444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Сергей Зайцев » Хрустальный рубеж (СИ) » Текст книги (страница 4)
Хрустальный рубеж (СИ)
  • Текст добавлен: 16 ноября 2026, 10:30

Текст книги "Хрустальный рубеж (СИ)"


Автор книги: Сергей Зайцев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц)

Глава 6
Показательный паркур

Ника: «Стой! Ты спятил⁈ Я думала, ты блефуешь и просто ждёшь, когда эти жуткие ящеролюды уберутся с глаз долой! А тебя в самом деле понесло за ними! Они же тебя прикончат и скажут, что так и было!»

Лицо девушки на иконке чата и впрямь выглядело поражённым до глубины души. Главное, сообразительности ей не занимать – по движению метки на мини-карте я уже видел, что лучница не стала медлить и сразу сорвалась в сторону спасительного кургана, зная, что я легко догоню её в любой момент. А на бегу пусть песочит меня сколько влезет, лишь бы сама успела добраться до Колыбели.

Филин: «Да не переживай ты так. Наш разговор с рыболюдом ты слышала. Сама понимаешь – раз бывшую Зону Испытания затопит, нас на кургане отрежет от суши. Пока найдём способ для нормальной переправы, потеряем уйму времени. Поэтому нам необходимо разделиться прямо сейчас. Нельзя терять контакт с аборигенами, раз уж всё так удачно сложилось».

Ника: «Тогда я отправлюсь с тобой!»

Филин: «Прости, но не получится. Нас только двое, и кто-то обязательно должен остаться на базе. Встретишь наших из Репликатора, введёшь в курс дела. Кто объяснит Гонору, что вообще происходит, если я вдруг сыграю в ящик?»

Ника: «Вот именно! Ты можешь погибнуть!»

Филин: «Приятно, что ты за меня так беспокоишься, хоть ты и не моя женщина…»

Ника: «Филин!»

Филин: «Упс, не забудь подобрать мой котелок на месте стоянки. Я так и оставил там свежую настойку – тебе она в самый раз пригодится, да и с Гонором поделишься».

Ника: «Точно. Сделаю крюк…»

Отпускать Нику к Колыбели одну было, конечно, тревожно. Но примерно через пять часов с хвостиком на Колыбели появится Каспер. Как только наш «Ночной клинок» вернётся в строй, девушка больше не останется одна, а вдвоём обороняться станет куда легче. Именно уверенность в скором воскрешении союзника и позволила мне рискнуть с этой авантюрой, ввязавшись в опасную игру с ящерами.

Филин: «Ладно, шутки в сторону. Даже при худшем раскладе, если ящеры передумают со мной „дружить“, я потеряю лишь один сейв. Зато после этого мы точно будем знать, чего от хесситов ожидать и стоит ли с ними связываться вообще. Впрочем, тут бабка надвое сказала, кто кого прикончит. Сдаётся мне, последствия вероломства для них окажутся куда печальнее, чем для меня. Лучше отправь Задиру вперёд по моему курсу. Пусть высматривает безопасный путь, чтобы мы с Блохой точно успели проскочить между водными потоками».

Ника: «Хвастунишка… Тебе до сих пор снятся кошмары о Кращере. Стоит ли усугублять?»

Эх, не надо было ей рассказывать про сны. Иногда вот так разоткровенничаешься возле костра в уютной атмосфере вечернего отдыха, а потом тебе это припоминают при каждом удобном случае. Но, если уж совсем без лукавства, беспокойство Ники о моей судьбе пришлось мне очень даже по душе. Просто не хотелось её зря нервировать.

Ника: «Но ты и правда стал жутко силён… Это я могу признать без всякой иронии. Задира, кстати, уже над тобой».

Филин: «Вот! Сама всё понимаешь. Ящеры – хрен с ними, пусть скачут, куда пожелают. Вся эта сцена с подначиванием и обещанием мутной награды – только детишек дразнить. Самое важное сейчас – просто выбраться из котлована до того, как его затопит. Меня больше интересуют аквариты. Жаль, не хватило времени выяснить сразу, используют ли водные жители лодки или плоты – нам, сухопутным, они в ближайшее время ох как понадобятся. Обязательно нужно воспользоваться оказией и подготовить почву для нашего дальнейшего переселения. Не куковать же нам на кургане вечно».

Ника: «А если этот Сзарен ошибается и курган тоже уйдёт под воду?»

Лавируя среди разрушенных жилищ, которые, как выяснилось из недавнего разговора, в древности служили родильными купелями акваритов, я откровенно рисовался. Демонстрация собственного превосходства – лучшая приманка для таких прожжённых прагматиков, как Сзарен. Ездовые гребневики хесситов оказались весьма резвыми скотинками и давно бы умчались вперёд, если бы громоздким зверям не приходилось постоянно петлять и менять направление в тесноте руин. Так что я пользовался случаем и отрывался по полной.

Взлетал на обрушенные стены, перепрыгивал поверху проулки между строениями на одной лишь мышечной тяге, без использования «Двойника» – иногда прямо над головами ящеров, играючи обгоняя отряд. А затем картинно замирал на каком-нибудь высоком уступе, небрежно опираясь на посох и дожидаясь отставших.

Сзарен, постоянно подгонявший своего массивного зверя, не сводил с меня немигающего взгляда, и я прямо кожей чувствовал его откровенную зависть. Тоже эффект развитого Разума? Раньше я не ощущал чужие эмоции настолько явно. Хотя нет, реакции Ники я по-прежнему угадываю, как и у всех остальных людей – по внешним признакам. Значит, это у ящеролюдов какое-то повышенное излучение в эмоциональной сфере или их звериная натура слишком прямолинейна.

Выбрав подходящий момент после вопроса Ники, я на секундочку притормозил и бросил быстрый взгляд через плечо. И тут же сорвался дальше – вода и впрямь неслась буквально по пятам отряда, с гулом и плеском захлёстывая старый песчаник руин мутными пенными волнами. Медлить явно не стоило.

Ника могла быть спокойна. Даже сейчас, с расстояния в пару километров, конус величественного кургана с покатыми склонами, выложенный светлыми плитами и окольцованный линиями ступеней, уверенно раздвигал городские строения как вширь, так и ввысь. Совершенно не верилось, что такое фундаментальное сооружение Системы может быть затоплено.

Филин: «Невозможно. Здесь стоит придерживаться простой логики самой Системы. Колыбель должна возводиться в абсолютно безопасном для игроков месте. Этот холм не просто так доминирует над руинами Самшитового города… э-э… Сияющей Заводи. Тьфу, это же теперь Мёртвая Чаша, но не суть. Главное – беспокоиться тебе не о чем».

Ника: «Ладно, убедил. Напомню, что расстояние, на котором прервётся клан-чат, – всего семь километров. Дальше связь сможем держать только через Задиру».

Филин: «Весьма условно. Жаль, говорить твой крылан пока не умеет. Разве что записки будешь передавать, вот только где взять бумагу?»

Ника: «А вот тут тебя ждёт сюрприз. Задира на двадцать пятом уровне научился кое-чему новенькому. Тебе понравится».

Филин: «Погоди, о чём ты…»

Ника: «Говорю же – сюрприз. Всё, не отвлекайся! Я даже отсюда вижу, что дорога впереди у тебя будет непростой, можешь и не успеть выбраться. И, Филин… Постарайся не терять… сейв».

Она права, отвлекаться не стоило. С одной стороны, этот забег – в первую очередь отличная тренировка. С другой, когда мы с Никой в таком же сумасшедшем темпе преодолели три километра, чтобы выручить этих хесситов возле разлома, свидетелей нашего паркура не было. Поэтому сейчас следовало действовать аккуратнее – если после красивого затяжного прыжка я так же «красиво» навернусь среди обломков, это изрядно подмочит мою репутацию Повелителя бури.

Пещерный клыкан без малейших затруднений нёсся параллельно движению отряда хесситов, выдерживая дистанцию в три-четыре улочки. Ни Один-из-Сотни, ни воины из его свиты пока так и не заметили питомца. Я и не стремился их лишний раз пугать – пусть наличие такого мощного помощника, как Блоха, остаётся для Сзарена сюрпризом, мало ли что.

А вот Задиру они засекли давно. Хесситы провожали его встревоженными взглядами – высоко в небе силуэт элитного крылана до жути смахивал на раскормленного малостраха, преследующего отряд по пятам.

Наконец Сзарен не выдержал. Перекрывая топот массивных гребневиков и нарастающий шум воды, он прорычал фразу, которую Система тут же перевела:

– Чужак, эта тварь в небе – твой союзник? Она не осложнит нам путь?

– За своей скоростью следи, пока вас не смыло! – крикнул я, в размашистом прыжке перелетая на следующий остов здания, а затем на очередной обломок.

Чёрт побери. Как же скверно без системного переводчика! Ящер ведь ни звука не понял. Спохватившись, я несколько раз отрывисто махнул рукой вперёд, призывая отряд поторопиться.

А ведь я ничуть не преувеличивал угрозу. Клан-чат уже погас – предел связи в семь километров мы оставили позади. Духовная связь с крыланом мне не полагалась, но последнее сообщение Ники заставляло серьёзно нервничать – площадь затопления расширялась устрашающими темпами. Похоже, ёмкость расселин исчерпала себя, и вода хлынула свободным потоком, захлёстывая мёртвый город.

Но Сзарен, к его чести, жесты прочитал верно и сообразил, что к чему.

Рычащий приказ хессита и впрямь заставил отряд ускориться. Но маневрировать в таком бешеном темпе ящерам стало куда сложнее – тяжеловесные гребневики уже не успевали так же ловко уворачиваться от препятствий и вписываться в повороты тесных улочек. Впрочем, их мощные двуногие туши, защищённые толстой грубой шкурой, легко выдерживали это испытание – лишь пыль и каменное крошево летели во все стороны, да нарастал грохот от постоянных столкновений с руинами.

Спустя ещё несколько километров безумного паркура я всё-таки почувствовал, что начинаю сдавать. Полоска Тонуса, достигнув некоего предела, вдруг начала таять на глазах. Накатила неприятная ломота в мышцах, движения потеряли прежнюю точность и лёгкость, а каждый новый прыжок давался чуть сложнее. Выносливость тридцатого уровня – это здорово, но я всё-таки маг, а не марафонец.

Гребневики, не думая сбавлять темп, один за другим принялись обгонять меня, растворяясь среди руин впереди. Одного-из-Сотни явно не волновала судьба отстающего чужака. И я отлично его понимал, так как вода наступала по пятам. Мутные пенистые потоки уже захлестнули землю, пока ещё тонким слоем покрывая растрескавшиеся плиты. Хотя мощные лапы ездовых зверей уже поднимали веера брызг, взбивая грязь и мусор, двигались они пока без видимых затруднений.

Для меня же бег по верхушкам остовов превратился из демонстрации превосходства в единственный доступный путь спасения. Вот только скакать по верхам получалось далеко не всегда: широкие провалы между разрушенными домами заставляли спускаться вниз, прямо в холодную бурлящую жижу.

Чёрт с ним! Повыпендривался – и хватит.

Я послал ментальный импульс, и Блоха во весь опор понёсся ко мне. Скрываться и осторожничать больше не имело смысла. Что ж, посмотрим, насколько моя авантюрная идея осуществима. Глядя на возросшую мощь вымахавшего до метра двадцати в холке клыкана, я волей-неволей подумывал приспособить его для поездок верхом. Для питомца двадцать шестого уровня, весящего за сотню килограммов, мой вес вряд ли станет критической обузой. Ведь сила в его «системных» мышцах – не чета возможностям обычных животных.

Приносить пользу хозяину – базовый инстинкт, намертво прописанный Системой в мозгах петов, поэтому клыкан такой мысли только обрадовался. По духовной связи я сразу ощутил его поднявшееся настроение. Другое дело – анатомия. Мой помощник заявлен как боевой, а не ездовой. Его стиль движения может оказаться чертовски неудобным для наездника, не говоря уже о полном отсутствии упряжи или хотя бы седла.

Вот сейчас и проверим.

Взметая фонтаны грязных брызг, Блоха подлетел ко мне и послушно замер. Не теряя ни секунды, я запрыгнул на его широкую спину. Седла нет, стремян тоже, поэтому пришлось импровизировать. Намертво вцепившись пальцами в жёсткий чёрный ирокез на загривке, я крепко обхватил ногами мускулистый торс клыкана.

Блоха – умница. Чутко перехватывая мои мыслеобразы, он не стал рвать с места в карьер с риском сбросить неопытного наездника. Первые пару десятков метров он шёл вполсилы, плавно пружиня лапами и позволяя мне «поймать волну». К счастью, плотная густая шерсть питомца смягчала толчки не хуже настоящего седла. Как только я приноровился к ритму скачки и нащупал правильную посадку, клыкан с довольным рыком начал стремительно разгоняться, переходя на размашистые, стелющиеся прыжки.

Ветер засвистел в ушах. Мощные мышцы под моими бёдрами пружинисто перекатывались, работая как идеальный биологический двигатель. Езда без седла гарантировала ту ещё встряску, но равновесие сохранялось на удивление легко. Всё-таки не зря в Дивносаде мне перепал навык «Всадник». Тогда на космачах, местных спокойных лошадках, толком поездить не удалось, но сейчас этот козырь отрабатывал на все сто, ведь даже второго ранга с лихвой хватало, чтобы слиться с клыканом в единое целое.

Единственной проблемой оставался мой импровизированный посох – закинутая за спину деревяшка, удерживаемая лишь слабым энергетическим закрепом второго ранга, немилосердно болталась от каждого рывка. Палка лупила по лопаткам, смещала центр тяжести и жутко мешала.

Развязка наступила быстро. При очередном крутом вираже конец посоха намертво зацепился за выступающий обломок проносящейся мимо стены. Хлёсткий рывок едва не выдернул меня со спины клыкана, закреп ожидаемо не выдержал, и деревяшка с сухим треском улетела куда-то в бурлящую воду.

Да и пень с ним! Злиться из-за потери обычного куска дерева я не собирался, так как все мысли занимала бешеная скачка. Ученическую палку давно не жаль, главное, что уникальная магосфера Длань Судьбы исправно реяла над правым плечом, пульсируя золотистым маревом «Пересвета» и никуда не собираясь деваться.

Вырвавшись за окраинную черту скособоченных руин древних родильных купелей, мы наконец нагнали отряд Сзарена. Хесситы гнали своих гребневиков во весь опор, но их скорость уже заметно сдавала. Мутные потоки захлестнули пространство кругом, поднявшись до колен и продолжая стремительно прибывать. Суша превратилась в архипелаг редких, исчезающих на глазах островков, а до спасительного каменистого склона оставалось не меньше двухсот метров.

Двуногим тяжеловесным гребневикам водная преграда давалась с огромным трудом – они вязли, спотыкались, теряя спасительный темп. И здесь Блоха доказал своё абсолютное превосходство. Широкие подушки на четырёх мощных лапах не позволяли ему вязнуть в размытом грунте. Опираясь на свою чудовищную силу, клыкан делал невероятно длинные прыжки, с пенным плеском перемахивая затопленные участки от островка к островку. Уверенно преодолевая водную преграду, мой питомец вырвался вперёд, играючи обходя барахтающийся в воде отряд ящеров и оставляя Одного-из-Сотни глотать брызги из-под наших лап.

И всё же стихия наступала катастрофически быстро. Мутные пенные валы уже захлёстывали лапы тяжеловесных гребневиков, грозя окончательно утопить весь отряд самодовольного ящеролюда.

Придётся спасать. Причём сразу по двум веским причинам. Во-первых, чертовски интересно, какую сказочку о своём великом походе Сзарен мне поведает, когда мы выберемся из этой водяной ловушки. Заинтриговал, гад. Во-вторых, я не забыл про угрозу для акваритов – если Вершитель погибнет, его сородичей ждёт наказание, наверняка серьёзное. А помощь рыболюдей соклановцам, застрявшим на кургане Колыбели, сейчас куда актуальнее моих личных антипатий.

Я послал Блохе мысленный импульс. Клыкан, воспринимая наше приключение как весёлую игру, радостно оскалился и, взрывая когтями грязную жижу, стремительно вырвался далеко вперёд. Сидя на его широкой мускулистой спине, я начал формировать «Ледяную воронку».

Чтобы на бешеной скорости не влететь в собственное заклинание и не сбить концентрацию, я «повёл» зарождающийся вихрь вдоль своего пути, метрах в десяти сбоку. К моему изумлению, применять «Подвижную концентрацию» верхом оказалось на порядок легче, чем при собственном беге. Вот это открытие! Да я теперь с Блохи вообще слезать не буду!

Тем более что вымахавший клыкан словно не замечал моего веса – его мощные лапы пружинили, идеально съедая тряску, и мне почти не приходилось шевелиться, удерживая равновесие.

С небес обрушился ревущий хобот «Ледяной воронки». Следуя параллельным курсом, он буквально вспорол подступающую воду, вымораживая её за доли секунды. За магическим смерчем оставался бугристый ледяной жёлоб шириной метра в четыре, с высокими заиндевевшими краями. Тяжеловесные гребневики хесситов без лишних команд мгновенно свернули в эту спасительную сухую колею, с дробным грохотом вбивая когти в свежий лёд.

Двадцать секунд сумасшедшей, выматывающей скачки – ровно столько длилось действие «Ледяной воронки», – и Блоха наконец вырвался на пологий склон Мёртвой Чаши. Раскидав грудью густые, переплетённые заросли сизо-зелёного древовидного кустарника с округлой кроной и жёсткими листьями, похожими на лезвия метательных ножей, клыкан выскочил на твёрдую, безопасную землю.

Я резко развернул питомца. По сверкающему льду жёлоба, испуганно хрипя, на берег один за другим вылетали гребневики с седоками. А буквально по их пятам, захлёстывая магический лёд, высокой волной нёсся мутный поток воды.

Взлетев на каменистый берег, куда стихия уже гарантированно не могла достать, Сзарен рывком натянул поводья, осаживая своего массивного зверя. Ящеры из его свиты возбуждённо перекликались шипящими голосами, со страхом глядя вниз. Там, в бурлящей мутной пучине, скрывались под пенными волнами последние верхушки самых высоких развалин Самшитового города. Мёртвая Чаша вновь превращалась в полноводное озеро – каким когда-то и была.

Тяжело дыша, Один-из-Сотни отвёл немигающий взгляд от разбушевавшейся воды и внимательно посмотрел на меня. Вертикальные зрачки хессита скользнули по пульсирующему золотистому мареву моей магосферы, а затем опустились на Блоху. Клыкан ответил ему тихим, предупреждающим рычанием, вздыбив чёрный ирокез на загривке и обнажив внушительные клыки.

– В пещерах и пустошах эти дикие твари жрут падаль и рвут глотки раненым, – медленно, с нескрываемым уважением произнёс Сзарен, успокаивающе похлопывая по шее своего нервно переминающегося гребневика. – Не думал, что пещерного падальщика можно приручить, да ещё и заставить носить на себе седока. Твои возможности и впрямь творят чудеса, Повелитель бури.

Я хмыкнул. Надо же, снова превратился из «чужака» в «Повелителя бури». Впрочем, отвечать вслух не требовалось. Без переводчика-акварита хессит всё равно ничего не поймёт, так что я просто сдержанно кивнул, принимая комплимент.

Глава 7
Новые трудности перевода

Следующие полчаса было не до разговоров – мы преодолевали весьма непростой участок пути по причудливому местному лесу. Впрочем, даже при всём желании поддерживать беседу одними лишь жестами было пустой тратой времени. Хессит тоже это отлично осознавал, поэтому не пытался наладить контакт. Как минимум до селения акваритов, где переводчик снова станет доступен, я мог, образно говоря, спокойно любоваться красотами природы.

Оживший интерфейс в режиме дополненной реальности то и дело вспыхивал подсказками, стоило задержать взгляд на чём-то новом. В изолированных руинах Самшитового города местная флора существовала лишь в «урезанном», системно адаптированном виде, но здесь сохранилась в первозданном, диком состоянии. И я вовсе не праздно вчитывался в строки информации – ботаник я или погулять вышел? А вдруг что-то из новенького пригодится для варки настоек?

Редкие деревца до трёх метров в высоту Система услужливо маркировала как [Лиловый трубочник]. Причудливые стволы состояли из нескольких переплетённых и сросшихся ярусами полых трубок, напоминая мутировавший бамбук, густые лиловые кроны которого вскидывали к небу сотни искривлённых ветвей. С моим чересчур живым воображением выглядело это так, будто деревья размахивали ворохом корявых конечностей, умоляя небо спасти их от наступающих снизу зарослей [Костяного осадника].

Именно этот, чтоб его черти драли, осадник и доставлял больше всего геморроя. Всё видимое пространство между трубочниками заполняли плотные растительные шары размером от полуметра до двух метров. Каждый шар – плотный каркас из тонких переплетающихся веток, «одетый» в наряд из густой мелкой листвы. Выглядело так, словно кто-то вывалил сюда целые эшелоны гигантского перекати-поля. Какой-то «вспененный», запузыренный лес, оставляющий совершенно дикое, сюрреалистичное впечатление.

Однако хесситы чувствовали себя в нём вполне уверенно. Их гребневики с тяжеловесной грацией лавировали в просветах между зелёными «пузырями», а где коридор смыкался – пёрли напролом, проламывая просеку тяжёлыми чешуйчатыми тушами.

Блоха следовал в кильватере отряда по уже проложенной просеке, с хрустом доламывая широкой грудью то, что осталось после ящеров. Эта незапланированная прогулка нравилась ему до кончика хвоста – чёрная кисточка то и дело мелькала в воздухе, едва не шлёпая по бокам. Моим, естественно. Пока я сидел на нём верхом, отхлестать он мог только меня. Густая шерсть служила клыкану отличным щитом, а вот мне на его спине иногда приходилось несладко.

Кожаные штаны, наручи и плотная ткань робы более-менее держали хлещущие удары веток, но открытые кисти рук быстро покрылись ссадинами. У чёртова осадника не было шипов, однако стоило рефлекторно отмахнуться от летящей в лицо поросли, как острая листва моментально полоснула по пальцам, оставляя глубокие порезы, словно от когтей.

Морщась от боли, я прямо на скаку откупорил флягу и глотнул настойку здоровья. Жаль, не успел долить туда из последней сваренной порции, поэтому фляга оставалась полупустой.

В воздухе то и дело мелькали мелкие насекомые, отдалённо смахивающие на земных стрекоз, – ещё одно разительное отличие от Зоны Испытания, где подобной живности не водилось. И оставалось лишь радоваться тому, что за несколько километров пути нам так и не встретилось ни одного отродья Тьмы. То ли мы с Никой знатно проредили популяцию монстров в котловане во время Потопа, то ли ящеры знали безопасные тропы и каким-то образом чуяли, как избежать ненужных стычек.

Лично я был только за, ведь любые бои сейчас – пустая трата времени. Мне нужно просто разведать обстановку и поскорее добраться до селения акваритов, чтобы навести мосты между аборигенами и Колыбелью. Причём навести как фигурально, так и буквально.

Тем не менее с каждым пройденным километром всё сильнее одолевала тревога о том, не слишком ли опрометчиво я поступил, оставив Нику на острове лишь под защитой Задиры. Да, стаю летающих малострахов мы выжгли подчистую, так что небо над базой теперь полностью контролировал её крылан. Силён стал, зверюга – отдам ему должное. А по воде сухопутные костеломы к кургану вряд ли сунутся, ведь это совсем не их стихия. Сама лучница тоже не лыком шита, и её сокрушительный залп призрачными стрелами до сих пор стоял у меня перед глазами. Отработала красиво, ничего не скажешь. И всё же задерживаться вдали от базы не стоило, пока Репликатор не вернёт в строй наших павших товарищей.

Благо до возрождения Каспера оставалось всего четыре с половиной часа. Наверное, всё дело было во въевшейся в кровь паранойе, которая непрерывно подтачивала моё напускное спокойствие. Я бы и сам предпочёл присмотреть за Никой лично, но разорваться, увы, невозможно, а других кандидатов для дипломатического похода к акваритам поблизости что-то не наблюдалось.

И вообще… А ящеролюд точно ведёт меня к акваритам, а не на собственный обеденный стол? Эта внезапная мысль заставила меня запоздало напрячься.

По правде говоря, самого нападения я не особо боялся. Во-первых, уверенность в собственных силах после победы в Испытании взлетела почти до небес, а во-вторых, душу грела системная страховка в виде сейвов.

Базовый капитал новичка в Дивносаде составлял три жизни. Одну я по роковому стечению обстоятельств слил Кращеру в данже Губителя, когда тот подавился моим «Последним аргументом». Но затем я наверстал упущенное. С одиннадцатого по двадцатый уровень Система отсыпала по 0,2 сейва за каждый уровень, дав две полновесные жизни. С двадцать первого по тридцатый накопилось ещё три сейва, а финальным аккордом стал бонус за достижение «Битва за гранью II» при убийстве Тёмного Хранителя – плюс один резерв. Итого выходило ровно восемь.

Казалось бы – офигенное богатство! Но моя нежно любимая паранойя не позволяла слишком уж расслабиться, ведь я прекрасно понимал, что этот запас конечен и в лёгкую обнулится в по-настоящему сложной мясорубке. Дальше уровни будут браться с огромным скрипом, так что на новичковую халяву рассчитывать не стоило…

Стоп. Нет, ситуация обстояла немного сложнее, ведь новых уровней я вообще не увижу, пока не попаду в мир следующей ступени. Весь опыт теперь пойдёт в Скрытый Резерв, или Срез – специальный буфер, который Система открывает для Игроков, достигших своего потолка в текущей локации развития.

К слову говоря, местная версия Колыбели сразу после своего пробуждения решила устроить Игрокам Самшитового города самую настоящую инфляцию по начислению опыта. Когда я первый раз обратил на это внимание, то даже набрал в грудь побольше воздуха, чтобы высказать Системе всё, что думаю о её наглом грабеже среди бела дня…

Но интерфейс тут же любезно развернул дополнительное пояснение, продемонстрировав, что у Системы есть специфическое чувство юмора:

[ СИСТЕМНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ: Для предотвращения информационной перегрузки Игрока произведена деноминация числовых значений опыта (Коэффициент 1:1000). Пропорции, ценность получаемого опыта и сложность развития сохранены в полном объёме.]

[ Текущий уровень: 30 (MAX)]

[ Срез: 290 / 1082 XP (30 / 40 ур.)]

Три нуля просто отсекли для удобства восприятия, так что жить можно. Заодно прояснился важный фактор – в мире второй ступени я спокойно могу набирать аж десять скрытых уровней сверх максимума. Излишки опыта не пропадут, а отправятся на хранение в виртуальный неприкосновенный запас.

В общем, пусть и скрытый, но прогресс идёт, причём довольно бодро. Ведь до драки у расселины в Мёртвой Чаше в Срезе сиротливо светилось всего 16 единичек, а сейчас – аж 290. Понятное дело, всё это благодаря тому, что у меня есть отличные средства для массовой зачистки. Подозреваю, что Нике или Касперу опыт будет добывать намного сложнее.

Зараза. Ладно, вернёмся к хесситам. На чём я там остановился? Ах да – если вдруг они решат ударить в спину, то больше одного раза умирать мне не придётся, после чего ящеры очень сильно об этом пожалеют…

Но стоило об этом подумать, как глухая стена осадника впереди вдруг расступилась, выпуская отряд из зелёных тисков. Вся наша кавалькада выскочила на открытый каменистый берег, где сквозь трещины упрямо пробивались островки жёсткой на вид травы. Прямо перед нами несла спокойные прозрачные воды протока шириной метров в тридцать, плавно изгибаясь по прихоти местного рельефа. Всё-таки добрались.

После непролазных зарослей костяного осадника двигаться по открытой местности стало куда приятнее. Скорость увеличилась вдвое, и звери уверенно дробили когтистыми лапами редкие пучки [Руинной колючки].

И как раз в этот момент Сзарен счёл, что время для серьёзного разговора пришло. Придержав поводья, Один-из-Сотни позволил мне нагнать его, и наши маунты поравнялись.

Его гребневик тут же попытался обозначить иерархию, наклонив массивную башку к клыкану и угрожающе щёлкнув пастью. Но Блоху четырёхкратное превосходство чужака в массе ничуть не впечатлило, питомец даже не сбился с шага, а лишь насмешливо оскалился и раскатисто рыкнул прямо в морду ящера.

От неожиданности тот шарахнулся в сторону, но паническая боязнь воды, присущая этой породе, заставила его тут же рвануть обратно, чтобы не сверзиться в протоку, и лишь резкий окрик хозяина утихомирил рептилию. Команда хессита прозвучала как рык, переходящий в злобное змеиное шипение. Я уже немного улавливал специфику их диалекта, ведь обычные слова они словно перемалывали жерновами, а когда выходили из себя – шипели.

На этом обмен любезностями завершился безоговорочной победой Блохи.

– Мои воины идут к Хрустальным горам, чужак, – наконец заговорил Один-из-Сотни, перекрывая властным голосом топот ездовых зверей. – В их Глубинах сокрыты древние сокровища. Для меня этот поход – священное Испытание. Добывший наследие былой эпохи получит право войти в касту Высшей Крови. Если поможешь мне, то часть добычи достанется и тебе.

Я выразительно приподнял бровь, но промолчал. Интерфейс переводил мне речь ящера, однако в обратную сторону халява не работала, и Сзарен прекрасно понимал, что наш единственный переводчик давно уплыл. Чего же он добивается?

Хессит издал шипящий смешок и властным жестом остановил отряд.

– Но для заключения сделки нам понадобится новый переводчик, – добавил он. – Раб не годится, мне не нужны лишние уши. Предлагаю воина из своей свиты. Любой из моих гвардейцев предан мне до последней капли крови.

Я мысленно хмыкнул. Похоже, такие трюки для этого Сзарена вполне характерны. В первый раз он специально тянул до последнего перед скачкой, но успел закинуть наживку, чтобы я последовал за ним. А сейчас выбрал самый выгодный момент, чтобы ловко прижать меня к стенке в расчёте получить системную Инициацию для своего гвардейца за просто так.

Смешно, но меня этот вариант развития событий вполне устраивал. Подключать к Системе самого Сзарена я бы пока повременил, ведь тот казался слишком уж диким. Такой не потерпит чужих правил, а мне трения ни к чему. А вот его гвардеец – риск допустимый и вполне оправданный. Ладно, пусть тешит своё самодовольство, думая, будто меня перехитрил.

Правда, имелась одна небольшая загвоздка – я физически не мог предупредить добровольца о том, что от системной ломки тот запросто может склеить ласты. Но это уже не моя проблема. Сзарен прекрасно видел, как колбасило акварита во время ритуала, и раз принял решение, то сделал это осознанно. Значит, и за последствия ответит сам. А если ему вдруг что-то не понравится, у меня наготове висит магосфера, усиленная «Пересветом» и заряженная энергией по самую маковку.

Для начала пришлось с большой неохотой слезать с Блохи. Пусть с непривычки я немного и натёр ноги, но передвигаться верхом мне реально понравилось. Блоха тоже лучился самодовольством – после столь тесной связи с хозяином, какой у него не было с того момента, когда он выбрался из детской спячки в заплечной котомке, мой «волко-тигро-пёсель» готов был нести меня и дальше, пока лапы не отвалятся и хвост не завянет.

Надо бы почаще трепать ему холку, что ли, а то парень прямо исстрадался без ласки, вот же преданная душа. Кстати, не мешало бы и поохотиться, ведь по духовной связи я отчётливо чувствовал, как Блоха начинает испытывать голод. Такая нагрузка в виде седока даром не проходит, а он и без того любит пожрать.

В ответ на мои мысли от клыкана прилетел острый импульс охотничьего азарта. Блоха резко замер, потянул носом воздух и недвусмысленно скосил жёлтый глаз на заросший густым кустарником неглубокий овражек слева от нашего пути. Питомец чётко транслировал, что там затаилась добыча – свежее, съедобное мясо. Он умудрился не только подсказать, где находится цель, но и в деталях «обрисовать» нюхом её точное расположение и размер. Блоха даже передал страх и ожидание жертвы, подсказывая, что как только мы уберёмся, она рванёт прочь со всех ног.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю