Текст книги "Как выжить с эльфом..."

Автор книги: Сергей Лисецкий

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 3

Вам правду сказать? Или как все на самом деле…

Из народного фольклора

Синие сумерки окутали Одеан, столицу Южного королевства, над площадью, где проходило празднество, зажглись сотни разноцветных фонариков, пары кружились в танце, кругом слышался смех и веселое перешептывание парочек.

Аленка в одиночестве сидела во главе огромного, роскошно накрытого стола. Она все еще не верила в реальность всего, что происходило вокруг.

От знакомства с иностранными делегациями у девушки остались весьма смутные воспоминания, потому что из всех присутствующих она запомнила только гостей Северного королевства:

– Принцесса Северного королевства Инниана Стеллиардо Ламе. – Во всю глотку проорал герольд, и Аленка увидела АНГЕЛА

Тоненькая, невысокая принцесса, одетая в белую длинную тунику, короткие золотые кудряшки развеваются на ветру, глаза – полные небесной синевы, пухлые губки, золотистая кожа, которая, казалось светится изнутри, и крылья… Да, да, за спиной у девушки открывались в стороны большие белоснежные, как у альбатроса крылья.

Собственно, после этого, Аленка уже ни на кого не смотрела, ее глаза все время невольно возвращались к хрупкой крылатой фигурке. Девушка растеряно отвечала на поздравления, не замечая ничего вокруг, кого– то там благодарила, принимала какие-то коробки и пакеты, тут же передавала их веренице придворных, шествующих позади нее, и все время старалась повернуться так, чтобы еще хоть одним глазком взглянуть на крылатую принцессу.

– Леди Алиена, позвольте полюбопытствовать, чем это так вас заинтересовала принцесса Инниана? – поинтересовался король, когда они уже сидели за праздничным столом.

– Понимаете, ваше величество, – сконфузилась леди. – Я никогда раньше не видела настоящего ангела, мне так стыдно за свое поведение, но я не могла удержаться, это ведь настоящее чудо. В нашем мире ангелов нет, их считают мифическими существами, но изображают на картинах почти такими же, как Инниана.

– Ангела? Вы что-то путаете, Инниана не ангел, она эльф. Северный эльф, или как они себя называют Йалли. Это один из древнейших изначальных эльфийских родов. Хотя… Вполне возможно, что в вашем мире, когда-то обитали представители одной из побочных ветвей. Северные эльфы вообще непоседливы, их стихия воздух, они обожают все новое, неизведанное, часто путешествуют по иным мирам, и так же неразборчивы в своих любовных связях. Так что у вас вполне могли жить одни из многочисленных внебрачных детей Йалли.

– А они все такие… белокрылые?

– Ну, что вы, окрас крыльев у Йалли самый разнообразный, белокрылыми же являются только наследники королевского дома. Причем из нескольких детей, которые рождаются в семье правителя, белокрылым всегда будет только один. И не обязательно старший. Вот у Инни три старших брата, и еще один младшие брат и сестра имеются, но следующей королевой станет именно она, хотя ей очень этого не хочется. Говорят, что принцесса даже пыталась перекрасить свои крылья и сбежать из дома, но это не помогло, краска исчезла с крыльев, спустя несколько часов, и беглянку вернули домой.

Домой…

Аленкины глаза наполнились слезами. Она никогда не вернется домой, не обнимет маму, папу, не пойдет с Иркой по магазинам, не посидит с друзьями в любимой кафешке, не выйдет на работу, не увидит своего противного ворчливого начальника. Никогда…

Внезапно к горлу подступил комок, и девушка поняла, что сейчас у нее начнется истерика. Она попыталась взять со стола бокал с вином, но руки предательски тряслись. Ей вдруг показалось, что на этой огромной площади совсем не стало воздуха, она рванула ожерелье на груди, и жемчужины с мягким стуком рассыпались по столу.

– Не надо так переживать, ваша жизнь изменилась, но это не значит, что она стала хуже. Кто знает, какие чудеса вас ждут в новом мире. – раздался над Аленкиным ухом мягкий, чуть хрипловатый баритон, и на плечи девушки легли горячие мужские ладони. – Давайте, я помогу вам, избавится от плохого настроения, а потом мы с вами потанцуем. Мурлыкающе низкие звуки голоса невидимого собеседника заставили Аленку вздрогнуть всем телом, и внезапно она почувствовала, что ее настроение действительно, улучшилось, она успокоилась, и готова обернуться, чтобы посмотреть на нежданного спасителя. А посмотреть было на что…

Перед ней стоял Супермен! Да, да, тот самый, из американского фильма. То же открытое, мужественное лицо, темные глаза, твердо очерченный рот. Даже небрежный завиток на лбу, все как у Супермена. Вот только одет не в синий комбинезон и красный памперс, а в белую рубашку с широким воротником, черный бархатный жилет, такие же брюки и черные полусапожки. За плечами – непонятной конструкции черный же плащ. И волосы… Аккуратно подстриженные и тщательно, волосок к волоску, уложенные, и при этом – голубые…

«Супермен-Мальвина!» – Подумалось Аленке, и она едва не рассмеялась

– Вот вы уже и готовы улыбнуться – Супермен улыбнулся девушке, и ей снова стало дурно.

В ярком свете праздничных фонариков она увидела, как во рту красавца мужчины сверкнули длинные острые клыки.

– Ну, откуда опять этот страх? – Супермен сделал шаг к Аленке, и то, что она приняла за плащ, развернулось у него за спиной двумя нетопыриными крыльями.

– Ва…Ва. Вампир… – срывающимся голосом прошептала девушка, стараясь нащупать за спиной на столе какой-нибудь тяжелый предмет.

– Извините? Вы меня с кем-то путаете? Меня зовут Ниелан. Второй сын князя Тиота. Восточное княжество.

Аленка перевела дух, кажется, сейчас ее никто кусать и есть не будет:

– Но, вы же вампир?

– Кто такой Вампир? И почему вы его так боитесь? Он вас обидел?

До девушки наконец-то дошло, что слово «вампир» ее новый знакомый воспринял как имя некоего негодяя.

– О, прошу прощения, это всего лишь недоразумение э… лингвистического свойства. У нас вампиры это такой вид нечисти, на самом деле их не существует, но о них рассказывают сказки, легенды. И в этих легендах они выглядят очень похожими на вас, только они с бледной кожей и черными волосами, боятся серебра, чеснока и осины, спят в гробах и пьют кровь у живых людей.

– Фу, гадость, уверяю вас, я не вампир, я чистокровный водяной эльф, или если хотите – Эйлин.

– Водяной эльф? Вы что в воде живете?

– Зачем? Мы живем на земле, в нормальных домах, а водяными нас называют потому, что нам лучше всего подчиняется магия воды. Так вы пойдете со мной танцевать?

– Я не умею, тем более в этом жутком платье я еле хожу, да и к тому же я не знаю, допускается ли по вашему этикету замужней даме танцевать с посторонним кавалером.

– То, что вы не умеете танцевать – неважно. Тут главное, чтобы танцевать умел партнер, вся ответственность лежит на мужчине, а женщина должна лишь позволить вести себя. В том же что касается вашего мужа я могу сказать только одно – Мил законченный идиот. Ему досталась такая жемчужина, а он мало того, что оскорбляет девушку перед всеми, так еще и бросает ее в одиночестве, а сам развлекается с другими. Ну, идем?

Ниелан действительно прекрасно танцевал, в его руках Аленка вдруг почувствовала себя легкой, невесомой. Она кружилась в танце, отдаваясь чувственному ритму незнакомой мелодии.

– А вы говорили, что не умеете танцевать – промурлыкал ей на ухо эльф, поймав в объятия после очередного па. Девушка благодарно улыбнулась в ответ и откинула голову на плечо партнера.

– Спасибо, Ниелан.

– Называйте меня Ний, и давай перейдем на «ты», а то меня от этого этикета уже воротит,

– Давай. Только и ты тогда называй меня Аленой. Или Али…

Они протанцевали еще несколько танцев, а потом Ний, прихватив со стола бутылку с вином и пару бокалов, повел Аленку в парк, который находился позади королевского дворца.

С небольшой полянки, закрытой с трех сторон плотными зарослями кустарника открывался прекрасный вид на пруд, залитый лунным светом, эльф разлил в бокалы темное ароматное вино:

– За тебя, Али, за твою новую жизнь, за то, чтобы у тебя все было хорошо.

– Спасибо, Ний. Знаешь, не считая короля Артиана, ты первый, кто заговорил со мной нормально, без презрения и спеси.

– А, не обращай внимания, эти Кэй-ри все такие, изображают из себя чистокровных снобов, а на самом деле они просто не умеют перемещаться между мирами и общение с другими расами для них недоступно. Но признаться в этом – ниже их достоинства, как же, они ведь Кэй-ри!

– Подожди, подожди, кто такие Кэй-ри?

– Эльфы Земли, что живут в этом самом Южном королевстве, а ты сегодня вышла замуж за принца Кэй-ри.

– А при чем тут другие расы и перемещение между мирами?

– Видишь ли, Йалли, Эйлины, Дайкри – три другие эльфийские расы, владеют силами, которые позволяют им перемещаться в пространстве и путешествовать между мирами, поэтому мы совершенно свободно общаемся с представителями любых других народов. Некоторые из нас подолгу живут в иных мирах, заводят там семьи, растят детей. А Кэй-ри – они привязаны к земле, к этому миру, к Иллиарде, поэтому, естественно с другими народами никогда не общались, а чтобы скрыть свою «ущербность» они придумали миф о том, что Кэй-ри «самые-самые», все остальные рядом с ними и стоять недостойны, а уж тем более, представители других рас и народов.

– Так, постой, а здесь что, нет людей, или там гномов, оркорв?

– Иллиарда – закрытый мир. На Иллиарде живут только эльфы. Ты первый человек, который попал в наш мир.

– Но, вы же путешествуете по другим мирам, почему вы не приведете сюда хотя бы, тех же, людей?

– Во-первых, это запрещено Конвенцией Четырех, сам – иди, гуляй где хочешь, а Иллиарда – только для эльфов, а во-вторых, когда наши предки создавали Иллиарду они поставили вокруг нее Стену, щит, который убивает существо любой другой расы, кроме четырех Изначальных, при попытке перемещения.

– То есть, как создавали? Как можно создать целый мир?

Ний развел руками:

– Как-то можно, когда на «Конвенте Изначальных» было принято решение о создании Иллиарды, наши четыре народа находились на грани исчезновения, войны, смешанные браки, нерегулируемая миграция в другие миры, все это привело к тому, что чистой крови почти не осталось, а это грозило катастрофой вселенского масштаба. Я не знаю в чем точно там причина, как-то недосуг было изучать историю, но эти народы являются гарантами равновесия и стабильности во всех мирах. Так что нашим предкам пришлось поднапрячься и создать искусственный мир, в котором и стали возрождаться четыре изначальные эльфийские расы.

Аленка сделала глоток и уставилась на черную гладь пруда:

– Если Кэй-ри – земляные черви, ой, прости, эльфы, Йалли – воздушные, Эйлины – водяные, то Дайкри, получается, огненные?

– Да, Огневики, Западное королевство.

– А они тоже выглядят так…экзотично?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, там, крылья, перья, хвосты

Ний расхохотался:

– Ты как скажешь… Экзотично… Хвосты… Ой, расскажу Рею, вот уж повеселимся.

Аленка надулась:

– Ничего смешного, не забывай, что я в вашем мире еще и дня не прожила.

– Извини, я не хотел тебя обидеть, просто представил своего друга Рея с хвостом. Я тебя завтра с ним познакомлю. Отличный парень, тебе понравится.

Ний долил в бокалы вино:

– За друзей!

Они молча сидели, любуясь лунными бликами на водной ряби, и слушали трели какой-то ночной птицы. Вдруг, откуда-то слева, раздался заливистый женский смех, и на полянку выбежали три обнаженные фигуры. Двух девушек Аленка видела впервые, а вот третья, вернее третий, ей был очень хорошо знаком. Ее свежеобретенный супруг собственной персоной. Не замечая, присутствующих на поляне Ния и Али, троица, поплескавшись в воде, самозабвенно занялась любовью.

«Вот козел, кобель эльфийский, траходром он тут устроил, подойти, что ли и крапивой по заднице огреть. Интересно, у них тут есть крапива?» – думала Аленка слушая страстные стоны и крики раздающиеся над поляной. Наконец любовники угомонились и, искупавшись напоследок, убежали прочь.

Ний первым нарушил тягостное молчание:

– Извини, Алена, но откуда в тебе такая злость?

– Злость? Откуда ты… Ты что, мысли читаешь?

– О, нет, что ты, я мысли читать не умею, этот дар передается в нашем роду только наследнику престола. Я всего лишь чувствую твои эмоции и могу, иногда их немного изменять.

– Значит, тогда, на площади, ты просто изменил мои эмоции?

– Ну, в общем – то, да.

– А зачем?

Ний пожал плечами:

– Ты мне сразу понравилась, захотелось познакомиться поближе, а когда я подошел, то от тебя исходила такая боль, обида, грусть, что мне пришлось немного подкорректировать твое настроение, чтобы можно было спокойно поговорить.

Аленка серьезно посмотрела на эльфа:

– Спасибо тебе за это, Ний. Знаешь, если бы ты не подошел, я бы устроила безобразную истерику, вот тогда меня не только Кэй-ри, но и все остальные презирать бы стали. Что это за принцесса, устраивающая истерики на людях. А сейчас, я злюсь из-за того, что это мой так называемый муж должен был сейчас сидеть рядом со мной и рассказывать все то, о чем говоришь ты… – Аленка нервно махнула рукой.

– И это тебя он должен был сейчас ласкать в постели в первую брачную ночь. – закончил Ний недоговоренную Али фразу.

– Это не важно!

– Может и не важно, но от этого не менее обидно…

И Аленка не выдержала, уткнувшись носом в колени, она разрыдалась.

– Ну, что ты, Алена, не плачь, не стоит он твоих слез. – Ний гладил девушку по голове

– Ты ничего не понимаешь, – сквозь слезы с трудом проговорила Аленка. – Я его пять лет ждала, верила в сказку, в чудо. А тут…

И Аленка зарыдала еще горше.

Глава 4

Я тебя предупреждал?

Предупреждал. Она твоя.

Но потом не жалуйся. Назад не возьму.

Даже с подарками. Подарки возьму, а ее нет.

(с) Павел Шумил

Ний обнял девушку и притянул к себе, она прижалась лбом к его бархатному жилету, все еще продолжая всхлипывать.

– А откуда ты знала, что это будет именно Мил? – спросил эльф девушку, когда она немного успокоилась.

– Я видела сон, каждое полнолуние, почти пять лет…

– Пять лет – это сколько?

– Я не знаю, как вы тут время измеряете, у нас один месяц – приблизительно тридцать дней, а двенадцать месяцев – год.

– Тридцать дней – это один лунный цикл?

– Ну, можно сказать и так.

– Надо же, как все совпадает…

– Что совпадает?

– Примерно шестьдесят лун назад Мил получил от Оракула предсказание, про то, что он должен жениться на девушке из другого мира.

Аленка подняла зареванную мордашку:

– Так вот почему он на мне женился…

– Да, от судьбы не убежишь. Если Оракул произнес свое предсказание, то оно должно быть выполнено в точности. А иначе…

– Что, иначе…

– Достоверно никто не знает, еще никому не приходило в голову ослушаться Оракула, или попытаться изменить предсказанное. Но в старых книгах упоминается, что ослушавшегося ждут страшные кары и беды. Так что, если честно, я Милиану не завидую…

– А что это было за предсказание, ты знаешь? Можешь мне рассказать?

– Еще бы, я же с ним ходил…

* * *

– Милиан! Я устал от твоих выходок! Ты ведешь себя как озабоченный подросток! Сколько можно портить девушек! Это в последний раз я плачу отступные! В следующий раз я женю тебя на той несчастной, которую ты обесчестишь! Все! Хватит! Ты наследник престола!

Король Артиан рвал и метал, его единственный сын, надежда и опора всего королевства, оказался безответственным оболтусом. И куда только смотрели воспитатели! Ну, как можно доверить управление державой мальчишке, который думает лишь о развлечениях и девушках. Нет, видать, старому королю отдохнуть придется только после смерти…

Принц стоял, опустив голову, старательно изображая раскаяние. Ну, как же отец не понимает, что он не виноват, ну, почти не виноват, в том, что случилось. И раньше в подобных ситуациях принц Милиан виноватым себя не считал. Это все дуры девки, у которых от одного вида короны на его голове и корсажи сами расстегиваются, и юбки задираются. Им же не объяснишь, что жениться ни на одной из них он не собирается, каждая, почему-то, уверена, что если переспит с принцем, то на следующее утро проснется королевой. Вот и предлагают себя наперебой. А кто он такой, чтобы отказываться от того, что ему само в постель прыгает?

Только вот спросить принца, нужна ли ему такая жена, ни одна из этих легкомысленных алчных эльфиек не удосужилась.

Они сидели в увитой виноградом и цветами беседке, и пили вино:

– Мил, а может и вправду стоит угомониться, женись, порадуй старика, а потом мотайся в Аррад к Салему, сам знаешь, Йалли гораздо менее обременены нравственными предрассудками. Ты как, Салем, готов познакомить Мила с парочкой северных эльфиек без комплексов? – утешал друга Ниелан.

Салем, старший принц Северного королевства криво ухмыльнулся:

– Я готов познакомить его со всеми девушками своего королевства.

– Ты только не забывай, что покидать пределы дворца Мил, после свадьбы, сможет только с согласия своей супруги, а где ты найдешь настолько глупую эльфийку, которая позволит своему благоверному каждый день шляться в Аррад? Можно подумать, никто не знает, что ваша столица – это один сплошной бордель. – Айлан, старший брат Ния, откинул за спину длинную прядь изумрудных волос и приобнял сидящую рядом с ним принцессу Кэриану:

– Ты как, малышка, не против хорошо провести время с парочкой наследных принцев?

Крылатая принцесса вывернулась, и содержимое ее кубка оказалось на голове у незадачливого ловеласа.

– Попридержи язык, Ай, а то в следующий раз я вместо вина вылью тебе на голову банку краски, и будешь ты первым рыжим «водником» на Иллиарде.

– Нечего ржать! – Айлан зло посмотрел на заливающихся смехом Салема, Йоса, Рея и на усиленно кашляющего Ниелана. – Ний, немедленно принеси мне сухую рубашку, и прекрати кашлять, я и так знаю, что ты смеешься. Ний!

Пряча улыбку, младший брат перепрыгнул через обрешетку беседки и побежал в сторону дворца. Когда он вернулся с чистой одеждой, то компания опять потешалась, в этот раз над Милианом.

– Что интересного я пропустил? – спросил Ниелан у присутствующих.

– О, Милу пришла в голову гениальная идея, как избежать брака со случайной девицей. – вытирая выступившие на глазах слезы пояснил Рей, – Он решил отправиться к Оракулу.

Ний недоуменно уставился на друга и спросил полушепотом:

– Ты серьезно? Но это же необратимо.

– Зато надежно, никто не посмеет перечить слову Оракула.

– А если он тебе скажет, что жениться ты должен на следующий день?

– Не скажет. А если и скажет, я готов рискнуть, в крайнем случае, действительно стребую от жены разрешение на постоянное посещение Аррада. По крайней мере, точно буду знать, сколько мне осталось, и избавлюсь от нотаций папаши.

– Зря ты так, Мил, он ведь действительно тебя любит, и заботится о тебе.

– Надо было жениться еще раз и наплодить побольше наследников, тогда бы у него было больше объектов для приложения своей любви.

– Прекрати, Мил. Ты не прав, и знаешь это.

– Знаю, просто устал от всего. Ты не представляешь, каково это быть единственным ребенком в королевской семье. Да еще и расти без матери.

– Не представляю. А тебе никогда не приходило в голову, что твой отец не женился во второй раз только из-за тебя?

– С чего бы это?

– А с того, мой дорогой друг, что не хотел, чтобы ты чувствовал себя чужим в своем собственном доме, ведь случись ему жениться, неизбежно родились бы дети, и он бы любил их.

– Ну и что?

– А то, что у этих детей была бы еще и мать, которая тоже любила их, но вот вряд ли любила бы тебя. А там, глядишь, и нашептала бы твоему отцу, что ты не самый достойный наследник престола.

Милиан вздохнул:

– Ты прав, Ний. Но я все равно хочу пойти к Оракулу. Ты пойдешь со мной?

– Что за вопрос!

– О чем шепчемся? – Риенальд, принц Дайкирийский, выпрыгнул из-за плеча Милиана, как чертик из табакерки.

– Да, вот собираем группу поддержки для похода к Оракулу. – Ниелан взъерошил свои тщательно уложенные волосы. – Ты как, с нами?

– Ха, когда это я отказывался от хороших приключений! Когда идем?

– Думаю, завтра с утра. – Мил устало провел руками по щекам. – Ты сможешь открыть телепорт в Средиземье, Рей?

В ответ Риенальд только фыркнул и мотнул головой, отчего его алые с черными кончиками волосы взвились вокруг головы пламенным вихрем.

– Вот и договорились. Встречаемся здесь на рассвете.

Средиземье встретило их резким холодным ветром и острыми каплями ледяного дождя.

– Ты знаешь куда идти, Рей? – Милиан старался перекричать завывания ветра и гул штормовых волн.

Риенальд кивнул и указал рукой на скалистую гряду в центре острова. Шли молча, стараясь удержаться на скользких камнях, внезапно они словно перешли невидимую границу. Ветер и дождь стихли, вокруг стояла абсолютная и оттого еще более зловещая тишина.

– Что это такое, Рей? – Ниелан невольно поежился

– Мы подошли к Обители. Это центр Мира. Средоточение сил. Здесь они все нейтрализуют сами себя. Именно поэтому открыть телепорт прямо к Оракулу невозможно. Здесь не действует никакая магия. А теперь смотрите внимательно, не пропустите вход в пещеру.

Даже если бы и захотели, то пропустить этот вход они бы не смогли. Огромная пещера зияла черной пастью входа на светло-сером камне скалы. Внутри, вдалеке мерцал огонек, приглашая зайти.

В самой пещере тишина казалась еще более плотной, почти осязаемой, они шли по длинному коридору и с каждым шагом вокруг них загорались сотни крохотных ярких искорок, освещая путь. Коридор закончился внезапно, и они оказались в небольшой пещере, залитой мягким, струящимся светом, посреди нее, на высоком каменном постаменте, накрытом золотистым мехом какого-то неизвестного животного, укрывшись покрывалом из собственных длинных каштановых волос, спала маленькая обнаженная девушка.

От неожиданности парни остановились:

– Это что? Оракул? – потрясенно спросил Милиан.

– Выходит, что да… – удивленно почесал макушку Рей.

Девушка на постаменте зашевелилась, потянулась и открыла золотые, с алыми искорками глаза:

– Я ждала тебя, принц Милиан, подойди ко мне!

Мил подошел к постаменту, на котором сидела Оракул. Девушка положила ему на лоб свои ладошки и заговорила звонким, ясным голосом.

– Через пятьдесят восемь луностояний, в день, последующий за полнолунием, выйдешь ты на Поляну Встреч. Из серебристого тумана выйдет Дитя Четырех Стихий, та, что предназначена тебе. Ты обвенчаешься с ней в тот же день, полюби ее, она твоя судьба и судьба всего вашего рода. Когда познает она тебя как мужчину, проснется в ней древняя сила, которая откроет эльфам Земли путь в иные миры. А когда станет ваша любовь взаимной, ты зачнешь ей дитя, и дитя это освободит Иллиарду от Стены, и принесет благоденствие всем эльфийским мирам. Иди, Милиан, и помни, ты должен полюбить, полюбить всем сердцем.

Оракул убрала руки от Мила, снова свернулась калачиком на своей шкуре и уснула. Парни в растерянности постояли еще насколько минут, а потом молча направились к выходу.

– И что все это значит? Кто-нибудь может мне объяснить? – Милиан обвел глазами всех присутствующих.

Сегодня заседали в беседке практически в том же составе, что и вчера, исключая Айлана, которого срочно вызвал отец, но зато включая принцессу Инниану.

– Это значит, Мил, что у тебя осталось пятьдесят восемь лун на то, чтобы перетрахать всех девок в округе. – Хохотнул Салем.

– Мне не до шуток, Сэм, ты же сам понимаешь, что «Серебристый туман» означает переход между мирами, а это в принципе невозможно на территории нашего королевства. Да и еще это «Дитя Четырех Стихий». Все знают, что у двух различных видов Изначальных детей быть не может, а уж, чтобы все четыре…

– Не парься, Мил, когда придет время, ты сам все поймешь. Откроется телепорт, выйдет оттуда миленькая эльфиечка, ты ее полюбишь, она родит тебе сына, или дочку, и все будет в порядке. Представляешь, скольких эльфов ты сможешь сделать счастливыми? Все те, кто сейчас вынуждены жить в иных мирах, потому что у них там семьи, дети, а привести их на Иллиарду они не могут, наконец-то вернуться домой. Главное переспать с ней вовремя. И качественно! – Йос плеснул в свой бокал вина и отсалютовал Милиану.

– Нет, Йос, ты не прав, – вступила в разговор, молчавшая до сих пор Инниана, – тут главное слово – «Любовь».

– Женщины, – фыркнул Салем. – Вам бы все о любви болтать и сопли размазывать.

– Сопли тут ни при чем, Сэм. – Инниана бросила на брата сердитый взгляд. – Если она действительно будет «Дитя Четырех Стихий», то представляете, какой набор способностей и возможностей в ней заложены? Ты хоть понимаешь, Мил, что обмануть свою жену ты не сможешь, и что ребенок у вас родится только тогда, когда любить вы будете, друг друга взаимно, причем до беспамятства, а любая твоя измена, по неосторожности, или по глупости, может стоить ей жизни, если она будет к тому времени любить тебя, так что влип ты Мил, по самые кончики ушей.

Милиан и сам понимал, что «влип», как выразилась Инниана, единственной его надеждой было то, что из телепорта выйдет действительно эльфийка красоты небывалой, и все его прежние увлечения просто померкнут в сравнении с ней.

* * *

– А тут, из серебряного тумана вышла «человечка», непонятно кто, без роду, без племени, нечто презренное и ничтожное – Аленка вздохнула и сильнее прижалась к груди Ния.

– Спасибо тебе. Я, кажется, говорю это в тысячный раз за сегодня. – Аленка невесело усмехнулась. – Я не дитя каких-то там стихий, я просто человеческая девушка, и никогда не полюблю принца. Хотя бы потому, что не могу любить того, кто меня презирает и ненавидит.

Ний обнял девушку, чувствуя, как она дрожит от всего, что услышала, а может от ночной прохлады.

– Давай, я провожу тебя в твою комнату, а завтра решим, что со всем этим делать.