Текст книги "Миланья (СИ)"
Автор книги: Стефания Эн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)
– Ладно, время прошло. Пора выбираться отсюда.
Милли при помощи Эда поднялась на ноги, и они потихоньку пошли к выходу.
На площади перед Звёздным вокзалом уже собралась полиция. Получив вызов Эда, стражи порядка сначала посчитали заявку шуткой. Но когда проверили, кому принадлежит номер… На выручку лорду были отправлены лучшие подразделения. Почему эти подразделения не отправили раньше – загадка. Возможно, у органов внутреннего правопорядка было мало опыта по борьбе с захватчиками-террористами. Или мэр не хотел зря своих людей терять, ведь полиция подчинялась непосредственно ему и являлась его защитой. А если другие лорды не выделяют воинов, зачем главе за всех вписывается? От закрытия вокзала больше всего страдали лорды-правители, ведь сбивался график отгрузки руды. Так пусть они и решают проблему. А дело мэра – собирать налоги для короля Корсики.
Миланью и Эда встретили стражи порядка, усадили на одну из свободных лавочек, начали расспрашивать. Говорил в основном Эд. Якобы он ничего не знает. Прилетает на вокзал – а никого уже нет. Только ружья везде разбросаны. Что случилось, почему все убежали – ни Эдуард, ни его жена, понятия не имеют. Порез Милли объяснили травмой при жёсткой посадке. Полицейские расспрашивали, расспрашивали, да перестали. Всё равно толку от лорда никого.
Полицейские общались почтительно. Наследника Великого правителя не каждый день встретишь. Эду достали откуда-то новую рубашку. Для Милли принесли длинный плотный плащ, чтобы она не только от холода могла укрыться – ведь уже начинался вечер, но и чтобы срамоту прикрыла. Ходить в шортах на Септимусе – верх пошлости.
Потом Эдуарду и его жене предоставили машину, которая должна беспрепятственно доставить лорда во владения его дяди.
– Машина на колёсах! – с восторгом воскликнула Милли и принялась ходить вокруг, рассматривать автомобиль со всех сторон. Передвигалась медленно – нога болела. – Я никогда такие вживую не видела! Они механические, правильно?
– Да, правильно, – начал объяснять Эд. – Ездят на голубом топливе, а так механика. Автопилота нет. Всё ручное. Даже коробка передач. С дорогой имеют непосредственный контакт через колёса.
– Они не быстрые? – разочарованно спросила она.
– Не быстрые. С машинами на воздушной подушке их не сравнить. Физический контакт с дорогой вносит коррективы. Но другая техника на Септимусе не ездит. Придётся тебе смириться.
– Ладно. А поводить мне можно?
– Тебе мало?! – от воспитаний о сегодняшнем полёте ему стало не по себе. – Нет уж. Я хочу живым доехать. Чтобы водить такие машины – нужно учиться. Управление на порядок сложнее, чем ты привыкла. Нас повезёт водитель.
И Милли ничего не оставалось, как забраться на заднее сиденье на место пассажира. Эдик сёл рядом, взял руку жены в свою. Милли, уставшая, обессиленная, но очень довольная, положила голову на плечо мужа и сразу заснула, поддаваясь равномерному укачиванию машины. Причёска её была по-прежнему высокой и сильно мешала Эду. Но он мужественно терпел неудобства, оберегая покой жены.
Глава 16
К поместью лорда Крафта Милли и Эд прибыли уже к ночи. Машину пропустили через ворота и ребята были доставлены к самому порогу главного дома.
Выйдя из автомобиля, Милли увидела перед собой величественно П-образное здание. Яркая подсветка позволяла в подробностях разглядеть шикарный фасад. Стены украшала лепнина, узоры которой удачно играли между огнями света и мраком ночи. Краска новая, яркая, каждое окно блестело чистотой. На подоконниках подвешены наружные корзины, в которых цвели милые разноцветные цветы.
На встречу Эду и его жене выбежали слуги. Всё аккуратные, в чётко подогнанной по фигуре униформе. На женщинах белоснежные накрахмаленные фартуки. На мужчинах строгие ливреи. Служащие как по команде выстроились в ряд и поклонились.
– Господин Крафт, мы не ждали вас так скоро! – обратился к Эду важный пожилой слуга. Судя по униформе, это дворецкий – глава домашнего хозяйства. – Мы слышали, Звёздный вокзал захвачен и вы не можете приземлиться. Великий лорд пришёл в бешенство, когда узнал, что чернь создаёт вам неудобства. Он как раз отправился к другим правителям договариваться об освобождении вокзала от повстанцев.
– Нет, нет. Вокзал уже полностью очищен от бандитов. – Эд довольно заулыбался. Ещё бы! Ведь это полностью его заслуга. – Пошлите кого-нибудь оповестить дядю, что я уже дома. Мне не терпится показать ему мою жену. Кстати, вам всем тоже хочу её представить. – Эд взял Милли за руку и вывел вперёд. – Леди Миланья Крафт. Моя законная супруга.
Милли вся сжалась. Вокруг стояли парадно одетые слуги, а её наряд явно не соответствовал статусу леди. Ещё и кроссовок кровью заляпан. Девушка усиленно куталась в плащ, чтобы хоть как-то скрыть неподобающий вид.
– Да, это моя жена, – уверенно и гордо повторил Эд. – Отныне её слово для вас имеет такой же вес, как моё. Любое неуважение к ней я приравняю к неуважению ко мне. Надеюсь, это понятно и недоразумений не будет.
– Ну что вы, милорд! Как можно! – ответил за всех дворецкий. – Мы все рады приветствовать леди Миланью. Госпожа, чувствуйте себя как дома. О, простите, старого слугу! – он чуть поклонился, – Это, конечно же, и есть теперь ваш дом. Милорд, – обратился он к Эду. – Вы изволите остаться здесь или пойдете в малый дом?
– Наверное, здесь останемся. – решил Эд. – Время позднее, миледи устала.
– Да, конечно. – принял указания домоправитель, – Тогда позвольте попросить вас проследовать в гостиную. Вы наверняка устали с дороги. Выпьете чай с закусками, а мы тем временем подготовим комнату для леди Миланьи.
– Она будет жить со мной. – твёрдо заявил Эд. – Да, вы не ослышались. Леди будет жить со мной в моей комнате. Поэтому подготовьте, пожалуйста, всё у меня. А мы с женой пока проведём время за чаем.
И лорд Крафт, держа девушку за руку, ввёл жену в дом. Внутри оказалось ещё лучше, чем снаружи. Высокие округлые потолки, немного лепнины, местами роспись на стенах. Всё предметы не только роскошные, но в идеальном состоянии. Поверхности натерты до блеска, нигде ни пылинки. Но несмотря на обилие дорогих вещей, дизайн интерьера не смотрелся вульгарно. Всё чинно, благородно, со вкусом.
Милли и Эд прошли в гостиную и уселись на мягкий цветастый диван. Слуги сразу подали чай и невероятно вкусный пирог. Милли, которая не ела весь день, наплевала на манеры и слопала сразу три куска.
– Ваш повар – гений! – заявила Милли, как только третий кусок пирога был полностью уничтожен и направлен в том же направлении, что и его предыдущие два брата. – Это бесподобно!
– Да, дядя нанимает только самых лучших. – объяснил Эд. – Служить у нас – огромная честь. Так что люди стараются изо всех сил. И есть, ради чего. Мой дядя выставляет жёсткие требования, но и на награду не скупится. Так что все в выигрыше.
– Да, у вас тут хорошо, – Милли обвела взглядом комнату, – даже шикарно. Слушай, а что за той дверью?
Она указала на странную тёмную дверь. Довольно простую и нелепую, не вписывающуюся в окружающий интерьер.
– Не знаю, – пожал плечами Эд, – Дядя никому не разрешает входить внутрь.
– Прям не разрешает? Хм… – Милли встала с дивана и направилась исследовать дверь. – Заперто. – подергала он ручку, – И что твой дядя может там прятать?
– Милочка, какая разница? – пытался вразумить её муж. – Это дела дяди.
– И стена… – Милли не обратила на Эда никакого внимания и продолжила исследование. – Похоже, её воздвигли уже после основного строительства. Посмотри, – она указала рукой на потолок. – Такое ощущение, что это когда-то была одна комната, а потом её разделили. Видишь, тот полукруглый угол перехода стены в потолок с одной стороны тупо этой стеной перегорожен. Нет. Это явно всё неспроста.
– Милли!
– Ну что? А вдруг там разгадка тайны твоего дяди? Решено! Я загляну одним глазком.
– И как ты заглянешь? У тебя же нет ключа!
– Сейчас увидишь!
Милли подошла обратно к дивану, распустила часть волос и освободила Травеллатор.
– Ты был хорошим мальчиком! – обратилась она к серой коробочке. – Вёл себя отлично! А теперь иди к папочке!
Милли чмокнула серый корпус и отдала устройство мужу. Затем достала из развалившейся причёски шпильку. Многозначительно продемонстрировала заколку Эду и снова подошла к двери.
Милли возилась с замком уже минут десять, но противный механизм не поддавался.
– Милли, довольно. – пытался успокоить её Эдик, продолжавший сидеть на диване, – Ты слишком переволновалась сегодня. С чего ты вообще взяла, что за дверью может находиться что-то важное?
– Не поверишь, но я так чувствую. За дверью точно что-то есть.
Она провозилась ещё минут пять. Потом выругалась, бросила на пол шпильку и несколько раз наступила на неё здоровой ногой. Потом распахнула полу плаща, достала пистолет и выпустила разряд прямо по замку. Энергия оказалась такой мощной, что на месте выстрела образовалась сквозная дыра. Замок перестал существовать в принципе и дверь открылась.
– Милли! – вскочил Эд с дивана. – Как ты пронесла пистолет?
– Да так и пронесла. Сначала к шортам прикрепила, пока на вокзале были. А как только мне плащ дали, так я сразу оружие во внутренний карман спрятала. Не смотри так! Я ничего плохого не сделала!
– Ты разнесла дверь в комнату дяди! – с негодованием указал Эд на плоды её труда. – Одно дело – отмычкой открыть и потом вернуть как было. И другое – разнести дверь! Что я теперь дяде скажу?!
– Да тут что-то есть! – Милли не стала спорить и отвечать, а просто прошла внутрь запретной комнаты.
В помещении не было темно, хотя окна и зашторены. Тусклый свет от нескольких подвешенных лампад разгонял полумрак.
– Что это? – не мог понять Эд, вошедший вслед за женой.
– Не знаю. Похоже на лампады. Причём с настоящим маслом, фитилем и огнём. Вот это да! Их же уже никто не использует. Они же пожароопасные!
– А перед чем они горят? – пытался разглядеть Эд. – Смотри, там рамка прямоугольная. Довольно большая. Висит низко, почти в пол упирается. Так обычно зеркала вешают.
– Это не зеркало, – Милли сделала шаг к лампадам, – от зеркала бы огоньки отражались.
– Погоди, поищу свет.
И Эдик отравился на поиски выключателя. Милли же подошла ещё ближе к лампадам. За ними висело не зеркало, а большая картина. Какой-то силуэт женщины в пышном кружевном платье. Лицо без света не получалось разглядеть. Зато костюм видно. Чёрное кружевное бальное платье. Из-под пышной внешней юбки выглядывали несколько слоёв белоснежных нижних юбок. Рукава необычные. До локтя они обтягивали руку, а после свисали длинным полотном с разрезом посередине. Руки у женщины согнуты в локтях под углом девяносто градусов и собраны на груди в замок. Рукава свободно спадали, оголяя часть руки после локтя. Свисающее полотно снаружи также было выполнено из чёрного кружева, а внутренняя сторона изготовлена из белой ткани.
Наконец появился свет. Эдик нашёл выключатель. Милли разглядела лицо женщины и, узнав, резко поднесла свою руку к губам, чтобы не закричать.
– О Милли! Да это же ты! – задорно воскликнул Эд. – Только… Только…
– Только глаза у нас разные. – закончила Милли фразу, убрав руку ото рта, – Эд, всмотрись внимательно. Это не я, это мама! Мы с ней внешне очень похожи. Но это однозначно она! Вспомни, ты же её видел по видеосвязи.
– И правда это миссис Торис! – согласился Эд. – Только она здесь такая необычная. Настоящая корсиканка голубых кровей. Только посмотри, какая осанка, какой взгляд!
Милли посмотрела. Мама стояла полу боком, собрав руки в замок. Идеально ровная спина. Волосы собраны в свободный пучок на затылке блестящими шпильками. Голова чуть повёрнута в сторону зрителей. Гордый взгляд красивых глаз. На губах лёгкая улыбка. А на шее….
– Смотри, у неё на шее бриллиантовое колье. – указала девушка на ожерелье. – Я знаю это украшение. Это единственная мамина драгоценность. Она никогда его не надевает, но иногда берет из шкатулки подержать в руках. Эд, – повернулась она к мужу, – что всё это значит? Мама и твой дядя были знакомы раньше. Это очевидно. Но зачем этот портрет здесь? Твой дядя что, психопат? Разжигает лампады и приносит жертвы перед портретом моей мамы? Так вот зачем он меня заманил сюда! Из-за мамы!
И Милли резко развернулась и быстро покинула комнату. Бежать она не могла – нога ещё болела. Эд бросился за ней и нагнал уже в дверях основной гостиной.
– Милли, куда ты? – он попытался остановить её.
– Ноги моей не будет в этом доме! – отмахнулась она от него, – Я сейчас же ухожу!
– Но уже ночь!
– Плевать! В этом месте я точно не останусь! Эд, – перешла она на имперский, видя, что на крики сбежались слуги, – ну ты же сам всё видел! Если твой дядя портрет запер, представь, что он со мной сделает?
– Милли, успокойся, пожалуйста. – Эд тоже говорил на имперском, – Мы видели только портрет и всё. Это ведь не запрещено, хранить чужие изображения, так ведь? Что плохого сделал мой дядя? Да, у меня были подозрения на его счет. Но это только догадки и нечего больше. – он аккуратно взял её за плечи, – У тебя, кстати, никаких доказательств виновности моего дяди тоже нет, так ведь? Или есть? Может твоя мама что-то о моём дяде говорила?
– Нет, – помотала она головой, – мама ничего не говорила.
– Видишь? Мы ничего толком не знаем. Нужно разбираться и мы обязательно это сделаем. Но не сейчас, слышишь? Теперь глубокая ночь. Нужно спать.
– Я здесь не останусь! – упрямо твердила она.
– Хорошо. Давай тогда пойдём в мою Берлогу. В малый дом. Хочешь? Там, конечно, не так комфортно. Зато будем только ты и я и больше никого.
– Твоя Берлога? Звучит неплохо. – она устало улыбнулась. – Пошли в Берлогу.
Эдик отдал указания слугам, и они с Милли вышли на улицу.
– Идти минут двадцать. – оповестил Эд. – Может поедем? Как нога?
– Нога так себе. Но это нормально. Ничего с ней не будет, с этой ногой. Пошли пешком. Очень хочется пройтись.
И они отправились в путь по извилистым дорожкам сада. Небо ясное, яркие звёзды забавно подмигивали путникам. Вдруг из темноты раздался раскатистый лай. И почти сразу появились три разъярённые собаки.
– Спрячься за мной. – Эд заслонил собой жену, – Пошли, пошли прочь! – неумело пытался он прогнать зверей.
– Они чувствуют твой страх. – Милли вышла из-за спины Эда. – Собаки – невероятные эмпаты, считывают твоё настроение на раз.
– Милли, осторожно! – он снова попробовал её загородить. – Меня они не тронут – знают. А вот тебя разорвут на раз-два.
– Разорвут, конечно разорвут! Такие мощные! – Милли с интересом рассматривала зверей, которые по-прежнему разрывались от лая, скаля клыки. – Слушай, да это же полуволки! У нас дома на Тэе похожие собаки живут. Папа занимался скрещиванием и вывел целую породу полуволков. Эти так похожи на наших… Так странно… Интересно, эти такие же умные, как наши?
Милли быстро отошла от Эда и приблизилась к собакам, подняла руку вверх и скомандовала:
– Тихо! Сидеть!
Собаки замерли на несколько секунд, но потом с ещё большей яростью начали гавкать на не званную гостью.
– Психика не нарушена, – сделала вывод Милли, – отличные собаки!
В это время к животным подбежал смотритель и пристегнул полуволков к поводкам.
– Простите милорд, – поклонился слуга Эду. – Они вас напугали?
– Почему не смотрите за зверями? – строго спросил Эд.
– Мы смотрим. Но Великий лорд велел отпускать собак на ночь свободно бегать. Вероятно, они учуяли чужого и среагировали.
– Ясно. Придержите собак пока мы не уйдём.
Милли и Эд продолжили прогулку по дорожкам ночного сада. Они сначала просто держались за руки. Но через некоторое время Миланья начала прихрамывать. Эд сразу же предложил локоть и она с радостью зацепилась за него. Так они дошли до ограды и ворот.
– Но это не те ворота, через которые мы въезжали. – заметила Милли.
– Да, – подтвердил Эд. – То были центральные ворота. Через них проезжаешь, когда пребываешь из вне. А это проход соединяет сад с территориями Сферы. За этой оградой начинаются земли лаборатории. Эта тропинка, по которой мы сейчас идём, сделана специально для моего удобства, чтобы я мог напрямую ходить из Берлоги в большой дом и не делать крюк. Но Милли, ты как-то неважно выглядишь. Хочешь, я тебя понесу?
– Ещё не хватало! – запротестовала она, – Ну болит порез, ну и что? Так и должно быть. Я дойду, не переживай.
Так, оперевшись на локоть Эда, Милли добралась до нужной точки.
Берлога оказалась совсем небольшим домом в полтора этажа с треугольной крышкой. Выполнено жилище из дерева, точнее сложено из брёвен. Вокруг дома деревья – на территории Сферы находилось несколько лесных зон. Однако разглядеть зелёные насаждения не получалось: стояла ночь, а искусственного освещения не имелось.
Эдик поднялся на крыльцо, отпер дверь, пригласил жену внутрь.
– Ты не против, если я попрошу тебя разуться? – спросил Эд, когда они вошли в дом.
– Нисколько, – Милли послушно сняла обувь. Окровавленный кроссовок её сильно раздражал. – У нас дома, на Тэе, мы тоже всегда раздувались. Папа говорил, что дом – не помойка. В уличной обуви ходят только свиньи.
Дом был совсем не большим, но уютным. Тёмные бревенчатые стены наполняли воздух слабым ароматом леса. Комнат всего две. На первом этаже кухня-гостиная и санузел, а на втором, то есть на мансарде, располагалась спальня. Вот и все хоромы.
На кухне находилась рабочая зона, потом высокий прямоугольный стол. За ним можно как готовить, так и есть. Вокруг стола стояли высокие, по типу барных, стулья. Далее зона гостиной с диваном, парой кресел и столиком. Всё просто, но практично. Каждый метр использован с максимальной пользой. На верх вела резная деревянная лестница. На втором этаже помешалась кровать, пара тумб и шкаф.
– Вот здесь я и живу. – пояснил Эд. – Сфера совсем рядом, можно спокойно работать и не отвлекаться. Но ты как-то плохо выглядишь.
– Да нет, всё хорошо.
Но это было не так. Её штормило. Однако Милли списала это на стресс и усталость. Она решила быстрее лечь спать. Приняв душ на скорую руку, Милли переоделась в пижаму Эда – своей одежды у неё не было, поднялась на второй этаж и скорее забралась под одеяло.
Однако со сном не ладилось. Милли получилось забыться часа на три, причём это был не отдых, а постоянное метание. Потом же она вообще проснулась и больше проникнуть в объятия Морфея не получилось.
Милли лежала без сна, лишний раз боясь повернуться, ведь Эд спал тут же, под боком. И его отдых ей не хотелось прерывать. Поняв, что дальнейшие попытки заснуть ни к чему не приведут, Милли встала и пошла вниз. За окном уже светало. Утро вступало в свои права, прогоняя ночь с её страхами. Чтобы не терять время, девушка решила исследовать запасы на кухне, ведь скоро завтрак и нужно что-то поесть. Особо путного найти не получилось. Вероятно, Эд ел не дома и готовил сам редко. Если вообще готовил. Однако на кухне кое-что, да имелось.
Когда утро получило полную самодержавную власть, Эдик спустился вниз. Его уже ждал завтрак. Блинчики, джем и чай удобно располагались на накрытом столе. Приятный аромат ванили наполнял весь первый этаж.
– Это ты сделала? Ты умеешь готовить? – сюрприз явно ему понравился. Он забрался на стул и сел рядом с Милли.
– Да, я умею. На Альфе в этом не было необходимости, но дома, на Тэе, мы всегда сами всё готовили. Правда, я немного подзабыла процесс: блинчики чуть подгорели. Но надеюсь, они всё же съедобные.
– Вполне себе не плохо. – Эд обмакнул её творение в джем и с удовольствием съел. Потом проделал эту же операцию ещё с несколькими блинами. – Но ты почему не ешь? Что с тобой?
– Мне что-то не хочется…
Глава 17
– Там кто-то идёт! – Миланья напряглась и потянулась за пистолетом, оставленным ранее на полке на кухне.
– Не паникуй! На территории Сферы безопасно! – успокоил её Эд, запихнул в рот остаток блинчика и пошёл открывать дверь.
На пороге стоял мужчина в дорогом строгом костюме, накрахмаленной белой рубашке с запонками. Руки украшены увесистыми золотыми перстнями. Рост выше среднего. Широкие плечи, массивный торс. Миланья не могла разглядеть лицо – незнакомец стоял спиной к свету. Голова была лысой и какой-то странной: кожа вся сморщенная, как будто от травмы или ожога.
– Эдик, как же я соскучился! – мужчина обладал приятным бархатным басом. – Иди сюда, проказник! – незнакомец властно подтянул Эда к себе и по-отечески крепко обнял. – Заставил дядьку поволноваться! – он отпустил парня и крепко похлопал его по плечу. – Разве можно так сбегать с лайнера? Да ещё и тайно?
– Дядь, ну нужно было… – Эд мялся, не знал, что сказать и нелепо почесал за ухом.
– А если бы с тобой что-то случилось? А?
– Да что могло случиться? Когда мы прилетели, на вокзале уже никого не было – соврал Эд, и, чтоб хоть как-то замять тему, отошёл закрыть за дядей дверь.
– И ты полагаешь, я в это поверю? Наверняка опять штуку какую вытворил, вот повстанцы и разбежались! – довольно, с гордостью за племянника ухмыльнулся мужчина. Но вдруг он повернулся в сторону кухонного стола и замер. – Лизи?? – выговорил он после паузы.
– Какая я тебе Лизи?! – та, кого он назвал Лизи, взяла пистолет и направила его на лорда.
– Дядь, познакомься, это Миланья, моя жена, – пытался сгладить обстановку Эд. – Дорогая, прекрати, опусти пистолет. Это же мой дядя, великий лорд-правитель Септимуса.
– Я поняла, кто это. – Милли и не думала опускать оружие. – Но не поняла, кто такая Лизи. И вообще, давайте сразу к делу. Лорд Крафт, какого хрена у вас портрет моей мамы? Что вам от нас надо?
– Милли, прекрати! – ещё раз попросил Эд.
– Пусть он ответит! – не унималась она.
– Вы понимаете, что с вами сделают за убийство великого лорда? – с полуулыбкой проговорил Крафт и сделал шаг вперед.
Теперь получилось разглядеть лицо. С правой стороны состояние кожи ещё ничего, терпимое, но с левой всё сплошь шрамы, ещё хуже, чем на голове. Даже глаз был немного прикрыт и как будто чуть опущен вниз. Зрелище не из приятных.
– Я прекрасно всё понимаю, – Милли не дрогнула и пистолет не опустила. Ничего не выдавало её волнения. Лишь глаза загорелись зелёным огнём. – Но прежде, чем со мной что-то сделают, вы умрёте. И для вас уже будет не важно, что там со мной сотворят. Так я жду ответ! Что вам нужно от меня и моей семьи?
– О! – радостно воскликнул лорд, как будто на него не пистолет наставили, а приз дали. – Ты не Лизи, нет. Ха! Дак был прав. Этот взгляд! Ты точно не Лизи!
– Хватит играть! – Милли совсем разозлилась. – Мне нужны ответы. Считаю до трёх. Раз…
– Милли, хватит! – Эд встал между ней и дядей, прямо перед дулом пистолета.
– Отойди! – крикнула она.
– Ни за что! – спокойно ответил Эд. – Я никогда не стану выбирать между тобой и дядей. Вы мне одинаково дороги. Если хочешь стрелять, стреляй в меня.
Это был неравный шантаж.
– Чтоб тебя, Эд! – с досадой выругалась она и опустила руку на стол.
– Сторону я выбирать не стану. – ещё раз повторил Эд, подошёл к ней ближе и забрал пистолет. – Но дядя, эмоции Милли не без причины. Ты не хочешь ничего объяснить?
– Что вы хотите знать? Может мне вам рассказать, почему разнесена дверь в мою личную комнату?
– Да, с дверью вышло нехорошо, – пытался выкрутиться Эд, – Я случайно её взорвал.
– Нет. Это я разнесла замок выстрелом. – Милли не хотела делиться лаврами.
– В этом никто и не сомневается! – ухмыльнулся дядя. – Эдик никогда бы так не поступил. Он уважает чужую собственность.
– Моя мама – ваша собственность?!
– О! Если бы это было так! – лорд посмотрел на Миланью в упор, в его кариих глазах вспыхнули нехорошие искорки.
– Дядь, ну что ты говоришь? – вмешался Эд. – Милли права, касаемо её мамы всё очень странно. Может объяснишь? А то от твоих слов как-то не по себе становится. Ещё этот портрет…
– А что тебе этот портрет? – дяде надоело стоять. Он прошёл в гостиную зону, взял одно из кресел, повернул в сторону ребят и уселся с видом хозяина. – Тебе, значит, можно таскать везде с собой её фотографию, – лорд ткнул пальцем в Милли, – а мне иметь портрет любимой женщины нельзя? Да, дорогие мои. Лизи – единственная женщина во вселенной, которая представляет для меня ценность.
– Мою маму зовут Элис! – громко заявила Милли.
– Вполне допускаю. Однако когда мы с ней общались, её звали Лизи.
– Дядь, ты знал миссис Торис? – опять встрял Эд. – Но как это произошло? Когда? Почему ты мне не сказал, что знаешь маму Миланьи?
– А откуда я знал, что Лизи её мама? – лорд по-свойски поправил подушку от кресла у себя за спиной. – Я и о Миланье твоей не знал ничего, пока случай глаза мне не открыл. И тогда пришлось принимать меры, чтобы ты моих ошибок не натворил.
– И какие же это ошибки? – спросила Милли. Её голова всё ещё болела. Со вчерашнего дня легче не стало. Девушка начала тереть левый висок пальцами, чтобы хоть как-то справиться с неприятными ощущениями.
– Такие. Я имел глупость допустить, что Лизи меня покинула. – продолжил лорд, – Эта история случилось давно, задолго до вашего рождения. Мы с Лизи были женаты…
– Нет! – запротестовала Милли, – Моя мама была за мужем только за моим папой! Её документы я видела не раз. Вы что-то путаете! Возможно, вы были близко знакомы, но это вовсе не брак!
– И тем не менее мы были женаты с ней больше года, – настаивал лорд. – Это сложно объяснить, но это так. И тот год стал лучшим в моей жизни. Увы, я понял это только после того, как она ушла. Так что обнаружив, что мой горе-племянник, по необъяснимому стечению обстоятельств влюблён в дочь моей бывшей жены, мне пришлось срочно принимать меры. Ведь иначе он всю жизнь бы маялся, как маюсь я. Вам плохо? – спросил он Милли, – Вы бледная.
– Нет, сейчас пройдёт, всё нормально, – успокоила она то ли его, то ли себя.
– Так о чем это я? Ах, да! Наследник. – вспомнил лорд. – Как вам известно, я сам не могу иметь детей – последствие одной аварии. Эдуард – мой единственный наследник. Именно ему предстоит продолжить великий род Крафтов. Но когда пришла пора выбирать невесту, он проявил невиданное упорство. Отказывался от любых предложений. Так я говорю? – обратился он к Эду.
– Дядь, стоит ли об этом? – смутился племянник.
– Конечно стоит! Продолжение рода – важная обязанность, а не прихоть. Но когда нам начали поступать брачные предложения, весьма выгодные, кстати, Эд ничего и слышать не хотел. Я уже было забеспокоился, что он из "этих", однополярных. Но нет. Эти опасения не подтвердились. Однако Эдуард ни в какую не соглашался ни с кем породниться. Проходили годы, я ничего не мог понять, а он ничего не объяснял. И вот в один не очень прекрасный вечер я обнаружил фотографию и всё стало на свои места. Мой племянник безнадёжно влюблен. А поскольку он никогда сам не решился бы нарушить ваш, леди Миланья, покой, пришлось мне принимать меры. Да, я наплевал на гордость, положение, приличия. Породниться с такой, как вы – значит стать посмешищем для всего аристократического сообщества. Однако я пошёл на это. Ведь я на своём опыте испытал, что такое потерять важного для тебя человека. И пусть всё мыслимые и немыслимые законы высшего света нарушены, зато Эд наконец-то счастлив. Для меня это главное.
– Вот видишь, Милочка, – радостно заявил Эд, – вот дядя всё и объяснил, всё не так страшно, как нам казалось!
– Не знаю… Не уверена…. Не клеится эта история до конца.
– Свяжитесь со своей мамой! – предложил дядя. – Прямо сейчас, отсюда! Наберите её и спросите! – настаивал он, – Здесь работает связь. Наберите номер и поговорите. Ну же!
Но Милли не могла никуда позвонить. У неё потемнело в глазах. Она начала куда-то проваливаться. Девушка почувствовала, как падает со стула, а Эд успевает её подхватить.
Муж уложил Милли на пол, на твёрдую поверхность, и они оба, и Эд, и его дядя, склонились над ней. Девушка заметно ослабла, но всё слышала.
– Она беременна? – с надеждой спросил лорд.
– Не думаю, детей мы пока не планировали, – Эд положил ей руку на лоб, – Милли! Ты вся горишь!
Девушка промычала что-то невнятное.
– Может рана воспалилась? – предположил Эд.
– Какая рана? – озабоченно спросил лорд.
– Вчера… Когда мы прилетели… Посадка была жёсткой…
– А ну не ври! – прикрикнул лорд. – Я же вижу, когда ты юлишь. Если я не буду знать всей правды, упустим нюансы и не сможем правильно помочь. Ну? Где её ранило? Как?
– Вчера на вокзале. Когда мы прилетели, сначала всё шло хорошо. Повстанцы разбегались, не причиняя нам вреда, как и было задумано. Но там был один мужчина… Одноглазый. Он не поддался внушению.
– Одноглазый? – переспросил лорд. – Вы встретили Феликса?
– Я не знаю, как его зовут. Но он напал на нас. Кстати, тот пистолет, которым тебе угрожала Милли, его. Когда она отнимала оружие, одноглазый её и ранил.
– Обезоружила Феликса? – довольно ухмыльнулся лорд. – Неплохо, неплохо. Но где её ранило?
– Порез на правом бедре.
Эд не знал, как поступить. На девушке надета его пижама. Задрать штанину снизу вверх не получится, а просто снять штаны – неприлично. Дядя тяжело вздохнул, встал с пола, прошёл к кухонной стойке, взял нож и вернулся. Разрезал штанину снизу до места пореза. Аккуратно снял наклеенную вчера повязку. Осмотрел порез.
– Рана обработана хорошо и не воспалена. – констатировал лорд. Потом он положил ладонь на её лоб. – Но жар сильный. Не будем больше гадать. Отнёсем её в Сферу. Пусть Таня её посмотрит.
И великий лорд подхватил девушку на руки и понёс к выходу. Несмотря на шрамы, дядя находился в прекрасной физической форме. Он нес её не напрягаясь. Эд послушно пошёл следом.
Лаборатория вполне оправдывала свое название. Главный корпус был построен в виде полусферы, с блестящими шестигранниками бело-серебристого цвета на поверхности, которые в совокупности сплетались между собой и являлись стенами плавно перетекающими в крышу. Начался исследовательский центр именно с этого здания. Со временем места стало не хватать, и постепенно появлялись новые корпуса и пристройки. Теперь Сфера стала похожа на толстого блестящего паука с множеством лап различной длины и формы. Кроме главного корпуса были и другие здания, стоящие отдельно, а также дома, где жили учёные и их семьи. Размах исследований лорда Крафта требовал наличия разных научных центров. На территории Сферы работали физики, химики, биологи, математики, технологи и нано-технологи, врачи, программисты, геологи. Великий лорд стремился собрать под своё крылышко представителей разных научных сообществ. Ведь правитель был убеждён, что только взаимодействуя вместе, учёные достигнут высот. Великие открытия часто случаются на стыке двух или нескольких наук, например, физики и биологии, а для этого необходимо собрать разных специалистов в одном месте. Так шанс на успех, считал лорд, становился выше.
