Текст книги "Скрытая угроза"

Автор книги: Сергей Москвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– А вы почему не поехали, Майкл? – обратился к своему американскому коллеге Егоров. – Опрос свидетелей может дать много полезной информации.

– Все это так, – хитро улыбнулся фэбээровец. – Но мне показалось, что вы еще не закончили осмотр.

Егоров улыбнулся в ответ.

– Что ж, давайте продолжим.

Он обошел машину, через выдавленное стекло передней двери заглянул в выгоревший салон и, запустив туда руку, достал застрявший среди пружинного каркаса пассажирского сиденья кривой закопченный осколок.

– Что это? – поинтересовался Майкл, разглядывая находку Егорова.

– Осколок стекла, – ответил тот.

– И что это означает?

Егоров подбросил осколок на ладони.

– То, что машину обязательно нужно показать нашим экспертам.

Глава 7
ПРИЗРАЧНЫЙ СЛЕД

На утреннем совещании подполковник Изместьев держался героем и несколько раз свысока глянул на Егорова.

– ...Таким образом, совершенно точно установлено, что сожженная машина принадлежала атташе по культуре посольства Соединенных Штатов Филиппу Уотерсу, – четко доложил он. – Стремительное распространение пламени по салону указывает на то, что машина была подожжена изнутри. Я поинтересовался у экспертов технического отдела, и те подтвердили, что очаг возгорания находился, судя по всему, на переднем пассажирском сиденье. На этом месте обнаружены осколки стеклянной бутылки, в которой, очевидно, и находилась горючая жидкость...

Егоров усмехнулся про себя. Осмотр машины производили пиротехники, а Изместьев, ловко манипулируя словами, присвоил себе их результат.

– При опросе жильцов дома, во дворе которого находилась сожженная машина, найдена свидетельница, которая за несколько секунд до вспыхнувшего в машине мистера Уотерса пожара встретила во дворе незнакомого мужчину кавказской внешности, – бодро продолжал Изместьев. – По ее словам, он шел как раз от загоревшегося автомобиля. Свидетельница утверждает, что никогда прежде во дворе его не видела. Со слов свидетельницы составлен фоторобот незнакомца.

Нагнувшись к лежащей на столе папке, Изместьев достал оттуда несколько листов с отпечатанным на них фотороботом, верхний передал сидящему во главе стола генералу Олейникову, остальные раздал сидящим рядом с ним участникам совещания. Глядя на него, Егоров покачал головой. Судя по тому, что накануне Изместьев со своей опергруппой лишь поздним вечером приехал во двор, где сгорела машина Уотерса, да еще как минимум несколько часов с операми опрашивал жильцов, а сегодня к утру у него уже был готов фоторобот – спать в эту ночь бедной женщине, очевидно, так и не пришлось. Интересно, встреченный ею незнакомец на портрете получился хотя бы узнаваемым?

– Андрэй, – шепотом обратился к Егорову Майкл. Он как раз получил один из листов фоторобота. – Почему говорят, что у этого человека кавказская внешность? По-моему, он больше похож на талиба.

Егоров искоса взглянул на портрет. В равной степени изображенного на нем человека можно было принять и за кавказца, и за жителя любой из закавказских республик.

Но ведущий совещание генерал Олейников явно остался доволен докладом своего подчиненного. Когда Изместьев закончил доклад, он одобрительно кивнул и, обращаясь ко всем присутствующим, произнес:

– Обратите внимание, как настойчиво и целеустремленно работает подполковник Изместьев. Отсюда и результат. Всем остальным рекомендую брать с него пример. Теперь, когда версия похищения, надеюсь, ни у кого не вызывает сомнения, все усилия следует сконцентрировать на розыске и установлении личности одного из возможных участников похищения, замеченного возле машины Уотерса. Нужно прогнать фоторобот подозреваемого по нашим и милицейским учетам. Возможно, сведения об этом субъекте... – Олейников еще раз взглянул на полученный от Изместьева композиционный портрет, – имеются у нас или в картотеке «соседей».

– Разрешите мне заняться этим делом? – обратился к генералу со своего места Егоров.

Олейников изумленно взглянул на него, но после недолгих раздумий утвердительно кивнул.

– С учетом увлечения полковника Егорова живописью, думаю, можно поручить ему эту работу, – иронично заметил он. – Остальным членам группы поставит задачи подполковник Изместьев.

– Есть! – вскочив со стула, бодро ответил тот.

Егоров снова усмехнулся. Готовность подчиненных немедленно приступить к выполнению порученного задания, которую с таким усердием только что продемонстрировал Изместьев, ценилась Олейниковым не меньше, если не больше, самого результата.

Забрав с собой лист с фотороботом, Егоров после совещания направился в информационный центр. В коридоре его догнала Вероника.

– Я думал, вы останетесь со своим новым американским знакомым, – искренне удивился он. Но мысль о том, что Вероника предпочла его общество общению с фэбээровцем, приятно согрела душу.

– А он занят выписками из рапорта Изместьева для своего отчета, – беспечно махнула рукой девушка. – Хотя, по-моему, он куда с большей охотой присоединился бы к нам.

– Скорее к вам, – поправил ее Егоров.

Вероника изумленно взглянула в лицо Егорова и неожиданно прыснула в кулак совершенно детским смехом.

– Уж не ревнуете ли вы, Андрей Геннадьевич?

Егоров потупился.

– С чего вы взяли?

– Ладно, не буду вас больше смущать. – Сделав серьезное лицо, Вероника взяла Егорова под руку. – Идемте скорее в ИЦ. Мне не терпится узнать, что за человек крутился возле машины этого дипломата.

– Думаете, это удастся выяснить?

Вопрос поставил девушку в тупик. Вероника растерялась.

– А-а вы думаете иначе?

– Сравнение столь общего портрета с фотографиями из архива выявит не менее сотни похожих фигурантов.

Вероника удивилась еще больше.

– Тогда зачем же вы попросили, чтобы эту работу поручили вам?

Егоров хитро улыбнулся.

– Есть кое-какие соображения.

* * *

В операционном зале информационного центра Егоров пожал руку Колесникову.

– Здравствуй, Игорь.

– Доброе утро, – как старому знакомому, тепло улыбнулась программисту Вероника.

– Здравствуйте.

Игорь явно обрадовался встрече. Правда, было непонятно, кого он рад видеть больше, Егорова или Веронику.

– Сможешь провести сравнительный поиск? – Егоров припечатал к столу, за которым сидел Игорь, лист с полученным от Изместьева фотороботом.

Игорь сосредоточенно наморщил лоб.

– У нас составляли?

Егоров кивнул.

– У нас.

– А когда?

– Вчера вечером. Точнее ночью.

– Тогда обойдемся без сканера, – повернувшись к компьютеру, Игорь защелкал пальцами по клавиатуре и через минуту победно откинулся на спинку стула. – Ну, вот он, ваш портрет.

Егоров взглянул на высветившийся на экране фоторобот, с которого была сделана распечатка, и удовлетворенно кивнул.

– Он самый. Но нужно установить его личность.

Игорь сразу поскучнел.

– Лицо уж больно типовое. К тому же без особых примет. Похожих фоток, наверное, несколько десятков наберется.

– Думаю, даже больше, – усмехнулся Егоров. – Сделаешь на досуге?

– Конечно, сделаю, Андрей Геннадьевич. О чем разговор.

– Вот и отлично, – Егоров одобрительно хлопнул парня по плечу. – А сейчас выведи-ка нам отчеты службы наружного наблюдения за установленными сотрудниками ЦРУ из персонала американского посольства.

Игорь мгновенно оживился.

– Сейчас сделаю. А за какой период?

Егоров на секунду задумался.

– Давай за последние шесть месяцев.

Через минуту он, сидя за монитором, читал с экрана скупые строчки отчетов службы наружного наблюдения. Игорь, освободивший для Егорова свое место за экраном компьютера, вскоре не выдержал:

– Андрей Геннадьевич, скажите, что вы пытаетесь найти?

– Пока не знаю, – не отрываясь от экрана, задумчиво ответил Егоров, но через несколько минут просмотра позвал к экрану Веронику.

– Вероника, обратите внимание, – сказал он, когда девушка уселась на соседний стул. – За последний месяц один и тот же сотрудник ЦРУ дважды побывал в районе Таганской площади. Первый раз без всяких видимых целей объехал несколько соседних переулков. А второй раз и вовсе ушел из-под наблюдения и в течение пятнадцати минут находился без контроля в том же районе.

– Вижу, – подтвердила Вероника, прочитав выделенные Егоровым строчки. – Очевидно, посольскую резидентуру чем-то заинтересовал этот район. Но какое это имеет отношение к исчезновению американского атташе?

– Двор по Воронцовской улице, где была обнаружена сожженная машина Уотерса, находится всего в двух кварталах от Таганской площади.

– Постойте! – Вероника сдвинула к переносице тонко выщипанные бровки. – Вы хотите сказать, что похитители не стали бы далеко отгонять машину, чтобы затем бросить ее и сжечь.

– Точно, – Егоров выразительно поднял указательный палец. – И произошло похищение все в том же районе Таганской площади, так интересующем американскую разведку.

– Но если Уотерс оказался там... – Вероника запнулась. – То получается, что он тоже имеет отношение к ЦРУ?

– А как вы думаете, зачем кому-то понадобилось его похищать? – задал Веронике встречный вопрос Егоров. – Без автомобиля, который, как оказалось, был похитителям совершенно не нужен, без требования выкупа. Что же тогда было нужно похитителям от американского дипломата?

– Информация, – выдохнула Вероника.

– Совершенно верно, – Егоров утвердительно кивнул. – А теперь скажите: кто из работников посольства обладает самой ценной информацией?

– Сотрудник разведки.

– Вот именно. А Уотерс, судя по его возрасту, был не рядовым разведчиком... – Егоров на секунду задумался. – Далеко не рядовым, раз американцы направили к нам агента ФБР, чтобы выяснить его судьбу.

– И-и что нам теперь делать? – обратилась к Егорову Вероника.

– Что? – переспросил он и, приняв решение, повернулся к Колесникову. – Игорь, на тебе фоторобот. А мы с вами, Вероника, – Андрей взял девушку за руку, – прокатимся до Таганской площади.

* * *

– На Таганку в другую сторону, – поправила Егорова Вероника, когда они на его «Шкоде» выехали с Лубянской площади.

– Проедем мимо посольства, – ответил девушке Егоров.

Угрюмое, несмотря на светло-желтый цвет фасада, здание американского посольства с гербом Соединенных Штатов над входом и звездно-полосатым флагом на крыше возникло в лобовом стекле через двадцать минут. Егоров считал, что угрюмый и мрачный вид зданию придают унылые очереди обращающихся за американской визой перед входом. Подавляющее большинство этих людей и не помышляет о том, чтобы остаться в Соединенных Штатах, а желает получить обычную туристическую визу, но в силу бюрократизированного американского законодательства все желающие посетить США должны доказывать, что не являются потенциальными эмигрантами. Многие приходят сюда по нескольку раз, представляя посольским чиновникам в доказательство своих слов все новые и новые документы. Но, несмотря на это, обыкновенному туристу, не имеющему солидного счета в банке и многомиллионной недвижимости, получить визу практически невозможно. Страна, на словах борющаяся за защиту прав человека во всем мире, на деле отказывает гражданам иных государств в одном из основных общечеловеческих прав – праве свободного перемещения.

– Андрей Геннадьевич, о чем вы задумались? – нарушила молчание Вероника.

– О правах человека, – грустно усмехнулся Егоров.

Лицо Вероники вытянулось, а брови изумленно взлетели вверх.

– Вы серьезно?

– Не берите в голову, – ухмыльнулся Егоров. – Лучше засеките время, сколько мы будем ехать до Таганской площади.

Дорога заняла около получаса.

– Двадцать девять минут, – сверив время по своим наручным часам, констатировала Вероника.

– А Уотерс выехал из посольства в двенадцать сорок... плюс-минус десять минут... значит, здесь он мог быть в тринадцать – тринадцать двадцать, – размышлял вслух Егоров.

Отыскав свободное место у кромки тротуара, он свернул туда и остановил машину.

– А теперь давай немного погуляем.

Если Веронику и удивило такое предложение, то виду она не подала. Опершись на поданную Егоровым руку, девушка грациозно выбралась из машины и, взяв его под локоть, пошла рядом. Андрей подумал, что не ходил так с женщиной уже тысячу лет. Ирина никогда не брала его под руку, даже когда они гуляли по лесу и вокруг не было ни души. Стеснялась чужого внимания? Вряд ли. Скорее, дело в том, что она относится к нему как... к спасителю, а не как к любимому человеку. И когда она пошла на близость с ним, она искала у него не любви, а защиты. Ведь в тот момент Ирине, без преувеличения, угрожала смертельная опасность.

– Ау, Андрей Геннадьевич. – Вероника ощутимо дернула Егорова за руку. – Где вы? Или опять размышляете о правах человека?

Егоров резко вынырнул из собственных мыслей.

– Что?

– Я спрашиваю, вы здесь что-то ищете?

– Уже нашел, – увидев возле подземного перехода книжный лоток, Егоров направился к нему.

За лотком стояла женщина в длиннополом пуховике, глубоко натянутой вязаной шапочке и шерстяном шарфе, обвязанном вокруг воротника.

– Вам помочь? – обратилась она к Егорову. – Есть новые детективы, триллеры или вот, может быть, женские романы, – продавщица книг взглянула на Веронику, но, очевидно, не увидев в ее глазах интереса, вновь обратила свое внимание к Егорову.

– Признаться, мы очень рассчитываем на вашу помощь. – Он раскрыл перед женщиной свое служебное удостоверение. – Полковник Егоров, Федеральная служба безопасности.

– О-о! – продавщица удивилась, но не выказала и тени смущения. – Чем же я могу помочь Федеральной службе безопасности? – изменившимся голосом спросила она и кокетливо поправила шапочку.

– Скажите, вы каждый день здесь торгуете? – спросил у женщины Егоров, сделав вид, что не заметил ее последнего жеста.

– Каждый, – энергично кивнула она. – С девяти утра и пока не стемнеет.

– Скажите, а на прошлой неделе, в понедельник, около часа дня вы здесь вокруг, – Егоров обвел рукой по сторонам, – ничего необычного или подозрительного не видели?

– В понедельник, на прошлой неделе... – Продавщица книг сосредоточенно наморщила лоб. – Да вроде ничего... Хотя постойте. Тут же авария автомобильная была! Вон там, – женщина вытянула руку в направлении расположенной на противоположной стороне улицы автобусной остановки. – И как раз в обед.

– Что за авария? Подробней.

– Да обычная авария. Ничего особенного, – женщина скривила губы, выражая тем самым отношение к случившемуся. – Стукнулись две машины и сразу разъехались. Даже гаишников не вызывали.

– А что за машины? – уточнил Егоров.

– Одна – джип черный, большой. А другая обычная, но тоже не наша. Я в этих иномарках не разбираюсь, – женщина махнула рукой и неожиданно для Егорова спросила: – Вот у вас какая машина, товарищ полковник?

– «Шкода», – ответил он и поспешил вернуться к интересующей его теме: – Авария обошлась без жертв?

– Да какие жертвы, – продавщица снова скривилась. – Я ж говорю, сразу разъехались. – Она подняла глаза к нему, что-то вспоминая, и добавила: – Правда, одному мужику плохо было. Может, он ударился или что. Я только видела, что он сам идти не мог, а двое других его, значит, за руки поддерживали. Они его к себе в машину посадили и сразу уехали.

– В какую машину?

– Так я ж говорю, в джип! – удивляясь непонятливости собеседника, пояснила женщина.

Егоров сделал глубокий выдох, чтобы унять охватившее его волнение.

– А лиц этих троих или хотя бы как они были одеты, вы не запомнили?

– Да как, нормально одеты, раз на джипах разъезжают. Не бомжи какие-нибудь. А лиц я и не разглядела – далеко. И машины все время мелькают. Да еще автобус почти все загородил.

– Автобус городской?!

– Ну да, обычный, пассажирский. Он на остановке стоял, когда эти машины столкнулись, – пояснила женщина.

Егоров снова бросил взгляд на автобусную остановку и с затаенной надеждой спросил:

– А номер маршрута вы не разглядели?

Но надежда не оправдалась.

– Да разве ж его отсюда разглядишь? – искренне удивилась продавщица.

– Спасибо, вы нам очень помогли, – поблагодарил ее Егоров.

– А раз помогла, так купите что-нибудь.

– Ну, хорошо, – сдался Егоров.

Продавщица сразу оживилась:

– Вам что, боевик, детектив?

– Выберите что-нибудь на ваш вкус, только чтобы убийств поменьше.

Расплатившись за книгу, Егоров направился в подземный переход. На лестнице его догнала Вероника.

– Ну-ка, что она вам дала? – девушка требовательно протянула руку за книгой.

Егоров улыбнулся и переложил книгу в другую руку, подальше от девушки.

– Секрет.

– Да дайте же посмотреть! Не съем я вашу книжку!

Вероника все-таки выхватила у него книгу и, повертев ее в руке, брезгливо сморщилась.

– Конечно, с томной девицей на обложке. И вы читаете такую макулатуру? – она сунула книгу в руки Егорову.

– А вы читаете исключительно классиков или все-таки иногда заглядываете в женские журналы? – в свою очередь поддел он девушку.

– Только в мужские, – парировала Вероника и демонстративно замолчала.

Но ее терпения хватило ненадолго. Выбравшись вместе с Егоровым из подземного перехода, она недовольно спросила:

– Ну, и зачем мы сюда пришли?

– Видите остановку? – Егоров взглядом указал на застекленный навес на краю тротуара. – Сколько там номеров маршрутов?

– Два, – приглядевшись, ответила Вероника.

– А у вас зоркий глаз, – одобрительно кивнул Егоров. – Можно считать, что нам повезло. Я уж подумал, что придется опрашивать водителей как минимум с пяти маршрутов.

* * *

Директор автобусного парка разговаривал с кем-то по телефону, причем кричал так, словно держал в руках не телефонную трубку, а громкоговоритель. Взглянув на вошедшего в кабинет посетителя (Вероника по просьбе Егорова осталась в приемной), он чиркнул себя ладонью по горлу и знаками показал, что тому следует обождать. Егоров понимающе кивнул и сел на один из стоящих вдоль стены стульев.

Наконец директор закончил свой тяжелый разговор, с явным облегчением положил на аппарат трубку, вытер выступивший на лбу пот не очень свежим платком и перевел взгляд на Егорова.

– И вот так целый день, – пожаловался он и без всякого перехода спросил: – Что у вас?

– Несколько вопросов, – Егоров подошел ближе и положил на стол директора служебное удостоверение.

– Федеральная служба безопасности, – медленно прочел тот, после чего сразу приосанился, поправил сбившийся набок галстук и официальным голосом произнес: – Слушаю вас, товарищ полковник.

– Скажите, ваш автопарк обслуживает эти маршруты? – Егоров подвинул к директору раскрытую записную книжку, куда переписал номера автобусных маршрутов с информационной таблички остановки на Таганской площади.

– Наш, – взглянув на запись, ответил директор. – А что случилось? Неужели готовится теракт?

Не каркай! Егоров с иронией относился к суевериям, но сейчас после слов директора автопарка о теракте почувствовал, как по его телу пробежала дрожь.

– У меня нет такой информации, – стараясь не обнаружить перед собеседником внезапно нахлынувшую тревогу, четко ответил он. – Просто мне необходимо побеседовать с вашими водителями, которые работали на этих маршрутах в позапрошлый понедельник.

– Так они все в рейсах, – озадаченно развел руками директор.

– А когда вернутся?

– Кто как. У нас же график. Кто раньше заступает на маршрут, кто позже.

– А между рейсами ваши водители где отдыхают?

– Да где, на конечной остановке и отдыхают. Там и киоски есть, где поесть можно шаурму или шашлык. Чурки... извините, кавказцы готовят. Вы вот что, поезжайте прямо туда. И на конечной со всеми водителями и переговорите.

– Спасибо, я так и сделаю, – поблагодарил директора Егоров. – Вы только дайте список водителей, которые в тот день работали на этих маршрутах.

– А, ну конечно, – директор кивнул и, нажав клавишу селектора, оглушительно крикнул в микрофон: – Клава, занеси мне списки наших водил...

Через десять минут Егоров вышел из кабинета директора автопарка с двумя листками, содержащими примерно по полтора десятка фамилий. Вероника, терпеливо дожидавшаяся его в приемной, поднялась ему навстречу.

– Куда сейчас, Андрей Геннадьевич?

– Даже не знаю, – Егоров показал девушке оба списка. – Все водители на маршрутах. Обстоятельно поговорить с ними можно только на конечных остановках. Но находятся они в разных местах.

– Так давайте я поеду на одну остановку, а вы на другую, – предложила девушка. – Вдвоем мы в два раза быстрее управимся... Что, думаете, без вас не справлюсь? Не смогу драйверов разговорить?

– Нет, так я как раз не думаю, – усмехнулся Егоров.

– Значит, решено, – подвела черту Вероника. – Давайте сюда ваш список. Один мне, один вам. Все, пока.

Повернувшись, девушка направилась к выходу.

– Постойте, Вероника! – крикнул Егоров ей в спину. – Как вы туда доберетесь? Давайте я вас хотя бы подвезу.

– Не тратьте время, Андрей Геннадьевич, – назидательно произнесла Вероника. – Я и без вашей помощи отлично доберусь на такси.

Егоров молча покачал головой. Ну и штучка! Как только с такой можно работать?!

* * *

Водители городских автобусов оказались общительными, разговорчивыми людьми. Устав от монотонного кручения баранки, уличных пробок, духоты тесной кабины и вынужденного молчания во время движения, они охотно рассказывали обо всем, что видели на маршруте. Но Егорова интересовало исключительно столкновение двух иномарок на Таганской площади в позапрошлый понедельник, а вот об этом все опрошенные им водители, как назло, ничего не знали. Попрощавшись с восьмым по счету собеседником, Егоров вычеркнул его фамилию из полученного от директора автопарка списка. Там уже было вычеркнуто восемь фамилий. Осталось опросить еще шесть человек.

Чтобы не топтаться впустую на остановке, ожидая следующий автобус, Егоров решил перекусить. День близился к вечеру, а они с Вероникой выехали из управления еще до обеда, и сейчас Егоров все настойчивее ощущал голод. Расплатившись в киоске за купленную шаурму – несколько кусочков обжаренного куриного мяса, политых кетчупом и вперемешку с квашеной капустой завернутых в похожий на блин лаваш, Егоров почувствовал, как у него под курткой завибрировал телефон. Ругнувшись про себя, он переложил капающую капустным рассолом шаурму в другую руку и достал аппарат. Высветившийся на экране номер принадлежал Веронике.

– Андрей Геннадьевич, давайте срочно ко мне! – выпалила в трубку она. – Я его нашла!

– Кого? – переспросил Егоров.

– Да водителя, который все видел! – нетерпеливо ответила девушка. – Какой же вы непонятливый! Бросайте там все и скорее приезжайте сюда. У Саши перерыв заканчивается, а он и так ради меня задержался.

Она отключилась.

«Он для нее уже Саша», – недовольно подумал Егоров, пряча трубку обратно в карман. Затем разочарованно посмотрел на шаурму, которую так и не попробовал. Но вести машину и есть одновременно – означало неизбежно испачкать одежду капающим жиром, рассолом и кетчупом. Егоров откусил от свернутого в трубочку лаваша большой кусок, бросил недоеденную шаурму в стоящую рядом урну и поспешил к машине.

К счастью, ехать пришлось не по центральным улицам, машин здесь было поменьше, и через пятнадцать минут Егоров добрался до конечной остановки другого автобусного маршрута, где опрашивала водителей Вероника.

– Где вы ехали? Нельзя было побыстрее? – недовольно напустилась она на Егорова, когда он, запарковав свою «Шкоду» за стоящими в ряд автобусами, выбрался из машины.

И без всякого перехода добавила шепотом:

– Я сказала Саше, что вы мой коллега из МВД. Надеюсь, у вас с собой удостоверение прикрытия?

Егоров даже остановился от неожиданности.

– Так вы представились работником милиции?

– А кем, по-вашему, я должна была представиться? – дернула плечом Вероника. – Ревнивой любовницей, разыскивающей своего сбежавшего приятеля?

Егоров не нашелся, что ответить, и только покачал головой.

Саша оказался молодым жилистым парнем лет тридцати. Одет он был в короткую кожаную куртку, лихо распахнутую на груди, а на голове носил по-блатному низко надвинутую на глаза кожаную кепку.

– А вы правда из милиции? – первым делом спросил он у Егорова, царапнув по нему недоверчивым взглядом.

В углу рта парня блеснула золотая фикса, и Егоров понял, что не ошибся насчет его прошлого.

– Из госбезопасности, – ответил он, раскрыв перед лицом парня свое удостоверение.

– Вот, значит, как, – водитель задумчиво почесал в затылке, но Егоров заметил, что его прежняя настороженность исчезла.

– В общем, я уже старшему лейтенанту Веронике... – парень бросил быстрый взгляд на стоящую рядом девушку, – рассказал, что видел.

– А теперь повторите то же самое для меня, – попросил Егоров.

– В общем, я на Таганке пассажиров забрал, надо с остановки отъезжать, – начал свой рассказ водитель. – А тут меня как раз какой-то хер... гм, извините, мужчина на посольской «Камри»... ну номера у тачки дипломатические, – пояснил он. – Нагло так подрезал и остановился. Там в переулке, куда он вздумал поворачивать, машина встала...

– Что за машина? – быстро спросил Егоров.

– «Восьмерка» или «девятка». Я сейчас уже и не помню, – ответил тот. – Этот на «Камри» остановился, а рядом с ним «Лэндкрузер» черный. И, главное, прямо передо мной – никак не объехать. Я уж хотел посигналить, чтобы эти козлы машину убрали. А тут из джипа как раз двое «черных» выскакивают и к «Камри». Один из них по стеклу как даст кулаком... Он в перчатках был и вроде с кастетом... стекло вдребезги! Они у «Камри» дверь открыли, мужика того из салона выдернули и к себе в джип запихнули. Да! А один из них на его место запрыгнул...

– Взгляни, этот? – Егоров достал из кармана сложенный вчетверо фоторобот.

– В цвет, начальник. Он самый. А как они по тачкам расселись, так сразу и разъехались.

– А та «восьмерка» или «девятка»? – уточнил Егоров.

– Да... тоже куда-то делась. Как те «черные» мужика из посольской тачки его потащили, я про нее и забыл, – признался водитель.

– Стекло в машине этот разбил? – Егоров снова кивнул на композиционный портрет.

– Не, другой, – мотнул головой водитель. – В плечах пошире, и рожа у него бр-р... – парень поморщился. – Во сне увидишь – не проснешься. Скулы, челюсть нижняя вперед выпирает, и руки длинные, как у обезьяны.

В мозгу Егорова вспыхнул сигнал тревоги. Слишком хорошо знакомы были ему прозвучавшие сейчас приметы. «Да нет, не может быть, – укорил Андрей самого себя. – Все данные за то, что он сейчас за границей. Да и что ему в Москве делать?» Но тревожно пульсирующая в мозгу мысль требовала проверки.

– Ты хорошо запомнил того, второго? Узнать сможешь? – требовательно спросил у парня Егоров.

По его изменившемуся голосу водитель понял, что речь идет о чем-то важном.

– А чего, смогу.

Егоров вынул из кармана куртки авторучку и перекидной блокнот и, открыв чистую страницу, стал быстро что-то набрасывать.

Воспользовавшись возникшей паузой, Вероника вмешалась в разговор:

– Саша, вы же стали свидетелем похищения! Почему вы сразу не сообщили о том, что видели в милицию?

– Мне еще только заявы бросать в ментовку не хватало для полного счастья, – криво усмехнулся парень и посмотрел на Егорова. Но тот, занятый своим делом, не заметил его взгляда. – Я и вам-то рассказал только потому, что корешам из парка болтанул по пьяни...

– Взгляни, он? – перебил его Егоров, протянув блокнот с нарисованным от руки портретом.

– А чо, похож, – задумчиво произнес тот. – Только этот был без бороды... Клево рисуете, начальник, – закончил он.

Но Егоров пропустил комплимент мимо ушей.

– Без бороды?! А шрама у него ты не заметил? Вот здесь, – Андрей чиркнул себя ногтем большого пальца по горлу.

– Он в свитере был, под подбородок – не разглядеть, – пояснил водитель. – И в кожане. Вроде моего, только покруче и подороже раз в дцать.

Егоров прикрыл глаза. Неужели?! Похищение дипломата и так нельзя назвать рядовым случаем, но если в деле замешан он, это в корне меняет всю ситуацию.

– Спасибо, Александр. Вы нам очень помогли, – поблагодарил водителя Егоров. – Это, – он постучал пальцем по своему рисунку, – очень опасный человек. Поэтому, если вы еще что-то вспомните или вдруг где-то случайно увидите его, немедленно, слышите, немедленно позвоните мне. – Оперативник протянул растерянному парню свою визитную карточку. – Здесь все мои телефоны. Можете звонить мне в любое время суток. Это, – Егоров вырвал из блокнота лист со своим рисунком, – можете оставить себе.

В глубоком молчании Егоров вернулся в машину. Вероника, видя его состояние, не лезла с вопросами, но, усевшись рядом с ним, в машину не выдержала:

– Андрей Геннадьевич, кто это?

– Джафар, – глядя сквозь лобовое стекло, ответил Егоров. – В наших розыскных делах проходит под псевдонимами Горилла и Мясник. Эмиссар «Аль-Каиды» в Чечне, ставленник Абу Умара, один из самых жестоких полевых командиров, садист и убийца. По нашим оперативным данным, Джафар со своими ближайшими подручными, такими же выродками, еще в конце осени перебрался в Грузию. Там у него несколько хорошо оборудованных зимних баз. Но... – он помолчал, – похоже, наши данные ошибочны, раз Джафар объявился в Москве... Прости, один звонок.

Егоров быстро достал телефон и, отыскав в памяти нужный номер, нажал клавишу вызова.

– Сергей! Привет, – облегченно выдохнул он через несколько секунд. – Да, давно не виделись, но, похоже, скоро придется... Нет, по службе. Ты слышал про исчезновение американского дипломата?.. Весь МУР, говоришь, на ушах стоит?.. Да, я тоже этим занимаюсь. Так вот, по моим данным, его похитили чеченские боевики... Нет, специальная группа, приехавшая с Кавказа. Они сделали это, чтобы выпотрошить его, то есть допросить с пристрастием... Раз понимаешь, перехожу к главному. Сам дипломат боевикам не нужен, только информация, которая ему известна. Поэтому, скорее всего, его уже нет в живых... Да, я думаю, надо искать труп. А боевики окрестностей Москвы не знают, поэтому, скорее всего, спрятали тело где-то в городе. Нужно проверить стройки, котлованы, свалки на пустырях, канализационные колодцы... Ну, тебе лучше знать, где можно спрятать труп. У меня только одна просьба. Если вы его обнаружите, позвони мне. Я тоже хочу приехать на осмотр... Да, это может быть важно.

Отключив телефон, он шепотом добавил:

– Ты даже не представляешь, насколько важно.

Потом повернулся к Веронике и пояснил:

– Мой знакомый из МУРа. Грамотный опер и настоящий мужик. – Вспомнив о чем-то, Егоров улыбнулся. – Гм, в одном городе служим, а познакомились только в Чечне, забавно.

Запустив двигатель, он тронул машину с места и неожиданно предложил:

– Слушайте, Вероника! Давайте заедем куда-нибудь перекусим. Я есть хочу, умираю.

Девушка улыбнулась в ответ.

– Принимается.