Текст книги "Рассказ Эльдорадо (СИ)"

Автор книги: Сергей Пилипенко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)

     Старик остался на месте и только проводил нас взглядом.

Хочу сказать, что не было ничего особенного в его взгляде и более чем откровенном выражении лица. Но все же, какое-то жалкое чувство сомнения в правильности мною совершаемого  закрадывалось в душу.

И все таки я не стал тогда придавать этому особого значения и с легкостью, присущей любому идиоту, отправился в путь по тоннелю.

Лишь раз я повернулся и посмотрел в сторону старика. Но, теперь глаза его были далеко, и мне ничего не оставалось делать, как идти далее, несмотря, ни на что.

Пройдя вглубь и затянувшись уже достаточно далеко по ходу ответвления, до нас вдруг донесся какой-то невероятный шум, который почему-то нарастал и начинал звенеть в ушах.

И здесь я понял. Это был свист или крик старика, оставленного мною возле сокровищ. Он, вероятно, надеялся, что случится очередной обвал. Очевидно, знания, полученные уже здесь, совершенствовались им на ходу. Как бы неблагопристойно это не звучало, но человеческому свинству нет предела.

К сожалению для нас, не  предполагаемое мною, свершилось. Гул среди стен тоннеля вызвал обвал и отгородил нас от старика, вместе с нашими драгоценностями.

Таким образом, он избавлялся от всякого раздела и готов был совершить побег самостоятельно.

Не знаю, что он из себя возомнил, но думаю, что настоящего героя, ибо просто так на это не решился бы.

–           Всему своя воля и благословление Господне, – так сказал я оставшимся со мной  спутникам, – сейчас мы похоронили еще одного глупца.

–           Как?–  не поняли меня другие. – Это ведь мы остались здесь и неизвестно, как выберемся теперь.

–           Да, – согласился я с ними,– но его шансы, учитывая его состояние и умственные возможности  равны нулю. Он не сможет победить в одиночку. Для  этого нужно знать больше.

На том мои словесные исчерпания закончились, и я молча отправился осматривать размеры нанесенного нам ущерба. Юнцы охотно последовали за мной. Тем более, что они теперь оказывались в зоне    ведения  моего ума, ибо только  я сейчас мог хоть что-то сообразить и вывести  на поверхность.

Казалось, мысль о несостоявшемся богатстве    покинула навсегда. Но, когда мы осмотрели завал и пораскинули мозгами, то она постепенно возвратилась обратно. Я понял, что такая мысль всегда будет присутствовать, если человеку дать только один единственный шанс к его выживанию, как в нашем случае.

Не успев понять реального состояния дел, но сумев сообразить, что это не конец жизненного пути, мысль о богатстве снова восторжествовала и  отдалась более благопристойно в моей голове.

–    Я выйду отсюда и окажусь снова на высоте. Золота  хватит на много и  на всех оставшихся в живых. Хотя стоит теперь подумать и самому: нужно ли это делать? – так постепенно в моем мозгу зарождалась мысль  о самостоятельном возрастании, хотя  я  и  понимал  умом, что это глупо и  в конечном итоге   бессмысленно, ибо жажда такого же обогащения будет мучить другого, и я непременно когда-нибудь окажусь не на высоте.

 Но откинув в сторону подобные размышления, я принялся думать, что же   делать в создавшейся ситуации.

Было два пути. Быстро раскопать и не дать старику ускользнуть   вместе с нашим общим богатством  посредством привлечения сил команды судна. И, наоборот, сосредоточить все усилия в переносе оставшихся камней в другое место и уже дождавшись  конечного результата в решении судеб на поверхности, выбраться отсюда целыми и невредимыми, если, конечно, ничего   не произойдет больше.

С минуту как следует, поразмыслив, я выбрал второе и поспешил заняться его исполнением. Мы не стали сейчас разбирать завал, а отправились обратно за оставшимся в потьмах подземной кладовой драгоценным камнем.

 Юнцы поспешили за мной и молча, согласились с тем, что теперь им полностью придется подчинить себя моей воле, ибо от этого, как они сообразили, будет зависеть их дальнейшая участь.

Не успев пройти и нескольких десятков   ярдов, мы услышали еще один, подобный первому обвал. Только уже совсем с другой стороны.

–    Черт, – выругался я громко, понимая, что шансы наши значительно снизились.

Забеспокоились и юнцы по этому поводу и один из них, видимо самый говорливый, сказал:

–    Правильно ли мы поступаем, командир? Может, лучше возвратимся и  попытаемся вырваться наружу сейчас?

Я как-то зло отреагировал на это недвусмысленное высказывание и резко оборвал его речь.

– Помолчите, не то схлопочем еще что-нибудь. Я знаю, что делаю. К тому же, если проберемся наружу сейчас, то не избежать встречи с командой, а это мало нам сулит    успеха, так как золото у них под рукой и вряд ли они будут вообще с нами считаться. В крайнем случае, заставят его перетащить на судно, а затем поступят   так же, как и со стариком.

–           А что, с ним уже что-нибудь случилось?– удивились юнцы, раззевая  рты  и раскрывая глаза пошире.

–           Думаю, да, – ответил сурово я, осматривая их со стороны,– поэтому нам  надо заняться  своим делом и попытаться не наткнуться на команду. Теперь,  когда у них полно тех камней, они способны на все.

Юнцы тяжело вздохнули и потупили глаза. Им ничего не оставалось делать, как  слушаться меня и заняться, наконец, делом вместо болтовни.

Я повернулся и пошел вглубь по проходу, а юнцы заторопились следом, не желая оставаться в этой темноте, почти похороненными  заживо и  отрезанными от внешнего мира.

И вскоре только наши легкие шаги освежали эту природную тишину и делали ее вновь обетуемой до  какого-то  определенного времени.

Глава 5

СИЛА

Мы уже почти были у цели, когда вдруг один из юнцов тихо спросил:

–    Слушай, командир. А как мы все-таки уберемся отсюда, если команда, захватив золото, уйдет на судне?

От неожиданности я даже остановился и, повернувшись обратно, так и застыл, чем  видимо сильно напугал задавшего вопрос.

–    А, ведь действительно? – согласился я с ним,– на   чем мы уберемся отсюда? 0б этом я пока не думал.

Мы все на время растерялись, но спустя минуту я уже говорил:

–    Ладно, не будем попросту тратить время. Давайте, сделаем первоначальное, а затем подумаем над остальным. Что проку решать это сейчас? Мы ведь не знаем ничего о том, что происходит наверху.

Повернувшись, я зашагал далее, а юнцы засеменили следом, понимая, что этот вопрос пока остается не разрешенным из-за толком  не  выясненной обстановки.

Заполнив наши котомки, мы двинулись обратно и вскоре достигли цели. Затем, немного передохнув в этой кромешней тьме, так как я выключал время от времени наш фонарь, двинулись обратно.

Еще пару с небольшим часов длились наши усилия по перемещению драгоценного камня с места на место. Надо сказать, что работали мы усердно и очень мало отдыхали. Очевидно, сказалось то большое внутреннее напряжение, которое постигло нас в результате создавшихся условий.

 Поэтому, мы довольно скоро закончили наш труд и с некоторым облегчением улеглись на отдых по завершении последней ходки. Я выключил в очередной раз фонарь и на секунду закрыл глаза.

Но только на секунду, ибо в следующее мгновение во всей подземной галерее неожиданно раздался пронзительный беспокойный вопль.

Вслед за этим послышался какой-то невероятный гул стен и один за другим  начали совершаться обвалы по разным от нас сторонам. Я не на  шутку испугался и даже вскочил резко   на ноги. То же сделали и юнцы.

Но, что можно было предпринять в этой ситуации, кроме как в душе помолить Господа  в нашем чистосердечном раскаивании и просьбе спасти нашу жизнь.

Став на колени и мысленно обратившись к Богу, мы поспешили заверить его в нашей благопристойности и искренности внутренних признаний.

Спустя некоторое время шум прекратился, и наступила необыкновенная тишина. Скорее всего, она была похожа на ту, которую мы познали в предыдущую ночь, но все же чем-то   отличалась.

На этот раз нам ничего не давило на головы, а только больно отзывалось где-то в ее глубине. Спустя какие-то секунды, мы все начали судорожно заглатывать воздух, а  еще немного и вовсе погрузились в сон.

Я проснулся первым и повертев головой в разные стороны, убедился, что все же еще жив. Наощупь нашел фонарь и осветил им лица моих спутников, которые располагались совсем рядом.

Не знаю, что меня потрясло больше во всем этом. Сила света, дающая понять  и осознать все произошедшее или то откровенное, застывшее на их лицах  выражение какой-то таинственной силы, выталкивающей наружу все их внутреннее содержание.

Я не мог сдержаться от крика и во всю мощь заорал. Но голос где-то пропал внутри меня самого,   и  в который раз я почувствовал ужасную боль в голове. Очевидно, потеряв на какую-то минуту сознание, мне  пришлось поваляться еще на земле.

Очнувшись же, я осмотрелся кругом и попытался   отползти немного в сторону от тех тел, которые обезображено, располагались неподалёку.

Это мне удалось. И, спустя несколько минут, придя немного в себя, я попытался все же рассмотреть, что там произошло.

Осветив еще раз лучем фонаря их тела, я увидел, что  они расположились в одном направлении, словно какая-то сила заставила их это сделать. Было такое впечатление, что  будучи уже мертвы, тела  показывают мне в какую-то сторону.

Ну, представьте себе. Все вытянуты, как струна  и лежат строго параллельно относительно друг друга, лишь только частично соприкасаясь руками, раскинутыми строго перпендикулярно их телам. Дабы передать вам более понятливо, могу еще сказать, что  они были, практически  размазаны на самой земле какой-то невероятной силой, прошедшей сквозь них, в результате действия которой  их тела превратились просто в какую-то массу, обильно заливая кровью пространство и повсюду расползающимися внутренностями, вытесненными изнутри.

 Меня затошнило, и  я тут же вырвал, не в силах сдержать этот внутренний порыв.

Спустя минуту, мне стало немного легче, и я решительно отполз еще дальше от того ужасного места.

Нужно было собраться с мыслями. Я никак не мог понять, что же здесь все-таки произошло.

Помню, был звук, была ужасная тишина, затем сон какой-то причудливой формы. Может, я просто потерял тогда сознание? Но нет, мне показалось, что я все-таки спал.

На это и другое я не мог тогда ответить, ибо еще не понимал до конца, что же все-таки   здесь происходит и почему эта земля так смертоопасна  для  всего  живого.

Тем временем, в моих раздумьях шло  время. Я уже не мог знать или даже  предполагать который сейчас час. Вечер ли  это или ночь, а может и вовсе утро следующего дня?

Но, другое начало закрадываться ко мне ближе. Я почувствовал в себе самом какую-то невероятную силу, очевидно полученную мною в результате этого необычного сна. Что она собой представляла, мне пока было не ясно, но это как-то внутренне чувствовалось и отзывалось болью в моей голове.

Я немного приподнялся, подполз к стене и сел, упершись в нее спиной. Понемногу мои мысли стали обретать более свойственный мне характер, и я принялся думать о том, что же делать дальше.

– Итак, – решительно произнес я сам себе, – с мыслью о золоте можно распрощаться. И не только потому, что я его не смогу извлечь наружу или доставить куда-либо. Скорее всего, оно является какой-то  сопритягательной частью огромной силы, существующей здесь на этой земле. Наверное, сейчас я спасся только потому, что находился немного в стороне от самой кучи драгоценных камней, в то время как мои спутники расположились прямо у ее  основания. Но не это самое главное.

Видимо существует что-то очень схожее на силу какого-то огромного давления, возникающего при взаимодействии самой природы с населяющим ее миром. Что это такое?

Бог его знает. Сейчас не время думать об этом. Нужно подумать, как выбраться отсюда   и как захоронить эти тела, распростертые по земле какой-то силой.

Я высвободил руку из-под себя и вытер ею свое лицо. Оказалось, что оно так же в крови, как и у бывших моих спутников. Наверное, что-то коснулось и меня, и только случайность уберегла в очередной раз от неминуемой гибели. Но только ли случайность?

Может, в этом кроется что-то   другое, совсем неприметное на первый взгляд, но оказывающее огромное действие  впоследствии и дающее возможность отложить на время существующий с детства приговор судьбы?

 Об этом сейчас как-то не хотелось думать, и я решил оставить эти мысли на более подходящее время. Поискав глазами свою лопату, я нигде ее не обнаружил.

–    Черт,– выругался я про себя,– куда же она запропастилась?

И тут мне вспомнилось, что она осталась на том самом месте, где мы оставили старика.

–    Жив ли он еще ?– подумалось мне в эту минуту,– вряд ли. После всех  этих обвалов, да еще такой силы, он наверняка уже погиб.

И тут меня осенила странная догадка. Уж не сам ли он способствовал вызову этой силы своими воплями и ужасными криками? Не это ли явилось причиной такого резкого подъема ее здесь, под землей?

Но, думать об этом сейчас не представлялось возможности. Нужно было  срочно решить, что же мне делать дальше  и как поступить с телами моих спутников.

Поискав глазами что-либо подходящее для вскапывания земли, я так ничего и не обнаружил. Поэтому, согласившись внутренне с тем, что придется их так и оставить, я упорно начал размышлять о другом.

Как мне отсюда выбираться. Решение пришло неожиданно быстро. Я вдруг вспомнил о том огромном животном и о проходе, который существовал. Может, уходя, животные оставили его открытым, и мне нужно только лишь найти его и воспользоваться.

Я с сожалением посмотрел на остающуюся здесь гору драгоценных камней и распростертые возле них тела, и тяжело вздохнув, двинулся на поиски того заветного мне выхода.

Продвинувшись немного вперед, я обнаружил еще один завал, преграждающий мне путь к желаемому. Но на  этот раз он не был основательно  загружен камнями, что давало возможность справиться со всем руками, попросту отгребая осыпь в сторону.

Спустя полчаса моих работ, я проделал небольшую дыру и, с трудом протискиваясь сквозь нее, перебрался на ту сторону. Надо сказать, что с собой у меня была котомка с некоторым количеством продовольствия и даже немного той мутноватой жидкости, что дурманила голову, а иногда давала возможность просто сполоснуть горло.

 Далее, я зашагал уже более свободно, правда по дороге то и дело попадались небольшие  завалы, но больших неприятностей они мне уже не доставили. Спустя время я оказался уже в той комнате, что располагала камнями, и уже оттуда начал продвигаться далее,напрягая свою память и пытаясь распознать ранее посещаемые мною места.

Это  удалось. Минут через двадцать я попал в знакомые мне помещения, а спустя еще немного и в  ответвление, которое и привело меня к тому самому заветному выходу.

Но, к моему разочарованию он оказался закрыт. В некотором изнеможении я опустился на колени и присел, упершись о стену, при этом обхватив голову руками.

Уж, не внаю теперь, на что я там оперся, но неожиданно передо мною отворилась какая-то дверь, и оттуда блеснул солнечный свет. Я в недоумении осмотрелся по сторонам.

Ничего подозрительного. Тогда я опрометью бросился к образовавшемуся среди стен  выходу и вскоре выбрался наружу по такой же ступенчастой лестнице, как и в других местах.

Солнце ослепило меня своим светом и, упав на землю, я еще долго тер глаза и ронял слезы, ручьем стекающие по моему лицу.

Очевидно, дверь или тот небольшой проем за мной закрылся, так как приподнявшись и посмотрев в ту сторону, я кроме обыкновенной скалы  ничего не обнаружил.

Пожав в недоумении плечами, я не стал больше рисковать и искать тот спасительный для меня выход. В конце концов, для моего ума это было просто непостижимо. И, представив все это самому себе, я решительно отправился подальше от этого места, пытаясь даже не смотреть назад в ту сторону.

Но, пройдя совсем немного, мне пришло в голову, что я так и не узнал,где находится старик и что стало с тем золотом, которое мы все наносили до обеда.

Солнце уже клонилось к закату и веяло   вечерним теплом. Я остановился и, посмотрев назад, призадумался.

А стоит ли узнавать? Может, лучше уйти от этого подальше? Перспектива остаться на ночь среди этой гористой местности как-то была не очень благообещающей и малоприятной. Тем более, что незахороненные мною тела спутников оставались как бы   в своем незавершении   и попросту навевали на меня некоторый страх.

Но все же, поборов в себе эту восставшую волну отчуждения,  я отправился обратно к тому самому отверстию, которое позволило опуститься вниз в первый раз.

Вокруг стояла тишина, лишь иногда в  некоторых местах что-то пробуждалось и исходило к верху  каким-нибудь звуком, который тут же поглощался окружающим и заволакивал   его в общую глухоту.

Мне вновь почему-то стало не по себе, и как-то мгновенно заболела голова. Я остановился и, напрягая свои мозги, заставил боль исчезнуть. Так потихоньку я начинал   бороться с наступающими время от времени  головными болями , и так мне понемногу становилось яснее все то, что со мной же и происходило.

Поняв, что сейчас мне грозит какая-то невероятная опасность, я быстро сел и осмотрелся по сторонам. И точно. Буквально из-под земли, где-то шагах в тридцати от меня, в гору вздыбился небольшой густоватый туман, а затем с треском и шипеньем наружу вырвался водяной столб, достигающий высоты нескольких ярдов над землей.

Минут через десять это все прекратилось, и я мог двигаться дальше. Спокойно пробравшись наверх и миновав место своего благополучного возвращения на поверхность, я приблизился к самому отверстию, где к своему удивлению и обнаружил тело старика, так же исковерканное и распростертое в одну сторону, как и те, кто оставался под землей.

 Таким образом мне становилось ясно, что сила непременно действовала с силой драгоценного камня и непосредственно человека, попадающего в зону этого соприкосновения.

Я не стал убеждаться, жив ли старик, ибо и так было ясно, что с ним произошло, хотя тело его было менее повреждено и в общей сложности  цело.

 Подойдя ближе, я заглянул внутрь. Камни слабо поблескивали в тающих лучах солнца и смутно выражали какое-то таинственное влечение к себе. Мимоволь, но я потянулся было ко входу внутрь, но внезапно охватившая меня головная боль  заставила резко отпрянуть в сторону и удалиться на порядочное расстояние.

Я упал на землю и обхватил голову руками, стараясь сдавить ее снаружи и подпереть эту силу внутренне, тоесть своими мозгами.

Спустя некоторое время, боль прошла.

И тут, вдруг,  резко  возобновившись, заставила вскрикнуть меня  и  вскинуть   мою голову  прямо, указав на тело бедного старика.

В ужасе от увиденного, я даже позабыл о ней. Глаза мои расширились, а зубы принялись неистово выстукивать дробь. То, что я увидел, не было обманом.

Тело старика оторвало от земли и натянуло словно струну, при этом руки располагались    строго  перпендикулярно  его телу. Голова, насколько можно, вытянулась вперед, растянув шею до умонепостижимых размеров. Челюсть ослабилась, язык высунулся наружу и так же напрягся, как и все тело в одном напряжении.

Создалось впечатление, будто старик куда-то направлялся,   словно птица в полете.

Но, к  удивлению, его никуда не сносило и какая-то невероятная сила удерживала его на месте, поднимая   немного выше над самой землей. Внезапно все это прекратилось и, резко обмякнув, тело гулко упало вниз. Затем его поволокло по земле немного и вновь расположило, как и прежде  до всего этого.

Через минуту боль моя исчезла, а тело старика несколько высвободилось и немного ослабилось.

Я понял, что это была та самая сила, которая поглотила моих спутников внизу. Значит, сомнений не оставалось. Она напрямую была связана с  золотом.

Я тихо заплакал. Больно было все созерцать и больно было вдвойне от безысходности создавшегося положения.

Оставалась лишь слабая надежда  на то, что кто-то уцелеет, и на судне я отправлюсь обратно. Но, уцелеет ли?

С той самой первой минуты нашей общей разлуки я понял, что здесь творится что-то невероятное. Не знаю, поняла ли это команда, но думаю, что  ответы на это вскоре обнаружу сам.

Несколько успокоившись и вдоволь наглотавшись своих собственных слез, я начал спускаться ниже к подножию этой невысокой горы, если так можно было назвать этот участок местности.

Тело старика так и оставалось лежать в том же направлении, и я решил его не трогать во что бы то ни стало, ибо как-то внутренне чувствовал, что оно сопряжено с той невероятной силой.

К этому моменту солнце начало садиться за горизонт, и я едва-едва успел занять себе место на одном из  высоких деревьев, окружающих эту гористую местность.

Усевшись поудобнее среди раскладистых ветвей, я решил поужинать и немного отдохнуть, дабы на завтра быть со свежими силами.

В течении всей трапезы меня упорно не покидала мысль о том, что же случилось с другими. Наверное, с этой мыслью я и уснул, свесив голову себе на грудь и крепко ухватившись за  ветви.

Проснувшись через некоторое время, я невольно осмотрелся по сторонам  и с ужасом обнаружил, что нахожусь не на дереве, а даже чуть выше его, в том же положении, как и перед сном. Я ничего не мог поделать: ни закричать, ни двинуть рукой или ногой. Словно какая-то сила обволокла меня со всех сторон и удерживала в этом положении.

Несмотря на такое свое состояние, я все же смог разглядеть, что к этому времени уже взошла луна и довольно хорошо освещала округу. С тем же успехом я мог обнаружить и то, что тело бедного старика так же парило в воздухе, располагаясь примерно на одном уровне со мною,  с той лишь разницей, что оно до сих пор было вытянуто в одном направлении и не двигалось в стороны.

Меня же, в свою очередь, немного качало и я, уже немного приспособившись к этой ситуации, боялся только одного: чтобы в случае ослабления этой огромной силы, меня не уронило мимо моего гнезда, ибо высота была приличная, и можно с успехом было вообще больше не подняться.

Так продолжалось достаточно долго и краем глаза я заметил, что луна за это время прошла приличный путь по небу.

Как-то внутренне чувствуя некоторое ослабление этой общей силы, я весь собрался мысленно и попытался направить свое тело в нужное мне на дереве место.

Это действительно помогло. Спустя еще непродолжительное время, тело мое начало опускаться ниже. Затем сила как-то резко высвободила меня, и я полетел вниз. Благо дело, попал на  свое место, правда при этом сильно ударился о  само дерево и чуть было не улетел вниз.

 Но, слава Богу, все обошлось, и я с облегчением вздохнул. Очевидно, сила  вздоха  как-то повзаимодействовала с какой-то другой, исходящей изнутри меня самого  и это повлияло на весь ход дальнейших событий.

Мeня вдруг снова начало поднимать над моим гнездом. Мыслимо ли дело, я вновь испугался и крепко-накрепко схватился за толстые ветви, охватывая их ногами и руками.

Это помогло, и я опять опустился на свое место. Больше мне не нужно было показывать силу такого взаимодействия, и я тихо-тихо закрепившись  на дереве, старался  ни о чем не думать, а только созерцать.

Прошло время, мышцы мои устали, глаза также, и я постепенно окунулся в дремоту.

Так прошел весь остаток ночи, и утро озарило меня своим светом в глубоком сне. Где-то уже ближе к полудню, когда солнце находилось почти над головой, я проснулся.

Помотав головой по сторонам и убедившись, что все в порядке, я даже повеселел.

Что-то прибавилось внутри меня самого, и от этого ощущалась какая-то непонятная мне легкость. Но вдаваться в широкое ее рассмотрение  времени не было. Поэтому, наскоро позавтракав из того, что еще оставалось, я потихоньку слез с дерева и направился в сторону побережья, дабы узнать, цела ли еще  команда  и на месте ли само судно.

В последний раз окинув взглядом эту гористую местность, я торопливо зашагал прочь, окунаясь сразу же в почти  непроходимые заросли. Теперь, когда со мной не было даже лопаты, оставалось действовать только руками, что доставляло много неприятного, а порой и просто вредного для физического здоровья.

Но, как бы там, ни было, я все же продвигался вперед в надежде на то, что мне удастся найти судно и поговорить хотя бы с кем-то из состава его команды. С этой мыслью я и шагал к цели, упорно пробиваясь сквозь дикие заросли природы.

Глава 6

ВСТРЕЧА

Как бы не предполагал предстоящую встречу с командой, с любой ее стороны как ни погляди, она не была выгодной для меня самого. Разобрав в мыслях некоторые варианты дальнейшего развития событий, я пришел к выводу, что, собственно, мне эта встреча и не нужна,  ибо она может в ряде случаев повлечь за собой особо тяжкие для меня  последствия.

Поэтому, дополнительно поразмыслив по дороге, мне пришлось решительно отказаться от какого-либо сближения, предварительно не выяснив планы команды и настоящее местонахождение судна. В связи с этим, я более осторожно продолжил свое передвижение и стал более внимательным к каким -либо звукам, проносящимся в пространстве.

Вскоре я достиг реки и после небольшого отдыха, направился вдоль ее  вниз по течению.

Солнце    начало понемногу опускаться ниже. Я это снова почувствовал по своему   внутреннему состоянию и предрасположенности  ко  сну. Нужно было несколько поторопиться, но как, если  вокруг такая заросшая местность, да и к тому же мало поддающаяся моим рукам.

Посмотрев в который раз, не сбился ли со своего пути, я приблизился к самой peке. Течение ее было более спокойным, нежели ранее.

Это-то и привлекло мое внимание и заставило подойти поближе и поразмыслить над тем, как продолжить свой путь.

Недолго особо размышляя, я пришел к выводу, что нужно соорудить плот  и на нем попробовать опуститься вниз по реке. Но как это сделать, если под рукой нет никакого инструмента, а к тому же я мало что соображал в подобном искустве.

Вконец  разочаровавшись в  своих  рукодельных способностях, я тихо опустился на землю и призадумался. Что же мне такое предпринять, чтобы ускорить мое продвижение далее?

Из мимолетного моего задумчивого состояния вывел какой-то дикий истошный крик, расползающийся по всей округе с невероятной быстротой. Несомненно, это был человек. Но кто он и что с ним произошло?

 Я вскочил на ноги и вслушался более внимательно. Но, нет. Крика больше не последовало, а тишина наполнилась каким-то разноголосьем. Тогда я понял, что это очередное продвижение куда-то той дикой массы крыс, почему-то сегодня несколько запоздавшей по времени.

 –   Вот так дела,– проговорил я тихо сам себе, -значит, существует какая-то сила, которая гонит этих тварей с  одной стороны в другую.

Что это за сила, я, конечно, не знал, но пытался все же понять ее и определить, в какую сторону она направлена. Судя по разноголосью, возникшему то там, то там, я определил, что она распространяется строго с юга на север и, очевидно, наоборот, когда сила меняет направление.

Но, в этом еще предстояло убедиться. И тут я неожиданно вспомнил за тело старика и моих спутников. Именно так они располагались под воздействием этой невероятной силы.

– Значит,– решил я про себя,– сила овладевает всеми  ими  в определенное время, но не всегда точно, тоесть не в одно и то же время каждый день  и гонит  всех  в какую-либо строго  заданную сторону.

Но  почему так происходит?

Этого я не знал и пока объяснить не мог. Оставалось дождаться освобождения моего месторасположения  от диконесущихся тварей,  а потом разузнать, что случилось с  кричавшим человеком.

На всякий случай, я решил пока забраться на дерево и, как птица, созерцать происходящее.

Спустя некоторое время это страшное зрелище приблизилось ко  мне. Правда, проходило оно несколько в стороне,  но это не мешало наблюдать за ним  и делать свои умозаключения.

Масса тварей пронеслась куда-то вглубь зарослей, оставив после  своего прохода лишь смятую траву. После получасового отдыха я набрался смелости и спустился вниз.

Ничего такого особенно заметного не наблюдалось, из чего можно было сделать вывод, что сила эта касается только  животных, а не  всего окружения.

Я вновь подошел к реке и  оттуда попытался восстановить происхождение крика. Вначале мне показалось, что он раздался непосредственно с севера, но немного поразмыслив и  напрягая собственную память, я пришел к выводу, что это в другой стороне. Именно туда мне и вздумалось пойти.

Я пересек реку и углубился в заросли, почти такие же, как и на этом берегу. Надо сказать, что река оказалась не глубокой, и вода порой доходила мне только до пояса, что, конечно, меня особенно обрадовало, ибо  с  детства я  боялся  всякой  глубины.

Продираясь сквозь растительность, ко мне неожиданно донесся отдаленный звук в виде хлопка. Затем, спустя время  он повторился, и воцарилась тишина.

"Что еще  за  новизна? –  подумалось мне тогда,  но я  не  стал останавливаться и продолжил  поск.

Наконец, чаща  немного  расступилась, и это дало возможность мне более широкого обзора местности.

Полагаясь на какое-то внутреннее чувство, я продолжал идти вперед. Каково же было мое удивление, когда  впереди  себя, шагах в тридцати, я увидел одного из членов команды. Он  попросту болтался на дереве, очевидно, пытаясь слезть.

Но, так как было высоко, судя по всему, ему было страшновато это сделать, и человек, уцепившись руками за ветки, просто висел, не зная, что предпринять.

Я подошел ближе и попытался рассмотреть его лицо. Оно было перекошенным от ужаса  и многострадального  избытка  чувств.

Наверное, что-то ему встретилось на пути такое, от чего он почти бессознательно вскарабкался на дерево, а теперь не мог с него слезть.

 Я подошел еще ближе, стараясь быть не замеченным и решил посмотреть, как он со своей задачей справится.

Человек же, повисев еще немного, тихо вскрикнул и рухнул вниз, по дороге цепляя  ветки и кувыркаясь до самого низа.

Тело стукнуло о землю и затихло.

Я уже хотел было пойти и помочь ему, но что-то меня сдержало и заставило обождать. Через некоторое время, человек зашевелился и приподнялся. Лицо его скорчилось от боли, а горло издавало какой-то стон.

Спустя еще немного, он потихоньку встал и зашагал в одном направлении, из чего я заключил, что, скорее всего, человек идет к своим.

Я тихо последовал за ним, стараясь оставаться незаметным для него  и не издавать какого-либо шума.

Мы прошли довольно много, прежде чем оказались возле какой-то обустроенной на местности хижине. Это меня сильно удивило и заставило даже немного приоткрыть рот, но не настолько, чтобы потерять над собой контроль и продолжить свое наблюдение.

Судя по всему, хижина была построена очень давно и была ветхой-ветхой. Все ее стены обросли густооблегающей растительностью, а в отдельных местах  дерево приобрело зеленовато-серый оттенок.