Текст книги "Попаданец (семь книг в одном томе) (СИ)"

Автор книги: Сергей Мельник

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 74 страниц) [доступный отрывок для чтения: 27 страниц]

В коридоре, закрыв дверь, пару раз глубоко вздохнул, что бы успокоится. Терпеть не могу подобные ситуации, вот, казалось бы, ну любовь морковь и все дела, а как начнут дальше узнавать каждый другого по лучше, тут и полетит шерсть в разные стороны. Сцепятся как бешеные псы, а я потом буду еще и виноватым, что вроде как свел их вместе под одной крышей. Нет уж, пусть лучше сейчас рвут сердца и души свои, пока раны не слишком глубоки, чем потом их латать, собирая по частям то чего уже нет.

Может быть в другом месте и другом времени я бы и не влез в их отношения, но, увы, это то место и то время где сын может ответить за то, что его отец убил мужа баронессы, а так же с дуру может пойти мстить женщине, чей муж убил его отца. Не говоря уже о двух дочках-волчицах, которые могут, невзирая на волю матушки разорвать бравого капитана на куски за своего погибшего папочку.

Побродив по коридорам и комнатам, мучаясь от безделья, забрел в подземное царство тьмы, где томился в одиночестве товарищ наш убиенный граф Десмос Вампирович Дракуленко.

– Что-то вы рано сегодня барон. – Он лежал, тупо пялясь в потолок.

– Да вот, захотелось что-то вас увидеть. – Я присел рядом с ним, так же уставившись на каменный свод подвала. – Как там ваш труд с разумом юноши?

Десмос уже неделю вырывал бессвязные картинки из затуманенного сознания молодого Раха, иногда пересылая мне его сны, ментально транслируя картинки в моем мозгу. Увы и ах, не было там ответа, по крайней мере, я его не видел. Дако и госпожа Кервье категорически воспротивились тому, что бы некромант подняла покойного ныне отравителя Армуса, а меж тем, призрак все еще здесь. Здесь он родименький, то в одном конце замка то в другом, люди периодически замечали его, а госпожа Альва Шернье, самолично пресекла уже около четырех ее воплощений под дверями, чьей ни будь комнаты. Леди бестиар каждую ночь обходила патрулем замок, что давало свои плоды, больше жертв Белая Смерть себе не находила в наших стенах.

– Сегодня ночью удалось вырвать более или менее четкую картинку. – Десмос перевел взгляд на меня. – В цвете.

– Что-то важное? – Я почувствовал интерес.

– Не знаю, возможно. – Он замолчал на некоторое время. – Там есть девушка, судя по описанию, возможно она. Даже чувства уловить получилось!

– Давай! – Я с жадность наклонился к нему, строя энергетический канал как учил Дако для приема ментальных образов. Тут у меня пока получалось плохо, без помощи Мака я разрывал нить связи слишком мощным импульсом, так что общая структура была пока на нем.

Сон.

Солнечно, чувствуется, как жар тяжелыми мягкими лапами давит на плечи, стягивая кожу на оголенной натруженной спине. Камни, тяжелые и такие объемные, они создают контраст солнцу покатой теменью своих боков и прохладной структурой. Камни ложатся аккуратной чередой, выстраивая один за другим шеренгу непреодолимой преграды, эх хорошо получается. Я горд своей работой, пахнет свежеспиленным деревом строительных лесов, скрипят досочки под ногами настилов, а рядом родные и понятные люди. Идет работа, мы ложем камни, скрипят доски, устают руки, жжет спину солнце. Тень.

Тень?

Ах, это родной Армус, ворчит, вечно чем-то не довольный, идем обедать. Грубое покрывало на земле, запах травы, крона раскидистого дерева над головой и смех людей. Моих людей. Я горд ими.

Тень.

Тень?

Это она! Она опять пришла, мягко нежно обхватывая сзади плечи, обдавая дурманящей теплотой какой-то сладости, на ветру в тон листьям на ветках дерева, под метроном накатывающего ветерка, развиваются ее искрящиеся черной смолью волосы, с какой-то непонятной глубиной цвета, нежные руки.

Тень.

Тень?

Армус не доволен, нужно работать. Нужно касаться прохлады камней, ощущая гордость за свой труд, мне нужно гордиться! Мешают ее руки, уйди! Мне нужно идти. Поворачиваюсь, видя, как старина Армус, вытирает слезы на глазах черноволосой девушки. Мне нужно идти.

– Ну что? – Граф с интересом наблюдал за мной.

– Она. – Я кивнул. – Точно она.

– Выходит ее убили и это ее призрак мстит, права была де Кервье, что сомневалась, что это дело рук эльфийки. – Десмос вернулся вновь к разглядыванью потолка. – Только не понятно, что же призрак до сих пор тут делает после смерти отравителя? По всему должна была развеяться как дым на ветру.

– Значит на предмет привязка. – К нам присоединилась, шаркая ногами Хенгельман. Старушка неожиданно нашла общий язык с графом, все свободное время от прогулок с Дако проводя у графа, меняя ему бинты и ухаживая за ним. – Ты вроде бы в вещах юноши нашел принадлежавший ей браслетик?

– Да, предположительно это ее подарок. – Браслет лежал у меня в рабочем кабинете.

– Нужно попробовать его уничтожить, неуверенна, но возможно это решение. – Она принялась обхаживать своего пациента. – Хотя думаю, что все гораздо сложней. Это призрак естественного происхождения, подобные субстанции должны идти за живой сущностью.

– Тогда все же есть в случившемся толика вины Раха? – Граф с благодарностью кивнул ухаживающей женщине.

– Не знаю. – Она пожала плечами. – Он мог даже не знать о своей вине, мог действительно бегать и искать ее, ведь обиделся не он, а она, а вот на что она затаила обиду, кто теперь скажет?

– А может это быть самоубийством? – Я подал ей свежие перевязки.

– Все что угодно могло быть. – Она смерила меня взглядом. – Думаешь неразделенная любовь? Не знаю, не знаю, призраки из самоубийц получаются не важные. Нет в них искры что ли, нет лютой жажды к жизни. Плохой боец, он уже заведомо проиграл, при жизни переломив себе хребет. Так повыть да поплакать где в ночи куда не шло, а вот устраивать охоту день за днем, год за годом идя по следу, тут другой склад нужен. Ярость нужна.

– Да уж, остается лишь гадать. – Развел я руками.

– Не спеши сдаваться, Дако ждет отзыв от защитника, у которого они укрывались какое-то время, может быть там будет еще одна подсказка?

Оставив подвал, вновь поднялся в свой кабинет, с замиранием сердца входя внутрь. Все же где-то в глубине души была изрядная толика сомнений в благоразумности капитана и баронессы. Ну да, где-то я в чем-то может был и прав. Капитан стоял, отвернувшись у окна бездумно глядя в даль, а баронесса со странной смесью чувств, разглядывала противоположную стену. Благо не слез, не криков и истерик не наблюдалось.

– Знаю вам не легко. – Я сел за стол, сложив перед собой руки. – Но иначе нельзя было. Ложь до добра не доводит, сегодня бы промолчали, завтра промолчали, а послезавтра, послезавтра возможно кто-то бы из вас не увидел. Тут ведь дело даже не в том, что было. То, что твой отец капитан, убил мужа баронессы, погибнув вместе с ним, это все ерунда.

– Ерунда?! – Взорвалась Пиксквар, вскакивая с места. – Да что ты понимаешь?! Ты представить хоть можешь, через что я прошла?!

– Конечно ерунда! – Фыркнул я. – Это ошибка всех живых людей, вы думаете, что только ваша боль настоящая, а вот если вон того прохожего стукнуть палкой по горбу, то он корчится так, от нечего делать, притворяется, стало быть. Имейте совесть и разум баронесса! В этом замке уже двое кто может предъявить счет вам за вашего горячего мужа! Или вы забыли про свою нареченную? Вы можете представить, через что она прошла? Или думаете, Гарич со своей матерью не оплакивали свою потерю?

– Но… – От моих слов по ее щекам побежали дорожки слез, она вновь упала в кресло.

– Вы не думайте. – Я подошел к ней, выйдя из-за стола и обнимая за плечи. – Вас никто не обвиняет, ваша боль, ваша потеря все это не менее настоящее, чем у других. Сейчас вам двоим нужно понять главное, вы капитан это не ваш отец, а вы баронесса не Патрик. Их больше нет, а то, что случилось ужасно, но осталось далеко в прошлом. Содеянного, уже не вернуть, но жизнь от этого не прекращается. Вы живы, вы чувствуете и это здесь и сейчас, именно здесь и сейчас, без боли, без обид и всей этой ерунды, вы можете создать что-то новое, что-то возможно настоящее.

– Это невозможно. – Припечатал, поджав губы Гарич.

– Гарич, нет ничего невозможного. – С ним обниматься не хотелось. – Вам вообще как мужчине и воину стыдно должно быть, женщина, которую вы обнимали, сидит в слезах, а вы стоите, будто у вас кол в заднице и рассказываете мне мальчишке, о том, что возможно, а что нет. Так нужно поступать рыцарю? Зная вашего папеньку только из рассказов, думаю, он бы по другому бы объяснил вам вашу ошибку.

– Вы не понимаете барон! – Он дернулся, но остался стоять на месте.

– Ну конечно. – Я невесело рассмеялся. – Что я могу понимать? Куча мужиков оприходовали толпой беззащитную женщину, это нормально, а вот когда ее муж выпустил им кишки наружу за содеянное, то как это назвать, как это прикажете понимать? Что бы вы сделали Гарич? Так же бы стояли и смотрели?

– Но отец… – Он размяк так же присаживаясь, видимо больше не в силах держать хладнокровие.

– Что – отец? – Я все же подошел к нему ложа руку на плечо. – Он солдат, как и вы, он выполнял свой долг, он погиб как мужчина. Вы тоже солдат и думаю достойный сын, которым стоит гордиться, я не в праве не тебе, не баронессе что-либо советовать, но я требую от вас отнестись с пониманием и уважением друг к другу. Вы встретились на жизненном пути, и не стоит вам ставить между собой тех, кого уже давно нет.

Я вернулся к себе за стол, оставляя дальнейшее за ними. Что еще можно им сказать? Ничего, дальше уж пусть решают сами, не маленькие уже, своя голова, в конце концов, уже должна была вырасти на плечах.

* * *

Она меня отлупила. Кто? Ну, если не считать жизни, судьбы, удачи и прочих стерв женского рода, то естественно остается урожденная баронесса фон Каус, мой тренер бальных танцев. Ага, по совместительству еще и учитель фехтования, на тренировке сузив презрительно глаза, стояла практически вся шайка-лейка, весь женский контингент замка, с осуждением качая головами и наблюдая, как этот смертельный южный ветер разносит меня в пух и прах. Конечно же, барышни узнали о том, что после моей продолжительной беседы с капитаном и фон Пиксквар, эта чудная и такая красивая пара распалась, в чем естественно обвинили меня. Ну а Лесса это возмездие, так сказать Немезида пронырливому юнцу, сующему свой нос в дела амурные кои его, конечно же, не касаются. Баронесса работала четко, мощно и без прикрас, раз за разом вбивая мне свой тренировочный меч в корпус с такой силой, что я не без оснований стал переживать за свои ребра и за ряд органов которые возможно она отбила.

– Итак, барон, вижу, вы давно забросили тренировки! – С улыбкой молвила фурия. – Может, вы еще хотите сказать, что и с танцами у вас проблемы?

– Нет-нет, что вы! С танцами все прекрасно! – Мне еще не хватало после этой взбучки коленцами выписывать!

– Вопрос барон, о чем вы разговаривали со своим капитаном и баронессой? – Думаете праздная болтовня? Нет, все это под гул рубящих ударов ее меча! С меня уже семь потов сошло, а она похоже только разогрелась.

– Это, увы, секрет. – Уйдя в глухую оборону, я стал пятиться под ее напором.

– Так значит? – Ой как больно то, по голени своим дрыном то звезданула! – Вас барон смотрю еще учить и учить, вы юноша способный, талант есть, только вот прикладываете вы его не по назначению.

Вновь стойка и вновь стремительный град ударов без переходов и послаблений. Руки у меня гудели от усталости, ноги уже начинали заплетаться, но как говорится на зло врагам, на радость маме, я все еще сражался снова и снова пытаясь ускользнуть от ее удара. Если первое время я довольно прилично мог сдерживать ее, временами даже пытаясь огрызаться, то за какие-то пол часа был уже выжат как лимон. Ну мегера, ну дождешься ты у меня, дай только срок я подрасту! Мне б еще мясца нарастить на тельце, я б показал тебе, где раки зимуют. Продолжая, пятится, с ужасом понял, что меня теснят в угол, где в скором времени без сомнений получу очередной удар по тем или иным так горячо любимым мною частям этого молодого организма. Ну…есть у меня одна тактика проверенная…Дождавшись когда баронесса вновь встанет в стойку, развернувшись бросился сломя голову через весь зал, по пути перескакивая так удачно расположенные в ней предметы мебели.

– А ну стой! – Закричала она. – Опять?!

Это не «опять», этот тактический прием великие полководцы издревле применяли в практике, называя его «тактическим отступлением». Я не убегал! Я менял диспозицию, для последующей корректировки и внесения изменений в план битвы.

Предполагаемый противник взревел разъяренной львицей, бросаясь за мной следом, явно заблаговременно подготовившись к моим стратегическим перестановкам, так как в этот раз она была в костюме, а не в платье, которое бы хоть немного, но тормозило ее движение.

– Стой!

– Лови!

– Держи!

К общему плану наступления тут же присоединились остальные части противника, огромной разъяренной массой разгневанной бахромы и шелестящих юбок устремляясь за мной следом. Мда уж, в этот момент я чувствовал себя маленьким, но гордым, хитрозадым вьетконговцем удирающим по джунглям от кипучего напалма страстей и разгоряченной плоти, всепожирающей любви мамы Америки. Ядрена мощь, визжала, улюлюкала и бросала мне в след туфлями, в то время как я пытался отрастить на спине глаза, что бы вычленить из общей массы страшный сверхзвуковой истребитель под кодовым индексом Лесса, несущий в своих крыльях оружие моей погибели.

– А ну всем стоять! – На нашем пути монументально, весомо и угрожающе нарисовалась Вальери де Кервье собственной персоной строгим взглядом смерившая всю компанию и, заставившая всех опустить виновато головы вниз. – Это что за ипподром бравых армейских кобылиц?! Что вы себе позволяете леди?!

Заскочив за спину железной леди, я изобразил кульминационное завершение танца короля поп сцены Майкла Джексона, то есть крутанулся вокруг оси после чего одну руку вверх, другую на свое достоинство, при всем при этом нежась в лучах безнаказанности и сладкой победы над злобным но теперь поверженным противником. Чем естественно разозлил кипящих дам, добавив, что называется масла в огонь.

– А почему он…

– А вы знаете что он…

– Да он такое сделал…

– Ты все равно от нас не уйдешь!

Хором в унисон загудели барышни, переходя с угроз на жалобы. Моя скала, за которой я прятался, была непробиваема и непоколебима как великая китайская стена.

– А ну прекратить! – Де Кервье топнула ножкой. – Вы посмотрите, на что вы похожи? Разве это образ истинной леди? Бегаете за каким-то худосочным кобельком, словно кошки при весеннем гоне!

Эм-м-м…?!

– Разве так поступают леди? – Это кто тут худосочный кобелек?! – Это за истинной леди должны бегать вот такие кобели, а не наоборот! Бардак! Сегодня же каждая десять раз пройдется у меня из одного конца зала в другой, с томиком стихов на голове! Плюс реверансы и манеры! Совсем у меня распустились!

Во-во! Так их, так! Только томиком я бы советовал по заднице их, по заднице, а еще лучше ремнем!

– А теперь вы барон! – Бабушка Вальери, смерила меня тяжелым взглядом, медленно окинув с головы до ног. – С вами у нас будет отдельный разговор! Немедленно подойдите, я вас причешу, выбросьте свою палку, заправьте рубашку, и сколько раз я вам буду говорить, что бы вы не смели расстегивать воротничок?!

– Да госпожа Вальери, да конечно! – Спорить с этим тяжеловесом противопоказано здоровью, чего доброго еще и мне стихи на голову напялит. Что я с ними потом делать буду?

– Все разошлись. – Бабуля еще пальцами не успела щелкнуть, как девчата разлетелись кто, куда скрываясь с глаз долой. – Ульрих идем ко мне.

Ее апартаменты были самыми большими в замке, так сказать президентский номер который я держал на всякий случай для вип персон. В кабинете расторопные слуги уже накрывали чайный столик, а я рассказывал всю подноготную этой истории, даже не думая что-то утаивать. Секреты тут не к чему, потому что бабушка и так до всего докопается, ну и как буфер от последующих нападок со стороны дам. Всем не всем, но уж королеве пусть и бывшей, думаю, и не такие приходилось выслушивать повествования за свою жизнь.

– Вообще конечно молодец. – После завершения моего рассказа заключила Кервье. – Но, как и все в тебе слишком прямо и резко. Я даже не знаю юноша нравится мне это в тебе или тоже как и всех раздражает.

– Простите, не понял. – Я долил себе чаю, предварительно жестом получив отказ на еще одну порцию для нее.

– Ты очень похож на лекаря в своих действиях. – Ну, вообще-то так оно на самом деле и есть, я даже мысленно усмехнулся. – Все знают, что надо менять бинт, вскрывая рану, и я еще не знала ни одного лекаря, который бы не срывал бинт резким мощным рывком вместе с запекшейся кровью.

Ну а как по другому? Все верно, так и надо, резко и сразу без предупреждения. Зачем же мучить пациента? Медленно, что ли с издевкой глядя в глаза тянуть за тряпочку, прикипевшую к ране, так что ли?

– Все лекари так поступают. – Задумчиво произнесла она. – Нет, что бы отмочить бинт, взять и подождать, успокоить там или поговорить. Нет, они приходят, срывают, делают недовольную мину, что больной орет, после чего уже обрабатывают рану.

– Так надо, иначе можно до скончания веков выслушивать про то, как ему плохо, а он так и не решится на в принципе, безобидное хоть и болезненное действие. – Пожал я плечами.

– Вот и я про то же. – Покачала она головой. – Все сделал правильно, но так резко и больно, что аж обосраться как неприятно!

Кружечка вместе с чаем и блюдечком жалобно звякнув, покатилась по полу, выскочив из моих рук. От такого речевого оборота я не то что кружку, я челюсть уронил на пол. И это борец за нравственность и культуру?!

– Ой, я тебя умоляю, только не надо выкатывать глаза, мол, первый раз в жизни бранное слово услышал, я хоть и леди но, между прочим, живой человек. – Она задорно рассмеялась. – Клянусь, глядя на девочек, чуть сама за тобой с криками не побежала! Ну ты силен Ульрих, умеешь раззадорить, я даже боюсь представить что случится со столичным обществом когда ты там появишься, а уж подрастешь так вообще знатный сердцеед из тебя получится.

– Полноте вам. – Она реально смутила меня.

– Ладно, действительно, не о том сейчас. – Она посерьезнела. – Теперь, давай о серьезном, о политике. Не знаю, что ты будешь делать, выдумывай что хочешь, но что бы они сошлись опять, причем как можно быстрей.

– Зачем? – Признаюсь, был удивлен.

– Пиксквары вырождаются, у брата баронессы дочь и, к сожалению, по имеющимся у меня данным детей у них больше не будет. – Она подалась вперед. – Дочки баронессой рождены вне брака, так что их вообще никто считать не будет, а вот сама баронесса еще вполне сильная женщина, которая может принести роду наследника. Про волчью кровь не напоминай, баронесса не рожденная, а обращенная волчица, так что от нормального мужика у нее будут нормальные дети. Твой Гарич прекрасная пара, он конечно не из богатой семьи, но зато род его очень знаменит и в определенных кругах имеет, как и вес, так и определенную славу.

– Э-м-м… – Слов нет, по крайней мере, цензурных.

– Понимаю, дельце грязное, но поверь мне достойное. – Она подняла перст, предупреждая мои слова. – Даже не думай вывернуться, все эти свои моральные устои и принципы засунь куда по глубже. И да, это я тебе не как де Кервье говорю, что б ты понимал.

– Ясно. – Что тут сказать? Королевская семья решила так, значит быть посиму. Естественно я даже пальцем не пошевелю, но вот в сторонку отойду впредь, не влезая со своими советами. – Что-то еще?

– Да. – Она поджала губы, явно испытывая какое-то внутреннее затруднение. – Деметру береги как зеницу ока, без вопросов, а так же без сования носа не в свои дела, узнаю что копаешься не там где нужно с землей сравняю.

– Мне и копаться не нужно. – Хмыкнул я. – Без слов понятно, раз герцог Тид, за столько времени, не разу даже не посмотрел в эту сторону, значит и мне не стоит.

– Совершенно не стоит. – Взгляд колюч. – Ты даже не представляешь почему.

– Да это ж элементарно… – Чуть не брякнул «Ватсон», понимая, что уже сболтнул лишнего по ее побелевшим поджатым губам. – Ну, то есть, конечно, не понятно, запутанно…в общем не мое дело.

– И что же вам молодой человек известно? – Ох ну надо было мне ляпнуть?

– Да ровным счетом ничего! – Я поднял успокаивающе руки.

– Нет уж, извольте! Хочу выслушать ваши предположения!

– Ну. – Да горит оно все. – В папеньке все дело естественно, в том который настоящий, а не де Тид, ясно, что персона по шире в плечах будет, чем герцог. Иначе бы я день в день ловил наемных убийц, присланных по ее душу.

– Похвальная проницательность. – Она подалась вперед. – И кто же он по вашему этот господин?

– Да черт его знает. – Я пожал плечами. – Мне оно как-то безразлично, девочка спокойная, дружелюбная, немного конечно мрачновата, ну да думаю, время вылечит и это. Так что пусть живет себе, горя не знает, гнать я ее не собираюсь, а забота о ней мне не в тягость.

– Ну и ладно. – Она замолчала на какое-то время. – Надеюсь, между нами нет недопонимания?

– Нисколечко. – Я поднялся, вежливо откланиваясь, так как без слов понятно время мое вышло.

К себе возвращаться не хотелось, наверняка дамы там меня караулили, а в подвале сидит Тина, тоже или опять начнет разговоры разговаривать, или будет сидеть прожигать мне спину взглядом. Покружив немного по замку заглянул к Дако, старикана не было видимо опять гульки гулял старый бес, еще пару раз нарезав круги выдвинулся к сквайру, от куда пришлось в скором времени уйти так же из-за леди Нимноу. Нона с утра уехала в Касприв главенствуя там в верховном суде, у нее прям страсть к этому. Что за жизнь настала? Герман и тот прогуливался с Деметрой по замковой стене, лишь я один бродил неприкаянный. Сделав еще круг по замку, осел, в главном зале выведя рабочий стол Мака и запуская пару проектов, с которыми можно провозиться достаточно долго.

Итак, что я там хотел? Банк? Ну, вроде бы простое дело, способное по выслуге лет поспорить с проституцией. Если я ничего не путаю еще в древнем Вавилоне полно было этих мерзавцев, у них вроде бы даже банковские билеты выпускались по цене золота. Ну да в исторических экскурсах я не силен. Что это, по сути? Ростовщики и менялы, на чужом капитале строящие свой доход, в той или иной мере взимающие процент от сделки. Само слово банк это не подходящее по корню русское банка, где хранят огурцы и прочие маринады, это слово обозначало стол, который выставляли менялы и на котором когда-то эти древние… банкиры, производили свои операции.

Главное в этом деле первоначальный капитал и гарантия того, что этот капитал вернется, плюс проценты. В моем мире гарантом выступает государство, законодательной базой возведя данный вид услуг в рамки, четко прописывая все нюансы от и до. Здесь же мне скорей всего придется действовать на уровне бандитской вольницы. Старый добрый рекет. Я тебе бабосы чувак давал? Так давай родненький, назад с процентиком, ибо вот раскаленная кочерга, которая сейчас войдет в твою задницу по самую рукоятку. Ну, а что делать? Люди деньги берут, а мотив для того, что бы вернули, должен быть весьма веским и доходчивым для любой головы или задницы, это уж зависит от того, кто чем думал, беря у банка. Это не благотворительность, это нужно вернуть.

С разбойниками более или менее понятно, вон у меня, их уже под две сотни, день ото дня матереют в учебном корпусе легионеров. С капиталом начальным тоже нет напряга, теперь бы определится с клиентурой, а так же конкретикой по предоставляемым услугам.

Что я могу? Могу брать на хранение, обеспечив гарантию сохранности? Могу. За это могу взять энешку? А то! Что еще? Кредит? Пожалуйста. С этим ясно, трудности могут быть и будут с переводами и филиалами. Тут ведь какая штука, чем их больше, тем больше урожай, респектабельность, а так же сам смысл вообще им пользоваться. Ну, скажите, кому в радость тащить на себе сундуки с железом? Это в нашем мире энешки бумажные, а тут, если распихать мелочь по карманам штаны спадут от веса. Местный купец помимо риска потерять от разбойничьего налета весь товар, рискует так же потерять пару пудов сторгованного серебра и злата. Девать то его некуда. А я могу гарантированно со страховкой доставить определенную сумму наличных из одного филиала в другой. И это заметьте, я даже процентов никому не даю, только беру. Хотя для сладости, наверно нужно выставить годовую плюшку, не слишком большую, но как говорится мелочь, а приятно. Процентов пять не больше, все равно конкурентов у меня нет, и скорей всего ближайшее время не предвидится. Вообще удобная вещь, можно пенсионный фонд мутить, какие-то льготы учреждать, ввести, в конце концов, цивилизованную систему налогообложения, а не это мздоимство что сейчас существует. Хорошо хоть шкурами и зерном уже не беру, а то вообще и смех и грех был.

На общие блок схемы ушло не больше двух часов, далее структуры должностей, а так же бланки отчетно-приходной документации, здесь уже по буксовал порядочно, во-первых, ордера прихода, картотеку надо ввести, нечто вроде базы данных клиентов, а во-вторых, нужно же закрыть лазейки для оттока капитала из моего кармана. Каких бы верных и надежных людей я не ставил, а система должна работать даже не то что без меня, но даже без их строгого надзора.

Удовлетворение от работы и по завершению черновиков испытал огромное, в этом деле я не силен, но по крайней мере за кредитами в свое время успел походить на поклон порядочно. Уже затемно, понял, что пока я сидел, работая с Маком люди, успели в этом же зале не только отобедать, но и отужинать. Опять будет разговоров, барон шизик вновь в мечтах где-то плавает всех игнорируя. Ну да ладно мне не привыкать. К тому же у меня в запасе еще есть целая ночь! А проектов у меня хоть отбавляй.

Сегодня я наконец-то смог добраться до макетной схемы, составленной ранее следящей системы Большой Брат. Это мой шедевр, правда пока лишь в образе, слияние магии и моего понимания глобальной систематизации по сбору данных. За чем мне следить? Помилуйте ребята да я готов сам за собой иной раз последить, а уж за остальными и подавно.

Значит Большой Брат. Системно координатной сеткой я собирался выставить по всем своим землям вроде как вестовые столбы, на практике же являющиеся ни чем иным как камерой слежения, температурным датчиком, локатором, короче засланным казачком, по сбору любой мало-мальски интересной информации. Естественно это не просто. Первый вопрос это энергопотребление. Можно собрать действующую систему в таком ключе, что бы потом периодически объезжать эти столбы, подзаряжая их. Но сами понимаете это не наш метод, идея возникла, когда я игрался с эльфийской руной, которую мне показал Леофоль. Вроде бы простейшая замкнутая система, но ведь гениальность ее не в этой простоте, а в невообразимой сложности. Это же не что иное, как perpetuum mobile, без балды ребята! Пока жива и движется материя, данный энерго каркас вечен в своей функции света. Вы представляете? Я когда дотумкал до этого, чуть не задохнулся от восторга. Правда, вот функция никчемная – свет. Ну, это я с недосыпу сначала так подумал, а потом, почесав темечко, понял, что эту каляку-маляку из света можно же преобразовать в тепло, или вообще попытаться как-то купировать физическую составляющую получив в результате чистую формулу этого энергетического двигателя. Но все равно пришлось возвращаться к преобразованию, так как что голая система, что обычная, как я уже говорил, замкнута, стоило мне только протянуть тоненький щуп, канала к ней и она распадалась. От этого двигателя невозможно было получить энергии! Он обслуживал лишь себя и функцию, больше с него мне поиметь ничего не удалось, как я не бился над формулой. Поэтому стал пытаться изменить функцию либо же внедрить в нее свой узел. Здесь уже худо-бедно, но вроде пошло. Руна с горем пополам стала отвечать моим нуждам.

Вот тогда только, после батарейки, начал пихать начинку. Глаз прилепить на столб я не придумал как, потому спокойно взял как отработанную систему эхолокатор Мака, с преобразованием отраженного сигнала уже в образ. Схема уже отработанная, так что сплести ее было не сложно, по срокам я завяз с подслушивающим устройством. Сам узел прослушки был не сложным, сделал мембраны из тоненьких пластин различного металла, привязал к ним структуру, улавливающую колебания, а потом просто стал наговаривать слова, набирая базу звуков, для того, что б в последствии интерпретировать их по смыслу. В этом то и задержка, тембры и тональности у людей разные, поэтому для увеличения звуковой вариации пластины– мембраны уже больше месяца набираются опыта в людных местах. Так же пришлось калибровать и температурные датчики, я даже придумал сейсмологические датчики, правда на кой черт они мне нужны, так и не понял. Но пусть будут.

Все это у меня было в наработках, но вот именно сейчас осталась самая дрянь, финансовая сторона проекта и мозги братюне. Деньги нужны были не маленькие, во-первых, изготовление. Взялся бы я за деревянные столбы, было бы дешевле, но опять же дерево, да еще и ошкуренное долго не простоит, посиму гномы взялись за камень. Первые двадцать столбов уже на подходе, за каждый из которых придется отдать не только за материал, но и за работу. Но их еще надо установить, подсыпать щебня плюс залить раствором, да доставить на место установки. Тут ведь какая еще штука, устанавливать нужно на определенном выверенном расстоянии, чтобы узлы энерго структур могли передавать информацию, друг другу, а в конечной точке сюда в замок в центр управления. Ну и не забыть про проклятый сопромат, в каждом из столбов для закрепления заклинаний, нужно вложить амулеты. Дорогие. Одной золотой проволоки уходит на амулет под триста грамм, не говоря уже о серебре, бронзе, латуни, а что делать? Иначе контуры заклинаний проплавят и камень, и все прочее, разрушаясь на глазах. Все это надо композитно свить, в расчетную фигуру, заплатив ювелиру. Вмонтировать в столб и замуровать от посторонних глаз, а то народ чего доброго будет ходить выковыривать из моих столбиков драг металлы. Хорошо хоть по расчетам на столбы не нужны драгоценные камни, а то сто раз бы подумал, прежде чем браться за подобный план. Циферки, нолики, из них складывается вопрос суммы, который я обсчитывал, закончив далеко за полночь. Вымотавшись неимоверно, да и проголодавшись порядочно.

В зал, громко хлопнув дверьми, вбежал Фава Рах, сметая все на своем пути и устремляясь прямо ко мне.

– Барон, спасибо! Барон вы гений! – Что? Кто? Я гений? Да, спасибо – знаю. Заголосил он, бросаясь мне в ноги. – Я вечный ваш должник, просите что угодно, сам костьми лягу но выполню!