Текст книги "На одном вдохе"

Автор книги: Сергей Зверев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Посматривая в бинокль, Маркос высунулся в окно и уточнил:

– Если они попытаются оказать вооруженное сопротивление – сразу открывайте огонь на поражение!

Старший охранник недоуменно оглянулся на хозяина.

– Да-да! – подтвердил тот. – Стреляйте и ни о чем не думайте! Все последствия я беру на себя.

Кивнув, охранник снова взял на прицел одного из пассажиров яхты.

С дистанции в пять кабельтовых Анджело заметил, как один из русских присел на опущенную купальную платформу, нацепил на ноги ласты, надвинул на лицо маску и, прихватив подводное ружье, ушел под воду.

Маркоса тотчас охватило беспокойство, подобное тому, какое он испытал бы, если бы наглый чужак влез в его роскошный коттедж и стал пытаться взломать секретный сейф с приличной суммой наличности и коллекцией золотых украшений супруги.

– Прибавь! – нервно приказал он капитану.

Катер пошел резвее.

На удалении три кабельтова Анджело умудрился рассмотреть качавшийся на волнах оранжевый буй. И это лишь усилило его негодование.

– Негодяй! – в сердцах отшвырнул он бинокль. – Наглый ублюдок!!

– Господин Маркос, может быть, русский ищет свою затонувшую яхту? – попытался успокоить хозяина капитан.

– На кой черт она ему сдалась?!

– Мало ли. Может, документы какие… Точно сказать не могу.

– Ну так помалкивай, если не можешь! – рявкнул бывший чиновник.

Катер с ходу подошел к яхте, развернулся и нагло тюкнулся корпусом о низкий белоснежный корпус.

– Эй, господа! А нельзя ли поаккуратнее? – возмутился по-английски Захарьин.

Не обращая внимания на его слова, «господа» в лице трех вооруженных филиппинцев перепрыгнули на борт яхты и схватили за руки ее единственного обитателя.

– В чем дело?! – повысил голос Глеб.

– Приветствую вас, – с ехидной улыбочкой обратился к нему Маркос. – Если не изменяет память, вы из России и ваша фамилия Захарьин?

Поморщившись, тот был вынужден кивнуть.

Неторопливо спустившись на кокпит, незваный гость заглянул в салон и, повернувшись к россиянину, поинтересовался:

– Сколько человек на борту?

– Я и мой товарищ.

– Проверь, – приказал Анджело старшему из телохранителей.

Двое парней продолжали висеть на руках Захарьина. Телохранитель стоял чуть поодаль и, держа наготове пистолет, не сводил с россиянина глаз. Старший охранник рванул в салон к ведущему на жилую палубу трапу.

Маркос тем временем приступил к допросу:

– Скажите, любезный, какого черта вы тут делаете?

– На каком основании вы нас задержали? – стоял на своем Захарьин. – И вообще… кто вы такие?

– Ты успел меня забыть?

– Разве мы встречались?

– Ну а как же, – посмеиваясь над «забывчивостью» россиянина, сказал Маркос. – Несколько лет назад я руководил операцией по поиску пропавшего военно-транспортного самолета.

– Ах вот вы о чем! Но почему я должен вас помнить? Зачем мне это?

– Ты, возможно, и не помнишь. Зато у меня с памятью все в порядке. Итак, ближе к делу. Я задал вполне конкретный вопрос: какого черта ты здесь делаешь?

– Я приезжаю сюда отдыхать каждый год. И если у вас хорошая память, то покопайтесь. Там вы отыщете мои ответы на все вопросы дознавателя.

Маркос надменно рассмеялся:

– Неужели тянет на одно и то же место, с точностью до сотни метров?!

– Разве это запрещено законодательством Республики Филиппины?

– Нет, не запрещено. Но твоя привычка носит странный характер.

– Я ответил на ваш вопрос. Теперь объясните, что вам нужно?

Анджело присел на диванчик кокпита, сунул руку в карман, но вспомнил, что оставил сигары на борту катера. Тогда он без ложной скромности подхватил со столика пачку «Hilton Platinum» и вытряхнул из нее сигарету.

Поднявшийся с жилой палубы охранник доложил:

– Чисто.

– Я уже понял это. Второй находится под водой, – усмехнулся бывший чиновник военного министерства. И, чиркнув зажигалкой, приказал: – Сделайте так, чтобы он поднялся!

Старший охранник метнулся на купальную платформу…

– Видишь ли, в твоих показаниях относительно пролетавшего самолета выяснилась одна неточность, – прищурившись подозрительно, сказал Маркос.

– Да?! – искренне удивился тот. – И какая же?

– Ты сказал, что слышал звук двигателя самолета, пролетавшего в восточном направлении. Так?

– Да, именно так.

– Тогда как вы объясните тот факт, что одну из отвалившихся плоскостей с его бортовым номером мы нашли неподалеку от этого места? Во-о-он там, – кивнул он в сторону, откуда подошел катер.

Покусывая губы, Захарьин не ответил.

– Чего молчишь? Или, по-твоему, плоскость приволокло сюда течением?

– Хорошо, – нервно поморщился россиянин. – Прикажите своим людям отпустить мои руки, и я покажу место, где упал самолет. Вы же его ищете, верно?

Маркос не смог скрыть победной улыбки.

– Отпустите его. Но держите на прицеле. Если выкинет какой-нибудь фортель – стреляйте без предупреждения.

Сути того, что произошло через секунду, никто понять не успел. Стоило охранникам отпустить руки российского туриста, как тот сделал странный магический жест пальцами поднятой руки, щелкнул пальцами – и все стоявшие поблизости люди замерли.

Двое охранников, один из матросов, сам Маркос, его личный телохранитель и даже старший охраны, едва успевший несколько раз дернуть за фал оранжевого буя, – все буквально отключились и застыли в тех позах, в которых их застала посланная Захарьиным неведомая команда.

Зрелище впечатляло. Во всяком случае, второй матрос, занимавшийся швартовыми концами на борту катера и бывший далековато от места магического действа, испуганно закричав, умчался прочь внутрь судовой надстройки.

Глеб спокойно присел на диван, выковырял из пачки сигарету, крутанул колесико зажигалки и выпустил вверх клуб дыма…

Вскоре к борту катера подошел капитан – бледный, как вспененный гребень волны. Севшим от волнения голосом он позвал:

– Господин Маркос. Господин Маркос, что с вами?..

Продолжая стоять посреди кокпита, тот не ответил.

– Ты бы лучше позаботился об этой компании и забрал на борт своего катера, – небрежно стряхивая с сигареты пепел, посоветовал Захарьин.

– А что с ними… случилось?

– По-моему, они впали в какой-то летаргический сон. Думаю, врачи ближайшей клиники разберутся.

– Эй, кто-нибудь! – не оборачиваясь, крикнул капитан.

В проеме приоткрытой дверцы показалось испуганное лицо матроса.

– Быстро позови сюда водолазов!

Через пару минут команда крепких парней приступила к эвакуации с борта «Астероида» охранников, матроса, телохранителя и Анджело Маркоса.

Глеб все так же восседал на диванчике. Лениво потягивая из бокала виски, он равнодушно взирал на перепуганных филиппинцев и не препятствовал их поспешной работе.

– Вы позволите забрать их оружие? – подал голос один из водолазов.

– Забирай…

Схватив три автоматические винтовки, водолаз перепрыгнул с борта яхты на борт катера. Взревел дизель. Вода за кормой вспенилась. Старенький катер отошел в сторону и стал удаляться в направлении северо-восточного побережья острова Катандуанес…

Глава восьмая

Республика Филиппины; в девяти морских милях к северо-востоку от острова Катандуанес. Настоящее время.

Минут через двадцать от начала погружения я отчетливо услышал работу дизеля. По правде говоря, я слышал его и раньше – едва спустился под воду, но теперь стучащий звук силовой установки катера стал угрожающе громок. Это заставило прекратить только начавшийся осмотр дна и задрать голову для изучения поверхности. Вскоре я разглядел темневший корпус подходившего к нашей яхте катера.

«Какого черта им нужно?» – подумал я, зависнув в пятнадцати метрах от дна.

Сбавив ход, катер притерся бортом к яхте; дизель смолк. Ситуация складывалась мутноватой. Над головой – в каких-то шестидесяти метрах – происходили не запланированные нами события. В них участвовали Глеб и все те, кто находился на борту катера. И только я не имел понятия об их сути.

Пока меня терзали размышления по поводу дальнейших действий, прошло несколько минут. Внезапно рука, в которой был зажат моток фала, ощутила рывки – короткие, нервные и настойчивые. Один, второй, третий…

Перед началом работы обучать Глеба языку общения командира погружения с ушедшим на глубину пловцом я не стал. Слишком мудреная эта наука для новичка, и одного занятия для ее постижения недостаточно. Поэтому мы просто условились о следующем: в случае экстренной необходимости Глеб несколько раз дергает за фал. Несколько, дабы не вышло случайных накладок.

Итак, Глеб или кто-то иной приказывал прекратить погружение и немедленно подниматься на поверхность.

«Какого черта?! – мысленно ругал я неопытного напарника. – Не успел приступить к осмотру, а он уже зовет наверх! Ох и намучаюсь я с ним!»

Делать нечего. Он исполняет обязанности командира спуска, и я обязан подчиниться. Вздохнув, я в последний раз осматриваю дно в радиусе видимости… Погибшей яхты здесь нет, и следующее погружение нужно произвести метрах в шестидесяти.

Бросаю моток оставшегося фала с небольшим якорем на конце, засекаю время окончания работы и приступаю к «восхождению»…

Подъем с глубины к «Астероиду» занимает в два раза больше времени, чем погружение. Метров за семь до поверхности дизель катера внезапно оживает, оглушая противным стуком. Гребной винт вспенивает и закручивает воду в плотные жгуты. Машинально шарахаюсь в сторону, дабы поток не затащил в «мясорубку», но не успеваю отплыть и на пару метров – корпус катера энергично отваливает от яхты и, набирая скорость, уходит в направлении острова.

«Ну слава богу. – Я возобновляю подъем. – Нежданые гости всегда хуже ожидаемых несчастий».

На поверхности появляюсь рядом с опущенной купальной платформой. Глеб спокойно сидит на диванчике и докуривает сигарету.

– Что тут происходит? – Сдвинув маску на лоб, я полощу рот соленой водичкой.

– Рыбачки подходили, которых мы заметили рано утром.

– Чего хотели?

Швырнув окурок за борт, он поднимается, выходит на платформу и подает руку:

– Что-то я проголодался. Пойдем пообедаем. За столом и расскажу…

Спустя минут двадцать мы сидели в салоне, не спеша поглощая приготовленный на скорую руку обед из замороженных полуфабрикатов.

– Куда же делись рыбаки и что им было нужно? – спросил я, сгорая от любопытства.

– Да не рыбаки они вовсе, – с нехорошей улыбочкой ответил Глеб.

Моя вилка повисла в воздухе.

– А кто же?

– Давний знакомый – Анджело Маркос.

Имя не сказало мне ровным счетом ничего. Я внимательно глядел на визави, ожидая дальнейших объяснений.

– Несколько лет назад, когда в этом районе произошла трагедия, – начал он, – Анджело Маркос возглавлял Совет национальной обороны Республики Филиппины и лично принес мне извинения за угодившую в яхту ракету, за гибель супруги, за причиненный ущерб.

– Понятно, – решил я не развивать тяжелую для Глеба тему. – Ну а что же ему понадобилось сегодня?

– Кажется, он что-то пронюхал о ценных документах на борту моей утонувшей яхты.

– Вот как?! И что же ты?

– Пришлось утихомирить господина Маркоса и несколько человек из его команды. Сейчас бывший министр наверняка отдыхает в своей каюте, а капитан держит курс на ближайший порт острова Катандуанес.

– Ты проделал с ними свой фирменный трюк?! – догадался я.

– Да, отключил в сознании некоторые функции. Проще говоря, погрузил в глубокий сон. В очень глубокий.

В моей памяти тотчас всплыл эпизод из первого вечера нашего знакомства, когда на требование охранников ночного клуба «Скорпион» расплатиться за напитки Глеб произнес тихим и в то же время звучным строгим голосом: «Смотрите на мои руки». Затем приподнял ладони и сделал несколько пассов. Охранники и стоявший позади них бармен тут же заткнулись; ссутулив плечи, они следили потухшими взглядами за ладонями моего странноватого приятеля. Действо длилось секунд пять или десять, хотя мне показалось, что время остановилось и Глеб совершает магические пассы несколько часов… Покончив с ритуалом, он приказал сматываться, и мы, оставив сотрудников клуба в глубоком трансе, устремились к выходу…

Вспомнив об этом, я в недоумении почесал затылок:

– Давно хотел спросить…

– Полагаю, о моих способностях? – как всегда, предугадал вопрос Захарьин.

– Да. Как тебе это удается?

Он помолчал; поглядев в синеву бездонного неба, тяжело вздохнул. Затем плеснул в бокалы вискаря, закурил свой любимый «Hilton Platinum» и проникновенно произнес:

– В детстве я был добрым и безобидным мальчуганом. Родители-алкоголики наложили отпечатки на мой интеллект: школу я закончил еле-еле, а в университет так и не поступил. Зато Господь Бог пожалел и наградил чудодейственной силой. Я всегда – сколько себя помню – чувствовал присутствие этой необъяснимой силы, но долгое время не мог ее приручить и не умел ею воспользоваться. А за несколько месяцев до гибели супруги довелось пережить еще один шок. Вот тогда-то и вылезла наружу моя неординарная способность к гипнозу.

– Что с тобой произошло?

– Пьяный мажор на папиной машине сбил меня на пересечении Яна Райниса и Сходненской.

– И здорово тебе досталось?

– Здоровее – только насмерть. Самого происшествия почти не помню. Я был здорово пьян – это и спасло. Визг тормозов, удар, лихая карусель из светящихся окон… Очухался в больнице: рука, ключица, голень – сломаны; башка в бинтах, рожа в пластыре. И вот, лежа на больничной койке, я вдруг обнаружил поразительную вещь.

– Какую? – затаил я дыхание.

– Понимаешь, мне с легкостью удавалось предугадывать некоторые события. К примеру, я точно знал, кто и когда войдет в мою палату, что скажет и что сделает.

– Дорого бы я заплатил за такую способность. – Покончив с обедом, я потянулся к коробке с соком.

Немного помолчав, он загадочно улыбнулся:

– Не скажу, что я сильно обрадовался. Поначалу эта способность изрядно пугала, а в какие-то моменты я думал, что реально схожу с ума.

– Почему?

– Представь, насколько это необычно, когда твой мозг каждую минуту выдает подсказку: сейчас откроется дверь, в палату войдет медсестра и поменяет пузырек в системе; через две с половиной минуты зазвонит твой сотовый телефон, высветив на экране номер тетушки из Красногорска. А после разговора с ней к тебе пожалует заведующий отделением и скажет о переводе в другую палату.

– Неужели каждый раз угадывал?

– Ни одной ошибки! Любая подсказка из недр мозга – в самую точку.

– А что же с гипнозом? Способность к нему тоже открылась в больнице?

– С гипнозом вышло интереснее. Расскажу об этом позже – за ужином, – многозначительно подмигнул Захарьин. – Время уходит, а до сумерек надо все-таки отыскать останки «Антареса». Ты как? Готов еще разок сходить вниз?

С момента бегства катера и его команды прошло около полутора часов. До захода солнца оставалась уйма времени для того, чтобы сходить на глубину восьмидесяти метров, позаниматься поисками обломков яхты и неторопливо вернуться на поверхность.

– Запросто. Я ведь за первое погружение и вспотеть не успел.

– Тогда за дело?

– Вперед…

Подготовка к повторному погружению отняла час. За это время я сменил в ребризере канистру с химическим реагентом, проверил давление в баллонах, исправность датчиков и общее состояние аппарата.

– Как тебе на глубине без напарника? – оглядывая горизонт, спросил скучавший на кокпите Глеб.

– Терпимо.

– С твоим старым товарищем, наверное, было бы полегче?

– С Устюжаниным?

– Да.

– Конечно. – Я приладил на груди ребризер. – Он надежен как скала, опытен, умен…

Покончив с ремнями, приступаю к последней проверке снаряжения. Глеб сидит на том же диване и почему-то не отрывает взгляда от горизонта. Кажется, он чем-то обеспокоен.

– Ты кого-то ждешь? – спрашиваю шутливым тоном.

И вдруг получаю вполне серьезный ответ:

– Сдается, что скоро на горизонте опять появится катер с моим знакомым по имени Анджело Маркос.

– Ты же вогнал его в глубокий транс!

– Вогнал, – кривит губы Глеб. – Но видишь ли… этим гипнотическим штучкам я как раз и научился на Филиппинских островах. В здешних краях люди с подобными способностями – не редкость.

– Хочешь сказать, что его вернули в нормальное состояние?

– Пока не знаю. Не уверен… Но ты на всякий случай задержись на борту. Подождем полчасика…

Сидеть на краю платформы в полной подводной амуниции под палящим тропическим солнцем – занятие не из приятных. Тем не менее пожалеть о задержке не пришлось. Ровно через тридцать минут на фоне береговой черты действительно показалось мутное темное пятнышко, контуры которого напоминали небольшое судно.

Захарьин метнулся в салон и вернулся на кокпит с биноклем.

– Они, – мрачно изрек он, рассмотрев объект.

Промолчав, я вздохнул. Сомнений не оставалось: к нам приближалась очередная проблема в лице разъяренного филиппинца по имени Анджело Маркос. Я его не знал и никогда не видел, но после того, что с ним сотворил Глеб, ожидать позитивного общения не приходилось. Это была не просто проблема. Проблемища!

– Что будем делать? Мысли есть? – подаю голос, намереваясь расстегнуть ремни аппарата. – Похоже, он несется сюда на всех парах с единственной целью.

– Знаю! – отмахивается Захарьин. – Надо что-то придумать.

– А чего тут думать?! Заводи мотор и сваливаем!

– Это бесполезно.

– Почему? – не догоняю я причину его пессимизма.

– Потому что Анджело Маркос – бывший высокопоставленный чиновник, у которого все и везде прихвачено! Стоит ему захотеть, и он найдет нас вместе с «Астероидом» в центре Тихого океана.

«Он прав, – вынужденно соглашаюсь с напарником. – «Астероид» не спрячешь. А где он, там и мы…»

Времени на «придумать» не так уж много.

– Дистанция – миль пять-шесть. Через полчаса катер будет здесь, – оцениваю диспозицию. – А у нас кроме пневматического гарпунного ружьишка – только набор столовых ножей.

– По делу есть что-нибудь? – начинает злиться Глеб.

– Есть.

– Что?

– Надевай костюм, – показываю на второй комплект снаряжения.

Захарьин на секунду теряет дар речи. Затем, нервно облизнув губы, шепчет:

– В каком смысле?

– В прямом. Спастись от расправы мы сможем только под водой.

– Я же тебе говорил!.. Разве не помнишь?

– Ты о чем?

– Я очень боюсь нырять. И вообще… побаиваюсь воды. Это серьезная для меня проблема, понимаешь?

Да, было дело. Еще в Москве я поинтересовался, почему он сам не освоит погружения с дыхательным аппаратом. Ведь совершенно не обязательно становиться профессиональным дайвером – можно обойтись и любительским уровнем. «Ужасно боюсь глубины, – честно признался тогда мой новый приятель. И сокрушенно покачал головой: – Что угодно: спортивный самолет, гоночный автомобиль, лошадь, велосипед, ролики, горные лыжи… А глубина – не моя стихия».

– Какого же черта ты покупал «Антарес»?! – вспылил я.

– Не знаю, – задумался он. – Просто нравится уединиться в море, забыть обо всех проблемах… Но боязнь воды от этого не становится меньше.

– А от свинцовых пуль тебя что, бабка заговорила?

Поднявшись с дивана, он подходит к висящему на плечиках гидрокостюму, касается ладонью его молнии… И решительно кивает:

– Ты прав: другого выхода нет.

– Давай-давай, – тороплю я. – Времени не так уж много.

– Ладно. Если поможешь все это напялить и пообещаешь не отплывать от меня далее метра, то я согласен.

– Доиграешься ты со своими способностями, – ворчу, расправляя складки костюма на теле Глеба. – Филиппинцы давненько затесались в друзья к американцам. Вот объявят тебя в международный розыск, и будешь безвылазно сидеть в пределах самой большой и холодной страны.

– Не страшно, если Соединенные Штаты назовут меня террористом. Это просто будет еще одна полоска для тигра, – пытается держать марку он.

На самом же деле волнуется так, что мне приходится контролировать каждое его действие.

Подготовка неопытного дебютанта занимает минут пятнадцать. За этот короткий срок я успеваю обрядить его в костюм и ребризер, прицепить к подвесной системе нож с фонарем.

При этом я практически не закрываю рта, инструктируя и объясняя самые элементарные вещи.

– Пора, Женя, – поглядывает он на приближающийся катер.

До начала подготовки он притащил с жилой палубы все наши документы и личные шмотки. Я попросил его сделать вторую ходку и принести из холодильника кое-что из провизии. На тот случай, если придется зависнуть на острове более чем на сутки.

Добавив к «багажу» пару запасных регенеративных патронов и бинокль, я аккуратно расфасовал все в несколько больших пакетов из плотного целлофана и, выпустив из них воздух, герметично запаковал. Общий вес поклажи вышел довольно приличным.

– Так, теперь последнее. – Я подвожу Глеба к краю купальной платформы. – Связи между нами не будет, поэтому в воде держись рядом. Общаться будем жестами.

За пару минут мне приходится изложить суть подводной азбуки.

– И еще один совет: оказавшись в воде, в первую очередь проверь работу дыхательного аппарата.

– Хорошо. Только я не знаком с методикой проверки.

– Это очень просто. Сделаешь три глубоких вдоха-выдоха. Смесь должна подаваться и уходить по шлангам свободно. Усек?

– Да. У меня несколько вопросов.

– Задавай.

– Куда мы поплывем?

– К берегу.

– Почему к берегу? Можно ведь переждать на глубине?

– А ты можешь предсказать, надолго ли сюда пожаловал твой приятель?

– Пожалуй, нет, – признается он.

– Ну и что мы будем делать, когда поглотитель в канистрах прикажет долго жить?

– Ты прав. А сколько времени мы пробудем под водой?

– Это будет зависеть от скорости твоего передвижения. До берега девять миль. Считай сам.

– Господи… Целых девять миль под водой, – бормочет Захарьин. – А нельзя ли сократить время пребывания на глубине?

– Глубины как таковой не будет. Метров пять-семь – этого достаточно. Однако к берегу мы пойдем не кратчайшим путем, поэтому марш-бросок коротким не будет.

– А почему не кратчайшим?..

Честно говоря, глуповатые вопросы наскучивают. Для ускорения процесса хочется рявкнуть, однако из многолетнего опыта общения с новичками я знаю одну элементарную истину: перед первой серьезной ходкой на глубину необходимо всем своим видом вселять в дебютанта уверенность. Следуя этому правилу, я спокойным и доброжелательным тоном объясняю краеугольные моменты предстоящей работы. А заодно рассказываю о тактике.

– Глеб, поставь себя на место твоего знакомца… как его… Анджело Маркоса. Куда мы, по его мнению, направимся: в открытый океан, к краю абразионной платформы или прямиком в бездну?

– И в этом ты прав, – подумав, отвечает он. – Маркос бросится искать нас ближе к берегу.

– Совершенно верно. Исходя из этого, мы сделаем небольшой крюк, а с наступлением темноты появимся на поверхности и подкорректируем направление до ближайшего мыса.

– Понял.

– Все, некогда болтать – катер в полумиле от нас. Возьми-ка на всякий случай наше гарпунное ружьишко и пошли в воду…

Глава девятая

Республика Филиппины; в девяти морских милях к северо-востоку от острова Катандуанес. Остров Катандуанес; муниципалитет Багаманок. Настоящее время.

По приказу капитана водолазы перетащили обездвиженные тела трех охранников, матроса, телохранителя и Анджело Маркоса на жилую палубу. Теперь все шестеро лежали по разным каютам, не подавая признаков разумной жизни, походили на овощи.

Чего только не предпринимал капитан для того, чтобы вернуть их в нормальное состояние, пока катер самым полным ходом шел к острову! Тряс за плечи, поливал холодной водой, кричал и даже хлестал по щекам.

Все было тщетно.

– Присмотрите за ними! – крикнул он водолазам и побежал в рубку.

Оглянувшись в последний раз на удалявшийся «Астероид», он сверил курс с картой и крутанул штурвал. Катер развернул нос к ближайшему населенному пункту острова Катандуанес.

Вскоре капитан нащупал левой рукой бутылку с недопитым Маркосом крепким алкоголем и одним движением вылил остатки в рот. Тепло разлилось по телу, пальцы перестали дрожать, а волнение понемногу утихло.

Спустя несколько минут он вдруг вспомнил о радиосвязи. Схватив микрофон на витом шнуре, подумал, с кем лучше поговорить о скорейшем решении свалившейся на его голову проблемы, и, набрав на пульте нужную частоту, назвал позывные своего давнего приятеля – рыбака Карлоса Табо.

Рыбак находился в море и ответил на удивление быстро. Более того, он предложил встретить катер у северо-восточного побережья острова.

На ходу выслушав капитана катера, Карлос спустился вместе с ним на жилую палубу. После осмотра пострадавших он слегка побледнел, почесал затылок и почему-то шепотом произнес:

– Я знаком с одним чудным стариком. Понятия не имею, сумеет ли он их привести в чувство, но… другой помощи я тебе не предложу.

– Далеко живет твой старик?

– В муниципалитете Багаманок.

– Где это?

– В бухте, что в миле отсюда. Деревенька называется Сан Рафаэл.

– Проводишь?

– Конечно! – согласился рыбак и, замявшись, спросил: – У тебя найдется выпивка?

– Зачем она тебе?

– Не мне, а старику. Боюсь, без выпивки он не станет тебе помогать.

– Найду.

Рыбак вернулся на борт своего катерка, закурил трубку, завел двигатель.

– По местам! – привычно прогремел голос капитана из динамиков трансляции.

Покачиваясь на волнах, катер развернулся и, выдерживая дистанцию в полкабельтова, пошел за рыбаком к берегу…

Вскоре два судна примостились по разные стороны от свободного деревянного пирса. На песчаном берегу и у других похожих пирсов находились сотни небольших рыбацких лодок, выкрашенных в разные цвета. Чуть дальше от полоски грязно-коричневого песка между раскидистых пальм пестрели простенькие хижины.

– Здесь живет твой старик? – прикуривая на ветру, спросил капитан.

– Сан Рафаэл чуть дальше, а здесь вдоль побережья раскинулось несколько деревень: Антиполо, Санта Тереса, Санта Месса…

Капитан спрыгнул на песок, пыхнул вверх дымком, поправил торчавшую в кармане бутылку джина и зашагал к ближайшей улочке.

Низкорослый рыбак засеменил следом…

Машину найти не удалось, зато очень кстати подсуетился молодой велорикша, и путь длиной в полмили они с ветерком проскочили за пять минут.

– Вот и Сан Рафаэл, – радостно объявил Карлос, когда по правую руку от узкой асфальтовой дороги появились первые неказистые домишки.

Старик сидел на лавочке у открытой калитки и что-то чертил острым концом палки на рыхлом грунте.

– Здравствуй, Сальвадор, – присел возле него рыбак. – Как поживаешь?

Тот поднял взгляд мутных подслеповатых глаз.

Рыбак повторил:

– Я – Карлос. Помнишь меня?

– Карлос? – проскрипел старик. – Сын Хуана Табоса?

– Да-да! Вы часто ходили с моим отцом в море.

– Помню, Карлос, помню… Зачем пожаловал? Уж не затем ли, чтобы справиться о моем здоровье?

– Нам нужен совет. – Рыбак отступил на шаг и кивнул в сторону капитана. – С товарищами этого господина случилось несчастье – надо бы помочь.

Ссылаясь то на болезнь, то на усталость, старик артачился ровно до тех пор, пока капитан не вынул из кармана бутылку. Отхлебнув из горлышка хорошего джина, он сразу стал сговорчивее.

– Ладно, ведите ваших больных. Так и быть, посмотрю.

– Они не могут ходить, – объяснил капитан. – Нужно добраться до моего катера – он у причала.

– Ну и я не ходок, – прищурившись, поднял старый филиппинец голову. – Ноги у меня больные – дальше соседней улицы не хожу.

– Ничего, старик, мы мигом тебя доставим, – кивнул капитан на ожидавшего велорикшу.

Прибыв на катер и осторожно спустившись на жилую палубу, Сальвадор по очереди осмотрел каждого из пяти пострадавших после общения с российским туристом.

– Начну с этого, – ткнул он крючковатым пальцем в одного из «спящих» охранников. А сделав глоток рома из бутылки, категорично заявил: – И прошу всех покинуть каюту!

Любопытствующий народ потянулся в коридор.

Прикрыв за собой дверцу, капитан тихо спросил:

– Как думаешь, получится у твоего Сальвадора?

– Сложно сказать, – пожал плечами рыбак. – Я помню его с раннего детства. Люди со всех окрестных деревень шли к нему с разными болячками, а иные даже приезжали с других островов. И всех он излечивал. Всех до единого…

Прошло несколько минут томительного ожидания. Наконец в каюте послышалось легкое покашливание, шорох и шаги. Дверца приоткрылась.

– С этими порядок, – проскрипел старик. – Где остальные?

Капитан в недоумении заглянул в каюту. Один из охранников продолжал лежать на кровати, однако глаза его были открыты, а левая рука исступленно чесала согнутую в колене ногу. Второй уже принял сидячее положение и негромко ругался, массируя ладонями затекшую шею. Третий стоял посередине каюты, покачиваясь и ошалело вращая глазами.

– Действительно! – воскликнул капитан.

– Где другие?

– Телохранитель и мой матрос в следующей каюте. А босс в своей персональной.

Не выпуская из рук ополовиненную бутылку рома, Сальвадор протопал до следующего помещения и открыл дверцу…

– Они и вправду твои друзья? – от нечего делать поинтересовался рыбак.

– Какие, к черту, друзья! – отмахнулся капитан. – Один – матрос из моей команды. Остальные: охранники, телохранитель и босс, изредка нанимающий мое судно. Он хорошо платит, потому и приходится волноваться за его состояние. Ведь я получил только аванс, понимаешь? А если с ним что-то случится, то плакали мои денежки.

Слушая давнего приятеля, Карлос с пониманием кивал.

За дверью, скрывавшей самую большую и комфортабельную каюту старенького катера, было тихо. Наконец дверь бесшумно распахнулась, и на пороге появился господин Маркос. Полусогнутая фигура, на лице гримаса страдания, правая рука разминает кулаком поясницу.

– Капитан, кто этот человек? – кивнул он на старика филиппинца. – И вообще… что здесь произошло?

– Вы разве не помните?

– Абсолютно. Как будто выключился на минуту свет.

Поддерживая босса под руку, капитан помог ему подняться по трапу, рассказывая на ходу о происшествии на борту яхты.

– Вот негодяй! Ну, я ему покажу!! – взревел бывший министр, выслушав краткий доклад. – Где мы?! Как далеко находится его яхта?!

– Мы в бухте на северо-востоке острова Катандуанес. Яхта русского ровно в девяти милях.

– Гони всех лишних с катера! Немедленно отходим!

Не прошло и часа, как небольшой катер с пыхтящим дизелем подошел к одиноко качавшейся на волнах яхте.

– Как только увидите русского – стреляйте по конечностям, – напомнил Маркос охранникам.

Троих вооруженных охранников он заранее распределил по позициям: одного посадил на баке, второго – у борта рядом с ходовой рубкой, третьего – на кормовой площадке. Сам же, проверив магазин собственного пистолета, устроился рядом с капитаном.

– Обойди «Астероид» вокруг, – приказал он, когда между судами осталось менее одного кабельтова.

Капитан послушно повел катер по окружности.

Подняв бинокль, Анджело внимательно осматривал каждый дюйм ненавистной яхты…

– Что-нибудь видно, господин Маркос? – застопорил капитан ход, завершив движение по окружности.

– Странно. На борту никого. Очень странно… Держи курс на «Астероид».

Снова застучал дизель, катер повернул вправо и на самом малом ходу начал сближение.