Текст книги "Мир богов (СИ)"

Автор книги: Светлана Борисова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 25 страниц)

Глава 22

ГЛАВА 22

Глава двадцать вторая

Очнулась я оттого, что умирала от жажды. «Пить!» – просипела я пересохшим горлом, и неведомый благодетель поднёс к моим губам стакан.

Разодрав неподъёмные веки, я встретилась взглядом с молодой чернокожей женщиной. На её пышных волосах красовалась медицинская шапочка. «How are you feeling?»[1] – приветливо спросила она. «Good», – услышала я себя и увидела капельницу, подвешенную на стойке кровати. Я скосила глаза и поняла, что не одна в палате. Более того, на соседней койке лежала Кэт. Видимо, медсестра заметила моё беспокойство. «You're lucky. You both survived, and you weren't even very badly hurt»[2], – сказала она.

Хвала хранителю! Всё же он успел отправить меня на Землю. Да, кажется, я знаю, почему мы в госпитале. Думаю, это тот самый неудачный отдых, который показала мне миссис Фьюстер. Нападение на отель, затем похищение террористами и наш с Кэт побег. Перед глазами встала картина её гибели. К счастью, Золотой император сдержал слово, и она осталась жива. У меня отлегло от сердца. Слава богу! Значит, Эдик с Тигрёнком тоже живы. Ну а Савенков точно был живой на момент нашего расставания.

Успокоенная, я смежила веки и отключилась. Поначалу мне снилась работа. Сплетни в учительской; безликая масса учеников, несущих привычную чушь; мои собственные пересказы материала, вызывающие зубодробительную скуку у меня самой. Какой уж там энтузиазм, когда в тысячный раз говоришь одно и то же.

Потом я увидела семь слоников, тех самых, что стояли у бабушки на буфете, и которых мне строго настрого было велено не трогать. Я и не трогала. Слоники затрубили и сами спрыгнули вниз. На самом большом из них сидел Шива и, улыбаясь, протягивал мне руку, но тут появился Лотико, в образе малинового медвежонка, и мы с ним закружились в танце – томительном и страстном.

Только бог любви склонился, чтобы поцеловать меня, как с яростным воплем к нам подлетел Алекс и вырвал Лотико из моих объятий. Растерянная, я смотрела на их буйный танец, полный угроз и… откровенных признаний в любви во взглядах и позах. Когда они в очередной раз застыли, зачарованно глядя друг друга, я не выдержала. Подскочив к парням, я попыталась встрять между ними, но Савенков отшвырнул меня и, обняв Лотико, приник к его губам. Нет, какой гад! Возмущённая до глубины души я была готова убить их обоих.

Обида была настолько сильна, что я плюхнулась на задницу и разревелась, причём ревела громко, во весь голос. На мой рёв прибежала миссис Вейс и взяла меня на руки. «Сирин, хватит капризничать, ты уже большая девочка. Фу, как неприлично! Ты такая сопливая, мне стыдно за тебя», – приговаривала она строгим тоном, попутно терзая мой нос кружевным платочком. Тут вошёл мистер Вейс, одетый как Золотой император, и брезгливо сморщился. «Ну-ка, дай её мне! Никто не должен знать, что эта мерзость наша дочь», – сказал он и, вырвав меня из рук миссис Вейс, швырнул прямиком в Тартар. Задыхаясь от ужаса, я всё падала и падала в разверзшуюся бездну.

– Господи! Что же ты так орёшь? – вдруг услышала я хрипловатый голос и, уцепившись за него, как за спасательный круг, вырвалась из бездны.

С радостным облегчением я распахнула глаза и увидела Кэт. Сидя у кровати, она с любопытством глядела на меня.

– Привет, Ирка! Ну, ты здорова дрыхнуть! Двое суток всей больницей будим тебя, всё никак не можем добудиться.

– Двое суток это хорошо, – прокаркала я.

– Да, подруга! звучишь ужасно, – Кэт протянула мне стакан, но тут же отобрала его и вручила полуторную бутылку с водой. – Вот, пей! Думаю, такая доза спасёт твоё сопрано.

– Спасибо, Кэт! – сказала я с благодарностью, после того как до донышка опустошила бутылку. Кстати, это была не любимая мной минералка, но я даже не поморщилась.

– Да ладно! Будто мне воды жалко.

Подняв глаза, Кэт оглядела потолок и тяжко вздохнула.

– Слушай, Ирка, я не ты, не умею складно трепаться, но не думай, что я неблагодарная скотина, – она прокашлялась и скучным голосом добавила: – Ну, типа того… спасибо, что спасла мне жизнь.

– Пожалуйста, – хмыкнув, ответила я. – Что бы я ещё помнила свой подвиг.

– Не помнишь? – оживилась Кэт. – Меня подстрелили, и ты притащила меня в госпиталь, хотя тебе самой здорово сожгло спину. Врачи удивляются, как ты вообще не потеряла сознание, да ещё пёрла меня в такую даль. Правда, не помнишь? Видимо у тебя эта… – она наморщила лоб, – ну, что-то типа магнезии.

– Амнезия, ты хотела сказать.

– Ну да! Она самая.

– Неуч! – проворчала я. – Простых слов не знаешь.

– Я же не училка, мне по барабану что амнезия, что магнезия, – ухмыльнулась Кэт и с заговорщицким видом склонилась к моему уху. – Зато у меня есть классная травка. Если хочешь, вечерком курнём.

– Марихуана?

– Она самая.

– Господи! Где ты умудрилась достать марихуану?

– Тсс! – Кэт зажала мне рот и опасливо глянула на дверь. – Лечащий врач из наших. Услышит про травку, мигом выпрет отсюда.

– А где мы? – поинтересовалась я, когда она убрала ладонь.

– В миссии «Врачи без границ», так что спецы здесь приличные, не чета местным чуркам.

– А чурки у нас кто?

– Ну, ты даёшь! – Кэт озабоченно нахмурилась. – Да, подруга! Здорово тебя долбануло! Пожалуй, стоит позвать врача. Пусть он пришлёт мозгоправа.

Я поймала её за руку.

– Не надо! Просто расскажи, что было.

Кэт с сомнением посмотрела на меня, но снова села на стул.

– Ладно, на чокнутую ты не похожа, может, обойдётся.

Она откинулась на спинку стула и зорко вгляделась в моё лицо.

– А ты что помнишь?

– Пальмы. Море. Загорелые мужчины и женщины… в шортах и ярких рубашках. Номер в гостинице… так себе, далеко не такой, как на картинке. Дело к ночи. Из-за перелёта и разницы во времени выбилась из суточного режима. Устала, как собака собачья. Только было уснула, как вокруг загрохотало. Я ещё подумала, что это гроза, но тут раздались автоматные очереди… – отрывисто перечислила я нахлынувшие воспоминания. – Всё, можешь не рассказывать. Я вспомнила, мы в Египте.

Я действительно всё вспомнила, хотя в моей настоящей жизни ничего подобного не было. Оно и не могло быть, – ведь это альтернативный вариант. Не будь Лиланда Бона, решившего всучить моим родителям новый мир (думаю, он открыл его с подачи Золотого императора), я бы осталась на Земле, и тогда случилось бы то, что должно было случиться.

Шива сказал, что в мире смертных нет ничего предопределённого, тем он и интересен. Конечно, это не отменяет того, что одни события более вероятны, чем другие. Думаю, в моём случае поездка была предопределена. Виной всему географичка, которая собралась на отдых в Египет, но у неё заболела мама. Она два дня бегала за мной и со слезами уговаривала купить у неё горящую путёвку. Щепетильная зараза отказалась от денег, мол, ей нечем отдавать долг. Думаю, я бы со стопроцентной вероятностью полетела вместо неё.

– Не совсем. Мы в Ливии, – перебила Кэт мои воспоминания о будущем, которые я прогуляла, болтаясь на Фандоре.

Плохо дело! Насколько я припоминаю, в Ливии сейчас бардак.

– Сколько мы здесь?

– Дней десять… или больше? Точно не помню, нужно спросить у народа.

– Ты связалась с нашим посольством?

– Нет, а надо? – осведомилась Кэт, озабоченно разглядывая ногти с ободранным чёрным лаком.

– Тогда как мы будем выбираться отсюда, не имея документов?

– Не парься! Как-нибудь выберемся, – последовал беспечный ответ.

Кэт действительно не «парилась» и, засунув палец в рот, со вкусом обгрызала заусеницу. Я вздохнула. Что с неё взять? Дитя цветов. Хиппи неистребимы. Это же так удобно – жить сегодняшним днём и не думать о том, что будет завтра.

Раны Кэт были не тяжёлыми и быстро заживали. Моя спина жутко болела, но врач сказал, что я уникальный экземпляр (знал бы он насколько!) и он впервые видит, чтобы при таком страшном ожоге обошлось без пересадки кожи.

После недельного лежания на животе корка сошла и на месте ожога появилась нежная кожица. Кстати, подарок феникса никуда не делся. Так что на спине у меня по-прежнему красовался огненный рисунок крыльев – к зависти Кэт и восторгу медперсонала и прочих зевак, которые прознали о необычной татуировке и периодически ломились в нашу палату. Особенно не было спасу от подростков мужеского пола. Видимо, я им заменяла порножурнал.

Народу, нуждающегося в медицинской помощи, было много, так что врач сказал, чтобы мы долечивались у себя на родине. Умник! На родину ещё нужно попасть. Оказалось, что наше посольство в Ливии перебазировалось в Тунис.

В общем, врач предупредил нас о выписке и, как назло, именно этим вечером явились нежданные визитёры. Когда в коридоре раздались громкие мужские голоса, мы с Кэт обменялись тревожными взглядами. Она встала и, приоткрыв дверь, выглянула в коридор. В руке у неё был нож. Интересно это тот же самый, которым она прирезала моих насильников? Похоже, что да. Судя по виду, нож не простой, а из разряда боевого оружия.

– Кто там? – спросила я, хотя крики и заполошный женский визг уже всё сказали.

– Бандиты, – Кэт плотно закрыла двери и повернулась ко мне. – Ирка, ты как? Нам придётся бежать и срочно. Похоже, ищут именно нас.

Не спрашивая, почему она так решила, я сползла с кровати.

– Помоги одеться.

Голова кружилась; от прикосновения одежды, выданной больницей из благотворительных пожертвований, у меня вызвездило перед глазами, но я превозмогла себя и направилась к окну. Чёрт, высоко! Нам хана, если переломаем ноги.

Держа нож наготове, Кэт направилась было к двери, но я её удержала.

– Нет! Нужно дать им войти. Стоит убить одного, и они откроют огонь, – сказала я вполголоса и кивнула на кровать. – Ложимся! Когда они войдут, постарайся как можно убедительней изобразить испуг.

Кэт посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.

– Изображать? Ещё немного и я наложу в штаны, – сказала она жалобным голосом.

– Не ври! Ты же убила охранников и даже глазом не моргнула.

– Так это было под влиянием этого… как его? Ещё фильмец есть такой. Вспомнила! Адреналин называется!

За неимением другого оружия я взяла настольную лампу.

– Не нервничай! Обещаю, мы прорвёмся.

Неожиданно Кэт бросилась ко мне и, отобрав лампу, вложила нож в мою ладонь. Удивлённая, я посмотрела на неё.

– Не нужно, я справлюсь без ножа.

– Нет, оставь его себе! Что-то мне подсказывает, что так у нас будет больше шансов, – сказала она и, улегшись на кровать, до подбородка накрылась одеялом.

– Спасибо.

Я сжала пальцы. Действительно боевое оружие; шершавая рукоять, тёплая от прикосновения Кэт, лежала как влитая. Надеюсь, уроки Фандоры не прошли даром и мне удастся оправдать оказанное доверие.

Тем временем шум и голоса приближались. Наконец дверь в палату с грохотом распахнулась, вспыхнул свет и после мгновенной тишины раздался грубый голос. Судя по едким интонациям, он сказал про нас какую-то гадость, что подтвердило дружное мужское ржание. Я открыла глаза и, сохраняя на лице испуганно-недоумённое выражение, приподнялась на локтях. Как и было задумано, одеяло при этом сползло вниз, выставив на всеобщее обозрение мою обнажённую грудь.

«What you need?» – пробормотала я на английском и про себя кровожадно усмехнулась. В палате было полно мужчин, и все они, притихнув, во все глаза смотрели на меня.

Наконец вожак поднял руку и что-то резко выкрикнул. Похоже, он хотел быть первым. Что ж, его желание исполнилось – он был первым, кому я перерезала горло.

Когда с теми, кто находился в палате, было покончено, я выскочила в больничный коридор. Кэт мчалась следом. Неожиданно передо мной возникли двое бородатых абреков с автоматами.

Несмотря на голую грудь, вряд ли я выглядела моделью с картинки: слишком уж много крови было на мне. Тем не менее мужики отчего-то замешкались – может, сыграло то обстоятельство, что у меня не было огнестрельного оружия. Зато оно было у Кэт и, в отличие от меня, она умела стрелять. Оглушительный треск выстрелов и бородачи как в замедленной съёмке начали оседать на пол.

Мы выскочили в больничный двор и, не сговариваясь, бросились к ближайшему джипу в военной раскраске. На наше счастье ключ зажигания был на месте.

Водить я тоже не умела, так что за руль села Кэт и машина, как норовистая лошадь, сорвались с места. Визжа тормозами, мы развернулись и через распахнутые настежь ворота вылетели с больничного двора. Кэт с такой скоростью гнала по ухабистому шоссе, что поначалу я думала, что мы слетим в кювет или перевернёмся, попав в яму, но нет. По тому, как уверенно мы объезжали препятствия, до меня, наконец, доехало, что она профи в вождении.

– Куда мы едем? – спросила я, глядя на её спокойный профиль.

– Не имею понятия.

– Нам нужно в посольство.

Кэт насмешливо глянула на меня.

– Предлагаешь рвануть в Тунис?

– Лучше в Египет, – подумав, решила я.

– Как скажешь, – согласилась Кэт. – В Египет так в Египет. Главное, дорогу показывай.

М-да, проблема! Мобилы нет, с местными тоже не поговорить, арабского мы обе не знаем. К тому же это опасно. Можно запросто напороться на очередную банду.

Ладно, тогда вся надежда на внутренний навигатор. Благодаря ему я ещё ни разу не заблудилась в тайге. Надеюсь, выручит он и здесь.

– Через пять километров будет развилка. Там поверни налево и дуй по прямой… – я прислушалась к себе, – километров сто. Дальше пока не знаю. Приедем на место, скажу куда дальше.

– Понял, не дурак! – не удивилась Кэт моим загадочным указаниям.

Вот и умница! Стараясь не прислоняться кровоточащей спиной к спинке сиденья, я обеими руками вцепилась в железную скобу наверху и закрыла глаза. Мне было жизненно необходимо поспать. Жаль, что я не вампир и не могу превращаться в летучую мышь; сейчас это было бы очень кстати. Ох! Бедная моя спина!

– Sorry, подруга! Постараюсь вести ровней.

– Ничего, переживу, – отозвалась я и как в омут ухнула в сон без сновидений.

Благодаря моему врождённому навигатору мы беспрепятственно преодолели границу и добрались до Каира. По дороге мы промышляли банальным воровством. В этом деле Кэт тоже была профи. Она с такой лёгкостью «стреляла» наличность у туристов, что не имело смысла прибегать к моим способам вымогательства. Единственно, где требовалась моя помощь, это при встрече с местной фемидой. Видимо, полицейские не могли удержаться от соблазна, видя двух симпатичных девиц, восседающих в здоровенном джипе, или сразу же просекали, что он военный.

Когда нас остановили в первый раз, Кэт занервничала. Увидев, что полицейский глянул на мою пустую ладонь и с почтением взял под козырёк, она вопросительно уставилась на меня.

– Что ты ему показала? – не утерпела она.

Я усмехнулась.

– Лучше спроси, что он увидел.

– И что он увидел?

– Думаю, тот документ, который является для него авторитетом.

– Короче, ты даже не знаешь, что он увидел, – резюмировала Кэт и восхищённо прищёлкнула языком. – Здорово! Ирк, а давай ограбим банк? С твоими способностями это раз плюнуть.

– Ограбить банк? – я махнула полицейскому, который таращил на нас глаза, не понимая, о чём мы говорим. – Свободен! Давай вали отсюда.

Когда местный блюститель порядка уехал, козырнув мне на прощание, я повернулась к Кэт.

– Ты это серьёзно?

– Ну да, – не сразу ответила она, видимо, просекла, что я не в восторге от её идеи.

– Зачем тебе деньги?.. Отвечай! У тебя долги? – потребовала я.

– Нет у меня долгов! Забудь!

Кэт взялась за руль, и где-то с полчаса мы ехали молча. Она заговорила первой.

– Эй, подруга! Если думаешь, что я нищебродка, то ты ошибаешься, – заметила она самолюбивым тоном. – У меня отец, между прочим, банкир.

– Тогда тем более не понимаю, зачем тебе грабить банки, – спокойно заметила я, не желая вспугнуть Кэт. Это было впервые, когда она взялась рассказывать о себе.

– Затем что этих сволочей нужно грабить! – с ожесточением воскликнула она и вдавила педаль газа в пол.

Джип запрыгал, и я стиснула зубы, удерживая стон. Твою ж мать! Бедная моя спина!

Хорошо, что Кэт, поглощённая своими переживаниями, глядела вперёд и не обратила внимания на мои зверские гримасы.

– Я потому сбежала из дома, что меня уже тошнило от разговоров о деньгах, – продолжила она свои откровения. – Сколько себя помню, завтрак начинался с того, что мать начинала просить у отца денег, а он начинал орать, мол, сидите на моей шее, ничего не делаете, и сколько вам ни дай, всё вам мало. Ладно, был бы просто скупердяем, я бы ещё пережила, но как-то я спёрла интересное видео у его другана. Как папочка развлекается с проститутками. Пузатый ушлёпок швырялся зелёными направо и налево. С матери, значит, отчёт за каждую потраченную копейку, а шалавам денег без счёту. Однажды мама не выдержала моего нытья и купила мне айфон последней модели. Я ходила в престижную школу, там у всех были такие. Так столько вони было, что я швырнула мобилу ему в харю. Кончилось дело тем, что отец обозвал меня скудоумным выродком и выкинул из дома. Это было в первый раз, тогда мне было двенадцать. Затем это происходило уже постоянно.

– А что твоя мать?

Кэт передёрнула плечами.

– Она у него на положении рабыни. Старый ублюдок специально женился на тихой дуре, которую выдернул прямо со школьной семьи. Так что у Татки нет ни профессии, ни друзей, – с горечью сообщила она.

– Ладно, подруга, если понадобится, то мы грабанём банк твоего отца. Хорошо? – решала я подбодрить Кэт, видя, что по её лицу потекли слёзы.

– О’кей, – согласилась она и усмехнулась. – Вот блин! Дала же себе слово ни с кем не базарить о личном и вот на тебе!

– Со мной можно.

– Почему это? – с вызовом спросила Кэт.

Судя по настроению, она уже жалела, что разоткровенничалась о прошлой жизни.

– Потому что мы друзья, – ответила я и отвернулась.

В мои планы не входило рассказывать ей, что она – один из моих паладинов.

Вечером, когда мы заселились в отель, Кэт демонстративно выложила на стол свои многочисленные заначки. На глаз там было около двух тысяч, причём в евро. «Ну и?» – я вопросительно глянула на неё. «У меня принцип: от друзей не заначивать», – вздохнула она.

«Если только принцип», – я сгребла евро и сложила их в нашу общую кассу; после чего мы закатились в роскошный бутик и спустили заначку Кэт на тряпки.

***

В общем, быстро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Как бы то ни было, мы ехали, ехали и наконец приехали.

Нужно было видеть лица охранников, когда мы на угнанном военном джипе затормозили у посольства России и потребовали немедленной встречи с главой миссии.

Когда посольские начали тянуть время (под тем предлогом, что у них сегодня не приёмный день), Кэт встала и картинно потянулась, демонстрируя роскошные формы, а затем вышла из джипа и облокотилась на бампер. Сей провокационный жест был рассчитан на людей с профессиональной аппаратурой, которые болтались поблизости.

Кое-кто из журналюг сделал несколько снимков, но это было всё – видимо, нас не сочли заслуживающими внимания. Ладно, господа! Сейчас я подогрею ваш интерес.

Я выбралась из джипа и, подойдя к Кэт, тоже облокотилась на бампер. Знаю, причёсанные, накрашенные, вдобавок упакованные в дорогие шмотки, мы выглядели сногсшибательно, особенно на фоне машины в стиле милитари. Пресса отреагировала как надо: бочком, бочком мужская часть начала перемещаться в нашу сторону. Смелей, господа, вас ждёт любимое шоу народов, под названием: «Гламурные сучки, угодившие в переплёт». Я с озабоченным видом обошла вокруг джипа и, оттопырив зад, обтянутый короткими шортами, наклонилась к пробоине на кузове.

– О, боже! Кэт, ты только посмотри! На нашем Джеке остались следы от пуль! Как думаешь, нам его починят? – вопросила я на английском.

Кэт поддержала мою игру. Походкой модели она обошла машину и склонилась рядом со мной.

– О, нам чуть было не пробили бензобак! – заявила она на публику и добавила на русском: – Между прочим, это правда. Наше счастье, что по дороге мы не взлетели на воздух.

– Не помню, чтобы в нас стреляли.

– Это да. Стреляли в придурков, у которых мы слямзили джип.

– Девушки, откуда у вас пулевые пробоины? – сунула к нам нос акула пера.

Забавно, но первой нами заинтересовалась женщина, хотя мы всячески старались привлечь внимание мужчин-журналистов.

– Дело в том, что мы русские туристки и нас похитили… – начала я говорить и тут рядом с нами возник парень, который до этого стоял поодаль и делал вид, что кого-то ждёт.

– Извините, мадам! – он с решительным видом отстранил журналистку. – Мои соотечественницы нуждаются в помощи. Потом возьмёте у них интервью. Идёмте, девушки!

Парень подхватил нас с Кэт под руки и потащил за собой. Вроде бы не особо мощного телосложения, но он с лёгкостью преодолевал наше сопротивление. Что ни говори, а физически мужчины всё же сильней женщин. Впрочем, если мы и сопротивлялись, то исключительно скорости его передвижения.

– В чём дело? – поинтересовался он, продолжая тащить за собой двух упрямых ослиц.

– В том, что бег на каблуках не входит в число наших любимых развлечений. Если вам так уж приспичило оказать нам помощь, то могли бы сразу нас принять, а не мариновать у входа в посольство, – рявкнула я.

– Нужно было сразу сказать, что вы побывали в руках террористов, – миролюбиво отозвался парень и бросил на меня оценивающий взгляд.

Не удивлюсь, если наши спецслужбы уже пронюхали, что это я устроила резню в ливийском госпитале. Вот чёрт! Надеюсь, дело ограничится допросом, и они не полезут перетряхивать моё прошлое. Слишком много там такого, что мне будет трудно объяснить, во всяком случае, с позиций реализма.

Несмотря на повышенный интерес к нашим приключениям, документы нам выдали, и мы всё же добрались до родины.

[1] How are you feeling? (англ. яз.) – Как ваше самочувствие?

[2] You're lucky. You both survived, and you weren't even very badly hurt (англ. яз.). – Вам повезло. Вы обе остались живы и даже не очень сильно пострадали.