Текст книги "Где моя башня, барон?! Том 5 (СИ)"

Автор книги: Сергей Харченко

Соавторы: Антон Панарин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

– Ага, на страусиное озеро. Где полуголые старики танцуют, – рассмеялся я, вспоминая об афише, которая попалась мне на глаза.

– Да ну тя! – Никифорыч вскочил со стула, невзначай опрокинув его, и кинулся к двери. – Сам разберусь, без сопли… – я постучал мечом по паркету, – без ваших советов, уважаемый Владимир.

Старик исчез в коридоре, а я вернулся к экрану ноутбука. На нём красовалась надпись в рамочке, да ещё салют на фоне праздничный.

«ПОЗДРАВЛЯЕМ! ВЫ ЗАЧИСЛЕНЫ НА ПЕРВЫЙ ГОД ОБУЧЕНИЯ В МАГИЧЕСКУЮ АКАДЕМИЮ Г. КРАСНОДАРА! НЕ ОПАЗДЫВАЙТЕ!»

Далее было указано число. Первое сентября. Девять утра. И адрес. Ставропольская, 149. Внутренний двор Главного корпуса. Я переписал информацию в блокнот.

Что ж, теперь следует запастись жемчужинами. И вперёд! Жигу, разумеется, я беру с собой. Транспорт мне будет ой как нужен. Прикуплю солидный автомобиль, будет водила катать меня на занятия и забирать. Да и к Чёрному морю я не собирался на электричках и поездах добираться. Не по статусу аристократу при деньгах и развивающемся бизнесе раскатывать на железке. У меня есть метеор, который домчит меня куда угодно, похлеще скоростного поезда.

Взял я телефон со стола, посмотрел на входящие сообщения. Несколько от Юлианы, которой я отписался, что пока занят срочными делами, и обещал созвониться позднее.

Затем послание от Черняева, который напоминал о сроках и ещё раз указал, что если не успею, он будет очень разочарован. Да плевать мне на него. Хотя обещанное вознаграждение лишним не будет. В этой истории меня больше заряжало предвкушение от предстоящих трофеев. Чую, в этой башне будет нечто особенное.

А вот и Гвоздев написал. Очередная тренировка в СОХ, всем быть обязательно. Сбор на плацу в полной выкладке.

Я бросил взгляд на настенные часы. Времени оставалось всего-то полчаса. Поэтому я собирался как на пожар. В спешке сходил в душ, приоделся в тёмно-серый костюм и сбежал на первый этаж.

В холле не протолкнуться. Новые постояльцы, чемоданы, гомон. Среди всего этого Катерина с Никифорычем и две недавно нанятые горничные, которые в спешке устраивали в номера новоприбывших.

Я подмигнул Кате, а она просияла в ответ. Наконец-то её мечта осуществилась. На фоне того, что девушка наблюдала у себя в родном городе и в первые дни работы этой гостиницы – это было как небо и земля.

Я оставил их, протиснулся между заполонивших выход будущих постояльцев. Крепкие мужики, некоторые с жёнами. Серьёзный наплыв.

Гостиница была просторной, но я уже подумывал об увеличении площади застройки. Хотя в этом случае придётся обращаться в администрацию. Площадь-то увеличится и нужны будут документы.

На фоне конфронтации с главой Хабаровска я понимал, что оформить бумаги будет проблематично. Громов по-любому начнёт вставлять мне палки в колёса. В общем, надо и тут подумать, как выйти из положения. Хоть ещё одно здание покупай, мать его.

По пути в СОХ я ещё раз прикинул по оставшимся финансам. В загашнике Гоба числилось пять с половиной миллиона рубликов.

А теперь посчитаем.

Минус лям на Академию.

Минус ещё два на обустройство «Белого журавля», склад припасов, организацию арены, включая призовой фонд и финансовую подушку для последующего развития.

Полляма на господинницу, с её мебелью, кухней, новыми дверьми, замками, покупкой оборудования и закупкой запаса нескоропортящихся продуктов на полгода вперёд.

Сколько остаётся? Два миллиона рублей?

Из них один миллион я выложил в фонд железнодорожников и подъёмные для новоприбывших уже бывших краснореченских. Не удивлюсь, если окажется более двух тысяч жаждущих получить халявные деньги и упасть баластом, прожирающим припасы. Конечно, они будут пока продолжать собирать дань с точек. Уже в щадящем режиме, разумеется, ибо я собирался постепенно ослаблять нажим с честных торговцев. Но всё же этого недостаточно. Проедаться деньги будут безбожно, это и к гадалке не ходи.

Ещё более чем полляма на охранное агентство Шишакова, а также различные траты, начиная с прогулок в компании с Островской – яхты-хренахты и прочее – и заканчивая запасами консервов для Гоба вкупе с обновлением гардероба и обустройством кабинета.

Если так прикинуть, остаётся триста тысяч. Прибавим сто шестьдесят штук, которые я получил от Шульмана. Итого четыреста шестьдесят.

Триста из них я собираюсь вложить в ночной клуб. В планах облагородить верхний этаж, который используется в качестве хламовника. Там Кристина предложила устроить игровые комнаты. Бильярдная, караоке и, разумеется, стриптиз, без приватных излишеств, конечно. Крис упирала на приват, но я отказался. Проблем с законом мне не нужно. У нас не публичный дом. Не удивлюсь, если на это уйдёт четыреста тысяч.

Шестьдесят тысяч свободных денег… Мда. Негусто.

Что же касается башни… Она мне ничего не может дать, кроме навыков. Остальное заберёт Черняев. Сколько он мне заплатит в итоге? Явно же меньше миллиона. Если там будет хотя бы половина, уже хорошо.

Думай о худшем, надейся на лучшее? Так вроде говорят? Тогда имеем по итогу пятьсот пятьдесят тысяч рублей, в худшем случае. И этого точно не хватит мне на год житья-бытья в Краснодаре.

Понятно, что бизнес будет приносить прибыль, но я пока не хочу брать оттуда ни копейки. На первых порах всё желательно пускать в оборот.

В общем, надеяться приходится только на то, что есть у меня сейчас.

Следует хорошо подумать, где достать деньги. Ко всему прочему нужно раздобыть редкие жемчужины.

В голове тут же всплыли слова Воробья об аукционе для избранных. Его проводил для бандосов Мышкин, насколько я помню. Но Мышкина уже нет. И как сейчас с подпольными торгами обстоят дела, я не знал.

В общем, как бы это парадоксально не звучало, даже с учётом доходного бизнеса, что у меня есть, следует искать дополнительные источники дохода.

Как раз на этой мысли Жига высадил меня у ворот СОХ, пожелав удачи. И я кое-как успел добежать до раздевалки, переодеваясь в форму охотника.

– Тебе особое приглашение нужно, Авдеев⁈ – зарычал на меня Гвоздев, взглянув на свои наручные часы.

– Я не опоздал, Никитич, – парировал я, справляясь с одышкой и вставая в строй охотников.

– На четыре секунды опоздал, – добавил Гвоздев, хмуро посмотрев на меня.

– Но я уже был в это время на плацу, верно? – дал я отпор, встречаясь с палящим взглядом главы СОХ.

– Верно. А ещё хоть слово от тебя услышу – будешь таскать два бревна вместо одного, – сухо ответил Гвоздев.

– Настроение не очень у Никитича, – прошептал на ухо вытянувшийся по струнке Шишаков. – Комиссия из администрации приезжала. Нервы потрепал с ней. Говорят, перевернули весь его кабинет.

– Что искали? – спросил я.

– А хрен его знает, но уехали с кислыми рожами. Скорее всего так и не нашли ничего, – прошептал Шиша.

– Александр, твою бога душу мать, я кому щас говорил⁈ Повтори, – выпалил Гвоздев.

– Так это… – замялся Шишаков и ляпнул наобум: – Рассказывал о тренировке?..

– Упор лёжа и пятьдесят отжиманий, – резко ответил Никитич.

– Да легко, – хохотнул Шишаков, потирая ладони.

– С вот этим грузом, – указал на меня пальцем глава СОХ.

– Да блин, Никитич, ну чо ты в самом деле? – возмутился Шиша, и сразу же замолк под мрачным взглядом Гвоздева.

Пока все бегали вокруг зданий по проторенной километровой тропе, Шишаков пыхтел, отжимаясь от плаца. Ну а я сидел сверху и считал вслух:

– Двадцать шесть… Двадцать семь…

– Я тебя ненавижу, Авдеев, – выдавил Шиша, в очередной раз поднимая себя и вдобавок почти восемьдесят килограмм. – Ты ещё напевать начни, засранец.

– Какую песню предпочитаешь? – улыбнулся я.

– Разговорчики, – рыкнул на нас Гвоздев. – Двадцать восьмой не засчитываю. Локти сгинай полностью.

Я почувствовал как по телу Шишы пробежала дрожь. Он накинул покров, принялся бодрее отжиматься. На тридцать пятом разе с него обильно начал лить пот. На сорок пятом задрожали руки, словно под разрядами молний. Последний раз Шишаков отжимался, скрипя зубами.

– Пятьдесят! – сообщил ему Никитич. – Теперь меняйтесь местами.

– Егор Никитич, а я то что сделал? – возмутился я.

– Нехрен было отвлекать своими дурацкими вопросами, – хмуро выдавил Гвоздев. – Приступай.

Я принял положение лёжа, а кабан по прозвищу Шиша с радостью уселся на спину. Ох ты ж, мать моя женщина! Это оказалось совсем непросто.

Сразу накинул ману, запустил руну «родэ». Песенка Шиши расплылась монотонным гулом. И вот я уже на сорок шестом, а усиление завершило своё действие. Пятидесятый дался мне с трудом, но я справился. И упал на асфальт, восстанавливая дыхание и чувствуя, насколько у меня забиты мышцы.

– А теперь присоединяйтесь к остальным! Бегом шагом марш, едрить вас через коромысло! – гаркнул Гвоздев и мы рысцой поплелись к ближайшим соратникам.

После тренировки Гвоздев куда-то уехал. Явно по недавнему обыску. Что-то за нас всерьёз взялись. И я догадывался, что ветерок дует вновь из администрации. Нехороший такой ветерок. Пахнущий вонью и откровенным паскудством.

Сходив в душ, мы с Шишей и ещё несколькими охотниками, которые фактически работали уже в его охранном агентстве, сорвались в сторону «Белого журавля». Нужно было подготовиться ко второму отборочному дню арены, да и переговорить с Кристиной. Она написала мне о том, что полицаи опять наведались в ночной клуб, пытаются пройти без ордера, грозятся.

Жига подбросил меня как всегда, молниеносно. Пока Шиша с остальными телепались в светофорной пробке, мы проскочили по закоулкам. Я первым залетел в клуб. И нос к носу столкнулся с хмурым усатый полицейским, замечая майорские погоны.

За ним стояла злая Кристина. Увидев меня, она поделилась тревогой, мелькнувшей во взгляде. Ещё двое полицаев мялись сбоку, поигрывая дубинками. И наши пятеро крепко сложенных охранников, которые напряжённо посматривали за этим представлением.

– Я же сказал, что мы имеем право входить без ордера, – процедил майор. – Особое распоряжение главы города. Я всё предоставил. Так что пустите, если не хотите проблем с властями.

– Доброго всем денёчка! Я хозяин этого чудесного заведения! – воскликнул я, и полицейский, как и его подчинённые. – Кристина, я же говорил, гнать их в шею, если нет документов.

– Они не хотят уходить. Тычут в меня странными документами, – ответила девушка.

– К-как вы… – аж задохнулся от моей наглости майор, протягивая мне бумажку. – Вот, смотрите сами. Мы имеем право на обыск.

Я развернул её, всмотрелся и ткнул пальцем:

– Печати нет на твоём особом распоряжении, майор. Так что покиньте клуб. Если не хотите проблем со мной.

Усатый мужик злобно посмотрел на меня, дёрнул усом и махнул двум полицаям.

– Пошли отсюда, – процедил он, и на ходу обернулся. – Но мы ещё вернёмся. И будет только хуже.

– Иди уже, пока ускорения не придали, – поторопил я его.

Майор сматерился под нос, выскочил через дверь, чуть не вписавшись в косяк. Ну а я подошёл к Кристине, которая что-то сжимала в кармане.

– А ну, покажи, – аккуратно взял я её за руку и вытащил. Её ладонь сжимала цилиндрическую штуковину. Такое здесь называли средством самообороны. Судя по картинке – перечный баллончик.

– В замкнутом пространстве и тебе бы досталось, – улыбнулся я уголком губ, представляя как ядовитое облако распространяется по холлу.

– Начал тянуть лапы ко мне, урод, – зло процедила Кристина. – А у меня только это и было под рукой. А когда охрана подошла, он отошёл.

– Я же говорю – они не имеют права сюда заходить. В следующий раз подключай наших молодцев, – предупредил я. – И мне маякни. Я уж разберусь, кто это действительно такой смелый.

– Думаешь, это не Громов? – удивилась Крис, когда мы направились в зал.

– Думаю, что кто-то давит на него, – предположил я, выдавая ей то, что недавно пришло мне в голову. – Он хоть и князь, но не стал бы связываться с тем, кто успокоил уже две крупные преступные группировки города и разобрался с Мышкиным. Значит, на него нажимают.

– Я выясню, – кивнула Кристина, обнимая меня и шепнув на ухо. – Спасибо, что пришёл вовремя.

Позади хлопнула дверь, и раздался довольный голос Шишакова:

– Вас нельзя оставлять наедине. Сразу начинаете обжиманцы устраивать.

– Я просто благодарила за помощь, – улыбнулась Крис, отстраняясь от меня.

– А что-то случилось? Я видел рядом полицейский бобик, – уставился на нас Шишаков.

Мы поделились с ним тем, что произошло. И он сказал, что проведёт инструктаж со своими архаровцами.

Ещё три с лишним часа оставалось у нас до начала работы ночного клуба, и мы это время решили провести в благоустройстве второго этажа и чердака.

Я в основном руководил, а также вызвал дядю Петю с его грузовиком. Тот был не очень доволен моему звонку, но услышав, что за рейс получит тысячу рублей, обрадовался и моментально сорвался в нашу сторону.

О, боги, сколько ж здесь было хлама! А судя по следам, что только не творили в этом заведении аристократы. Тут и прожжённые сигаретами кресла и заплёванные ковры со стульями. Пробитые и треснувшие шкафы. Разорванные и порезанные на лоскуты шторы. Ну а вишенкой на торте в стороне валялись скатерти с характерными следами мужского происхождения.

Гвоздев был прав. Разврат и хаос царили здесь в разгар веселья. Что-то напомнило мне это закрытые частные вечеринки у влиятельных особ из моего мира. Гоб насмотрелся всякого, а потом в ярких подробностях рассказывал о том, что творили благородные особы. В такие минуты хотелось вырезать всех этих мразей к чертям собачьим.

В общем, Шульману не было смысла везти найденное барахло. Исключительно на свалку.

Дядя Петя выскочил из кабины, открывая борт, и пристально вгляделся в то, что охранники тащили к его машине.

– Володя, надеюсь, что не как всегда, – пробормотал водитель. – Ты ж знаешь, следов крови я не переношу. Подожди! Эй! – махнул он двум охранникам, тащившим громоздкий пыльный шкаф.

Дядя Петя заглянул через одну из проломанных дверей внутрь, затем открыл вторую.

– Что ищем? – ухмыльнулся я.

– Мало ли что оттуда вывалится? А если что взрывчатое? – опасливо проводил взглядом проверенный предмет мебели дядя Петя. – Бабахнет и полкузова снесёт. Оно мне надо?

Я вздохнул, закатив глаза. Ну вот за что мне это? Каждый, мать его, раз он умудряется поворчать и надумать адову тучу проблем.

– Всё нормально, дядь Петь, просто от барахла освобождаем помещения, – подметил я. – Если б шарахнуло, то в здании.

– Э, ты ещё зелёный, не знаешь, какие бомбы бывают, – прищурился пожилой водитель, почёсывая шею. – Тут ведь бдительность важна в каждом деле. А у меня ответственная работа, ёлы-палы. Никитич шкуру с меня живьём сдерёт, если узнает, что я шабашу.

– Да он давно знает, расслабься, – хохотнул подошедший к нам Шишаков, отряхивая штаны.

– Вот только не надо пугать, – вытаращился на него дядя Петя. – Меня моя работа устраивает. Вылететь с неё дело простое, а вот потом где я найду такую?

– Александр шутит, конечно, – я встретился взглядом с Шишей. – Да, Александр?

Шишаков какое-0то время смотрел на меня, а затем спохватился:

– А! Да, Владимир. Я пошутил, конечно. Хотел дядь Петю напугать просто.

Гвоздев, конечно всё знает о его перевозках. Это он сам нам однажды сказал. Но понятно, что Никитич не знает о перевозке трупов и прочего. Шабашить решил дядя Петя, всего лишь. А почему это другим можно, а ему нельзя? Главное, что в СОХ оказывается вовремя и на внутренние заказы реагирует своевременно.

Но сейчас водителю лучше вообще ничего не говорить. А то он как всегда – раздует из мухи мастодонта и ещё поверит в это.

Загрузив машину, мы отправили её и собрали у входа в «Белый журавль» оставшийся хлам. В итоге набьётся и второй кузов под завязку. Танин оказался жутко запасливым. Он напоминал тех, кто думает, что в хозяйстве всё сходится, даже порванные шторы.

Избавившись от барахла я расплатился с дядей Петей, который буквально вырвал из моих рук заработанное и спешно уехал. Ну а мы с Шишей вернулись в клуб.

До открытия оставался всего час, и уже начал подтягиваться персонал, а также те бойцы, которые будут участвовать во втором отборочном туре арены.

Валёк появился воодушевлённый. Будто на крыльях пухляш залетел на кухню и принялся раздавать указание. Нашёл рецепт нового блюда и решил его в срочном порядке ввести его в меню.

Ну а я решил провести небольшое совещание. В кабинет зашли Кристина и Шишаков, устраиваясь в кресле напротив меня.

– Итак, под нас копает Громов, – объявил я, сразу переходя к делу.

– Кажется, я догадываюсь – почему, – скривилась Кристина.

– Почему? – оглядел нас Шишаков.

– Когда всем заправлял Мышкин, он корешился с Таниным, – начал я объяснять. – И уговорил того делиться прибылью с главой города.

– Ну да, то, что творилось здесь, не могло пройти мимо глаз администрации и силовых структур, – вздохнула Крис. – Разумное решение. Сохранить свою шкуру и не сесть за решётку.

– Вот же уроды, – сжал кулаки Шиша. – А я думаю, что все лезут сюда, как коты на валерьяну.

– Да никто не знал особо. Всё это тщательно скрывалось. Хотя Крапива много раз посещал этот ночной клуб, и очень сладко об этом делился со мной, – печально произнесла Кристина. – Так что будем делать?

– Пока не предъявят бумаги на обыск – не пускаем, – поделился я своими мыслями. – Охрана реагирует по инструкции. Саня, доведи до каждого, чтоб культяпки свои не распускали. Провокации точно будут. Надо ведь им хоть за что-то зацепиться, чтоб перевернуть здесь всё вверх дном.

– Вот только один вопрос, – заблестела взглядом Кристина. – Что они пытаются найти?

– А вот мне тоже интересно, – задумался я. – Спрошу у Танина. Позвоню ему и разузнаю… Если номер он не успел сменить. Сначал я думал, что они пытаются запугать, как наш союз охотников. А затем понял – ищут что-то конкретное.

– Танин что-то зажилил Громову, и тот хочет это самое вернуть? – хмыкнула Кристина.

– Похоже на то, – кивнул я, затем поднялся из-за стола и похлопал в ладоши. – Ладно, возвращаемся к работе. Главное я донёс. С остальным разберёмся в ближайшее время.

Мы вышли в зал, слыша разговоры со стороны арены. Судьи уже занимали свои места за столиками, первая пара бойцов разминалась. Остальные ждали своей очереди в нескольких скрытых помещениях с раздевалками.

Охранники у входа начали пускать первый посетителей. Я заметил среди них и Гвоздева. Сегодня он был на подъёме. Вчерашний день ему понравился, и этот обещал быть не менее интересным.

Мы поднялись в ВИП-ложу, и официанты замельтешили, метая блюда с напитками на стол. А затем начались бои.

К слову мало я что запомнил. Обычный мордобой, только по правилам. В песочнице Крапивина было жёстче. Но запомнились мне двое бойцов. Один жилистый и небольшого роста, с татуировкой тигра на спине, решил исход поединка болевым приёмом. Второй, здоровый словно гора, работал больше руками-молотами и отправил своего оппонента в эпичный полёт мощнейшим ударом. Что тот, что другой вырубили своих противников в первых раундах и под покровом маны.

– Хороши, – заметил их Гвоздев, запивая свои слова тягучим безалкогольным мятным коктейлем. – Особенно вон тот, с татухой. Чувствуется хорошая школа.

– Тигр. Что это значит? – поинтересовался я, закидывая в рот закуску с красной икрой.

– Да их знаешь сколько развелось, – отозвался Шишаков, глотнув кваса. – Медведи, рыси, орлы. А теперь вон… и тигры ещё появились.

– Александр прав, частных школ много, – задумчиво ответил Гвоздев. – А этот парень явно приезжий. Таких эмблем я здесь не видел.

– Ты его сразу в оборот возьмёшь? – хитро прищурился Шиша, обратившись к Никитичу.

– Ну что ты как здрасьте? – иронично улыбнулся Гвоздев. – Пусть покажет себя в турнире. Всякое ведь бывает.

Мы посмотрели все бои. Сегодня на удивление меньше было бухих аристократов. А тех, кто брал лишнего на грудь, утаскивали жёны или любовницы. Причём последние в приватные комнаты для таких утех. Их мы всё-таки с Кристиной оставили. Надо было дать хотя б некоторую свободу высшей знати. Да и в рекламе это звучало очень даже неплохо.

В итоге отборочного турнирного этапа были определены шестнадцать пар бойцов. И Никитич признался перед тем, как покинуть ночной клуб, что присмотрел уже пятерых кандидатов в СОХ.

Но мы-то с Шишей понимали. Кандидат – ещё не означает, что он выдержит вступительный экзамен. Каждый из нас проходил через это.

Гвоздев так и не признался, кто, кроме татуированного его любимчик. Узнаем потом, по его реакции.

В итоге завтра пройдут аж четыре матча одной шестнадцатой. В следующие три дня – остальные. Ну а по графику одной восьмой и последующих матчей определимся позднее.

Когда ко мне в кабинет зашла встревоженная Кристина, я уже готовился к выходу. В обед уже надо выезжать в сторону башни, и следовало хорошо выспаться, чтоб быть в хорошей форме.

– Володь, надо поговорить, – произнесла она, но дверь вновь распахнулась и в кабинет ввалился сияющий Валёк.

– Володька! Получилось! – воскликнул пухляш.

– Крис, сейчас, – кивнул я напряжённой девушке, затем перевёл вопросительный взгляд на Валька. – И когда ты научишься доносить мысль сразу?

– Да сыр из зайца! Откопал я рецепт ещё со студенческих времён, и он зашёл! Прикинь⁈ – эмоционально расшифровал Валёк. Точнее наоборот, ещё больше зашифровал.

– Сыр из зайца… куда-то зашёл… – выдавил я, сдерживая улыбку. – Ты точно там не начал принимать на работе? Всё нормально?

– Сейчас объясню, – сел напротив Валёк.

– У тебя минута, а потом я выслушаю Кристину, – вздохнул я.

Валёк погрустнел. Он хотел более сочно и так же путано описать то, что у него получилось. Но затем собрал мысли в кучу.

– В общем заячий сыр – это паштет из кролика. В духовке его запекают с трюфелем, – быстро протараторил пухляш. – А то, что зашёл – я имел в виду, что понравился!.. Володя, аристократы от него в восторге! Я ценник взвинтил, так всё равно заказывают! Сто позиций проданы за вечер. Охренеть! Надо склад пополнять.

– Рад, что так вышло, – искренне улыбнулся я. Редко в последнее время я видел таким радостным Валька. А тут прям ожил, буквально воскрес. – Вот и пополни склад, отправь заявку.

– Ага, займусь, – потёр руки о колени Валёк, затем растерянно обернулся к застывшей у порога Кристине. – Ой, я наверное пойду. Не буду мешать.

– Если блюдо ходовое – сделай заготовки, – кинул я ему вдогонку.

– Я об этом и подумал как раз, – улыбнулся во весь рот Валёк. – Ну всё, до завтра, – затем он открыл дверь и обернулся, – А… ещё по столовке радостные новости. Спортсменам начали делать блюда на вынос. Так выручка там знаешь какая?

– Не томи, Валя, – покачал я головой, переводя взгляд на Кристину. – Люди ждут.

– В десять раз больше прибыль! О как! – воскликнул Валёк.

– А я тебе что говорил? – хмыкнул я. – Что всё наладится. Помнишь?

– Ага, всё оказалось даже лучше, чем ты говорил… Ладно, всё, убежал, – пухляш скрылся в коридоре, а Кристина громко захлопнула за ним дверь.

– Крапиву выпустили, – выдавила она, садясь в кресло.

– Откуда новости? – насторожился я.

– Он мне недавно звонил, звал в промзону. Он возобновляет бои, – глаза Кристины заблестели от подступивших слёз. – Я всё ему рассказала. И сообщила, что остаюсь с тобой. В общем, он в бешенстве. Угрожал…

– Вот значит как. Ну пусть тогда со мной поговорит, – процедил я. – Я с ним церемониться не буду. Пусть только голосок свой повысит.

– Обещал спалить «Журавля», Володь, – Крис остановила на мне тревожный взгляд. – А он может.

– Меня беспокоит лишь одно, – почесал я подбородок, задумчиво всмотревшись вдаль. – Что из-за этих чёртовых подпольных боёв отток аристократов будет.

– Надо понаблюдать, – тихо произнесла Кристина. – А если и так… Что будем делать?

– Вот же уроды, – процедил я. – Со всех сторон обложили. Ну да ладно, выход всегда есть, даже если кажется, что его нет.

– Я же говорила, что нужно оставаться в подпольном бизнесе, – напомнила Кристина.

– И наблюдать за тем как убивают на арене? Крис, ты в своём уме? – добавил я холодка в голос. – Я не Крапивин, такими извращениями не страдаю. И будущего у этого дела нет. Рано или поздно Громов его накроет.

– Он платил Громову, ты просто не в курсе, – выдохнула Кристина, затем облокотилась на колени и запустила пальцы в длинные волосы, убирая их за спину. – Ф-фух, это очень плохо. Очень.

– Разберусь я с твоим Крапивой, – ухмыльнулся я. – Завтра с утра кое-куда смотаюсь и наведаюсь к нему.

– Надо охрану усилить, срочно, – пробормотала брюнетка.

– Ща сделаем, – я набрал Шишакова и бросил в трубку: – Саня, поднимай вторую смену. Да, скажи, что премиальные выплатим. Вооружи своих орлов. Пусть дежурят на улице и глаз не спускают с подворотен.

Я сбросил звонок, затем перевёл весёлый взгляд на Кристину.

– Ну вот и всё, не переживай так, – улыбнулся я ей. – А то на тебе лица нет. Но это в образном смысле. Лицо у тебя есть и очень красивое, но как-то подавлено ты выглядишь.

– Забей, всё пройдёт. Проводишь меня? – испуганно взглянула на меня Кристина.

– Конечно. Если хочешь, можешь пока переехать на пару дней в мою гостиницу, – предложил я. Не хочется мне, чтобы она встречалась с Катериной. Но за пару дней они вряд ли настолько сдружатся, чтобы доверять друг другу подробности своей интимной жизни.

– Нет, я лучше у подруги перекантуюсь. Крапива не будет там меня искать, – выдавила потухшая Крис.

Мы вышли из здания, когда уже светало. На дороге появились редкие машины. В стороне я заметил Жигу. Он не уехал, дрых за рулём, откинув сиденье.

Мы прошли буквально пару кварталов, затем завернули в проулок. Кристина была очень напряжена, и я говорил в основном об очередном успешном дне работы ночного клуба. Крис изредка выдавливала улыбки, и по большей части посматривала по сторонам, будто боялась, что кто-нибудь выскочит из тёмного угла с ножом или выстрелит из окна.

Когда мы дошли до большого жилого дома, Крис жарко впилась в меня губами, а затем так же резко отстранилась и заскочила в подъезд.

Запугал этот урод её конкретно. Видно думает, что именно она его заложила полиции. Через минут десять я пешком добрался до господинницы, отписываясь Жиге, чтоб подъезжал в час дня к входу. Затем пробрался в слабо освещённый холл, кивнув охране.

Попав в кабинет я разделся и упал на диван, засыпая в момент.

Меня кто-то тормошил, и я открыл один глаз, замечая над собой недовольную физиономию Никифорыча.

– Я тебе чаво, будильником нанималси? – возмущённо посмотрел он на меня. – Там уже тебя твой таксист дожидаетси. Весь порог отбил.

Я взглянул на часы, отмеряющие время на стене. Ох ты ж, твою ж мать! Уже час дня! Пора выезжать.

Вскочив с кровати, я на пару минут посетил душ, постояв под тёплыми, а затем прохладными струями. Затем, выскочив, накинул на себя заранее подготовленную одежду. Ситцевая рубаха, свободные льняные штаны, кроссовки. Всё, что облегчает проходить испытания.

Сбежав с лестницы, я похватал с подноса Катерины, которая собиралась ко мне с едой. Успел закинуть в рот пару мелких бутеров, а зелёная рука Гоба молниеносно выстрелила из теневого пятна и утащила с блюда два говяжьих ароматных стейка.

– Ой! А куда?.. – Катя чуть не упала от тёмной вспышки. Именно так выглядел эффект от зеленомордого. – Куда мясо делось⁈

– Фпафибо! – выкрикнул я, надувая щёки и пробегая мимо. Пусть думает, что это я фокусничаю и закинул всё себе в рот.

Выскочил я, едва не сбивая с ног Жигу, который тянулся к дверному звонку.

– Заводи своего коня и погнали! – крикнул я ему, и тот лишь кивнул в ответ. Через минуту мы уже мчались к выезду из Хабаровска, объезжая автомобильные пробки через закоулки.

– Успеем, шеф, -оскалился водила. – Я тут такую дорогу до Петропавловки знаю. Закачаешься!

Мы проскочили перекрёсток на жёлтый, полетев словно стрела вперёд по трассе. Затем Жига крутанул руль влево. Резина на колёсах жалобно завизжала, и в унисон завизжали две разукрашенные дамочки лёгкого поведения, голосующие на обочине. Они сиганули в кусты, теряя свои сумочки.

– Ха, небольшая встряска этим мокрощелкам точно не помешает, – хохотнул Жига.

– Лихо ты водишь свою колесницу, дружище, – качнулся я вправо, и меня в буквальном смысле вдавило в дверь. – Никак привыкнуть не могу.

– Увлёкся, шеф, мои извинения, – хрипло отозвался Жига. – Но иначе не успеем. Надо ведь к двум часам дня?

– Именно, – кивнул я, а затем начало немного потряхивать.

– Вот же твари, слов просто нет, – процедил Жига, лавируя мимо вырезанных в асфальте квадратов. – Пробы они берут. И потом на полгода оставляют. А кто заделывать будет⁈ Деньги проворовали, ублюдки сраные!

Жига выбрасывал слова проклятья в адрес дорожников, а нас продолжало трясти. Затем шатать на ухабах, ведь мы выехали на просёлочную дорогу. Пять минут – и вновь асфальт, правда со знаками, предупреждающими, что ведутся ремонтные работы.

– Уже пять лет как ремонтируют, – процедил Жига, изрыгая потом желчи. Ух, как у него накипело! Досталось не только дорожникам, но и администрации, и аристократам, которые отвлекали на себя дорожные службы губернии, облагораживая свои участки и подъезды к ним.

На горизонте я заметил вдалеке могучий столб многоярусного бетона, который появился здесь по непонятным причинам, как и остальные башни.

– А вон и то самое, куда нам надо, – махнул в лобовое стекло Жига, закидывая в рот зубочистку. – Ещё километров пятьдесят, и на месте. Даже раньше приедем…

Он что-то ещё бубнил на фоне, а я обратил внимание на стену леса, пролетающую с правой стороны. Точнее на странное сияние. Да ещё и Гоб занервничал.

Я отправил его на разведку, и он вернулся, сообщив, что его исполосовали когтями монстры. В ста метрах от дороги грузовик полный тварей.

– Тормози, Жига! – рявкнул я, и водила удивлённо посмотрел на меня, выпуская изо рта зубочистку.

– Зачем? – огляделся он, но скорость снизил.

– Потом объясню, давай шустрей, – холодно приказал я.

– Да без базара, – оскалился Жига. – Только покажь, куда поворачиваем.

Через минуту мы свернули на еле заметную дорогу, поросшую густой травой. Заехали в лес и водила остановился. Далее была такая ямина, что только грузовик и проедет. Я заметил свежий след, отпечатавшийся в грязи.

Вот и попался тот самый приручитель. Времени не было на паузы, мало ли что сейчас происходит. Поэтому я выскочил из автомобиля и стремглав бросился в сторону голубого сияния.

Надо всё сделать быстро и чётко, как обычно.

– Гоб, Пожиратель! – приказал я, выставив руку, и теневая завеса расползлась впереди. Из неё выскочил меч, и я ухватил прохладную рукоять, одновременно накидывая руну «родэ».

* * *

Где-то в лесу, в сорока семи километрах от Петропавловского озера, десятью минутами ранее

Создатель нервно поправил воротник, который держался на нескольких нитках. Крутанул руль и остановился. Затем рванул воротник, отрывая его и швыряя под ноги.