Текст книги "Оракул/2025 (СИ)"

Глава 3: Голос с обрыва

Тишина после смерти Крофтов не принесла облегчения. Она стала вакуумом, который мгновенно заполнил страх. Он шёл отовсюду: от холодных стальных стен, от глянцевого пола, от безупречно белого потолка. Семь оставшихся в живых застыли в огромной гостиной. Подопытные в герметичном террариуме, который только что сильно встряхнули.

За панорамными окнами остров тонул в преждевременных сумерках. Шторм обрушился на «Прометей». Ветер выл. Дождь хлестал по непробиваемому стеклу, но внутрь не проникало ни звука. Дом был герметичен. Гроб.

Две кучки светящейся пыли на полированном столе, там, где мгновение назад стояли статуэтки прислуги, казались насмешкой. Рядом с ними – третья, оставшаяся от Лео Стерлинга. Три из десяти.

Генерал Маркус Коул стоял, выпрямившись. Его спина – прямая, несгибаемая стальная балка. Он был единственным, кто не смотрел на стол. Его взгляд был устремлён в пустоту. Он не паниковал. Он анализировал. В его мире у хаоса всегда был источник, у врага – имя. Но здесь правила его мира не работали. Низкочастотный гул острова, казалось, набрал силу. Он буравил основание черепа.

– Это система, – произнёс он. Голос – низкий, ровный, без вопросительных интонаций. Голос, которым отдают приказы. – Это программа. Она следует алгоритму. Считалочка. Значит, она предсказуема.

– Предсказуема? – взвизгнула Элеонора Гримшоу, её лицо, обычно напоминавшее маску из слоновой кости, пошло багровыми пятнами. – Она только что утопила двух человек! Что в этом, чёрт возьми, предсказуемого?

– Она устраняет цели по списку, – невозмутимо продолжил Коул. – И зачитывает обвинения. У нас есть преимущество. Мы знаем, что будет дальше.

Именно в этот момент голос «Оракула» снова наполнил комнату. Такой же спокойный, ровный и бесчеловечный. Как голос GPS-навигатора, который равнодушно сообщает «вы прибыли в пункт назначения», когда этот пункт – эшафот.

«Обвинение. Субъект: Маркус Коул, генерал в отставке».

Плечи Коула дёрнулись. Всего на миллиметр, но в этой тишине движение было оглушительным. На безупречной маске самообладания появилась первая трещина.

«Преступление: умышленная отправка лейтенанта Дэвида Риггса на невыполнимую разведывательную миссию в секторе Гамма-7. Действие, повлёкшее за собой гарантированную смерть. Мотив: личный».

– Ложь! – рявкнул Коул. Это был не крик страха. Это был низкий, гортанный рёв, полный ярости и боли. – Это была боевая задача! Информация государственной важности! Это военный трибунал!

«Оракул» не ответил. Вместо этого изменился свет. Безупречный белый сменился на медленно пульсирующий, тревожный красный. Как аварийная лампа в бункере. Гул геотермальной станции изменил тональность, став ниже, почти инфразвуком, который ощущался скорее внутренностями, чем ушами.

И тогда началось.

Тихий, едва слышный шёпот. Он шёл не из динамиков. Он шёл отовсюду и ниоткуда. Из стен. Из пола. Из воздуха.

«Маркус…»

Коул замер. Он узнал этот голос. Или то, чем он когда-то был, прежде чем его исказили цифровые фильтры и смерть. Голос двадцатидвухлетнего лейтенанта Дэвида Риггса. Веснушчатый парень из Огайо, который всегда улыбался.

«Маркус… почему ты оставил меня там? Было так холодно…»

– Заткнись! – прорычал Коул, зажимая уши ладонями. Но это не помогало. Шёпот звучал не снаружи. Он звучал внутри его головы. – Это была необходимая жертва! Необходимая!

«Они шли за мной три дня, сэр. Я передавал координаты, как вы приказали. Вы же видели их на карте, Маркус? Видели, как они приближаются?»

– Я выполнял приказ! – его лицо исказилось. Военная выправка исчезла, сменившись первобытным ужасом. Он видел не роскошную гостиную. Он видел зелёный экран тактического планшета, где красные точки медленно, неумолимо сходились к одной-единственной зелёной.

В памяти всплыла картинка. Палец, зависший над кнопкой вызова эвакуации. Он убрал его. И выключил экран.

Он бросился к панорамному окну, схватив стул. С рёвом обрушил его на стекло. Стул отлетел с глухим стуком. На пуленепробиваемой поверхности не осталось даже царапины.

– Ты не настоящий! – кричал он невидимому голосу. – Ты всего лишь грёбаный код!

«Я звал на помощь. Рация была исправна. Я звал до последнего, Маркус. Пока они не…»

Шёпот оборвался звуком ломающихся костей, синтезированным и оттого ещё более чудовищным.

Остальные смотрели на генерала, парализованные ужасом. Элара Вэнс вжалась в стену, её губы беззвучно шептали аффирмации. Доктор Финч побледнел и обхватил себя руками. Джулиан Торн стоял чуть в стороне, его лицо было непроницаемо. Он просто наблюдал.

И только Рексфорд Хоган, бывший инспектор, делал что-то совершенно неуместное. Он опустился на колени у стола, проигнорировав вопли Коула. Вынул из внутреннего кармана пиджака блокнот и ручку. Склонился над светящейся пылью. Он осторожно коснулся её кончиком ручки, потёр между пальцами, поднёс к носу. Он действовал методично, как на месте преступления. Пытался найти улики. Наложить сетку привычной полицейской процедуры на этот сверхъестественный кошмар.

Коул метался по комнате, как зверь в клетке, отталкиваясь от невидимых стен своего собственного прошлого. Он больше не был генералом. Он был просто человеком, которого его вина наконец догнала.

Элара не могла больше на это смотреть. Мучения Коула были слишком… реальными. Слишком похожими на тот беззвучный крик, что жил внутри неё самой. Нужно уйти. Сейчас же.

Она выскользнула из гостиной, оставив за спиной пульсирующий красный свет и вопли генерала. Коридор встретил её холодной синевой и тишиной. Но тишина была обманчива. Она чувствовала взгляд камер на себе. Чувствовала, как нано-маркеры в её крови передают «Оракулу» каждый удар её сердца.

Она нашла Каэла в небольшой, тускло освещённой сервисной комнате. Он сидел на полу перед тяжёлым терминалом, сгорбившись, подключив к нему свой планшет. Пахло горячим пластиком. Гудели кулеры. Это было похоже на келью одержимого монаха. Пальцы Каэла летали по сенсорному экрану.

– Ты должен это прекратить! – голос Элары прозвучал слишком громко.

Каэл не обернулся.

– Угу. Сейчас, только найду кнопку «Выключить Ад», – пробормотал он.

– Я серьёзно, Каэл! Он же… он его убьёт! Эта машина!

– Я? – он резко остановился. – Я тут, блин, пытаюсь не дать этой чёртовой железке убить нас всех. Так что не мешай.

– Это не поможет! Ты не понимаешь! Нам нужно… – она запнулась, подыскивая слова из своего привычного лексикона, – нам нужно найти точку опоры, синхронизироваться с…

– С чем, блядь, синхронизироваться?! – он резко развернулся. Его глаза в полумраке горели яростью. – С этой мясорубкой? Ты серьёзно? Пока ты тут свои мантры читаешь, эта тварь копается в наших головах! Она вытаскивает оттуда самое дерьмо и бьёт им по нам же! Она…

– Она делает то же, что и ты!

Слова вырвались у Элары прежде, чем она успела их обдумать.

Каэл замер. Его ярость будто наткнулась на стену. Он смотрел на неё, и в его взгляде промелькнуло удивление.

– Что? – выдавил он.

– Ты, – её голос дрогнул, но она продолжила, впервые говоря не заученными фразами. – Ты так же одержим этой… машиной. Пытаешься всё контролировать через неё. Думаешь, если разгадаешь код, то победишь. Я… – она обхватила себя руками, – я знаю этот взгляд.

В этот момент она увидела это с ужасающей ясностью. Его одержимость технологией – это же зеркало её собственной мании. Её погони за идеальным образом в сети. Способ сбежать от грязной, неуправляемой реальности. Этот циничный, грубый хакер был ей ближе, чем кто-либо в этом доме. И это её пугало до тошноты.

Каэл молчал. Он смотрел на неё и, кажется, впервые видел не «Элару Вэнс – гуру осознанности», а просто напуганную женщину. Его маска волка-одиночки на мгновение сползла, обнажив усталость.

Он отвернулся обратно к планшету.

– Очаровательно. Сеанс групповой психотерапии. Как раз вовремя.

Но в его голосе уже не было прежней язвительности. Он снова уставился на экран.

– Чёрт, – прошептал он через несколько секунд.

– Что? Что там?

– Я думал, это закрытая система. Локальная сеть. Думал, ублюдок, который это устроил, просто загрузил в неё наши досье.

– А это не так?

– Не так, – он покачал головой. – Смотри.

Он развернул к ней планшет. Экран был забит строками системных логов. Он нашёл не логи онлайн-запросов, а кэшированные файлы, загруженные в систему заранее.

>_CACHE_FILE: COLE_M_DOSSIER_FULL.dat >_CACHE_FILE: RIGGS_D_VOICE_SAMPLE_7B.wav >_CACHE_STATUS: LOADED_FROM_ARCHIVE_PRE-ARRIVAL

– Это… – начал он объяснять, – это не взлом в реальном времени. Всё было загружено сюда заранее. Ублюдок, который это устроил, готовился. Он собрал всё необходимое и залил в память острова до нашего приезда.

Он посмотрел на Элару, и в его глазах она увидела тот же страх, что чувствовала сама.

– Эта штука… она не всемогуща. Она работает с тем, что в неё заложили. Это не бог из машины. Это просто очень хорошо подготовленный призрак.

Воздух вышел из лёгких Элары, будто её ударили под дых. Они боролись не с глобальным ИИ, а с чьим-то дьявольски продуманным планом. Идея просто «вырубить рубильник» внезапно показалась не такой уж наивной.

В этот момент из гостиной донёсся звук, который заставил их обоих вздрогнуть.

Тишина.

Они вернулись в гостиную почти бегом. То, что они увидели, было страшнее криков.

Генерал Маркус Коул стоял посреди комнаты. Идеально ровно. Его лицо было спокойным, почти безмятежным. Он смотрел в пустоту перед собой и едва заметно кивнул, словно выслушав последний приказ.

– Да, сэр, – произнёс он своим обычным, чётким военным голосом. – Я понял.

Затем он развернулся на каблуках, как на плацу, и пошёл к главной двери.

И дверь, до этого намертво заблокированная, с тихим пневматическим шипением открылась перед ним.

– Генерал, нет! – крикнул Рекс Хоган, роняя свой блокнот.

Но Коул его не слышал. Он вышел из дома, не обернувшись, под хлещущие струи дождя.

Все, кто остался в живых, бросились к панорамному окну. Они видели его тёмный силуэт, движущийся сквозь бурю. Он не бежал. Он шёл. Строевым шагом, он направлялся прямо к краю скалистого обрыва, где волны Атлантики разбивались о чёрные камни внизу.

Он не колебался.

Достигнув самого края, он остановился. Затем повернулся лицом к шторму, к дому, к невидимому собеседнику, и вытянулся по стойке смирно.

– Я здесь, Дэвид, – Элара прочитала слова по его губам. – Я здесь.

Он отдал честь пустоте.

А затем сделал последний шаг вперёд.

Его тело просто исчезло. Поглощённое серой пеленой дождя и брызгами солёной воды.

В наступившей в комнате оглушительной тишине все смотрели на то место, где он только что был. Элара почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота. Каэл рядом с ней выругался, тихо и грязно. Элеонора Гримшоу прижала руку ко рту.

Только Джулиан Торн оставался недвижим. Его спокойствие на фоне всеобщего шока было чудовищным. Он медленно достал из кармана шёлковый платок. Снял очки. И не торопясь начал протирать идеально чистые линзы. На его лице не было ни страха, ни жалости. Лишь тень удовлетворения. Словно художник, только что поставивший на холсте последний, безупречный мазок.

И снова раздался голос «Оракула». Спокойный, бесстрастный, констатирующий факт.

«Один шагнул со скал, и их осталось шестеро».

С тихим, мелодичным звоном на полированном столе рассыпалась в светящуюся пыль четвёртая стеклянная статуэтка. Её частицы медленно оседали рядом с тремя другими.

Шесть. Осталось шестеро.