Текст книги "Больше, чем просто друзья (СИ)"
Автор книги: Стэйси Фокс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)
ГЛАВА 4.
Следующие несколько рабочих дней пролетают в одно мгновение. В суете, в движении, в бесконечной череде заказов. Я словно робот – механически выполняю свои обязанности, не позволяя мыслям уходить в сторону. Потому что если я остановлюсь – если дам себе хотя бы минуту передышки – снова начну грызть себя.
Когда рабочий день наконец заканчивается, с облегчением выдыхаю. Собираю вещи, неспешно выхожу из кафе в сторону автобусной остановки. Погода сегодня на удивление хорошая – тёплый весенний вечер, солнце уже клонится к закату, окрашивая небо в розовые и золотые тона. Я хочу хотя бы немного насладиться этим, выдохнуть, почувствовать себя живой.
Втыкаю в уши наушники, включаю любимый плейлист, и просто иду. Расслабленно, неторопливо, позволяя музыке заполнить пустоту в голове. Ритм шагов сливается с битом, и я на мгновение почти забываю о своей усталости. И в этот момент прямо передо мной резко скрипят по гравию шины. Дорогой тонированный внедорожник останавливается у самого носа, буквально в сантиметре. Я подпрыгиваю от неожиданности, наушники вылетают из ушей, и сердце пропускает удар.
– Эй, слышь, мелкая? – раздаётся знакомый голос, весёлый, наглый, от которого у меня внутри всё переворачивается. – Мы, кажется, учили тебя с Игорем, что нужно быть внимательной, когда идёшь по дороге.
Я остываю от наглости этого поганца на несколько секунд. Смотрю на опущенное стекло, эти нахальные глаза, – и во мне закипает злость. Хорошее настроение испаряется мгновенно.
– А я и не по дороге иду, если ты не заметил, – цежу сквозь зубы. – По тротуару. Ты бы лучше за рулём внимательнее был.
– Суть дела это не меняет, – Горин расплывается в самодовольной улыбке, словно я только что сказала что-то забавное. – Ну так что, может, сядем и обсудим все наши с тобой претензии друг к другу? Или ты и дальше будешь походить на скисший компот? Знаешь Рит, это лицо отпугивает мужчин.
– Но к тебе, видно, это не относится, раз ты ещё до сих пор здесь, – отвечаю, чувствуя, как внутри закипает адреналин. Мне хочется запустить в него чем-нибудь тяжёлым.
– Ого, – Горин приподнимает бровь, и в его глазах загорается смешинка. – Ну ничего себе, мелкая, а ты огрызаться с дядями научилась?
– А ты, видно, слишком взрослым себя считаешь? – парирую, закидывая наушники в сумку. – С такими-то манерами?
– Нет, что ты? Боже упаси, а то постарею и перестану женщинам нравиться, – Артем подмигивает, и я чувствую, как меня передёргивает от этой самоуверенной наглости.
– Ага, как же, – бурчу себе под нос, обходя машину и ускоряя шаг к остановке. Спорить с ним бесполезно. Всегда было.
Позади слышу недовольное пыхтение, затем звук открывающейся двери, и через минуту его «высочество» Артём Станиславович во весь свой королевский рост преграждает мне дорогу. Я налетаю на его грудь, как на стену, и меня отбрасывает на несколько шагов назад.
– Да ты издеваешься?! – рявкаю, выдёргивая наушники из ушей, раздражённая до предела. – Тебе что, дороги мало? Едь куда хотел и хватит меня преследовать!
– Рит, может, хватит?! – его тон резко меняется – с весёлого на серьёзный, почти умоляющий. – Я правда хочу всё уладить. Просто поговорить со своим старым другом.
– А разве друзья так поступают? – выкрикиваю, чувствуя, как слёзы обиды подступают к горлу, хотя я изо всех сил пытаюсь их сдержать.
– Как? – он наклоняет голову, и в его глазах мелькает что-то болезненное.
– Как поступил ты! – выплёвываю. – Тринадцать лет тишины, а теперь ты появляешься и делаешь вид, что ничего не случилось? Что я должна просто взять и забыть?
– Рит, я думал, мы уже давно закрыли этот гештальт, – он делает шаг ко мне, его голос становится мягче. – Ты же уже не маленькая, должна понимать – тогда так нужно было. Я не мог поступить иначе. Хватит уже вести себя как обиженный ребёнок.
– Обиженный? – чувствую, как внутри закипает ярость. – Нет, ну вы видели это? – я обвожу руками пространство, пытаясь найти слова. – А кто же просил тебя снова появляться в моей жизни и всё портить?
– А я разве делаю это, Рит? – в его голосе звучит такая искренняя боль, что я на мгновение застываю.
Я хочу запротестовать, хочу выкрикнуть Горину в лицо всё, что накопилось. Но психи сдают окончательно. Я просто молча толкаю его плечом и иду дальше. Куда угодно, лишь бы подальше от него.
– О боги, – пыхтит Артём позади. – Самсонова, как же с тобой сложно.
Я игнорирую. Иду вперёд, сжимая сумку, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Но внезапно меня резко отрывают от земли – и как мешок с картошкой ловко перебрасывают на сильное плечо. Мир переворачивается, я вижу его спину, а затем мы движемся к машине.
– Ты что, с дуба рухнул, придурок?! – брыкаюсь, пытаясь освободиться, молотя кулаками по мощной спине. – А ну отпусти меня немедленно, пока я тебя не покалечила!
– Давай, рискни здоровьем, – его голос звучит ровно и спокойно, хотя я чувствую, как он напряжён. – В долгу не останусь.
– Больной! – кричу.
– От полоумной слышу, – отвечает, и я слышу в его голосе улыбку.
– Идиот! – выдыхаю, чувствуя, что силы на исходе.
– Да. А ты разве не знала? – Горин уже открывает дверцу и аккуратно, но настойчиво впихивает меня на пассажирское сиденье. Я пытаюсь выскользнуть, но он ловко пристёгивает меня ремнём, наклоняясь ко мне так близко, что я чувствую запах его парфюма. Сердце пропускает удар, и я на мгновение замираю.
– Горин, ну ты явно с головой не дружишь, – пыхчу, пытаясь отстегнуть проклятый ремень, пока он обходит машину и садится за руль.
– Ну и ты умом никогда не отличалась, – он бросает на меня короткий взгляд и заводит двигатель. – Однако если не забыла, это не мешало нам с тобой дружить.
– Ты дружил не со мной, а с моим братом! – выкрикиваю, злясь на себя за то, что голос звучит так по-детски обиженно. – А я просто хвостом за вами бегала, стараясь подражать вам. Бесплатный бонус плюс вечная головная боль.
ГЛАВА 5.
Мне становится некомфортно. Очень. Я чувствую себя чужой в этом мире дорогих машин, строгих костюмов и холёных лиц. Вхожу в зал и нервно тереблю ремешок сумки. Одета я явно не по случаю: потёртая футболка, рванные джинсы, потрёпанная клетчатая куртка. Вокруг меня женщины в вечерних платьях, мужчины в смокингах. Я сжимаюсь, пытаясь стать невидимой.
Официант провожает нас на мансарду, к дальнему столику у огромного панорамного окна.
– Прошу, – произносит, усаживая нас.
Я сажусь на мягкий стул и оглядываюсь. Хрусталь, серебро, свечи в подсвечниках. Здесь всё дышит богатством, которое мне чуждо.
– Горин ты бы хотя бы предупредил, куда мы едем, – шепчу, чувствуя, как щёки заливаются краской. – Я бы платье по случаю надела.
– Забей, – он пожимает плечами, берет меню. – Мы просто пришли сюда поесть. Никто на тебя не смотрит. Заказывай себе вкусняшку, а там, глядишь, и добрее станешь.
– Я не ем сладкое, – отвечаю сухо, даже не глядя в меню.
Горин поднимает на меня глаза. Удивление на его лице такое искреннее, что я почти смеюсь.
– Да ты шутишь? – он откладывает меню и смотрит на меня так, будто я сказала что-то из ряда вон выходящее. – И как давно?
– Лет с тринадцати, – пожимаю плечами.
– Ничего себе, мать! – он искренне удивлён. – То-то я смотрю, что ты с того времени злее как-то стала. Раньше же сладости килограммами хомячила за обе щеки.
– А ты я смотрю, на мне решил весь свой арсенал шуток испробовать? – приподнимаю бровь, чувствуя, как уголки губ предательски дёргаются вверх.
– Нет, что ты. Грех смеяться над несчастным человеком, – Горин откидывается на спинку стула, сверля меня взглядом. – Жизнь тебя и без меня радости уже последней лишила.
– А тебя жизнь видно говорить научила, – парирую. – Раньше всегда такой тихий был, молчаливый. Слова из тебя вытянуть невозможно было.
Артем смотрит на меня долгим, внимательным взглядом. И когда он говорит, в его голосе появляется такая серьёзность, что я замираю.
– А может, я просто хочу наверстать упущенное с тобой.
Чувствую, как воздух между нами становится тяжелее. Его слова проникают сквозь мою броню, оставляя след где-то в груди.
– Ладно, – вскидываю руки в знак капитуляции, пытаясь скрыть смущение. – Ты выиграл. Итак, о чём хочешь узнать?
– Для начала расскажи, чем жила всё это время, – он откидывается на спинку стула, и я чувствую, как его внимание полностью сосредоточено на мне.
– Да так, ничего сверхчеловеческого, – пожимаю плечами. – Закончив школу, поступила на экономический. Но когда у родителей не хватило денег, перевелась просто в торговый колледж. Проучилась несколько лет, нашла парня, пошла работать. Что, между прочим, делаю и по сей день.
– Н-да… – подытоживает Артём, тяжело вздыхая. В его голосе звучит разочарование.
– Что? – непонимающе смотрю на него.
– Да то, что более скучного рассказа о себе я уже давно не слышал, – он качает головой. – Хотя, не мне тебя судить. Так что там с парнем? Хорошо ему живётся с тобой?
– Как у Христа за пазухой, – отвечаю сухо. – Ему разве есть на что жаловаться?
– Ну да, ну да, – загадочно отвечает Артем, улыбаясь своим мыслям. Затем замечает, что я не притронулась к еде. – Чего не ешь? Не нравится?
– У нас вкуснее готовят, – коротко отвечаю. И это правда. Вид идеально приготовленного блюда совсем не внушает мне аппетита. Возможно, я просто привыкла к более скромной еде, ценник которой намного меньше, чем в этом ресторане.
Мы сидим в тишине, и я рассматриваю интерьер, когда замечаю идущую в нашем направлении разодетую девушку модельной внешности. Она движется грациозно, как пантера, и моё сердце почему-то начинает колотиться быстрее. Я вжимаюсь в стул, наблюдая за ней. Она подходит к Артёму, наклоняется и обнимает его со спины, целуя в щеку. Полностью игнорируя меня, будто рядом с ним никого нет.
– Артём-чик, дорогой, здравствуй, – воркует, поглаживая его плечо. – А я уже думала, что ты дорогу ко мне забыл.
– Что ты, Вик, просто дел невпроворот, – Артём напрягается, его голос становится вежливо-отстранённым. – Некогда по ресторанам ходить.
– Ну да, ну да, – она кокетливо наклоняет голову. – Слышала, ты новое СТО купил.
– Ага. Так что работы прибавилось, – он старается быть учтивым, но я вижу, как он хочет закончить этот разговор.
– Вот я искренне не понимаю тебя, – продолжает Алиса, не замечая его напряжения. – Зачем вечно дышать этой гарью и делать всё самому, если можно нанять толковых людей и они сделают всё за тебя?
– Возможно, так было бы лучше, – он пожимает плечами. – Но, как ты знаешь, я предпочитаю делать всё сам.
– Ну да, помню, – она протягивает слова с двусмысленной интонацией, мурлыча. – Вот за это ты мне и нравишься.
– Спасибо, Вик, за комплимент. А теперь, если можно, оставь нас наедине.
«Ее величество» впервые бросает на меня взгляд. Королевский, оценивающий, пренебрежительный. Виктория меня не видит – она оценивает меня, как вещь, которая случайно оказалась в поле её зрения.
– С кем? – спрашивает она, и в её голосе звучит сталь.
– С подругой, – отвечает Артём, и в его голосе появляются стальные нотки. – Надеюсь, ты не против?
На лице девушки расцветает сладкая улыбка.
– Если с подругой, то нет. Ну пока, Артём-чик, скоро я к тебе загляну. Пока-пока!
Она уходит с той же лёгкостью, с которой пришла, оставляя за собой шлейф дорогих духов и холодное молчание.
Я оцениваю весь спектакль со стороны, чувствуя, как внутри закипает странная смесь раздражения и неловкости.
– А я смотрю, ты женским вниманием не обделён, – говорю, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно. Мне почти это удаётся.
– Было бы странно с учётом моих возможностей, – он пожимает плечами, и в его голосе проскальзывает самоирония.
– Я думала, ты сейчас скажешь «внешности», – замечаю спокойно.
– Рад, что ты наконец оценила мою внеземную красоту, – Горин улыбается, но в его улыбке больше горечи, чем веселья.
ГЛАВА 6.
Утром я просыпаюсь от того, что проспала. Нещадно, беспощадно, на все сто процентов. Вскакиваю с кровати, как ошпаренная, сердце колотится где-то в горле, а в голове одна мысль: «Опоздала, опоздала, опоздала!». Запихиваю в рот бутерброд, на ходу застёгивая куртку, хватаю сумку и несусь в сторону остановки, едва не сбивая с ног соседей в подъезде.
Привычный маршрут сегодня кажется мне крайне тяжёлым – ноги гудят, голова раскалывается, а перед глазами всё плывёт. Я не выспалась. Благо, дядя Саша на кухне оказывается моим ангелом-хранителем. Он спокойно реагирует на моё опоздание, даже не поднимает бровь, и прикрывает меня перед тётей Любой, которая вечно пилит за пунктуальность. Я выдыхаю и бросаюсь в омут работы, стараясь наверстать упущенное в бешеном темпе. Посуда летает, столики меняются, я ношусь по залу как угорелая, пытаясь не думать ни о чём, кроме работы.
Когда наступает минутная передышка, беру тряпку и начинаю яростно натирать стекло витрины, вкладывая в это движение всю свою злость и усталость. Пот заливает глаза, но я не останавливаюсь.
– Не думал, что когда-нибудь это скажу, – раздаётся за моей спиной знакомый, насмешливый голос. – Но от такого количества работы, что ты проделала с утра, обычно кони дохнут.
Я не оборачиваюсь, продолжая тереть стекло.
– И тебе доброе утро, – спокойно отвечаю, краем глаза замечая его отражение.
Он вальяжно подходит ко мне со стаканчиком кофе в руке. Сегодня Артём одет по-другому. На нём порванная майка, открывающая загорелые плечи, и фирменный комбинезон с логотипом его СТО, расстёгнутый на груди. Я не могу сказать, что эта одежда портит его внешний вид – скорее наоборот. В ней он выглядит не солидным дядькой Артёмом Станиславовичем, а скорее просто Тёмой, тем парнем, за которым я когда-то бегала по двору.
Я чувствую, как уголки губ сами собой ползут вверх, и не могу остановить эту улыбку.
– И что тебя рассмешило? – он наклоняет голову, оценивая моё лицо, и в его глазах мелькает любопытство.
– Да так, – пожимаю плечами, продолжая тереть стекло, чтобы скрыть свои эмоции. – Просто вспомнилось, как вы с Игорем ходили на рыбалку и утопили соседский велосипед.
Артём тоже начинает смеяться – открыто, искренне, запрокидывая голову. От этого смеха у меня внутри разливается что-то тёплое и давно забытое.
– Ага, было дело… – он качает головой, и в его глазах загораются воспоминания. – Кстати, после того мы с Игорем неделю не могли нормально сидеть. Знатно тогда родители преподали нам педагогику Ивана Грозного.
– Ну так, сами виноваты, – фыркаю, чувствуя, как усталость куда-то уходит, сменяясь лёгкостью.
– А кто спорит, – он пьёт кофе и продолжает улыбаться.
Наступает короткая пауза. Он смотрит на меня, и я чувствую, как его взгляд становится чуть более внимательным.
– Так как там парень, тьфу, жених? – он скрещивает руки на груди. – Не сильно тебя вчера ругал за поздние посиделки с другом?
Я на мгновение замираю. Внутри что-то сжимается. Я не хочу врать ему, но…
– Самой хотелось бы это знать, – отвечаю, стараясь, чтобы голос звучал безразлично. – Но увы, остаток вечера я провела в одиночестве.
– Даже так? – он приподнимает бровь. – А почему?
Чувствую, как внутри всё сжимается. Я продолжаю тереть стекло, чтобы не смотреть ему в глаза.
– Хотя это и не твоё дело, но я всё же отвечу. Коля мой сейчас очень перегружен работой, поэтому постоянно в командировках. Чтобы мы смогли к концу года сыграть свадьбу.
Моё враньё – не столько Артёму, сколько самой себе – почему-то заставляет меня задуматься. Перед кем я пытаюсь оправдываться? Сама не понимаю. Перед ним? Перед собой? Или перед тем идеальным образом жизни, который я себе нарисовала, но который никогда не существовал на самом деле?
– Ну что ж, – Артём кивает, и в его голосе звучит одобрение. – Это похвально для мужчины – работать на благо совместного будущего. Так что передай Николаю от меня привет. И постарайся в ближайшее время меня с ним познакомить.
– Непременно.
Мы стоим в тишине какое-то время.
– Ну тогда ладненько, – он делает шаг назад и поправляет воротник комбинезона. – Я ухожу. А то, что-то, от твоего трудоголизма у меня комплекс неполноценности развивается. Может, мне к мозгоправу обратиться?
– Тогда лучше сразу в дурдом, – отвечаю, и в голосе проскальзывают те самые игривые нотки, которые я думала, что потеряла навсегда. – Ведь такие случаи, как у тебя, совсем не лечатся. Бедненький, – искренне сочувствую с улыбкой на лице.
– И то верно, – он смеётся в ответ. – Ну ладно, пойду-ка я поработаю, пока мои тараканы тебя не покусали.
– Приводи их как-нибудь, – бросаю вдогонку, чувствуя, как улыбка становится шире.
– Кого? – Артем оборачивается, и в его глазах – искреннее недоумение.
– Ну так, тараканов конечно, – уже в голос смеюсь, чувствуя, как легко и свободно мне с ним стало.
– Ага, обязательно как-нибудь выпасу, – он подмигивает. – Когда у тебя будет получше настроение.
И мы расходимся каждый по своим делам, но улыбки на наших лицах остаются ещё долго.
ГЛАВА 7.
На удивление, спустя несколько дней нашего совместного общения во время небольших перерывов, мы с Артёмом небывало сдружились. Пропасть в тринадцать лет исчезла, будто её и не было, и мне снова стало привычно комфортно чувствовать себя в его компании. Он, в свою очередь, не прекращал тренироваться на мне в искусстве сарказма. Сначала это безумно раздражало, даже злило. Но потом я смерилась с этой новой чертой его характера, и мы просто болтали обо всём на свете – о прошлом, о настоящем, о том, что мы оба изменились, но в чём-то остались прежними.
Каждый вечер, когда он подвозил меня до дома, я чувствовала, как в груди разрастается странное, щемящее чувство благодарности. Я старалась не думать о том, что это может означать. Или… просто боялась думать.
Сегодняшний день был не исключением. Уставшая, но довольная, я сидела на пассажирском сиденье его внедорожника и смотрела на мелькающие за окном огни города.
– Спасибо, что подвез меня, – бросила через плечо, уже протягивая руку к дверной ручке.
– Не стоит, – улыбнулся он. – Меня уже поблагодарили за тебя.
– Кто? – замерла, обернувшись.
– Как кто? – он искренне удивился моему вопросу, и в его глазах заплясали чертята. – Гопники местные, конечно же. Ты же их работы лишаешь, как только поздно ночью возвращаешься домой. Они уже вторую неделю без заработка сидят.
– Хотелось бы спросить почему, но не буду, – закатила глаза, но улыбка всё равно предательски расползалась по лицу.
– Ну так и не надо, – он откинулся на спинку сиденья, глядя на меня с ленивой усмешкой. – Я сам тебе отвечу. Обычные люди при виде тебя просто разбегаются. Над твоей же головой табличка едва не висит: «Не подходи – заработает до смерти». С такой хваткой к работе можно было спокойно в рекрутёры подаваться.
– Ага, смешно, – я уже открыла дверь, собираясь выходить, но на мгновение задержалась. – И кто из нас ещё повзрослел – вопрос?
Я вышла из машины, хлопнула дверцей и помахала ему рукой. Он не уехал, пока я не скрылась за дверью подъезда. Я знала это. Я чувствовала его взгляд на своей спине.
Но когда я вхожу в квартиру, меня встречает очередная, весьма занятная картина. Я замираю в коридоре, чувствуя, как внутри всё цепенеет.
В нашей спальне сидит незнакомая девушка. Рядом с Колей. На нашей кровати. Она держится за поясницу, и я с ужасом замечаю, что под её свободным платьем явно угадывается солидный живот.
Этого просто не может быть ...
Я чувствую, как земля уходит из-под ног. Как сердце пропускает удар, а затем начинает колотиться с бешеной скоростью. В ушах шумит, перед глазами темнеет. Я хватаюсь за стену, чтобы не упасть.
– Добрый день, – говорю и мой голос звучит ровно. Слишком ровно. Я сама не узнаю его.
– Добрый, – девушка мило улыбается, явно не понимая, кто перед ней, кто она мне, и почему я стою в этом коридоре как вкопанная.
– Коль, а это кто? – свожу брови, не сводя глаз с его лица. Я хочу увидеть в нём хоть каплю вины, хоть каплю стыда.
– Рит, тут это… – мнётся он, пряча от меня взгляд. Его глаза бегают по комнате, как у пойманного вора. Он не может смотреть на меня.
Неизвестная гостья решает нарушить молчание первой. С примерным лицом она встаёт с кровати, придерживая поясницу. Судя по сроку, где-то через месяц, а может и меньше ей рожать.
– Меня зовут Света, – говорит она, и голос её звенит как колокольчик. – Я невеста Коли. А вы, видно, Рита… его сестра.
.
* * *
Как вам такой поворот?
Признаюсь честно – я и сама не ожидала, что Коленька выкинет нечто подобное. Этот сюрприз застал не только Риту врасплох. Я, когда писала эту сцену, сидела и думала: «Неужели он правда это сделает?» И он сделал. А теперь мне безумно интересно, что вы почувствовали, когда дочитали до этого момента.
Что думаете? Совпало с вашими ожиданиями? Или, как и меня, застало врасплох? Может, вы что-то заподозрили ещё раньше? Или, наоборот, увидели в его поступке совсем другой смысл – глубже, чем я закладывала?
Делитесь своими мыслями в комментариях – мне правда важно знать, что вы чувствуете, что предполагаете, чего ждёте дальше. Каждая ваша версия – как маленькое открытие. Я читаю всё, честно. И некоторые ваши догадки, признаюсь, уже заставили меня задуматься: а не изменить ли мне кое-что в следующих главах? (Шутка. Или нет.)
П.С. Пользуясь случаем, разрешите сообщить вам кое-что важное: полная версия романа будет доступна на странице автора на портале ЛитМаркета. Переходите, читайте, делитесь своими мыслями – мне будет очень приятно. А для особо щедрых читателей всегда доступна гибкая система скидок, подарки и другие приятные плюшки от автора. Так что заглядывайте – вас там ждут. И я жду.
Всегда ваша, Стэйси Фокс.
