Текст книги "В капкане (СИ)"

Автор книги: Светлана Литвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 6 страниц)

– Доброе утро Евгения Михайловна! – молодой парень широко и довольно улыбнулся, приветствуя Женю и заставляя тем самым Влада, чувствовать жгучее желание, выбить ему эти его ровные зубы.

– Доброе Ваня. Гараж открой. – не глядя на парня ответила Женя.

– Сей момент! – парень кинулся в маленький домик-пост и нажав нужную кнопку, открыл ворота гаража.

Женя резко заехала в большой гараж машин на пять сразу, но сейчас в нем, не считая лексуса, на котором они приехали, стояла лишь старенькая тойота тундра темного, серого цвета. Не Женина, подумал Влад, выходя из машины.

Женя проводила его в дом. Вся отделка и мебель Жениного дома тоже была белой и имела лишь редкие, отличающиеся оттенками белого детали.

– Бросай вещи тут пока! Пойдем на кухню.

Влад кинул сумку на белый диван в гостиной и пошел за Женей. На кухне пахло едой несмотря на раннее утро. И у плиты стояла полная женщина в фартуке, наливая на сковородку жидкое тесто.

– Тетя Маша! Доброе утро! —Женя подскочила к женщине и звонко чмокнула ее в щеку.

– Женечка! Почему не предупредила что приедешь? Да еще и с гостем? У меня тут только блинчики и омлет. Могу еще сыра и мяса нарезать.

– Тетя Маша, это Влад. Он пару дней тут поживет.

Тетя Маша с недоверием взглянула на Влада и неуверенно кивнув ему, вновь захлопотала у плиты, велев им с Женей идти мыть руки. Женя повела Влада сразу в свою спальню по дороге показывая, что есть, где. Наскоро сполоснув руки, она оставила Влада в ванной, а сама пошла переодеваться. Когда Влад вышел из ванны, перед ним предстала совсем другая Женя. На ней была белая пижама с розовым зайцем на кофте и туфли заменили плюшевые тапки, а голову венчала шкодная пальма из волос.

– Ты такая…—он схватил ее и с разрывающей его нежностью прижал к себе.

– Какая? – задыхаясь от сдавливающих объятий со смехом спросила Женя.

– Такая ммм…

– Какая?

– Не знаю. Но мне нравится.

Влад толкнул Женю на постель и тут же подмял ее под себя.

К завтраку они спустились только через час. Тети Маши уже не было, зато в столовой был накрыт для них стол с завтраком. Женя сложила ножки Владу на колени и откинувшись на спинку стула, попивая из большой чашки кофе, с аппетитом поглощала сначала омлет, потом блинчики с повидлом и йогурт. А Влад поймал себя на мысли что за три месяца их отношений он впервые видит, как она ест. Со страхом понимая, что это, и ее ножки на его коленях, волнуют гораздо больше, чем тот факт, что ему обстреляли окна в квартире. Что если бы не Женя рядом, он бы рвал и метал сейчас в поисках хотя бы исполнителя.

Глава десятая.

– Все! Идем спать!

Женя, поев встала со стула и повела Влада обратно в спальню. Признаться, он ужасно хотел спать ведь уже сутки не спал и не споря пошел за своей зайкой. Только сейчас за завтраком он смог подобрать слово, которое не пришло на ум в спальне при виде совсем другой Жени.

И они действительно завалились на кровать и заснули в обнимку. Только Влад заснул быстро, крепко и на долго, а Женя, подремав всего двадцать минут встрепенулась. Выбралась из-под тяжелой руки Влада и тихонько вышла из спальни.

Уже через десять минут, переодевшись, она села в машину и поехала в город. Она совсем не думала на Платова, но ехала именно к нему домой.

– Женя!? – Платов, с багровым лицом от синяков под глазами, открыл дверь своего дома будучи в шоке. Уж кого, а Женю после случившегося он увидеть даже не мечтал. Только трясся всю ночь что она сдаст его прокуратуре.

– Нет просто Мария блядь! Толик не беси! Кофе сделай мне и себе, разговор есть.

– Что-то случилось? – Платов поплелся за Женей на свою же кухню, так словно это он у нее в гостях.

– Ты с отцом моим в каком году познакомился? – спросила Женя, усевшись на высокий барный стул.

Несмотря на то, что Платов был женат и имел двоих детей, его дом не располагал уютом. Был таким же высоким и тонким как сам его хозяин. В нем так же было не за что зацепиться глазу. Серая, холодная гладь к которой даже хладнокровной Жене было неприятно прикасаться.

– Ммм с две тысячи девятого, а что? – он готовил кофе подрагивающими руками и сгорал в нервном любопытстве, к чему этот допрос.

– Маму убили в две тысячи пятом. Ты что-то знаешь об этом?

– Что случилось Женя?

Анатолий повернулся к Жене выставляя на барный стол две чашки кофе, налив в свою приличную дозу коньяка.

– Кто-то обстрелял окна в квартире Влада.

– Это не я!

Женя звонко рассмеялась, пугая Платова своим смехом еще больше.

– Я знаю, что это не ты. Поэтому и пришла к тебе.

– Ты что же, думаешь это как-то связанно с убийством твоей мамы?

– Я не думаю, я знаю. За полгода до ее убийства, в нашей квартире точно так же разом исчезли все стекла. Отец так и не смог узнать кто это сделал и зачем, что было дальше я не знаю. Маленькая была и меня не посвящали во все что происходило, а что-то явно происходило. Потом убили маму и все прекратилось.

– Но я тебе чем могу помочь? Я с твоим отцом только через четыре года познакомился и даже про стекла как ты не знал до сегодняшнего дня.

– Кто тебя привел к нему?

– Амиров Александр, но он умер уже.

– Ммм. – Женя потерла виски.

– Зачем тебе это?

– Чтоб отсечь всех тех, что появились после. Отец папки по годам не подписывал. Я знать не знаю и половины. Не знаю кто кого привел и на кого надавил. В этом плане мой папочка допустил ошибку и поплатился за это. А я платить так не хочу, я же всегда делаю лишь то, что хочу.

Женя встала и пошла на выход с мыслью систематизировать всю коллекцию и может тогда она вычислит того, кто лишил ее матери и вдруг объявился вновь. Именно сейчас, когда она по-настоящему счастлива и уж точно не собирается от этого счастья отказываться.

– Женя! Постой! Я хотел извинится и сказать тебе, я тебе не враг! – он остановил ее на пороге своего дома.

Лицо Платова было серо-бледным и багровые синяки смотрелись на нем страшно. Словно он не человек, а какое-то существо из преисподней и сейчас на голове появятся острые черные рога, а из-за спины хлыстом просвистит хвост с острием на конце. Именно таким сейчас его видела Женя, а людей она видела на сквозь. Влад например виделся ей каким-то огромным и грозным орком. Страшно благородным и нежным где-то глубоко внутри.

– Ну что ты Толик. – Женя лукаво улыбнулась и подойдя опасно близко, провела ладонью по его груди, что под рубашкой часто вздымалась под барабанную дробь его сердца. – Ты мне даже не враг. Ты для меня вообще никто. Пшик. Тебя не-е-е-т.

Она рассмеялась, походя на сумасшедшую и выскочила за дверь. Платов остался стоять в растерянности на месте не зная, что делать. Толи разнести квартиру в пух и прах, то ли догнать стерву и за волосы затащить обратно в дом, чтоб довести начатое сегодня ночью до конца. Но визг колес не оставил ему выбора. Он орал от злости и ненависти, громил все что попадалось под руку и успокоившись лишь в руинах собственного дома, грохнулся в эту кучу переломанной мебели и техники, с бутылкой водки. Выпив ее залпом, раскидавшись звездочкой глядя в высокий потолок, расплакался от безисходности, горько и громко словно маленький ребенок.

Глава одиннадцатая.

– Такие мне можешь даже не предлагать. Ты же знаешь, я не люблю белый шоколад и мое мнение будет предвзятым.

– Ну на тогда вот эту попробуй. Там апельсин и черный ром, по-моему, не плохо.

– Ммм. Такие да! Класс!

Не желая афишировать всем подряд о своих проблемах, Женя отправилась к Сурену. Лучший друг отца, кондитер. Она никогда не говорила с ним о делах, да и дел общих у них никогда не было. Он был для нее любимым дядей Суреном, который баловал ее сладостями всегда. Столько, сколько она себя помнила.

– Ну давай рассказывай, с чем пожаловала к старику.

Выслушав честного дегустатора, коим для него всегда являлась Женя, Сурен наконец то задал ей вопрос, которого она ждала.

– Ты можешь назвать мне хотя бы одного человека, с которым работал папа еще до того, как маму убили?

– Не могу.

– Почему?

– Как же ты на мать свою похожа. Такая же в задницу стрелянная.

Сурен рассмеялся и выйдя из-за прилавка, своего кафе-магазинчика позвал свою младшую дочку Нину.

—Нинка! Встань за прилавок.

Он подхватил Женю под руку и повел ее в небольшую комнатку, которая была одновременно комнатой отдыха для всего персонала и самим кабинетом для Сурена. С утра в кафе кипела работа и там им никто бы не помешал.

– Ты что-то странное про маму сказал? В смысле в задницу стреляная? – удивленно спросила Женя, когда они зашли в кабинет.

Маму она помнила обычной, стандартной домохозяйкой. Женя даже в детский садик не ходила, мама посвящала ей всю себя и чуть-чуть доставалось отцу, которого частенько не было дома.

Они прошли через всю комнату и сели за круглый стол, покрытый льняной тканью. Сурен положил сухие и загорелые руки на подлокотники плетеного кресла и наконец то заговорил.

– В прямом. Такая же дурная как ты. Платья носила покороче твоих. Послать могла любого. И вся эта тема, из-за которой ее и убили, к твоему отцу вообще не имела никакого отношения. Он обычный слесарь был. Тачки ремонтировал, а салон, мастерские это все Света ему организовала, он правда сам раскрутился.

– Отец мне об этом ничего не говорил. – выдержанно ответила Женя, хотя в голове у нее было полное несоответствие выдаваемой Суреном информации с воспоминаниями о маме.

– Перед тем, как ее убили, она все компроматы ему передала. Так что, не могу назвать никого, да и потом, я с твоим отцом дружил, работу мы не обсуждали. Хотя Миша тогда и землю носом рыл, но никого не нашли и даже смысла не понял. То и какую выгоду получил после ее смерти так и не известно.

– А отец? Что получил отец? – Женя задала вопрос не думая, но не удивила им Сурена.

—Да он вскрылся бы, если не ты. Теперь расскажешь, что случилось?

– Дядя Сурен, мы же с тобой тоже дружим! – Женя, хохотнув улыбнулась и подскочив, чмокнула его в сухую щеку.

– Ты хоть не вляпайся никуда! Я тебя хоронить не хочу!

Старик поднялся с места и пошел провожать Женю, что торопилась на выход.

– Дядя Сурен, если я скопычусь, ты меня не хорони.

– Почему?

– Дорого. – Женя рассмеялась.

– Ой дуреха ты Женька! Дуреха! Но знаешь, в чем я уверен?

– В чем?

– Вот ты, точно не пропадешь. – он, смеясь приобнял ее за плечи, желая расстаться на доброй ноте.

Сурен проводил Женю, всучив ей не хилый пакет ее любимых сладостей.

Женя была впервые растеряна, до такой степени что даже не могла вести машину. Три раза проскочив на красный, чуть не попав в аварию, она остановилась у парка, в котором гуляла еще маленькой девочкой, именно с мамой.

Женя села на лавку, на против детского городка и выудив из бумажного пакета свеженький эклер, откусила сразу половину. Набив рот пирожным, она пыталась выудить из закромов своей детской памяти хоть что то, что связало бы ее маму с тем, что сказал ей дядя Сурен. Но в голове всплывали лишь пышные банты что та ей завязывала и сахарная вата, которую они с мамой ели наперегонки. Как читала сказки перед сном и делала пену в ванной. Как выгоняла отца спать на диван и забирала ее к себе в кровать, когда Женя болела. Она не помнила маму в платье даже выше колена, не то, чтоб короче, чем у нее.

Женя верила своей памяти, и ее мама не могла быть такой как она, но и дяде Сурену она тоже верила. Так же сильно, как не верила в то, что ее нежная и заботливая мама оторва хлеще нее и что эти папки когда-то были ее, она не могла не верить дяде Сурену. Ему не было никакого резона врать. Он действительно был лишь хорошим другом, сначала ее отца, потом стал хорошим другом и ей.

Очнулась она лишь когда зазвонил телефон.

– Ну и куда ты пропала?

– Слушай Кать, щас вот вообще не до вас!

– Ммм. Ну я, конечно, все понимаю, любовь-морковь и все такое, но совесть тоже надо иметь! У Ленки же завтра день рождения!

– Ой Катюха, ври ей что хочешь, можешь даже сказать ей, что у меня лишай или вши! Только меня не будет.

– Ну это то понятно…– Женина подруга на том конце замялась.

– Лайм пойдет?

– Ленке больше в Таро нравиться!

– Хорошо. Позвони сама только.

– А я уже!

– Я истекаю от обильной кровопотери. Ты же мне уже руку по локоть откусила сучка-змеючка! – Женя рассмеялась.

– Так-то акула тогда! – смеясь ответила Катя.

– Угу. Стая акулья. Целую.

– Чмоки-чмоки.

Женя убрала телефон в сумочку и понимая, что сбитая с мыслей своей подругой, она ничего нового не надумает, пошла к машине. Вернувшись домой, она поднялась в спальню. Влад крепко спал. Женя, скинув одежду и белье, зная, что он захочет взять ее сразу же как проснется, пристроилась рядом с ним. С таким большим и уютно горячим. Влад даже будучи в крепком сне, тут же придавил ее своей рукой, прижимая к себе. Женино сердце разбежалось от удовольствия и закрыв глаза, она сладко уснула, оставляя все до тяжелого дня-понедельника.

Глава двенадцатая.

Влад проснулся первым. Ему снился кошмар. Словно он лежит на асфальте привязанный к кольям, за руки и ноги. Женя, смеясь как сумасшедшая ходит вокруг него и посыпает осколками стекла. Они попадают в рот и глаза и режут плоть опаляя ему кожу горячей кровью, он ощущает этот вкус крови во рту, что смешивается со стеклом. А он пытается вырваться, но не может. Что-то кричит, но начинает задыхаться от стекла, которое врывается в горло. Потом она садится в старенькую тойоту тундру темного, серого цвета, что стоит у нее в гараже, и начинает переезжать его со злорадным смехом.

Не придав неприятному сну никакого значения, он огляделся, в начале не понимая, где он. Вспомнил что, он у Жени, лишь поняв, что она лежит рядом, совсем голая и отлежала ему до коликов руку. Влад осторожно освободился, не торопясь будить ее, но уже с огромным желанием оказаться в ней. Он потянулся за брюками и пошарив в карманах в поисках презерватива, не найдя его, вдруг понял, что ему они уже не нужны.

Он конечно же думал о семье, что, когда ни будь женится и у него будут дети, но ни разу так и не смог подумать с кем. Сейчас же никого кроме Жени, в этой роли он не видел и не потому, что этого требовало дело, он сам этого хотел. И будя ее поцелуями по ногам и бедрам, поднимаясь к ее шее, провел по ней языком, чем окончательно разбудил.

Женя потянулась и именно в этот момент Влад подмял ее под себя, разведя ее ноги руками. Женя видела, как он входит в нее подаваясь вперед, она видела и чувствовала, что он без защиты. Несмотря на то, что у них в машине уже был спонтанный незащищенный секс, она занервничала.

– Влад! Ты кое-что забыл. – сказала она сквозь сладостные стоны от его толчков.

– Не забыл. Не хочу больше с резинкой.

Он впился в ее губы и сжав походя грудь провел рукой по ее животу. Женя свернула голову в сторону освобождаясь от губ и языка Влада.

– Что ты!? Не надо Влад! – она попыталась вырваться, но у нее не было ни каких шансов.

– Почему не надо!? Я сына хочу! Ты родишь его для меня.

Ему не понравилась ее реакция и он разозлившись, схватил ее за руки над головой и вдавил ее в матрас с такой силой, что теперь Женя не могла ни то что вырваться, а даже сделать вдох ей было тяжело и воздух едва наполнял легкие хотя бы на половину. Он входил в нее все быстрее и стремительнее грубо, со злостью что отражалась в его черных глазах. Злясь что насильно, что она больше не стонет, явно не получая сейчас никакого удовольствия. Но Влад был уже не в силе что-то изменить. Его одурманило чувство власти над Женей и желание подчинить ее своим желаниям, стало на столько сильным, что ему было плевать даже на то, чего желает она сама.

– Пусти! – из последних сил, на исходе кислорода в легких, задыхаясь выдавила она из себя, чувствуя, как он кончает в нее.

Влад приподнялся, опираясь на одну руку, с желанием смягчить всю эту жесть, нежным поцелуем. Но Женя тут же попыталась вырваться. Она хотела скорее попасть в душ, тут же жалея, что не пьет противозачаточные. Ребенок ей сейчас, после последних событий, был совсем ни к чему. Только вот Влад ничего не знал и так не думал. Он остановил Женю очень просто, вернув ее голову на место, схватив рукой за шею. Сдавливая ее до боли, перекрывая воздух, он навис над ней и когда она волком уставилась в его черные глаза, прошипел сквозь зубы;

—Потравишь, придушу сука!

Так, словно Женя уже беременна. Он медленно отпустил, сначала ее шею, потом саму Женю и отправился в душ оставив ее одну поняв, что подавил ее желание. Женя была просто в шоке и не торопилась в душ. Она натянула трусики, которые тут же намокли от спермы, что вытекала из нее, но она не обращала уже на это никакого внимания. Она хотела что-то сделать, куда-то пойти, но не смогла ничего кроме как лечь обратно в кровать и поджав коленки к груди, тяжело вздохнуть. В ее голове был полный винегрет, который предстояло разобрать на составляющие и понять, что есть что, в ближайшее время. И несмотря на не хорошие весточки из прошлого, первым ингредиентом был Влад и его отношение к ней.

Глава тринадцатая.

Разобраться хотя бы с Владом, Женя решила не медленно. Она встала с кровати и накинув легкий кружевной халатик, вышла из спальни и минуя дверь ванной, за которой шумела вода и был Влад. Поймав себя на мысли что, хочет туда к нему несмотря на весь его беспредел, Женя уже пробежала, а не прошла по длинному коридору.

Она зашла в свой рабочий кабинет. Он был таким же белым, как все, что окружало Женю. За картиной «Зимний пейзаж» Егорова, находился сейф. Женины ноготки пробежались по кнопочкам набирая код и с протяжным писком дверца открылась. Среди пачек с деньгами и драгоценностей, лежала та самая флэшка, которую Женя получила от Влада. Она не хранила компроматы дома, но именно компромат на Влада, так и не был переведен в папку и ее не получил человек Икс, который в случае чего, должен был передать все папки в прокуратуру.

Дорога обратно и вовсе не заняла у Жени много времени, и она совсем не сомневалась в правильности своего решения. Просто зашла в ванную комнату, когда Влад уже вышел из душевой кабины и вытирал капельки воды со своего крепкого тела. Она провела резцами по нижней губе, жалея, что не успела оказаться с ним в душе.

– Вот. Забирай. – Женя протянула Владу флэшку, и он ее сразу же узнал.

Влад прищурился, ухмыльнувшись и отбросив полотенце в сторону, все еще оставив на своем теле капли воды, схватил Женю одной рукой за талию, другой за затылок. Притянул ее настойчиво, но не грубо к себе, не обращая никакого внимания на эту флэшку.

– Не-е-ет девочка. – протянул он, улыбаясь и тут же поцеловал ее.

Настойчиво лаская ее языком, отстраняясь изредка чтоб укусить за губу, возбуждая ее и радуясь, как мальчишка тому, что она отвечает ему. Он отстранился и придержал Женю за волосы, когда она подалась вперед за его губами.

– Влад!

– Тсс. – он убрал руку с ее талии, зажав ее собой у раковины, за край которой она держалась руками откинув где-то рядом ненужную обоим флэшку. Влад приложил палец к ее губам заставляя молчать.

Его такие редкие карие глаза пробежались по Жениному личику изучая его изгибы и линии. А когда их взгляды встретились он продолжил.

—Молчи девочка моя и слушай меня! Ты замуж за меня выйдешь! И детей мне родишь! Слышишь!? – Женя кивнула. – Сына и дочку! – на это Женя не могла ничего сказать словами, только закрыла глаза на пару секунд говоря ему да глазами, понимая наконец, что к чему.

В этих словах было все отношение Влада к ней. Он по-настоящему любит, пусть и не скажет, и она для него большее, а не просто игрушка. Компромат сейчас тут тем более не при чем.

– Ты помниться в душ хотела. – Влад отпустил ее несмотря на свое явное желание, отступив подальше, давая ей на этот раз право выбора.

– Хочу! С тобой.

Они шагнули друг другу на встречу сливаясь губами и лаская друг друга языками. Доводя до сознания друг друга, что легче если и будет, то точно не скоро. Их желание быть едиными, было на столько сильным, что они ни думали сейчас о проблемах. Между ними с первого дня было все «слишком» и глупо было бы думать, что все так скоро станет тем, что хотя бы считается нормальным. И сейчас после всего они оба перестали сопротивляться своим чувствам и желаниям. Отдавшись в руки страсти, два пожара что когда то бушевали отдельно, слизывая языками своего пламени чужое, то, что им не суждено было, оставляя после себя пепелище.

Теперь они слились в одно пламя, сойдясь в одной точке, тут и сейчас на белой плитке в ванной. Когда все имеет значение, застревая на веки в пямяти. И белые длинные волосы что падают на плечи, дразня своими кончиками нежную кожу груди, капелька воды что, сбегая с черных коротких волос, смешиваясь с потом летит по загорелой коже крепкой шеи.Каждое касание, каждый вдох и выдох. Когда все чувства друг для друга, наружу словно вспоротое брюхо рыбы. Дыхание рвется от этих чувств и ощущений. Поцелуй между ними становится даже не грубым, а по настоящему жестоким с привкусом крови.

– Я тебя сейчас так…гхмм…ходить не сможешь…– хриплым голосом произнес Влад, глядя в ее глаза, отстранив за шею Женю, что словно взбесилась от его губ и кровавого вкуса во рту.

Она довольно, по сумасшедшему оскалилась словно по-настоящему безумна и это ее безумие нравилось Владу, оно уничтожало все его внутренние стоп-краны. Он схватил ее за ворот халата и тот треща под Женин стон возбуждения, тут же превратился в тряпочку что, скользнув лаская по ее ногам, упал на пол.

– И это тоже нахер! – рыча он стянул с нее трусики и затолкал Женю в душевую кабину впечатав ее в кафельную стенку.

Он напрочь перестал себя контролировать. Так и не включив воду, Влад подхватил ее под бедра и насадил на себя, рвано выдохнув под ее стон и тут же вдохнув глубоко, впился словно вампир в Женину шею, заставляя ее стонать и подаваться ему на встречу. Оставляя на ее коже следы от укусов и синяки от пальцев, которыми впивался в попытке проникнуть еще глубже и жестче, хотя больше уже было не куда. Женя же от ощущений потерялась, отдавшись Владу полностью и без остатка, она лишь могла впиваться ноготками в его плечи на пиках и стонать словно безумная. Приближаясь с каждым разом все быстрее к каждому следующему оргазму, заливая своими соками весь пах и член Влада. И когда от оргазма до оргазма ее отделяли всего пара толчков, в очередном, прошибаемом судорогой все тело, удовольствии, Влад глухо застонал вместе с ней, дернувшись в легкой судороге, кончил в нее. Вжимаясь в Женю, и прижимая ее собой к кафелю, что стал горячим, он укусил ее нежно за шею, довольный тем, что она приняла его на этот раз добровольно.

После он медленно опустил ее на ноги и Женя, рассмеявшись пошатнулась, и действительно не смогла не то, что ходить, даже стоять у нее не получилось.

– Душ отменяется. —Влад подхватил ее на руки и понес обратно в спальню.

Оставив мирную Женю на кровати, он вышел и вернулся через несколько минут, с намоченным в горячей воде полотенцем. Он нежно обтер ее, с наслаждением разглядывая ее тело в слабом свете настенной лампы. Не обращая при этом никакого внимания и не придавая значения всем следам, синякам и царапинам с кровоподтеками, укусам что оставил на ней своей грубостью. И довольно ощущая, как она еще подрагивает под его рукой, от испытанного наслаждения.Он отыскал свои сигареты и закурив, улегся на ее живот, прямо между ее ног.

Глава четырнадцатая.

Пока Влад наслаждался данной ему властью над Женей, в другой части города, от проливного дождя, под большим черным зонтом скрывались две мужские фигуры.

– Кто это?

Один мужчина, тот, что был пониже ростом, сплюнув в сторону, морщась от вида собственной обуви в грязи, посмотрел в котлован. Внизу, в неестественной позе лежало тело. В темноте, при слабом свете луны и единственного прожектора, который толком освещал лишь опасный край, было и не разобрать мужчина это или женщина. Даже лица было не различить, лишь яркий синий комбинезон что даже несмотря на дождь и грязь местами сиял чистотой, и оранжевая каска, которая съехала на затылок, говорили о том, что это рабочий.

—Бомж, вчера только в печень железо поймал. Можно было бы и подождать, но такой труп удачный. Воронцов долго расхлебывать будет, а дальше у нас что по плану было не помнишь?

Второй мужчина широкий в плечах и выше ростом, докурил сигарету и бросив под ноги утопил окурок ботинком в мокрой строительной грязи.

– Потом его избили. Тоже сразу хочешь?

– Нет. Подождем. Растянем. Сучка эта созреть должна.

Весь следующий день воскресения лил дождь. На стройке работа почти встала, так как техника безопасности не позволяла на таком этапе, проводить большинство работ. При таких плохих погодных условиях как ветер и дождь, только редкие рабочие были чем-то заняты, остальные же сидели по вагончикам. Кто-то спал, кто-то играл в карты и к котловану с утра никто так и не подошел.

Поэтому, только после обеда, тело обнаружил разнорабочий Синяк, который не поленился обойти пустующую стройку в непогоду, с целью чего-то выгодно умыкнуть и если не продать, то хотя бы пристроить для дачи. Увидев в котловане человека, сразу понял, что он на самом то деле уже труп. Слишком уж неестественная была у того поза.

Синяк, смачно матюгнувшись словно в сторону погибшего, который так не вовремя тут помер и не дал тем самым умыкнуть чего хорошего, закуривая, бодро зашагал в сторону сторожки. Со сторожем Василичем ему общаться было спокойнее чем с бригадиром, пусть он тут даже и ни при чем вовсе, но так было спокойнее.

– Василич! У тебя там это…труп кажись! – Синяк неуверенно вытирал ноги о коврик на пороге, сомневаясь, что стоит вообще заходить.

– Какой еще такой труп? Ты белочку словил? – старик слабо возмутился, отмахиваясь от рабочего словно от назойливой мухи. И несмотря на возраст, искренне веря, что трупы находят только в кино.

– Свеженький! Вот так вот на плите лежит. – Синяк зашел в сторожку и даже попытался изобразить как тот лежит на дне котлована.

– Пойдем! Покажешь. – сторож накинул на себя еще советский плащ-палатку и толкая в спину рабочего, вышел под дождь.

– Ну смотри Синяк, если там его нет…хотя нет, ерунда получается. – старик хотел пригрозить Синяку что если трупа нет, то он поговорит с бригадиром и его уволят, но вовремя спохватился как это глупо и лучше бы никакого трупа и не было.

Он махнул рукой, шагая за Синяком, стараясь ступать там, где не совсем жижа. Думая, что это самый поганый на его памяти объект. Самый проблемный и возможно пора уйти на покой, пока эти проблемы не коснулись его самого.

—Ну вот он. Лежит.

Они подошли к краю котлована. Василич матюгнулся, увидев тело и почесав под капюшоном затылок, пошел обратно в сторожку. Телефон то по глупости он с собой не взял, при этом также как Синяк, не желал связываться с бригадиром, предпочитая связаться сразу с Воронцовым.

Пока сторож Василич, уже не разбирая дороги, ступая в лужи и грязь, быстрым шагом шел в сторожку за телефоном, за городом, голые Женя и Влад оккупировали спальню.

Женя, полулежала на против Влада в кровати и придавив его ножкой чтоб не сбежал, зачитывала ему свои любимые стихи Лермонтова. Не наизусть, с книжки, но Владу нравилось ее слушать он и не думал сбегать. Не только слушая, но изучая ее, ему нравилось, как она выглядит в очках. На ней они смотрелись как что-то инородное. Так же как козел Тимур рядом с тигром Амуром, но очень ей шли и меняли ее кардинально.

—…Сердце глупое творенье,

Но и с сердцем можно жить,

И безумное волненье

Можно также укротить…

Беден! Кто, судьбы в ненастье

Все надежды испытав,

Наконец находит счастье,

Чувство счастья потеряв. *(Совет. Лермонтов М.Ю.)

– А еще вот это! – закончив зачитывать один стих, она тут же начинала зачитывать следующий, и Влад уже понял, что у Жени все любимые и зачитывает она их подряд.

– Белеет парус одинокой

В тумане моря голубом!..

Что ищет он в стране далекой?

Что кинул он в краю родном?..

Играют волны – ветер свищет,

И мачта гнется и скрыпит…

Увы! Он счастия не ищет

И не от счастия бежит!

Под ним струя светлей лазури,

Над ним луч солнца золотой…

А он, мятежный, просит бури,

Как будто в бурях есть покой! ** ( Парус. Лермонтов М. Ю.)

Женя уже перелистнула страничку и вздохнув полной грудью, хотела зачитывать очередное стихотворение, когда ее перебил настойчивый звонок. Влад никогда не игнорировал звонки и даже Женина ножка не могла его остановить. Он скинул ее ладонью не очень нежно, но Женю этим невозможно было обидеть. Ей наоборот нравилось, что Влад такой какой есть и точно не поменяется, а вот ее сможет поменять. Еще увидев его впервые, она уже это поняла.

Влад встал с кровати и взяв телефон с комода, матюгнулся увидев, что звонит Василич. На его памяти стрик звонил ему всего дважды и оба раза при более чем серьезных обстоятельствах. Первый раз, когда плита сорвалась с крана и погиб рабочий, на которого та грохнулась, второй раз, когда отцу Влада стало плохо на объекте и скорая увезла его со стройки при смерти.

– Алло! – Влад ответил на звонок, прижав к уху телефон плечом, натягивая боксеры, отлично понимая, что ему придется ехать на объект.

– Владимир Сергеевич! У нас в котловане труп! – с ходу выдал Василич, не видя смысла в долгих церемониях.

– Что случилось? Кто? – Влад одел брюки и накинув рубашку сел на кровать, понимая, что ему нужно успокоиться.

– А кто ж его знает то? Тихо было. Лежит на плите в раскоряку, да и кто не понятно. Его разнорабочий нашел. Делать то что?

—Бригадира найди и полицию вызовите и не топчитесь там. Я буду минимум через минут сорок. – Влад отключился и тяжело вздохнув, начал медленно застегивать рубашку.

– Что случилось? – Женя встала с кровати и тоже начала одеваться.

– Труп случился. – не понимая зачем, но сказал Жене правду, чувствуя, что это может быть важным, она должна знать.

Женя ничего не ответила. Она, одевшись, молча вышла из спальни. Влад догнал ее уже внизу, Женя стояла у стола и пила воду из бутылки.

– Машину дай мне. – Влад прошел мимо нее, сразу в сторону гаража.

– Я тебя подвезу, мне тоже в город надо.

– Тебе со мной нельзя, я эту возьму. – Влад направился в сторону Тундры.

– Она сломана. Садись. Я с тобой не поеду, но мне по пути. – Женя села за руль лексуса и открыла ворота гаража.

Влад сел рядом на пассажирское и набрал Сорина. Он хотел его предупредить, чтоб тот не совался сегодня на объект, хотя отлично знал, что его и по будням, туда не затащить.

– Что у нас в котловане!? —Андрей опешил от новости и встав с уютного дивана, заметался по дачному дому в поисках бутылки, разом забыв, где у него в доме бар.

– Труп! В общем я сейчас туда, а ты не суйся. – Влад отключился и весь ушел в размышления, от куда труп.

Он подумал в первую очередь о том, что это рабочие напились и чего-то не поделив, устроили разборки, возможно один из них и сорвался в котлован. Но мысли о том, как образовался труп, быстро сменились осознанием того, что сейчас на объект приедет полиция, начнутся разбирательства, допросы, работа встанет. А сейчас и так все не в их пользу, осень и частые дожди здорово тормозят работу и без этого чертового трупа. Пока он питал слабые надежды, что это не убийство, а всего лишь несчастный случай, Женя заехала на территорию автосалона Арго.