Текст книги "Морские дьяволы"

Автор книги: Сергей Москвин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

РАЗВЕДГРУППА «МОРСКИХ ДЬЯВОЛОВ»

12.00

Раскат грома оглушил сидящего в кабине «Тритона» капитан-лейтенанта Ворохова. Неведомая сила сдавила его тело и вмяла в сиденье. Руки и ноги стали невероятно тяжелыми, словно в одно мгновение налились свинцом. Станислав почувствовал, что не может сделать очередной вдох. В голове закружилось, глаза заволокло пеленой. Ворохов догадался, что теряет сознание, но в последний момент все же сумел вдохнуть живительную смесь кислорода и инертного газа. Второй вдох дался ему уже немного легче.

Восстановив дыхание, Ворохов ощутил, что ушла и застилавшая глаза пелена. Но, оглянувшись вокруг себя, он уже не увидел сквозь стекло обзорного колпака корму подводного крейсера. Вокруг была лишь одна вода. На приборной панели световой индикатор гидроакустической станции погас. Стрелка глубиномера застыла на нулевой отметке, что соответствовало надводному положению транспортировщика. Ворохов попытался включить гидролокатор, но его экран так и остался темным. Отказ приборов окончательно убеждал в том, что «Тритон» накрыла ударная волна от взрыва глубинной бомбы.

Ворохов понял, что остался жив лишь потому, что находился под защитой надежного корпуса подводного транспортировщика. Понял и то, что для Рощина взрыв должен был закончиться трагически. Но надежда умирает последней… Станислав запустил двигатель «Тритона» (несмотря на мощнейший удар гидроакустической волны, он завелся без всяких проблем) и направил транспортировщик по расходящейся спирали, стараясь отыскать своего товарища. Около часа он безрезультатно кружил под водой, иногда включая носовой прожектор и постоянно всматриваясь в непроглядную толщу. Он вновь обнаружил всплывшую под перископ американскую подводную лодку, дважды проплыл вокруг ее корпуса, но все было безрезультатно. Через час бесплодных поисков датчики, установленные на борту «Тритона», зафиксировали превышение радиоактивного фона – американский атомоход уходил с места своей стоянки. Лишь тогда Ворохов окончательно уверился в том, что уже никогда не увидит больше Илью Константиновича Рощина. Стиснув зубы, он развернул «Тритон» и повел его к месту запланированной встречи с Бизяевым.

Выйдя за границу полигона, Станислав направил транспортировщик к поверхности и, всплыв в надводное положение, включил гидроакустический маяк. Он не знал, исправен ли маяк или вышел из строя, но спустя четверть часа к стеклянному колпаку-обтекателю подплыл на «Зодиаке» Данил.

– А где Старик? – удивленно спросил он, когда Ворохов сдвинул с кабины защитный колпак и Данил увидел, что второе сиденье в кабине «Тритона» пустует.

– Его больше нет.

– Как нет? – Бизяев недоуменно вытаращил глаза.

Но Станислав молчал. Лицо Данила окаменело.

– Как?.. Как это случилось?

– Американцы взорвали возле «Атланта» глубинную бомбу. Наверное, проверяли прочность корпуса. В момент взрыва я был в кабине «Тритона», а Илья Константинович возле подлодки. Он уже закрепил на корпусе АЗУ и собирался сверлить обшивку. В этот момент и прогремел взрыв. «Тритон» отбросило в сторону, и я потерял Старика из виду. Потом час кружил там на разных глубинах, но так ничего и не нашел.

– Значит, он сейчас на дне, – медленно произнес Данил, глядя поверх головы Станислава в морскую даль. – Не знаю, может быть, я ошибаюсь, Старик, кажется, именно так и хотел умереть: не в своей постели, а в море, в родной стихии «морского дьявола». Знаешь что? – Данил вновь взглянул в глаза Станислава. – Давай прощальный салют в его честь.

– Давай! – поддержал Ворохов. – Это все, что мы можем для него сделать.

Запустив руку в грузовой отсек, он достал оттуда два подводных пистолета. Один передал Бизяеву, второй оставил у себя. Офицеры подняли оружие к небу и одновременно по четыре раза нажали на спусковые крючки. Под треск выстрелов унеслись в небо восемь стреловидных пуль.

Они еще минуту помолчали, затем Ворохов забрал у Бизяева пистолет и убрал в грузовой отсек подводного транспортировщика.

– Я сейчас, а ты пока установи сигнальные буйки, – произнес он и задвинул над кабиной «Тритона» обзорный колпак, после чего транспортировщик быстро погрузился под воду.

Когда нырнувший в глубину подводный аппарат исчез из виду, Бизяев выбросил за борт лежащие в лодке садки-ловушки вместе с привязанными к ним поплавками и стал ждать. Через сорок пять минут из воды показалась голова Ворохова, который был уже в обычной водолазной маске и с воздушно-баллонным аквалангом за плечами. Он подплыл к резиновой лодке и с помощью Данила забрался внутрь. Ворохов сдвинул на лоб маску и, вдохнув чистого морского воздуха, сказал:

– Возвращаемся на яхту. Надо только решить, как объяснить Родригесу отсутствие Ильи Константиновича. Да и Андрея нужно как-то подготовить.

– Он не пацан, а боевой офицер! Сам все поймет, без всякой подготовки! – мрачно ответил Бизяев.

В ОКРЕСТНОСТЯХ ДУЛИТА

16.04

Джон Трентон отложил обжаренное до хрустящей корочки цыплячье крылышко, от которого он неторопливо откусывал кусок за куском, и поднял взгляд на вошедшего в бистро мотоциклиста. В ту же секунду его взгляд изменился. Глаза прищурились, а без того тонкие губы еще более растянулись, что выражало крайнюю степень недовольства.

На пороге бистро автозаправочной станции, повесив на руку колоколообразный мотоциклетный шлем, стоял шериф города Дулита Пирс Гроган. Гроган подошел к стойке, где получил от официанта двойной чисбургер и бутылку пива, после чего направился к столику генерального инспектора ЦРУ.

Впрочем, о новом назначении Трентона он даже не подозревал и крайне удивился, если бы узнал, что садится за один стол с заместителем директора самой мощной спецслужбы Америки. Для Грогана было вполне достаточно уже того, что Джон Трентон носит звание капитана первого ранга военно-морских сил и является начальником другого сотрудника ЦРУ, который два года назад способствовал удачной карьере Пирса – с его подачи стал Гроган шерифом этого города. Участие ЦРУ в судьбе молодого шерифа не прошло бесследно. Гроган дал письменное обязательство сотрудничать с Центральным разведывательным управлением и регулярно снабжал информацией своих кураторов, которые уже трижды менялись. Предыдущего куратора ровно месяц назад сменил Джон Трентон. То, что мэр Дулита и вслед за ним вся городская администрация старательно закрывают глаза на допустимые, по мнению Грогана, нарушения закона, убеждало шерифа, что поставляемая им информация весьма высоко ценится. Ощущение собственной значимости позволяло Грогану даже вести себя вполне независимо в общении с сотрудниками ЦРУ. Вот и сейчас, усевшись за столик, Гроган закинул ногу на ногу и небрежно развалился на стуле.

– Еще минута, и я бы ушел! – глядя в сторону, произнес Трентон. – И потом, что это за маскарад? Посмотри на себя: рубаха с какими-то кожаными аксельбантами, бандана на шее. Ты же шериф, а не байкер!

– Приходится соответствовать образу, – ответил Гроган, погладив ладонью лежащий рядом с ним мотоциклетный шлем. – Я, признаться, рассчитывал, что вы предпочтете встретиться в более уединенном месте, где-нибудь в горах. Надеялся к тому же, что вы оцените мое новое приобретение, – шериф мотнул головой в сторону окна, где можно было увидеть сверкающий красавец-мотоцикл.

– Сейчас в горах туристов больше, чем в этом бистро, – произнес Трентон и обвел взглядом полупустой зал.

Словно в подтверждение его слов единственные посетители – парень и девушка, – доев мороженое, поднялись из-за своего столика и вышли за дверь. Провожая взглядом молодую парочку, Трентон рассмотрел мотоцикл Грогана и неодобрительно покачал головой:

– Продолжаешь покупать себе игрушки. Все еще не наигрался?

– Деньги на то и существуют, чтобы их тратить, – улыбнулся в ответ шериф.

– Деньги вообще? Или только те, что ты получаешь от Джорджа Роско за так называемую охрану казино? От братьев Пако за ввоз нелегалов? От мадам Хигс за то, что среди ее жриц любви для какого-нибудь любителя сладенького всегда найдется юная прелестница школьного возраста?! Учти, Гроган, – указательный палец Трентона нацелился в грудь шерифа. – Стоит мне сказать пару слов мэру, и ты тут же вылетишь со своего места, разом лишившись и официальных, и левых доходов. Вот тогда тебе действительно не придется задумываться, как потратить деньги, потому что нечего будет тратить. Если только Роско не возьмет тебя вышибалой в свое казино. Но это вряд ли. Ведь ему захочется жить в дружбе и с новым шерифом, – с усмешкой закончил инспектор ЦРУ, глядя в глаза Грогана.

Слова Трентона не особенно напугали Пирса. И все же прежнее благодушное настроение шерифа исчезло.

– Но я, по-моему, еще ни разу не давал повода усомниться в своей преданности, – осторожно заметил он.

– Именно поэтому ты продолжаешь покупать себе машины и мотоциклы, а не хлебаешь тюремную баланду за рэкет и вымогательство, – усмехнулся Трентон. – Но ближе к делу. – Отодвинув от себя пластиковую тарелку с недоеденным цыпленком и поставленную Гроганом бутылку пива, Трентон наклонился к своему собеседнику. – Чтобы и впредь пользоваться моим расположением, тебе придется разыскать в Дулите интересующих меня людей.

– Кого именно? – уточнил Гроган.

– Они появились в городе три дня назад. Их может быть двое, трое или четверо. Мужчины, белые, физически развитые и крепкие. Возраст от двадцати до сорока. Они наверняка связаны с морем и подводным плаванием. Это могут быть экстремалы – любители дайвинга, гидрографы или кто-то в этом же роде. Проживать должны в недорогом отеле или на частной квартире. На пристани они зафрахтовали шхуну или прогулочную яхту, на которой ежедневно выходят в закрытый для судоходства район у мыса Хаттерас. Вот этих людей ты и должен найти, – закончил Трентон и в упор посмотрел на Грогана.

Тот несколько секунд собирался с мыслями, подыскивая ответ, после чего сказал:

– При всем уважении к вашей службе я вынужден спросить вот о чем… Вы хотя бы приблизительно представляете, сколько туристов ежедневно приезжает в Дулит? Уверяю вас, не меньше половины из них составляют любители дайвинга.

– Туристы меня не интересуют! – перебил Трентон. – Мне нужны проникшие в город российские боевые пловцы!

– Русские «тюлени»?! – Пирс изумленно вытаращил глаза.

– Да, только себя они называют «морскими дьяволами». И вот эти «дьяволы» охотятся за секретами нашей новейшей подводной лодки, которая сейчас проходит испытания в закрытом для судоходства районе.

– Но откуда вы знаете, что они в городе?! – Гроган по-прежнему отказывался верить услышанному.

– Четыре часа назад мы выловили из воды труп одного из них, – признался Трентон. – Так что в их команде стало на одного диверсанта меньше. За подлодкой русских, выпустившей боевых пловцов, вот уже двое суток непрерывно наблюдает наш корабль. Все это время русская подлодка находилась за сотню миль от нашего морского полигона. Проплыть самостоятельно такое расстояние никаким «дьяволам» не под силу. Те тридцать миль, что отделяют полигон от берега, вплавь тоже не преодолеть. Значит, пловцов доставила в нужный район чья-то прогулочная яхта, которую они могли зафрахтовать только в Дулите. Ведь это ближайший прибрежный город.

– Но… иностранные шпионы, тем более диверсанты, – прерогатива ФБР, – рискнул напомнить своему куратору Гроган.

– Обойдемся без них! – повысил голос Трентон. – Я уже вызвал из Литтл-Крика взвод наших «тюленей». [23]23
  Спецназ ВМС США получил наименование «морских тюленей» по его аббревиатуре SEAL (Sea, Air, Land – море, воздух, земля), совпадающей с английским названием тюленя (Seal). Подразделения SEAL объединены в две группы спецназначения со штабами в Коронадо (Тихоокеанский флот) и Литтл-Крик (Атлантический флот). Взвод «морских тюленей» насчитывает шестнадцать человек; в их числе два офицера, один из которых является командиром взвода.


[Закрыть]Они прикроют район испытаний нашей подлодки так, что туда больше не проберется ни один русский «дьявол»! А ты тем временем выяснишь, где русские скрываются. И мы вместе их возьмем.

Ставя задачу своему агенту, Трентон сообщил Грогану лишь необходимый минимум информации, умолчав о собственной попытке приостановить ходовые испытания подводного ракетоносца. Однако на предложение генерального инспектора поставить «Атлант» в док военно-морской базы Норфолк для детального осмотра корпуса командование ВМС ответило отказом. В центральном аппарате ЦРУ не согласились и с гипотезой Трентона о том, что российские подводные диверсанты установили на обшивке атомохода некое портативное устройство для снятия гидроакустических характеристик. Руководство сочло обнаруженную у погибшего боевого пловца крестообразную отвертку недостаточным основанием для выдвижения данной версии. Однако, несмотря на запрет командования флотом свернуть ходовые испытания и отсутствие поддержки со стороны собственного начальства, капитан первого ранга Трентон отнюдь не отказался от своих первоначальных предположений. Тем более что обнаружившийся недостаток балласта у погибшего пловца косвенно подтверждал наличие у него дополнительного снаряжения. Поэтому, чтобы доказать собственную правоту, Трентону было крайне важно самому захватить морских разведчиков-диверсантов, установивших на корпусе секретного подводного ракетоносца свою шпионскую аппаратуру.

Так как Гроган продолжал молчать, Трентон повторил:

– Мы сделаем это сами. Или ты хочешь, чтобы люди из ФБР совали нос и в твои дела?

Вместо ответа Гроган весьма красноречиво мотнул головой.

– А раз нет, тогда выяви этих русских! Привлеки к розыскам всех своих парней. Перетряхните весь город, но найдите их! На время поисков все остальные дела прекратить! Даже если кто-то ограбит городскую казну или изнасилует жену мэра, вы будете заниматься только русскими диверсантами! Ты понял меня?!

– Разумеется, – Гроган вновь энергично мотнул головой, на этот раз утвердительно и, чтобы Трентон не перебил его, поспешно добавил: – Вы сказали, что выловили из воды труп одного из русских «тюленей»… «дьяволов», – тут же поправился он. – Значит, у вас должны быть его посмертные фотографии?

Криво усмехнувшись, Трентон вытащил из нагрудного кармана своей рубашки тонкий бумажный конверт и без слов швырнул его на стол перед Гроганом. Тот поспешно раскрыл конверт и вытащил оттуда четыре матовых фотоснимка.

– Я отобрал самые лучшие, – произнес Трентон.

Разглядывая снимки, Гроган недоуменно вытаращил глаза, затем перевел взгляд на своего собеседника.

– Не знал, что по морю ходят поезда, – заметил шериф. – Видимо, по этому парню проехался товарный состав?

– Не остри. Его накрыла ударная волна подводного взрыва. Я не стал приносить фотографии всего тела, – добавил Трентон. – Но можешь поверить мне на слово, тело выглядит немногим лучше его лица.

– Что ж, все ясно, – заключил Гроган. – Придется работать без фотографий. – Он передвинул конверт к Трентону.

– А раз тебе все ясно, тогда марш отсюда! – рявкнул Трентон.

Гроган стремительно поднялся из-за стола, подхватил свой мотоциклетный шлем и поспешно покинул бистро. На столике остались пиво и чисбургер, к которым шериф даже не притронулся.

Отпустив вызванного на встречу агента, инспектор ЦРУ вернулся к своему цыпленку, неторопливо доел его, расплатился с официантом и вышел из бистро. На автостоянке перед заправкой он уселся в служебный «Бьюик» и выехал на шоссе. Через пятнадцать миль он свернул на примыкающую дорогу, которая вела к военно-морской базе Норфолк. До прибытия туда подразделения «морских тюленей» осталось менее часа, а Трентон собирался лично встретить вызванных им боевых пловцов.

В ДУЛИТЕ

16.45

Пирс Гроган тоже умел быть властным и жестким. Поэтому никто из четверых помощников шерифа, слушающих указания своего начальника, даже мысленно не рискнул сравнить его с байкером, несмотря на то что Гроган не переоделся и даже не снял с шеи яркую бандану.

– Дик и Мак, берете на себя отели, включая загородные кемпинги! Брайан и Харви, проверяете частный сектор! Для начала обратитесь в службу размещения. У них должны быть списки всех арендаторов. А я тем временем узнаю на пристани, кто берет напрокат прогулочные яхты. Все понятно?! Тогда за работу! И пошевеливайтесь! К вечеру у меня должны быть списки всех, кто въехал в город за последние три дня!

Помимо его непосредственных подчиненных, еще многие жители Дулита считали Грогана тем человеком, от которого зависит их бизнес, доходы и в конечном счете – спокойствие и благополучие. Но и те, кто не был напрямую связан с Гроганом, тоже не хотели портить отношения с шерифом, поэтому старались выполнять все его указания. Таким образом, кроме официальных помощников, в распоряжении Грогана находился целый штат негласных осведомителей, которых он также намеревался использовать, чтобы выполнить поручение Трентона. Первым человеком, с которым шериф встретился после того, как дал задания своим помощникам, оказался владелец погоревшей шхуны «Святая Анна» Гарри Хорнел.

Визит городского шерифа вселил в Хорнела надежду на скорый розыск поджигателя. И хотя Грогану было прекрасно известно имя преступника (кто еще, как не Родригес, мог устроить пожар на судне конкурента), однако он не собирался привлекать преступника к суду. Ведь шерифу достаточно было намекнуть Рикардо, что его могут в любой момент отправить за решетку, чтобы держать Бешеного быка в страхе и неограниченно пользоваться его услугами. Конечно, Гроган не стал посвящать Хорнела в свои планы, а, напротив, постарался укрепить надежду на то, что поджигатели почти уже схвачены. В ответ старина Гарри откровенно рассказал ему о четырех океанологах, собиравшихся зафрахтовать яхту за день до пожара. Назвал Хорнел и имя старшего группы – Стивен, но имена остальных океанологов вспомнить так и не смог.

Бармен рыбного ресторана, расположенного по соседству с морской пристанью, сообщил Грогану, что два дня назад посетитель, похожий на шведа или норвежца, но с типично американским произношением, спрашивал домашний адрес Гарри Хорнела. Из ресторана шериф отправился к хозяйке городского борделя мадам Хигс. Помимо банальных взяток за оказываемую им протекцию, она регулярно снабжала Грогана информацией, которую жрицам любви сообщали разгоряченные страстью клиенты. От нее Гроган узнал, что некий клиент, накануне развлекавшийся с Джуди, похвастался перед девушкой, что является телеоператором группы, снимающей фильм про белых акул в сорока милях от берега. Гроган отлично помнил восемнадцатилетнюю мулатку по имени Джуди, с которой несколько раз и сам хорошо провел время. Помимо отменных внешних форм, Джуди отличалась наблюдательностью, что заставило Грогана очень внимательно отнестись к ее словам. Визит в мэрию полностью подтвердил добытую ею информацию. Пятеро британских кинодокументалистов телеканала Би-би-си еще неделю назад получили в городской администрации разрешение на проведение подводных съемок у южной оконечности мыса Хаттерас. Таким образом, если клиент Джуди ничего не напутал, телеоператоры находились в закрытом для судоходства районе, где, как утверждал Трентон, военные проводили испытания сверхсекретной подводной лодки. Получив такие сведения о британских журналистах, Гроган лично встретился с Джуди и велел ей продолжить знакомство с любителем белых акул. Проинструктировав девушку насчет того, что ей надлежит выяснить у оператора, Гроган вернулся обратно в участок. Здесь его ждало новое открытие.

В списке туристов, которые арендовали в Дулите частное жилье, шерифу встретилось имя Стивена Ларсена, снявшего четыре дня назад мансарду в доме миссис Роджерс. И хотя Ларсен заключил договор аренды за сутки до того, как, по словам Трентона, русская подлодка выпустила у берега боевых пловцов, этот факт весьма заинтересовал Грогана. Ведь именно Ларсен собирался зафрахтовать шхуну «Святая Анна». Этого оказалось достаточно, чтобы включить приезжего ученого в оперативную разработку. Затем Гроган решил навестить владельца яхты «Конкистадор» Рикардо Родригеса. Благо теперь появился отличный повод…

Убедившись, что «Конкистадор» стоит у причала, Гроган отправился к ее хозяину, проживающему в одноэтажном бунгало на окраине города. Повод для визита придумывать не пришлось. Надзор за бывшими заключенными являлся прямой обязанностью городского шерифа.

Родригес долго не хотел открывать, несмотря на настойчивый стук Грогана. Наконец за входной дверью послышались тяжелые шаги, щелкнул замок, и на пороге появился хозяина. Хотя было уже поздно, Родригес выглядел абсолютно трезвым, чем немало удивил Грогана. Как правило, Бешеный бык ежедневно в это время прикладывался к бутылке. Загородив собой вход в бунгало, Родригес вопросительно уставился на шерифа.

– Решил проведать тебя, – пояснил Гроган и вошел в дом. – Ну что стоишь столбом? Видишь, я закончил на сегодня службу. Можешь угостить меня пивом, – добавил он, проходя в гостиную и усаживаясь в плетеное кресло.

Родригес молча скрылся на кухне и вернулся с двумя распечатанными бутылками пива, которые нес в одной руке. Гроган взял бутылку и сделал большой глоток. Пиво оказалось отменного качества.

– Представляешь, старина Гарри все еще надеется найти поджигателя своей яхты, – произнес Гроган, с усмешкой посмотрев на Родригеса.

– Ну а я здесь при чем? – с вызовом спросил Рикардо.

– Брось, Рик, – Гроган махнул в его сторону свободной рукой. – Не держи меня за идиота. Я же прекрасно знаю: это именно ты поджег его старое корыто, чтобы перехватить контракт с океанологами. Кстати, сколько они тебе платят?

– Две сотни за день, – после некоторой паузы ответил Родригес.

– Ну, не надо, – Гроган брезгливо поморщился. – За две сотни ты бы ни за что не стал возиться со шхуной Хорнела. Так сколько они тебе платят?!

– Пять сотен, – буркнул Родригес и отвел взгляд в сторону.

– У-у! – Гроган восхищенно покачал головой. – Действительно выгодный контракт. Ну и как, тяжело даются денежки? Много приходится возить этих ученых по морю?

Родригес неопределенно пожал плечами:

– Когда как.

– А что они изучают?

– Лобстеров. И эти… Как их?… Пути миграции.

– Значит, им приходится часто нырять с аквалангом? – уточнил Гроган.

– Когда как, – Родригес вновь неопределенно пожал плечами. – Иногда с аквалангами ныряют, иногда ловушки ставят.

– А работают у берега или в открытом море?

– Везде. Сначала у берега начинали, потом миль на десять отошли, затем снова вернулись к берегу.

– Значит, дальше, чем на десять миль от берега, ты их не увозил? – Гроган не сумел скрыть разочарования.

– Нет, – Родригес отрицательно мотнул головой.

Для контрабандиста и бывшего заключенного обман стал не просто привычкой, а способом существования, поэтому Родригес умел врать легко и убедительно. Гроган прекрасно знал об этом. Однако в данном случае он не понимал, какой смысл лгать, поэтому и не ставил под сомнение слова Родригеса. «Десять миль, – мысленно повторил Гроган. – А подлодка, по словам Трентона, проходит испытания за тридцатимильной зоной. Так что же, ловцы лобстеров не имеют отношения к «морским дьяволам»?» Все же в поведении океанологов имелась одна странность, и Гроган решил ее прояснить:

– Слушай, Рик, а что это вдруг они зафрахтовали именно твою яхту? Ведь на пристани полно прогулочных яхт, которые можно нанять гораздо дешевле.

– Им требовалось большое судно, чтобы поднимать на палубу резиновую лодку.

Сообщив о лодке, Родригес в тот же миг пожалел о своих словах, но Гроган уже ухватился за них:

– А что у них за лодка? Большая, с подвесным мотором?

– Четырехместный «Зодиак».

«Ну вот и объяснение, – успокоил себя Гроган. – На такой лодке они могут без труда добираться до района испытаний».

– Вот что, Рик. Твои океанологи меня весьма заинтересовали, – объявил он Родригесу. – Поэтому сделаем так. Отныне ты будешь очень внимателен. И каждый вечер, после возвращения в гавань, будешь встречаться со мной и подробно, запомни, Рик, подробно, рассказывать о том, что видел в течение дня. С момента встречи с пассажирами и вплоть до момента расставания. Ты все понял?

Родригес молча кивнул.

– Вот и отлично, – Гроган улыбнулся и отхлебнул из пивной бутылки. – Когда вы обычно возвращаетесь к пристани?

– По-разному, когда в пять, когда в девять.

– Ну вот, сразу после возвращения и звони мне. Встретимся, выпьем, поболтаем.

– Понятно, – неохотно произнес Родригес и опять угрюмо кивнул.

– Веселей, Рик! – Гроган улыбнулся. – Мы же с тобой старые знакомые. Нам всегда есть что рассказать друг другу.

С этими словами шериф легко поднялся с кресла, бросил на сиденье пустую пивную бутылку и направился к двери. Спустя несколько секунд на улице взревел двигатель его нового мотоцикла.

Оставшись в одиночестве, Родригес долго сидел неподвижно, глядя на дверь, за которой скрылся Гроган, и прислушиваясь к звукам на улице. Затем он встал и, не выключая свет в доме, неслышно выскользнул из бунгало. На город уже опустилась ночная тьма. На набережной – излюбленном месте вечерних прогулок туристов зажглись фонари и яркие неоновые вывески баров, ночных клубов и дискотек. Горели фонари и на городских окраинах, но здесь их было гораздо меньше. И Родригес, все время оставаясь в тени, сумел незамеченным пройти целый квартал до ближайшей автобусной остановки, оборудованной телефоном-автоматом. На остановке никого не было. Родригес подошел к автомату, снял трубку и набрал нужный номер, после чего долго слушал длинные гудки. Наконец ему ответили. Голос показался знакомым. Тем не менее Родригес уточнил:

– Буч?

– Ты, Рик?! – восторженно воскликнул собеседник после секундной паузы. – Не ожидал тебя услышать!

– Поэтому замолкни и слушай, – скороговоркой произнес в трубку Родригес. – Есть верное дело, но один я не справлюсь. Понадобится твоя помощь. Поэтому бросай все и немедленно приезжай в Дулит. Я встречу тебя на въезде. И захвати с собой инструменты. Без них не обойдемся.

– А дело-то стоящее? – донесся из трубки осторожный шепот.

– Такое, что тебе и не снилось, – произнес Родригес в ответ.

– Тогда я через два часа у тебя.

– Поторопись. До утра нам нужно все обсудить.

Закончив разговор и повесив трубку, Родригес вернулся в свое бунгало. По пути он никого не встретил, чему был очень рад. Если бы его увидел Гроган, планы пришлось бы отменить.

Но на этот раз Родригес опасался напрасно. В это самое время Гроган беседовал в служебном кабинете с одним из помощников:

– Есть сведения о наших подводных исследователях?

– В пресс-службе вашингтонского офиса Би-би-си ничего не известно о телеоператорах, работающих в нашем городе. Я по факсу послал запрос в их штаб-квартиру. Может быть, завтра к вечеру придет ответ. А вот сведения, которые удалось собрать о мистере Ларсене, – помощник шерифа взял со стола отпечатанный на принтере листок и начал читать: – Стивен Ларсен, холост, сорок шесть лет, по национальности ирландец, профессор океанографического института города Саванна, гидробиолог, основная область интересов – карцинология, а также другие морские беспозвоночные. В прошлом месяце вылетел в Канаду, шесть дней назад вернулся на взятом напрокат автомобиле. Машина «Додж Дюранго», номерной знак… На следующий день прибыл в наш город, проживает по 2-й Приморской, в доме номер семнадцать.

– Это все? – поинтересовался Гроган.

– Все, – помощник передал ему распечатку, которую до этого держал в руках.

– А что есть по его спутникам?

– Ничего, – помощник шерифа виновато развел руками. – В городской службе размещения они не регистрировались, так как жилье снято самим Ларсеном. Свои документы нигде не предъявляли, так что у нас на них ничего нет. – Заметив, с каким недовольным лицом выслушал Гроган его слова, помощник поспешно предложил: – Может быть, завтра, как только эти океанологи выйдут в море, стоит наведаться к хозяйке дома и снять отпечатки ее жильцов?

– Бессмысленно, – ответил Гроган, а про себя подумал: «Если они настоящие океанологи, то их пальцев нет ни в одной уголовной картотеке, а если они русские «морские дьяволы», то их отпечатков тем более нигде нет». Однако он не стал вдаваться в подробности, а лишь повторил: – Бессмысленно. Это ничего не даст.

«Придется подождать завтрашней информации от Рика, – решил Гроган после недолгого размышления. – По их поведению Трентон, наверное, сумеет определить, действительно ли они те, за кого себя выдают». Мысль о том, что у него уже есть информация для куратора, подняла Грогану настроение.