355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сергей Бодров » Связной » Текст книги (страница 3)
Связной
  • Текст добавлен: 8 сентября 2016, 18:00

Текст книги "Связной"


Автор книги: Сергей Бодров



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

– Нас забрать должны были, но не забрали… Позвонить им надо, сказать, что мы у вас…

– Свет, ты, это, знаешь, что… Мне-то неприятности чужие не особо нужны… Ты, это, пойми правильно, у меня дети свои есть… Ее-то отец отмажется, а мне потом… Знаешь… Ты приезжай, если чего надо, мы ж не чужие люди, но без этого чтобы, без проблем потом…

Света наконец поняла.

– А, ну мы пойдем тогда. До свидания, – сказала она.

– До свидания, – сказала Дина.

СТАНЦИЯ КУРОВСКАЯ. ДЕНЬ

Они сидели на станции, народ по-прежнему прибывал, но уже меньше.

– Есть хочется, – сказала Дина.

– Я, между прочим, тоже ничего не ела.

– Вон, мороженого купить можно.

– Можно, у кого деньги есть. У меня только три рубля осталось – на телефонный жетон как раз.

– Может, попросить у кого-нибудь…

– Чего? – не поняла Света.

– Ну, денег… Или хлеба…

– Попрошайничать собралась?! По электричкам?

– Почему попрошайничать… Можем петь. А нам будут деньги давать.

Света пристально посмотрела на сестру.

– Если у тебя хватит наглости, пожалуйста, пой. Только смотри, чтоб в психушку не забрали.

Дина поднялась со скамейки и забралась на парапет. Света только хотела сделать замечание, как, к ее ужасу, Дина, дождавшись потока пассажиров, вдруг затянула:

 
Я ис-ка-ла те-бя но-чами темными,
Я же-ла-ла те-бя ноча-ми-ча-ми-ча-мии…
 

Пассажиры сначала проходили, потом остановилась старушка, кто-то положил мелочь.

Света не знала, куда деваться от стыда. Окликнуть сестру было невозможно, уйти тоже.

Люди вроде бы уже прошли, но Дина не унималась. Краем глаза она посмотрела на сестру, набрала побольше воздуху и увидела напротив себя цыганского мальчика, который очень внимательно за ней наблюдал. Даже прищурился. Куплет пришлось допевать из принципа, хотя было уже не очень удобно.

 
Ту-лу-ла ту-лу-лу, ту-лу-ла…
 

Мальчик дослушал до конца, сплюнул, достал из кармана пачку мятых бумажек, отслюнил несколько и положил перед Диной. Сам двинулся дальше, свистнул своим малолеткам и нырнул в электричку.

В ЭЛЕКТРИЧКЕ. ДЕНЬ

Девочки снова ехали в поезде, жевали какие-то пирожки. День клонился к закату, столбы мелькали в обратном направлении.

Света прочитала название станции, дернула Дину, они выскочили, чуть не забыв пакет с пирожками.

СТАНЦИЯ КЛИМЕНТОВСКАЯ. ДЕНЬ

Света опять набирала телефонный номер на станции – все бесполезно.

ДАЧНЫЙ ПОСЕЛОК. ДЕНЬ

Потом они шли по улице старого дачного поселка, стараясь прочитать номера домов.

– Может, этот? – канючила Дина.

– Да не помню я…

– Я уже не могу больше…

– Потерпи, где-то здесь, уже близко… Наконец Дина села на бревно. Сил у нее больше не было.

– Кажется, этот, – неуверенно произнесла Света.

Они пролезли под калиткой и подошли к дому. Света подергала, дверь была закрыта. Девочки обошли вокруг, Света подобрала палку, примерилась и ударила по стеклу. Сначала залезла сама и исчезла. Было тихо, в малине жужжали какие-то насекомые.

– Эй… Ты что, забыла про меня?

Света высунулась и за руки втащила Дину.

ДАЧА. ДЕНЬ

Дом был старый, замшелый, они ходили по комнатам, открывали шкафы. На кухне, под полом нашлось варенье и консервы.

– А где хозяева? – спросила Дина. – Умерли?

– Нет, живы пока.

– А кто хозяева?

– Отстань, а? Какая тебе разница?

– Большая. Надоело мне с тобой по чужим домам шляться…

– Да мне, в общем, тоже. А ты не понимаешь, почему мы прячемся? Тебе объяснить?

Дина молча смотрела.

– Потому что твой папа бандит. А ты – бандитская дочка.

– Врешь! Врешь ты все! Не бандит он!

– Бандит, бандит, самый натуральный. И вор.

Света съела еще ложку варенья, встала и вылезла в окно.

КВАРТИРА АЛИКА. ДЕНЬ

Наташа, Алик и Толян сидели на кухне, на столе – переполненные пепельницы. Толян говорил по мобильному:

– Понял. А потом куда пошли? Неизвестно? Ну, все, давай. Посмотри по этой ветке… Ментов подключи аккуратно.

Толян нажал отбой.

– Дети утром в Куровской были, к родственникам заходили… Вроде не пустили их.

Алик побледнел и яростно метнул окурок в раковину.

– А чего ты хотел? – спросила Наташа мертвым голосом. – Люди боятся… Это только у тебя страха нет…

Наташа взяла таблетки, положила две в рот. Толян налил ей воды и попутно глянул в щель между шторами. Во дворе стояла машина, в тени соседнего дома терлись двое.

– Отдай ты уже им эти деньги, Алик… Как же можно, это же дети!..

Алик внимательно посмотрел на жену.

– А кто тебе насвистел, что я деньги брал?

Наташа как-то легко согласилась.

– А-а… Ты не брал… – равнодушно пробормотала она.

Толик сосредоточенно давил бычок, стараясь никак в разговоре не участвовать.

Наташа посидела немного, потом вдруг так же, без перехода, с ней случилась истерика.

– Ну отдай ты им эти деньги!.. – закричала она. Алик переждал, налил кофе.

– Найди деньги, слышишь!

– Поздно деньги искать. Завтра люди приедут, все решим. Успокойся.

Зазвонил телефон. Наташа вздрогнула, умоляюще глянула на Алика, потом на Толяна. Те сидели, молча смотрели на телефон, который все не умолкал.

Алик встал, подошел к окну.

ДВОР ДОМА АЛИКА, В МАШИНЕ. ДЕНЬ

В машине в наушниках и с термосами сидели Костины люди. Один быстро набрал номер мобильного.

– Танюш, это я снова. Откуда звоночек был, глянь? -312-23-80.

– Танюш, а посмотри, кто это…

– Сейчас, – отвечала девушка с АТС. – Платформа Климентовская, кассы.

– Климентовская… Ага, спасибо.

КАССЫ НА СТАНЦИИ. ДЕНЬ

Света положила трубку. Тетка в станционной кассе протянула руку, чтобы поставить аппарат на место.

– Можно я еще разок? – спросила Света.

– Девочка, это служебный.

Света достала десять рублей, положила.

– Пожалуйста, я быстро…

Тетка взяла деньги и отвернулась.

За окошком на площади шла неспешная привокзальная жизнь. Продавали дыни, стояла очередь.

Опять были долгие гудки, потом наконец трубку сняли.

– Здрасьте, а Лешу можно?.. Климкин, привет, это я.

– Привет… Чего тебя вчера не было? Заболела, что ли?

– Слушай, Леха, тут такое дело… Мне, в общем, деньги нужны.

– Сколько?

– Много.

– Много у меня нету…

– Ну, сколько есть. Когда ты сможешь?

– Я шас в компьютерный класс, вообще…

– Приезжай после, я у тебя на даче.

– Где? – растерялся Леха.

Тетка-кассирша недовольно поглядывала в сторону Светы.

– Забыл, где дача ваша? – разозлилась Света. – Поселок Зеленовод, Чайковского, 15. Понял? И поесть чего-нибудь захвати…

ДАЧНЫЙ УЧАСТОК. ДЕНЬ

Дины в доме не было. Света вышла на участок, прошла мимо кустов смородины, и ей вдруг стало страшно. Она походила еще немного.

– Дина, – позвала она. Никто не отвечал.

– Дина!!

Младшая сидела в малине, натянув на голову свою шляпу.

– Дура, у меня шапка-невидимка… – прошептала она и нехотя вылезла. – Чего ты разоралась…

Света подскочила, хотела что-то сказать, но вдруг влепила сестре затрещину. Потом развернулась и пошла в дом.

Дине хотелось пойти тоже, но гордость не позволяла.

Через какое-то время с веранды раздались звуки старой «Ригонды», «Танец с саблями» Хачатуряна. Дина наконец не выдержала, подошла, встала на цыпочки.

Света танцевала индийский танец. Двигала бедрами, головой и плечами, как в индийском фильме. Хотя вместо чалмы на голове была наволочка, а родинка на лбу нарисована вареньем, танцевала она здорово. Дина засмотрелась, Света ее заметила, но продолжала танцевать.

– Хочешь, на аттракционы сходим? – вдруг предложила Света.

– Давай. А это что за танец?

– Танец живота!

ЧЕРТОВО КОЛЕСО. ДЕНЬ

Скрипучая металлическая конструкция ползла вверх, за серым забором и деревцами открывалась большая река. Буксир толкал баржу. Снизу играла какая-то музыка, дул ветер. Девочки смотрели, ели мороженое. В кабинке напротив целовалась парочка.

СТАНЦИЯ КЛИМЕНТОВСКАЯ. ДЕНЬ

На площади перед станцией остановился запыленный джип, из задней дверцы вышел человек, поднялся на платформу. Сначала поговорил о чем-то с дежурным милиционером, потом направился к кассе. Набрал номер на своем мобильном.

КАССЫ НА СТАНЦИИ. ВЕЧЕР

Внутри будки затрещал телефон.

– Платформа Климентовская, – ответила кассирша.

СТАНЦИЯ КЛИМЕНТОВСКАЯ. ВЕЧЕР

Человек кивнул своим в машине и вошел в кассу.

КОЛЕСО

Колесо подняло их на самый верх, а влюбленные оказались внизу.

– А ты целовалась с кем-нибудь? – спросила Дина.

– Еще чего не хватало!

– А у тебя мальчик-то есть вообще? – настаивала сестра.

– Ходит один… Ты пойми, они в этом возрасте все еще дети…

– Ой, смотри… Пожар… – показала Дина.

Света обернулась. Из-за деревьев вдалеке валил густой столб дыма.

Немного не доходя до дома, они остановились. Горела дача.

Соседи бестолково толкались у колонки, работала пожарная машина.

– Неужели бомжи опять?!!

Рухнула балка перекрытия, поднялся столб искр. Какая-то женщина завизжала.

– Подожгли, подожгли, точно, – кричал кто-то. – Я видел, приезжали какие-то…

– Че ты видел! – обратилась к народу тетка. – Дед вон их спугнул! Поджидали кого-то… Деду по башке дали, а дом подпалили!

Дед с разбитой головой выступил вперед и подтвердил факт.

– Поливай, поливай кусты!!! Сгорим же все!! – заорала соседка заслушавшемуся мужу, спотыкаясь с ведрами.

Сзади тихо подошел Леха с арбузом и стоял, раскрыв рот.

– Это… Что это? – выдавил он.

– Пожар, – сказала Дина.

– Леш, пойдем отсюда, – сказала Света. – Понимаешь, такая история… В общем, ее украсть хотят, бандиты…

– Я понимаю… Чечены?

– Не знаю… При чем тут чечены!.. Надо нам уехать отсюда…

– Это тебе… Вам… – Леша протянул арбуз.

– Спасибо… А денег-то не привез?

– Да ты понимаешь, – смутился Леша. – Мне тут сидиром предложили… По случаю, новый совсем… В общем, у меня только десять рублей осталось…

Помолчали.

– А чего приезжал тогда? – поинтересовалась Света.

– Так договорились вроде…

– А-а… Тебе, наверное, теперь от родителей влетит… – она кивнула на дом.

Леша глупо улыбнулся во весь рот.

– А это не наша дача. У нас дом семнадцать, ты адрес перепутала. Вон тот наш…

Света ахнула, потом ей тоже стало смешно.

– Чего вы смеетесь, как дураки, – расстроилась Дина. – У меня там шапка сгорела…

ПЛАТФОРМА КЛИМЕНТОВСКАЯ. ВЕЧЕР

Девочки стояли на станции, с противоположной платформы, которая в направлении города, им махал Леша. Насмерть перепуганная кассирша наблюдала за ними в окошко.

– Что же мы теперь делать будем?

– Может, в милицию пойти, рассказать все? – неуверенно предложила Света.

– Не надо, по-моему, в милицию… Вдруг папу снова в тюрьму посадят…

Подошла электричка, заслонила Лешу, двери открылись.

В тамбуре курил цыганский мальчик. Он посмотрел на арбуз и сплюнул в щель:

– Заходи, чего стоишь…

СТАНЦИЯ КУРОВСКАЯ. ВЕЧЕР

На Куровской, конечной станции, они вышли и вслед за мальчиком приблизились к белой машине. Света с Диной остановились.

– Я к ним не пойду, – сказала старшая.

– А чего они нам сделают?

– Тебе, может, и ничего…

Из «восьмерки» на них смотрели двое мужчин, старый и молодой, и бабка, все с золотыми зубами. Молодой был носатый, веселый, поговорил с мальчиком, улыбнулся Свете.

Света сделала два шага, остановилась.

– Здрасьте.

– Здравствуй, – вежливо ответил парень.

– Мы на экскурсию приехали и заблудились, – решительно начала Света.

– Легко заблудиться можно, – согласился парень и перебросился парой слов со стариком.

– Мне позвонить надо родителям. Откуда можно? – строго спросила Света.

– Недалеко здесь, садись.

ЦЫГАНСКИЙ ДОМ. ВЕЧЕР

Цыганский дом был почти без мебели, но с огромным количеством ковров и детей. В большой комнате на подставке стоял музыкальный центр и дорогой телевизор. Бабка начала сразу кричать, невестки забегали, стали что-то готовить.

– Иди кушать, – сказала бабка сразу обеим девочкам.

Сели за низкий стол, на подушки. Арбуз уже был разрезан, невестки смотрели на них, что-то обсуждали по-своему. Дина сначала стеснялась, потом стала есть.

– А позвонить можно? – спросила Света.

Один телефон не работал, долго кричали, дети принесли вторую трубку, Света набрала, девушки без стеснения прислушались, но никто так и не подошел.

ЦЫГАНСКИЙ ДОМ. ВЕЧЕР

Потом носатый парень позвал девочек на кухню. Он был в трусах, что Свете сразу не понравилось. На кухне курил мальчик вместе с младшим братом, парень шуганул его, хотел дать подзатыльник, но тот ловко увернулся.

– Тебе сколько лет? – сел и спросил он Свету.

– Пятнадцать, – соврала та.

– Поработать хочешь?

– Не знаю… Кем?

– Сестра твоя? – кивнул он на Дину.

– Да.

– Я петь умею, – скромно вставила Дина. – И на скрипке занимаюсь…

– Хорошо. А ты что умеешь?

– А она умеет танцевать танец живота!

Цыган заулыбался.

На кухню вошел старик и еще один, видимо старший брат.

Он задал своим несколько вопросов и, судя по тону, был не очень доволен.

Потом сел, осмотрел почти в упор Дину, потом Свету.

– Откуда вы?

– Из города. Мы от группы отстали… Дослушивать он не стал, опять перешел на свой язык, без выражения смотрел то на одну, то на другую. Свете почему-то стало тоскливо.

– Встань, – сказал он вдруг.

Света машинально встала, и он быстро ее ощупал с ног до головы. Пока она сообразила, что происходит, цыган повернулся к Дине и посмотрел у нее в волосах, на предмет вшей.

– Девочка, ты разденься, а, – бросил он Свете.

Тут Дина вырвалась и отчаянно заколотила по нему руками. Цыган удивленно отодвинулся.

– Не трогай! Я папе расскажу, что вы меня тронули, он вас убьет! Он уже одного убил за это!

Цыгане внимательно слушали.

Дина посмотрела на сестру и продолжила:

– У меня папа – бандит. Алик Мещерский зовут. А это моя сестра.

Цыгане снова стали что-то обсуждать, потом старший плюнул в сердцах и вышел, а за ним и старик с носатым парнем.

Несколько секунд Света с Диной стояли на кухне. Потом заглянула бабка.

– Там спать иди, – она показала на кучу красных одеял в комнате.

ЦЫГАНСКИЙ ДОМ. НОЧЬ

Ночью бабка кряхтела на матрасе. Молодая мать, года на два старше Светы, пела грудному ребенку, кормила его грудью. На груди было вытатуировано сердце и надпись «Roma». Дина спала. Цыганка тихо пела и рассматривала ребенку ладонь. Потом вытащила сигарету, поманила Свету.

Что-то шепотом спросила на непонятном языке, взяла ее ладонь, поводила по ней пальцем.

Ребенок всхлипнул, она его качнула и сказала:

– Ты – хорошо. Хорошо будешь… – и протянула Свете сигарету из своих пальцев. Та затянулась и чуть не закашлялась, цыганка беззвучно рассмеялась.

– Мальчик твой есть? – спросила она. Света неопределенно кивнула.

– Большой? – весело подмигнула та. Света тоже улыбнулась:

– Нет…

Цыганка прыснула, зажав рот рукой. Бабка заворочалась, невестка замахала рукой, разгоняя остатки дыма, но все затихло.

– Мой, – показала она на грудь, на наколку, – далеко… плачу… – махнула куда-то и вдруг правда заплакала.

Бабка снова закряхтела, и они выключили свет.

БАЛКОН КВАРТИРЫ АЛИКА. НОЧЬ

Алик сидел на балконе, вглядывался в темноту. Во дворе, под кленом, кажется, все стояла машина, но разглядеть было невозможно. Горел одинокий фонарь, но он только создавал непонятные тени от деревьев и водосточной трубы. Алик, стараясь на свет не высовываться, привязал между прутьями решетки кусок эластичного бинта. Аккуратно высыпав на кафельный пол кучу железной мелочи, он вложил монету в резинку и, как из рогатки, стал целиться в фонарь. Монетка просвистела и звякнула где-то далеко, за гаражами. Алик терпеливо подобрал следующую.

В МАШИНЕ. НОЧЬ

В машине, которая дежурила внизу, один дремал, а водитель устало поглядывал на подъезд. Вдруг хлопнула лампа где-то наверху, стало темно. Человек в наушниках вздрогнул и вскинул голову.

– Лампа перегорела…

– Вот, блин… Вот так ночью будешь идти, хлоп – и света нет! Прикинь… Подумаешь, что завалили…

Они тихо хохотнули, водитель посмотрел на часы.

– Через полчаса смена подтянется…

ДВОР ДОМА АЛИКА. НОЧЬ

Алик тем временем под прикрытием темноты быстро спускался по балконам с помощью швабры. Вставлял ее между прутьями поперечиной, а палка свисала вниз, как шест…

СТАНЦИЯ КУРОВСКАЯ. УТРО

От станции через стоянку шли за братом цыганские девочки, за ними Дина, а Света шла в сторонке и всем видом старалась показать, что она не с ними. Мальчик нес в руках затертый черный футляр и осматривался по сторонам. У входа на рынок он опять огляделся, подозвал Дину и вынул из футляра скрипку. Сам футляр он положил на землю, немного подвинул Дину, еще раз сверив всю композицию по каким-то своим признакам.

Дина наконец возмутилась:

– Я на трехчетвертной играю.

Мальчик на секунду задумался.

Сестренки уже вовсю чесали по толпе. Света стояла в сторонке, будто происходящее ее совершенно не касалось.

– Не можешь на скрипке, значит? – сухо спросил он.

– Это целая, для взрослых. Понятно? Я на такой не играю еще.

– Надо для взрослых играть.

– Что я как дура тут буду… – но у Дины уже загорелись глаза, она взяла смычок. – Плохо получится…

– Хорошо не надо. Надо жалостно.

Звук был ужасный, но проходящие действительно стали оборачиваться, одна женщина даже схватилась за сердце.

Света отошла еще подальше.

Пока мальчик договаривался о чем-то с продавцами фруктов, она сидела на ящиках и уныло слушала скрипку с другого конца площади. Мальчик появился с пластмассовым ящиком-термосом, открыл крышку. Внутри были напитки.

– По пятнашке бутылка. Нам по рублю.

– Я по электричкам, что ли, с этим должна шляться?

– На рынке тоже хорошо берут, – с пониманием ответил он.

Света фыркнула, но ничего не сказала.

– В два на станцию приду. – И мальчик исчез за палатками.

Было жарко, Света медленно шла вдоль забора, волоча тяжелый ящик. Дина сидела в тени на корточках, считала денежки.

Большой черный «мерседес» проехал по площади и остановился невдалеке. Когда Света с ним поравнялась, задняя дверца открылась, и оттуда вылез молодой парень. Потом водила и еще двое. Они постояли, потянулись, посмотрели по сторонам. Видно, ехали издалека.

– Эй, малая! Это что за деревня?

– Станция Куровская, – ответила Света. Парень был красивый, с черными бешеными глазами, а сам блондин. Он посмотрел на Свету, на ящик.

– Пиво-то есть у тебя? – спросил он.

Свете почему-то захотелось, чтобы пиво у нее оказалось в ящике, но она знала, что его нет.

– Кола, пепси, спрайт, – по возможности холодно ответила она.

Ребята все осматривались, хотя смотреть было не на что: станция, рынок, шашлычная с автоматами и тиром. Парень достал дорогой бумажник, а из него сотку:

– Малая, притащи пивка, будь другом, – как-то по-человечески попросил он и улыбнулся. Света машинально взяла деньги, хотя собиралась ответить что-то едкое.

– А сдачу оставишь.

Он двинулся в сторону тира, ребята не спеша пошли следом.

– Слушай, а бандитов тут нет у вас? – обернулся он. Друзья заржали.

– Сюда неси, ладно? – парень тоже засмеялся и махнул рукой на тир. Света вдруг тоже улыбнулась в ответ.

ТИР НА СТАНЦИИ. ДЕНЬ

Противно щелкали свинцовые пульки, гасили тонкие свечки. Когда третья пулька щелкнула, свечка не погасла. Здоровый водила «мерса» сплюнул, прицелился, выстрелил снова и снова промазал. Товарищи загудели.

Черноглазый весело хлопнул его по спине и забрал с барьера деньги.

В сторонке, в уголке, сидели два кавказца и какой-то спортивный, в майке без рукавов, со жвачкой. То ли хозяева шашлычной с посетителем, то ли еще кто, но явно, что в каком-то двойственном положении. Гостей они не ждали, но и делать теперь было нечего. Особенно человек в майке не понимал – выйти ему или держаться той же линии.

Алик вышел из машины, огляделся, быстро поднялся на перрон. Он подошел к милиционеру, они поговорили немного, Алик ему сунул что-то. Потом развернулся и пошел обратно. Подошедшая электричка догнала его и накрыла шумом.

– Еще? – предложил черноглазый.

Здоровяк попыхтел, посмотрел другое ружье, потом третье.

– А ружья-то пристреляны? – вдруг пристально посмотрел он на хозяина, как бы осененный страшной догадкой.

Послышались смешки.

– Обязательно… обязательно, должны быть… – уклончиво ответил тот и снова зажег свечки.

Водила шлепнул на барьер пачку купюр и достал свой пистолет. Ребята снова загоготали, он навернул глушитель, начал целиться.

Света тихо стояла с пивом у входа, смотрела на свечки и на белого парня с черными глазами, который играл зажигалкой и все время улыбался.

– Ну, кто еще? – спросил он, когда проигравший отошел от барьера.

Свете показалось, что он скользнул по ней взглядом.

– Можно мне?

– Давай, – легко согласился он. – Чего ставишь?

– Как это? – не поняла она.

– Я деньги ставлю, а ты на что играешь? Света растерялась. Кто-то хмыкнул.

– Ставь шарманку свою, – он кивнул на ящик.

– Это не мое, – сказала Света и поставила ящик на пол.

– Бывает, и чужое проигрываешь, – черноглазый взял ружье и прицелился.

Все присутствующие – два кавказца, ребята, спортивный фраер – внимательно следили за стрельбой, слышно было только, как цокают пульки.

С крыльца заглядывала Дина. Внутрь она не заходила, под мышкой держала футляр со скрипкой.

Когда последняя Светина свечка щелкнула и погасла, наступила пауза.

– Молодец, малая, – сказал черноглазый и протянул ей деньги с барьера.

– Как ружье-то? – тихо спросил здоровяк.

– Да так себе, – Света пожала плечами.

Ребята загалдели, но водила обвел всех уничтожающим взглядом, остановившись на хозяине.

– Понял, чурка?

ПЛОЩАДЬ ПЕРЕД СТАНЦИЕЙ КУРОВСКАЯ. ДЕНЬ

Компания весело высыпала наружу.

– В телохранители пойдешь ко мне? Света опять пожала плечами.

– Пойду.

– Забили. Подрастешь, я тебя заберу отсюда. В Москву.

Все стали садиться в машину.

Парень помедлил у двери и серьезно спросил:

– Никакая тварь тебя не обижает здесь? Света помотала головой.

– Если тронет кто, мне скажешь. Ну, бывай, малая! Машина резко взяла с места.

СТАНЦИЯ КУРОВСКАЯ. ДЕНЬ

Днем на станции мальчик купил своим сестрам йогурты и вопросительно посмотрел на Дину со Светой. Они стояли чуть поодаль.

– У нас деньги есть, – сказала Света.

Мальчик дал йогурт Дине, и они двинулись вдоль перрона.

В конце, у ограды, стояли два милиционера. Цыганские дети никакого внимания на них не обратили, а Света напряглась.

– Мы здесь постоим, – сказала она и, взяв Дину за руку, отошла под козырек, где несколько пассажиров ждали поезда.

– Вас что, менты ищут? – спросил мальчик.

– Да, – не без гордости ответила Дина.

Мальчик задумался.

Милиционеры лениво смотрели в их сторону. Света сделала шаг назад, в тень.

– Стой здесь, – сказал мальчик и зачем-то пошел прямо к ним.

– Чего это он тут командует? – неуверенно спросила Дина.

– Может, уйдем отсюда, а?.. – предложила Света и огляделась.

На подоконнике павильона жмурилась только грязная рыжая кошка.

Из-за угла вышел мальчик, а за ним милиционеры. Один был молодой, худой, из того самого «уазика», второй – капитан, здоровый дядька.

Они остановились, поглядели на девочек.

– Поди сюда, – позвал старший.

Мальчик уже на них не смотрел: тут как раз подошла электричка, он аккуратно взял у Дины скрипку, выискал глазами сестер, и они растворились в толпе.

– А деньги… – только и успела сказать Дина.

КОМНАТА МИЛИЦИИ. ДЕНЬ

– Мы не проститутки никакие, мы потерялись, – объясняла Света, сидя в тесной комнатке станционной милиции. Старший кипятил чай на электроплитке, молодой заполнял протокол.

– Мы на экскурсию поехали… – попыталась помочь Дина, но молодой ее перебил:

– Фамилия, имя, отчество?

– Малахова Светлана Александровна.

– Год рождения?

– 1987.

– Проживаешь?

– Марата, 8, квартира 4.

– Сестра?

–Да.

– Что-то непохожа, – посмотрел молодой на Дину, жуя леденец. – Фамилия, имя?

– Муртазаева Ди… – стала отвечать Света, но милиционер перебил:

– Она что, фамилию свою не знает?

– Знает.

– Ну, пусть сама отвечает. Фамилия, имя, год рождения?

Капитан заварил себе чай, насыпал сахара, глянул в окошко.

– Муртазаева, тебя родители ищут, знаешь?

– Да… – неопределенно ответила Дина, а Свете стало как-то тоскливо оттого, что ее никто не ищет.

– Ну, иди, звони, – сказал он молодому.

Тот ушел в соседнюю комнату, девочки молча сидели, прислушивались к шуму электричек, капитан пил чай, поглядывал в окно, потом вышел наружу.

– Нашли детей, Муртазаева Динара и Малахова… Да, да, у нас… Забирайте, райотдел Октябрьский… – слышалось из-за стенки.

Молодой вернулся:

– В следующий раз в приемник-распределитель поедете, – он выглянул наружу. – Палыч, дозвонился… Ну что, мне отвезти?

– Куда ты собрался? Здесь сиди.

Палыч закончил разговор с каким-то машинистом и вернулся:

– Поехали.

УЛИЦА ПОСЕЛКА. ДЕНЬ

«Уазик» остановился на пыльной улице поселка, немного не доезжая до Октябрьского райотдела милиции. Может, через улицу от дома Наташиных родственников. Палыч грузно вылез, вытер лоб, достал фуражку. Из джипа, который стоял неподалеку, вышли двое. Кто-то еще сидел внутри. Дина узнала парня в пиджаке, он приветливо улыбался, и, когда они подошли, она сказала «здрасьте».

– Привет, Дина, – кивнул он.

– Ваша? – спросил капитан.

– Да. Спасибо, извини за хлопоты, – парень протянул руку.

– Оформить надо, – кивнул Палыч в сторону служебного здания.

– Да уже оформили, – парень дружески подмигнул и немножко отвел Палыча, достал деньги. – Вот, заполни там…

В «УАЗИКЕ». ДЕНЬ

– Это они, – произнесла Света чуть слышно. Дина вцепилась ей в руку. Света попробовала открыть дверь, но изнутри ручек не было. Она в отчаянии огляделась, на полу спереди лежал автомат капитана, мелькнула шальная мысль, но Палыч уже засунул деньги в брюки, подошел и открыл дверь.

Дина тихо заплакала.

– Дяденька, не отдавайте нас, пожалуйста, – зашептала Света. – Они ее украсть хотят, они нас специально ищут! У нас деньги есть…

Капитан странно посмотрел на Свету.

– Пожалуйста! Они дом сожгли, они убить могут… Они ее ищут, понимаете, из-за отца, у нее папа – бандит, понимаете, а они тоже бандиты… Он вам денег даст! Пожалуйста!

– Не бандит он! – крикнула сквозь слезы Дина. – Врет она все!

Взгляд у капитана стал еще более задумчивым, но тут сзади кто-то тихо сказал:

– Вылезай.

УЛИЦА ПОСЕЛКА. ДЕНЬ

Палыч задумчиво обернулся, – все четверо уже стояли здесь, у него за спиной. Света, воспользовавшись моментом, тут же захлопнула дверцу. Один, нервный, среагировал на звук и двинулся, чтобы ее открыть. Это была ошибка.

– Куда ты? – вроде спокойно спросил Палыч, а сам сделал шаг в его сторону.

– Открой дверь, капитан, – приказал парень в пиджаке. – Не ищи проблем.

Палыч удивленно наклонил голову, но тут нервный опять не выдержал:

– Открывай давай, – и шагнул к машине.

– Стоять, – рявкнул капитан и якобы взялся сзади за кобуру, которой не было.

Парень в пиджаке по-кошачьи метнулся было к нему, но вдруг встал как вкопанный. Остальные трое тоже остановились.

Из окна «уазика» на них смотрело дуло АКМа. Света держала его неподвижно, правильно отставив локоть и уперев приклад в плечо.

Капитан увидел это последним, медленно развернулся и тоже застыл.

Так продолжалось секунду или две, пока нервный не выдержал и не дернулся в сторону машины:

– А ну, брось…

В тот же миг грохнул одиночный выстрел, и фонтанчик взметнулся у его ног.

– Ты чего!.. – он, побледнев, остановился. – А ну, брось!

Второй выстрел ударил в пыль прямо между его ботинками. Нервный парень подпрыгнул и взвизгнул.

– Ты че делаешь, овца!! – В третий раз пуля попала совсем близко, так, что он, сделав немыслимое па, еле удержался на ногах.

Вся компания завороженно наблюдала за неравной дуэлью, когда вдруг очнулся капитан.

Он медленно подошел вплотную к Свете. Одной рукой взял автомат, другой сильно врезал ей по лбу. Огляделся еще раз, сел за руль и, яростно захлопнув дверцу, тронулся с места.

ДВОР ТАТАРИНА. ДЕНЬ

Они сидели на крыльце какой-то покосившейся мазанки, у Светы все не переставала идти кровь из носа, Палыч нервно рыскал по двору. Но настроение, в принципе, было лучше. Дом стоял на холме, на самой окраине поселка, напротив заброшенного рыбзавода.

Палыч снова забарабанил в дверь.

– Сейфуллин, открыл дверь, быстро! Ты же дома, паскуда!

Неожиданно раскрылся сарай с другой стороны двора.

Оттуда высунулся смуглый сморщенный дед и выскочил пес. Пес отчаянно вилял хвостом, а дед как ни в чем не бывало изображал крайнее удивление.

– Не слышал, не слышал, здравствуй, заснул спать в сарай, вот собачка разбудил, – залопотал он.

– Сейфуллин, я тебя все-таки посажу. Только попробуй попрячься еще!

– Зачем прятаться! Зачем? Я в поселке не был, Алисан Палыч, никого не встретил… – старик быстренько отпер дверь.

Палыч зашел в дом, старикан юркнул следом.

– Надо тебе что-нибудь холодное приложить, – посоветовала Дина. – Типа мороженого.

– Угу, – кивнула Света.

Дина посмотрела на дом, подошла к двери и вежливо спросила:

– Дяденьки, извините, у вас ничего холодного нету?

ДОМ ТАТАРИНА. ДЕНЬ

Капитан свирепо зыркнул и прорычал:

– Я тебе не дяденька, а Александр Павлович.

Старик с готовностью распахнул старинный холодильник и яростно вырвал из морозилки синюю замороженную курицу. Дал ее Дине, на ходу как бы показывая уважение Палычу.

ДВОР ТАТАРИНА. ДЕНЬ

Дина вышла, дала курицу Свете. Посидели еще немного.

Появился капитан, мрачно глянул на сестер, с тоской огляделся вокруг. Наконец душа его не выдержала:

– Объяснительную мне кто будет писать? Пушкин? Или папа ваш? Страниц по пять за каждый патрон! А потом за каждую страницу будут мозги трахать полгода! Ты бы лучше меня застрелила – проще было б!

Света промолчала. Палыч сплюнул.

– Значит, так. Сидите тут и не высовывайтесь. Чего надо – ему говори.

Сейфуллин благодарно кивал, даже не глядя на девочек.

– Спасибо вам, – некстати шмыгнула Света.

– Чего?! – сердито обернулся Палыч. – Готовить-то хоть умеешь, снайперша?

–Да.

– Ну, вот и сготовь что-нибудь… Поедешь в поселок сейчас? – спросил он уже на ходу старика.

Тот засуетился, закивал. Они спустились по заросшей тропинке, Сейфуллин растерялся около «уазика», не зная, куда сесть – в клетку или просто назад. Палыч нырнул за руль, и они укатили по направлению к станции. Собака молча бежала за машиной.

ДОМ ТАТАРИНА. ВЕЧЕР

Света варила бульон, лазила по шкафам в поисках то соли, то приправы, Дина сидела за столом, рассматривала старые журналы и фотографии.

– Как ты думаешь, скоро нас заберут? – спросила она.

– Должны.

– Уже домой хочется.

– Понимаю.

Дина немного помолчала.

– Свет, а может, они уехали куда-нибудь? Вдруг мы вот так вот всю жизнь будем скитаться…

Дине захотелось плакать.

– Только не вздумай реветь. Мы этого дядьку попросим, он их найдет.

– А если не найдет?

– Найдет. Он же милиционер все-таки.

– Ага… А вдруг… – Дина замолкла. – Думаешь, все милиционеры такие хорошие?

– Это смотря для кого, – съязвила Света. – Я, например, с ними не связываюсь, и они меня не трогают.

Дина красноречиво посмотрела на Светин нос, и та немного смутилась.

Дина еще подумала и спросила:

– А почему он нас забрал?

– Из-за денег, скорее всего… Чтобы у папаши твоего денег получить…

Света сняла кастрюлю с плиты.

– А я знаю, что мой папа бандит, – выговорила вдруг Дина.

Света промолчала.

– Но он зато добрый. И меня любит. Мы в Австрию поедем на лыжах… А твой папа тебя бросил.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю