюзного босса пожарников о том, что забастовка – отличный способ свалить новых лейбористов, я еще раз выскочил из магазина и, перебежав через дорогу, купил в «Дебнемс» каминную решетку.

Чуть позже мы расчистили пространство вокруг камина, передвинув несколько книжных стеллажей. Затем слили британскую политику с американской историей, освободив место для двух кресел.

Огонь сразу принес нам успех. Мальчишка, который зашел поискать книгу про самолеты, чтобы подарить ее отцу на Рождество, восторженно заявил, что в жизни не видел такого настоящего пламени. А когда я сказал, что огонь, которым полыхает дерево, и сравнить нельзя с тем суррогатом, что шипит в газовых каминах, мальчишка выдохнул: «Круто».

Мистер Карлтон-Хейес пожалел, что «сейчас нельзя купить уголь».

– Уголь? А чего это такое? – удивился паренек.

Мистер Карлтон-Хейес терпеливо объяснил, что некогда люди в специальной клетке, болтавшейся на тросе, спускались в недра земли. А спустившись, ползли на карачках по темным туннелям, пока не попадали в забой, где кирками рубили уголь. Уголь – это окаменевшие останки деревьев. Большие куски угля шахтеры бросали на конвейерную ленту и поднимали на поверхность шахты, где их дробили на мелкие кусочки, раскладывали в мешки и доставляли на грузовиках в каждый дом, где имелся камин или кухонная плита, тем самым обеспечивая людей теплом, уютом и горячей пищей.

Парень слушал, приоткрыв рот, и я вспомнил знаменитую картину, на которой старый моряк чинит сеть, рассказывая двум мальчуганам о своих морских приключениях.

– Я правильно понял? – спросил мальчишка. – Вы типа бросали куски черной блестящей фигни в печку и поджигали?

В моем детстве, уточнил я, уголь вытеснили электрические обогреватели, которые представляли собой кирпичи с электрической спиралью, засунутые в металлический кожух.

Глаза паренька стали еще шире.

– Мой отец раньше ими торговал, – добавил я. – Пока его не сократили, как и шахтеров.

– Шахтеров не сократили, Адриан, – поправил меня мистер Карлтон-Хейес, – миссис Тэтчер просто-напросто украла их рабочие места.

– Тэтчер мы еще не проходили, – сообщил мальчишка. – Мы пока на Первой мировой войне.

Я сумел сбыть ему «Книгу о самолетостроении» в подарок его отцу.

Среда, 4 декабря

Новолуние.

3 часа ночи

Не могу заснуть, все думаю о проблемах с деньгами. Неужели придется продать машину?

Четверг, 5 декабря

Получил от Тани Брейтуэйт приглашение на новогоднюю вечеринку. Это маскарад. Мне не по карману взять напрокат изощренный костюм. Но можно нарядиться Усамой бен Ладеном. Для этого нужно лишь несколько простыней, старый халат, пара сандалий и накладная борода.

Пятница, 6 декабря

По утверждению «Дейли мейл», Шери Блэр одержима оккультизмом и не способна решить, выпить ей с утра чаю или кофе, не посоветовавшись предварительно с Сильвией, своим личным медиумом. Миссис Блэр окружила себя гуру и мистиками. Похоже, в доме номер 10 шагу нельзя ступить, чтобы не споткнуться о магические кристаллы и астрологические таблицы.

– Приятно сознавать, что такая эзотерическая женщина замужем за самым влиятельным человеком в Британии, – сказала Маргаритка.

Суббота, 7 декабря

Мы тратим четыре сетки дров в день по цене 3 фунта за сетку.

Весь день на работе я немного нервничал. Дал родителям запасной ключ от моей квартиры – в 11.30 должны прийти из «НТЛ», чтобы подключить меня к 200 телевизионным каналам за 66 фунтов в месяц. Деньги я где-нибудь найду. Человек с моим интеллектом не может оставаться вне контекста мировой культуры.

Вернулся домой с работы и обнаружил, что мама на балконе кормит лебедей круассанами, которые она достала из морозильника. Я уведомил ее, что (а) я не желаю поощрять сходки этих длинношеих хулиганов под моим балконом: (б) замороженные круассаны предназначались для моего личного потребления – я съедаю два каждое утро перед работой. Мама возразила: мол, лебеди – «загадочные существа, обладающие особой властью», с ними надо быть ласковым, иначе они озлобятся и превратят твою жизнь в ад.

Я с порога заметил, что инженер из «НТЛ» побывал-таки в моем доме. Отец смотрел гонки «Формулы-1» в прямом эфире из Аделаиды. Я попросил его убрать звук. Он принялся нажимать кнопки на всех пяти пультах, но в итоге лишь довел громкость до пыточных децибел, от чего у меня завибрировали барабанные перепонки, а сердце едва не выпрыгнуло из груди. Казалось, Михаэль Шумахер форсирует двигатель у меня в комнате.

Я бросился к телевизору, чтобы выключить его кнопкой на передней панели, но никаких видимых глазу кнопок не обнаружил. Шум сделался непереносимым.

– Где инструкция? – прокричала мама.

Не успел я найти нужную страницу, как в дверь сердито забарабанили. Я открыл. На пороге стояла высокая стройная девушка с длинными светлыми волосами, разделенными прямым пробором. На вид она относилась к типу женщин, которые, как выражается мать, «вечно на нервах».

– Звук! – заорала незнакомка.

Голос у нее был надсадный, а руки сжаты в кулаки. Не сомневаюсь, что ее ягодицы под белым спортивным костюмом тоже были крепко сжаты.

Перекрикивая вой машин «Формулы-1», я ответил, что не могу разобраться с пультами. Девушка прошла в комнату, взяла один из пяти пультов и нажала кнопку. Наступила благословенная тишина.

– Простите, но я не выношу шума, – сказала девушка. – Я живу над вами.

Я представился сам, представил родителей. Она пожала нам руки и сообщила, что ее зовут Миа Фокс. Извинившись за беспокойство, я добавил, что в принципе я деликатный сосед. Она сказала, что ей надо вернуться к себе, потому что у нее что-то готовится на плите.

Отец спросил, нельзя ли ему посмотреть конкурс красоты «Мисс мира».

– Спутникового телевидения у нас нет, а Би-би-си этот конкурс игнорирует, – пояснил он.

«Мисс мира» я смотрю с отцом с детства. В те безмятежные дни не было в моей жизни ничего лучше. За час до начала трансляции отец рисовал две одинаковые таблицы, одну себе, одну мне.

Отец научил меня начислять очки за лицо, бюст, ноги, зад и хорошие манеры. Мы выставляли отметки каждой участнице. Это было одно из тех редких занятий, которым мы занимались сообща. Мальчишкой я был для отца сплошным разочарованием. Я не любил футбол, крикет и рыбную ловлю, но он гордился моим умением предсказывать, кто получит корону и прослезится ли от радости ее новая обладательница.

Я поймал по радио Би-би-си и узнал, что победила Мисс Турция. Наверняка в Стамбуле все сейчас с ума сходят.

Ирак представил ООН документы на 12 000 страницах касательно программ вооружения. Так что войны, слава богу, похоже, не будет. Уф.

Воскресенье, 8 декабря

В 8.30 утра позвонила Маргаритка и умолила меня приехать на обед в Биби-на-Уолде. По ее словам, случилось нечто ужасное.

– Почему бы тебе не рассказать по телефону? – предложил я.

Она ответила, что это не телефонный разговор, и заплакала.

Мне хотелось крикнуть: «Да плевать мне на твои катастрофы! Я лучше отгрызу себе руку, чем проеду пятнадцать миль и проведу пять-шесть часов в твоей жуткой семейке, где на меня смотрят с презрением и используют в качестве домработницы!»

Но я удержался и обещал быть точно к гуманистическому гимну, который Майкл Крокус декламирует вместо предобеденной молитвы.

Остановившись у винной лавки, купил бутылку французского розового вина – «Санди таймс» написала, что это сейчас самый модный напиток, особенно если подавать его охлажденным.

Когда я парковался, из дома, по обыкновению, выскочила Маргаритка. Она не походила на женщину, перенесшую ужасное потрясение. Хотя и выглядела вполне ужасно: шальвары, клетчатая рубашка и лента из шотландки на голове. Волосы у нее сально поблескивали, а очки не мешало бы хорошенько протереть. Я не удержался, снял очки с ее носа и протер своим носовым платком.

– Так ты меня любишь? – спросила она.

Я нейтрально кхекнул в ответ и сменил тему:

– Так что случилось?

Маргаритка всхлипнула.

– Мама с папой надумали разводиться. Собрали близких родственников, чтобы обсудить это. Из Лондона приехала Георгина, да и Гортензия здесь.

Она потащила меня к входной двери.

– По-моему, я тут лишний, – возразил я. – Мне лучше уехать, чтобы вы могли спокойно обо всем поговорить в семейном кругу.

– Не уходи, пожалуйста, – взмолилась Маргаритка, – мне так нужна твоя поддержка. И прошу, не обижайся, если Георгина что-нибудь брякнет. Она ведь наполовину мексиканка.

Тут распахнулась входная дверь и Майкл Крокус проревел:

– Входи, входи, мой мальчик. Еда на столе!

Георгина Крокус сидела рядом со мной. От ее духов у меня голова шла кругом. Выглядела она так, будто сошла со страниц глянцевого журнала. Черные волосы собраны в узел и накручены на какую-то штуку, напоминающую кость. Кожа у нее темно-оливковая, а груди подрагивают, точно желе, которое моя бабушка подавала к воскресному чаю. Я не знал, куда глаза девать. Ноги ее были надежно скрыты под столом. Георгина почти столь же красива, как Пандора Брейтуэйт (ну разве что самую чуточку уступает).

– Здравствуйте, Адриан, – сказала она. – Я знаю о вас все, что только можно знать. Маргаритка названивает мне непрерывно.

У нее был низкий голос. Я спросил, не простужена ли она. Георгина рассмеялась, запрокинув голову и открыв восхитительную шею. Мне захотелось впиться в эту шею зубами.

Гортензия сидела напротив меня. Она укротила-таки свои волосы, заплетя их в две длинные толстенные косы, отчего стала похожа на гриммовскую Гретель. Я слегка поежился.

– Георгина курит с тринадцати лет, – неодобрительно заметила она, – поэтому у нее голос, как у моржа в период спаривания.

Вошла Нетта Крокус с соусником, наполненным, как я догадался, вегетарианским соусом. Самым ярким предметом на столе была моя бутылка с розовым вином.

Майкл Крокус встал, выдержал театральную паузу и объявил:

– Возможно, это последняя трапеза, на которую наша семья собралась вместе как единое целое. Мы с Неттой более несовместимы сексуально Вчера вечером моя дорогая супруга сообщила мне, что она намерена пуститься в плотское приключение с Роджером Мидлтоном.

Нетта оглядела дочерей, ожидая реакции. Гортензия и Маргаритка уткнулись взглядами в скатерть.

Георгина потянулась за вином, вытащила из сумочки штопор и сказала:

– Роджер Мидлтон? Это тот чудак с огромным носом, он еще поставляет вам лаванду?

Она вытащила пробку и плеснула вина в мой бокал, прежде чем наполнить свой.

– Роджер Мидлтон почти в два раза моложе тебя, мама, – тихо проговорила Гортензия.

Нетта улыбнулась и поправила отороченный рюшем вырез своей цыганской блузы.

– За все, что выпадет на нашу долю, да возблагодарим Природу, нашу мать! – прорычал Крокус.

Из рук в руки поплыли блюда, на тарелки шлепались странные серо-бурые куски.

Я вспомнил великолепные обеды с жареным мясом, которые устраивала моя бабушка. Нежный жирок с говядины она срезала и подсовывала мне в качестве особого угощения.

Когда у всех на тарелках громоздились неопрятные кучи, Майкл Крокус произнес:

– Предлагаю открыть дебаты. Вопрос в том, следует ли нам с мамой оставаться в браке, пока она гуляет с Роджером Мидлтоном, а я подвергаюсь утехам для одиноких? Либо нам следует развестись, продать дом, лавку и пойти каждый своим путем?

Все промолчали, и Крокус уставился на меня:

– Ну же, родные мои, что вы думаете, а?

Моя тревога росла с каждой минутой. По какой-то необъяснимой причине этот человек обращался со мной так, будто я член семьи.

– Но, папа, – почти прорыдала Маргаритка, – я хочу, чтобы вы с мамой всегда жили в этом доме.

– Магги, дорогая, – сказала Нетта, – тебе не кажется, что ты капельку эгоистична? В один прекрасный день ты выйдешь замуж и покинешь нас, верно? И возможно, этот день не так уж далек?

Теперь все семейство Крокусов уставилось на меня. Я почувствовал, что сейчас тоже зарыдаю.

– Никто на мне никогда не женится, – всхлипнула Маргаритка. – Я такая невзрачная, такая глупая.

И умолкла, явно ожидая возражений.

– Вспомни, что советовал тебе психотерапевт, Магги, – сказала Нетта. – Прежде всего ты должна научиться любить себя.

– И тебе надо раскошелиться на хорошего парикмахера, – вставила Гортензия.

– И на покупку приличной одежды, – добавила Георгина.

Маргаритка уткнулась головой мне в плечо. Ничего не оставалось, как приобнять ее.

Георгина прошептала мне в ухо:

– На твоем месте я бы дала деру, пока не поздно.

Майкл и Нетта Крокус одновременно поднялись и хором возвестили:

– Время обниматься!

После чего заключили Маргаритку в крепкие родительские объятия.

Георгина отвернулась и сунула два пальца в рот.

Не знаю, как я досидел до конца трапезы. Нетта и Майкл Крокус повествовали о своих психосексуальных проблемах с ошарашивающей откровенностью и обстоятельностью. Нам даже пришлось выслушать историю о том, как Нетта ублажила Майкла во время концерта Боба Дилана на острове Уайт.

Наконец Гортензия вскочила и обратилась к родителям:

– Я не в силах дальше выносить эту грязь! Вы двое на всю жизнь внушили мне отвращение к сексу. Я возненавидела вас за то, что вы оба разгуливали по дому голыми и запрещали ставить на двери щеколды.

Обед закончился слезами и взаимными упреками. Майкл Крокус поверх голов рыдающих женщин сказал мне:

– Хорошо, когда семья может откровенно говорить о таких вещах, правда, Адриан?

– Но ведь ничего не решено, – ответил я. – Будет Нетта спать с Роджером Мидлтоном или нет, в конце концов?

– Я приму решение, после того как в полночь схожу к рябине, – сказала Нетта. – Спою под деревом песню про рябину, и, если заухает филин, я стану спать с Роджером в свободном браке. А если филин промолчит, разведусь с папочкой и через суд потребую половину дома и половину лавки.

Затем, к моему ужасу, она затянула песню про рябину:

 
Ой, рябина, ой, рябина.
Ой-ля-ля!
Как мне грустно, как мне грустно.
Ой-ля-ля!
Ой, мужчина, ой, мужчина.
Ой-ля-ля!
Он мой милый голубок
Ой-ля-ля!
С ним я лягу на соломке.
Ой-ля-ля!
Поцелуй подарит мне.
Ой-ля-ля!
Мне остаться или нет?
Ой-ля-ля-ой!
 

Когда она умолкла, Георгина заухала филином, что, по-моему, было довольно жестоко с ее стороны.

Я принялся убирать со стола, но Майкл Крокус остановил меня:

– Нет, пусть женщины займутся посудой. Нас ждет беседа в моем кабинете.

С гораздо большей охотой я разделся бы догола, вымазался в меду и залез в медвежью берлогу зоопарка Уипснейд. Тем не менее я двинулся следом за Крокусом, поскольку всё – всё на свете без исключения! – лучше, чем находиться в компании трех рыдающих женщин.

Крокус сел за письменный стол и прикрыл глаза рукой. Я не знал, остаться ли мне на ногах или сесть в видавшее виды кресло из красного дерева, обтянутое кожей.

– Адриан, мне кажется, я неплохой человек, – наконец заговорил Крокус. – По крайней мере, я пытался сделать жизнь человечества лучше. Десять лет каждые пасхальные выходные под проливным дождем я ходил в Олдермастон.[27]27
  Место, где находится научно-исследовательский центр разработки ядерного оружия. Марши протеста около этого места обычно проводятся в пасхальную неделю.


[Закрыть]
Закупал и устанавливал палатки для женщин в Гринем-Коммон.[28]28
  Поселок, где много лет проводились демонстрации и пикеты женщин против ядерных вооружений.


[Закрыть]
Однажды послал корзину фруктов Нельсону Манделе в тюрьму на остров Роббен. Доставил сотню вегетарианских голубцов шахтерам, стоявшим в пикете в Ноттингеме. Я нес культуру в рабочие клубы и пел там Шуберта, но им больше по нраву сражения в лото. Я горько разочаровался в английском рабочем классе, Адриан. Рабочие предпочли приобретательство искусству, материальные ценности – культуре, а поклонение знаменитостям – здоровой духовности.

Я так мало прошу для себя, Адриан. У меня немного потребностей: овощи и фрукты ежедневно с ломтем доброго хлеба, кувшин домашнего пива и, конечно, книги. Но превыше всего, Адриан, превыше всего для меня всегда была любовь моей семьи. Мне посчастливилось иметь двух замечательных жен и трех дочерей, две из которых меня любят.

Он поднял голову и стукнул кулаком по столу. Чернильницы и перьевые ручки дружно подпрыгнули.

– Я сожалею только об одном. – Теперь он смотрел на меня в упор, точно гипнотизер. – Я страстно мечтал о сыне. И мне кажется, Адриан, я его нашел. У нас с тобой так много общего. Я тоже презираю спорт и плебейскую культуру. И так же, как ты, я обожаю Маргаритку. Адриан, ты тот сын, которого у меня никогда не было. Прошу, скажи, что я могу опереться на тебя в грядущие черные дни.

Он протянул руку. Что мне оставалось делать, дорогой дневник? Только пожать ее. Аудиенция длилась целых четырнадцать минут, за это время я не произнес ни слова.

Понедельник, 9 декабря

Ужасный скандал, в котором замешана миссис Блэр, жена премьер-министра, она же профессиональный юрист. Миссис Блэр доверилась некому Питеру Фостеру прожженному мошеннику, – он вел переговоры от ее имени о покупке двух квартир в Бристоле, на берегу реки, общей стоимостью свыше полумиллиона фунтов.

Фостер разыскивается австралийской полицией за сбыт фальшивых таблеток для похудения. Первого сентября пограничники в аэропорту Лутона задержали прохиндея и объявили, что он будет депортирован в течение двух суток, поскольку его деятельность направлена «на подрыв устоев общества». Мистер Фостер является любовником Кэрол Кэплин, личного гуру и ароматерапевта Шери Блэр.

Странно, почему миссис Блэр не обратилась к риелторам. Знаю, что, судя по опросам общественного мнения, эти люди уступают в популярности даже политикам и журналистам, но в любом случае агент по продаже недвижимости вызывает больше доверия, чем прохиндей-уголовник.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю