Текст книги "Тайное зеркало (СИ)"
Автор книги: Светлана Михайленко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
– Избавиться конечно можно, но это же бесценный артефакт…
– Настолько бесценный, что владеть им опасно для жизни, – парировал Гарри, – тем более, что власть, сосредоточенная в одних руках, страшный соблазн. Мне бы не хотелось, чтобы мои потомки вдруг поддались ему. Так что…
Гарри замолчал, предоставляя Златокрылу самому додумать эту мысль.
– Значит, уничтожить, – пробормотал он себе под нос. – Ну, что ж. Уничтожить ее не так уж и сложно. И, если вы уверены в своем решении, то можно проделать это прямо сейчас. Банк готов предоставить вам место и способ.
Гоблин не лукавил ни секунды, они уже давно мечтали избавиться от шкатулки, но последнее слово оставалось за владельцем. Тем неожиданнее для него стало твердое решение Гарри. Они вышли из кабинета и, пройдя по коридорам, оказались около вагонетки. Гарри и Северус заняли места, а Златокрыл, вызвав Златохвата, уселся напротив. Сначала, они заехали в сейф Гарри, и тот откопал шкатулку под грудой золота, будто специально наваленного на нее. Поттер забрался обратно в тележку и они поехали дальше. Гарри никогда не думал, что подземелья Гринготтса такие огромные. Многие километры головокружительных рельс были проложены глубоко под землей; пещеры, в которых не видно сводов, и только гигантские сталактиты свисали вниз; сейфовые двери проносились мимо них, поражая воображение своими формами, казалось (а на самом деле так и было), что принадлежали они отнюдь не людям. А потом Гарри увидел красноватый свет, исходящий снизу, пахнуло серой, словно они достигли самого Ада. Рельсы повисли в воздухе над пропастью, и Гарри, глянув вниз, увидел глубоко под собой бурлящую лаву, выплевывающую огненные капли вместе с серными испарениями.
– Если вы и правда решили избавиться от нее, – Златокрыл кивнул на шкатулку, которую Гарри держал в руках мертвой хваткой, – то это место просто идеально.
Гарри кивнул, в последний раз провел пальцами по резным бокам, посмотрел на мужа, получив одобрительную улыбку, и кинул ее вниз. Она падала нереально долго, словно в замедленной съемке. Открывшись за мгновение до падения, она показала золоченое нутро с яркой светящейся точкой в середине. Коснувшись раскаленной лавы, она вспыхнула, выстрелив фиолетовым лучом вверх, который осветил мрачный свод пещеры, и сгорела в один момент.
– Ну, вот и все, – выдохнул Гарри и опустился на сиденье, прижавшись к Северусу.
– Ты молодец, все правильно сделал, – Снейп взъерошил волосы, приласкав попутно шею.
– Правда? – Гарри поднял лицо и посмотрел в черные глаза.
– Правда, Гарри, – Северус легонько чмокнул его в нос.
Домой они вернулись поздно ночью.
Суббота. Этот день Гарри ждал с замиранием сердца, ведь именно сегодня он поставит точку в… А в чем? Если задуматься, то в его жизни это будет, естественно, не точка, а одна из многих и многих запятых. Он перешагнет через нее и пойдет дальше. Но он сможет подвести черту под многими делами.
Во-первых, закончится войнушка с Волдемортом. Конечно, Лорд Гонт не перестанет добиваться своих целей, но, по тем договоренностям, что они достигли в их прошлую встречу, и по тем документам, что Северус носил между ними и которые они подписали и заверили, добиваться будет чисто политическими методами. Да и цели его Гарри теперь поддерживал, понимая, что правление ленивых, глупых и алчных магов довело магическую Британию до края, и кому-то нужно наводить порядок. Так почему бы не аристократии под предводительством бывшего Темного Лорда.
Во-вторых, эра великого и светлого волшебника Дамблдора подойдет к своему логическому концу. Волшебный мир, что шел за его «светлыми идеями» наконец-то узнает – кому доверил управлять собой. Гарри надеялся, что падение этого «колосса на глиняных ногах» пройдет как можно более безболезненно для всех.
Ну и в-третьих – МЕСТЬ. Пусть кто-то считает, что такое чувство недостойно приличного человека, пусть осуждают, но Гарри уже решил, как он накажет своих родственничков. В то время, пока он сидел в чулане голодный, избитый, несчастный, когда он мечтал о родителях, эти самые родители, два отца – биологический и крестный, жили в свое удовольствие. Конечно, можно было вспомнить, что Сириус сидел в Азкабане двенадцать лет, но Гарри в это уже не верил. Он теперь не верил ничему из того, что рассказывал ему Дамблдор.
– Гарри, – Колин Криви подал записку лежащему на своей кровати Поттеру, – это тебе от директора.
«Началось», – подумал Гарри и предвкушающе улыбнулся. В записке было приглашение от Дамблдора. Он положил в карман мантии коробочку с кольцом, накинул выходную мантию и отправился в директорский кабинет.
– Мой мальчик, – Альбус улыбнулся, приветствуя Поттера.
У него было просто великолепное настроение. Сегодня должно произойти эпохальное событие, которого он ждал не один десяток лет. Сначала он надеялся, что заветную шкатулочку ему принесет на блюдечке с золотой каемочкой Джеймс Поттер, но… это проклятое «НО». Карлус Поттер – отец Джеймса – шестым-седьмым-восьмым чувством заподозрил неладное, и лишил непутевого наследничка даже самой малой возможности подойти к сейфам. Джеймс мог жить в домах принадлежавших семье, мог пользоваться деньгами – небольшим их количеством – беря их из бездонного кошелька, но не мог брать и пользоваться артефактами Поттеров. Единственное, что ему досталось – мантия-невидимка, но ни продать, ни подарить он ее не мог. Мог дать попользоваться, но не больше. И вот сегодня у Альбуса будет стопроцентная возможность заполучить ВЛАСТЬ.
– Здравствуйте, директор. Вызывали?
– Да, Гарри, я хотел тебе сказать, что все готово, и вы с мисс Уизли сможете заключить помолвку сегодня после обеда в старом классе астрономии.
– Спасибо, – Гарри старательно изображал радость вперемешку с благодарностью. – Тогда я сразу после обеда приду туда с Джинни.
– Я буду ждать, мой мальчик, – довольно улыбнулся Дамблдор и отпустил Поттера.
Гарри, накинув мантию невидимку, мчался в подземелья. Нужно было обговорить с Северусом последние дополнения к плану и открыть Тайную Комнату в классе зельеварения. Он влетел в класс и тут же попал в привычные объятия. Снейп, хоть и не видел его, но ощущал всем телом. Связь их, как пары, постепенно усиливалась.
– Тише, отдышись, – он стянул мантию с юноши и прижал его к себе, поглаживая по спине. – Что-то случилось?
– Ага, – кивнул Гарри, с трудом выравнивая дыхание, – я был у директора.
– И-и-и?
– Сегодня после обеда в старом классе астрономии, – ответил Гарри, выпутываясь из рук и усаживаясь на стул.
– Кольцо у тебя? – Северус подал Поттеру стакан воды.
– У меня, – кивнул Поттер, – нужно еще дверь открыть.
Гарри махнул рукой вглубь класса.
– Ты не боишься оставлять ее открытой? – Северус скептически поднял бровь.
– Не боюсь, – Гарри был совершенно уверен в своем муже, – после того, как Гонт и Малфой зайдут в класс просто захлопни ее.
– Но Лорд же змееуст, – Северус не хотел подводить своего мальчика.
– Да он даже не поймет – где он был, и как сюда попал, – отмахнулся Гарри, – да и даже если узнает, так там нет ничего ценного, я проверял.
– А василиск?
– А что василиск, вот закончится все, потом заберешь. Не думаю, что у Гонта будет время после падения Дамблдора – ему в Министерстве сидеть придется. Ну все, я побежал, – Гарри встал со стула и обратно накинул мантию, оставляя на виду только голову, – мне еще Гермиону с Роном подготовить нужно.
Гарри подошел к двери, шепнул пароль и вставил в проем стул, чтобы она случайно не захлопнулась.
– Будь осторожнее, – Северус поцеловал Гарри и крепко его к себе прижал.
– Все будет хорошо, обещаю, – успокоил он мужа и умчался к друзьям.
– Джинни, – Гарри взял девушку за руку, – ты не сходишь со мной кое-куда?
– Зачем? – Уизли хлопнула густо накрашенными ресницами.
– Ну, я же обещал тебе сюрприз… – Гарри покраснел и опустил глаза.
Они вышли из Большого зала, Джинни держала Гарри под локоть, а Поттер встретился взглядом с Северусом, кивнув ему. До приготовленного Дамблдором места идти было достаточно далеко, к тому же Гарри не торопился, ведя Джиневру прогулочным шагом. Этим он давал Снейпу запас времени, чтобы тот успел привести Гонта и Малфоя в школу.
Прямо перед дверьми класса Гарри остановился и развернул девушку к себе лицом.
– Джинни, – Гарри решил сделать последнюю попытку и дать ей все отменить (гриффиндорство в заднице заиграло), – ты мне очень дорога, и я не хотел бы, чтобы между нами были недомолвки. Если тебе есть что мне сказать, то сейчас самое время.
– Я люблю тебя?.. – Уизли не понимала, чего хочет от нее Гарри и сказала то, что, по ее мнению, Поттер хотел услышать.
Он тяжело вздохнул, через силу улыбнулся ей и открыл двери класса. Ебтвоюмать!!! Гарри казалось, что он вдруг попал в гардеробную комнату Дамблдора, и его мантии страшных расцветок решили на него напасть. Директор видимо украсил комнату на свой вкус, но для Гарри это было форменной пыткой. Цветы – ослепительно-белые, пронзительно-желтые, ярко-оранжевые, кричаще-розовые, ядрено-синие, пошло-красные, ядовито-фиолетовые – были настоящим кошмаром для глаз. Но самым ужасным был запах! Это была натуральная катастрофа. Гарри задыхался в удушливом аромате всех этих цветов. Вытащив палочку он незаметно наколдовал себе головной пузырь и тут же вздохнул с облегчением.
– Дети мои! – радостно встречал их Дамблдор, которому, видимо, не мешал этот взрыв красок и запахов. – Проходите, не стойте в дверях.
– Гарри! – Джинни великолепно играла роль смущенной и ничего не понимающей. – Почему здесь директор?
– Я все объясню, – пробормотал Гарри.
– Джинни, девочка моя, – вступил Дамблдор, – Гарри решил сделать…
– Директор!!! – Поттер гневно оборвал Дамблдора. – Я сам!
Он опустился на одно колено, вытащил из кармана коробочку с колечком и посмотрел на девушку, видя триумф в ее глазах.
– Джинни, окажи мне честь стать моей женой, – произнес он и достал колечко из коробочки.
– Гарри! – воскликнула Джинни, не отрываясь, глядя на кольцо, а не на жениха. Вытянула руку, оттопырив палец и почти взвизгнула. – Я согласна! Да!
Гарри надел колечко на палец, прижав напоследок камень на нем.
– А теперь, ритуал, – Дамблдор пустил скупую слезу от радости, но не за «молодых», а за то, что его многолетний план подходит к своему завершению.
– Джиневра, сначала ты, – слава Мерлину, девчонка уже давно выучила положенные слова.
– Я, Джиневра Молли Уизли, призываю Магию в свидетели, – Гарри наблюдал за Джинни, как и Дамблдор, поэтому они не заметили, как двери открылись и в класс вошли пятеро волшебников – Гонт, Малфой, Рон, Гермиона и, естественно, Снейп. Они вошли именно в тот момент, когда Джинни споткнулась на полуслове и, обведя комнату пустым взглядом, вдруг начала говорить совсем не то, что было нужно.
– Никогда в жизни не выйду замуж за такого тюфяка и рохлю, как ты Поттер! – голос сорвался на визг, и как никогда в этот момент она стала похожа на свою мать.
Дамблдор хотел было вмешаться, но пять Ступефаев полетели в него одномоментно, помешав вмешаться. А Джинни, в крови которой гуляла убойная доза Веритасерума, продолжила свой монолог:
– Что думаешь, Поттер, ты мне нужен, что ли?! Да у меня куча парней, которые спят со мной, еще и деньги, и подарки дают! А ты мне нужен только, чтобы стать Леди, поэтому директор мне тебя и обещал! Ты никчемный, ведомый, импотент к тому же! Ведь кто нормальный откажется от моего тела!
Снейпу вдруг очень сильно надоел этот словесный понос, и он метнул Силенцио в девчонку. Она продолжала открывать рот в попытках досказать свою мысль, но безрезультатно.
– Джинни, Джинни, – Гарри подошел к ней, – а ведь я считал тебя своей младшей сестренкой когда-то.
Рон Уизли цветом лица сравнялся с волосами. Он, конечно, был в курсе происходящего, но все-таки не ожидал от своей сестры такого. Гарри отошел от нее к своему мужу, и впервые прилюдно обнял его, ища поддержки. Северус обхватил своего мальчика, прижимая его к себе. Снейпу было ужасно обидно, что Гарри приходится переживать такие моменты. Что в его шестнадцать лет он видел больше предательств и горя, чем обычный человек за всю свою жизнь.
– Ты сделал все правильно, – шепнул он ему на ушко.
В это момент в коридоре послышался шум, а потом пронзительный голос Молли Уизли и тихий бубнеж Артура.
– Это еще не конец, – хохотнул Лорд Гонт и отправился к Дамблдору.
Комментарий к глава 19 Извините, что не отвечала на комменты, у меня уважительная причина – я уехала к морю за хорошим настроением))) Вернусь загорелая и с кучей новых идей. Всех люблю, приятного прочтения)))
====== глава 20 ======
Драко Малфой, по общему признанию, был немного трусоват. Да он и не стыдился этого, без всякого стеснения прячась за своими шкафоподобными телохранителями – Креббом и Гойлом, зная, что в их трио за физическую силу отвечают они. Но Драко Малфой всегда был очень умным, и этого у него было не отнять. Не зря же он считался одним из лучших учеников Хогвартса.
После памятной «галлюцинации» – декан, целующий Поттера – Драко начал за ними наблюдать, не веря, что воображение могло сыграть с ним такую злую шутку. И решил посмотреть на взаимоотношения Снейпа и Поттера, так сказать, непредвзято, и эти наблюдения дали свои результаты. И как он раньше не заметил, что крестный кидает в сторону очкарика взгляды не ненависти, а жгучего желания?! И ладно Снейп, вполне могло случиться так, что Поттер привлек его внимание, мало ли, кто какими извращениями страдает, но Потти!!! Этот мелкий и наглый недолев отвечал не менее страстными взглядами, поедая декана Слизерина голодным зеленым взглядом. Драко понял, что он ничего не понял, и устроил слежку.
Конечно, Малфой прекрасно понимал, что следить за крестным и не привлечь его внимание к себе – было за гранью доступного, так же, как и за неуловимым Золотым мальчиком, который словно мог растворяться в воздухе. Но! Но в Большом зале и на уроках это можно было делать незаметно, и Драко этим пользовался вовсю. На уроках Снейп делал вид, что Поттер грязь под его ногами, а тот привычно огрызался и краснел от злости, но Драко видел ПРАВДУ!!! Правду, которая была проста, как кнат – крестный подначивал героя, и, если вслушаться в слова, скорее шутил, чем оскорблял, а Поттер краснел совсем не от злости, а от сдерживаемого смеха. И таких мелких изменений было очень много, но для остальных они остались незаметны кроме, пожалуй, рыжего Уизли и всезнайки Грейнджер. Выскочка перестала шипеть на Поттера, когда тот препирался со Снейпом, а Уизел не встревал со своими дурными выкриками.
И вот сегодня! Заметить странно-спокойный взгляд крестного, когда Поттер под ручку выводил эту шалаву Уизли было не сложно, сложнее было понять его. Отец рассказывал, когда Драко интересовался, почему крестный один, что тот страшный собственник и ревнивец, и мало кто сможет терпеть его закидоны. А сейчас спокойно наблюдает за практически изменой Поттера?! Да не может этого быть! Но после многозначительных переглядываний Поттера со Снейпом, Драко со всей ясностью понял, что затевается что-то интересное, причем с полного одобрения и при поддержке крестного. Что-то, что Драко просто обязан был увидеть собственными глазами.
Сразу, как только парочка гриффиндорцев вышла из Большого зала, Снейп сорвался с места и полетел в подземелья. Оставить эту тайну не раскрытой Драко не позволила гордость, а вернее глупость и хорошо скрытое, но немного воспалившееся гриффиндорство. Рассудив, что крестный не зря помчался в подземелья, Драко решил, что гнаться за двумя верх глупости – ни одного не догонишь и ничего не узнаешь! Поэтому он последовал за Поттером и Уизли, справедливо полагая, что Снейп сам найдет их. Приказав Креббу и Гойлу идти в слизеринскую гостиную, Драко, выйдя в другие двери, помчался догонять Поттера.
Гарри шел очень медленно, выгуливая рыжую по коридорам Хогвартса. Они упорно поднимались наверх, и Драко, прячась в каждой подвернувшейся на пути нише, неотрывно следил за ними. Поттер остановился около дверей в заброшенный класс и что-то тихо сказал Уизли. Та тоже что-то ответила, но сказанное не понравилось Поттеру, потому что он слегка скривился, а потом завел ее в класс. Драко подбирался все ближе и ближе, желая хоть одним глазком заглянуть туда, когда услышал быстрые шаги и непередаваемое постукивание отцовской трости по каменному полу, которое Драко мог узнать из тысячи других звуков. Он едва успел затаиться за доспехами, как мимо него быстро прошли трое волшебников – отец, крестный и какой-то незнакомый мужчина. Они остановились перед дверьми, прислушиваясь к происходящему. Тут еще двое промчались мимо убежища Драко и присоединились к мужчинам – Уизел и Грейнджер, причем все спокойно поздоровались и, теперь уже вместе, вошли в класс.
Любопытство – это слабый отголосок того, что испытывал Драко! Что могло там происходить, что появился его отец? А грифы?! Драко снова начал потихоньку пробираться к двери, когда вновь услышал шаги и дурные вопли на весь Хогвартс. Помянув Мерлина недобрым словом, Малфой опять нырнул за доспехи.
На этот раз по коридору неслась мамаша Уизли, таща за руку, как на буксире, своего мужа. Спустя пару мгновений они скрылись за дверьми все того же класса. Плюнув на конспирацию, Малфой рванул к дверям, клятвенно себе обещая, что именно он будет следующим, кто войдет туда, и остановит его только Авада! Дверь легко поддалась под его рукой и он скользнул в комнату.
Увиденное повергло его в шок. Самое жуткое – убранство класса. Это был тихий ужас, который постепенно исчезал под взмахами палочки Снейпа, рядом с которым стоял Поттер. Драко на секунду представил себе, что застал бы ЭТО во всем его «великолепии» и передернулся. Его отец тоже махал палочкой, очищая воздух от сшибающего с ног аромата цветов, из-за которого слезы наворачивались на глаза. Третий, неопознанный Драко волшебник, устраивал на стульях трех связанных человек – Дамблдора и двух представительниц клана Уизли, одна из которых – Джиневра – неприятным голосом что-то вещала – Северус снял с нее Силенцио, чтобы Артур услышал ее и понял, что здесь происходит.
– Я должна стать леди Поттер, а когда этот задохлик сдохнет, то все его деньги станут моими. Мама мне обещала, что я стану леди, и директор тоже. Я даже зелье этому недоумку подливала, чтобы он слушался только меня. Гарри, немедленно развяжи меня, я приказываю! Я должна стать леди, чтобы быть, как Малфой. Я буду леди Поттер! – она повторяла одну и ту же мысль, но в разных вариациях, попутно сдавая своих подельников.
Артур Уизли сидел, опершись о стену, закрыв лицо руками, не веря, что его жена и дочь могли совершить подобное. Рональд сидел рядом на корточках, положив руку на плечо отца. Грейнджер с брезгливостью рассматривала связанных волшебников.
– Малфой, а ты что тут делаешь? – Поттер первым заметил незапланированного гостя, вывернувшись из-под руки Снейпа.
– Я… я… я ищу отца, – нашелся Малфой-младший, во все глаза глядя, как крестный обратно притягивает гриффиндорца к себе.
– Пусть остается, – махнул на него Северус, зная, что выгнать дорвавшегося до тайны Драко можно только с диким скандалом. – Встань там и не мешайся.
Драко уселся на указанный подоконник и приготовился смотреть – концерт обещал быть захватывающим. Пару минут спустя к нему присоединилась гриффиндорка.
– Малфой, – поприветствовала его она.
– Грейнджер, – вежливо ответил Драко, понимая, что хамить в этой ситуации не стоит.
Дамблдор бился в волшебных путах, как рыба в сетях, но безрезультатно. Рядом с ним сидела уже совершенно выпавшая из реальности и что-то бормочущая Джиневра, а чуть дальше под мощным Силенцио – Молли Уизли.
– Мой Лорд, – поклонился Снейп, предлагая незнакомому Драко мужчине первому приступить к допросу.
– Я думаю, – ответил тот, – что пусть сначала мистер Уизли разберется со своими женщинами.
В этот момент младший Малфой понял две вещи, и не знал, какая его поражает больше. То, что красивый незнакомец – Темный Лорд, или то, что Поттер и прочие гриффиндорцы, похоже об этом знают, но совершенно спокойно к этому относятся?
– Грейнджер, – он пихнул соседку по подоконнику в плечо, – а ты в курсе, кто это?
Драко мотнул головой в сторону Темного Лорда. Девушка презрительно фыркнула и осмотрела Драко с головы до ног, словно неведомую зверушку.
– Я-то да, а ты?
– Так, Темный Лорд, – ответил опешивший Малфой.
– Вообще-то, – Гермиона включила менторский тон, – перед тобой бывший Темный Лорд, а теперь он – Лорд Гонт.
– Бывших Темных Лордов не бывает, – парировал Драко.
Люциус шикнул на них, заставив замолчать и обратить внимание на происходящее в комнате. А происходило интересное. Директор так и сидел, связанный на манер гусеницы, и дико вращал глазами. А перед Молли и Джиневрой стоял бледный Артур и наконец-то, впервые за много лет, говорил, как глава семьи.
– Как ты могла, Молли?! Я ведь доверял тебе, я столько стерпел ради тебя, а ты!
Кто-то снял с нее заклинание немоты и класс наполнился визгливым голосом.
– Тюфяк, будь ты проклят, предатель! – орала она.
– Мадам, – Лорд Гонт встал напротив нее, сверкнув алыми глазами и заставив захлебнуться собственным визгом, – если вы не снизите тон, то я вам покажу, каким образом я заставлял слушаться своих слуг.
Вроде и сказал тихим голосом, и угрозы почти не было слышно, но Молли, до которой наконец дошло кто перед ней, моментально замолчала, сравнявшись от страха цветом с белой стеной за ней.
– Молли, – снова вступил Артур, – я любил тебя, я женился на тебе, хоть ты и сделала мою семью Предателями Крови, убив своих братьев ради наследства, которое все равно ускользнуло от тебя. Я любил тебя и наших детей. Я так надеялся, что мы сможем заслужить прощение от Магии и снять Печать. Но ты, как всегда, решила по-своему. Ты пыталась опоить юношу, у которого вся наша семья в неоплатном долгу.
– В каком таком долгу? – Молли не выдержала страшных слов мужа и попыталась перевести тему.
– В каком? В каком?! Ты совсем ополоумела? Гарри спас нашу дочь от смерти, спас меня, а ты спрашиваешь – в каком. Долг Жизни, Молли. А теперь еще и попытка подчинить его… Я не знаю, что тебе сказать, как объяснить, если ты сама не понимаешь элементарных вещей.
– И что ты будешь делать? – взвизгнула она от страха, понимая, в какую яму сама себя загнала.
– То, что должен был сделать давным-давно – я буду спасать своих сыновей, так как дочь спасать поздно, а тебя я хочу убить. – отрезал Артур, впервые повысив голос на жену.
Все вокруг с ужасом наблюдали, как всегда тихий и покорный воле жены Артур Уизли достал палочку и полоснул себя по ладони Секо, складывая ее лодочкой, чтобы собрать кровь. Северус отлевитировал Дамблдора подальше, чтобы освободить место для мужчины. Артур обходил Молли и Джинни, тонкой струйкой пуская кровь на пол, выписывая ею странные узоры. Он читал заклинание отсечения от рода и просьбу к Великой снять с сыновей Печать Предателей Крови, за себя он просить не стал, справедливо себя обвиняя в произошедшем. Он знал, что должен был отказаться от Молли в тот день, когда узнал о ее преступлении, что должен был выгнать ее из дома, забыв, как ее зовут. Но у них уже были трое мальчишек, и она так рыдала и умоляла его, что сердце дрогнуло. А потом проявилась Печать, и ему стало все равно. Но теперь он нашел в себе силы отрезать свою жену и дочь от рода, знание, что его сыновьям будет легче и лучше без позорного клейма, вело его.
Рон рыдал на плече у Гермионы, но не препятствовал отцу, понимая, что исправить ничего нельзя. Он, как только узнал о замыслах матери и сестры, понял, что ничем хорошим это не закончится – нужно было выбирать, и он выбрал себя и своих братьев. Тем более, Рон собственными ушами слышал, как пренебрежительно отзывалась его мать о своих сыновьях, как об отбросах.
Кровавый узор вспыхнул ярким светом, скрывая женщин от глаз наблюдателей, на несколько мгновений ослепляя всех, и потух, оставив на стульях два бессознательных тела. Северус первым подошел и просканировал их заклинаниями – магглы, это были две обычные магглы – исчез ярко-рыжий цвет волос, которые стали тускло-каштановыми, исчезло без следа магическое ядро. Артур, осевший на пол после произнесенного заклинания, стал сквибом. Магия приняла его просьбу и вынесла свое решение.
Северус достал из карманов мантии пузырек с успокоительным и дал его Гарри, кивнув головой в сторону Рона.
– Напои его.
Гарри подошел к другу, втискивая фиал в ледяные пальцы.
– Рон, давай, тебе необходимо это выпить. Рон…
– Любимый, давай, приходи в себя, – поддержала его Гермиона.
Вдвоем они с трудом напоили Рона зельем и устроили на дальней парте, где он, скрутившись в клубок, затих. Гермиона осталась рядом, а Гарри вернулся к мужу – этот день еще не был закончен.
Пока Гарри помогал другу, Северус, как декан, наделенный определенной властью, вызвал эльфа и велел перенести женщин в Лондон и оставить около какой-нибудь больницы или приюта. А Артура велел переправить в Нору, где сыновья смогут присмотреть за ним.
– Ну-с, приступим, – сказал Том, подходя к Дамблдору, заставляя того прыгать вместе со стулом в попытке убежать. – Северус, у тебя есть с собой Веритасерум?
– Для директора Дамблдора у меня есть все, что угодно, – зельевар уже нес наполненный стакан.
Дамблдора напоили зельем, и Лорд Гонт хотел было приступить к допросу, когда услышал за спиной тихое покашливание.
– Да! – Рыкнул он оборачиваясь, но тут же успокоился, увидев Поттера скромно потупившего глазки.
В скромность он не поверил ни на секунду, а вот в очередную хитрость пополам с пакостью от истинного гриффиндорца – запросто!
– Извините, сэр, но не могли бы вы, перед тем, как пытать его, сначала спросить – как он вызывал в школу Джеймса Поттера и Сириуса Блэка.
Поняв, что гадости от Поттера обидчикам не закончились, Гонт кивнул и обернулся к директору, вернее, почти уже бывшему директору.
– Альбус, как ты вызывал Поттера и Блэка?
– Посылал за ними своего домовика, – голос директора был совершенно безжизненным – Северус не пожалел для него Веритасерума.
– Так давай, вызови их, – недовольно протянул Том.
Но Веритасерум не мог заставить Дамблдора действовать по приказу, поэтому тот честно ответил:
– Не хочу.
– Не важно, – махнул рукой на него Гарри, – теперь я сам справлюсь. Добби!
Люциус не ожидал еще хоть раз в жизни увидеть своего бывшего домовика, но, нужно сказать, зрелище было то еще! Перед Поттером появился кто-то, отдаленно напоминающий домового эльфа – на тонких ножках носки были надеты одни на другие, причем все разных и очень ярких цветов; длинный свитер с буквами ГП на груди, вернее животе, подпоясанный гриффиндорским шарфом и полосатый колпак, залихватски надвинутый на одно ухо.
– Добби пришел, добрый Гарри Поттер, сэр. Чем Добби может вам помочь?
Поттер присел на корточки перед домовиком и спросил:
– Добби, ты можешь найти… найти… – Гарри собирался с силами, чтобы сказать вслух, – найти моего отца и крестного?
– Добби может, – кивнул лопоухий, – Добби знает, где живут плохие маги, которые обманывали доброго Гарри Поттера, сэра.
– А ты можешь их позвать в школу?
Добби так усердно закивал, что колпак едва не слетел с головы.
– Гарри Поттер, сэр, – домовик переминался с ноги на ногу.
– Что?
– Добби должен переодеться, не то маги не послушают Добби.
– Переоденься и приведи их сюда.
Счастливый домовик щелкнул пальцами, моментально оказываясь одетым в наволочку с эмблемой школы и исчез. Он появился через несколько мгновений.
– Гарри Поттер, сэр, Добби привел плохих магов и сказал куда им нужно идти. Добби не смог перенести их прямо сюда, Добби оставил их за пределами школы.
– Спасибо, Добби, – поблагодарил малыша Гарри, – возьми в моем сундуке носки себе в подарок.
– Гарри Поттер так добр к бедному Добби, – эльф стиснул колени Поттера в объятиях и исчез с тихим хлопком.
– Люц, – Том подошел к любовнику, – а Поттер знает, что эльфы становятся свободными, если им дать одежду?
– Я знаю, – Гарри услышал слова Гонта, – но Добби и так свободный эльф, который просто мне помогает иногда.
– Ясно, – хохотнул Том, – ну что ж, подождем еще пару гостей и приступим.
– Приступим, – как эхо повторил Гарри, подходя к мужу.
– Что ты собираешься с ними делать? – Северус не представлял насколько тяжело будет для Гарри видеть этих предателей.
– Я собираюсь закончить их свободную и бесполезную жизнь, – сказал Гарри, и взгляд его потемнел от сдерживаемого гнева.
Комментарий к глава 20 Новая ага)) Автор вернулся из отпуска и... вот, что получилось)))
====== глава 21 ======
– Какая жалость, мистер Дамблдор, что наше с вами общение немного откладывается, – Лорд Гонт навис над директором, который с ужасом смотрел в алые глаза – действие веритасерума уже почти сошло на нет (спасибо артефактам!!!), и отстраненность, которую он дарил, переплавилась в необъяснимый первобытный страх, – но ничего страшного, – продолжил бывший Темный Лорд, пугая старика радостным оскалом, – зато вы останетесь на десерт.
Несчастный-почти-Светлый-Волшебник, поминая Мерлина, Моргану и весь сонм известных ему богов, молил о чуде, которое позволило бы ему освободить руки хотя бы на несколько мгновений. Тогда бы он показал этим наглецам их место, а Поттера, чтоб его дементор взасос целовал, убил бы голыми руками! Щенок! Да как он посмел пустить книзлу под хвост все его многолетние планы?! Как додумался спеться с этими Пожирателями?! Он что, не понимает, или не знает, что это Темный Лорд?!
– Гарри, мальчик мой, – выискав глазами Поттера, директор самым сладким тоном позвал Поттера. – Это же Темный Лорд, Гарри! Тебе на роду написано убить его, так чего же ты медлишь?
– Фу, директор, – Гарри передернулся от липкого чувства, которое теперь у него вызывал боготворимый когда-то Дамблдор, – не разговаривайте со мной, меня от вас тошнит.
– Беременный, вот и тошнит, – тихонько хохотнул в кулак Драко и тут же получил подзатыльник от отца.
– Гарри-Гарри, тебя околдовали темные силы, – с вселенской скорбью в голосе продолжил Альбус, а остальные ему и не думали мешать – пусть вещает, нужно же как-то время скоротать, а тут целое представление – Великий и Светлый на арене, еще и бесплатно.
– Ага, – кивнул Поттер, – они, проклятые. Но вы не переживайте, директор, я не дам Волдеморту вас долго пытать (надежда зажглась в голубых глазах старика), я и сам хочу отплатить вам за всю мою счастливую жизнь, – добавил Поттер, и Альбус едва не обделался, с такой ненавистью смотрел на него его всегда послушный Золотой Мальчик.
После этого высказывания Дамблдор замолчал, не желая демонстрировать ужас, заполнивший его. И с недоумением наблюдал, как Поттер подошел к Снейпу и обнял, ища поддержки в объятиях своего самого ненавистного профессора (по крайней мере Альбус был в уверен в этой ненависти) и, как ни странно, получая ее.
