![](/files/books/160/oblozhka-knigi-merknuschiy-svet-172899.jpg)
Текст книги "Меркнущий свет"
Автор книги: Стюарт Макбрайд
Жанр:
Прочие детективы
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Глава 16
Народ из криминалистического бюро был рад для разнообразия выехать на труп в жилом доме, потому что в этом случае не надо бороться с чертовым шатром. Гостиная в квартире Карла Пирсона была оформлена приблизительно в том же стиле, что и прихожая: плакатами и страницами из журналов, только здесь обнаженные дамы были еще вульгарнее. Криминалисты установили металлическую дорожку и начали посыпать все вокруг черным порошком для снятия отпечатков пальцев; содержимое пылесоса было пересыпано в мешок для улик; взяты образцы крови, что было нетрудно, принимая во внимание, сколько ее было разлито по всей гостиной. Поспорили, была ли одна из обнаженных женщин – на фотографиях она развлекалась с целой кучей электрических штук – женой детектива-сержанта Битти. Потом всё сфотографировали и смирно стояли, пока доктор Вилсон во всеуслышание признавал мертвым голого мужчину с перерезанным горлом, привязанного к стулу из обеденного гарнитура.
– Просто диву даешься, как далеко в наши дни шагнула диагностика, – сказал Инщ, прислонившийся к стене. Он был в защитном комбинезоне самого большого размера, какой только смогли найти, и комбинезон этот явно проигрывал в борьбе с мощными формами инспектора. – Возьмете на себя смелость установить время смерти?
Док Вилсон наградил Инща испепеляющим взглядом.
– Нет, – сказал он, захлопнув свою сумку. – Что с вами случилось, ребята? Черт побери, вы всегда спрашиваете о времени смерти у бедного старого терапевта! Знаете что? Да я понятия не имею! О’кей? Довольны? Вам нужно время смерти? Спрашивайте у патологоанатома, вашу мать… – Он выпрямился и гордым шагом направился к выходу, на пороге помедлил, окинул взглядом трещавший по швам комбинезон инспектора: – Да, а вот вам я назову время смерти, и бесплатно. Через восемнадцать месяцев, если вы не похудеете. – И ушел, прежде чем Инщ смог сделать что-нибудь, кроме как покраснеть до ушей и что-то промямлить.
У Логана даже голова заболела; не хватало только, чтобы сейчас разгорелся скандал и все начали носиться как подорванные.
– Не обращайте внимания, – начал он. – Вилсон всю неделю на нервах. Вот и ведет себя…
Инщ злобно уставился на Логана:
– Скажи этому ублюдку, что, если я еще когда-нибудь увижу его на моемместе преступления, я лично позабочусь о том, чтобы он закончил жизнь в ЧЕРТОВОМ МОРГЕ! – Находившиеся в комнате смолкли. – Я ЛИЧНО ОБЪЯВЛЮ О ЕГО СМЕРТИ!
Изо рта у Инща во все стороны летела слюна. Логан много раз видел его сердитым, но никогда до такой степени. Трясясь от ярости, Инщ медленно прошел на кухню и так хлопнул дверью, что все незакрепленные предметы, находившиеся в квартире, загремели. А из квартиры этажом выше донесся громкий звук включенного телевизора.
– О господи, – прошептал оператор криминалистов. – За живое задело, что ли?
Пока детектив-инспектор Инщ сидел в дурном настроении на кухне, прибыл дежурный патологоанатом. На сей раз это был Фрейзер, а не Исобел, к большому облегчению Логана. Фрейзер согласился с диагнозом, который поставил дежурный врач: Карл Пирсон на самом деле мертв. Да, Логан может звонить в похоронное бюро, чтобы приехали и забрали тело. Вскрытие будет в три часа. А сейчас, пока будут заниматься всякими формальностями, Логан может спокойно осмотреть жертву. Он никому не помешает. Главное, ничего не трогать.
Карл Пирсон: двадцать четыре года, голый, привязан к стулу и совершенно мертвый. Горло перерезано почти от уха до уха, голова свесилась набок, широко раскрытые от удивления глаза безучастно уставились в холл. У левого уха не хватало большого куска, остался только небольшой кусок кожи в форме полумесяца. С обеих сторон широко раскрытого рта вдоль щек к затылку шли два глубоких параллельных рубца. Это выглядело так, будто ему в рот вставляли что-то вроде садомазохистского кляпа: маленькие круглые следы от дырочек на ремешках отпечатались на восковой коже. Руки Карла были заведены за спину и привязаны к ножкам стула нейлоновой веревкой. Кисти рук покрыты засохшей кровью, поэтому трудно разобрать детали, но совершенно очевидно, что некоторые пальцы Карла значительно короче, чем должны быть. Одни заканчивались у второго сустава, другие были отрезаны почти подчистую, третьи где-то посередине: кости и хрящи торчали как вареные рыбьи глаза. Отрезанные части пальцев валялись под стулом, ногти на них были вырваны. Грудная клетка Карла – в тех местах, где она не была залита кровью из зияющей раны на шее, – была покрыта ожогами от сигарет, правого соска не было. Ноги были широко разведены в стороны, и Логану были отлично видны его яйца. Они были покрыты не то волосами, не то иголками от стэплера – Логан не мог разобрать, а наклоняться, чтобы лучше рассмотреть, не очень хотелось. Бледные волосатые ноги тоже были покрыты ожогами, колени шишковатые и бесформенные. И кажется, по ступням кто-то хорошо прошелся молотком.
– И что вы об этом думаете?
Логан повернулся и увидел заместительницу прокурора. Она стояла в дверном проеме, стараясь выглядеть непринужденно, в защитном комбинезоне, но избегала смотреть на покрытое запекшейся кровью голое тело. Криминалисты куда-то подевались, скорее всего шуровали в оставшейся части квартиры, обходя стороной кухню, – дожидались, пока детектив-инспектор Инщ немного успокоится.
– Ну, – ответил Логан, – если бы он что-нибудь знал, он бы раскололся.
Рейчел рискнула бросить быстрый взгляд на тело Карла Пирсона:
– Пытали, чтобы получить информацию?
– Наверное, что-то связанное с наркотиками. Карл торговал ими, а в городе сейчас появилась новая команда. И кажется, они играют очень жестко.
Стараясь держаться подальше от Карла Пирсона, Рейчел прошла через гостиную и посмотрела из окна на обласканное солнцем Северное море:
– Как, черт возьми, можно пытать человека в многоквартирном жилом доме и не попасться? Ведь кто-то должен был что-нибудь услышать!
– Если бы я этим занимался, то вставил бы ему в рот кляп, привязал к стулу и только потомначал пытать. Прижигал бы кожу сигаретами, выдернул несколько ногтей, разбил бы молотком пальцы на ногах… А потом, когда он перестал бы кричать под кляпом, я бы этот кляп вынул и начал задавать вопросы. Он бы уже хорошо понял, что тут нет ничего личного, только бизнес. Потом вставил бы кляп снова и снова над ним поработал. Ухо бы отрезал, пару пальцев отрубил, чтобы ему на самом делебыло очень больно. А потом еще раз повторил бы вопросы. Чтобы проверить, даст он во второй раз такой же ответ или нет. А потом повторил бы все еще раз, для надежности. Так никто ни звука не услышит… разве только стук молотка. С вами все в порядке?
Рейчел вздрогнула:
– Знаете… Я никогда… на самом деле никогда до этого не видела никого в таком… – она махнула рукой в сторону израненного тела, – в таком состоянии.Чтобы прямо вот так… Я хочу сказать, нам много приходится смотреть фотографий, когда мы готовим дело для передачи в суд, но… – Она развела руками.
– Это не одно и то же. – Логан кивнул.
За окном в потоке морского бриза пронеслась чайка, ее белое тело было освещено ярким солнечным лучом и как будто светилось на фоне глубокого эмалево-синего моря.
– Что вообще здесь происходит, черт возьми? – спросила Рейчел, пристально глядя на облака, стремительно скользившие по матовой поверхности неба. – Кажется, что такой тихий маленький город, как Абердин, должен быть абсолютно безопасен… Вы знакомы со статистикой? По информации из Министерства по делам Шотландии, здесь убивают народу больше, при пересчете на миллион населения, чем в Англии с Уэльсом, вместе взятых. Как вам это? – Она ткнулась лбом в стекло. – А покушений на убийство у нас в двадцать шесть раз больше, чем самих убийств! Меня просто распирает от гордости.
Логан встал рядом с ней у окна:
– Правда? В двадцать шесть раз?
Рейчел кивнула:
– В двадцать шесть.
Он покачал головой:
– Ой-ей-ей… Ну, тогда мы на самом делев полном дерьме! Как можно так часто промахиваться? Это родители виноваты.
Она слегка улыбнулась.
– Ну да ладно. – Логан подошел к истерзанному телу в центре комнаты. – Могу высказать предположение, что местечковая война между торговцами наркотой вышла на новый уровень. И вот такого мы еще много увидим…
Он посмотрел на отрезанное ухо Карла Пирсона и понял, что жутко голоден. Судя по наручным часам, было уже два тридцать. Вскрытие Карла Пирсона должно было начаться в три; у него было тридцать минут, чтобы перекусить и вернуться в участок.
Хлопнула входная дверь, и в гостиную заглянула прокурор. Наметанным глазом она осмотрела место преступления, потом нахмурилась, твердым шагом промаршировала мимо трупа и уставилась на плакаты, покрывавшие стены:
– Это что, жена детектива-сержанта Битти?
Вскрытие Карла Пирсона затянулось. В пять тридцать Логан извинился, сославшись на предыдущую договоренность: нужно было проверить, все ли готово у детектива-инспектора Стил для ночной операции по скрытому наблюдению. Зная ее, он понимал, что Стил будет надеяться на то, что он опять выполнит всю черную работу. Да и к тому же вся информация, которую доктор Фрейзер смог извлечь из разрезанного трупа, свелась к тому, что обнаружено множество следов от уколов в верхнюю двуглавую мышцу. Логан был готов побиться об заклад, что вся эта кровавая работа закончится тем, что будут обнаружены следы наркотиков. Конечно, не для того, чтобы Карл словил кайф, а чтобы не вырубился от болевого шока. А может быть, в награду за то, что сказал правду. Чтобы облегчить боль.
Комната для оперативных совещаний детектива-инспектора Стил находилась наверху и была такой же безжизненной, как и Карл Пирсон. Изредка звонил телефон, но ничего серьезного не происходило. Инспектор сидела, развалившись, напротив компьютера, ковыряла в зубах и читала «Ивнинг экспресс». Да, конечно, все бумаги она подготовила и подписала у самого старшего суперинтенданта. А это означало, что облажаться они не имеют права. Если они облажаются, то все кому не лень, вместе со своими собаками, выстроятся в очередь, чтобы порвать им задницы.
Но есть и еще один вопрос: а что, если детектив-инспектор Стил не получит результатов от этого сидения в засаде? И что тогда? Она, что ли, будет в этом виновата? Да и вообще, не очень-то мы пока прославились на этом чертовом расследовании. Почему-то смерть двух проституток не привлекла внимания общественности даже после того, как к дел уприклеили слова серийный убийца. За весь день ни одного телефонного звонка.
– А что, если устроить реконструкцию? – спросил Логан. – И сообщить об этом в новостях?
Стил улыбнулась ему с материнской нежностью:
– Отличная идея! Возьмем кого-нибудь, переоденем убитой проституткой, и еще кого-нибудь, чтобы был убийцей, заманим ее к нему в машину. А потом попросим всех, кто болтался по докам той ночью, поделиться с нами информацией. – Тут явно предполагался сарказм, Логан это чувствовал. – Ты только представь себе, какой шквал звонков на нас обрушится! Все эти социально озабоченные сутенеры, шлюхи и их клиенты! «Да, офицер, я был в доках той ночью, хотел девочку найти, и видел, как какой-то мерзкий мужик снял проститутку, которую убили…» Мне придется взять еще нескольких констеблей, чтобы отвечали на телефонные звонки. Нас просто засосет, как в трясину!
– Отлично, – сказал Логан. – Пусть так и будет.
Она ухмыльнулась:
– Ладно, не бери в голову, Мистер Герой Полицейский, если сегодня ночью будет облом, я об этом подумаю. По крайней мере, у старшего констебля сложится впечатление, что мы что-то делаем. А теперь почему бы тебе не найти парочку женщин-констеблей пострашнее, чтобы они сыграли проституток? Скажи им, что получат бутылку водки, если после сегодняшней ночи их никто догола не разденет и не изобьет до смерти.
Восемь тридцать вечера, совещание подходило к концу. Детектив-инспектор Стил изложила основные правила, прошлась с каждым по плану операции; старший суперинтендант произнес пятиминутную вдохновляющую речь о рисках и положительных моментах операций такого типа.
Группа номер один была самой малочисленной: женщины-констебли Дэвидсон и Мэнзис, подставные проститутки, явно не претендовали на победу в конкурсе красоты. Они уже были одеты в соответствии с распределенными на сегодняшний вечер ролями: короткие юбки, бюстгальтеры с накладками, десять слоев штукатурки на лице, на волосах пережженный домашний перманент. У каждой были передатчик, запасные батареи к нему, на всякий случай, и миниатюрный Джи Пи Эс-трекер, который вшили в их чудовищное нижнее белье. Так что если с ними и случится что-нибудь, с лица земли они не исчезнут. И еще у них были газовые баллончики.
Группа номер два состояла из восьми сотрудников в штатском, по двое на машину. Они будут стоять в тех местах, которые Логан отметил на плане, и наблюдать, как Дэвидсон и Мэнзис откроют торговлю своим телом.
Третья группа была самой большой: в нее входили три машины с опознавательными знаками, две патрульные машины криминального отдела без опознавательных знаков и с полдюжины полицейских в форме, которые сначала будут находиться в темно-синем микроавтобусе, а потом рассредоточатся по улицам, ведущим к району «красных фонарей»; у всех будет аппаратура для видеонаблюдения, и все будут готовы действовать по первому сигналу.
Группа номер четыре останется в штабе, обеспечивая бесперебойную работу каналов связи. Будет пересылать сообщения. Следить за тем, чтобы все находились на своих местах, а Дэвидсон и Мэнзис остались в живых. Это была большая операция: задействованы значительные человеческие ресурсы, солидные денежные и материальные средства, но старший суперинтендант заверил, что старший констебль на их стороне на все сто процентов. И что у Стил есть санкция на следующие пять ночей, но старший констебль не сомневается, что результат они получат намногораньше. Логан, хорошо представлявший, сколько дырок было в этом оперативном плане, молчал как рыба.
Как только все начали расходиться по отведенным позициям, Логана зажал в угол детектив-сержант Ренни:
– Я нашел того парня, которого вы искали. Ну, того, который сейчас доки патрулирует. Вы ведь хотели, чтобы я его нашел?
– Да, конечно. Где он?
– Придет в десять: констебль Роберт Тейлор. Уже два года патрулирует места, где работают шлюхи. Я в диспетчерской оставил сообщение, что вы хотите с ним поговорить. – Ренни улыбнулся, как будто ждал конфетку. Логан ему ничего не дал.
– А что с фотороботами?
– Девочку никто не опознал, но несколько детективов сказали, что парня зовут либо Данкан, либо Ричард… или еще как-то.
Логан нахмурился. Литовская девчонка сказала, что ее сутенера звали Стив.
– Фамилии нет?
– Нет.
– Хреново.
– Да.
Операция, к большому удивлению Логана, началась ровно в девять часов вечера. Они сидели с инспектором Стил в ржавом «воксолле», прямо за воротами в конце Маришаль-стрит, там, где она выходила на Риджент-ки, к докам. Они остановились на приличном расстоянии от ворот, чтобы не вызвать подозрений, если их заметят с улицы, но и не теряя обзора – все было отлично видно сквозь высокий забор из серых чугунных пик, которые огораживали доки по всей длине Шор-лейн. Инспектор даже сообразила прикрыть рукой огонек сигареты, чтобы он их не выдал. Команды уходили одна за другой, последней ушла приманка. «Безобразные сестренки», как настойчиво рекомендовала их называть детектив-инспектор Стил. Не удивительно, что саму операцию она назвала «Золушка». Логан был очень удивлен, что никто до сих пор не начал огрызаться.
– Вы уверены, что это сработает? – спросил он, когда констебль Мэнзис прекратила стонать по поводу того, что в этой чертовой мини-юбке ветер задувал ей прямо в задницу.
– Нет, – сказала Стил, выпуская дым, который тонкой струйкой потянулся из окна машины. – Но это всё, что у нас есть. Если мы не установим наблюдение и пропадет еще одна несчастная шлюха, нас просто распнут. И вообще, это наш план, черт возьми, так что, пожалуйста, не начинай. О'кей?
– А что, если кто-нибудь пропадет, пока мы здесь?
Стил вздрогнула:
– Твою мать, даже не думай об этом!
– Мы что делаем – наблюдаем за двумя нашими констеблями, переодетыми в проституток. Так? А что, если какая-нибудь настоящая проститутка сядет в машину к нашему парню? Как мы об этом узнаем? Он ведь может оказаться кем угодно!
– Да знаю я, знаю. – Стил в последний раз затянулась сигаретой и выкинула из окна тлеющий окурок. – Дерьмовый план, но что мы можем поделать? Рози Вильямс убили в прошлый понедельник ночью, Мишель Вуд – в прошлую пятницу. Четыре дня. – Посчитала на пальцах: – Суббота, воскресенье, понедельник, вторник. То есть сегодня вечером. Если это укладывается в схему, следующая должна пропасть сегодня или завтра.
– Если он только не прихватил уже кого-нибудь, а мы об этом пока не знаем.
Стил хмуро взглянула на него:
– Может быть, я чего-то не понимаю, сержант? Ты даешь дельные советы или просто треплешься? – Логан захлопнул рот. – Да, – сказала инспектор, – так-то лучше.
Наступило тягостное молчание.
Логан сидел, смотрел на улицу, думал о чем-то.
– У меня сегодня утром был интересный разговор с инспектором Напье, – сказал он наконец.
– Да? – с подозрением спросила она.
– Он сказал, что вы должны выйти из этого дела увенчанная лаврами или меня поджарят.
– Поджарят? На Напье это не похоже. Я думаю, что он сказал что-то вроде «Кровь – это жизнь!».
– Ну, он облек это в аллегорическую форму, вспомнил басню о фермере, лисе и цыпленке. Но он именно это имел в виду.
– И кем он видит тебя?
– Цыпленком.
– Прекрасно. – Стил улыбнулась.
– С чего он вдруг этим озаботился?
Не переставая ухмыляться, Стил вытащила из пачки еще одну сигарету и прикурила:
– Скажем так, мы с Напье понимаем друг друга, и давай больше не будем к этому возвращаться.
Конечно же Логану не хотелось это так оставлять, но Стил больше ничего не собиралась рассказывать, и они опять погрузились в молчание.
Казалось, прошло несколько часов, как вдруг из рации донесся голос констебля Мэнзис:
– Приближается машина!
В дальнем конце Шор-лейн вспыхнул свет фар. Рация зашипела и захрипела, Логан достал прибор ночного видения и повозился с фокусом, пока не появилось крупное четкое изображение входа в переулок. Констебль Мэнзис, упершись руками в бока и выставив грудь, заглядывала в водительское окно какой-то машины.
– Привет, сладкий, – игриво сказала она, – хочешь позабавиться?
Логан не мог разобрать лицо человека, сидевшего за рулем: Мэнзис стояла под одним из немногих работавших уличных фонарей, его свет отражался в ветровом стекле и не давал рассмотреть лицо водителя. Последовал какой-то приглушенный разговор, звук был сильно искажен, и ничего нельзя было разобрать – видимо, Мэнзис спрятала микрофон в кружевах своего бюстгальтера, при каждом движении он терся о ткань, и шорох заглушал голоса.
– Как насчет того, чтобы мы с тобой… ОЙ, УБЛЮДОК!
Стил выпрямилась в кресле. Машина клиента взревела.
В прибор ночного видения Логан заметил, что констебль Мэнзис держится за левую грудь. Она наклонилась, пропала из виду, Стил схватила рацию и закричала:
– Пошли-пошли-пошли!
Мэнзис снова появилась и швырнула чем-то в удалявшуюся машину. Громкий удар – и автомобиль, заскрежетав тормозами, остановился у края тротуара. Водитель распахнул дверь и выскочил, уставившись на разбитое заднее стекло. Он был слишком возбужден и не заметил, как две машины из криминального отдела затормозили у обоих концов Шор-лейн, полностью заблокировав ее.
Логан услышал, как мужчина заорал на констебля Мэнзис, слова доносились громко и четко, их не заглушал даже шорох кружевного бюстгальтера.
– Ах ты, грязная сука!
Он замахнулся, но Мэнзис была быстрее. Резким ударом наотмашь она свалила его на землю. Вот что значит быть членом команды своего подразделения по кикбоксингу! Когда Логан и инспектор Стил подъехали, клиент уже был закован в наручники, лежал на грязной булыжной мостовой и пронзительно вопил, требуя адвоката. А Мэнзис его фиксировала.
– Ох, господи… Как колет… – Согнувшись пополам, инспектор Стил с перекошенным лицом держалась за бок после безуспешной попытки пробежать стометровку. – Мэнзис, ты в порядке?
– Этот ублюдок меня за сосок ущипнул! Чуть, сука, не оторвал!
Мэнзис оттянула одну чашку своего несгибаемого бюстгальтера, чтобы продемонстрировать это инспектору, но Стил сказала, что не надо, что у нее самой есть два таких же и вот прямо сейчас ей не хочется смотреть на чьи-то еще. На случай, если констебль Мэнзис все-таки вытащит наружу свою грудь, Логан тихонько смылся, решив осмотреть машину обидчика. Это был убогий мини-вэн с целой кучей сидений и багажным отсеком, на боковом окне красовался стикер «МАМОЧКИНО ТАКСИ». На дне багажника, в самом центре, валялась ржавая железка, окруженная маленькими стеклянными кубиками разбитого заднего стекла. Логан достал мобильный телефон, позвонил в штаб-квартиру и попросил пробить по номеру владельца машины.
Тем временем Стил решила, что еще одна сигарета поможет ей восстановить дыхание. Кашляя и отплевываясь, она вытащила Логана из машины и приказала Мэнзис поднять подозреваемого на ноги. В темноте было трудно разглядеть его лицо, к тому же оно было очень грязным, потому что парню пришлось-таки поваляться на земле.
– Имя, – требовательно произнесла инспектор, вытащив изо рта сигарету, чтобы сплюнуть на булыжную мостовую что-то темное и гадкое.
Глаза мужчины забегали.
– Саймон Макдональд.
Инспектор нахмурилась, склонив голову набок, как кот, наблюдающий за жирной мышью:
– Что-то лицо мне твое знакомо, Саймон. Я тебя не арестовывала за что-нибудь?
– У меня никогдане было проблем с полицией!
Зазвонил логановский мобильник: из дежурной части ответили, что такая машина в системе не зарегистрирована. Он уверен, что правильно сказал номер? Логан снова подошел к машине и сел на корточки у заднего бампера. Внимательно посмотрел. Что-то странное было в этом номере: он не отражал свет электрического фонаря. Кто-то приклеил на него кусок ламинированной бумаги. На расстоянии, в темноте, выглядело довольно убедительно, но если приглядеться, сразу становилось понятно, что подделку изготовили на домашнем компьютере с цветным принтером. Он отодрал фальшивый номер и сообщил в дежурную часть цифры, спрятанные под ним. Когда он услышал результат, по его лицу расплылась широкая улыбка. Вернулся к месту, где инспектор промывала мозги напавшему на констебля Мэнзис, расспрашивая его о том, где он был ночью в прошлый понедельник и в прошлую пятницу. Логан подождал, когда она закончит, потом спросил:
– Разве вы не знаете, мистер Маршалл,что сообщать полицейским чужое имя – это серьезное правонарушение? Я уже не говорю об управлении автомобилем с фальшивыми номерами.
Подозреваемый вздрогнул, а инспектор Стил схватила его за лацканы пиджака и потащила к одному из немногих работавших уличных фонарей, потом присвистнула: перед нею был член городского совета Эндрю Маршалл, главный обличитель полиции Грэмпиана как сборища бесполезных идиотов. По лицу Стил расплылась зловещая улыбка, словно огонь по женскому монастырю.
– Так-так-так, член городского совета, чтоб мне сдохнуть, – произнесла она со смаком. – Ну, теперь-то вы в полной и глубокой жопе.
Член городского совета Маршалл забормотал, борясь с паникой и праведным гневом:
– Вы не имеете праватак со мной обращаться!
– Да что вы? – Стил подмигнула ему. – Попытка изнасилования, оказание сопротивления во время ареста, предоставление сотрудникам полиции фальшивого имени, вождение автомобиля с фальшивыми номерами… Думаю, найдем и еще что-нибудь, когда осмотрим вашу машину? – Член городского совета отвел глаза, и она кивнула. – Так я и думала. Кажется, нам с вами нужно серьезно поговорить, вам не кажется?
Детектив-инспектор Стил обняла мужчину за дрожащие плечи и повела куда-то в сторону.