Текст книги "Изгнанная жена дракона. Хозяйка лавки «Сладкие булочки» (СИ)"
Автор книги: Светлана Томская
Соавторы: Алена Шашкова
Жанры:
Бытовое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Глава 30
Я просыпаюсь на рассвете, и почти сразу девчонка приносит от молочницы козье молоко. Еще теплое, но я все равно ставлю его рядом с печкой, чтобы сильно не остыло. Я решила, что магией буду пользоваться ограниченно и именно там, где нужна строго определенная температура. А то с непривычки еще какое-нибудь магическое истощение словлю.
Приведя себя в порядок, я сразу же принимаюсь за дела. А их просто немерено!
– Сегодня важный день, Мурик, – шепотом говорю коту, который лениво смотрит на меня и умывается. – Нужно уже открывать пекарню. Хотя бы скромненько, без лишнего пафоса.
“Ну а я-то тут при чем, хозяйка? Мое дело нехитрое. Мурчи да ешь”, – возражает он.
Я с укором смотрю на него, и он перестает умываться, “закатывает глаза” и снисходит:
“Да-да, я понял. Кстати, тебе нужно побыстрее придумать, что там с твоим мужем… А то слухи, знаешь ли, растекаются как река”, – отвечает он и перепрыгивает в кроватку Дэйра.
Какой… поэтически настроенный кот.
– Не накаркай, – шиплю я. – Мне надо подумать, почему он все никак не может присоединиться ко мне.
Вот напрасно Мурик давит на больную мозоль. Отберут пекарню – ему тоже будет негде спать, бока греть и тем более, нечего будет есть.
Я поправляю одеяло на малыше, а потом, внезапно вспомнив про документы, проверяю все ящики комода в спальне.
– Мурик, не поможешь? Где еще можно документы поискать у Фриды?
“Я видел что-то в той комнате, что ты еще не обжила. Да внизу. Больше и негде”, – зевнув, равнодушно отзывается кот.
Проверяю комнатушку, где еще не убиралась, но там вообще все выглядит так, словно туда не заходили больше года. Естественно, там ничего не нахожу. Потом спускаюсь еще раз к комоду в кладовке, где нашла блокнот. Нет ничего.
Блокнот. Он же работает по принципу голосового, точнее, в этом случае печатного помощника. Надо попробовать его спросить. Но сначала задам ему более животрепещущий вопрос: с чего мне начать работу в пекарне, чтобы ее побыстрее и поэффективнее открыть.
Спустя минут двадцать у меня есть бизнес-план, который включает в себя поэтапную выпечку с расчетом необходимых продуктов и трудозатрат. Идеально! И, раз уж господин Франк настолько щедр, есть еще список того, что мне нужно закупить для новых булочек в меню.
Начать надо с небольшого количества караваев хлеба – штук десять для начала, не больше. И то, кто знает, насколько я справлюсь с ними и смогу ли потом еще продать?
А еще сделаю помимо привычных булочек сладкие. Кажется, вчера я видела изюм? Идеально для начала. И посыплю их сверху корицей.
Кажется, я уже чувствую этот аромат, и меня наполняет вдохновение и жажда деятельности. А если все получится как надо, то вторым замесом попробую поставить пироги с начинкой из какого-нибудь варенья.
Невольно бросаю взгляд на дверь, которая все еще заставлена лавкой и… решаю лавку пока не убирать. Потом. Когда буду не одна, возможно.
Прислушиваюсь, но до меня доносятся только звуки ударов ведер о колодец – город начинает просыпаться, хотя даже солнце еще не встало. У всех много забот перед праздником.
Готовлю закваску, отделяя часть на завтрашний день, и дрожжевое тесто для булочек, магией организую нужную температуру, а потом переключаюсь на печь. Ее все равно топить придется: и себе готовить, и Дэйру, да и достаточный жар для выпечки поддерживать будет непросто.
Закидываю в печь последние два полена, спохватываясь, что вчера сын Райты так и не приходил, потому дров и воды так и нет. Придется самой. Ничего, не сломаюсь.
Мои сомнения прерывает стук в дверь. Кажется, я уже начинаю вздрагивать и трястись каждый раз, как это происходит. Да и кому вообще в такую рань может приспичить прийти сюда?
– Доброго утра, нира Летиция, – наглый взгляд Рейкена проходится по мне, отмечая, что я уже не просто встала, но и успела поработать. – Не спится?
– Вам, я вижу тоже? – отзеркаливаю я.
Солнце уже встает над горизонтом и сейчас подсвечивает стоящего на пороге помощника плотника. Высокий, широкоплечий, с топором за поясом и плотницкими инструментами в руках. В его присутствии воздух словно становился тяжелее, наполняясь неуловимым жаром.
Ответом мне служит лукавая улыбка, но взгляд так и остается колким, внимательным.
– Я решил, что моя помощь будет важна с самого утра, – говорит Рейкен, проходя мимо меня внутрь.
От меня не укрывается удивление в глазах, меняющих свой оттенок от глубокого синего до желто-зеленого (Или это всего лишь игра теней?), когда мужчина видит заготовки для выпечки. Я проверяю, что блокнот я хорошенько припрятала в кармане. Не хочу, чтобы о нем кто-то знал.
Возвращаюсь к печи, наклоняюсь за поленом и… снова вспоминаю, что дров-то нет. Собираю оставшиеся щепки и забрасываю в печь. Разочарованно выдыхаю, понимая, что надо идти на улицу.
– Кажется, вам нужна помощь не только плотника? Неужели никто из мужчин-соседей не захотел помочь нире… пока ее мужа нет, – немного небрежно бросает Рейкен, оказываясь прямо за моей спиной.
Резко оборачиваюсь.
– Вы снова за свое? – возмущаюсь я. – Кажется, вы сами вчера признали, что ваши шутки неуместны.
Он примирительно поднимает руки ладонями вверх и складывает весь инструмент рядом с печкой, а потом, хмуро покосившись на лавку, подпирающую дверь в подвал, выходит во двор.
Дейр тихонько начинает хныкать, а Мурик мяукать. Ну почему не позвать нормально, раз уж говорить со мной может. Поднимаюсь наверх. Проверяю Дэйра, переодеваю его и забираю с собой вниз, чтобы покормить и поиграть.
А потом останавливаюсь у окна, выходящего во двор. Снаружи доносится ритмичный звук рубки дров. Рейкен, несмотря на прохладу ранней весны, пробирающую даже под теплым плащом, работает без рубашки. И я невольно рассматриваю, как перекатываются литые мышцы под гладкой, покрытой легким потом кожей.
Движения Рейкена уверенные, выверенные и экономные. Но создается впечатление, что он привык работать не топором, а чем-то, что убивает… Мечом?
"Да-да, любуйся своим плотником, – доносится мурчащий голос Мурика, устроившегося на подоконнике. – Только помни, что ты “замужняя женщина”, как ты вчера так громко заявляла".
Хмыкаю, но замечаю, что Рейкен останавливается и поднимает на нас взгляд. Я резко делаю шаг назад, чтобы скрыться в тени.
– Я просто оценила его профессиональные навыки, – тихо отвечаю я, чувствуя, что краснеют щеки.
"Угу, особенно навык показывать голый торс при колке дров," – фыркает кот.
Наматываю на себя перевязь, в которую сажаю Дэйра, чтобы хоть немного освободить руки, а сама продолжаю заниматься тестом, активно замешивая и формуя.
– Ну вот, нира, принимайте, – Рейкен заходит внутрь, уже одетый, но пышащий жаром и пахнущих морозным воздухом. Он сгружает дрова рядом с печью. – Этого хватит на сегодня, а завтра я сделаю еще. А это что?
Он поднимает вывеску и внимательно рассматривает старую надпись.
– Это… Мне нужна новая вывеска, чтобы все понимали, что пекарня открылась, – отвечаю я, выпутывая пальчики Дэйра из волос и аккуратно касаясь их губами.
– И как назовете? “Пекарня Летиции”? – с легкой издевкой говорит Рейкен.
– Нет, – хмурюсь, чувствуя, что плотник словно пытается подловить меня. – “Сладкие булочки”. Да, Дэйр? Скажи же, что это отличное название. Назову в честь того, что меня вдохновляет.
Рейкен молчит, а когда я перевожу взгляд на него, ловлю в его глазах изрядную долю удивления.
– Оригинально, нира… Что ж… Не обещаю, что сегодня, но завтра я постараюсь сделать для вас новую вывеску. И сам ее повешу, – наконец, говорит он. – Булочки… Надо же.
Рейкен задумчиво откладывает старую вывеску и раскладывает на полу доски, которые еще вчера принес, чтобы приступить к изготовлению нижнего манежа. Движения плотника уверенные и почти гипнотические, а дерево словно само подчиняется его рукам.
Я тоже углубляюсь в работу, радуясь, что Дэйр ведет себя спокойно и с любопытством находит себе занятие, развлекаясь с завязками на платье и моими волосами. Поэтому к десяти утра у меня уже готов и хлеб, и булочки, а я ставлю нову опару, думая о том, что уже пора спускаться в подвал за вареньем.
Достаю из печи готовый хлеб с довольной улыбкой, наслаждаясь тем, какие запахи витают в пекарне. В груди теплится радость и почти твердая уверенность, что все получилось.
В какой-то момент ловлю на себе задумчивый взгляд Рейкена, в глубине которого мелькает что-то, от чего сердце сбивается с ритма.
– Попробуйте, – предлагаю я, отрезав кусок еще горячего хлеба. – Только честно скажите, что думаете. Лесть мне не нужна.
Рейкен берет хлеб и подносит его к лицу, вдохнув аромат. Его ноздри слегка трепещут, словно он пытается уловить каждую ноту запаха.
– Превосходно пахнет, – замечает он, прежде чем откусить кусочек.
Жует медленно, слегка нахмурившись, и, неожиданно для меня тянется за второй порцией. Я с ехидной улыбкой отмечаю его обескураженность, хочу сделать замечание, но раздается стук в дверь, а потом в лавку входит Райта.
– Ох, ты своими ароматами, взбаламутила весь переулок, – улыбается она. – Какая красота!
Восторг в глазах Райты прибавляет мне хорошего настроения, и я протягиваю ей тоже на пробу кусок хлеба. Она одобрительно кивает.
– Райта, не знаешь, где могут храниться копии документов Фриды? Я вообще ничего у нее не нашла. Не может же быть такого!
Соседка поджимает губы и трет лоб.
– Не может, – качает головой. – Дубликаты должны быть в городском архиве в ратуше.
Прекрасно, конечно, но почему у меня нет уверенности, что мэр не подсуетился и не изъял доказательства уплаченных налогов. Однако попытать счастье же можно?
– Пока опара стоит, прямо сейчас сбегай. Чем быстрее, тем лучше, – советует она. – А мы с Дэйром пойдем погуляем, а потом у меня немного поиграем.
– Я закончил манеж, – внезапно вклинивается Рейкен. – Можно малого и со мной оставить.
– Ну уж нет, – я передаю Дэйрона соседке. – Райту хотя бы Дэйр знает. А вы… обещали мне в подполе стеллажи переделать.
Почему-то это не нравится плотнику, но он не спорит. Подхватывает инструмент, сдвигает лавку и скрывается за дверью. Соседка забирает сына, а я, проверив опару и прикрыв хлеб салфеткой, накидываю плащ и выхожу на улицу.
По дороге несколько раз слышу вопрос, продается ли хлеб, и отвечаю, что когда вернусь, можно будет ко мне заглянуть. Дохожу до ратуши обходными путями, избегая широких и людных улиц, а когда собираюсь войти внутрь, замираю на месте.
По каменной лестнице в ратушу поднимается… Ксаррен.
Глава 31
В самый последний момент успеваю спрятаться за колонной портика. От страха, что я едва не попалась, горло сжимается. Дышу тяжело, как будто я всю дорогу бежала.
Что теперь? Самое разумное – вернуться домой и попробовать прийти в другое время.
Но что-то подсказывает мне, что если нужные документы и существуют, то чем дольше я тяну, тем меньше шансов будет их обнаружить. Слишком уж мэр настойчив. И почему-то мне кажется, что едва ли он так рьяно пытался бы завладеть моей пекарней только ради своей зазнобы. Улица не центральная. У девицы с рынка место более людное, чем у меня. Зачем ему пекарня?
На ум не приходит ничего, кроме таинственной двери. По крайней мере, никаких других особенностей, кроме неё… хотя… ещё блокнот Фриды. Это тоже загадочная вещь.
Но для того чтобы его у меня отобрать, сама пекарня не особо нужна.
Итак, что мне сейчас делать? Может, стоит попытать счастья и войти внутрь?
Наблюдаю за непрерывным потоком входящих и выходящих людей. Одета я неброско. Плащ у меня малоприметный. И я ничем не выделяюсь в толпе горожан.
Ратуша большая. В конце концов, сейчас я видела Ксаррена входящим в неё. Едва ли он будет топтаться в холле. Скорее всего, он уже прошёл дальше по своим делам. А в другой день, придя наобум, я могу столкнуться с ним, когда он будет выходить. То есть опасности меньше не будет.
Выждав ещё минуту, я решаюсь. Опускаю капюшон пониже и выскальзываю из-за колонны.
Наваливаюсь на тяжёлую дубовую дверь всем весом. И она весьма неожиданно распахивается. Мне с трудом удаётся не потерять равновесие и не влететь в объятие выходящего мужчины. В первый миг я пугаюсь. С моей везучестью это может быть и сам Ксаррен. Но к счастью, это не он.
Бормочу что-то вроде “простите” и собираюсь уже проскользнуть мимо, но мужчина с воодушевлением восклицает:
– Нира Летиция!
Вот и вся моя маскировка. Мысленно выругавшись, поднимаю голову и выдыхаю с облегчением, узнав мужчину.
– Добрый день, господин Франк.
– Как у вас дела? Вам доставили муку?
– Да, спасибо, и муку и всё остальное.
– И как продвигаются дела? Возможно, вам нужна хорошая прислуга, чтобы успеть открыться к празднику?
Вот ведь въедливый.
Я начинаю нервничать. Не самое лучшее место для беседы у всех на виду.
– Нет, пока справляюсь, – говорю я и спешу добавить, чтобы избежать новых расспросов. – Вы не подскажете, к кому обратиться, чтобы найти копии документов?
– Каких именно? В ратуше много отделов, заведующих документами.
– По уплате налогов, – прямо отвечаю я, понимая, что чем скорее я решу это дело, тем больше шансов и с мужем Алтеи не столкнуться, и нужные документы найти.
Не дают мне покоя слова Райты, что Фрида всегда вовремя платила. А это значит, что мэр может вспомнить о копиях и опередить меня.
И я добавляю:
– Господин мэр заявил, что моя бабушка за прошлый год не уплатила, а я… сомневаюсь.
К счастью, соображает господин Франк быстро. Он хмурится. Наверное, понимает, что при эта неуплата грозит ему потерей вложенных в меня средств.
– Оч-чень интересно. Непременно подскажу и провожу.
И он, придерживая дверь, пропускает меня вперёд.
Мы оказываемся в большом холле с высокими потолками. Прямо напротив входа лестница, ведущая наверх, вправо и влево отходят коридоры. Над первой площадкой во всю стену барельеф с гербом города. Разумеется, в центре дракон с распростёртыми крыльями, выдыхающий пламя. Ну куда ж без дракона. Развелось чешуйчатых.
– Доброго дня, нира. Чем могу служить? – раздаётся справа скрипучий старческий голос.
Вздрогнув, оборачиваюсь и только сейчас замечаю небольшой стол и сидящего за ним пожилого мужчину в тёмной одежде.
– Нира со мной, Стилс, – отрывисто говорит Гилберт Франк.
Привратник с достоинством кивает.
– Идёмте, нира, нам на второй этаж.
Господин Франк пропускает меня вперёд. А я уже не уверена, что приняла правильное решение пойти в ратушу именно сейчас. На нас бросают взгляды другие посетители. Его, видимо, неплохо знают в городе, и то, что он сопровождает небогато одетую девушку, кому-то кажется любопытным. Обмираю от страха, боясь, что увидеть в одном из идущих навстречу Ксаррена.
Тем не менее, добираемся мы до нужного отдела успешно. Под каждой из дверей ждут приёма посетители. Под той, к которой направляемся мы, тоже стоят люди.
Гилберт уверенно толкает дверь, а я торможу под направленными на меня неприязненными взглядами. Не могу я вот так мимо очереди.
Но моего провожатого это не беспокоит.
– Нира Летиция, – зовёт он и, распахнув передо мной дверь, жестом приглашает войти.
В просторной комнате несколько столов. За каждым сидит очень занятый чиновник. Кто-то пишет, кто-то перекладывает бумаги. И ни одного посетителя. То есть люди в коридоре, похоже, ещё долго будут ждать приёма.
Наше появление, однако, замечают. Перестают шуршать бумаги и скрипеть перья.
– О! Господин Франк, – привстаёт со своего места чиновник с толстой цепью на шее. И я догадываюсь, что он тут главный. – Чем мы можем вам помочь?
– Нире Летиции… – Гилберт бросает на меня вопросительный взгляд.
– … Синт, – подсказываю я. – Летиция Синт.
– Так вот, нире Летиции Синт нужны копии документов по уплате налогов за прошлый год её почившей родственницей. Речь идёт о пекарне Фриды.
Чиновник с цепью задумчиво скребёт затылок.
– За прошлый год городская книга хранится в архиве. Чтобы снять копии с нужной страницы, потребуется несколько дней. Но если это так важно…
– Очень важно, – отвечает Гилберт Франк.
– Я отправлю запрос архивариусу завтра утром. Сегодня его нет на месте. Думаю, завтра к вечеру у меня будет вся информация.
Разочарованно вздыхаю. Завтра. И еще неизвестно уплачены ли налоги. Но есть и хорошее. Это не документы, которые можно изъять, а городская книга. Не думаю, что оттуда так просто удалить страницы.
С Гилбертом Франком я прощаюсь в коридоре, поблагодарив за помощь. К счастью, его кто-то отвлекает вопросом, и я спешу смешаться с другими посетителями. Всё-таки Гилберт слишком заметная фигура. А мне нужна незаметность.
И главное, теперь, когда я остаюсь одна в толпе посетителей, я снова могу опустить капюшон пониже.
Становится не так страшно. Но всё же я не спешу расслабляться. Образ Ксаррена по-прежнему перед глазами.
Спускаюсь на первый этаж. Прохожу мимо привратника. На крыльце осторожно оглядываюсь. И неожиданно встречаюсь взглядом с незнакомым мужчиной в сером плаще. Всего одно мгновение, но у меня появляется внутри неприятное ощущение. В глазах незнакомца мне мерещится удивление.
Быстро отвожу взгляд и сбегаю по ступенькам. Прежде чем свернуть за угол, не выдерживаю и оглядываюсь. Лучше бы я этого не делала. Серый плащ спускается по ступеням. Он ведь шёл в здание и вдруг поменял направление. С чего бы? Внутри нарастает паника. Ныряю в переулок и ускоряю шаг. Через три дома вижу небольшое ответвление, ещё более узкая улочка. Сворачиваю туда. Останавливаюсь, чтобы отдышаться. И осторожно выглядываю. Серый плащ, как раз выворачивает из-за угла.
Чёрт! Бросаюсь вперед. Здесь в проулке людей нет, и я практически перехожу на бег.
Только бы не тупик!
Глава 32
– Не хотели бы прогуляться по саду? – протягиваю руку Алтее, удивляясь, насколько милое и хрупкое создание стоит передо мной.
Она стоит у окна, окруженная стайкой девушек на выданье, но при этом держится отдельно от них – холодная, недоступная, словно изваяние из мрамора. Длинные тёмные волосы уложены в строгую, но изысканную причёску, оттеняющую бледность её фарфоровой кожи. Платье цвета морской волны, безупречное по крою, подчёркивающее тонкую талию и изящный стан.
Алтея прекрасна, как дорогая кукла: идеальные черты лица, безукоризненные манеры, и глаза… пустые, ничего не выражающие глаза.
– Если вы желаете, ваша светлость, – отвечает она бесцветным голосом, с наигранным смущением отводя глаза.
Она вкладывает пальцы в тонких кружевных перчатках в мою ладонь и так и не поднимает взгляда. Алтея послушно следует за мной, как и полагается невесте дракона.
В Храме сказали, что у нее одна из сильнейших Искр последнего времени. Конечно, с той, что досталась Тардену, не сравнится, но там и история совсем иная. Мне остается только завидовать.
– Как вам вечер? – пытаюсь я как-то завести разговор со своей будущей женой.
– Вы прекрасный хозяин, – отвечает она. – Украшение зала, угощения, музыка… Почти как в столице.
«О чем она, Ксар?» – хмуро рычит Гаррат.
Стараюсь не выдать своего удивления.
– Благодарю, нира Алтея, – произношу я. – Но я больше спрашивал про вечерние ароматы и блеск звезд.
А не про танцы и бессмысленные светские разговоры.
– А… – она оглядывается, как будто впервые замечает сизые очертания деревьев, треск сверчков и пение птиц. – Да… Прекрасно.
«Оболочка без души», – Гаррат странно фыркает и замолкает надолго.
Я не настолько наивен, чтобы искать любовь там, где ее практически невозможно встретить. Мне нужна жена, которая сможет подарить мне наследника и будет достойно играть роль моей жены. Не более.
Но Гаррат – другое дело. Обычно он всегда как-то участвует в выборе женщины. Романтик. Тем более он мне нужен сейчас, ведь ей рожать сына с моим Даром. Но…
Я отмахиваюсь от его реакции. Рассказываю Алтее о том, как отец основал город, как тот разросся от небольшой деревушки около нашего дворца, о традициях нашего рода. В общем-то, ничего существенного, но моей невесте стоило бы об этом знать.
Девушка же проявляет какие-то эмоции только тогда, когда я рассказываю о планах по расширению дворца и званых вечерах, которые ежегодно проводятся у меня.
– Тебе не скучно со мной, Алтея? – внезапно спрашиваю я, остановившись у фонтана.
Она смотрит на меня так, словно не поняла вопроса.
– Почему вы спрашиваете, ваша светлость? Я что-то делаю не так?
– Нет, все… прекрасно.
– Если что-то не так, вы скажите! Я понимаю, что должна соответствовать вам, – она останавливается и говорит это абсолютно серьёзно.
– Всё в порядке, – я предлагаю ей руку, чтобы продолжить прогулку. – Просто подумал.
Поток воспоминаний прерывает звук открывающейся двери, и в кабинет с дуновением ветра вплывает ядреная смесь запаха пота и приторного одеколона. Только после этого появляется мэр Соргота. Он низко кланяется, входя в свой кабинет, проходит за стол и, дождавшись, когда я займу кресло напротив, садится.
– Для меня большая честь, ваша светлость, – лебезит мэр, растягивая губы в учтивой улыбке, – что вы решили почтить меня своим вниманием. Чем могу служить?
Я наблюдаю за ним с интересом: прекрасно знаю, что такие люди – двуличные твари. Я давно присматривался к тому, чтобы убрать его, но местная знать его странным образом поддерживала.
Не использую Дар, но присматриваюсь к мелким деталям: как он держит руки, куда направляет взгляд, как контролирует дыхание. Мэр явно нервничает, вон, даже вспотел.
Бисеринки пота собираются на висках, а пальцы начинают подрагивать, но мэр все же берет себя в руки.
– Соргот и все его жители к вашим услугам, – произносит он.
– Отлично, – я откидываюсь в кресле, не спуская глаз с его лица. – Есть один момент. Кажется, я слишком давно не интересовался делами города. Пришло время это исправить.
– Всё в полном порядке, ваша светлость, – поспешно заверяет меня Форт, прежде чем я успеваю продолжить. – Налоги собираются своевременно, казна пополняется…
«Он лжёт», – внезапно вклинивается Гаррат, хотя обычно не вмешивается в подобные разговоры.
– Я бы хотел лично ознакомиться со всеми отчётами, – перебиваю я мэра. – Финансовыми, налоговыми, торговыми – всеми, которые есть в наличии с прошлого года.
Мэр замирает, и на мгновение на его лице промелькивает что-то, похожее на страх. Но он быстро справляется с собой.
– Конечно, ваша светлость, – его голос звучит уже не так уверенно. – Все отчёты будут подготовлены к завтрашнему дню.
– Сегодня. К закату, – отрезаю я. – Включая отчёты о специальных сборах и пожертвованиях.
Мэр нервно сглатывает.
– Но это…
– Невозможно? У вас проблемы с документацией? – поднимаю бровь.
– Нет, но там может быть не совсем прозрачно…
– Не беспокойтесь, – я позволю себе лёгкую улыбку. – Мои люди помогут разобраться. Я планирую основательно изучить, куда уходят деньги моих подданных.
«Спроси про пекарню, – неожиданно настойчиво требует Гаррат. – Сейчас же!»
Я даже почти не удивляюсь такому внезапному интересу дракона к выпечке. То, что сегодня давали на завтрак…
– И… еще. Распорядитесь доставлять в мой особняк лучший хлеб в Сорготе. А не то… нечто, что присылали мне.
Мэр бледнеет и начинает юлить.
– В Сорготе несколько хороших пекарен, – произносит он осторожно, слишком осторожно. – Могу порекомендовать пекарню на Рыночной площади…
«Наш хлеб оттуда. Но ты же знаешь, что нам нужна другая», – рычит Гаррат.
– А как насчёт пекарни… – я делаю вид, что вспоминаю, – Кажется, её держала пожилая женщина? Или я путаю?
Рука мэра, лежавшая на подлокотнике, дрожит.
– Я рад, что мы поняли друг друга.
