Текст книги "Я краснею"

Автор книги: Синтея Лю

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Глава 7

Написанная от руки табличка на воротах храма гласила: «ЗАКРЫТО! По семейным обстоятельствам».

Пока Цзинь убирал на кухне, Мин пропылесосила гостиную, пытаясь собрать весь мех, который Мэй оставила накануне. Оглушительный грохот прокатился по дому. Мин выключила пылесос и прислушалась. Звук исходил из комнаты Мэй. «Это, должно быть, Мэй, – подумала она. – Бедняжка». Последовал ещё один удар. Дом задрожал, и Мин бросилась ловить упавшую со стены рамку с фотографией малышки Мэй. Мин повесила фотографию на место и вздохнула с облегчением. Она посмотрела на Цзиня, оба, казалось, думали об одном и том же. Они оба знали. Их дочери нужно время, чтобы привыкнуть. Если неожиданно становишься пандой, это не может не расстраивать.

Снова удары.

У себя в спальне Мэй пыталась побороть в себе панду. Она стояла посреди своей комнаты – девочка от шеи и вниз, а выше сидела голова гигантской панды. Она врезалась головой панды прямо в стену. Пуф! Теперь она была девочкой по пояс и пандой от талии до пят.

Она дёрнула себя за хвост и сделала сальто от стены. Она ударила лапой панды об пол, и та превратилась в нормальную девчоночью руку. Затем она дёрнула уши панды, превращая их в уши девочки. Изменив облик наполовину, она рухнула на пол.

– Пожалуйста... просто... уйди... – простонала она.

И вдруг – пуф! – она полностью превратилась в панду.

– Ааааа! Нет! Почему, почему? – Мэй крепко-накрепко зажмурилась. Ей было невыносимо видеть себя такой.

Тук, тук, тук.

Мэй приоткрыла один глаз и посмотрела в сторону окна.

– Мэй? – громким шёпотом позвала Мириам. – Это мы! Открой!

О нет! Так и оставаясь пандой, Мэй вскочила на ноги и закрыла занавески, пока её не увидели друзья.

– Девчонки, что вы тут делаете? – прошептала она в панике. – Уходите.

Стоявшие снаружи Мириам, Прия и Эбби обеспокоенно уставились на занавешенное окно. Они совсем не слышали Мэй.

– Ты в порядке? – сказала Прия. – Стукни, если ты нас слышишь!

– Один раз «да», – подсказала Эбби. – Два раза «нет»!

– Мы так волновались! – сказала Мириам. – Мы решили, что ты умерла от стыда.

– Тебе нужны ещё прокладки? – спросила Прия. – Я принесла немного про запас.

Эбби вытащила из кармана листовку и поднесла её к окну.

– Забудьте об этом... «4 Town» приезжает в Торонто!

– Что? – ахнула Мэй и бездумно отдёрнула занавеску.

Девочки подскочили, увидев панду Мэй в окне. У них отвисли челюсти. Они закричали в унисон:

– А-А-А-А!

– Тсс! Тсс! – Мэй открыла окно и затащила всех троих девочек в свою комнату. Она прижала их к своей пушистой груди, заглушая крики. – Всё хорошо! – сказала Мэй. – Девчата, это просто я! Тихо! Ничего страшного, это просто я. Это Мэй! Успокойтесь. Я отпущу вас, когда вы успокоитесь... хорошо?

Наконец её подруги перестали кричать. Они посмотрели на неё круглыми глазами и кивнули.

– СПОКОЙНО, – скомандовала Мэй. Она осторожно отпустила девочек. Они смотрели на неё в немом изумлении. Наконец Мириам обрела голос:

– Мэй?

– Ты оборотень? – выпалила Прия.

– Нет! – сказала Мэй. – Чего?

Для Эбби это была воплощённая мечта!

– ОНА КРАСНАЯ ПАНДА.

– Шиза, – сказала Прия, но явно в хорошем смысле.

– Ты такая пушистая! – Эбби зарылась лицом в меховой живот Мэй. – ТЫ ТАКАЯ ПЛЮШЕВАЯ! – повторила она.

– Я всегда хотела хвост, – сказала Прия.

– Прия, Эбби, перестаньте, – сказала Мириам. – Мэй... что, чёрт возьми, случилось?

Мэй попыталась сделать хорошую мину при плохой игре.

– Это просто такая... знаете, неудобная... эм... генетическая штука, которую я унаследовала от своей мамы... То есть... со временем это пройдёт... может быть. – Она не выдержала и разрыдалась. Её подруги бросились к ней.

– О, Мэй! – сказала Мириам.

– Я просто ненавижу это, – сказала Мэй. – Я неопрятная, я вонючая, мама даже не смотрит на меня. А что «4 Town»? Когда они приезжают?

– Восемнадцатого мая! – сказала Эбби. – Они только что объявили об этом!

– Восемнадцатого? – Мэй снова заплакала. – К этому времени это ну точно не пройдёт! Ладно, идите... – Она махнула своим друзьям, мол, уходите. – Идите на концерт и вступите во взрослую жизнь без меня.

– Мэй, всё будет хорошо, – сказала Мириам.

– Нет, ничего не будет хорошо, – возразила Мэй. – Я урод. Просто оставьте меня одну. – Она свернулась клубочком на полу и, схватив Уилфреда, лежавшего на матрасе, прижала его к себе.

Мириам, Прия и Эбби какое-то время стояли молча. Затем Мириам начала битбоксить. Эбби подхватила на лету и принялась подпевать:

– Ммм. Да. Ммм. Вперёд. Мммм. Ну давай же...

Прия тоже присоединилась к ним. Затем все трое грянули на капелла любимый хит Мэй из репертуара «4 Town», не забыв подключить и зажигательные танцы.

Когда песня закончилась, девушки закричали.

– Ага! – воскликнула Мириам.

– Давай, Мэй! – прибавила Прия.

– Юху! – крикнула Эбби.

– Спасибо, ребята, – сказала растроганная Мэй. – Вы лучше всех.

Её друзья посмотрели на неё.

– Эй, – протянула Мириам. – Мы любим тебя, Мэй.

– Ты наша девочка, – поддакнула Прия.

– Несмотря ни на что, – сказала Мириам. – Панда или не панда.

Мэй обняла своих друзей, исполненная благодарности. Она глубоко вздохнула. А затем – пуф! – превратилась обратно в девочку. Её лучшие подруги поражённо уставились на неё. Мириам ахнула.

– Ого, Мэй! – сказала Прия.

– Ты это ты! – Мириам вытаращилась на красные волосы Мэй. – Выглядишь потрясающе!

– Красный тебе к лицу, – сказала Прия.

Эбби отпихнула Мириам и подошла к ней.

– Это всё? Она пропала?

– На время, – сказала Мэй. – Но если я чересчур разволнуюсь, она вернё...

Эбби ущипнула её за щёку.

– ОЙ! – воскликнула Мэй. – Эбби, ты чего? – Вдруг она остановилась. – Кажется, что-то... изменилось. – Мэй похлопала себя по руке: – Эбби, ударь меня.

Эбби посмотрела на руку Мэй и ударила её по лицу.

Мэй упала и тут же снова вскочила, ошеломлённая. Щека болела. Но она была в восторге. Она осталась человеком!

– О боже! Я осталась спокойной. Что-то в вас, ребята, вроде как нейтрализует панду!

Мириам и Эбби обрадовались вместе с Мэй.

– Это наша любовь! – воскликнула Мириам.

– Мы вроде как тёплое пушистое одеяло, – сказала Прия.

– Ага, – сказала Эбби несколько разочарованно.

Мэй ахнула.

– Это значит... Я могу вернуть себе свою комнату! – Она снова ахнула. – Я могу вернуть себе свою жизнь!

– Нет, даже лучше, – сказала Мириам, – ты можешь пойти с нами на «4 Town»!

– Хм? – Мэй сомневалась.

– Это, возможно, наш единственный шанс увидеть их вместе, – настаивала Мириам. – Мы все сегодня спросим у родителей!

– И не успокоимся, пока нас не отпустят, – сказала Прия.

– Ага, – кивнула Эбби. – Ты с нами?

– Но я не могу спросить маму, – ответила Мэй. – Я же пушистая бомба замедленного действия!

– Полная крутизны, – прибавила Мириам. – И теперь ты можешь себя контролировать. Ты просто докажи ей это, и она тебя отпустит.

Мэй сомневалась. Задача казалась непосильной. «Смогу ли я убедить маму?»

И как раз в этот момент Мэй услышала, как эта самая мама зовет её:

– Мэй-Мэй?

Мэй посмотрела на своих подруг:

– Ребята, вы лучше идите!

Мириам не двинулась с места:

– Ио...

– Никаких «но», Мири, – сказала Мэй, выталкивая всех в окно. – Ты моей маме и так уже не нравишься.

– Погоди, – сказала Мириам, поворачиваясь к ней. – Что, правда?

Мэй проигнорировала её вопрос:

– Я позвоню вам, обещаю!

– Держись, подруга, – сказала Эбби.

– Мы любим тебя, Мэй, – добавила Прия.

Мэй закрыла окно и задёрнула шторы, мысли у неё так и роились. В этот момент Мин открыла дверь. Она выглядела усталой.

– Всё в порядке? Мне показалось, что я слышала...

– Мама, – перебила её Мэй. Ей не терпелось поделиться своим открытием. – Кажется, я совершила прорыв.

Глава 8

Мэй сидела за кухонным столом, полностью сосредоточенная, не сводя глаз со своих родителей. Сидевшие напротив Мэй родители озабоченно наблюдали за ней. Цзинь держал в руках фотографии.

– Готова, – сказала Мэй.

Цзинь полистал фотографии. Он показал одну Мэй.

– Вырубка лесов, – сказала Мин.

Мэй посмотрела на изображение поваленных деревьев и представила себе тысячи живых существ, только что потерявших свои дома. Они не заслуживали подобного! И всё же она сохраняла контроль над своими эмоциями. Она ничего не сказала, ничего не сделала.

Довольный Цзинь показал дочери ещё одно фото. На нём был орангутанг.

– Посмотри, какой печальный, – подлила масла в огонь Мин.

Мэй держалась, никак не показывая свои чувства, хотя внутри она словно бы переживала крошечную смерть.

Следующее...

Мин назвала то, что снято на фото:

– Твоя награда в конкурсе по правописанию, второе место.

Мэй задрожала. Она зажмурила глаза.

Воспоминание всё ещё жгло, как будто это случилось вчера. Второе место! Как она могла так продуть? Она поскорее представила, как Мириам, Прия и Эбби успокаивают и поддерживают её.

«Главное, что ты попыталась», – сказала Мириам.

«Ты выложилась по полной!» – сказала Прия.

«Ты всегда первая в наших сердцах», – добавила Эбби.

Мэй открыла глаза, вдохнула, затем выдохнула:

– До чего же... обидно.

Мин кивнула Цзиню. Пришло время для тяжёлой артиллерии.

Цзинь сглотнул.

Мэй смотрела, как её отец встаёт из-за стола. Он вернулся с большой картонной коробкой, аккуратно закрытой.

Цзинь поставил коробку на стол.

Её родители медленно отошли.

Мэй нерешительно открыла коробку. Внутри оказался целый выводок очаровательнейших котят, глядевших на неё умильными круглыми глазами.

Мэй ахнула. Её бросило в пот.

– Какая... прелесть... – слабым голосом проговорила она.

Мэй стиснула подол юбки, лишь бы удержаться и не погладить пушистеньких котят. Малыши выбрались из своей коробки и поползли по ней, мяукая и мурлыча.

– Я... должна... сдержаться! – Мэй снова закрыла глаза. Котята стали Мириам, Прией и Эбби, и они обнимали её. Все воображаемые девочки вздохнули, расслабляясь.

Мэй посмотрела на своих подруг и улыбнулась, чувствуя себя в безопасности и чувствуя себя любимой.

– Мы любим тебя, детка, – сказали они хором.

«Панда или не панда», – прибавила Мириам.

Ещё одно общее объятие.

Мэй сделала вдох, выдох, а затем снова вернулась к текущему моменту, всё ещё не открывая глаз. Вся облепленная котятами, Мэй открыла глаза и... осталась человеком.

– Какие они... очаровательные, – спокойно сказала она.

Родители потрясённо уставились на Мэй. Один котёнок мяукнул.

– Мэй! – восхищённо воскликнул Цзинь.

– Как такое возможно? – вопросила Мин. – Что произошло с твоей пандой?

– Всё просто, – объяснила Мэй. – Когда я начинаю волноваться, я просто представляю себе людей, которых я люблю больше всего в целом мире... – Она подумала о своих друзьях.

Мин подалась вперёд, явно растроганная.

Мэй осеклась:

– ...то есть вас. – Да. Она солгала.

– О, Мэй-Мэй! – расчувствовавшись, проговорила её мать. Она подошла и обняла дочь.

Именно этого Мэй и хотелось. «Неужели? – Глаза Мэй расширились. – Неужели правда получится?»

– А теперь, когда это улажено, – сказала Мэй, – у меня есть одна малюсенькая просьба...

* * *

Мин и Цзинь сидели на семейном диване Ли.

– Нет, – строго сказала Мин. – Абсолютно точно нет!

Мэй стояла на коленях перед родителями, тяжело дыша и держа в каждой руке незажжённые бенгальские огни. На белой простыне, висевшей на стене позади неё, проектор показывал её презентацию под названием «“4 Town”: Почему я должна пойти на концерт». Под этим заголовком Мэй вставила картинки величайших музыкантов: Шопена, Моцарта, Бетховена и, конечно же, «4 Town» – прямо на первом плане в самом центре.

– Но это шанс всей моей жизни! – сказала Мэй.

Цзинь изучал буклет «4 Town», который держал в руках.

– Мэй-Мэй, – сказала Мин, – одно дело сохранять спокойствие дома или в школе, но на концерте? Ты впадёшь в исступление, и панда вырвется.

– Нет-нет, ничего такого, – пообещала Мэй. – Вы же видели, как я держу её в себе.

– Мин, – сказал Цзинь, – может, нам стоит довериться ей...

Мин ткнула в фотографии мальчиков из «4 Town»:

– Я вот им не доверяю. Ты посмотри на этих блескучих хулиганов, как они... непристойно вихляются! И почему ты так сильно хочешь пойти?

Мэй помедлила мгновение, чтобы хорошенько обдумать вопрос» Она буквально видела себя на стадионе: она танцевала с друзьями, а «4 Town» были на сцене. Они глотнули газировки, и «4 Town» приветственно закричали: «Чух! Чух! Чух! Чух!» Эбби рыгнула. Вдруг, словно из воздуха, соткался Робер и сделал Мэй предложение, преклонив одно колено. Остальные ребята из группы казались тронутыми, друзья Мэй и все-все-все вокруг поздравляли счастливую пару. Затем Мэй и её подруг подняли высоко в воздух их любимые мальчики «4 Town».

Внезапно Мэй вернулась к реальности.

– Как я и говорила, – сказала она своей матери. – Я просто хочу расширить свой музыкальный горизонт.

Мин с отвращением выдохнула:

– Это не музыка. Это непотребство, и нечего рисковать своей жизнью из-за такого. Верно, Цзинь?

– Эм...

– Вот видишь? – сказала Мин. – Твой отец со мной согласен. Никакого концерта. И это окончательное решение.

Мэй почувствовала, как её пронизала вспышка гнева. Она глубоко вздохнула. Ей никак нельзя было утратить свой человеческий облик.

– О’кей, спасибо за внимание. Спокойной ночи.

Она сняла со стены свою презентацию и забрала бюст известного композитора, который принесла специально для этого разговора. Затем она, сощурившись, посмотрела на мать и выскользнула из комнаты.

Мин и Цзинь проводили её взглядом. Они слышали, как хлопнула дверь в спальню Мэй.

– Что это было? – вопросила Мин.

Цзинь открыл рот, чтобы что-то сказать, но Мин помахала пальцем у него перед носом:

– Неужели никто, кроме меня, не видит, как это опасно? Ей ни за что не удержать панду! И двести долларов? За что? Кто они такие, Селин Дион?

Цзинь вздохнул. Зазвонил телефон, и он встал, чтобы ответить:

– Вэй? Подождите.

– Нет, ты видела этот взгляд? – сказала сама себе Мин, сидя на диване. – Где она этого набралась? Так вести себя с родной матерью! – Она откинулась на подушки и вытянулась на диване.

– Мин? Это твоя мать, – сказал Цзинь.

Мин села, резко выпрямившись:

– Меня нет дома!

Цзинь протянул трубку Мин. Она неохотно взяла её и через силу улыбнулась.

– Матушка! – сказала она жизнерадостно. – Здравствуй.

Бабушка Мэй звонила из своей роскошной квартиры, где она смотрела новости. «Жители Торонто напуганы таинственным зверем, – сказал репортер. – Свидетели описывали его как “тучного, выгоревшего медведя”».

– Как дела во Флориде? – поинтересовалась Мин. Её мать включила громкую связь.

Бабушка сидела перед раскрытой косметичкой, держа в элегантной руке кисть для макияжа и готовясь провести вечер вне дома.

– Мин, я знаю о Мэй-Мэй, – сказала она, нанося на щёки румяна. Нефритовый браслет свисал с её запястья.

– Я как раз собиралась тебе позвонить, – сказала Мин. – Но у нас всё отлично. Я сама всё устрою и сама проведу ритуал...

Бабушка усмехнулась:

– Как устроила появление Мэй-Мэй в новостях? – Она нанесла помаду на свой изящно очерченный рот и плотно сжала губы.

– Никто ни о чём не догадывается, – сказала Мин. – Её почти никто не видел!

– Я выезжаю, – сказала бабушка. – С подкреплением.

– Нет, я сама всё устрою, – настаивала Мин. – Я...

Бабушка повесила трубку.

Глаза Мин сделались круглые, как блюдца. «Моя мама приезжает?» Трубка выпала из её рук.

Глава 9

На территории школы Мэй и её одноклассники, одетые в спортивную форму, играли в вышибалы.

– Следите за мячом! – крикнул мистер К. Мячи пролетали тут и там. – Станьте водой. Станьте...

В одного мальчика попали, и он упал на асфальт.

– Ребята! – сказал мистер К. – Следите за мячом!

Другой мальчик заорал от боли после удара мячом. Учитель лишь вздохнул.

Мэй и её друзья о вышибалах даже не думали. Мэй рассказывала Мириам, Эбби и Прии о своём вчерашнем поражении.

– Презентация была просто бомба– дот-ком! – объявила Мэй, когда мяч пролетел мимо. – Я процитировала все свои источники. У меня были БЕНГАЛЬСКИЕ ОГНИ. – Она поймала мяч и бросила его куда-то в пространство. – Но она всё равно сказала «нет».

Над Прией просвистел мяч.

– Мои родители сказали, что я смогу пойти, только когда мне будет тридцать, – пожаловалась она.

– Мои назвали это музыкой для стриптиза! – сказала Эбби, отбивая мяч.

– Мои сказали «да», – вставила Мириам, – но я должна сама купить билет. – Мириам пригнулась, пропуская мяч над головой. – У кого, чёрт возьми, есть такие деньги?

Мяч отскочил к Мэй. Она поймала его.

– Я знаю, что мама переживает, но иногда она такая... такая...

– Шизанутая? – предложила Мириам. Она указала на другую сторону улицы. Сидя в своей машине, Мин следила за ними. Школьный охранник бросился к машине, размахивая руками:

– Мэм, пожалуйста! О, простите, миссис Ли! Я вас вижу!

Мин отъехала, взвизгнув шинами.

Мэй услышала, как кто-то заходится смехом. Обернувшись, она увидела, как в сотне метров от них Тайлер разговаривает с другим мальчиком. Тайлер снова захихикал:

– Маменькино сокровище! Неудивительно, что Мэй такая неудачница.

Мэй сжала в руках мяч и почувствовала, как наливается кровью её лицо.

Тайлер продолжал смеяться, что только усиливало её ярость.

Пуф! Её рука сделалась лапой панды. Мэй со всей силы бросила мяч в сторону Тайлера.

– А-а-а! – Тайлер успел пригнуться, мяч задел его волосы, а затем влетел в школьное окно.

Мистер К. свистнул в свисток.

– Незаконный бросок! Удаление, Ли! – К счастью, лапу панды он не заметил.

– Что? – сказала Мэй. – Но, мистер К., он...

Прежде чем Мэй успела закончить фразу, её друзья поспешили увести её с поля.

– Мэй, расслабься! – предупредила Мириам.

Несколько ребят уставились на Мэй, включая Стейси Фрек, девочку, которая видела Мэй в туалете. Её глаза сузились. Она-то лапу панды как раз заметила. И пушистая конечность показалась ей ужасно знакомой.

Мириам, Эбби и Прия затащили Мэй в женский туалет.

– Успокойся, Мэй, – сказала Мириам, отпуская её.

Мэй всё ещё тяжело дышала от ярости.

– Детка, – сказала Прия, – держи себя в руках.

– Я не могу! – сказала Мэй. – Мы должны попасть на концерт. Ну как мама не понимает? Я ведь никогда ни о чём не просила! Всю жизнь я была её идеальной маленькой Мэй-Мэй – вечные храмовые дела, хорошие оценки!

– Скрипка, – подсказала Эбби.

– Степ, – добавила Прия.

Вот теперь её подружки тоже распалялись.

– Да, – согласилась Мэй. – Мы были НЕВЕРОЯТНО хорошими. И если они всё равно не доверяют нам, тогда зачем всё это?

Мириам была впечатлена.

– Ого, кто ты и что сделала с Мэй? – Она никогда не слышала, чтобы Мэй так говорила. – ВОТ ЭТО МНЕ НРАВИТСЯ!

– СВЕРГНЕМ ВЛАСТЬ! – заявила Эбби.

Глаза Мэй вспыхнули. Она схватила подруг за руки:

– Да! Это не просто наш первый концерт. Это наш первый шаг во взрослый мир. И мы должны сделать его вместе.

Девочки прочувствованно кивнули.

– Я в игре, детка! – объявила Мириам. – Давайте скажем, что вы останетесь у меня с ночёвкой!

– Идеальное преступление! – сказала Эбби.

– Да, – согласилась Мэй. – Моя мама никогда не узнает! Теперь нам осталось собрать деньги на билеты – давайте пораскинем мозгами!

И они принялись думать и ломать голову.

– Знаешь, что поможет мне думать? – сказала Эбби. – Одна маленькая панда. – Она в предвкушении потёрла руки.

– Эбби, – раздражённо сказала Мэй.

– Ну пожалуйста, Мэй! – умоляла Эбби. – Это прочистит мои мысли! Она офигенно милая!

Мэй с отвращением фыркнула:

– ЛАДНО.

Она раскинула руки. Эбби прыгнула в её объятия. Мэй закрыла глаза, чтобы сосредоточиться, и представила, как плывёт под водой. Перед её мысленным взглядом блеснула зелёная чешуя. К ней подплыл прекрасный водяной Робер и протянул ей руку: «Любовь моя...»

Фхум! Мэй-панда возникла в облаке розового дыма.

– Счастлива? – спросила Мэй.

– О да, – сказала Эбби, устраиваясь в пушистых лапах Мэй, словно ребёнок.

Вдруг сзади раздался голос:

– БОЖЕ МОЙ!

Мэй и её подруги повернулись к двери. Стейси Фрек и две её подружки стояли в туалете, тараща глаза на Мэй.

Мэй отпустила Эбби и бросилась в кабинку, захлопнув за собой дверь.

– Уходите!

Друзья Мэй встали между кабинкой и Стейси Фрек с подружками.

– Это ТЫ была тогда в уборной, – сказала Стейси. – Мне не показалось!

– Показалось-показалось! сказала Мириам.

– Отвали, Стейси, – упреждающе сказала Прия.

Тут заговорила одна из подруг Стейси:

– Она что... волшебный... медведь?

– Красная панда! – в один голос поправили Мэй и её друзья. Мэй выглянула из кабинки.

Стейси и её подружки посмотрели на Мэй, затем на её подруг, затем друг на друга.

И вдруг девчонки разом подлетели к дверце кабинки, как будто они только что увидел «4 Town»!

– Ууух ты! – взвизгнула одна из девчонок.

– Выходи, пожалуйста, – попросила другая.

– Ничего милее тебя просто НЕТ! – выкрикнула Стейси.

Поражённая, Мэй приоткрыла дверь:

– Постой, так... вам... нравится панда?

– Нравится? – сказала одна из девочек. – Я просто в восторге! Я тебе что угодно дам! Деньги!

– Почку! – предложила другая.

– ВСЮ ДУШУ, – воскликнула Стейси.

Они принялись размахивать перед Мэй купюрами, требуя, чтобы гигантская панда предстала перед ними во всей красе.

Мэй и её друзья выпучили глаза при виде денег. И тогда у Мэй появилась идея века.