Текст книги "Не забирай мое счастье (СИ)"

Автор книги: София Ларина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 26 страниц)

Глава 40

Тая

Лежу на своей кровати, в своей комнате на втором этаже. В объятиях самого важного человека в мире. Голая и невероятно счастливая.

Ян нежно обнимает меня, гладит пальцами спину, вырисовывая небольшие круги. Лежу на его широкой груди, притаилась, потому что не хочу нарушать момент, хочу чтоб продолжал касаться моей кожи. Для меня вдруг становится жизненно необходимым, находиться в контакте с его телом и душой, ведь только так я дышу спокойно. Только так я чувствую себя целой.

Пол часа назад, кое как выбрались из душа. И не поверите, там не было секса. Под каскадом воды, мы просто прижимались друг к другу, нежась в трепетных объятиях. Ян мысленно расспрашивал о моей жизни в этом доме. О том как я росла. Как я училась в школе, с кем общалась. Почему так рано пошла работать в «Лигу». Он спрашивал о мельчайших подробностях, которые его интересовали.

Отвечала с улыбкой, иногда приходилось покапаться в сознании, чтоб выдать достоверную информацию.

– Картины красивые! – говорит, кивая в сторону стены.

Смущаться начинаю. Это мои работы, я их лет в пятнадцать нарисовала. Тут как раз отражены стороны моих сущностей. Маме рисунки очень понравились, и она решила их повесить на мою же стену, предварительно вставив их в рамку.

– Да, маме тоже они нравятся… – не смотря на то, что в душевой, я без всякого стеснения, рассказывала подробности своей жизни, сейчас же почему-то, мне не хочется раскрывать имя художника данной живописи.

– Кто художник? – интересуется, обламывая мои намерения.

Почему бы просто не сказать – я? Почему хочется увильнуть? Может я все ещё чувствую боль, от того что потеряла одну часть себя? Не хочу копаться внутри, ворошить пережитое?

– Эм… – от чего-то залипаю на картине, описывающую мою ведьму, и все же не решаюсь ответить.

Странно, но даже мама не расспрашивала меня о случившемся. Хотя, чего удивляться? Мама сильнейший эмпат, чувствует когда можно затрагивать тему, а когда нет. Но я благодарна ей за то, что мы пока не обсуждали мой выбор, и буду так-же благодарна Яну, если он тоже воздержится от тяжелых для меня вопросов.

– Очень малоизвестный художник… – выворачиваюсь снова от ответа.

Ян поворачивает мое лицо к себе и упирается своим лбом в мой.

– Красиво сочиняешь! – шепчет, вгоняя меня в краску. – Там в углу три заглавных «Т» стоит… – улыбается вдруг. Вот ты и попалась Тая! Вспыхиваю от волнения, в ожидании его вердикта. – Мне очень нравится! – шепчет, целуя мой нос.

– Спасибо! – благодарю его, а сама бога молю, чтоб не спросил что отображено на них.

– Кто-то приехал! – сообщает Ян, обнимая меня.

Я только сейчас слышу рёв мотора. Теряешь хватку Таисия Тимуровна!

– Наверно родители! – подскакиваю, оглядывая нас.

Мы до сих пор без одежды. Со мной-то проблем не возникнет, в моем шкафу полно одежды, а вот что касается Яна, тут придется порыться в гардеробе папы.

– Там гардероб напротив моей комнаты – это родительский… – киваю Яну, открывая комод с бельем. – Можешь подобрать себе что-нибудь сам? – спрашиваю, натягивая на себя белый комплект кружевного белья.

– Я лучше дальше понаблюдаю… – улыбается, подпирая голову рукой.

Боже, зачем он так смотрит? Пожирает заживо…

Быстро сдергиваю с вешалки очередной сарафан и натягиваю на себя.

– Все! – улыбаюсь, делая реверанс, подцепив подол сарафана.

– Сладкая моя! – смеется он, вставая с кровати. – Наслаждайся пока одеждой, скоро ты снова будешь голышом ходить…

– Хочешь снова увести меня? – спрашиваю, открывая дверь. Вот только выйти мне не удается, крепкие руки Яна притягивают меня к себе, прижимая к своей груди.

– И не только увести! – добавляет он.

Что это он имеет в виду?

– Ау! Почему меня никто не встречает? – доносится голос Влада.

Господи! Замираю на мгновение.

– Иди, встречай, я скоро спущусь… – шепчет Ян, выпуская меня из своего кольца рук.

Сбегаю по ступенькам на радостях, щеки пылают от счастья. Такое ощущение, что я его сто лет не видела…

– Боже, Влад! – пищу, прыгая в его объятия. – Я так соскучилась! – целую его в щеку, не обращая внимания, на сердитый голос в своей голове.

– Привет птичка! – сжимает в ответ брат, сбросив сумку с плеча. – Хотя нет, теперь не птичка… – смеется, заглядывая в мои глаза. – Тигрица!

– Ты рад? – спрашиваю улыбаясь. Мне важно его мнение. Всегда было важно.

– Конечно, рад! – он хватает меня в охапку и начинает кружить вокруг себя.

– Тая, блин! – злится Ян. Замираю в руках Влада. – Я ведь и отшлепать тебя могу!

Господи, боже мой!

– Как отшлепать? – спрашиваю вместо того чтоб слезть с брата.

– Тайка! – улыбается Влад, ставя меня на пол. – Я так счастлив, что больше не увижу твою ведьму! – радуется он. – Как ты? – спрашивает, сияя свой улыбкой.

– Вечером покажу! – слышу угрозы своей половинки. Сердце вдруг затрепетало, но не от страха… от возбуждения. Ох мамочки…это нормально, что меня распирает от желания, чтобы он так и сделал?

– Эм… – концентрирую взгляд на брате. О чем он спрашивал? Ах да!

– Как видишь! – улыбаюсь я.

– Рад, что все хорошо! – снова, прижимает к себе.

– Я передумал, покажу в ближайшее время, – шепчет властным голосом Ян.

Вот теперь я не просто возбуждена, я трясусь от предвкушения.

– Утро доброе Влад! – слышу голос Яна за спиной. Влад напрягается и убирает от меня руки.

– Здравствуй Ян! – хмурясь, протягивает руку.

– Не делай так больше! – спокойно просит Ян Влада, пожимая его руку.

Жутковато становится, тестостерон зашкаливает у обоих.

– Учту! – кивает соглашаясь. Удивляюсь.

Что это? Впервые вижу, как брат к кому-то прислушивается, хотя при этом явно ощущаю сопротивление внутри.

– Вы что вдвоем? – спрашивает, как ни в чем не бывало.

– Да! – восклицаю, поглядывая на половинку, его хищный взгляд, будоражит мое шаткое сознание. – Мама с папой еще не вернулись от дедушки, они за Лёвушкой поехали.

– Есть что поесть? – спрашивает брат, направляясь на кухню. – Мне кажется я не ел с того времени как Ева улетела…

Блин, я даже сама не знаю, что есть в холодильнике. Если честно, сама немного голодная.

– Давай ка, ты пока сам разберешься… – предлагает Ян, перехватывая мою ладошку. – Мне нужно кое-что с Таей обсудить… – объясняет, утягивая меня обратно к лестнице.

Ой! Мне кажется, у меня ноги начинают трястись.

– Ян! – зову мысленно. – Ты что меня к брату ревнуешь? – спрашиваю осторожно, вспоминая, как в самый первый день он уже злился на подобное.

Однако ответа я не получаю. Плетусь за Яном и по всей видимости в кабинет моего отца. Сердце вдруг часто застучало в груди, потому что знаю, там стены звуконепроницаемые.

Что хочет сделать?

Как только захлопывается дверь за моей спиной, тут же руки Яна опускаются на дверь, по обе стороны от моей головы. Я снова в кольце его рук, только на этот раз, он меня не касается. Смотрит испепеляюще.

– Что не так? – спрашиваю охрипшим голосом. Мне как то трудно удаются слова, на данный момент.

– Скажу честно, рука чешется… – шепчет, мотая головой. Глаза при этом закрывает, явно сдерживается.

Замираю на несколько секунд. Потому что не испытывала, ранее ничего подобного, но признаюсь, мне почему-то хочется ощутить обжигающий шлепок Яна…

– Шлепни! – поддеваю его. Мне становится интересно, какого это.

Его глаза неожиданно распахиваются, а в них темнота тьмущая… Божечки! Поджилки трястись начинают.

– Развернись! – властно командует он. Ноги ватными становятся, от его тембра.

– Ну что Тая, по-прежнему хочешь, чтоб тебя отшлепали? – смеется Яна.

– Ни херашечки не смешно! – возмущаюсь я, медленно разворачиваясь к двери.

– Подними свой сарафан Тая, до поясницы… – командует властью. Боже мой! Как дрожит все от его тембра!

Подчиняюсь моментально, и ведь не стыдно даже. Извращенка!

– Умничка! – одобрительно шепчет в мой затылок, заставляя волоки встать дыбом.

– И что теперь? – нервно спрашиваю, облизывая пересохшие губы. – Сделаешь мне больно? – выдыхаю взволнованно.

– Чшш! – шепчет в мое ушко, стягивая трусики по ногам. Дыхание перехватывает, трястись начинаю. Боже, а еще у меня мокро между ног… – А теперь ножки расставь! – просит уже мягче.

С горем пополам отрываю ногу от пола, и вынимая ее из трусиков, отставляю шире. В следующую секунду, правую ягодицу, обжигает ладонь Яна.

– Ай! – всхлипываю тут – же, причем от неожиданности, а не от боли.

Замираю, потому что от места шлепка начинают расходиться мелкие покалывания, которые каким-то образом быстро сменяются сладкой дрожью. Между ног все начинает пульсировать и приятно сокращаться.

– Больно? – спрашивает шёпотом Ян.

Молчу, потому что пока не могу ничего ответить. Организм все еще впитывает эти невероятные ощущения. Наслаждается.

– Хочешь еще? – спрашивает, поглаживая место шлепка.

– Да! – выстанываю вдруг.

В этот раз, шлепок приходится на левую ягодицу. И все закручивается по новой. Вот только теперь, из меня вырывается не вскрик от испуга, а стон от наслаждения.

– Будешь еще позволять себя обнимать? – спрашивает, потирая и это место.

– Да…боже нет… – заикаюсь я, теряясь.

– Замечательно! – он опускает мой сарафан.

Это что все? Вдруг задыхаться начинаю. Он что вот так меня оставит? Мокрой и неудовлетворенной?

Разворачиваюсь встречаясь с ним взглядом. Улыбается гаденыш.

Ах так!

Ну, я тебе устрою…

Подхватываю свои трусики и выбегаю из кабинета. Мчусь прямиком в ванную, привести себя в порядок. Долго не вожусь, потому что знаю, внизу шуршит Влад, надо бы ему помочь. Да и Левушку скоро привезут, хочу порадовать его любимой запеканкой.

Наконец выйдя из ванной комнаты, сходу сталкиваюсь с Яном, и снова эта его хищная улыбочка.

– Все хорошо? – спрашивает, выгибая бровь.

Ах ты еще и поиздеваться решил?

Высоко поднимаю подбородок, делаю безразличное лицо, хотя поверьте, это не так уж и просто, и на выдохе выдаю.

– Замечательно! – при этом поправляю сарафан. Прохожу мимо него, шагая к двери, покачивая бёдрами. Чувствую как смотрит. Спина горит. Немного оборачиваюсь и растягиваю самую невинную улыбку. – Пришлось самой дело довести до конца, – кидаю через плечо и скрываюсь из его поля зрения.

Пусть помучается, представляя как именно я это делала. Как я ласкала себя пальчиками. Одна. Без него. Хотя конечно, я этого не делала…

Удивительная штука фантазия! Ведь можно нарисовать себе что угодно, а если ещё тебе подсказали направление…

Глава 41

Ян

Стою под холодным душем и охуеваю от собственной половинки. Бля… такими темпами, я ума лишусь на хрен.

В хлам ведь разнесла мой самоконтроль. Просто вынесла его из меня и поставила рядышком. Черт!

«Пришлось самой дело довести до конца»

Эта фраза раз десять уже промелькнула в моей голове. Как представлю, что она вытворяла тут, в этой самой ванной, своими тоненькими пальчиками, так меня в клочья рвет.

Хочу блядь, увидеть это зрелище. Дико хочу! Ни о чем другом думать не могу…

Слышу левый шум, доносящийся снизу – разговоры, шуршание, детский визг. Понимаю, что сука, вся родня привалила, поглазеть на суженного Темной Таисии.

По хрен, все выдержу.

Спокойно надеваю одежду, мать вашу, самого Темного. Пиздец конечно полнейший. Головой мотаю. Дожился. Хотя по всей видимости, одежда совершенно новая, не чувствую его запаха. Это безусловно радует.

Выхожу из комнаты своей половинки и сходу натыкаюсь на Алину.

– Все хорошо? – тут же спрашивает, нежно улыбаясь мне. Тушуюсь немного, как то не привычно видеть ее спустя столько времени. Радует то, что не шарахается от меня.

– Да! – киваю ей. – Я так полагаю, сегодня семейный ужин? – смеюсь, устремляя взгляд вниз, где кипит жизнь.

– Да, ты не против? – уточняет, ради приличия.

– Нет, конечно! – пожимаю плечами, на что получаю новую порцию лучезарной улыбки.

– Спускайся вниз! – просит Алина, милым голосом.

Однако я не спешу выполнять просьбу хозяйки. У меня есть к ней пару вопросов, на которые Тая вряд ли сейчас ответит лично.

– Алин! – привлекаю к себе ее внимание, облокачиваясь спиной на дверь.

– М! – отзывается мгновенно.

– У Таи в комнате, на стене висят две картины… – начинаю осторожно. – По каким-то причинам, она не захотела о них говорить, увильнула ловко, – брови Алины медленно поползли вверх, походу она удивлена не меньше моего. – Я знаю, что это ее творение, но не пойму, почему она замкнулась, когда я начал интересоваться…

– Эм… – Алина волноваться начинает, зажимается, потирая собственное плечо. Она раньше всегда так делала, когда переживала. – Если ты не забыл, мне не суждено было ощутить собственную ведьму, – начинает Алина. – Соответственно я полноценно не могла понять, что же твориться с моей девочкой, особенно, когда начались существенные изменения в ее сознании, – рассказывает Алина, а у меня уже сердце пульсирует от сумасшедшего ритма. Ведь я тоже не знаю, по сей день, что испытывала моя малышка, в те страшные моменты.

Замираю, заставляя сердце прийти в норму.

– И чтобы до конца понять, что она чувствует, три года назад, я попросила дочь выразить в рисунке чувства своих сущностей, отразить на холсте эмоции, которые вызывает каждая из них.

Дальше мне и продолжение не нужно. Две картины. Две сущности. Две эмоции.

Все стало ясно!

Обе картины абстрактные. На первый взгляд, они кажутся похожими, потому и смотрятся гармонично вместе. Но характер написания и цвета, совершенно разные. Я знаю, что художники-абстракционисты часто меняют цвета, искажают представление трехмерного пространства, упрощают формы и игнорируют правила перспективы. Что и сделала Тая.

Одна картина выполнена в более сдержанных тонах, но очень насыщена по своей натуре. Мазки четкие, уместные, воспринимаются всеми органами чувств одновременно. От нее исходила теплая энергетика, и она притягивала меня.

Вторая же картина – противоположность. Агрессивные цвета, хаотичные мазки, будто шквал необузданных эмоции обрушились на полотно. Холодом веять начинает, глядя на нее.

– Светлая картина – тигрица? – уточняю на всякий случай, хотя уже знаю ответ наверняка.

Алина кивает в знак согласия, подтверждая мои доводы.

Почему Тая не хочет говорить них? Почему ей вдруг стало сложно? До сих пор болит? Скучает, но боится признаться?

– Она еще не до конца свыклась с потерей ведьмы, – объясняет Алина, заметив, что я завис в собственных размышлениях. – И я думаю, что лишь тебе удастся заполнить ту пустоту…

– Ты прекрасная мама, Алина! – констатирую очевидное. – Может, лишь поэтому я не приехал за Таей раньше времени. На подсознании я был уверен, что ты не дашь ее в обиду…

Алина улыбается сквозь слезы, вижу что она изо всех сил пытается сдержать себя, но не получается. За живое задел.

– Спасибо еще раз! – благодарю ее и разворачиваюсь в сторону лестницы. Понимаю, что если я не уйду сейчас, есть вероятность что она расплачется и мы можем оказаться в неприятной ситуации, потому что мне захочется утешить. Вот только это будет неуместно и далеко неправильно.

Стремительно начинаю спускаться вниз по ступенькам. На всякий случай, боковым зрением, концентрирую взгляд на скрывающуюся в свою комнату Алину. Выдыхаю облегчённо. Слезы этих девочек, действуют на меня убийственно.

Как только вхожу в гостиную, обводя народ взглядом, застываю на месте от увиденного.

Тая прижимает к себе своего младшего братика и нацеловывает его во всевозможно-доступные места. Она так нежно прижимает его к себе, что у меня за грудиной щемить начинает. Облокачиваюсь к стене, и сам начинаю улыбаться как гребаный мальчишка, наблюдая за этой милотой. Определенно, в скором времени, заделаю ей ребенка…

– Лучше двух… – добавляет Злой.

– Что застыл! – вырывает меня из размышлений голос Темного. – Сегодня мужчины на стол накрывают… – сообщает как за здрасти.

Да вообще не в напряг. Особенно, для своей малышке.

Отрываюсь от стены, и все с той же мальчишеской улыбкой, шагаю к кухонной зоне. Вот что делает со мной моя половинка? Люблю ее дико!

Поднимаю счастливые глаза чуть выше и сходу натыкаюсь на дедушку Таи.

– Здравствуйте, Егор! – тяну смело руку. Тот без всякого колебания приветствует, немного приобнимая даже. Эмпатом быть не надо – он рад моему присутствию.

– Здравствуй, Ян! Добро пожаловать в нашу семью! – улыбается искренне.

По идее, эти слова должен был произнести Темный. Но если честно, я и не надеялся их услышать в принципе. А услышать их от Егора, признаюсь, совсем не ожидал. Приятно!

– Спасибо! – киваю ему и подхожу к столешнице, на которой стоит куча неразобранных бумажных пакетов с продуктами. Видимо, Темные и в магазин успели сгонять…

– Надеюсь, ей не сильно попало? – шепотом спрашивает у маня Влад, передавая в мои руки чашку с вымытыми овощами. Перевожу взгляд на львенка и хмыкаю, качая головой.

Неужели он думает, что я буду с ним обсуждать нашу личную жизнь? Наивный! Но и без ответа я оставить его не могу, не красиво.

– Ей никогда не попадет! – отвечаю глядя в его глаза. – В отличие от остальных… – добавляю после.

Он должен зарубить себе на носу, что к Тае, прикасаться не следует, даже если они пол детства на один горшок ходили.

– Приятного аппетита! – улыбается Алина, глядя на нас с Таей.

Я специально сел рядом с ней, так как чувствую в ней немного напряженности, после того, как отшлепал ее сладкую попку в кабинете Темного.

– Приятного! – отвечает звонкий голосок Таисии.

Малышка лучезарно улыбается всем сидящим. Сразу видно, что она очень сильно любит свою семью. Чего не скажешь обо мне. До сих пор не могу решиться, поставить в известность отца о том, что я жив. Что-то внутри не хочет встречаться с ним снова. Я наверно, плохой сын.

Когда ему сообщили, что я мертв, он поник… и лет на пять засел на дно. Скорбил. Но после, он все же взял себя в руки и продолжил свой бизнес. Хоть я и не даю о себе знать, зато сам частенько интересуюсь, чем он дышит.

– Ммм, очень вкусно! – восклицает Алина. – Мальчики, вы молодцы! – хвалит хозяйка.

Сам удивляюсь, что у нас получился такой шедевр. А мой салат так вообще огонь. Знаю, что его любят Тая с Алиной.

За столом возникает оживленная беседа. Ева с Егором бурно рассказывают, как провели ночь с Левкой, все хохочут и потихоньку уплетают завтрак. Однако Тая отложила вилку с ножом, так и не доев до конца то, что сама положила.

– Наелась? – спрашиваю мысленно. Ее явно что-то беспокоит.

– Да, мы с Владом немного перекусили, пока ты в душе прохлаждался… – отвечает словно возмущаясь. Смешно становится из-за чудной тональности. Обиделась маленькая, что я ее не удовлетворил. Но именно это и было ее наказанием.

– Что, недошлепал? – спрашиваю тут же, от чего она вздрагивает на месте, привлекая внимание Темного.

Ну куда ж мы без тебя? Блюдитесь закона.

Тая тут же хватает вилку, и нанизывает на нее кусочек сыра, прочищая горло.

– А ты чем занимался в душе? – интересуется между делом, откусывая мягкий сырок.

– Представлял, как ты своими пальчиками, ублажала свою изнывающую киску! – признаюсь без всяких колебаний, ведь так оно и было.

Тая вдруг сводит ноги вместе, теперь уже хватая чашку кофе со стола.

– Осторожно, не обожгись! – предостерегаю ее с усмешкой.

– Что, даже к члену не притронулся? – выпаливает Тая. Теперь моя очередь, потеть. Молодец!

– Знаешь, ему приятней, когда твои пальчики касаются его… – бью той же монетой. Захотела поиграть? Будет тебе игра.

– Почему не губы? – отражает дерзко. Твою ж мааать! Глаза закрываю, начиная представлять как ее ротик моего члена касается…

Черт! Теперь он блядь колом в штанах стоит…

– Детка, ты что творишь? – спрашиваю, стараясь незаметно поправить выпуклость. Сука, неудобно то как!

– Ничего, просто я ведь так его и не попробовала… – выдыхает она. – А мне безумно хочется!

Черт! Черт! Чеееерт! Кулак сжимаю.

Что творит? Что блин, она со мной делает? Размазала нахрен. Кровь в висках пульсировать начинает, ведь перед глазами во всю продолжается трансляция моих прошлых фантазий. Как ее приоткрытый ротик опускается к паху и вбирает в себя пульсирующую головку.

Зажмуриваюсь, сильней сжимая кулаки под столом. Блядь лопну сейчас!

– Так, все! – гремит голос Темного в голове. – Ключи от яхты на тумбочке в холле, надеюсь, на пирсе ее не перепутаешь – она самая большая, – сообщает вдруг. – Возьмешь мою машину, ключи в ней, – дальше инструктирует. – Позавтракать нормально не дадите. Как дети малые, ей богу… – качает головой.

– Спасибо, за вкусный завтрак! – встаю тут-же, прихватывая с собой малышку. – Но нам к сожалению пора!

Тяну Таю вдоль холла, подхватываю те самые ключи, согласно указанию Темного и открываю перед ней входную дверь.

– Идем, детка! – продолжаю тянуть ее.

– Ян, мы куда? – спрашивает растерянно, оглядываясь назад. Она сейчас явно в недоумении. Предполагаю, беспокоится по поводу собственной провокации, однако я молча веду ее к машине.

– Кататься! – наконец отвечаю, открывая пассажирскую дверь автомобиля. – Садись! – киваю, а сам быстро оббегаю машину, усаживаюсь за руль.

– Это ж папина… – ее глаза сейчас по пять копеек.

– И? – перевожу на нее непонимающий взгляд, заводя мотор.

– Ну, просто он даже мне не разрешал брать эту машину…

Удивляюсь слегка ее откровению, но при этом уже выезжаю на трассу. Сейчас мне хочется побыстрей уложить Таю на лопатки.

Боковым зрением замечаю ступор малышки. Она явно прифигела что я за рулем запретной тачки папы. Как так, можно не разрешить такому ангелочку, кататься?

– Я разрешу! – подмигиваю ей.

– В смысле, разрешишь? – хлопает своими глазками. Смешная такая.

– Куплю и разрешу… – улыбаюсь ей.

– Да я не в этом смысле… – мотает головой. – Просто, он даже водителя ни разу за эту машину не пускал.

Сейчас даже мне не понятно его спонтанное решение. Что это за необъяснимый жест доброты? Не понимаю его. Хотя отмечаю, что тачка и впрямь зачетная. Резвая крошка. Все же есть вкус у Темного.

– Я надеюсь, он больше не свернет тебе шею… – шепчет себе под нос Тая, поджимая ноги под себя.

– Не переживай, маленькая! – наклоняюсь и целую ее губки, выехав на ровную дорогу. – Все будет хорошо!

– Прости, что вывела тебя из себя, за столом! – вдруг извиняется она.

Как по щелчку, горячая провокация Таи, всплывает в сознании. Член снова дергается в штанах и сука вновь ныть начинает. Черт. Я реально, за столом еле сдерживался, чтоб не утащить крошку в соседнюю комнату и не нагнуть раком, за такие шалости.

– Знаешь, что? За это, я готов тебя прямо в машине оттрахать. Сильно! – выдаю едва дыша.

Замечаю, как Тая замирает. Ее щеки так пылают, что уверен, прикоснись к ним – ожог получу. Лишь спустя несколько секунд она отмирает, и не просто отмирает, а приподнимается и тянется ко мне стремительно и без всякого колебания.

Левая рука упирается на подлокотник кресла, а правая накрывает выпуклость между ног. Твою ж… сердце двойной кульбит совершает. Но это цветочки – следующее ее действие, просто убивает на повал.

– Я хочу вынуть его из твоих штанов… – шепчет в ухо, обжигая сладким дыханием. – И наконец, попробовать его на вкус… – добивает напоследок.

Пиздец просто.

Вся кровь которая была, к паху мощным потоком приливает. Даже блядь на дорогу смотреть сложно. Бью по тормозам и с ужасным визгом колес, резко съезжаю на обочину дороги. Хорошо, что на этой трассе не так много машин гоняет, иначе, кто-нибудь уже впечатался бы в зад машины Темного.

– Топишь, Тая! – выдыхаю рвано, накрывая ее запястье, которое сжимает мой ствол, через штаны. – Не выдержу ведь… – стискиваю за талию другой рукой, притягивая к себе. Хочу касаться ее. Умираю блядь!

– Не сдерживайся! – провоцирует играя.

Ну и у кого из нас мало сука выдержки? Кому же действительно стоит потренироваться? Черт!

Ее запястье шевелится под моей рукой, требуя освобождения. Убираю. И лишь потом понимаю, что зря это сделал, потому что ее ловкие пальчики, как и планировали, высвобождают ноющий член и сжимают нежно.

Все. Хана моей выдержке. Сорваны замки. Понеслась душа в рай.

Ведь знаю, что Тая доведет дело до конца. Знаю же. Жду. Сука, как я жду, не поверите.

Молчу, сглатывая сухой комок в горле, пока глаза отчаянно умоляют приступить.

Смотрит убивающим взглядом, и ведь не стесняется ни сколько, наоборот заряжает уверенностью, причем меня.

– Хочешь, чтоб я взяла его в рот? – спрашивает, от чего мое дыхание замирает. Такого я совершенно не ожидал. С огнём играется, маленькая.

Она удерживает зрительный контакт, в ожидании моего ответа, словно искусительница завораживает, затягивая в запретный рай.

– Хочешь? – снова спрашивает, касается носом пульсирующего виска. Тело словно электрошоком пробивает. Двести двадцать, шьет насквозь. Дьявол. Что творит? Не выпру ведь натиска зверя. Не сдержу Злого. А он сука, уже долбиться начинает.

Продолжаю молчать, сжав челюсти до скрипа. Дышу надсадно, грудь ходуном ходит, вентилируя аромат малышки. Топит.

Тая лишь улыбается, так и не дождавшись моего ответа. Склоняется над членом и высунув язык, касается моей головки.

– Черт! – бью по рулю со всей силы, предупреждая Таю о скором срыве, но ее, моя реакция только подзадоривает. Она вбирает в себя головку и закрывая глаза, начинает посасывать… Как чупа-чупс, твою мать.

Подохнуть готов на месте. Ничего в жизни сексуальней не видел. Я за рулем, малышка у моего паха, и член погружен в ее сладкий ротик. Сука, смотреть даже страшно.

Боже, что вытворяет ее язычок? А ее движения, которые вызывают остановку сердца? Вбирает в себя так, будто знает как мне будет приятно, будто не в первый раз делает минет..

Блядь, какая она нежная! Грудина разрывается от невероятных ощущений.

– Тая! – стону, сгребая ее волосы в кулак. – Я долго не протяну, – предупреждаю, в надежде остановить. Хотя, кого я сука обманываю? Остановить? Да я молиться готов, чтоб она не слушала мой бред. – Боже детка, я сейчас кончу… кончу, в твой сладкий ротик… – всхлипываю на последних процентах, но черт… она продолжает посасывать, начиная интенсивней вбирать в себя мой член.

– Боже, боже, божеее! – стону содрогаясь. Жар по всему телу проносится, сокрушая мое сознание. Собирается в области паха, и пульсировать начинает так, что скулы сводит от наслаждения. Меня кроет от прихода эйфории и мощная струя семени, выстреливает в желанное горло, высвобождая всю мою одержимость. Замираю в ту же секунду, от вида, как Тая начинает глотать мою горячую сперму. «Господи, я ведь предупреждал!» твержу сам себе и продолжаю пялиться на довольное личико своей малышки.

Я ж ведь теперь от нее не отстану. Каждый день буду умолять о повторении.

Богиня моя!

– После этого, ты просто обязана выйти за меня! – выдаю охрипшим голосом.