Текст книги "Подходящие условия для выживания 1 (СИ)"
Автор книги: Сергей Косов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 20 страниц)
Договориться оказалось легко, причём сумма аренды оказалась более чем скромной. Поначалу Жанат вообще не хотел с меня деньги брать, но я настоял. Не стоит товарищеские отношения смешивать с делами. Плюс мне нужна полная приватность и закрытая изнутри дверь.
Иначе получится так, что сначала начнут заходить непонятные типы “чисто на-посмотреть”, потому что “им разрешили”. Потом начнут лезть с непрошенными советами и задавать дурацкие вопросы. А там, оглянуться не успеешь, как тебе “чисто по-дружески” на шею сядут. Ещё и тренером по фитнесу начнёшь подрабатывать, забесплатно. Нафиг-нафиг, плавали, знаем.
Следующим шагом был заказ в одном из сетевых маркетплейсов хорошей спортивной одежды и влаговпитывающего белья. Мой недавний опыт показал, что это такой вопрос, пренебрегать которым никак не стоит. Душа в арендованном зале не было, поэтому после тренировки придётся мчаться домой, не переодеваясь. Вроде и невелико расстояние, но по зиме или весне простуду зацепить на распаренное тело – как нефиг делать. Не мальчик, поди.
После деловых звонков позвонил родным и знакомым, чтобы не теряли меня и не воображали себе чего лишнего. Короче говоря, расчистил “площадку” для дальнейших занятий, чтобы больше не отвлекаться на всякое.
Для того, чтобы открыть “третий глаз” (это я про тот, что во лбу, если кому непонятно) решил немного схитрить и задействовать умение, которое до сих пор невостребованным пылилось в куцем списке моих прочих “талантов”. Называлось оно просто и незатейливо – Аутотренинг. Одно время под влиянием сестры я усиленно им занимался и даже достиг кое-какого прогресса, но потом забросил по причине лени и регулярных пьянок. Однако Система тот мой прошлый опыт учла и переконвертировала в умение. Теперь, вот, думаю, пригодится.
Справку по этому умению Система мне предоставить не удосужилась. Похоже, это касалось тех атрибутов, которые были переконвертированы в системные из нашего с Диком “багажа знаний”. Для активации оно требовало единички Разума и никак заранее не настраивалось.
После того, как я перетащил его в слот быстрого доступа и активировал, передо мной выпал коротенький список, состоящий всего из двух пунктов:
1. Восприятие
2. Память
В принципе, очень даже неплохо! Да что там “неплохо”, просто великолепно! Мне всё больше и больше нравилось работать с Системой, и я уже не жалел о том моменте, когда моя тихая, спокойная жизнь совершила очередной крутой поворот. Именно тогда, когда я уже и думать не думал ни о каких глобальных переменах.
После нажатия на пункт “Восприятие” следующий выпадающий список был несколько подлинней:
1. Зрение
2. Слух
3. Осязание
4. Обоняние
5. Вкус
6. Третий глаз
Наверное, с минуту или больше я просто сидел, тихо офигевал и глупо таращился на шесть, светящихся синим неоном, незатейливых строк. В голове тупым рефреном крутились начальная строфа из крыловского бессмертного:
Навозну кучу разрывая,
Петух нашел жемчужное зерно…
Не зря, эх не зря Система так усиленно мне намекала и чуть ли не пинками подталкивала в сторону статической медитации! И чего, баран, упирался?
Впрочем, я задумался, всё, что ни делается, всё к лучшему. Не будь я столь непробиваемо упёртым, не было бы у меня сейчас такого классного навыка, как Тайцзи-цюань, который Стиль Янович. Самостоятельно заработанного, потом и нервами выстраданного. И далеко не лишних ста “осок” тоже не было бы. Так что, к чёрту сомнения и сожаления! Пора смотреть на мир новым взглядом!
Я выбрал шестой пункт, заплатив за активацию ещё двумя очками Разума, и мир передо мной расцвёл яркими, невиданными ранее красками.
“Так вот ты, сука, какая – энергетическая картина мира”, подумал я, внимательно разглядывая открывшееся перед моим внутренним взором зрелище.
***
«Третий глаз» и энергетическая картина мира:
Глава 11
Пользователь: Дик Стик
Локация: система UK-404
Системный статус: Субъект 1
Дней в Системе: 1
Локальное время: 00:05
Время до Синхронизации 2: 24:45
Разговор с Димом произвёл на Дика двойственное впечатление. С одной стороны, он не мог не восхищаться этим несгибаемым стариканом, который походя, решая какие-то свои суетные, сиюминутные проблемки, умудрялся творить нечто поистине непостижимое и даже можно сказать эпохальное. С другой, его напарник был невероятно вредным, себялюбивым эгоистом, олицетворяя собой типичного мелкого буржуа в том виде, в каком его обычно представлял себе Дик.
Иначе говоря, тут было реально всё, как в той поговорке: “Это хорошо с одной стороны, но хрен вам сзади – с другой стороны”.
Отношение к “буржуинам” в Федерации было… сложным. Их не любили, порой ненавидели и по большей части презирали. С ними воевали и торговали, заключали сделки и временные союзы, обменивались технологиями и засылали шпионов. Либеральная пропаганда в Федерации особого успеха не имела. Граждане, живя по принципу “от каждого по способности, каждому по труду”, зарабатывали вполне достаточно, чтобы позволить себе если не всё, то очень многое из того, о чём даже мечтать не мог вполне себе успешный Вас или Ник где-нибудь в Империи или Союзе Независимых Демократий.
Радикализм молодости ещё не до конца выветрился из головы юноши, поэтому его отношение к капиталистам было, скажем так, сильно отрицательным. Пожалуй, больше них он ненавидел только работорговцев и пиратов.
Но ненавидеть вот этого конкретного типичного представителя буржуазии он… не мог. Более того, за те сутки*, что прошли с момента их знакомства, он ни разу не пожалел о том, что звёзды соединили их в единый экипаж и направили по своему бесконечному пути. Какому? Он ещё не знал. Однако, каков бы ни был этот путь, скучать с таким попутчиком ему на нём точно не придётся.
Дик ухмыльнулся своим мыслям и в отличном настроении соскочил с нормальной, человеческой койки, на которой встречал первую в своей жизни Синхронизацию.
Модифицированное под новый навык тело двигалось легко и плавно. Скользило с такой текучей пластикой и грацией, каких он не смог бы достичь никогда в жизни, даже занимайся в лучших спортивных центрах под руководством опытнейших тренеров. Это новое смертоносное боевое искусство, небрежно замаскированное под лечебную гимнастику, было словно специально создано под условия космоса и пониженной гравитации. Юноша как будто парил над полом, легко перетекая из стойки в стойку, сопровождая свои перемещения плавными, но мощными, толчками и ударами.
Вволю “натанцевавшись”, Дик сознательным усилием заставил себя вернуться к текущим делам.
На повестке дня стояли два простых, но от того не становящихся менее значимыми, вопроса: его личная безопасность и безопасность базы.
Шли вторые сутки его невольного заточения на окраине системы. В течение этого времени он не спал, почти не отдыхал, как попало питался и постоянно был чем-то занят. Усталость ещё не успела заявить о себе в полный рост, но парень постоянно ловил её недвусмысленные намёки: то в едва заметной расфокусированности зрения, то в лёгком подрагивании пальцев, то в невозможности полностью сконцентрироваться на выполняемой задаче. Необходимо было что-то решать, и решать – быстро.
Легко сломив вялое сопротивление мятежной искины, он, при деятельном участии своего нового полукриминального админа, полностью перепрограммировал её логические блоки на безусловное подчинение непосредственно себе и никому более. Честно говоря, такое насилие над искусственным разумом в Федерации очень сильно не одобрялось и допускалось только в исключительных случаях, когда на кону буквально стоял вопрос жизни и смерти гражданина. Впрочем, дойди дело до суда, Дик не сомневался, что с лёгкостью докажет свою правоту в этой ситуации.
После этого он предпринял вылазку в точку, где, по его предположениям, находился корпус стелс-корвета Федерации. С помощью буксира, который когда-то именно для таких целей и создавался, он перетащил искорёженную и внешне ни к чему не пригодную груду хлама на “свою” станцию. А уже там за эту кучу железа взялись бригады ремдронов под руководством неугомонного Баклана.
Волей-неволей, но парень всё же приступил к той работе в Отстойнике, которую они с Чаром вообще-то так и так планировали делать. А именно: курочить старые обломки и добывать из них всё более-менее ценное на продажу.
И, первая удача, маскировочный модуль в прибуксированных обломках действительно был – и даже почти неповреждённый. Вторая удача заключалась в том, что повреждения получил только блок питания – довольно стандартный и легко заменяемый элемент. При этом самые важные узлы – блоки программной настройки и управления, а также полевой эмиттер, – были в полном порядке.
Дика слегка удивил тот факт, что совершенно секретный разведывательный корабль, которого, по идее, никак не могло быть не только на этой свалке, но и вообще в пределах нескольких гиперпереходов, умудрился пройти Сортировку. Но, по зрелому размышлению, он списал это на присущую любой человеческой деятельности халатность и поху…, невнимательность, конечно.
Отвлёкся, скажем, оператор сканирующей камеры, который только и принимает решения о судьбе поступивших на Сортпункт обломков, на что-то, по его мнению, более важное и нужное, а равнодушная автоматика, не получив стоп-сигнала, отправила внешне никуда не годную железяку дальше по этапу. И Дику было совершенно безразлично, на что именно этот оператор отвлёкся – крутил ли флирт с только что прибывшей на практику девушкой-стажёркой или просто пошёл отлить. Главное, что теперь как сам вожделенный модуль, так и весь этот корабль, были в полном его распоряжении.
Но счастливые находки не ограничились одним только маскировочным модулем. Дроны продолжали таскать на склад всё, так или иначе представляющее интерес, и от перечня найденного у Дика в душе начали зарождаться нехорошие подозрения. А так ли случайна была выбранная им с Чаром точка? Или за её выбором скрывался чей-то тщательно продуманный, хитроумный план?
Чего, например, стоило упоминание о трёх комплектах совершенно новой стелс-брони “Хищник” в заводской упаковке? Для чего они нужны на стелс-корвете, догадаться было несложно. Но, как правило, такие “костюмы” являлись частью личной боевой экипировки членов экипажа, который, судя по всему, погиб в полном составе. Оставлять броню не распакованной в боевом вылете – а судя по состоянию корпуса и двигателей, вылет был именно боевой, – могло означать лишь одно: эти предметы вовсе не предполагались к использованию экипажем и их куда-то намеренно и целенаправленно перемещали.
То же самое можно было сказать и о новейших комплектах вооружения, боеприпасах к ним, мобильных модулях индивидуальной маскировки и разведки, средствах дальней связи, минных комплексах и о многом другом. Всё новое, упакованное в особо прочные, практически неразрушимые, контейнеры. И, что самое важное, всё это богатство было произведено в государствах, являющихся прямыми противниками Федерации.
Особый интерес представлял собой запечатанный в отдельный контейнер обучающий блок-модуль и прилагающийся к нему набор даже не “базиков”, а полноценных “комплексов”. У Дика чуть челюсть на пол не упала, когда он читал “сопроводиловку: “Диверсионная деятельность”, “Террористические операции”, “Тайные операции”, “Работа под прикрытием” и ещё несколько им подобных, но попроще.
На ум сразу приходили мысли о шпионах, заговорах, деятельности разведки и контрразведки и прочих играх плаща и кинжала. Вляпываться во всё это дерьмо Дик не желал категорически. Прежде всего потому, что свидетели подобной деятельности как правило живут недолго, а, зачастую, и очень мучительно недолго.
Однако, фарш невозможно провернуть назад. Стоило признать, что он уже вляпался, и теперь стоило подумать, как с наименьшими потерями из всей этой ситуации выляпываться.
Тем не менее, было во всём этом непроглядном “царстве мрака” и своё светлое пятно. Например, прямо сейчас Дик рассекал по своей собственной базе в новенькой, с иголочки, стелс-броне производства компании TI-CORP и, с учётом имевшегося у него Покрова, мог больше не особо переживать по поводу своей незаметности. Да что там, он даже мог позволить себе пойти и полноценно выспаться, не особо парясь по поводу появления гипотетической разведки Роя в ближайших окрестностях. Впрочем, по поводу полноценного сна – это он, пожалуй, загнул, но покемарить пару-тройку часиков было вполне реально.
То же касалось и найденного им маскировочного модуля с корвета, который в данный момент трудолюбивые ремдроиды, под присмотром вездесущего Баклана, аккуратно монтировали в Центре управления базой. Сам же искин с уголовными наклонностями тщательно шерстил блок управления этим модулем на предмет закладок и прочих сюрпризов, которых просто не могло там не быть по определению. Люди, которые придумали весь этот план с “искуроченным” кораблём-обманкой, просто не могли не быть параноиками. Единственное, чего они не могли предусмотреть в своём плане, так это внезапной атаки Роя на систему C-R0-TA и гибели Чара.
Впрочем, как с недавних пор подозревал юноша, “где-то там в далёких далях” его бывший старший товарищ откликался совсем на другое имя. И уж совершенно точно никогда не был отставным старшиной космодесанта, каким представился ему при первом знакомстве. Скорее всего на его парадном нагрудном шевроне** красовалась далеко не одна четырёхлучевая звезда. И далеко не факт, что эти звёзды были маленькими.
Дик никогда не был моралистом и не имел ничего против деятельности разведки и контрразведки собственного государства. Скорее наоборот, будучи патриотом, он всячески приветствовал удачные действия “рыцарей плаща и кинжала” Федерации, сведения о которых нет-нет, да и просачивались в открытый доступ. Однако во всём этом деле его смущала собственная роль, которую отвёл ему хитроумный старший товарищ. И чем больше он об этом размышлял, тем меньше эта роль ему нравилась.
Первое, и самое очевидное, что приходило на ум, это – подстава. Но и подстава подставе рознь. Одна может окончиться одобрительным похлопыванием по плечу и, даже, чем Бездна не шутит, предложением продолжить свою деятельность в тайных, но от того не менее доблестных, рядах “теневого флота”. А другая – “убедительным доказательством очередной вероломной попытки врага” и… щерящимся в космос разбитым забралом очередного неопознанного скафа в Отстойнике. Тут, как говорится, лучше заранее принять меры, чтобы, по возможности, достойно отказаться от первого и максимально исключить вероятность наступления совершенно несъедобного второго.
Как оказалось, сезону сюрпризов было ещё далеко до своего завершения. Размышления Дика были прерваны вызовом Баклана, который как-то совершенно незаметно и естественно стал его “правой рукой”, потеснив с пьедестала “предательницу” Искру.
– Шеф, чё за суета, в натуре? Перетереть бы с тобой с глазу на глаз за пару тем, – обратился он к парню в своей привычной полублатной манере.
– Говори, – спокойно откликнулся тот.
– Первая заморочка, отвечаю, капец тёмная. Нам чё, в натуре эти гнилые яблоки на общак катить не западло?
– Если ты про мины, то не вижу проблем. Они в контейнерах не особо опасны. С чего бы ты, дружище, так перевозбудился?
– Мины, – пренебрежительно фыркнул искин, – Кабы бы базар шёл чиста за эти тарелки, я бы конкретно обломался под такое гнилое мазаться. Речь за две ракеты “космос-космос” с барадиевыми боеголовками, с какими наш погрузчик весь из себя на цирлах до общака канает. Не, я в натуре за, чтобы конкретно так приподняться, Шеф, но барадий – это же зашквар голимый.
– Погоди, – пробормотал Дик, чувствуя, как от волнения взмокла спина, – Ты про какой барадий сейчас говоришь? Что за ракеты?
– Те самые, которыми ремонтники конкретно отоварились где-то в недрах этого троянского коня, – снизошёл до почти нормальной лексики искин, – Выковыряли, можно сказать, из чрева, хе-хе, и тут же оформили на склад. Им-то похрен, они тупые и безответственные. А мне не похрен, я натура чувствительная. И меня очень нервирует такое соседство.
– Так, – сказал Дик и с усилием потёр лицо. И ещё раз повторил, – Так… Помолчи-ка, Баклан. Дай подумать.
Головоломка потихоньку обрастала подробностями, и подробности эти не радовали. По своему воздействию барадий в несколько раз разрушительней оружейного плутония, но, при этом, не настолько радиоактивен, трансформируясь при взрыве практически полностью в чистую энергию. И стоит он просто каких-то нереально безумных, действительно космических денег.
Если Дик прав в своих догадках, а он, скорее всего прав, то одна только боеголовка такой ракеты по кредам*** выйдет почти как лёгкий разведывательный рейдер. Вполне возможно, что даже и с экипажем. А здесь ещё и сами носители, которые на чёрном рынке вполне можно загнать по цене корвета.
А ещё в Федерации за такой вот – “неучтённый” и готовый к применению – барадий сходу дают вышку. Терроризм, а, в особенности, космический терроризм, самая больная тема как минимум последних двух десятков лет. Отцы-основатели**** ни за что другое так не пекутся, как за собственную безопасность. А тут, считай, прямое покушение на основы государства.
Он покачал головой. Что же за безумие тут творится?
– Ладно, – сказал он после нескольких минут размышлений, – Какой там твой второй вопрос, Баклан? Только по человечески говори. Задолбала уже твоя феня.
– Вторая тема, бля буду, Шеф, по раскладам из первой пляшет. Мы с Искрой провели анализ этих кусков позорных, и, прикинь, что нарыли, в натуре. Короче, при большой хотелке, их как нефиг делать можно к нулю переточить.
– То есть все эти разрушения и убитые движки, по-вашему, можно вот так легко отремонтировать? – с сомнением спросил Дик.
– Фуфло это голимое, а не разрушения, – авторитетно заявил Баклан, – Тут главное, что силовой набор в порядке. Насчёт двигла – гнать не буду, тут мозгой скрипеть надо. Но вот что меня мает, Шеф. Скажи, а с какого такого перепугу у нас на базе тройной комплект ремдронов тусуется? Для какой такой надобности?
– Если честно, никогда об этом не задумывался, – признался Дик.
– Зато мы занозились, в натуре. И теперь нам отчётливо мнится, что это жу-жу явно неспроста. Знаешь, Шеф, не удивлюсь, если мы с тобой где-то неподалёку откопаем очень даже подходящие движки для этой бандуры. Сечёшь тему?
– Знаешь, Баклан, – медленно ответил Дик, – Сейчас мне, почему-то, тоже так кажется.
***
* Имеются в виду сутки Федерации, которые, напомню, в 1,45 раза длиннее, чем земные.
** В вооружённых силах Федерации отсутствуют погоны (даже на парадной форме). Вместо этого военнослужащие носят нагрудные круглые шевроны единого образца, на которых различными пиктограммами и прочими декоративными элементами отображается род войск и звание. Сделано это по причине необходимости размещения таких шевронов на скафах, боевой броне и пр.
*** Кред (не путать с буржуинским кредитом) – единая денежная единица Федерации. Изначально, при наличии собственных валют у субъектов Федерации, являлась аббревиатурой – КРЕД (конвертируемая расчетная единица). Впоследствии, после денежной реформы, слово приобрело самостоятельное значение. Как и в Казахстане (по факту), в Федерации нет “промежуточных” денег, типа копеек и пр. Кред в ней является единственной денежной единицей для любых расчётов – от бутылки газировки до звездолёта.
**** Отцы-основатели – суперкластер искинов, наблюдающих за соблюдением законности в Федерации. Так же, по умолчанию, выполняют функцию судебной ветви власти.
Ремонт корвета на базе Дика:
Ракета «космос-космос» с барадиевой боеголовкой:
Глава 12
Пользователь: Дик Стик
Локация: планета Земля
Системный статус: Субъект 2
Дней в Системе: 1
Локальное время: 21:04
Время до Синхронизации 2: 00:14
Я сидел на полу в позе полулотоса, выпрямив спину, полуприкрыв веки и сложив руки в так называемой “мудре”. Это когда кисти рук свободно лежат на коленях ладонями вверх, а большой и указательный палец соединены в кольцо. Не сказать, чтобы так я чувствовал какой-то особый прилив мудрости, но поза была вполне себе пафосная и соответствующая моменту.
Передо мной где-то на уровне груди парил крошечный, светящийся оранжевым, шарик, состоящий, вероятно, из чистой плазмы – просто никакого иного объяснения по поводу его природы у меня не было. Правда плазма эта была или не очень горячая, или очень хорошо изолированная, потому что жар этот плазмоид испускал вполне себе умеренный, можно даже сказать, приятный.
Впрочем, невзрачным это зрелище было только при попытке его рассмотреть невооружённым, так сказать, взглядом. А вот в энергетическом зрении шарик приобретал вид довольно упитанного, неспешно вращающегося в горизонтальной плоскости огненного цветка, со множеством полупрозрачных лепестков и прочими загадочно мерцающими пестиками и тычинками. Насколько я помнил курс школьной ботаники, любезно переконвертированный Системой в соответствующую базу, это был тот самый пресловутый “Огненный лотос”– символ мудрости, чистоты помыслов и ещё чего-то там. Впрочем, какое отношение к этому имела ботаника, я себе представлял слабо.
Мои медитации, на которые я плотно подсел (в прямом и переносном смысле), после открытия энергозрения, принесли дополнительную единичку в Контроль, который солидно так перевалил за тройку. И вот эта тройка открыла мне доступ к ранее скрытой вкладке с простым и незатейливым названием “Заклинания”. Не сказать, чтобы список доступных к изучению спеллов поражал воображение. Точнее сказать, совсем не поражал, потому что заклинание в нём числилось ровно одно, с довольно говорящим для знающего человека названием – “Искра”. Вот именно этот продукт ранней коммунистической пропаганды я в данный момент и демонстрировал своему напарнику.
“Впечатляет”, сказал Дик довольным тоном, “Прогресс для двух стандартных суток просто поразительный. А ты ещё мне не верил, когда я говорил про магию”.
“Так я до сих пор в неё не верю”, пожал я плечами, “С точки зрения Системы вся эта магия-шмагия – не более чем определённым образом структурированные материя, энергия и пространство. И вообще у нас есть неплохое выражение на этот счёт: “Мы называем магией всё, что неподвластно нашему разуму”. Я материалист, Дик, и в бога не верю. А магия – это именно про богов, оккультизм и прочие сансары с чакрами”.
“И тебя не убеждает даже этот огненный цветок, висящий прямо у тебя перед глазами?”, скептически хмыкнул мой напарник.
“Меня это убеждает лишь в том, что Система каким-то хитрым образом может заставить этот кусочек плазмы подчиняться моим хотелкам”, спокойно возразил я, “Мы не знаем, как и каким образом она это делает, и на каких физических законах и принципах это взаимодействие построено. Но это, опять же, возвращает нас к упомянутому мною изречению. Непонимание не говорит о невозможности, дружище, но лишь о твоей собственной ограниченности в данном конкретном вопросе”.
“Ладно, почти убедил”, усмехнулся Дик, “Я сейчас к себе, а потом вернусь, если ты не против”.
“С чего бы я вдруг стал против?”, изобразил я вежливое удивление, “Я тебе всегда рад. Среди моих знакомых ты – единственный человек, с которым без проблем можно обсудить Систему и всё, что с ней связано, не опасаясь последствий”.
“Аналогично, Дим”, улыбнулся Дик, и через неуловимый миг его присутствие перестало ощущаться.
Говоря о последствиях при обсуждении Системы и своих новых, полученных с её помощью, способностей, я нисколько не преувеличивал. Совершенно внезапно для себя, я столкнулся с неприятным фактом – невозможности поделиться с кем бы то ни было о том, что со мной приключилось. Вот вообще ни с кем! Ни с одним человеком!
Первый раз это случилось, когда я хотел выведать кое-какие нюансы медитации у своей сестры, той самой, что познакомила меня с миром тайцзи. Уже не помню, что мы тогда обсуждали, но в какой-то момент я вдруг поймал себя на мысли, что говорю совершенно не то, о чём пытался сказать. Попытки вывести разговор на нужную тему вновь не принесли результата. Создавалось впечатление, что в определённые моменты разговора, которые Система считала для себя небезопасными, мой язык начинал жить своей собственной, независимой от меня жизнью.
Дополнительные проверки с другими людьми привели к точно такому же результату. Любая попытка впрямую или косвенно коснуться запретной темы превращала меня в говорящую куклу-автомат, несущую всякую чушь.
Потом, похоже, Системе надоело тратить на меня своё далеко не бесконечное терпение, потому что после очередного неудачного эксперимента перед глазами выскочила следующая пачка сообщений:
“Попытка озвучить информацию, не подлежащую публичному разглашению!”.
“Пользователю Дик Стик выносится предупреждение”.
“Последующие попытки пользователя Дик Стик разгласить системную информацию будут пресекаться на системном уровне”.
Пытаться выяснить, каким именно образом Система будет пресекать и не пущать, я не собирался. Не пацан-пятилетка, чай, чтобы на прямой запрет искать десять хитрых обходных ходов, а в итоге один хрен получить ремнём по жопе.
Я прекратил медитацию и лёг на пол, вытянув руки вдоль тела. Вот-вот должна была начаться очередная Синхронизация.
Через несколько минут ощутил в своём разуме знакомое “шурудение” призрачной кочерги. В этот раз оно было гораздо более интенсивным, ощущалось болезненней и продолжалось гораздо дольше. Похоже Дик не только “залил” себе новые “базики”, о которых он однажды упоминал, но и каким-то образом сумел “убедить” Систему их сразу переконвертировать. В противном случае весь этот цирк с призрачными конями в голове я бы переживал в свою следующую Синхронизацию.
Вообще, насколько я понял, весь этот механизм слияния разумов не был чем-то обыденным в рамках Системы. Не удивлюсь, если наш с Диком случай вообще уникален, иначе с чего бы вдруг ей с нами так нянчиться?
По всему выходило, что синхронизируются у нас только те базы, умения и навыки, которые на этот момент уже считаются “системными”. Как, например, это случилось с тем самым пресловутым тайцзицюань. То есть, если бы Дик просто залил “базики” к себе в черепушку, в соответствии с их федеральным протоколом обучения, то Система их просто переконвертировала бы, но не синхронизировала со мной. И тогда я бы смог их получить только в процессе следующей Синхронизации. Но, раз они уже у меня, то значит он нашёл какой-то способ сделать их системными.
Вообще, временами я, без шуток, просто восхищался своим молодым партнёром. Иногда у меня создавалось впечатление, что он находится в пространстве Системы уже не первый год, настолько ловко и легко у него всё получалось.
Когда всё закончилось, я некоторое время неподвижно лежал на полу, вдыхая прохладный воздух сквозь стиснутые зубы. Всё же, что себе ни говори, как ни убеждай, но привыкнуть к этому невозможно. Может быть, когда-то настанет время, когда я более-менее спокойно начну воспринимать все эти “процедуры”. Но не сейчас. Точно не сейчас.
Чтобы отвлечься от неприятных мыслей, полез в бортжурнал почитать, чем же таким интересным поделился мой младший товарищ.
“Базовый комплекс “Диверсионная деятельность” расширен для Субъекта 2”.
“Базовый комплекс “Террористические операции” расширен для Субъекта 2”.
“Базовый комплекс “Тайные операции” расширен для Субъекта 2”.
“Базовый комплекс “Работа под прикрытием” расширен для Субъекта 2”.
Ох, ты ж, ядрёна Матрёна, какие любопытные знания заполучил мой юный напарник! Это что же за центр подготовки молодых шпионов у них там образовался? Или это его так новый искин, со смешным именем Баклан, натаскал? Не-не, сомневаюсь я что-то в способности полу-уголовных киберов преподавать настолько специфические предметы! Темнит что-то дружище Дик, ой темнит!
“Изучаешь новые приобретения?”, с усмешкой спросил меня знакомый голос, и тут же возникло знакомое ощущение присутствия его бесплотного силуэта за правым плечом.
“Скорее, я с них офигеваю”, честно признался я, “Колись, давай, откуда дровишки?”.
Дик рассказывал, дополняя свои слова воспоминаниями, которыми делился прямо по ходу повествования, а я слушал, воспринимал и оху…девал со всего того вселенского бардака, который творился у них на этой никому не нужной свалке металлолома. Прямо шпионские страсти какие-то, с заговорами галактического масштаба!
“Ну и что мы будем со всем этим делать?”, спросил я, когда он окончил наконец свой рассказ.
“Мы?”, переспросил он.
“Ну ясен перец, что не дедушка Ленин”, возмутился я, “Ему, вон, жалкое бревно десять тысяч народу тащить помогало, а у тебя кроме меня и нет никого. В одиночку ты этот воз не утянешь, даже не думай. Надорвёшься или пупок развяжется. А вместе поднатужимся, глядишь, и вытянем”.
“Спасибо, Дим!”, с чувством сказал он.
“Да ладно тебе”, отмахнулся я, “Ты, дружище, не забывай, что у нас с тобой одна Система на двоих. Мы теперь как та ниточка с иголочкой – куда ты, туда и я”.
“У нас так обычно влюблённые друг другу говорят”, хихикнул он.
“Не дождёшься!”, отрезал я.
Мы долго облегчённо хохотали, чувствуя, как вместе со смехом уходит нечто тёмное и холодное, что разделяло нас прежде, а вместо этого устанавливается какое-то новое, пока ещё тонкое и хрупкое, чувство взаимного доверия и симпатии. А потом замолчали как-то внезапно и вдруг.
“Ты откуда про Ленина знаешь?”, неожиданно спросил Дик, прерывая неловкое молчание, “Думал, у вас про него уже забыли все”.
“Кто ж про него не знает?”, усмехнулся я, “Живее всех живых. Я, вообще-то, дружище, был членом компартии в своё время. Уж кому, как не мне, про Ленина знать?”.
“А, это которая “Ум, честь и совесть нашей эпохи”? Читал-читал”, пробормотал он, “Ум, честь и совесть пропали, одни члены остались. Да и те – бывшие”.
“Этой шутке сто лет в обед”, пробурчал я, “Меня ею ещё мой друг Андрюха как-то подколол жёстко”.
“Хорошая шутка и через сто лет не заржавеет”, улыбнулся мой партнёр, “А насчёт того, что делать, давай подумаем. Я, вообще-то, планирую отремонтировать стелс-корвет и валить с этой свалки, пока наши там с Роем бодаются”.
“А сможешь отремонтировать?”, серьёзно спросил я, “У тебя ведь там не специализированная верфь для ремонта вот таких вот игрушек”.
“Вот тут я очень сильно рассчитываю на твою помощь, партнёр”, ответил Дик.
“Помогу чем смогу”, с готовностью откликнулся я, “Правда, не совсем понимаю, какую я тебе там пользу смогу принести. Если только “вторым пилотом” – вот тут ты можешь в любой момент на меня положиться”.
“Вторым пилотом – тоже немало”, возразил парень, “Но гораздо большую пользу ты можешь принести мне именно здесь”.
