Текст книги "Обманувшие себя"

Автор книги: Шэрон Кендрик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Меган казалось, что она лежала без сна долгие часы, прислушиваясь к дыханию Дэна и думая о том, не имитирует ли он спокойствие, как раньше имитировала она сама.

Вначале Меган прибегла к испытанным способам заснуть, таким, как счет овец. Когда все это не помогло, стала считать от тысячи в обратном порядке, Где-то около двухсот сорока она погрузилась в беспокойный сон.

Когда она проснулась, в комнате было еще довольно темно, но, возможно, виной тому были тяжелые бархатные шторы, не пропускавшие солнечный свет. Взглянув на часы, она поразилась: одиннадцатый час!

Меган протерла глаза и отбросила покрывало, глядя на Дэна. Он даже не шелохнулся. Очень осторожно, чтобы не разбудить его, она подошла к шезлонгу.

Дэн лежал на боку, подложив ладонь под всклокоченную голову. Его длинные ресницы отбрасывали тень на щеки. Во сне его лицо казалось моложе. И мягче. Нежное, сексуальное. Созданное для поцелуев.

Его одеяло соскользнуло к талии, оставив торс обнаженным, и впервые Меган убедилась в том, какое прекрасное тело скрывают строгие костюмы. У него широкие плечи и мощная грудь; должно быть, на ней приятно спать. Она прикусила губу, вспомнив, что ночью она как раз спала на этой груди.

У него нет бицепсов культуриста, но и на вечного домоседа он не похож благодаря мускулам, скрытым под блестящей глянцевой кожей. У него светло-кремовая кожа, грудь покрыта черными волосами, которые спускаются ниже, к…

– Достаточно нагляделась? – услышала она насмешливый голос и увидела бодрые и очень заинтересованные серые глаза.

– Это нечестно! – возмутилась она. – Я думала, ты спишь!

– Я знаю, что ты думала. – Он зевнул и хотел было лечь на спину, но ему пришло в голову, что было бы неосторожно принимать столь беззащитную позу. Поэтому он не стал двигаться. – Я и полагал, что ты будешь держать дистанцию после всего, что было ночью.

Меган не понимала, отчего так блестят его глаза. Уж конечно, не от вида ее фигуры в скромной белой пижаме и не от растрепанных волос.

– Сколько времени? – спросил он.

– Уже поздно. Начало одиннадцатого. Мы проспали.

– Черная метка от Салли обеспечена.

– Кто это – Салли?

– Кухарка. И экономка. В сущности, член нашей семьи. Это она вчера подавала на стол.

– Ты меня даже не познакомил! – с упреком заметила Меган.

– Верно. – Дэн уже позабыл о том, что ему приличествует лежать в скромной позе: он раскинулся на спине и, прищурившись, смотрел на Меган. – Мысли не тем были заняты.

Меган сглотнула. Ей не хотелось думать, чем именно были заняты мысли Дэна. Для их фарса вовсе не требуется, чтобы он бросал на нее такие взгляды, как будто ему не терпится съесть ее живьем.

– Может, мы спустимся и хотя бы попьем кофе?

Дэн застонал. Честно говоря, сейчас ему меньше всего хотелось спускаться. А больше всего хотелось продолжить насильственно прерванный ночью процесс. Положить Меган на себя, поцеловать ее, а потом…

– Хочешь выйти первой? – спросил он. – Или лучше сначала я?

Меган понадеялась, что он не заметил, как вспыхнули у нее щеки. А отчего? Ведь сексуальная нотка в его голосе – это не плод ее воображения! Меган не глупа. Ей известно, что ночью он был охвачен желанием, и сейчас с ним, возможно, творится то же самое.

Но все дело в том, что мужчины не всегда способны контролировать свое тело. Ведь оно природой предназначено для реакции на простейшие сексуальные раздражители: например, на присутствие в их постели женщины детородного возраста. Возможно, она совершила глупость, не попросив Дэна лечь отдельно с самого начала. Он-то был к этому готов!

– Я первая пойду в ванную, – поспешно ответила Меган, подхватила одежду и выбежала из комнаты.

Умывшись, она надела розовые велосипедные брюки и прямую зеленую блузу. Глянула в зеркало через плечо и пришла к выводу, что вид у нее удовлетворительный.

Вернувшись в спальню, Меган нашла ее пустой, а на кровати лежала записка: «Ушел пробежаться. Скоро вернусь. Дэн».

Дожидаться его или идти вниз одной? Если она подождет его, это укрепит представление об их «романе», но тогда ей придется находиться в спальне, когда он будет одеваться…

Меган сделала на листе бумаги приписку, сообщив Дэну, что пошла выпить кофе, и спустилась на нижний этаж.

Сначала заглянула в столовую, но там никого не было. Выходя из комнаты, столкнулась с женщиной, которая накануне накрывала на стол. Меган попыталась вспомнить имя этой женщины. Ах да – Салли!

– Доброе утро, Салли! Я… ммм… искала завтрак, – проговорила Меган, чувствуя себя слегка неуютно под пристальным взглядом Салли.

– Завтрак всегда подается в «Садовом зале», – сказала Салли с таким видом, как будто это известно всем. Потом она выразительно взглянула на часы и добавила: – Но в это время я обычно уже собираю посуду.

Или у Меган развивается паранойя, или Салли едва заметно мигнула, заметив ее розовые брюки.

– Знаю, я опоздала. Я… мы проспали, – виновато пояснила она, встретив суровый взгляд Салли. – А мне сейчас поесть? Или лучше дождаться Дэна?

На лице женщины отразилось колебание: она решала, стоит давать совет или воздержаться.

– Если вы приехали как партнерша мистера Дэна, то и завтракать вам лучше вместе.

Меган кивнула. Мистер Дэн – как это веско звучит!

– Хорошо. Большое спасибо.

Казалось, Салли едва сдерживала негодование.

– Разумеется, будь его мать здесь, мы никогда бы не поселили в одной комнате неженатых мужчину и женщину.

– Значит, нам нужно благодарить ее за то, что она уехала. Правда, Меган, дорогая?

Этот знакомый звучный голос был сейчас для Меган лучшей музыкой, пусть даже слово «дорогая» представлялось излишним. Она повернула голову и с облегчением улыбнулась. Причем, к своему изумлению, улыбнулась совершенно искренне!

– Ой, Дэн! Ты уже здесь!

Дэн уловил радость в ее голосе, и ему неожиданно захотелось побыть ее покровителем. Он знал убеждение Салли в том, что общество не может правильно функционировать без строгого соблюдения классовых различий. Его самого воспитывали в таких понятиях, и он понимал, чем вызвано поведение Салли, хотя и не одобрял его.

– Я надеюсь, дорогая, что Салли оказала тебе всю нужную помощь?

– О да, – живо откликнулась Меган. – Да, конечно!

– Пойду сделаю вам кофе, – буркнула Салли. – И поищу какие-нибудь пирожные.

Дэн заметил, что до сих пор чувствует себя как на иголках – несмотря на то, что обежал все поместье, как будто за ним гналась стая волков.

– Салли была любезна с тобой? – спросил он, когда за кухаркой закрылась дверь.

Меган улыбнулась. Рука об руку они вышли на террасу, где терракотовые горшки блестели в лучах утреннего солнца.

– В общем, да. Но она помнит, что меня никто здесь не знает, и поэтому относится ко мне без одобрения.

Они присели, и Дэн задумчиво проговорил:

– Я не думаю, что она не одобряет именно тебя. Скорее ей вообще не нравится, что я привел сюда женщину и спал с ней. Может быть, она немного ревнует…

Нежелательные образы возникли в мозгу Меган, и она стиснула подлокотники кресла.

– Ревнует?

– Нет-нет, не как женщина мужчину. Если ты подумала, что у меня была связь с Салли, то поверь, ничего такого не было. Она на добрый десяток лет старше меня. Ее муж – садовник. Неужели ты думаешь, что я готов бросаться на всех женщин без разбора?

– Дэн, нечего приписывать мне то, чего я не говорила!

– Я не приписываю. Я читаю по твоим глазам. – Он заметил, как губы Меган тронула обида, и отступил. – Просто Салли знает меня с раннего детства, вот и переживает больше, чем переживала бы обыкновенная экономка. Она нянчила и Адама, и меня, всегда ждала нас, когда мы приезжали из школы…

– А где же была твоя мама?

– Она очень много времени уделяла благотворительности, а на детей мало обращала внимания. Когда отец умер, мы были во многом предоставлены сами себе. – Он слегка улыбнулся в ответ на ее сочувствующий взгляд. – Нет, Меган, ничего плохого не было. Просто я говорю тебе, как обстояли дела.

– И ты не жалеешь?

Он посмотрел на нее и подумал, что ее сегодняшний наряд, пожалуй, еще более причудлив, чем вчерашние желтые брюки. Ярко-розовые брюки, доходящие только до колена, обтягивающая зеленая блуза – это слишком для яркого солнечного утра, тем более, когда на тебе нет даже солнцезащитных очков!

– Эта жизнь была мне уготована, – мягко пояснил он. – Имелась в ней и хорошая сторона: приезжая на каникулы, мы пользовались полной свободой. Лазали по деревьям, купались… Дети ко всему привыкают. – Он посмотрел в глаза Меган, в которых отражался интенсивный зеленый цвет ее блузы. – Вот, как и ты. Тебе не могло быть легко, когда умерла твоя мать, тем более что ты, заменив ее, заботилась о братьях.

Меган закинула одну ногу на другую и тут же поняла: велосипедные брюки узки для нее минимум на один размер и могут порваться, если она немедленно не переменит позу.

– Мне часто говорили, как легко со мной найти общий язык. Но легкость в общении была для меня необходимостью. Не научишься ладить с людьми – пойдешь ко дну. У отца всегда было полно дел на ферме, а мне не хотелось, чтобы наша семья распалась. – Она передернула плечами. – Так что за этой легкостью стоял чистый эгоизм.

От легкого движения груди Меган у Дэна моментально закружилась голова. Он с облегчением вздохнул, когда услышал позвякивание посуды и увидел приближающуюся Салли с подносом в руках. Черт возьми, он до сих пор и не замечал груди Меган: на работе ее вечно скрывали мешковатые серые или темно-синие балахоны, А теперь ему трудно оторвать от нее взгляд.

Если бы перед ним сидела другая женщина, он бы решил, что она старается его соблазнить. Но Дэн был уверен: у Меган такого намерения нет.

Салли поставила поднос на стол.

Он поблагодарил экономку и послал ей исполненный откровенной нежности взгляд, который неизменно действовал на женщину с тех пор, как он был ребенком. И Дэн был вознагражден: Салли послала Меган подобие ласковой улыбки.

Когда она вышла из комнаты, Меган сказала:

– Может быть, она не так уж меня ненавидит.

– Какое там – ненавидит, – пробормотал Дэн, – просто беспокоится за меня. Вероятно, боится, что ты вдребезги разобьешь мое сердце!

– Очень может быть, – Меган вгляделась в лицо Дэна, и ее губы запрыгали от неодолимого желания расхохотаться. – Но ты готов пойти на риск, – поддразнила она.

Он выдержал ее взгляд.

– Думаю, да.

Он играет с ней, только и всего. Лучше никак не реагировать. В рассеянности она положила в чай вдвое больше сахара, чем обычно.

– Когда ты ждешь Джейка?

Дэн заметил легкий румянец на ее щеках. Интересно, как она поведет себя, если он сейчас прикоснется к ней? И ему почему-то очень этого захотелось.

– Он может приехать в любое время, когда ему будет удобно. Все зависит от самолета. Или от его настроения. Он взбалмошный и непредсказуемый.

– А еще какой?

Дэн улыбнулся:

– Он весьма своеобразный и очень одаренный парень. Немного эксцентричный. Собирался стать археологом, но еще в колледже его «открыли». Мне думается, если бы он заранее знал, какая жизнь ему предстоит, то не изменил бы первоначальных намерений. Все дело в славе. Некоторых она привлекает, А Джейку трудно мириться с тем, что его частная жизнь все время на виду, что люди тянутся к нему не ради него самого.

Меган кивнула:

– Должно быть, это нестерпимо.

Дэн ответил ей невеселой улыбкой.

– Ну, Меган, нестерпимые вещи тоже бывают разные. Есть профессии и похуже.

– Вот именно. Моя, например!

– Очень смешно.

Он отхлебнул кофе, продолжая наблюдать за ней сквозь густые темные ресницы.

Меган огляделась; она слегка нервничала.

– Что мы сегодня будем делать?

– Да что хочешь. Высказывай желание, и оно, возможно, исполнится. Теннис. Купание. Крокет…

– Я в крокет никогда не играла.

– Правда? – Он отодвинул от себя чашку, чтобы наполнить ее вновь. – Если захочешь, я могу тебя поучить.

Выражение его лица сразу усилило ее сердцебиение, но Меган не ответила. Честно говоря, она не знала, в какой степени ей следует выказать интерес к данному предложению. Ей бросилось в глаза, что газон за окном подстрижен неправдоподобно ровно. Цветы, казалось, росли повсюду, даже деревья украшены яркими разноцветными пятнами. Запах жимолости смешивался с ароматом кофе, ласковое солнце грело ее. Никогда еще ей не доводилось бывать в таком прекрасном месте.

Дэн смотрел на нее. Она прикрыла глаза, подставив лицо солнечным лучам. Да она сама похожа на цветок. Волосы ее блестели, и Дэн впервые заметил, что она отнюдь не шатенка. Скорее ее волосы цвета чая с молоком; в них заметны бронзовые пряди. Откинувшись на спинку стула, он сделал глоток. И наступила блаженная тишина.

– Привет, Дэн!

Меган открыла глаза. Перед ней стояла Катрина, одетая в легкое хлопчатобумажное платье.

– Привет. Выпьешь с нами кофе?

Она улыбнулась ему и опустилась на стул.

– Спасибо.

– Пойду принесу чашку, – сказал он.

Обе женщины молча проводили его глазами. Зачем ему понадобилось оставлять их наедине? Вот сейчас, наверное, начнется настоящее испытание.

Сумеет Меган убедить эту девушку, которая вбила себе в голову, что влюблена в Дэна, в том, что Дэн влюблен в нее, Меган?

Как ей выпутаться? Она не любит лгать, ей не улыбается морочить голову совсем молоденькой девушке. К тому же ей вовсе не хочется быть жестокой, расстроить Катрину сильнее, чем это необходимо.

Меган подумала про своего третьего брата, который очень ревниво относился к младшему брату; вполне понятно, он винил младенца в смерти матери. И Меган научилась хладнокровно и разумно отвечать на его прямые вопросы,

А Катрина все рассматривала ее. Дольше всего взгляд огромных карих глаз Катрины задержался на розовых велосипедных брюках, и на ее красивом лбу появилась маленькая складка.

– Вы давно знакомы с Дэном?

– Нет, не очень. Несколько месяцев.

– Несколько месяцев, – недоверчиво повторила Катрина. – А правда, что вы вместе работаете?

– Ну да. А мы с вами однажды разговаривали по телефону, помните?

– Смутно. – Катрина обнажила маленькие белые зубки, как котенок, готовый броситься на подвешенный на веревке мячик. – И как же это у вас сочетается?

– Что именно?

– Ваши отношения! Разве не трудно отделять деловые отношения от личных?

– Нет, как ни странно, – искренне ответила Меган. – Мы научились.

– Вам повезло. – Катрина бросила взгляд на ноги Меган. – А Дэну нравится, как вы одеваетесь? – неожиданно поинтересовалась она.

– Да, очень!

– Но… – Катрина дотронулась до жемчужной нитки у себя на шее, и Меган поняла: она хочет привлечь ее внимание к подарку Дэна. – Но обычно он любит несколько более… консервативный стиль. Так мне кажется.

– А вы многих его женщин встречали? – с любопытством спросила Меган.

– О, от меня он их прячет! И сюда никогда никого не приводит, – Катрина лениво улыбнулась. – Я знаю, что такое мужчины…

– Да-а?

– Ну конечно! Я знаю, у них бывают определенные желания. – Катрина пожала плечами. – Эти желания заложены в их природе. А с годами мужчина успокаивается.

Неглупо, подумала Меган. Аргумент типа «порядочные девушки этого не допускают». И напрашивается вывод о том, рядом с кем должен успокоиться Дэн.

Катрина снова погладила ожерелье и задумчиво посмотрела на Меган.

– Вам нравится мой жемчуг?

– Очень красивый.

– Это мне Дэн подарил.

– Да, он мне рассказывал.

– Рассказывал?

– Ну конечно, рассказывал, – ласково подтвердила Меган. – Катрина, я знаю, как тепло он к вам относится. Почти как к сестре.

Настало напряженное молчание. На мгновение Катрина наморщила лоб – как ребенок, готовый расплакаться. Но это впечатление тут же исчезло,

– Вам известно, что сегодня приезжает Джейк Хэддон?

Меган кивнула.

– Конечно!

– Не знаю, говорил ли вам Дэн, но он очень не хочет лишнего шума, – небрежно сказала Катрина. – Поэтому, Меган, не дергайте его, пожалуйста, с автографами или чем-нибудь в этом роде.

– Надеюсь, что мне не подходит роль, назойливой поклонницы, – решительно ответила Меган,

– Я-то знаю Джейка с детства, – продолжала Катрина. – Его мать дружит с матерью Дэна, то есть с моей крестной. – Она помолчала. – А вы… вы с ней уже знакомы?

– Нет. До сих пор не было случая познакомиться, – сказала Меган чистую правду.

– Замечательная женщина! – пропела Катрина. – Старомодная, конечно. Она любит традиции. И правила. Леди Макнайт часто говорит, что если в нашем обществе царит хаос, то нужно, по крайней мере, отдавать себе в этом отчет.

Леди Макнайт! Как это Дэн не удосужился проинформировать ее о том, что его мать – титулованная особа? Каким-то чудом Меган удалось скрыть охватившую ее панику.

– О каких именно правилах вы говорите? – спокойно поинтересовалась она.

Катрина бросила быстрый взгляд в сторону.

– Какой бы пример привести?.. – она наморщила лоб. – Хотя бы что касается брака…

Итак, готовится сюрприз!

– И что же?

– С браком в наши дни связано очень много проблем, вы согласны? Слишком много разводов, и слишком многие даже не утруждают себя вступлением в брак, – понимаете, Меган?

– Да, я знаю, о чем вы говорите.

– Так вот, из статистики известно, что браки часто распадаются. Значит, единственный путь укрепить семью – это создавать ее, так сказать, на своей территории.

– И как же этого добиться?

– Чем больше у людей общего, тем больше шансов на то, что их брак будет прочным. Если вы происходите из одних социальных слоев, то весьма вероятно, что и интересы у вас общие. Тогда вам легче будет друг с другом,

– Видно, вы много размышляли над этим вопросом, – заметила Меган с легкой улыбкой.

– Да! – Катрина понизила голос до доверительного шепота. – И леди Макнайт, я думаю, тоже. Понимаете, часто можно услышать, что в наши дни происхождение не имеет значения. Это неправда. Оно играет большую роль! О, смотрите, Дэн идет!

Очень уж долго он искал кофейную чашку, подумала Меган. Похоже, задержался он намеренно. Наверное, хотел предоставить Меган возможность поговорить с Катриной. А если так, то какого результата он ожидал от этого разговора? Что Катрина откажется от своих притязаний из-за внезапно возникшего чувства женской солидарности?

Меган подумала о том, что если бы у нее было что-то серьезное с Дэном Макнайтом, то Катрина заронила бы зерна сомнения в ее душу. И эти зерна очень хорошо проросли бы, питаемые упорством Катрины и очевидными предрассудками леди Макнайт.

Дэн подошел к столу и посмотрел сверху вниз на Меган, как бы спрашивая: «У тебя все в порядке?»

По-видимому, да – если считать такие откровенные предупреждения в порядке вещей.

Дэн поставил перед Катриной чашку и присел рядом. Глаза его вспыхнули, когда он заметил напряженную позу Меган.

Очень демонстративно он сжал ее руку. Ее пальцы были холодными и безжизненными. Дэн накрыл ее ладонь своей, передавая ей тепло и уверенность.

И благодаря этому доброму жесту Меган почувствовала себя в покое и безопасности. Она была бы счастлива просидеть вот так все утро, ощущая руку Дэна на своей руке. И только когда он убрал ладонь, она поняла еще кое-что.

Что ей грозит опасность принять Дэна Макнайта всерьез.

Если, конечно, она не будет очень, очень осторожна.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Дэн настоял на том, чтобы показать Меган поместье, а Катрина, оставшись одна на террасе с чашкой кофе, проводила их задумчивым взглядом.

– А она не будет против? – спросила Меган, когда они проходили мимо мостика, переброшенного через ров.

– А кому какое до этого дело?

– Верно.

Меган зашагала быстрее, чтобы угнаться за Дэном.

Поместье Макнайтов было не просто большим, но невероятно огромным. Целый час они гуляли по извилистым дорожкам по территории, которая напоминала небольшое государство.

– И все это твое? – ахнула, наконец, Меган, когда они шли вдоль ручья, окружавшего небольшой лесок.

– Это фамильные владения, так что лично мне они не принадлежат. И даже Адаму. Мы – не более чем хранители для будущих поколений, И дом, и земля перейдут к нашим детям.

– Если только у тебя будут дети, – вставила Меган.

Дэн слегка замедлил шаг.

– За последние двадцать четыре часа ты дважды заводила во мне биологические часы, о существовании которых я не подозревал. Или ты связываешь со мной свою надежду иметь собственных детей?

Меган улыбнулась.

– Может быть.

Этот ответ застал Дэна врасплох. Он ожидал, что она, подобно всем женщинам, станет отпираться. Заговори с ними о любви, о браке, о детях – и они набросятся на тебя с такой яростью, словно им в жизни не приходила в голову мысль о самых естественных явлениях на свете. Наверное, в глазах женщин такое поведение означает верную игру, но на Дэна подобные приемы никогда не действовали.

Он заметил, что на протяжении всей долгой прогулки Меган не отставала от него, и взглянул на ее ноги. По крайней мере, обувь у нее довольно серьезная; непонятно, правда, почему она решила надеть грубые коричневые ботинки с этими нелепыми брюками. И, тем не менее, ее брюки две минуты назад заставили фермеров-арендаторов вытаращить глаза.

– Хочешь, присядем ненадолго?

– Да, с удовольствием.

Они вышли на покрытую маргаритками поляну, и Меган опустилась на траву. Вдалеке коровы мирно жевали жвачку, и Меган вдруг почувствовала себя такой же удовлетворенной, как и они.

– А какие размеры? – осведомилась она.

Дэн насмешливо прищурился.

– Я имею в виду поместье! – яростно выкрикнула Меган.

– Гости не часто задают такой вопрос, – усмехнулся Дэн.

– Но я не сомневаюсь, что он всем приходит в голову!

– Не исключено. – Он уселся на землю рядом с ней, думая о том, что ее волосы похожи на шелковую занавеску, колышущуюся на легком ветру. – Общая территория – около двадцати акров. Стоимость имения – почти двести тысяч. Большую часть дохода приносят арендаторы.

Меган перевела дух. Она повернулась к Дэну и решительно спросила:

– Тогда зачем ты вообще работаешь?

– Если бы я не работал, то свихнулся бы от скуки. – Он полулежал, опираясь на локти, и смотрел в перевернутую чашу неба. – А кроме того, почти все деньги в попечительском фонде, и я не получу ничего, пока… – Он вдруг замолчал.

– Пока – что?

– Пока не женюсь.

– Значит, у тебя есть мощный стимул к тому, чтобы надеть на себя ошейник, – предположила Меган.

– Как ни смешно, совсем наоборот. Эта перспектива висит надо мной как дамоклов меч.

– Что именно? Женитьба или деньги?

– Наверное, и то и другое. Богатство накладывает свои обязательства. А что касается женитьбы, то важно, привлекают ли женщину деньги или она любит тебя ради тебя самого.

Меган взглянула на Дэна, растянувшегося среди маргариток и раскинувшего длинные, очень длинные ноги. Материя, из которой сшита его белая рубашка, достаточно тонкая, чтобы подчеркнуть завораживающие линии торса, который она уже видела во всей его мощной, стройной красоте. Ветер растрепал волосы Дэна, так что от аккуратной прически не осталось и следа. Теперь он вовсе не был похож на того Дэна, которого Меган привыкла видеть.

Если бы рядом с ним лежала ковбойская шляпа, а где-нибудь неподалеку пасся конь… Меган вздохнула. Образ получился очень реалистичным и соблазнительным. Ковбой-аристократ!

– Послушай, Дэн, ты любишь комплименты?

– Я? – Он лениво улыбнулся, не сводя глаз с плывущего в небе облака. – Почему это ты вдруг спрашиваешь?

Меган сорвала маргаритку и принялась изучать белый венчик.

– Насколько я могу судить, женщину, которая захочет выйти за тебя замуж, будут привлекать не только твои деньги. Я уверена, ты сам давно это сознаешь.

– Кажется, я могу принять это за комплимент, – пробормотал он с улыбкой. – Хотя ты и произнесла его сквозь зубы.

Меган сорвала еще одну маргаритку.

– Ты мог хотя бы сказать мне, что твоя мать – леди?

Его улыбка пропала.

– С чего бы я стал говорить? – холодно отозвался он. – Разве это важно?

– Думаю, важно – для спесивых искательниц титулов. – Она метнула на Дэна ледяной взгляд, – А я не из таких!

– Да я и не предполагал!

Она пропустила возражение мимо ушей.

– Это важно, поскольку предполагается, что у нас с тобой роман! Ты обязан был меня посвятить! А вышло, что я получаю существенную информацию от Катрины!

Дэн внимательно изучал выражение лица Меган.

– Она была груба с тобой?

Меган покачала головой.

– Нет, скорее – снисходительна. Она постаралась поставить меня на место; в сложившихся обстоятельствах это вполне объяснимо. Она… она очень молода.

– Всего лет на пять моложе тебя или около того, – напомнил ей Дэн.

– Да, но выглядит моложе.

– Ну да, пожалуй, – согласился Дэн, – хотя это и не удивительно. Ей еще в колыбель деньги буквально швыряли. – Он тоже сорвал маргаритку и протянул Меган. – У нее совершенно не такая жизнь, как у тебя.

Меган кивнула и взяла у него цветок.

– Где сейчас ее мать?

– У нее квартира в Лондоне. Катрина там и живет, вместе с ней. Мать сама ведет себя как подросток. Кстати, это часть проблемы.

– Она велела мне не приставать к Джейку Хэддону, потому что решила, что я суну ему в лицо блокнот для автографов, как только он приедет.

– Она не имела права так с тобой разговаривать, – мрачно произнес Дэн.

– Справедливости ради заметим, что Катрина меня совсем не знает. Она могла искренне думать, что помогает мне не опозориться на людях. Тем более, эти люди безупречно воспитаны.

– Меган, ты, я вижу, всегда идешь прямой дорогой, – торжественно объявил Дэн. – Или просто стараешься произвести на меня впечатление? Если так, то скажу тебе: ты своей цели добилась!

Меган рассмеялась. Его глаза льстили ей, но она не чувствовала, что заслужила такую реакцию.

– Дэн, я не святая!

– Я тебя за святую и не принимал. – Внезапно его внимание привлекло какое-то движение за ее спиной. – Не двигайся, – тихо сказал он. – Я кое-что заметил.

– Это Катрина?

– По-моему, да, – Он придвинулся ближе к Меган и зашептал: – Что нам сделать, чтобы убедить ее в том, что мы любовники?

– Любовники? – переспросила Меган. – Или влюбленные? Это же совсем разные вещи!

– Можешь выбирать, – шепнул он.

– Она нас видит?

– Не знаю. – И чуть громче добавил: – Наклонись вперед.

– Зачем?

– Делай, что я говорю! – Кончиками пальцев он коснулся ее плеча и почувствовал, как она задрожала в ответ. – Так будет убедительнее, тебе не кажется?

Очень осторожно Дэн уложил Меган на траву рядом с собой и убрал волосы с ее лба, Потом он долго смотрел на нее, и в его глазах читался вопрос, которого она, однако, понять не могла. Но зачем ей что-то понимать, когда он прижимает се к себе? Какие ей нужны объяснения, когда он заслоняет от нее солнце и целует?

– Дэн! – выдохнула она.

– Тсс…

Поцелуй отнял у нее слова, и Меган покорилась.

Только сказала себе, что эта сцена необходима для успеха спектакля, и она должна терпеть.

Конечно, она лжет. Что может быть общего между терпением и всем происходящим? Как только их губы соприкоснулись, она позабыла все, что знала когда-то, – кроме вкуса его губ.

Это вкус зубной пасты и запах желания. Теплый, острый, мужской, горький. Ночью они целовались в полусне, сейчас же все кристально ясно.

– Дэн!

– Ты прекрасна, – шептал он.

– Нет… нет…

– Да, черт побери! Да!

Дэн заставил себя прекратить сжимать ее мягкие, как персики, груди. Но ее пуговки-соски отзывались разгорающимся пламенем в его сердце. Дэн явственно чувствовал ее бедра сквозь дурацкие облегающие брючки. Он наливался твердостью, такой мощной, что готов был взорваться изнутри. На секунду он почувствовал, что если закроет глаза и сильнее прижмется к ней, то вот-вот… вот-вот…

Со стоном он скатился с нее и сел.

Меган лежала и смотрела в небо невидящими глазами. Это был не спектакль, а полтора спектакля. Мощное представление, неясно думала она. Во рту у нее пересохло, все тело ныло. И не глядя в зеркало, она с уверенностью могла бы сказать, что щеки ее горят огнем.

Что же теперь?

Меган прочистила горло.

– Она ушла?

Дэн сидел, обхватив руками колени. При звуке ее голоса он повернул голову, и Меган испугалась, увидев его пустые глаза.

– Кто?

– Катрина.

– Катрина, – бесцветным голосом повторил он.

– Ты видел ее. Она шла к нам. Не помнишь?

Прищурившись, Дэн вгляделся в даль, как моряк, всматривающийся в горизонт, и Меган тут же поняла его.

– Ее там не было, да? – медленно проговорила она.

Он открыл рот, чтобы оспорить ее догадку, но потом вспомнил, что они с Меган заключили соглашение быть честными друг с другом.

– Я не уверен. Это могла быть игра света. – Он посмотрел на Меган и задумался. – Хотя нет, вряд ли.

– Тогда зачем? Почему ты целовал меня?

Он отбросил прядь волос с ее лба, и она увидела самую загадочную из всех улыбок.

– Я так захотел. Я не переставал хотеть целоваться с тобой с тех пор, как ты ночью очутилась у меня в руках. И мне показалось, что ты тоже этого хочешь. Можешь винить птичью песню. Или солнце, если тебе так больше нравится.

Винить? Меган едва не улыбнулась, настолько не к месту было это слово в данных обстоятельствах,

– А когда я решу, кого мне обвинять, – тихо спросила она, – что тогда?

– А вот это вопрос, на который я не могу дать ответа. – Он слегка провел пальцем по ее губам. – По крайней мере, сейчас я рядом с тобой и не способен думать.

Меган беззаботно улыбнулась:

– Объяснение принимается.

То, что она столь легко согласилась с ним, так обрадовало его, что он вскочил на ноги, протянул Меган руку и рывком помог ей подняться.

– Идем, – сказал он. – Скоро обед.

Они вернулись на террасу, где нашли всю компанию, воздававшую должное напиткам в ожидании обеда. Полковник потягивает шампанское; его жена сидит рядом мрачнее тучи; у Нила, одевшегося для тенниса, довольно-таки несчастный вид, как показалось Меган.

Но он сразу просиял, когда увидел, что они с Дэном приближаются.

Катрина красива, но угрюма; на ней пышное, расшитое цветами платье и большая шляпа, украшенная живыми цветами. Ее распущенные волосы рассыпаны по спине, они сверкают, словно она снимается в рекламе шампуня.

Может быть, она все-таки видела? И поэтому у нее такое вытянувшееся лицо? Меган поборола искушение взять Дэна под руку, но что-то в развороте его плеч подсказало ей, что лучше этого не делать.

Дэн придвинул ей стул, а сам быстро занял место на другом краю стола.

– Славное было утро, а? – сказал полковник.

– Отличное, – отозвался Дэн.

– Отличное! – фыркнул полковник и потянулся к ведру со льдом за бутылкой шампанского, – Если молодой человек не находит другого слова для описания прогулки в обществе красавицы, тогда я рад, что не молод!

Меган порозовела и поспешно сделала глоток шампанского. Ей захотелось раствориться в воздухе, как джинну из лампы. Она огляделась.

– Где же Адам с Амандой?

– Они поехали встречать Джейка, – объяснила Катрина; обращалась она исключительно к Дэну. – Самолет прибывает в три, но, как известно, Джейк способен на любое сумасбродство. Скажем, он мог полететь сюда через Лондон. Или через Шотландию. – Она сняла шляпу и принялась обмахиваться; вид при этом у нее был царственный. Она коварно взглянула на Меган через стол. – Кстати, Дэн, звонила твоя мама. Я сказала ей, что ты пошел гулять, а куда – никто не знает. И что с тобой девушка.